РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

по гражданскому делу № 2-18/2023

(УИД43RS0022-01-2022-000468-42)

27 января 2023 года г.Мураши Кировской области

Мурашинский районный суд Кировской области в составе судьи Шишкиной Е.В., при секретаре Зубаревой Н.А., с участием истца ФИО1, ее представителя ФИО2, представителя прокуратуры Кировской области Харитонова В.С., представителя СУ СК РФ по Кировской области ФИО3, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации о компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности,

установил :

ФИО1 обратилась в суд с иском к Министерству финансов Российской Федерации о компенсации морального вреда, указывая, что 09.02.2021 и 31.03.2021 руководителем СУ СК РФ по Кировской области в отношении нее были возбуждены уголовные дела по признакам преступлений, предусмотренных ст.ст.160 ч.3, 160 ч.3 УК РФ. 31.03.2021 уголовные дела соединены в одно производство за номером №. 09.11.2021 следователем по ОВД Юрьянского МСО СУ СК России по Кировской области вынесено постановление о прекращении уголовного дела в отношении истца по п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ в связи с отсутствием состава преступления. Общий срок предварительного следствия по делу составил 9 месяцев. В результате незаконного уголовного преследования истцу были причинены нравственные страдания, связанные с самим фактом возбуждения в отношении нее уголовных дел; распространением следственными органами в средствах массовой информации публикации о причастности ее к преступной деятельности, что опорочило ее доброе имя; проведением следственных действий с ее участием в качестве подозреваемой, в том числе обыска в жилище; проведением допросов ФИО12., находившейся с 4-хлетнего возраста под ее опекой; внесением следователем представления в адрес главы Мурашинского района о принятии мер по устранению обстоятельств, способствовавших совершению преступлений, которое было удовлетворено и повлекло расторжение трудового договора с истцом. Кроме того, в нарушение положений ч.1 ст.134 УПК РФ следователь в постановлении о прекращении уголовного дела в отношении ФИО1 не признал за ней право на реабилитацию, а органы прокуратуры не принесли ей официальных извинений в соответствии с положениями ч.1 ст.136 УПК РФ. Истец, будучи подвергнута незаконному уголовному преследованию, испытала унижение и пренебрежение своими правами, на протяжении срока следствия находилась в стрессе и постоянном напряжении, опасаясь очередного следственного действия с ее участием. Необоснованные подозрения, огласка следственными органами факта уголовного преследования привели к тому, что некоторые родственники и знакомые перестали с ней общаться, жители г.Мураши, интересы которых она представляла как депутат Мурашинской городской Думы, открыто начали ее осуждать и не скрывали своего презрения. Полученная моральная травма до настоящего времени сказывается на ее психическом здоровье, является причиной бессоницы и депрессии. Кроме того, ее супруг ФИО13., переживая за судьбу истца, в декабре 2021 г. скончался из-за проблем с сердцем. Оценив причиненный моральный вред в 1000000 руб., истец просит взыскать его компенсацию с Министерства финансов РФ.

Истец и его представитель в судебном заседании исковые требования поддержали, просили взыскать с ответчика за счет казны РФ компенсацию морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования, в сумме 1000000 руб.; дополнили изложенные в исковом заявлении доводы указанием о нравственных переживаниях, перенесенных истцом в связи с незаконным изъятием в ходе следственных действий сотовых телефонов, принадлежащих ей и ФИО9

Представитель ответчика в судебное заседание не явился, ходатайствовал о рассмотрении дела в свое отсутствие, полагал исковые требования завышенными и не соответствующими степени нравственных переживаний истца, категории сложности уголовного дела, длительности уголовного преследования, а также требованиям разумности и справедливости, применяемым при определении сумм компенсации морального вреда.

Представитель 3 лица Следственного управления Следственного комитета России по Кировской области ФИО5 полагал исковые требования необоснованными, а сумму компенсации морального вреда завышенной. В отзыве на исковое заявление указал, что в отношении истца мера пресечения не избиралась, обвинение не предъявлялось, следственные действия были проведены в соответствии с требованиями уголовно- процессуального закона, доводы истца о причинении нравственных страданий доказательствами не подтверждены, публикация о возбуждении уголовного дела на официальном сайте СУ СК РФ по Кировской области не содержала персональных данных истца, представление о принятии мер по устранению обстоятельств, способствовавших преступлению, носило профилактический характер, не преследовало своей целью вмешательство в оперативно- хозяйственную деятельность адресата, который самостоятельно принял решение о расторжении трудового договора с ФИО6

Представитель 3 лица прокуратуры Кировской области Харитонов В.С. в судебном заседании полагал заявленные исковые требования завышенными, не соответствующими требованиям разумности и справедливости, характеру и степени причиненных истцу страданий.

Заслушав объяснения истца и его представителя, представителей 3 лиц, исследовав письменные доказательства, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 53 Конституции РФ каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

На основании ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда (часть 1).

Право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, в силу пункта 3 части второй статьи 133 данного кодекса имеют подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 4 - 6 части первой статьи 27 данного кодекса.

В силу п.1 ст.1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 данного кодекса.

Согласно п.1 ст.1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

В силу ст.151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В соответствии со ст.1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2).

Как разъяснено в п.1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя…) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, причиненный гражданину в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности, в силу п.1 ст.1070 и абзаца 3 ст.1100 ГК РФ подлежит компенсации независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда (пункт 38).

Судам следует исходить из того, что моральный вред, причиненный в связи с незаконным или необоснованным уголовным преследованием, может проявляться, например, в эмоциональных страданиях в результате нарушений со стороны государственных органов и должностных лиц прав и свобод человека и гражданина, в испытываемом унижении достоинства истца как добросовестного и законопослушного гражданина, ином дискомфортном состоянии, связанном с изменением привычного образа жизни истца, распространением и обсуждением в обществе информации о привлечении лица к уголовной ответственности, потерей работы и затруднениями в трудоустройстве по причине отказов в приеме на работу, сопряженных с фактом возбуждения в отношении истца уголовного дела. При определении размера компенсации судам надлежит учитывать в том числе длительность и обстоятельства уголовного преследования, тяжесть инкриминируемого преступления, избранную меру пресечения, вид и продолжительность назначенного уголовного наказания, личность истца (в частности, образ жизни и род занятий истца, привлекался ли ранее к уголовной ответственности), ухудшение состояния здоровья, нарушение поддерживаемых истцом близких семейных отношений с родственниками и другими членами семьи, лишение его возможности оказания необходимой им заботы и помощи, степень испытанных нравственных страданий (пункт 42).

Пунктом 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 г. N 17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве" предусмотрено, что при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать также требования разумности и справедливости.

В судебном заседании установлено, что 09.02.2021 руководителем следственного управления Следственного комитета РФ по Кировской области в отношении ФИО1 по факту присвоения денежных средств в сумме 100000 руб., совершенного с использованием своего служебного положения, было возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного ч.3 ст.160 УК РФ (л.д.50).

31.03.2021 руководителем следственного управления Следственного комитета РФ по Кировской области в отношении истца по факту растраты денежных средств в сумме 185000 руб., совершенной с использованием своего служебного положения, было возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного ч.3 ст.160 УК РФ (л.д.51-52).

На основании постановления руководителя Юрьянского МСО СУ СК РФ по Кировской области от 31.03.2021 уголовные дела соединены в одно производство за № и приняты к производству следователем ФИО8(л.д.53,54).

09.02.2021, 15.03.2021, 01.09.2021, 20.09.2021 ФИО1 допрошена в качестве подозреваемой (л.д.63-65,68-70,71-73,85), 24.03.2021 и 29.03.2021 с ее участием проведены очные ставки (л.д.56-61).

25.03.2021 в жилище истца по адресу <адрес> в присутствии понятых был проведен обыск (л.д.87а).

В ходе предварительного следствия ФИО1 обвинение не предъявлялось, мера пресечения не избиралась.

09.11.2021 на основании постановления следователя по ОВД Юрьянского МСО СУ СК РФ по Кировской области уголовное дело № в отношении ФИО1 по обвинению ее в совершении преступлений, предусмотренных ст.ст.285 ч.1, 286 ч.1, 160 ч.3, 160 ч.3 УК РФ прекращено по основанию, предусмотренному п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ, за отсутствием в действиях состава преступления (л.д.75-82).

Таким образом, ФИО1, подозревавшейся в совершении преступлений, предусмотренных ст.ст.285 ч.1, 286 ч.1, 160 ч.3, 160 ч.3 УК РФ, уголовное преследование в отношении которой было прекращено в связи с отсутствием составов преступлений, в результате незаконного уголовного преследования были причинены нравственные страдания, и имеются основания для компенсации морального вреда.

Эмоциональные переживания истца, связанные с возбуждением в отношении нее уголовных дел, в том числе по подозрению в совершении тяжких преступлений, с участием ее в следственных действиях в качестве подозреваемой, с проведением обыска в жилище, что ограничило право истца на неприкосновенность жилища и тайну частной жизни, а также переживания, связанные с опубликованием сведений о возбуждении уголовного дела на официальном сайте СУ СК РФ по Кировской области, что способствовало распространению и обсуждению в обществе информации о привлечении ее к уголовной ответственности, и переживания, связанные с внесением в адрес главы администрации района представления об устранении причин и условий, способствовавших совершению преступления, которое дискредитировало ее как добросовестного и законопослушного гражданина и повлекло прекращение работодателем трудовых отношений с ней по п.9 ч.1 ст.81 ТК РФ, - установлены в судебном заседании и усугубляли ее нравственные страдания. При этом вопреки доводам представителя следственного управления публикация на сайте управления содержала информацию о наименовании должности истца и организации, в которой она работала, позволяющие идентифицировать лицо, в отношении которого возбуждено уголовное дело, с личностью ФИО1 (л.д.19-22,23-25,50-54,56-61,63-65,68-73, 85, 87а, 37-42,44).

Вместе с тем доводы истца и ее представителя о причинении нравственных страданий в связи с допросами ФИО9, являвшейся ее подопечным лицом (л.д.86,87), суд находит несостоятельными, поскольку данное лицо было допрошено в качестве свидетеля с целью полного и объективного исследования обстоятельств дела при неукоснительном соблюдении норм уголовно- процессуального закона, в связи с чем отсутствуют основания полагать, что в результате проведения следственных действий с ее участием истец испытала эмоциональные переживания. Доводы ФИО1 и ее представителя о допросе ФИО9 по подозрению в причастности к совершению преступления, в котором подозревалась истец, доказательствами не подтверждены.

Также не нашли подтверждения в судебном заседании доводы истца о наличии причинной связи между ее незаконным уголовным преследованием и смертью супруга ФИО4, скончавшегося от заболевания сердечно- сосудистой системы спустя 1,5 месяца после прекращения уголовного преследования в отношении истца (л.д.26,133).

Кроме того, истцом не представлены доказательства причинения вреда ее деловой репутации, выразившегося в потере доверия среди населения, интересы которого она представляла как депутат городской Думы. Напротив, согласно информации председателя Мурашинской городской Думы ФИО1 продолжала осуществлять полномочия депутата по 19.09.2022 (л.д.47). Данное обстоятельство свидетельствует о том, что избиратели не обращались с инициативой о досрочном прекращении ее полномочий по основанию утраты доверия.

Также истцом не представлено доказательств в подтверждение доводов о причинении ей нравственных страданий в результате непризнания следователем права на реабилитацию. Отсутствие в постановлении о прекращении уголовного дела указания о признании данного права не освободило государство от обязанности, установленной ст.133 УПК РФ, по устранению последствий морального вреда, причиненного истцу, в связи с чем неисполнение следователем требований ст.134 УПК РФ не имеет правового значения для реализации данного права истцом.

Как следует из объяснений истца, от имени государства прокурором ей было принесено официальное извинение за вред, причиненный в результате незаконного уголовного преследования. При этом истцом не представлены доказательства, подтверждающие причинение нравственных страданий в связи с ненадлежащим исполнением данной обязанности прокурором.

При определении размера денежной компенсации суд учитывает длительность уголовного преследования ФИО1, составившую 9 месяцев, степень тяжести инкриминируемых преступлений, относящихся к категории средней тяжести и тяжких, количество проведенных с участием истца следственных действий, в том числе проведение обыска, внесение следователем учредителю МКУК «Мурашинская ЦКС» представления об устранении причин, способствовавших совершению преступлений. Также суд учитывает данные о личности истца, иждивенцев не имеющей, вынужденной изменить место работы в связи с уголовным преследованием и в настоящее время трудоустроенной, характеризующейся исключительно положительно (л.д.93,99).

Кроме того, при определении размера денежной компенсации суд учитывает, что в отношении ФИО1 мера пресечения либо процессуального принуждения не избиралась, т.е. она не была ограничена в свободе передвижения, выборе места пребывания, участии в общественной жизни, трудоустройстве либо общении с близкими людьми; арест на имущество не накладывался, в отношении истца оперативно- розыскные мероприятия не проводились, обвинение не предъявлялось.

Учитывая обстоятельства и длительность уголовного преследования в отношении ФИО1, инкриминируемые ей деяния, личность истца, степень и характер нравственных страданий, связанных с ее индивидуальными особенностями, а также требования разумности и справедливости, суд полагает, что размер компенсации морального вреда должен быть определен в сумме 50000 рублей.

Оснований для взыскания денежной компенсации в заявленной истцом сумме 1000000 руб. суд не находит.

С учетом разъяснений, содержащихся в п.14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.05.2019 № 13 «О некоторых вопросах применения судами норм Бюджетного кодекса РФ, связанных с исполнением судебных актов по обращению взыскания на средства бюджетов бюджетной системы РФ», компенсация морального вреда подлежит взысканию с Российской Федерации в лице Министерства финансов России за счет казны РФ.

Руководствуясь ст.ст. 194-198,199 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов России за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 50000 (Пятьдесят тысяч) рублей.

В остальной части в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказать.

Решение суда может быть обжаловано в Кировский областной суд через Мурашинский районный суд в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 27.01.2023.

Судья Е.В. Шишкина