Апелляционное определение по делу № 2-163/2023 от 30.08.2023

Дело № 33-13645/2023 (№ 2-163/2023)

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Екатеринбург

30.08.2023

Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда в составе:

председательствующего

ФИО1,

судей

Майоровой Н.В.,

ФИО2,

при помощнике судьи Михалевой Е.Ю.,

рассмотрела в открытом судебном заседании при ведении протоколирования с использованием средств аудиозаписи в помещении суда в порядке апелляционного производства гражданское дело по иску Ш.А.Ф. к Екатеринбургскому муниципальному унитарному предприятию «Водоканал» о возмещении вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия,

поступившее по апелляционной жалобе ответчика на решение Кировского районного суда г. Екатеринбурга от 31.05.2023.

Заслушав доклад судьи Майоровой Н.В., объяснения представителя истца Б.Ю.А., представителя ответчика М.Т.С., судебная коллегия

установила:

Ш.А.Ф. обратился в суд с иском к ЕМУП «Водоканал», в котором с учетом уточнения исковых требований, просил взыскать ущерб в размере 82702 руб. 96 коп., расходы по оплате экспертизы 9000 руб., по оплате юридических услуг 35000 руб., по оплате государственной пошлины 2951 руб. 91 коп.

В обоснование иска указал, что <дата> в результате ДТП по вине водителя Б.И.В., управлявшего принадлежащим ЕМУМ «Водоканал» автомобилем «ЗИЛ», госномер <№>, поврежден принадлежащий истцу автомобиль «Ауди Q5», госномер <№>. По результатам рассмотрения обращения потерпевшего страховщиком выплачено страховое возмещение 33 600 руб. Согласно заключению независимой экспертизы стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца без учета износа составляет 140 600 руб. Полагал, что с ответчика, являющегося работодателем причинителя вреда, подлежит взысканию разница между страховым возмещением и стоимостью восстановительного ремонта.

Решением Кировского районного суда г. Екатеринбурга от 31.05.2023 исковые требования Ш.А.Ф. удовлетворены, с ЕМУП «Водоканал» в пользу Ш.А.Ф. взысканы ущерб 82702 руб. 96 коп., расходы на оплату услуг специалиста 9000 руб., на оплату услуг представителя 35000 руб., на оплату государственной пошлины 2951 руб. 91 коп.

В апелляционной жалобе ответчик просил решение суда отменить, принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении требований истца. Указывал на то, что вина ЕМУП «Водоканал» в причинении вреда отсутствует, поскольку в действиях Б.И.В. не имеется состава административного правонарушения, вывод суда о наличии факта нарушения водителем Б.И.В. Правил дорожного движения Российской Федерации (ПДД РФ) не основан на имеющихся материалах дела. Полагал, что именно АО «СОГАЗ», застраховавшее гражданскую ответственность ЕМУП «Водоканал» в данном случае обязано возместить истцу причиненный ущерб. Ссылается на недопустимость принятого судом в качестве достоверного доказательства – заключения судебной экспертизы, поскольку выводы эксперта в части образования заявленных повреждений в результате спорного ДТП носят вероятностный характер и не могли быть положены в основу решения. Учитывая, что транспортное средство было отремонтировано истцом, взыскание суммы ущерба исходя из заключения экспертизы, а не по фактическим расходам истца, который мог восстановить автомобиль с меньшими затратами, может привести к неосновательному обогащению последнего за счет ответчика. Выражает несогласие также с взысканными в пользу истца судебными расходам по оплате услуг специалиста и по оплате услуг представителя.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ответчика поддержала доводы, изложенные в апелляционной жалобе.

Представитель истца в судебном заседании возражал против удовлетворения жалобы ответчика, полагая, что заявленные доводы необоснованны.

Истец Ш.А.Ф., третьи лица ООО СК «Согласие», Б.И.В., АО «СОГАЗ» в заседание суда апелляционной инстанции не явились, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, кроме того, такая информация о слушании дела размещена на интернет-сайте Свердловского областного суда www.ekboblsud.ru, сведений об уважительных причинах неявки не представили, в связи с чем, судебная коллегия определила рассмотреть дело при данной явке.

Заслушав объяснения представителя истца, представителя ответчика, изучив материалы дела, проверив законность и обоснованность судебного решения, судебная коллегия приходит к следующему.

Из материалов дела следует, что <дата> по адресу: <адрес> произошло ДТП с участием автомобиля «Ауди Q5», госномер <№>, под управлением Ш.А.Ф., и автомобиля «ЗИЛ», госномер <№>, под управлением Б.И.В.

В результате указанного ДТП автомобиль истца получил механические повреждения.

Риск гражданской ответственности истца на момент ДТП был застрахован в ООО СК «Согласие», на основании достигнутого с потерпевшим соглашения произведена страховая выплата в размере 33 600 руб.

В обоснование заявленных требований истцом представлено экспертное заключение ИП К.Е.А. <№> от <дата>, согласно которому стоимость восстановительного ремонта его автомобиля составляет 140 600 руб. 40 коп.

В ходе рассмотрения дела судом первой инстанции по ходатайству ответчика, оспаривающего объем повреждений и размер причиненного ущерба, назначена судебная оценочная и трасологическая экспертиза, производство которой поручено эксперту ООО АНСЭ «Экспертиза» М.О.И.

Согласно заключению эксперта следует, что повреждения «Ауди Q5», заявленные как образованные в ДТП от <дата>, не противоречат заявленным обстоятельствам происшествия и могли быть образованы в результате контакта с автомобилем «ЗИЛ».

Стоимость восстановительного ремонта с учетом полученных повреждений от ДТП, имевшего место <дата>, рассчитанная на основании «Методических рекомендаций по проведению судебных экспертиз и исследований колесных транспортных средств в целях определения ущерба, стоимости восстановительного ремонта и оценки» составляет без учета износа 116 802 руб. 96 коп., с износом 71 300 руб.

Свои выводы судебный эксперт М.О.И. подтвердил в суде первой инстанции в судебном заседании <дата> (т.1, л.д.204).

Разрешая спор о взыскании ущерба, суд пришел к выводу, что в данной дорожной ситуации водитель автомобиля «ЗИЛ» Б.И.В. нарушил требования п. п. 9.10 и 10.1 ПДД РФ, совершив наезд на припаркованный автомобиль «Ауди Q5».

Нарушений ПДД РФ в действиях водителя автомобиля «Ауди Q5» суд не установил.

Вопреки доводам апелляционной жалобы ответчика, факт отсутствия в действиях водителя Б.И.В. состава административного правонарушения сам по себе о невиновности его действий в смысле гражданско-правовой ответственности за причиненный вред не свидетельствует, поскольку именно суд в рамках гражданского дела должен установить характер и степень вины участников ДТП.

В соответствии с п. 9.10 ПДД РФ, водитель должен соблюдать такую дистанцию до движущегося впереди транспортного средства, которая позволила бы избежать столкновения, а также необходимый боковой интервал, обеспечивающий безопасность движения.

Согласно ст. 10.1 ПДД РФ водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

Из объяснений водителя Б.И.В., данных сотрудникам ГИБДД следует, что двигаясь по <адрес> на автомобиле «ЗИЛ» в сторону <адрес>, при разъезде со встречным легковым автомобилем задел бампером своего автомобиля автомобиль «Ауди», госномер <№> стоящий на парковке, затем указал, что автомобиль «Ауди» стоял у обочины (т.1, л.д.64).

Из объяснений водителя Ш.А.Ф., данных сотрудникам ГИБДД следует, что автомобиль «ЗИЛ» двигался по <адрес> в сторону <адрес> и совершил наезд на принадлежащий ему припаркованный автомобиль «Ауди» (т.1, л.д.65).

Из подписанной участниками ДТП схемы не следует, что автомобиль «Ауди» был припаркован в месте, где это было запрещено (т.1, л.д.66).

Исходя из анализа представленных материалов следует, что водителем автомобиля «ЗИЛ» требования п. п. 9.10, 10.1 ПДД РФ соблюдены не были, поскольку боковой интервал необходимый для обеспечения безопасного движения для разъезда со встречным транспортом соблюден не был, а выбранная скорость с учетом особенности транспортного средства (его габаритов) не позволила обеспечить контроль за ним и при возникновении опасности для движения в виде припаркованного автомобиля, он не принял мер к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

Таким образом, суд первой инстанции, установив на основании представленного административного материала по факту ДТП, что повреждение автомобиля «Ауди Q5», явилось следствием действий водителя Б.И.В., нарушившего требования п. п. 9.10, 10.1 Правил дорожного движения РФ, обоснованно исходил из того, что состав гражданско-правового деликта, необходимый в соответствии с нормами ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации для привлечения ответчика к гражданско-правовой ответственности, доказан истцом, и правомерно удовлетворил заявленные исковые требования.

Доказательств обратного, вопреки положения ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ответчиком представлено не было.

Оценив в совокупности представленные доказательства, исходя из того, что факт нахождения водителя Б.И.В. в трудовых отношениях с ЕМУП «Водоканал» не оспаривался, принимая во внимание наличие вины водителя Б.И.В. в ДТП, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о взыскании с ЕМУП «Водоканал» в пользу истца ущерба в размере 82 702 руб. 96 коп., судебных расходов.

Доводы апелляционной жалобы о необоснованности заключения судебной экспертизы судебной коллегией во внимание приняты быть не могут, поскольку основаны на субъективной оценке ответчиком данного доказательства.

Ссылка ответчика о том, что выводы эксперта в части возможного образования заявленных повреждений на автомобиле истца в результате контакта с автомобилем «ЗИЛ» носят вероятностный характер, также подлежит отклонению судебной коллегией, как необоснованная.

Вопреки доводам жалобы ответчика, данное экспертное заключение является трасологическим, составлено экспертом, который имеет необходимую квалификацию, само заключение является полным, мотивированным, аргументированным, в нем, вопреки доводам апелляционной жалобы учтены все обстоятельства, изложенные в административном материале. Экспертом сделан однозначный, а не вероятностный вывод, о том, что повреждения задней правой части автомобиля «Ауди Q5» по локализации (высоте), направлению взаимодействия в результате следового контакта, форме и ширине следа, характеру и механизму образования и иным морфологическим признакам не противоречат и могли быть образованы в результате контакта с правой частью переднего бампера автомобиля «ЗИЛ» при заявленных обстоятельствах происшествия. Выводы эксперта согласуются и с иными доказательствами по делу, в том числе с материалами по факту ДТП, зафиксировавшими объем полученных автомобилем истца повреждений, в связи с чем оснований сомневаться в правильности выводов эксперта не имеется.

Кроме того, ответчиком допустимых доказательств, опровергающих выводы судебной экспертизы, суду представлено не было.

Доводы жалобы о том, что на момент рассмотрения дела в суде первой инстанции автомобиль истца уже был отремонтирован, однако размер понесенных истцом убытков судом не исследовался, также не является основанием для отмены постановленного судебного акта.

В силу ст. ст. 931, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред либо страховщиком его гражданской ответственности в силу обязательности такого страхования.

В соответствии со ст. 1082 Гражданского кодекса Российской Федерации, удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки (п. 2 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Вместе с тем, при возмещении убытков в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права.

Согласно правовой позиции, изложенной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 10.03.2017 № 6-П, в силу закрепленного в ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации принципа полного возмещения причиненных убытков, лицо, право которого нарушено, может требовать возмещения расходов, которые оно произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, компенсации утраты или повреждения его имущества (реальный ущерб), а также возмещения неполученных доходов, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Применительно к случаю причинения вреда транспортному средству это означает, что в результате возмещения убытков в полном размере потерпевший должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы его право собственности не было нарушено, т.е. ему должны быть возмещены расходы на полное восстановление эксплуатационных и товарных характеристик поврежденного транспортного средства.

При этом, поскольку полное возмещение вреда предполагает восстановление поврежденного имущества до состояния, в котором оно находилось до нарушения права, в таких случаях - при том, что на потерпевшего не может быть возложено бремя самостоятельного поиска деталей, узлов и агрегатов с той же степенью износа, что и подлежащих замене, - неосновательного обогащения собственника поврежденного имущества не происходит, даже если в результате замены поврежденных деталей, узлов и агрегатов его стоимость выросла.

Соответственно, при исчислении размера расходов, необходимых для приведения транспортного средства в состояние, в котором оно находилось до повреждения, и подлежащих возмещению лицом, причинившим вред, должны приниматься во внимание реальные, т.е. необходимые, экономически обоснованные, отвечающие требованиям завода-изготовителя, учитывающие условия эксплуатации транспортного средства и достоверно подтвержденные расходы, в том числе расходы на новые комплектующие изделия (детали, узлы и агрегаты).

Как следует из разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения; размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной, более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества (п. 13).

Таким образом, результат возмещения убытков должен заключаться в том, что истец будет поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы его право не было нарушено. Истцу должны быть возмещены расходы на полное восстановление эксплуатационных и товарных характеристик поврежденного имущества.

С учетом изложенного, удовлетворение заявленных исковых требований по делу непосредственно к причинителю вреда в части возмещения стоимости восстановления транспортного средства запчастями без учета износа, приведет к полному возмещению причиненного истцу вреда, в связи с чем выводы суда первой инстанции в указанной части являются правильными, и с учетом вышеизложенного не влекут возникновение на стороне истца неосновательного обогащения, как на то ошибочно указывает ответчик, который, в том числе ничем не опровергает выводы судебной экспертизы в части установления размера ущерба необходимого для восстановления транспортного средства истца.

Доводы, изложенные ответчиком о том, что ущерб, причиненный автомобилю истца, в полном объеме подлежит возмещению за счет страховой компании, также основанием для отмены обжалуемого судебного акта не являются, поскольку как усматривается из материалов дела, в заявлении о выплате страхового возмещения, потерпевший просил произвести выплату страхового возмещения в безналичной форме, тем самым, акцептовав оферту страховщика по варианту выплаты страхового возмещения в денежном выражении, что согласуется также с разъяснениями, содержащимися в п. 38 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 08.11.2022 № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств».

Страховщик определил размер ущерба на основании заключения эксперта-техника Р.А.В., согласно которому стоимость восстановительного ремонта автомобиля «Ауди Q5» с учетом износа на основании Единой Методики определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства составляет 33600 руб. (т.1,л.д.182-189).

На наличие заключенного между потерпевшим и страховщиком соглашения о выплате страхового возмещения, обращено и внимание судом первой инстанции.

При указанных выше обстоятельствах, учитывая тот факт, что согласно подп. «ж» п. 16.1 ст. 12 Закона об ОСАГО страховое возмещение осуществляется страховщиком согласно Единой методике с учетом износа на заменяемые запасные части, с учетом того, что истец в отношении со страховщиком избрал в виде способа выплаты страхового возмещения - выплату по соглашению, что не противоречит положениям закона об ОСАГО и актам его применения, суд пришел к правильному выводу о наличии оснований для взыскания с ответчика в пользу истца разницы между стоимостью восстановительного ремонта автомобиля истца в соответствии со среднерыночными ценами без учета износа, определенной судебным экспертом, и выплаченным страховым возмещением по соглашению, определенным по Единой методике с учетом износа.

При этом обстоятельств того, что выплата страхового возмещения в денежной форме вместо осуществления ремонта была неправомерной и носила характер недобросовестного осуществления страховой компанией и потерпевшим гражданских прав (злоупотребление правом), из материалов дела не следует и судом не установлено.

Доводы ответчика о несогласии с решением суда в части взыскания в пользу истца расходов на проведение независимой экспертизы по определению стоимости восстановительного ремонта автомобиля, поскольку такие расходы также не являлись необходимыми, судебной коллегией не могут быть приняты во внимание.

По общему правилу, предусмотренному ч. 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.\

В соответствии с ч. 1 ст. 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В силу абз. 9 ст. 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся другие признанные судом необходимыми расходы.

Взыскание расходов на оплату проведения истцом досудебного экспертного исследования с целью установления стоимости восстановительного ремонта при возможности взыскания возмещения вреда в виде фактических расходов истца на ремонт автомобиля не свидетельствует о неправомерном взыскании денежных средств с ответчика, принимая во внимание, что экспертное исследование проводилось истцом с целью обращения в суд и определения размера исковых требований. Осуществление истцом ремонта транспортного средства являлось его правом, при этом истец вправе был выбрать и заявить требование о возмещении стоимости ремонта, установленной заключением, либо о возмещения фактических расходов на ремонт.

Доводы апелляционной жалобы ответчика о несогласии со взысканной суммой расходов на оплату услуг представителя также не являются основанием к отмене решения суда в указанной части в силу следующего.

На основании п. 1 ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя, и тем самым - на реализацию требования ст. 17 Конституции Российской Федерации.

В соответствии с разъяснениями, данными в п. п. 11-13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (ч. 4 ст. 1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Из разъяснений, данных в п. 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», следует, что расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах.

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (п. 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела»).Таким образом, суд может ограничить взыскиваемую в счет возмещения сумму соответствующих расходов, если сочтет ее чрезмерной с учетом конкретных обстоятельств, используя в качестве критерия разумность понесенных расходов. Неразумными могут быть признаны значительные расходы, не оправданные ценностью подлежащего защите права либо несложностью дела.

Учитывая вышеизложенные положения закона, судебная коллегия соглашается с размером взысканных с ответчика в пользу истца расходов на оплату услуг представителя в размере 35000 руб., определенным судом первой инстанции, исходя из фактических обстоятельств дела и правоотношений сторон, объема и характера оказанной правовой помощи (подготовка и подача искового заявления, сбор и предоставление дополнительных доказательств, участие в судебном заседании суда первой и апелляционной инстанции, подготовка заявления об уточнения исковых требований, ознакомление с материалами дела), сложности выполненной представителями работы, продолжительности рассмотрения дела, размера фактически понесенных расходов, требований разумности, поскольку определенная таким образом сумма расходов по оплате услуг представителя позволяет соблюсти необходимый баланс между сторонами, учитывает соотношение расходов с объемом получившего защиту права истца.

Судебная коллеги я отмечает, что оценка разумности произведенных судебных расходов, их сопоставимость, определение справедливого размера входят в компетенцию суда первой инстанции. При отсутствии достаточных правовых оснований, в том числе, нарушений норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не вправе вмешиваться в данную компетенцию и произвольно изменять сумму судебных расходов, размер которых одна из сторон считает несправедливым.

Вопреки доводам жалобы, доказательств чрезмерности взысканных расходов на оплату услуг представителя ответчиком не представлено, в связи с чем, оснований для уменьшения размера указанных расходов судебная коллегия не усматривается.

Доводы апелляционной жалобы о неправомерности вывода суда о том, что расчет, подлежащих взысканию с ответчика расходов по оплате услуг эксперта, юридических услуг произведен исходя из размера исковых требований, заявленных истцом до уточнения исковых требований, судебная коллегия находит несостоятельными, поскольку они основаны на неверном толковании закона и разъяснений по его применению ответчиком.

Иных доводов апелляционная жалоба не содержит.

При таком положении судебная коллегия приходит к выводу о том, что правоотношения сторон и закон, подлежащий применению, определены судом правильно. Обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены на основании представленных в материалы дела доказательств, оценка которым дана судом первой инстанции с соблюдением требований, предъявляемых гражданским процессуальным законодательством (ст. 12, 56, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации) и подробно изложена в мотивировочной части решений суда.

Оснований не согласиться с такой оценкой не имеется.

Доводы апелляционной жалобы по существу рассмотренного спора повторяют правовую позицию ответчика, которая являлась предметом судебного изучения, сводятся к несогласию с выводами суда первой инстанции, их переоценке и иному толкованию действующего законодательства, при этом не опровергают выводов суда первой инстанции, не содержат ссылок на новые обстоятельства, которые не были предметом исследования или опровергали бы выводы решения, и на наличие оснований для его отмены или изменения (ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Нарушений норм процессуального права, которые привели или могли привести к принятию неправильного решения, а также, безусловно, влекущих за собой отмену судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 327.1, п. 1 ст. 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Кировского районного суда г. Екатеринбурга от 31.05.2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу ответчика Екатеринбургского муниципального унитарного предприятия «Водоканал» – без удовлетворения.

Председательствующий:

ФИО1

Судьи:

Н.В. Майорова

ФИО2

...