Судья Никитина А.В. УИД 16RS0024-01-2023-000334-59

Дело № 2-383/2023

№ 33-13637/2023

Учет № 021г

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

18 сентября 2023 года город Казань

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан в составе

председательствующего Насретдиновой Д.М.,

судей Гиниатуллиной Ф.И. и Прытковой Е.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Нигматзяновой А.Л.

рассмотрела в открытом судебном заседании по докладу судьи Насретдиновой Д.М. гражданское дело по апелляционной жалобе ответчика М.М.Г, на решение Нурлатского районного суда Республики Татарстан от 22 мая 2023 года, которым постановлено:

заявление Нурлатского городского прокурора Республики Татарстан в интересах несовершеннолетней М.А.М. и законного представителя несовершеннолетней М.Т.В. к М.М.Г. и М.А.М. о признании недействительным договора купли-продажи жилого дома и применения последствия недействительности сделки, прекращении права собственности на долю в праве собственности на жилой дом, признании права собственности на долю в жилом доме удовлетворить.

Признать недействительным договор купли-продажи жилого дома, заключенный 30 мая 2019 года между М.М.Г., (паспорт серия <данные изъяты>) М.А.М. в части купли-продажи 5/100 долей в праве собственности на жилой дом, расположенный по адресу <адрес>.

Применить последствия недействительности сделки.

Прекратить право собственности М.А.М. на 5/100 долей в праве собственности на жилой дом, расположенный по адресу <адрес>.

Внести в Единый государственный реестр недвижимости изменения в запись о праве собственности М.А.М. на жилой дом, расположенный по адресу <адрес>, изменив вид собственности на долевую с указанием размера доли - «95/100».

Признать за М.А.М. право собственности на жилой дом, расположенный по адресу <адрес>, в размере 5/100 долей.

Взыскать с М.М.Г. государственную пошлину в доход бюджета муниципального образования города Нурлат Республики Татарстан в размере 1 988 рублей.

Взыскать с М.А.М. государственную пошлину в доход бюджета муниципального образования города Нурлат Республики Татарстан в размере 1 988 рублей.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав объяснения ответчика М.М.Г., поддержавшего апелляционную жалобу, объяснения представителя Нурлатской городской прокуроры Республики Татарстан Закиева Л.А., возражавших против доводов жалобы, судебная коллегия

УСТАНОВИЛ

А:

исполняющий обязанности Нуратского городского прокурора Республики Татарстан обратился в суд с заявлением в интересах несовершеннолетней М.А.М. к М.М.Г., М.А.М. о признании недействительным договора купли-продажи жилого дома и применении последствий недействительности сделки, прекращении права собственности на долю в праве собственности на жилой дом, признании права собственности на долю в жилом доме.

В обоснование заявленных требований указано, что Нурлатской городской прокуратурой Республики Татарстан была проведена проверка исполнения требований жилищного законодательства в части приобретения жилого помещения с использованием средств (части средств) материнского (семейного) капитала в рамках реализации национального проекта «Демография». По результатам данной проверки было установлено, что 22 мая 2007 года М.Т.В. после рождения второго ребенка М.А.М., <дата> года рождения, получила государственный сертификат на материнский (семейный) капитал серии МК-1 № 0275478.

10 марта 2010 года М.Т.В. обратилась в Государственное учреждение – Управление Пенсионного фонда Российской Федерации по Нурлатскому району Республики Татарстан с заявлением о распоряжении средствами материнского (семейного) капитала на улучшение жилищных условий, а именно на строительство жилого дома по адресу: <адрес>, в размере 330 178 рублей 75 копеек. В подтверждение М.Т.В. в пенсионный орган был предоставлен договор подряда о проведении строительных работ от 25 февраля 2010 года № 2, заключенный ее супругом М.М.Г. с обществом с ограниченной ответственностью «Домстрой».

Заявление М.Т.В. о распоряжении средствами материнского (семейного) капитала пенсионным органом удовлетворено 10 марта 2010 года.

В тот же день супруг М.Т.В. – М.М.Г. дал нотариально заверенное обязательство о том, что жилое помещение, построенное с использованием средств материнского (семейного) капитала, будет оформлено в общую собственность лица, получившего сертификат, его супруга, детей (в том числе первого, второго, третьего и последующих детей) и иных совместно проживающих членов семьи с определением размера долей по соглашению, в течение 6 месяцев после ввода в эксплуатацию объекта индивидуального жилищного строительства.

Согласно выписке из единого государственного реестра недвижимости о переходе прав на объект недвижимости от 10 марта 2023 года право собственности на объект недвижимости – жилой дом, расположенный по адресу <адрес>, общей площадью 176,3 квадратных метра зарегистрировано за М.А.М. 7 июня 2019 года на основании договора купли-продажи от 30 мая 2019 года, заключенного между М.М.Г. (продавец) и М.А.М. (покупатель). Реестровый номер государственной регистрации права .....

Ранее, с 25 октября 2011 года до 7 июня 2019 года право собственности на указанный объект недвижимости было зарегистрировано за М.М.Г., то есть до момента его продажи сыну М.А.М..

По изложенным основаниям, указывая на то, что доля в построенном жилом доме несовершеннолетней дочери М.А.М. не выделена, чем нарушены ее права, прокурор просил признать договор купли-продажи жилого дома, заключенный 30 мая 2019 года между М.М.Г. и М.А.М. в части купли-продажи 5/100 долей вправе собственности на жилой дом, расположенный по адресу: <адрес> недействительным, применить последствия недействительности сделки, прекратить право собственности М.А.М. на 5/100 долей в праве собственности на указанный жилой дом, внести в единый государственный реестр недвижимости изменения в запись о праве собственности М.А.М. на жилой дом, изменив вид собственности на долевую с указанием размера доли – 95/100, признать за М.А.М. право собственности на спорный жилой дом в размере 5/100 долей.

Помощник Нурлатского городского прокурора Ш.И.Ю. в судебном заседании заявленные требования поддержала по изложенным основаниям.

Законный представитель несовершеннолетней М.А.М. – М.Т.В. требования прокурора поддержала, пояснив, что М.М.Г. свои обязательства по передаче в собственность их несовершеннолетней дочери М.А.М. доли в жилом доме по вышеуказанному адресу не исполнил, нарушив тем самым права последней. Она, в свою очередь, давая 2 октября 2015 года нотариальное согласие на продажу спорного дома, полагала, что ответчик М.М.Г. выделил доли в нем в собственность детей. При этом она была введена в заблуждение М.М.Г., который убедил ее в том, что квартира по адресу: <адрес>, приобретенная ею на средства от продажи жилого помещения, ранее полученного по завещанию бабушки, является их совместной собственностью, предложив взамен соответствующее согласие на продажу данного объекта недвижимости. Кроме того, поскольку в 2019 году с бывшим супругом М.М.Г. она не проживала, о заключении им с сыном М.А.М. оспариваемого договора купли-продажи узнала только в 2022 году.

Ответчик М.М.Г., его представитель В.Г.Ф. с требованиями прокурора не согласились, указывая на их необоснованность, а также ссылаясь на обращение в суд за пределами установленного законом срока исковой давности для оспаривания совершенной сделки.

Ответчик М.А.М., будучи извещенным о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, на судебное заседание не явился.

Представитель отдела опеки и попечительства Исполнительного комитета Нурлатского муниципального образования Республики Татарстан – Г.Л.Н., требования прокурора поддержала.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора – Управления федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Республике Татарстан на судебное заседание не явился.

Судом вынесено решение об удовлетворении требований в приведенной выше формулировке.

В апелляционной жалобе ответчик М.М.Г., выражая несогласие с принятым по делу решением суда, просит его отменить как незаконное и необоснованное и вынести новое судебное постановление об отказе в удовлетворении заявленных требований. При этом в жалобе ответчик приводит доводы, аналогичные изложенным в качестве возражений по существу заявленных требований, ссылается на истечение срока исковой давности для обращения в суд с настоящим заявлением, что было оставлено судом без должной правовой оценки и внимания.

Ответчик М.М.Г. на судебном заседании суда апелляционной инстанции жалобу поддержал по изложенным в ней основаниям.

Представитель Нурлатской городской прокуроры Республики Татарстан Закиев Л.А., не соглашаясь с доводами апелляционной жалобы, просил оставить в силе решение суда первой инстанции.

Иные лица, участвующие в деле, будучи извещенными о времени и месте его рассмотрения по правилам статьи 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в суд апелляционной инстанции не явились.

Выслушав объяснения явившихся лиц, изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного решения по правилам части первой статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему.

Согласно части 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу части 1 статьи 167 гражданского кодекса Российской Федерации Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В соответствии с пунктом 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

На основании статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Судом установлено и из материалов дела следует, что М.Т.В. и М.М.Г. являются родителями М.А.М., <дата> года рождения, и М.А.М., <дата> года рождения, после рождения которой М.Т.В. получила государственный материнский (семейный) капитал серии МК-1 № 0275478.

25 февраля 2010 года между М.М.Г. и обществом с ограниченной ответственностью «Домстрой» был заключен договор подряда № 2 на строительство жилого дома по адресу: <адрес>.

Решением Государственного учреждения – Управления Пенсионного фонда Российской Федерации в Нурлатском районе и городе Нурлат Республики Татарстан от 10 марта 2010 года № 23 удовлетворено заявление М.Т.В. о распоряжении средствами материнского (семейного) капитала, которые направлены на улучшение жилищных условий – на оплату вышеуказанного договора подряда в размере 330 178 рублей 75 копеек.

В тот же день М.М.Г. дано нотариально заверенное обязательство о том, что жилое помещение, построенное с использованием средств материнского (семейного) капитала будет оформлено в общую собственность лица, получившего сертификат, его супруга, детей (в том числе первого, второго, третьего и последующих детей) и иных совместно проживающих членов семьи с определением размера долей по соглашению, в течение 6 месяцев после ввода в эксплуатацию объекта индивидуального жилищного строительства.

2 июля 2010 года решение Государственного учреждения – Управления Пенсионного фонда Российской Федерации в Нурлатском районе и городе Нурлат Республики Татарстан от 10 марта 2010 года № 23 исполнено посредством перечисления денежных средств на расчетный счет общества с ограниченной ответственностью Домстрой», что подтверждается материалами дела и не оспаривается участвующими в деле лицами.

Как следует из выписки из единого государственного реестра недвижимости о переходе прав на объект недвижимости, право собственности на жилой дом, расположенный по адресу <адрес>, общей площадью 176,3 квадратных метра, было зарегистрировано за М.М.Г. 25 октября 2011 года.

Доля в построенном жилом доме несовершеннолетней М.А.М., <дата> года рождения, в размере 5/100 долей – пропорционально стоимости средств материнского капитала на каждого члена семьи не выделена, что безусловно свидетельствует о нарушении ее жилищных прав. При этом расчет долей каждого члена семьи в средствах материнского (семейного) капитала исходя из общей кадастровой стоимости жилого дома и с учетом доли каждого из супругов, суд признает верным, поскольку он соответствующим материалам дела и не оспаривается участвующими в деле лицами.

30 мая 2019 года между М.М.Г. (продавец) и его сыном М.А.М. (покупатель) был заключен договор купли-продажи спорного жилого дома, на основании которого право собственного на данную недвижимость с 7 июня 2019 года перешло к последнему. Реестровый номер государственной регистрации права .....

Разрешая спор, суд первой инстанции, исходя из возникших между сторонами правоотношений и закона, подлежащего применению к этим отношениям, исходя из того, что на момент отчуждения спорного имущества в нарушение норм закона и прав несовершеннолетнего ребенка доля в праве собственности на спорный жилой дом М.А.М. согласно нотариальному обязательству выделены не были, пришел к выводу о наличии оснований для удовлетворения требований.

Судебная коллегия, соглашаясь с указанными выводами суда первой инстанции, признает доводы апелляционной жалобы ответчика несостоятельными в связи со следующим.

Так, в соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 10 Федерального закона от 29 декабря 2006 гола № 256-ФЗ «О дополнительных мерах государственной поддержки семей, имеющих детей» средства (часть средств) материнского (семейного) капитала в соответствии с заявлением о распоряжении могут направляться на приобретение (строительство) жилого помещения, осуществляемое гражданами посредством совершения любых не противоречащих закону сделок и участия в обязательствах (включая участие в жилищных, жилищно-строительных и жилищных накопительных кооперативах), путем безналичного перечисления указанных средств организации, осуществляющей отчуждение (строительство) приобретаемого (строящегося) жилого помещения, либо физическому лицу, осуществляющему отчуждение приобретаемого жилого помещения, либо организации, в том числе кредитной, предоставившей по кредитному договору (договору займа) денежные средства на указанные цели.

В силу пункта 2 части 1 статьи 10 Федерального закона от 29 декабря 2006 гола № 256-ФЗ «О дополнительных мерах государственной поддержки семей, имеющих детей», средства (часть средств) материнского (семейного) капитала в соответствии с заявлением о распоряжении могут направляться на строительство, реконструкцию объекта индивидуального жилищного строительства, осуществляемые гражданами без привлечения организации, осуществляющей строительство (реконструкцию) объекта индивидуального жилищного строительства, в том числе по договору строительного подряда, путем перечисления указанных средств на банковский счет лица, получившего сертификат.

Лицо, получившее сертификат, его супруг (супруга) обязаны оформить жилое помещение, приобретенное (построенное, реконструированное) с использованием средств (части средств) материнского (семейного) капитала, в общую собственность такого лица, его супруга (супруги), детей (в том числе первого, второго, третьего ребенка и последующих детей) с определением размера долей по соглашению (часть 4 статьи 10 Федерального закона от 29 декабря 2006 года № 256-ФЗ «О дополнительных мерах государственной поддержки семей, имеющих детей»).

Как было отмечено ранее, средства материнского (семейного) капитала были направлены на строительство спорного жилого дома, при этом ответчиком М.М.Г. было дано нотариальное обязательство об оформлении спорного имущества в общую долевую собственность, которое до момента заключения с М.А.М. договора купли-продажи от 30 мая 2019 года в нарушение положений статьи 10 Федерального закона от 29 декабря 2006 года № 256-ФЗ «О дополнительных мерах государственной поддержки семей, имеющих детей» исполнено не было, что свидетельствует о том, что данной сделкой не соблюдены интересы несовершеннолетней М.А.М.

Таким образом, вывод суда первой инстанции о наличии оснований для признания договора купли-продажи частично недействительной сделкой, применении последствий недействительности сделки в виде прекращения права собственности на соответствующую долю в праве собственности и признании права собственности являются обоснованными.

Проверяя доводы апелляционной жалобы о необоснованном восстановлении судом срока исковой давности по требованию о признании сделки недействительной, судебная коллегия, учитывая положения статей 196, 199, 200, 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, не усматривает нарушения судом в применении норм материального права, поскольку защита прав несовершеннолетних детей носит приоритетный характер. При этом одним из основных принципов семейного законодательства является обеспечение приоритетной защиты прав и интересов несовершеннолетних, забота об их благосостоянии и развитии. Отступление от указанного принципа, во всяком случае, нарушает права несовершеннолетнего как собственника имущества.

На основании изложенного, исходя из того, что оспариваемой сделкой нарушены права несовершеннолетней М.А.М., которая в силу своего возраста ограничена в праве на защиту своих жилищных прав и интересов, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о необходимости восстановления срока исковой давности при обращении прокурора в суд с настоящим заявлением.

Содержащийся в апелляционной жалобе М.М.Г. довод о том, что оспариваемая прокурором сделка купли-продажи была совершена с нотариального согласия М.Т.В., которая взамен получила соответствующее согласие на продажу квартиры по адресу: <адрес>, выводов суда не опровергает, поскольку свидетельствует лишь о ненадлежащем исполнении М.М.Г. и М.Т.В. родительских обязанностей по отношению к несовершеннолетней М.А.М., до настоящего времени не обеспеченной иным жилым помещением или соответствующей долей в нем, и позволяет квалифицировать данные действия как злоупотребление данными правами.

Кроме этого следует также отметить, что пояснения М.Т.В., не являющейся стороной сделки и прекратившей семейные отношения с ответчиком М.М.Г., согласно которым о заключении спорного договора ей стало известно только в 2022 году, не опровергнуты какими-либо доказательствами, отвечающими требованиям относимости и допустимости.

При указанных обстоятельствах следует признать, что решение суда первой инстанции является правомерным, поскольку обстоятельствам дела и требованиям закона не противоречит.

В целом изложенные в апелляционной жалобе ответчика М.М.Г. доводы не опровергают выводов суда, направлены на иную оценку исследованных по делу обстоятельств и не могут служить основанием к отмене постановленного по делу решения.

Поскольку неправильного применения норм материального права, а также нарушений норм процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену судебных актов, не установлено, основания для отмены обжалуемого решения и удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 199, 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛ

А:

решение Нурлатского районного суда Республики Татарстан от 22 мая 2023 года по данному делу оставить без изменения, апелляционную жалобу М.М.Г. – без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в срок, не превышающий трех месяцев, в Шестой кассационный суд обшей юрисдикции (город Самара) через суд первой инстанции.

Мотивированное определение изготовлено в окончательной форме 19 сентября 2023 года.

Председательствующий

Судьи