УИД 74RS0030-01-2025-001661-65
Гражданское дело № 2-1283/2025
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
22 мая 2025 года г. Магнитогорск
Правобережный районный суд г. Магнитогорска Челябинской области в составе:
председательствующего Исаевой Ю.В.,
с участием помощника прокурора Новичковой М.А.,
при секретаре Лекомцевой О.В.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к муниципальному учреждению дополнительного образования «Правобережный центр дополнительного образования детей» города Магнитогорска об отмене приказов о предоставлении отпуска без оплаты, об увольнении, восстановлении на работе, взыскании заработной платы, среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда,
установил:
ФИО1 обратился с иском к муниципальному учреждению дополнительного образования «Правобережный центр дополнительного образования детей» города Магнитогорска (далее МУДО «Правобережный центр дополнительного образования детей»), с учетом уточнений (т. 1 л.д. 197-199) просил отменить приказ № 39-К от 24 марта 2025 года об увольнении, приказ № 38-К от 20 марта 2025 года о предоставлении отпуска работнику без оплаты, восстановить на работе в должности педагога дополнительного образования, взыскать заработную плату за период с 21 марта 2025 года и по день увольнения, а с 25 марта 2025 года и по день восстановления на работе - сумму среднего заработка за период вынужденного прогула, в счет компенсации морального вреда 92000 руб.
В обоснование требований указано, что с 31 августа 2017 года работал в МУДО «Правобережный центр дополнительного образования детей» в должности педагога дополнительного образования. Ввиду произошедшего с работодателем конфликта, обвинениях в краже документов под давлением сотрудников вневедомственной охраны Росгвардии, которые одели на него наручники, был вынужден написать заявление о предоставлении отпусках без сохранения заработной платы и об увольнении.
Судом к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования, привлечена администрация г.Магнитогорска (т. 1 л.д. 189).
Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержал, указал что заявления писал под диктовку директора МУДО «Правобережный центр дополнительного образования детей», о том, что заявления можно отозвать, не знал.
Представитель истца ФИО2, действующий на основании доверенности от 05 мая 2025 года (т. 1 л.д. 194), в судебном заседании настаивал на удовлетворении исковых требований.
Представитель ответчика директор МУДО «Правобережный центр дополнительного образования детей» ФИО3 (т. 1 л.д. 48) в судебном заседании исковые требования не признала, указала, что сотрудники вневедомственной охраны Росгвардии были вызваны в связи с недопустимостью выноса документов, содержащих персональные данные, из учреждения, конфликт был урегулирован, дальнейших разбирательств вести не была намерена. После того, как ФИО1 отдал документы, выразил желание уволиться немедленно, однако ему было предложено написать также заявление на предоставление отпуска без содержания, чтобы было время отозвать заявление об увольнении. Впоследствии заявление отозвано не было, ФИО1 указал, что намерен трудоустроиться в другое учреждение.
Представитель ответчика ФИО4, действующий на основании доверенности от 22 апреля 2025 года (т. 1 л.д. 28), в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований, представил суду письменные возражения (т. 1 л.д. 200-201), в которых указал, что ФИО1 при ознакомлении с приказами о предоставлении отпуска без сохранении заработной платы и об увольнении о недобровольности написания заявлений не указывал, впоследствии на работу не выходил, что свидетельствует о последовательности его действий, направленных на увольнение.
Представитель третьего лица администрации г.Магнитогорска в судебном заседании при надлежащем извещении участия не принимал.
Заслушав стороны, их представителей, заключение прокурора, допросив свидетелей, исследовав письменные материалы дела в судебном заседании, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований по следующим основаниям.
Согласно статье 1 Трудового кодекса Российской Федерации, целями трудового законодательства являются установление государственных гарантий трудовых прав и свобод граждан, создание благоприятных условий труда, защита прав и интересов работников и работодателей.
Исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации, основными принципами правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений признаются, в частности, свобода труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается, право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности, запрещение принудительного труда и дискриминации в сфере труда (абзацы первый - третий статьи 2 Трудового кодекса Российской Федерации).
В соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть прекращен по инициативе работника (статья 80 Трудового кодекса Российской Федерации).
Согласно положениям статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен данным кодексом или иным федеральным законом. Течение указанного срока начинается на следующий день после получения работодателем заявления работника об увольнении.
По соглашению между работником и работодателем трудовой договор может быть расторгнут и до истечения срока предупреждения об увольнении.
До истечения срока предупреждения об увольнении работник имеет право в любое время отозвать свое заявление. Увольнение в этом случае не производится, если на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому в соответствии с настоящим Кодексом и иными федеральными законами не может быть отказано в заключении трудового договора.
По истечении срока предупреждения об увольнении работник имеет право прекратить работу. В последний день работы работодатель обязан выдать работнику трудовую книжку или предоставить сведения о трудовой деятельности (статья 66.1 настоящего Кодекса) у данного работодателя, выдать другие документы, связанные с работой, по письменному заявлению работника и произвести с ним окончательный расчет.
Если по истечении срока предупреждения об увольнении трудовой договор не был расторгнут и работник не настаивает на увольнении, то действие трудового договора продолжается.
В подпункте «а» пункта 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением. Если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то это обстоятельство подлежит проверке и обязанность доказать его возлагается на работника.
Таким образом, обстоятельствами, имеющими значение для дела при разрешении спора о расторжении трудового договора по инициативе работника, являются наличие волеизъявления работника на увольнение по собственному желанию и добровольность волеизъявления работника на увольнение по собственному желанию.
В силу положений статьи 128 Трудового кодекса Российской Федерации работодателем может быть предоставлен работнику отпуск без сохранения заработной платы в связи с семейными обстоятельствами или по иным уважительным причинам. Продолжительность отпуска без сохранения заработной платы определяется по соглашению сторон.
Судом установлено и следует из материалов дела, что на основании заключенного 31 августа 2017 года № 6/С истец ФИО1 состоял в трудовых отношениях с МУДО «Правобережный центр дополнительного образования детей», работал в должности педагога дополнительного образования (т. 1 л.д. 67-95).
Данная работа согласно пункту 3 трудового договора являлась для ФИО1 основной.
Приказом работодателя № 356-К от 29 ноября 2024 года к ФИО1 было применено дисциплинарное взыскание в виде замечания (т. 1 л.д. 213).
Решением комиссии по урегулированию споров между участниками образовательных отношений, оформленным протоколом № 1 от 17 февраля 2025 года, установлено отсутствие факта нарушения директором ФИО3 требований к выполнению должностных обязанностей педагогом дополнительного образования ФИО1 в части сбора документов от родителей на зачисление (т. 2 л.д. 12-17). В материалы дела представлены копии заявлений ФИО1 от 20 марта 2025 года о предоставлении дней без сохранения заработной платы с 21 по 24 марта 2025 года (т. 1 л.д. 174), об увольнении по собственному желанию с 24 марта 2025 года (т. 1 л.д. 184). Данные заявления содержат все необходимые реквизиты, в том числе подпись от имени ФИО1, дату их написания, даты, с которых просит предоставить отпуск и уволить по инициативе работника. Никаких мотивов увольнения, предоставления отпуска без содержания, в том числе указание на вынужденность их написания, текст данных заявлений не содержит.
Приказом № 38-К от 20 марта 2025 года МУДО «Правобережный центр дополнительного образования детей» ФИО1 предоставлен отпуск без оплаты в соответствии с частью 1 статьи 128 Трудового кодекса Российской Федерации на период 4 календарных дня с 21 марта 2025 года по 24 марта 2025 года (т. 1 л.д. 183),
Приказом № 39-К от 24 марта 2025 года истец был уволен по на основании пункта 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации по инициативе работника (т. 1 л.д. 66).
С данными приказами ФИО1 ознакомлен 20 марта 2025 года и 24 марта 2025 года соответственно, замечаний не указал.
Как следует из табеля учета рабочего времени за март 2025 года, пояснений истца, ФИО1 после написания заявлений о предоставлении отпуска и увольнении на работу не выходил (т. 1 л.д. 149).
21 марта 2025 года - на следующий день после написания заявлений, ФИО1 передал материальные ценности - наборы роботехнические, ноутбуки (т. 1 л.д. 214), что само по себе свидетельствует о добровольности и продуманности действий истца ФИО1 в инициированных им правоотношениях по увольнению из МУДО «Правобережный центр дополнительного образования детей».
25 марта 2025 года ФИО1 заключил трудовой договор № 5/2025 с муниципальным общеобразовательным учреждением «Средняя общеобразовательная школа № 67» г.Магнитогорска (далее - МОУ «СОШ № 67») о выполнении работы в должности педагога дополнительного образования на неопределенный срок, днем начала выполнения работы является 25 марта 2025 года (т. 2 л.д. 24-26), запись о приеме на работу внесена в трудовую книжку истца (т. 1 л.д. 231-233).
С МОУ «СОШ № 67» ФИО1 был заключен трудовой договор 16 сентября 2019 года по должности педагога дополнительного образования на неопределенный срок по совместительству (т. 2 л.д. 18-23).
С.Н.В.., допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля, показала, что работает заместителем директора МУДО «Правобережный центр дополнительного образования детей» по безопасности, непосредственно присутствовала при разговоре директора ФИО3 и ФИО1, предшествующем его увольнению. Когда сотрудники вневедомственной охраны Росгвардии завели ФИО1 в кабинет директора, он был в наручниках, наручники сняли сразу без каких-либо условий, затем ФИО1 попросил сотрудников Росгвардии выйти. Истец просил директора не обращаться в полицию по поводу кражи документов, сказал, что работать больше не будет, просил уволить немедленно, ФИО3 сообщила о невозможности немедленного увольнения, необходимости отработать две недели до увольнения на случай, если истец передумает расторгать трудовой договор; напомнила, что у ФИО1 завтра занятия, в связи с чем он принял решение оформить заявление о предоставлении отпуска без содержания. Заявления были написаны ФИО1 после того, как уехали сотрудники Росгвардии.
Из показаний С.Е.В.., работающей заместителем директора МУДО «Правобережный центр дополнительного образования детей», Е.К.К.. (инспектор по кадрам), Д.Ю.В. (педагог-организатор) следует, что ФИО1 до увольнения, в момент ознакомления с приказами последовательно указывал на то, что увольняется по собственному желанию.
Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля директор МОУ «СОШ № 67» Б.Е.Г.., показала, что в марте 2025 года к ней обратился ФИО1, работающий в школе № 67 по совместительству, с просьбой трудоустроить на основное место работы, ссылаясь на то, что его не устраивают условия работы в МУДО «Правобережный центр дополнительного образования детей», поскольку было предложено выполнять дополнительные обязанности, также указывал на конфликт в связи с вручением повестки сотрудниками военкомата.
Из ответа на запрос суда командира взвода второй роты (Орджоникидзевский район) батальона полиции (отдельного) ОВО по г.Магнитогорску - филиала ФГКУ «УВО ВНГ России по Челябинской области» капитана полиции Б.А.К. следует, что 20 марта 2025 года наряд ГЗ № 5 взвода второй роты (Орджоникидзевский район) батальона полиции (отдельного) ОВО по г.Магнитогорску - филиала ФГКУ «УВО ВНГ России по Челябинской области» в составе сержанта полиции М.Ф.С. и старшины полиции И.Н.Г.. получил сигнал о срабатывании тревожной сигнализации в МУДО «Правобережный центр дополнительного образования детей» в связи с тем, что их сотрудник ФИО1 незаконно забрал документы и ушел в неизвестном направлении. В центре дополнительного образования в присутствии сотрудников полиции директор центра ФИО3 и ФИО1 договорились о том, что он увольняется и у руководства центра к нему не будет претензий. Физическая сила, специальные средства не применялись (т. 1 л.д. 215).
Из заявления ФИО3 от 20 марта 2025 года следует, что ФИО1 забрал документы, однако по данному факту дальнейших разбирательств не желает (т. 1 л.д. 216).
Из объяснений ФИО3, данных сотрудникам полиции, усматривается, что произошел конфликт с ФИО1, который был урегулирован по приезду сотрудников Росгвардии, дальнейших разбирательств не желает (т. 1 л.д. 218)
Из рапорта полицейского второй роты ОВР по г. Магнитогорску М.Ф.С. следует, что 21 марта 2025 года получил сообщение о том, что сработала тревожная сигнализация. По прибытию на адрес ФИО3 пояснила, что произошел конфликт с педагогом дополнительного образования ФИО1, однако конфликт был урегулирован по приезду сотрудников полиции (т. 1 л.д. 217).
Свидетель сотрудник полиции И.Н.Г. показал, что осуществлял выезд в МУДО «Правобережный центр дополнительного образования детей» в связи с тем, что ФИО1 забрал документы, задержали его около школы, доставили к директору, с которой у истца состоялся разговор без присутствия сотрудников полиции. После разговора сообщили, что стороны договорились, конфликт урегулирован, директор написала заявление об отсутствии претензий. При написании ФИО1 заявлений не присутствовал, к моменту их написания, наручники с него были сняты.
Свидетель сотрудник полиции М.Ф.С. показал, что давление на ФИО1 относительно его увольнения со стороны сотрудников полиции не оказывалось, никаких условий снятия наручников не высказывалось.
Оценив представленные доказательства в совокупности, суд приходит к выводу о законности предоставления ФИО1 отпуска без сохранения заработной платы, увольнения по инициативе работника, отсутствия оснований для восстановления на работе и взыскания заработной платы, среднего заработка за время вынужденного прогула, поскольку действия истца по написанию заявления о предоставлении отпуска, увольнении, его не выход на работу в день предоставления отпуска - следующий за увольнением день, и до дня увольнения, отсутствия действий по отзыву заявлений, сдача товарно-материальных ценностей в первый же день предоставления отпуска без сохранения заработной платы еще до издания работодателем приказа об увольнении, ознакомление с приказами о предоставлении отпуска и увольнении без каких-либо замечаний, трудоустройство по основному месту работы в день, следующий за днем увольнения, последовательны, свидетельствуют о действительном намерении уволиться из МУДО «Правобережный центр дополнительного образования детей».
Доводы истца об оказании на него давления работодателем ввиду незаконного завладения документами и возможностью привлечения к ответственности в связи с этим объективными доказательствами не подтверждены, сотрудники полиции при разговоре между директором ФИО3 и ФИО1 не присутствовали, тогда как С.Н.В.., являвшаяся его очевидцем, опровергла факт оказания такого давления, объяснения ФИО3 сотрудникам полиции, данные до и после урегулирования конфликта, свидетельствуют об отсутствии у нее изначально желания каких-либо дальнейших разбирательств.
Факт написания ФИО1 заявления в наручниках, под давлением сотрудников Росгвардии не нашел своего подтверждения в судебном заседании.
В соответствии со статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.
Доказательств неправомерных действий, бездействий со стороны работодателя, истцом не представлено, в связи с чем не имеется оснований для взыскания денежной компенсации морального вреда.
Руководствуясь статьями 12, 56, 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
решил:
В удовлетворении исковых требований ФИО1 (ИНН №) к муниципальному учреждению дополнительного образования «Правобережный центр дополнительного образования детей» города Магнитогорска (ИНН <***>) об отмене приказов о предоставлении отпуска без оплаты, об увольнении, восстановлении на работе, взыскании заработной платы, среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда отказать.
Решение может быть обжаловано в Челябинский областной суд в апелляционном порядке через Правобережный районный суд г.Магнитогорска Челябинской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Председательствующий:
Решение в окончательной форме принято 05 июня 2025 года.