73RS0004-01-2025-004811-69
№ 2-2753/2025
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
10 сентября 2025 года город Ульяновск
Заволжский районный суд города Ульяновска в составе:
председательствующего судьи Сейфуллиной М.Р.,
при ведении протокола судебного заседания секретарем Грибовой М.С.,
с участием помощника прокурора Заволжского района г. Ульяновска Алексеевой М.А.,
представителя истца ФИО1 - Муллиной О.В.,
представителей ответчика АО «Ульяновский патронный завод» ФИО2, ФИО3,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к акционерному обществу «Ульяновский патронный завод» о компенсации морального вреда,
установил:
ФИО1 обратился в суд с иском к АО «Ульяновский патронный завод» о взыскании компенсации морального вреда вследствие повреждения здоровья в результате несчастного случая на производстве.
В обоснование требований указал, что 12 мая 2025 года в период времени с 08 часов 00 минут до 13 часов 32 минут на территории АО «Ульяновский патронный завод», расположенный по адресу: <...>, вследствие нарушения правил и техники безопасности лицами из числа сотрудников АО «Ульяновский патронный завод», с ним произошел несчастный случай при выполнении шиномонтажных работ, он получил телесные повреждения, был доставлен в ГУЗ «ЦГКБ г. Ульяновска», ему выставлен диагноз: <данные изъяты>
В результате полученной травмы он испытал сильнейшую боль, потерял сознание, ему была проведена сложнейшая полостная операция, было удалено 80 сантиметров тонкой кишки, выставлен анастомоз кишечника в бок, были перевязаны кровоточащие сосуды желудка. Длительное время он находился между жизнью и смертью. В дальнейшем возникло очень опасное осложнение травмы - двусторонняя тромбоэмболия легочной артерии.
С момента происшествия и до настоящего времени истец постоянно испытывает сильные боли, длительное время не сможет вести активный образ жизни, у него возник страх возможных последствий после травмы, все это в совокупности причинило ему тяжелые нравственные и физические страдания.
Травмы истцом были получены при исполнении трудовых обязанностей по ремонту принадлежащей ответчику (работодателю) тракторной телеги. В рабочее время, на территории работодателя, используя принадлежащий работодателю инструмент и материалы, он производил ремонт (замену камеры колес), закрепленной за ним тракторной телеги. Общее состояние телеги было плохим в силу ее преклонного возраста. Инструмент и материалы так же не отличались хорошим качеством, это и привело к разрушению колеса и травмам полученным истцом. Принимая во внимание фактические обстоятельства, при которых истцу был причинен моральный вред, тяжесть полученной им травмы, характер физических и нравственных страданий, нарушение привычного образа жизни в результате полученной травмы, просит взыскать с ответчика в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 2 000 000 рублей, а также судебные расходы в размере 20 000 рублей.
Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом. В предыдущем судебном заседании исковые требования поддержал в заявленном размере по доводам иска, пояснил, что он находился в реанимации с 12 мая по 16 июня 2025 года, в хирургическом отделении с 16 по 27 июня 2025 года, 27 июня 2025 года его выписали, за ним осуществляла уход супруга, после выписки из больницы состояние было удовлетворительным, у него постоянно кружилась голова, было затруднение при ходьбе.
Представитель истца – адвокат Муллина О.В. в судебном заседании поддержала исковые требования по доводам, изложенным в заявлении.
Представитель ответчика АО «Ульяновский патронный завод» ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признал, пояснила, что завод не отрицает тяжесть травмы, полученной истцом. Указала, что в обязанности ФИО1 входит также текущий ремонт трактора, прицепных устройств, обслуживание колес водитель выполняет самостоятельно при условии, что колесо не демонтируется с транспортного средства. Распоряжений от начальника цеха о ремонте колеса не поступало. ФИО1 по своему собственному усмотрению, в отсутствие прямого указания начальника, расширил свою зону обслуживания и зону своих функциональных обязанностей, и принял решение о ремонте колеса. Все сложные шиномонтажные работы в организации выполняет соответствующая подрядная организация на основании договора. При накачке колеса действительно произошло происшествие, которое характеризуется как несчастный случай на производстве, а именно, в следствие неправильно закрепленных полуободов на колесе, в следствие того, что при накачке колеса истец не пользовался монометром, не контролировал степень накачки колеса, оно разбортовалось и развалилось. Вместо 10 болтов, скрепляющих 2 полуобода, они были закреплены на 3 болта. Для выполнения такого вида работ на территории предприятия есть огородительная решетка, о существовании которой истцу было известно. Полагала, что в данном случае усматривается причинно-следственная связь между несчастным случаем и действиями истца, которые в трудовом законодательстве классифицируются как грубая неосторожность и неосмотрительность. Ответчик не снимает с себя вины, с точки зрения не обеспечения должного контроля начальником цеха в силу большого объема задач. Когда ФИО1 находился в лечебном учреждении, взаимодействие с лечебным учреждением со стороны ответчика осуществлялось на постоянной основе, уход был обеспечен надлежащего уровня, общество возмещало супруге истца расходы на приобретение воды, пеленок и т.д.
Представитель ответчика АО «Ульяновский патронный завод» ФИО3 в судебном заседании поддержала позицию ФИО2
Представители третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Ульяновской области, Средневолжской межрегиональной территориальной государственной инспекции труда в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом.
Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, полагавшего исковые требования подлежащими удовлетворению частично, исследовав письменные материалы настоящего гражданского дела, материалы дела об административном правонарушении, суд приходит к следующему.
В соответствии с частью 1 статьи 12, статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее ГПК РФ) правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
В соответствии со статьей 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанность по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов, обеспечить соответствующие требованиям охраны труда условия труда на каждом рабочем месте, не допускать к работе лиц, не прошедших в установленном порядке обучение и инструктаж по охране труда, стажировку и проверку знаний требований охраны труда, организовать контроль за состоянием условий труда на рабочих местах.
В силу статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации на работодателе лежит обязанность возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.
Статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено возмещение работнику морального вреда, причиненного неправомерными действиями или бездействием работодателя.
Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац второй части 1 статьи 210 ТК РФ).
Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (абзацы второй и тринадцатый части 1 статьи 219 ТК РФ).
Из приведенных нормативных положений в их системной взаимосвязи следует, что работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. Все работники, выполняющие трудовые функции по трудовому договору, подлежат обязательному социальному страхованию. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья ему в установленном законодательством порядке возмещается материальный и моральный вред.
Из материалов дела следует и судом установлено, что ФИО1 состоит в трудовых отношениях с АО «Ульяновский патронный завод», 11 января 2006 года между сторонами заколочен трудовой договор, согласно которому ФИО1 принят на должность <данные изъяты>.
12 мая 2025 года в 13:10 часов на территории АО «Ульяновский патронный завод», по адресу: <...>, с <данные изъяты> ФИО1 произошел несчастный случай при следующих обстоятельствах: ФИО1 приехал на работу около 06:40 часов, переоделся в спецодежду, получил путевой лист, прошел предрейсовый медицинский осмотр и приступил к выполнению должностных обязанностей. Опрошенный начальник административно-хозяйственного отдела ФИО21 пояснил, что с утра 12 мая 2025 года ФИО1 совместно с работниками АХО были направлены в ДК 1 Мая, где накануне (9 мая) проводились праздничные мероприятия, посвященные празднованию дня обеды. Из ДК нужно было забрать и привезти на территорию завода инвентарь и имущество завода (флаги, мебель и прочее) и доставить их в отдел АХО. В районе 10:00 часов работа была окончена, далее каких-либо поручений ФИО1 ФИО4 не давалось. Опрошенный начальник автотранспортного цеха ФИО14 пояснил, что ранее к нему обращался <данные изъяты> ФИО1, что ему для работы нужно восстановить два колеса тракторной телеги, так как сейчас он в работе использует чужую телегу. Около обеда (в районе 11.00 часов) ФИО15 приехал на завод, привез различные запасные части к технике, в том числе 2 камеры для колес тракторной телеги. Впоследствии планировалась замена всех шин телеги на бескамерные (на тот момент 4 бескамерных шины были в процессе поставки).
Привезя камеры в цех, ФИО16 сразу заехал на тракторный участок и в присутствии водителя легкового автомобиля ФИО22. вручил камеры ФИО1 со словами «Оставь их у себя». Каких- либо поручений ФИО1 на самостоятельный ремонт колес тракторной телеги ФИО17 не давал. Опрошенный водитель автомобиля ФИО24 подтвердил слова ФИО25., о том, что камеры для колес были переданы им ФИО1 для хранения. Прямых поручений ФИО18 <данные изъяты> ФИО1 не давал. Тоже самое подтвердил и опрошенный ФИО1, что ФИО19 не поручал ему произвести ремонт колес тракторной телеги.
Следует отметить, что у АО «УПЗ» имеется договор со сторонней организацией на оказание услуг по шиномонтажу легковых и грузовых колес, о чем знают и подтверждают другие работники автотранспортного цеха. Несмотря на отсутствие указаний, ФИО1 принял решение самостоятельно собрать колеса тракторной телеги. После обеда, ФИО1 собрал одно колесо и накачал его. В ходе сборки первого колеса, ФИО1 вставил камеру в шину тракторной телеги, после чего вставил в шину два полуобода и соединил их на тои болта. Несмотря на то, что полуободы имеют 10 болтовых отверстий для соединения их между собой в один обод, ФИО1 посчитал, что трех болтов для соединения достаточно. Около 13:00 ФИО1 приступил к сборке второго колеса тракторной телеги. Он вставил в шину камеру, соединил в два полуобода и скрепил их также тремя болтами, и стал накачивать камеру компрессором трактора МТЗ-80. Процесс накачки колеса ФИО1 не контролировал. Около 13:10 часов ФИО1 подошел к накачиваемому колесу и в этот момент произошел хлопок в результате рассоединения двух полуободов, один из которых отлетев, ударил ФИО1 в грудь и живот.
Медицинским заключением о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести установлено, что ФИО1 установлен диагноз - <данные изъяты>
С целью расследования несчастного случая на производстве работодателем была создана комиссия по расследованию несчастного случая. В ходе расследования произведен осмотр места происшествия, опрошены пострадавший ФИО1, очевидцы несчастного случая ФИО23., ФИО27., ФИО26., ФИО28. (том 1 л.д.111-118).
Согласно акту № 1 о расследовании несчастного случая от 30 июня 2025 года комиссия пришла к выводу, что причинами несчастного случая установлены: 1. нарушение работником трудового распорядка и дисциплины труда, выразившиеся в выполнении работы без поручения непосредственного руководителя, с грубым нарушением технологии сборки колеса тракторной телеги. Нарушены требования статей 21, 215 Трудового кодекса Российской Федерации, пункт 1.2 Инструкции по охране труда для <данные изъяты> № 138, утвержденной генеральным директором АО «УПЗ» ФИО5. 2. Неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся необеспечение контроля со стороны руководителей и специалистов подразделения за ходом выполнения работы, соблюдением трудовой дисциплины ФИО1 Нарушены требования статей 22, 214 Трудового кодекса Российской Федерации.
Ответственными лицами за допущенные нарушения требований законодательных и иных нормативных правовых актов, локальных нормативных актов, приведшие к несчастному случаю, являются: ФИО1, <данные изъяты> 6 разряда, который нарушил трудовой распорядок дисциплину труда, выразившееся в выполнении работы без поручения непосредственного руководителя, с грубым нарушением технологии сборки колеса тракторной телеги, установлена грубая неосторожность пострадавшего, степень вины – 50 %, а также ФИО20, начальник автотранспортного цеха, неудовлетворительно организовал производство работ, выразившееся в необеспечении контроля со стороны руководителей и специалистов подразделения за ходом выполнения работы, соблюдением трудовой дисциплины ФИО1
При этом истцу в установленном порядке проведены: инструктажи и обучение по охране труда: вводный инструктаж 11 января 2006 года; инструктаж на рабочем месте (повторный) 22 апреля 2025 года; обучение по охране труда по профессии или виду работы, при выполнении которой произошел несчастный случай: с 10 июня 2024 года по 14 июня 2024 года; проверка знаний требований охраны труда по профессии или виду работ, при выполнении которой произошел несчастный случай; протокол №2 от 14 июня 2025 года. Медицинские осмотры и освидетельствования: медицинский осмотр 29 мая 2024 года, психиатрическое освидетельствование 25 мая 2024 года, предсменный медицинский осмотр 12 мая 2025 года.
Специальная оценка труда проведена ООО «Центр охраны труда Аналитика». Оценка профессиональных рисков на рабочем месте: 25 июня 2020 года, карта №2605 специальной оценки условий труда <данные изъяты> 6 разряда, ФИО1 ознакомлен 14 июля 2020 года (том 1 л.д.57-59).
ФИО1 ознакомлен с инструкцией по охране труда <данные изъяты> № 138, с инструкцией по охране труда при выполнении ремонта и технического обслуживания автомобилей и тракторов № 137, прошел обучение по охране труда.
Постановлением следователя СО по Заволжскому району г. Ульяновска от 11 июня 2025 года по вышеуказанному событию несчастного случая на производстве возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного частью 1 статьи 143 Уголовного кодекса Российской Федерации (нарушение требований охраны труда, совершенное лицом, на которое возложены обязанности по их соблюдению, если это повлекло по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека).
В соответствии с пунктом 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» права и свободы человека и гражданина признаются и гарантируются согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации, каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом (статьи 17 и 45 Конституции Российской Федерации).
Одним из способов защиты гражданских прав является компенсация морального вреда (статьи 12, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Согласно части 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (пункт 28 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).
В соответствии с пунктом 30 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.
Согласно статье 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, возникший вследствие умысла потерпевшего, возмещению не подлежит. Если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.
При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.
Как следует из медицинской карты № 15309 ГУЗ «ЦГКБ г. Ульяновска» ФИО1 поступил по направлению ГУЗ «Областная клиническая станция скорой медицинской помощи» от 12 мая 2025 года с диагнозом: <данные изъяты> (том 1 л.д.137-142).
Согласно выписке из медицинской карты ГУЗ «ЦГКБ г. Ульяновска», ФИО1 находился на стационарном лечении с 12 мая 2025 года по 27 июня 2025 года (46 койко-дней). В условиях стационара проведены операции: лапаротомия, резекция тонкой кишки с анастомозом бок в бок, ревизия гематомы большой кривизны с перевязыванием кровоточащих сосудов, санация и дренирование сальниковой сумки и брюшной полости.
Даны рекомендации: наблюдение у врача-травматолога, участкового терапевта поликлиники по месту жительства.
ФИО1 выданы: электронный листок нетрудоспособности от 18 июня 2025 года с периодом освобождения от работы с 12 мая 2025 года по 18 июня 2025 года, электронный листок нетрудоспособности от 27 июня 2025 года с периодом освобождения от работы с 19 июня 2025 года по 30 июня 2025 года, электронный листок нетрудоспособности от 30 июня 2025 года с периодом освобождения от работы с 1 июля 2025 года по 5 августа 2025 года, электронный листок нетрудоспособности от 5 августа 2025 года с периодом освобождения от работы с 6 августа 2025 года по 19 августа 2025 года (том 1 л.д.95-99).
Заключением Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Ульяновской области от 9 июля 2025 года несчастный случай, произошедший 12 мая 2025 года с ФИО1, признан страховым.
Согласно объяснениям истца в результате несчастного случая он перенес значительные физические страдания, выразившиеся в сильных болях во время получения травмы и после нее, а также нравственные страдания, связанные со снижением качества жизни, переживаниями в связи с невозможностью вести прежний образ жизни, нуждаемостью в дальнейшем восстановлении
Согласно данным в судебном заседании объяснениям представителя истца Муллиной О.В., медико-социальная экспертиза ФИО1 с целью установления инвалидности в связи с произошедшим несчастным случаем, не завершена, проводятся дополнительные обследования истца.
Суд учитывает, что ФИО1 длительное время трудоустроен в АО «УПЗ» (более 19 лет), травма получена им при исполнении трудовых обязанностей в рабочее время, в течение всего периода с момента несчастного случая истец испытывал и до настоящего времени испытывает физические и нравственные страдания, выразившиеся в том, что на момент получения травмы и в период лечения испытывал сильную боль, перенес несколько оперативных процедур, не мог в полной мере самостоятельно себя обслуживать в быту, нежелательные последствия, наступившие для его здоровья и образа жизни, длительность лечения, которое продолжается по настоящее время, период нетрудоспособности.
Оценивая степень физических и нравственных страданий ФИО1, понесенных в связи с полученной травмой на производстве, суд приходит к выводу, что заявленная ко взысканию сумма компенсации морального вреда является завышенной, принимая во внимание 50 % степени вины самого работника, установленной грубой неосторожности пострадавшего, которые определены в акте о несчастном случае на производстве, в указанной части ФИО1 правом, предусмотренным статьей 231 Трудового кодекса Российской Федерации на обжалование акта по форме Н-1 не воспользовался, соответственно компенсацию морального вреда, подлежащую возмещению АО «УПЗ», суд определяет в размере 700 000 рублей, что соответствует требованиям разумности и справедливости, в достаточной степени восполняет причиненные истцу нравственные и физические страдания в результате тяжести причиненной травмы, ее последствий, не нарушает баланса интересов сторон.
Несмотря на доводы ответчика о том, что работодателем были обеспечены работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, судом установлено, что причиной несчастного случая с истцом является также неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в необеспечении контроля со стороны руководителей и специалистов подразделения за ходом выполнения работы, соблюдением трудовой дисциплины ФИО1, нарушение требования статей 22, 214 Трудового кодекса Российской Федерации, в связи с чем имеются правовые основания для возложения на ответчика обязанности по компенсации истцу морального вреда.
При этом вина самого работника, грубая неосторожность пострадавшего, учтена судом при определении размера морального вреда.
Таким образом, исковые требования ФИО1 подлежат частичному удовлетворению.
Приказами АО «УПЗ» от 22 мая 2025 года, 2 июня 2025 года, 18 июня 2025 года ФИО1 выплачена материальная помощь в общем размере 30 000 руб.
Суд исходит из того, что указанные суммы, перечисленные ответчиком были предоставлены в качестве материальной помощи, с учетом этого, указанные денежные суммы не могут быть учтены при определении размера компенсации морального вреда.
В соответствии со статьями 88, 94, 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, которые состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела; к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе, расходы на оплату услуг представителя, другие признанные судом необходимые расходы.
Согласно части 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.
ФИО1 просит взыскать с ответчика расходы на оплату услуг представителя в размере 20 000 рублей, в подтверждение представив договор на оказание юридических услуг от 18 июля 2025 года, кассовый чек об оплате юридических услуг от 21 августа 2025 года в сумме 20 000 рублей (л.д. 135-136).
При определении размера суммы, подлежащей взысканию в пользу ФИО1, суд учитывает объем фактически выполненной работы представителем истца (изучение документов, консультация, представление интересов в суде), характер спора, сложность дела, судебных заседаний, проведенных по делу, их продолжительность, и исходя из требований разумности и справедливости, суд полагает возможным взыскать с АО «УПЗ» в пользу ФИО1 расходы на оплату услуг представителя в размере 20 000 рублей.
Кроме того, с АО «УПЗ» следует взыскать в доход бюджета муниципального образования «город Ульяновск» государственную пошлину в размере 3000 рублей.
Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
решил:
исковые требования ФИО1 к акционерному обществу «Ульяновский патронный завод» о компенсации морального вреда удовлетворить частично.
Взыскать с акционерного общества «Ульяновский патронный завод» (ИНН <***>) в пользу ФИО1 (паспорт РФ №) компенсацию морального вреда в размере 700 000 рублей, судебные расходы на оказание юридических услуг в размере 20 000 рублей.
В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 к акционерному обществу «Ульяновский патронный завод» о компенсации морального вреда отказать.
Взыскать с акционерного общества «Ульяновский патронный завод» (ИНН <***>) в доход бюджета муниципального образования «город Ульяновск» государственную пошлину в размере 3 000 рублей.
Решение может быть обжаловано в Ульяновский областной суд через Заволжский районный суд города Ульяновска в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.
Судья М.Р.Сейфуллина
Решение в окончательной форме изготовлено 24 сентября 2025 года.