Судья фио № 10-16604/23

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

адрес 02 августа 2023 года

Московский городской суд в составе: председательствующего - судьи фио, при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Луниной Г.Г., с участием

прокурора отдела прокуратуры адрес фио,

обвиняемого ФИО1, его защитника – адвоката фио, предъявившего удостоверение и ордер,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу защитника-адвоката фио на постановление Тверского районного суда адрес от 14 июля 2023 года о продлении срока содержания под стражей в отношении

ФИО1, паспортные данные, гражданина Российской Федерации, имеющего неполное среднее образование, не женатого, не имеющего несовершеннолетних детей, не работающего, зарегистрированного по адресу: адрес, адрес, ранее не судимого, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, ч.5 ст.2281 УК РФ,

выслушав участников судопроизводства, исследовав представленные материалы, суд

УСТАНОВИЛ:

в производстве старшего следователя 13 отдела следственной части ГСУ ГУ МВД России по адрес находится уголовное дело, возбужденное 16 ноября 2022 года по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, ч. 5 ст. 2281 УК РФ, в отношении неустановленных лиц.

Срок предварительного следствия по уголовному делу продлен до 16 сентября 2023 года.

16 ноября 2022 года по подозрению в совершении указанного преступления, в порядке, предусмотренном ст.91, 92 УПК РФ, задержан фио

17 ноября 2022 года ФИО1 предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, ч.5 ст.2281 УК РФ.

18 ноября 2022 года в отношении ФИО1 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.

Срок содержания обвиняемого ФИО1 под стражей последовательно продлялся на основании постановлений суда в установленном законом порядке, предыдущий раз 14 июля 2023 года на основании постановления Тверского районного суда адрес на 02 месяца 00 суток, а всего до 10 месяцев 00 суток, то есть до 16 сентября 2023 года.

В апелляционной жалобе адвокат Уваров С.В. оспаривает законность и обоснованность постановления судьи. При этом указывает, что основанием для продления срока содержания является получение ответа на международное поручение, предъявление обвинения в окончательной редакции и выполнение иных следственных действий. Судом не дана оценка эффективности предварительного расследования, а именно своевременности направления международного поручения и истребованию ответа на направленное поручение. Одна лишь тяжесть обвинения не может служить основанием для продления срока содержания под стражей. Судом не рассмотрено ходатайство стороны защиты об изменении меры пресечения на более мягкую, не связанную с лишением свободы, а уделено больше внимания ходатайству следователя. На основании изложенного адвокат просит постановление суда отменить и изменить меру пресечения на более мягкую, не связанную с лишением свободы.

Выслушав участников судопроизводства, изучив материал по ходатайству, проверив изложенные в жалобе доводы, суд приходит к следующим выводам.

Как следует из ч.2 ст.109 УПК РФ, при невозможности закончить предварительное следствие срок содержания под стражей может быть продлен до 12 месяцев в случае обвинения лица в совершении тяжкого или особо тяжкого преступления, особой сложности уголовного дела и при наличии оснований для избрания этой меры пресечения.

Как показало изучение материала о продлении срока содержания под стражей, данные требования уголовно-процессуально закона соблюдены в полной мере.

Судебное разбирательство проведено с соблюдением требований уголовно-процессуального закона о всестороннем, полном и объективном рассмотрении материалов и в соответствии с принципами равноправия и состязательности сторон.

Выводы судьи первой инстанции о необходимости продления срока содержания обвиняемого под стражей основаны на всестороннем, полном и объективном исследовании представленных материалов, фактических обстоятельств предъявленного обвинения и данных о личности обвиняемого, которые в совокупности являются достаточными для принятия законного и обоснованного решения.

Изучение представленных материалов обоснованно позволило судье сделать выводы, что уголовное дело возбуждено надлежащим должностным лицом в пределах своих полномочий при наличии к тому достаточных оснований.

Задержание ФИО1 произведено в соответствии с положениями ст.91 и 92 УПК РФ, в предусмотренном законом порядке и при наличии достаточных оснований.

Обвинение ФИО1 было предъявлено в порядке и сроки, регламентированные законом.

Исследовав представленные органом расследования материалы, судья пришел к правильному выводу, что указанные материалы содержат достаточные данные, подтверждающие обоснованность подозрений органов предварительного расследования в причастности ФИО1 к совершению инкриминированного деяния, что основано на заявлениях результатах оперативно-розыскной деятельности, протоколе обследования, заключениях экспертов протоколах допросов самого ФИО1 в качестве подозреваемого и обвиняемого. При этом суд не предрешил вопросы виновности ФИО1 в совершении инкриминированного деяния.

Доводы защиты, формально не соглашающейся с указанными выводами, фактически сводятся к оспариванию обоснованности предъявленного обвинения, что не подлежит судебной проверке при решении вопроса о мере пресечения. В данном случае на досудебной стадии производства по делу суд проверяет лишь наличие достаточных данных о возможности совершении данным конкретным лицом инкриминированного деяния и не вправе предрешать вопросы, которые впоследствии могут стать предметом судебного разбирательства по существу уголовного дела, в том числе делать выводы о фактических обстоятельствах дела, оценке доказательств квалификации деяния и т.п. Приходя к данным выводам, суд исходил из правовой позиции Конституционного Суда РФ, выраженной в постановлении от 15 февраля 2022 № 6-П, согласно которой избрание или продление меры пресечения не предполагает вторжения суда в существо вопросов, разрешаемых в силу прямого предписания статьи 299 УПК Российской Федерации при постановлении приговора: о доказанности деяния, в совершении которого обвиняется подсудимый, о том, является ли это деяние преступлением и какими пунктом, частью, статьей уголовного закона оно предусмотрено, виновен ли подсудимый в совершении этого преступления, подлежит ли он наказанию за совершенное преступление, какое наказание должно быть ему назначено, имеются ли основания для постановления приговора без назначения наказания или для освобождения от наказания и какой вид исправительного учреждения и режим должны быть определены при назначении подсудимому лишения свободы (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 28 февраля 2017 года N 336-0, от 25 мая 2017 года N 970-0 и от 25 ноября 2020 года N 2639-0).

При решении вопроса о применении к обвиняемому меры пресечения в виде заключения под стражу на испрошенный срок судья в соответствии со ст.99 УПК РФ также учел сведения о личности ФИО1, его возраст, состояние здоровья, семейное положение, иные сведения и обстоятельства, на которые обратила внимание защита.

Вместе с тем, оценив данные обстоятельства в совокупности с иными представленными следователем материалами, судья пришёл к обоснованному выводу, что приведённые сведения сами по себе не препятствуют совершению действий, указанных в статье 97 УПК РФ, и не обеспечат беспрепятственное осуществление уголовного судопроизводства, с учетом нижеследующих обстоятельств.

фио обвиняется в совершении особо тяжкого преступления, за которое уголовным законом установлено наказание в виде лишения свободы на срок свыше трех лет (ч.1 ст.108 УПК РФ). В соответствии с предъявленным обвинением ему инкриминируется умышленное деяния, связанное с незаконным оборотом наркотических средств в особо крупном размере.

Вопреки доводам защиты, фактические сведения об указанных обстоятельствах, являющихся основанием для содержания обвиняемого под стражей, содержатся в представленных материалах, исследованных судом первой инстанции, выводы которого, таким образом, основаны на оценке и анализе конкретных материалов и фактических обстоятельствах дела и являются обоснованными.

Суд отмечает доводы и заверения защиты об отсутствии оснований полагать, что фио скроется от следствия и суда, окажет незаконное воздействие на участников судопроизводства и иным образом воспрепятствует производству по делу, однако исходит из того, что фио не имеет постоянного места жительства по месту производства следственных действий, проживал в субъекте Российской Федерации, значительно удаленном от места расследования, он официально не трудоустроен и не имеет постоянного источника дохода, тогда как, исходя из фактических обстоятельств предъявленного обвинения, инкриминированное деяние совершено в соучастии с неустановленными и незадержанными до настоящего времени лицами.

Исходя из этого, следует согласиться с выводами суда первой инстанции о необходимости пролонгации срока содержания под стражей, поскольку, с учетом вышеизложенного, изменение обвиняемому меры пресечения на иную, не связанную с содержанием в следственном изоляторе, повлечет существенное снижение эффективности мер контроля, позволит скрыться от суда, войти в контакт с предполагаемыми соучастниками, создаст условия для уничтожения доказательств и незаконного воздействия на участников уголовного судопроизводства, а также иным образом позволит противодействовать объективному разрешению уголовного дела (ч.1 ст.97 УПК РФ).

Сведения о медицинских противопоказаниях для содержания ФИО1 под стражей в изученных материалах отсутствуют и суду не представлены. Данных о наличии заболеваний, включенных в перечень тяжелых заболеваний, препятствующих содержанию под стражей подозреваемых или обвиняемого в совершении преступлений, утвержденный Постановлением Правительства РФ от 14 января 2011 г. №3 «О медицинском освидетельствовании подозреваемых или обвиняемого в совершении преступлений», не имеется.

Удовлетворяя названное ходатайство, судья первой инстанции обоснованно исходил из особой сложности уголовного дела, обусловленной объемом дела, большим объемом следственных и процессуальных действий, производством судебных экспертиз, общей продолжительностью досудебного производства по уголовному делу, и, с учетом этого и объема подлежащих выполнению процессуальных действий, признал разумным испрашиваемый срок дальнейшего содержания обвиняемого под стражей.

Представленные материалы свидетельствуют, что после предыдущего продления срока содержания под стражей по делу проведена совокупность следственных и иных процессуальных действий, направленных на завершение расследования в разумный срок согласно ст.61 УПК РФ. Не проведение следственных действий непосредственно с обвиняемым не свидетельствует о фактах волокиты, поскольку, как следует из представленных материалов, по делу проводятся иные следственные и процессуальных действия с привлечением иных участников судопроизводства. При таких данных следует согласиться с выводом судьи, что продление срока содержания под стражей, наряду с основаниями, предусмотренными ст.97 и 99 УПК РФ, обусловлено необходимостью выполнения ряда следственных и процессуальных действий, направленных на окончание производства следственных действий по делу и обеспечивающих установленную законом процедуру разрешения уголовного дела. Время для производства указанных процессуальных действий увеличивает сроки производства по уголовному делу и свидетельствует о наличии объективных причин, препятствующих своевременному окончанию расследования дела до истечения срока содержания обвиняемого под стражей. Исходя из изложенного, следует признать правильность выводов судьи о наличии объективных причин для невозможности своевременного окончания процессуальных действий на досудебной стадии производства. Исходя из изложенного, признаков явной и существенной волокиты по уголовному делу, не усматривается.

Длительное пребывание обвиняемого под стражей не противоречит положениям уголовно-процессуального закона о разумных сроках уголовного судопроизводства. В данном случае, учитывая общее время содержания обвиняемого под стражей и вновь испрашиваемый органом следствия срок, наказание предусмотренное законом за совершение инкриминированного деяния, принимая во внимание общественные отношения, являющиеся объектом указанного деяния, примененная мера пресечения соразмерна предъявленному обвинению, и, несмотря на презумпцию невиновности, общественные и публичные интересы, в том числе связанные с расследованием, превосходят важность принципа уважения личной свободы, а срок содержания под стражей является соразмерным и пропорциональным, отвечающим требованиям справедливости, назначению уголовного судопроизводства и необходимым для защиты конституционно значимых ценностей (ч.3 ст.55 Конституции Российской Федерации).

С учетом изложенного, обстоятельства, исходя из которых в отношении обвиняемого была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, к данному моменту существенно не изменились и сохраняют свое значение, вследствие чего оснований для отмены или изменения меры пресечения на более мягкую отсутствуют.

Из протокола судебного заседания также следует, что суд исследовал все представленные сторонами материалы и выслушал мнение всех участников судопроизводства относительно как ходатайства органа расследования о продлении срока содержания под стражей, так и встречного ходатайства стороны защиты об изменении данной меры пресечения на более мягкую, не установив оснований для удовлетворения последнего, и принял решение о продлении срока содержания под стражей. Таким образом, вопрос о возможности применения более мягкой меры пресечения был рассмотрен и разрешен судьей, наряду с чем в постановлении приведены и обоснованы мотивы, по которым суд пришел к выводу об отсутствии оснований для применения более мягкой меры пресечения. При таких данных отсутствие в резолютивной части обжалуемого постановления указание на решение об отказе в удовлетворении ходатайства защиты само по себе не свидетельствует о существенных нарушениях уголовно-процессуального закона, влекущих отмену постановления, поскольку фактически соответствующее ходатайство защиты было разрешено по существу.

Доводы о фальсификации материалов уголовного дела и иных нарушениях закона на стадии предварительного следствия не являются предметом настоящего судебного разбирательства, поскольку подлежат рассмотрению в ином предусмотренном законом порядке.

Нарушения уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на законность и обоснованность обжалуемого постановления суда отсутствуют.

Постановление суда первой инстанции соответствует требованиям ч.4 ст. 7 УПК РФ, основано на конкретных фактических обстоятельствах, на основании которых принято решение о продлении срока содержания обвиняемого под стражей, и является законным, обоснованным и мотивированным.

Оснований для отмены судебного решения и изменения меры пресечения в отношении обвиняемого не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 38913, 38915, 38917, 38920, 38928, 38933 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Тверского районного суда адрес от 14 июля 2023 года о продлении срока содержания под стражей в отношении обвиняемого ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в суд кассационной инстанции в соответствии с главой 471 УПК РФ.

Судья Гуров А.А.