Решение по делу № 2-11859/2022 от 17.04.2023

УИД: 78RS0019-01-2019-007513-65

Дело № 2-1849/2023 (2-11859/2022;)

17 апреля 2023 года

РЕШЕНИЕИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Приморский районный суд города Санкт-Петербурга в составе:

Председательствующего судьи

ФИО2

<данные изъяты> При секретаре <данные изъяты>

<данные изъяты> ФИО3, <данные изъяты>

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к СПб ГБСУСО "ДИПИ № 1" о взыскании неосновательного обогащения,

УСТАНОВИЛ :

ФИО1 обратился в суд с иском к СПб ГБУСУСО «Дом-интернат для престарелых и инвалидов № 1», в котором, после уточнения заявленных требований в порядке ст. 39 ГПК РФ, просил о взыскании с ответчика неосновательного обогащения в размере 130 925,87 рублей.

В обоснование заявленных требований истец указал, что с марта 2010 года проживает и зарегистрирован в СПб ГБУСУСО «Дом-интернат для престарелых и инвалидов № 1». В период проживания с ним ежегодно заключался договор на социальное обслуживание, по условиям которого с истца взималась плата в размере 75% от пенсии. Вместе с тем, с 2015 года оплата стала взиматься из расчета в 75% от среднедушевого дохода, который также включал в себя ежемесячную денежную выплату (ЕДВ). Полагая, что включение в размер платы ЕДВ является незаконным, поскольку вступивший в законную силу с ДД.ММ.ГГГГ ФЗ № 442-ФЗ не допускает взимание с лиц, ранее заключивших договор социального обслуживания, платы в размере, превышающем плату по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ, истец обратился в суд с заявленными требованиями.

Решением Приморского районного суда года Санкт-Петербурга от 21 января 2020 года исковое заявление ФИО1 к СПб ГБСУСО "ДИПИ № 1" о взыскании неосновательного обогащения оставлено без удовлетворения.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от 24 марта 2021 года решение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции от 21 июля 2021 года судебные постановления судов первой и апелляционной инстанций оставлены без изменения.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 18.04.2022 N 78-КГ22-2-К3 решение Приморского районного суда Санкт-Петербурга от 21 января 2020 года, апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от 24 марта 2021 года и определение судебной коллегии по гражданским делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции от ДД.ММ.ГГГГ отменены, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

ФИО1 в судебное заседание явился, поддержал заявленные требования в полном объеме, просил иск удовлетворить.

Представитель СПб ГБСУСО "ДИПИ № 1" – ФИО5 в судебное заседание явилась, возражала против удовлетворения заявленных требований по доводам, изложенным в отзыве на исковое заявление, просила в иске отказать.

Представитель Комитета по социальной политике Правительства Санкт-Петербурга – ФИО6 в судебное заседание явилась, поддержала позицию СПб ГБСУСО "ДИПИ № 1", просила в иске отказать.

Изучив материалы настоящего гражданского дела, оценив представленные доказательства в их совокупности по правилам статей 56, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к следующему.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО1 является инвалидом II группы, с ДД.ММ.ГГГГ получает социальную пенсию в соответствии с пунктом 1 статьи 11 Федерального закона от 15 декабря 2001 года N 166-ФЗ "О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации", с 7 октября 2009 года - ежемесячную денежную выплату на основании пункта 1 статьи 28.1 Федерального закона от 24 ноября 1995 года N 181-ФЗ "О социальной защите инвалидов в Российской Федерации".

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и Санкт-Петербургским домом-интернатом для престарелых и инвалидов N 1 был заключен договор о стационарном обслуживании граждан пожилого возраста и инвалидов (далее - договор о стационарном обслуживании граждан пожилого возраста и инвалидов от ДД.ММ.ГГГГ). Плата за стационарное обслуживание была установлена в размере 75 процентов от общей суммы получаемой ФИО1 социальной пенсии.

ДД.ММ.ГГГГ в связи с изменением действующего законодательства между ФИО1 и Санкт-Петербургским домом-интернатом для престарелых и инвалидов N 1 был заключен договор о предоставлении социальных услуг в стационарной форме социального обслуживания, по условиям которого стоимость оказываемых СПб ГБСУСО "ДИПИ № 1" ФИО1 социальных услуг стала составлять 75 процентов от его среднедушевого дохода, но не более размера ежемесячной платы за предоставление услуг, рассчитанных на основе тарифов на данные услуги, утвержденных Комитетом по социальной политике Санкт-Петербурга.

В деле имеется заявление с подписью ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ, адресованное УПФР в Приморском районе Санкт-Петербурга, о перечислении 75 процентов от суммы ежемесячной денежной выплаты в счет установленной платы за социальные услуги в стационарной форме социального обслуживания, предоставляемые ему Санкт-Петербургским домом-интернатом для престарелых и инвалидов N 1 (далее - заявление от ДД.ММ.ГГГГ). Такое перечисление стало производиться УПФР в Приморском районе Санкт-Петербурга с ДД.ММ.ГГГГ

Уведомлением от ДД.ММ.ГГГГ СПб ГБСУСО "ДИПИ № 1" разъяснил ФИО1, что плата за предоставление социальных услуг составляет 75 процентов от его среднедушевого дохода, в который помимо социальной пенсии включена ежемесячная денежная выплата.

В дальнейшем между сторонами был заключен договор о предоставлении социальных услуг в стационарной форме социального обслуживания от ДД.ММ.ГГГГ, которым расчетная ежемесячная стоимость социальных услуг была определена в размере 5916 руб. 83 коп.

В деле также имеется заявление с подписью ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ, адресованное УПФР в Приморском районе Санкт-Петербурга, с просьбой о перечислении Санкт-Петербургскому дому-интернату для престарелых и инвалидов N 1 в счет оплаты предоставляемых ему социальных услуг с ДД.ММ.ГГГГ согласно договору о стационарном обслуживании 7293 руб. 89 коп. из сумм всех подлежащих ему выплат (социальной пенсии и ежемесячной денежной выплаты) (далее - заявление от ДД.ММ.ГГГГ).

Договором о предоставлении социальных услуг в стационарной форме социального обслуживания от ДД.ММ.ГГГГ, заключенным между ФИО1 и СПб ГБСУСО "ДИПИ № 1", была предусмотрена плата за оказание социальных услуг в размере, не превышающем 75 процентов среднедушевого дохода ФИО1, - 7293 руб. 89 коп.

Договорные отношения между Санкт-Петербургским домом-интернатом для престарелых и инвалидов N 1 и ФИО1 прекращены ДД.ММ.ГГГГ.

Возражая против удовлетворения заявленных требований, представитель СПб ГБСУСО «ДИПИ № 1» ссылается на то обстоятельство, что положения Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 442-ФЗ "Об основах социального обслуживания граждан в Российской Федерации", Гражданского кодекса Российской Федерации, Правил определения среднедушевого дохода для предоставления социальных услуг бесплатно, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 18 октября 2014 года N 1075 предусматривают возможность взимания учреждением социального обслуживания с граждан платы за стационарное обслуживание в размере 75 процентов не только из получаемой истцом пенсии, но и из ежемесячной денежной выплаты является правомерным при наличии добровольного согласия получателя такой выплаты.

С учетом изложенного, как полагает ответчик, на стороне СПб ГБСУСО «ДИПИ № 1» не имелось неосновательного обогащения, поскольку удержание из ежемесячной денежной выплаты ФИО1 производилось УПФР в Приморском районе Санкт-Петербурга на основании его личного волеизъявления, а также действующих в спорный период договоров, которые не оспорены и не признаны судом в установленном порядке недействительными.

Кроме того, представитель СПб ГБСУСО "ДИПИ № 1" также ссылается на пропуск ФИО1 срока давности для обращения в суд с требованиями о взыскании неосновательного обогащения за период с декабря 2016 года по сентябрь 2018 года.

Вместе с тем, оценивая доводы искового заявления в совокупности с возражениями ответчика, суд приходит к следующему.

Как уже указывалось выше, ФИО1 поступил на стационарное социальное обслуживание в Санкт-Петербургский дом-интернат для престарелых и инвалидов N 1 в марте 2010 года.

Отношения в сфере социального обслуживания граждан пожилого возраста и инвалидов, а также вопросы установления экономических, социальных и правовых гарантий для граждан пожилого возраста и инвалидов на момент поступления ФИО4 в учреждение социального обслуживания регулировались Федеральным законом от 2 августа 1995 года N 122-ФЗ "О социальном обслуживании граждан пожилого возраста и инвалидов".

Социальное обслуживание граждан пожилого возраста и инвалидов включало, в том числе, стационарное социальное обслуживание в стационарных учреждениях социального обслуживания (домах-интернатах, пансионатах и других учреждениях социального обслуживания независимо от их наименования) (подпункт 3 пункта 1 статьи 16 Федерального закона от 2 августа 1995 года N 122-ФЗ "О социальном обслуживании граждан пожилого возраста и инвалидов").

Согласно статье 24 Федерального закона от 2 августа 1995 года N 122-ФЗ "О социальном обслуживании граждан пожилого возраста и инвалидов" порядок и условия предоставления бесплатного надомного, полустационарного и стационарного социального обслуживания, а также на условиях полной или частичной оплаты устанавливались органами исполнительной власти субъектов Российской Федерации.

В соответствии с Федеральным законом от 2 августа 1995 года N 122-ФЗ "О социальном обслуживании граждан пожилого возраста и инвалидов", а также в целях повышения качества социально-бытовой помощи, оказываемой гражданам пожилого возраста и инвалидам в государственных и муниципальных стационарных учреждениях социального обслуживания, Правительством Российской Федерации было принято постановление от 17 апреля 2002 года N 244 "О плате за стационарное обслуживание граждан пожилого возраста и инвалидов" (далее - постановление Правительства Российской Федерации от 17 апреля 2002 года N 244).

Пунктом 1 указанного постановления было установлено, что плата за стационарное обслуживание граждан пожилого возраста и инвалидов в государственных и муниципальных учреждениях социального обслуживания, включающая затраты на приобретение продуктов питания и мягкого инвентаря, содержание предоставляемых жилых помещений, производится на основании договора о стационарном обслуживании, заключаемого между указанными гражданами (их законными представителями) и учреждениями. Размер ежемесячной платы за стационарное обслуживание определяется с учетом утвержденных в установленном порядке норм питания, нормативов обеспечения мягким инвентарем граждан пожилого возраста и инвалидов, сложившегося в регионе уровня потребительских цен, тарифов на оплату коммунальных услуг и не может превышать 75 процентов установленной им пенсии.

Аналогичные положения относительно размера ежемесячной платы за стационарное обслуживание в государственных стационарных учреждениях социального обслуживания были предусмотрены Примерным положением о порядке, условиях приема, перевода и выписки граждан пожилого возраста и инвалидов из государственных стационарных учреждений социального обслуживания населения Санкт-Петербурга, утвержденным приказом Комитета по труду и социальной защите населения Правительства Санкт-Петербурга от 17 апреля 2006 года N 60 (подпункт 5.8 названного положения).

Федеральный закон от 2 августа 1995 года N 122-ФЗ "О социальном обслуживании граждан пожилого возраста и инвалидов" и постановление Правительства Российской Федерации от 17 апреля 2002 года N 244 утратили силу с 1 января 2015 года в связи с принятием Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 442-ФЗ "Об основах социального обслуживания граждан в Российской Федерации" и изданием постановления Правительства Российской Федерации от 23 июня 2014 года N 581 "Об изменении и признании утратившими силу некоторых актов Правительства Российской Федерации" соответственно.

С 1 января 2015 года правовые, организационные и экономические основы социального обслуживания граждан в Российской Федерации, полномочия федеральных органов государственной власти и полномочия органов государственной власти субъектов Российской Федерации в сфере социального обслуживания граждан, права и обязанности получателей и поставщиков социальных услуг регулируются Федеральным законом от 28 декабря 2013 года N 442-ФЗ "Об основах социального обслуживания граждан в Российской Федерации" (часть 1 статьи 1 этого закона).

В статье 3 Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 442-ФЗ "Об основах социального обслуживания граждан в Российской Федерации" даны понятия, используемые в целях названного федерального закона, в том числе понятие "получатель социальных услуг", означающее гражданина, который признан нуждающимся в социальном обслуживании и которому предоставляются социальная услуга или социальные услуги, и понятие "поставщик социальных услуг", означающее юридическое лицо независимо от его организационно-правовой формы и (или) индивидуальный предприниматель, осуществляющие социальное обслуживание (пункты 3 и 4 статьи 3 Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 442-ФЗ "Об основах социального обслуживания граждан в Российской Федерации").

Социальные услуги предоставляются гражданину на основании договора о предоставлении социальных услуг, заключаемого между поставщиком социальных услуг и гражданином или его законным представителем, в течение суток с даты представления индивидуальной программы поставщику социальных услуг (часть 1 статьи 17 Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 442-ФЗ "Об основах социального обслуживания граждан в Российской Федерации").

Существенными условиями договора о предоставлении социальных услуг являются положения, определенные индивидуальной программой, а также стоимость социальных услуг в случае, если они предоставляются за плату или частичную плату (часть 2 статьи 17 Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 442-ФЗ "Об основах социального обслуживания граждан в Российской Федерации").

В части 4 статьи 32 Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 442-ФЗ "Об основах социального обслуживания граждан в Российской Федерации" предусмотрено, что размер ежемесячной платы за предоставление социальных услуг в стационарной форме социального обслуживания рассчитывается на основе тарифов на социальные услуги, но не может превышать 75 процентов среднедушевого дохода получателя социальных услуг, рассчитанного в соответствии с частью 4 статьи 31 этого федерального закона.

Согласно части 4 статьи 31 Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 442-ФЗ "Об основах социального обслуживания граждан в Российской Федерации" порядок определения среднедушевого дохода для предоставления социальных услуг бесплатно для целей данного федерального закона устанавливается Правительством Российской Федерации.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 18 октября 2014 года N 1075 утверждены Правила определения среднедушевого дохода для предоставления социальных услуг бесплатно.

Виды доходов получателя социальных услуг, учитываемые при расчете среднедушевого дохода, определены в пункте 5 названных правил.

В соответствии с подпунктом "ж" пункта 5 этих правил при расчете среднедушевого дохода учитываются такие доходы, полученные в денежной форме, как пенсии, пособия, стипендии и иные аналогичные выплаты, полученные гражданином в соответствии с законодательством Российской Федерации или полученные от иностранной организации в связи с деятельностью ее обособленного подразделения в Российской Федерации.

Исходя из приведенных нормативных положений социальные услуги в стационарной форме социального обслуживания предоставляются гражданину - получателю социальных услуг на основании договора о предоставлении социальных услуг между поставщиком - юридическим лицом или индивидуальным предпринимателем и гражданином. Существенным условием такого договора является стоимость социальных услугода Действовавшее до 1 января 2015 года правовое регулирование закрепляло ограничение ежемесячной платы за стационарное обслуживание получателя социальных услуг - до 75 процентов установленной ему пенсии.

В настоящее время (с 1 января 2015 года - даты введения в действие Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 442-ФЗ "Об основах социального обслуживания граждан в Российской Федерации") максимальный размер ежемесячной платы за предоставление социальных услуг не может превышать 75 процентов среднедушевого дохода получателя социальных услуг, то есть предельный размер ежемесячной платы за предоставление социальных услуг в стационарной форме изменен: вместо 75 процентов пенсии получателя социальных услуг он составляет 75 процентов среднедушевого дохода получателя социальных услугода При расчете среднедушевого дохода получателя социальных услуг учитываются в том числе пенсии, пособия, стипендии и иные аналогичные выплаты, полученные гражданином в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Законом Санкт-Петербурга от 26 декабря 2014 года N 717-135 "О социальном обслуживании населения в Санкт-Петербурге" (пункт 6 статьи 7 закона) и постановлением Правительства Санкт-Петербурга от 30 июня 2016 года N 530 "О размере платы за предоставление социальных услуг, порядке взимания платы за предоставление социальных услуг поставщиками социальных услуг в Санкт-Петербурге и внесении изменений в постановление Правительства Санкт-Петербурга от 29 декабря 2014 года N 1283" (пункты 7, 8 приложения N 1 к постановлению) также установлено, что размер ежемесячной платы за предоставление социальных услуг в стационарной форме социального обслуживания рассчитывается на основе тарифов на социальные услуги и не может превышать семидесяти пяти процентов среднедушевого дохода получателя социальных услуг.

Вместе с тем Федеральным законом от 28 декабря 2013 года N 442-ФЗ "Об основах социального обслуживания граждан в Российской Федерации" в статье 35 предусмотрены переходные положения.

В силу части 2 статьи 35 Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 442-ФЗ "Об основах социального обслуживания граждан в Российской Федерации" в рамках длящихся правоотношений для получателей социальных услуг, у которых право на получение социальных услуг возникло в соответствии с действовавшим до дня вступления в силу указанного федерального закона порядком предоставления социальных услуг в субъекте Российской Федерации, вновь устанавливаемые размеры платы за предоставление социальных услуг поставщиками социальных услуг в субъекте Российской Федерации и условия ее предоставления в соответствии с данным федеральным законом не могут быть выше размеров платы за предоставление этим лицам соответствующих социальных услуг, установленных по состоянию на 31 декабря 2014 года, а условия предоставления соответствующих социальных услуг не могут быть ухудшены по сравнению с условиями, установленными по состоянию на 31 декабря 2014 года

Данной нормой закона, как следует из ее содержания, в связи с введением нового правового регулирования отношений по социальному обслуживанию граждан - получателей социальных услуг - в рамках длящихся правоотношений (то есть возникших до 1 января 2015 года) с 1 января 2015 года предписано при установлении поставщиками социальных услуг в субъекте Российской Федерации размера платы за предоставление социальных услуг этим гражданам не превышать ее размер по сравнению с тем, каким он был для них на 31 декабря 2014 года, а также не ухудшать условия предоставления социальных услуг по сравнению с теми условиями, которые были установлены для них по состоянию на 31 декабря 2014 года.

По существу, обращаясь в суд с исковыми требованиями о взыскании неосновательного обогащения, ФИО7 ссылается на то, что СПб ГБСУСО «ДИПИ № 1» в нарушение положений части 2 статьи 35 Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 442-ФЗ "Об основах социального обслуживания граждан в Российской Федерации" с 2016 года заключал с ним договоры о предоставлении социальных услуг в стационарной форме социального обслуживания, в которых устанавливал плату за предоставление социальных услуг в размере 75 процентов среднедушевого дохода получателя социальных услуг в месяц, включая в расчет этой платы помимо социальной пенсии сумму начисляемой ему ежемесячной денежной выплаты и ухудшая тем самым условия предоставления ему социальных услуг по сравнению с теми условиями, которые были установлены для него по состоянию на 31 декабря 2014 года.

Суд полагает возможным согласиться с данными доводами истца, поскольку, принимая во внимание длящийся характер правоотношений сторон (с 2010 года), а также учитывая переходные положения статьи 35 Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 442-ФЗ "Об основах социального обслуживания граждан в Российской Федерации", плата ФИО7 за предоставление социальных услуг в стационарной форме социального обслуживания не могла превышать 75% от установленной ему пенсии, как это было предусмотрено статьей 24 Федерального закона от 2 августа 1995 г. N 122-ФЗ "О социальном обслуживании граждан пожилого возраста и инвалидов", поскольку иное повлечет ухудшение условий предоставления ФИО1 социальных услуг, что напрямую противоречит положениям части 2 статьи 35 Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 442-ФЗ "Об основах социального обслуживания граждан в Российской Федерации".

Общие правила недействительности сделок установлены параграфом 2 главы 9 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (абзац первый пункта 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (пункт 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 данной статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно пункту 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Недействительность части сделки не влечет недействительности прочих ее частей, если можно предположить, что сделка была бы совершена и без включения недействительной ее части (статья 180 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из изложенных положений Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что по общему правилу сделка, не соответствующая требованиям закона, является оспоримой, ничтожной такая сделка является тогда, когда она еще и посягает на публичные интересы (интересы неопределенного круга лиц, обеспечение безопасности жизни и здоровья граждан, а также обороны и безопасности государства, охраны окружающей природной среды, нарушен явно выраженный запрет, установленный законом) либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц. Недействительная сделка не влечет юридических последствий и является недействительной с момента ее совершения.

К требованиям о возврате исполненного по недействительной сделке в силу подпункта 1 статьи 1103 Гражданского кодекса Российской Федерации подлежат применению правила, предусмотренные главой 60 Гражданского кодекса Российской Федерации ("Обязательства вследствие неосновательного обогащения"), если иное не установлено Гражданским кодексом Российской Федерации, другими законами или иными правовыми актами и не вытекает из существа соответствующих отношений.

Лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Применительно к приведенным нормам Гражданского кодекса Российской Федерации и с учетом положений части 2 статьи 35 Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 442-ФЗ "Об основах социального обслуживания граждан в Российской Федерации" суд приходит к выводу, что условия договоров на социальное обслуживание, которые заключались с 2016 года между ФИО1 и СПб ГБСУСО «ДИПИ № 1» противоречат действующему законодательству в части определения порядка оплаты за социальные услуги, и, как следствие, полученные ответчиком от ФИО1 денежные средства в размере, превышающем 75% от установленной ему пенсии, являются неосновательным обогащением СПб ГБСУСО «ДИПИ № 1».

При этом суд обращает внимание, что сам по себе факт подписания ФИО1 с 2016 года договоров на социальное обслуживание, равно как и написание им в ПФР заявлений на списание с его пенсии денежных средств в размере, превышающем 75% пенсии, правового значения не имеет.

Как предусмотрено п. 4 ст. 421 ГК РФ, условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422).

В случаях, когда условие договора предусмотрено нормой, которая применяется постольку, поскольку соглашением сторон не установлено иное (диспозитивная норма), стороны могут своим соглашением исключить ее применение либо установить условие, отличное от предусмотренного в ней. При отсутствии такого соглашения условие договора определяется диспозитивной нормой.

Таким образом, принимая во внимание то обстоятельство, что:

условие договора на социальное обслуживание, предусматривающее взимание с ФИО1 платы за социальное обслуживание в размере, превышающем 75% пенсии, является недействительным в силу закона, поскольку противоречит части 2 статьи 35 Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 442-ФЗ;

при этом ФИО1, будучи инвалидом II группы, постоянно с 2010 года проживая в Санкт-Петербургском доме-интернате для престарелых и инвалидов N 1, является более слабой и зависимой стороной в спорных правоотношениях, и, в силу возраста и состояния здоровья подписывая в 2016 году и последующие годы договоры о предоставлении социальных услуг, а также адресованное УПФР в Приморском районе Санкт-Петербурга заявление об удержании с него в пользу СПб ГБСУСО "ДИПИ № 1" ежемесячной денежной выплаты в размере 75 процентов, мог не понимать, что условия этих договоров, как и подписанное им заявление в пенсионный орган, ухудшают его правовое положение в части ежемесячного размера платы за предоставление социальных услуг, который на ДД.ММ.ГГГГ не мог превышать 75 процентов установленной получателю услуг пенсии;

суд приходит к выводу, что оснований для освобождения ответчика от выплаты в пользу истца неосновательно полученных денежных средств не имеется.

Также суд обращает внимание, что само по себе изменение условий об оплате социальных услуг в договорах, заключенных между истцом и ответчиком после ДД.ММ.ГГГГ, в сторону увеличения, обусловленное увеличением объема предоставляемых СПб ГБСУСО «ДИПИ № 1» ФИО1 социально-бытовых и социально-медицинских услуг, не основано на законе, так как противоречит части 2 статьи 35 Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 442-ФЗ "Об основах социального обслуживания граждан в Российской Федерации", которая устанавливает запрет на повышение для граждан, получавших социальное обслуживание в стационарное форме до 1 января 2015 года, размера платы за предоставление им социальных услуг, определенного по состоянию на 31 декабря 2014 года, - одного из существенных условий договора о предоставлении социальных услуг.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу, что требования ФИО1 в части взыскания с СПб ГБСУСО «ДИПИ № 1» неосновательного обогащения в размере полученных ответчиком денежных средств сверх 75% от размера установленной истцу пенсии являются обоснованными по праву и подлежат удовлетворению.

Оценивая доводы ответчика в части пропуска ФИО1 срока давности для обращения в суд с настоящим иском, суд приходит к следующему.

В обоснование заявленных требований представитель СПб ГБСУСО "ДИПИ № 1" ссылается на то обстоятельство, что срок давности по требования о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год, то есть истец, обратившись в суд с настоящим иском ДД.ММ.ГГГГ, пропустил срок давности для признания недействительными договоров от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ.

Действительно, как предусмотрено ст. 181 ГК РФ, срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Таким образом, по общему правилу срок давности для применения последствий недействительности оспоримой сделки начинает течь с того момента, когда истец узнал или должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Как уже указывалось выше, ФИО1, будучи инвалидом II группы, постоянно с 2010 года проживая в Санкт-Петербургском доме-интернате для престарелых и инвалидов N 1, является более слабой и зависимой стороной в спорных правоотношениях, и, в силу возраста и состояния здоровья подписывая в 2016 году и последующие годы договоры о предоставлении социальных услуг, а также адресованное УПФР в Приморском районе Санкт-Петербурга заявление об удержании с него в пользу СПб ГБСУСО "ДИПИ № 1" ежемесячной денежной выплаты в размере 75 процентов, мог не понимать, что условия этих договоров, как и подписанное им заявление в пенсионный орган, ухудшают его правовое положение в части ежемесячного размера платы за предоставление социальных услуг, который на ДД.ММ.ГГГГ не мог превышать 75 процентов установленной получателю услуг пенсии.

Таким образом, принимая во внимание тот факт, что никаких доказательств, свидетельствующих о том, что о нарушении своих прав со стороны СПб ГБСУСО "ДИПИ № 1" ФИО1 узнал ранее 2019 года, как на то ссылается истец в обоснование заявленных требований, в материалах дела не имеется; при этом настоящий иск был направлен в суд уже ДД.ММ.ГГГГ, то есть в пределах года с момента, когда ФИО1 стало известно о незаконности взимания с него оплаты за социальные услуги в размере 75% от среднедушевого дохода, а не 75% от пенсии; суд приходит к выводу, что доводы ответчика в части пропуска ФИО1 срока давности не могут быть признаны обоснованными и подлежат отклонению.

Принимая во внимание тот факт, что, за исключением пропуска срока исковой давности по части платежей, в остальном представленный ФИО1 расчет неосновательного обогащения ответчиком не оспаривался, суд приходит к выводу, что заявленные истцом требования являются обоснованными и подлежат удовлетворению в полном объеме, со взысканием с СПб ГБСУСО "ДИПИ № 1" в пользу ФИО1 неосновательно полученных за период с 2016 года по настоящее время денежных средств на сумму 130 925,87 рублей.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.12, 56, 67, 167, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ :

Исковые требования ФИО1 удовлетворить.

Взыскать с СПб ГБСУСО "ДИПИ № 1" в пользу ФИО1 неосновательное обогащение в размере 130 925 (сто тридцать тысяч девятьсот двадцать пять) рублей 87 копеек.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Приморский районный суд Санкт-Петербурга.

В окончательной форме решение изготовлено 07.08.2023.

Судья

<данные изъяты>