Решение по делу № 2-1382/2025 от 31.03.2025

Производство №2-1875/2025

(уникальный идентификатор дела

91RS0024-01 -2023-001643-7740)

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

25 марта 2025 года г. Ялта

Ялтинский городской суд Республики Крым в составе председательствующего судьи Бекенштейн Е.Л., при секретаре Мясниковой Ю.С.,

с участием представителя истца Логинова А.В., ФИО1, представителя Минфина России и УФК по Республике Крым ФИО2, представителя третьего лица УФСИН России по Республике Крым и г. Севастополю, Федеральной службы исполнения наказаний: ФИО3, представителя МВД по Республике Крым ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО5 к Министерству финансов Российской Федерации, интересы которого представляет Управление Федерального казначейства по Республике Крым, о взыскании компенсации морального вреда,

третьи лица: Управление Федеральной службы исполнения наказания по Республике Крым и городу Севастополю, Федеральная служба исполнения наказаний, Федеральное казенное учреждение «Следственный изолятор №1 Управления Федеральной службы исполнения наказания по Республике Крым и городу Севастополю», Управление Судебного департамента в Республике Крым, Министерство внутренних дел Республики Крым,

УСТАНОВИЛ:

31.03.2023 года ФИО5 обратился в суд с указанным иском, мотивируя его следующим. Приговором Алуштинского городского суда Республики Крым от <дата> года делу № №<номер> ФИО5 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного пунктами «а», «г» части 2 статьи 163 УК РФ, ему было назначено наказание в виде лишения свободы на срок 3 года 9 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима; срок наказания исчислять с 22 ноября 2018 года; зачесть в срок отбытия наказания время содержания под стражей с момента задержания, то есть с 5 октября 2016 года до вступления приговора в законную силу; на основании пункта «б» части 3.1 статьи 72 УК РФ время содержания под стражей по день вступления приговора в законную силу зачесть в срок лишения свободы из расчёта один день за полтора дня отбывания наказания в колонии общего режима; мера пресечения до вступления приговора в законную силу в виде содержания под стражей оставлена без изменений. Указанный приговор суда был обжалован истцом и его защитником в апелляционном порядке. Постановлением судьи Верховного суда Республики Крым от <дата> <дата> года дело было возвращено для устранения обстоятельств, препятствующих его рассмотрению. Постановлением судьи Верховного суда Республики Крым от <дата> <дата> года дело было возвращено в суд первой инстанции для устранения обстоятельств, препятствующих его апелляционному рассмотрению. Постановлением судьи Верховного суда Республики Крым от <дата> года назначено судебное заседание суда апелляционной инстанции на <дата> года. <дата> года защитник истца обратился в адрес Верховного суда Республики Крым с ходатайством об отмене ранее избранной в отношении истца меры пресечения в виде заключения под стражу, которое было мотивировано тем, что срок назначенного истцу приговором суда наказания в виде лишения свободы с учётом положений пункта «б» части 3.1 статьи 72 УК РФ истёк 5 апреля 2019 года, то есть истец полностью отбыл назначенное приговором суда наказание. Согласно протоколу судебного заседания Верховного суда Республики Крым от <дата> года, несмотря на просьбу защитника истца рассмотреть ходатайство об отмене ранее избранной меры пресечения в данном судебном заседании, оно судом рассмотрено не было, судебное заседание отложено на <дата> года. Протокольным определением от <дата> года в удовлетворении данного ходатайства судом было отказано по тем мотивам, что приговор не вступил в законную силу, вопрос о зачёте времени в соответствии со статьёй 72 УК РФ решён быть не может, решение данного вопроса является преждевременным. Апелляционным определением Верховного суда Республики Крым от <дата> года приговор суда оставлен без изменений, а апелляционная жалоба истца - без удовлетворения, наказание, назначенное истцу, суд посчитал отбытым и освободил истца из-под стражи в зале суда. Таким образом, истец был лишён свободы и принудительно находился в следственном изоляторе в период с 5 октября 2016 года по 3 октября 2019 года, то есть 2 года 11 месяцев и 9 дней, что с учётом положений пункта «б» части 3.1 статьи 72 УК РФ составило 4 года 4 месяца 29 дней лишения свободы вместо назначенного вступившим в законную силу приговором суда наказания в виде лишения свободы на срок 3 года 9 месяцев. Иными словами, назначенный приговором суда срок наказания с учётом положений пункта «б» части 3.1 статьи 72 УК РФ истёк 5 апреля 2019 года, между тем как истец освобождён из-под содержания под стражей только 3 октября 2019 года. Следовательно, истец был незаконно лишён свободы и органичен в свободе передвижения с 5 апреля по 3 октября 2019 года, то есть 5 месяцев и 29 дней. При содержании под стражей была нарушена предельная наполняемость ФКУ СИЗО №1 УФСИН России, в частности, вместо лимита наполнения 747 человек содержалось 1482 заключённых, истцу ненадлежащим образом оказывалась медицинская помощь, при конвоировании к месту рассмотрения уголовного дела не соблюдались права обвиняемого на получение бесплатного питания в период участия в судебных заседаниях. По отбытию назначенного истцу приговором суда наказания он безосновательно длительное время был лишён свободы, была ограничена его личная неприкосновенность, он был лишён свободы выбора места пребывания и жительства, возможности трудиться и зарабатывать, общаться с членами своей семьи, в связи с чем он долгое время не мог вести привычный образ жизни, быть полезным своей семье, ухаживать за находящейся у него на иждивении нетрудоспособной матерью-инвалидом, он испытал чувства дискомфорта, унижения, ущербности, подавленности, отчаяния, раздражения, то есть ему были причинены определённые нравственные страдания и моральные переживания. С учетом уточнений, просил взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации компенсацию моральный вред в размере №<номер> рублей.

В судебном заседании представители истца Логинов А.В., ФИО1 поддержали иск с учетом поданного истцом заявления об увеличении исковых требований, просили удовлетворить.

Представитель Минфина России и УФК по Республике Крым ФИО2 в судебном заседании против удовлетворения иска возражала, просила отказать.

Представитель третьего лица УФСИН России по Республике Крым и г. Севастополю Федеральной службы исполнения наказаний ФИО3 в судебном заседании против удовлетворения иска возражала, просила отказать.

Представитель МВД по Республике Крым ФИО4 в судебном заседании против удовлетворении иска возражала по основаниям, указанным в письменных возражениях, просила отказать.

Иные участники процесса в судебное заседание не явились, уведомлялись заблаговременно и надлежащим образом. Причины неявки суду не известны.

Информация о дате и месте судебного заседания была своевременно размещена на официальном сайте Ялтинского городского суда Республики Крым в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

В условиях предоставления законом равного объема процессуальных прав неявку лиц, перечисленных в ст. 35 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в судебное заседание, нельзя расценивать как нарушение принципа состязательности и равноправия сторон.

В соответствии с положениями ст. ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) дело рассмотрено в отсутствие неявившихся лиц, извещенных надлежащим образом.

Суд, выслушав лиц участвующих в судебном заседании, заключение прокурора, исследовав материалы дела, приходит к следующему.

Судом установлены следующие обстоятельства и соответствующие им правоотношения.

<дата> года ФИО5 задержан по подозрению в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 204.1 УК РФ, в порядке ст.ст. 91-92 УПК РФ.

<дата> года ФИО5 постановлением Алуштинского городского суда Республики Крым избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, которая последовательно продлевалась.

Приговором Алуштинского городского суда Республики Крым по уголовному делу №№<номер> года от <дата> года ФИО5 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а,г» ч. 2 ст. 163 УК РФ, ему назначено наказание виде трех лет девяти месяцев лишения свободы без штрафа и ограничения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Указано, что срок наказания надлежит исчислять с <дата> года. Зачтен в срок отбытия наказания время содержания под стражей с момента задержания, то есть <дата> года до вступления приговора в законную силу. На основании п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ время содержания под стражей по день вступления приговора в законную силу зачтено в срок лишения свободы из расчета один день за полтора для отбывания наказания в колонии общего режима.

Мера пресечения ФИО5 до вступления приговора в законную силу в виде содержания под стражей оставлена без изменения.

Из материалов уголовного дела следует, что <дата> года защитником ФИО5 Логиновым А.В. подана апелляционная жалоба на данный приговор.

<дата> года апелляционная жалоба подана и ФИО5 посредство ФКУ СИЗО №1 УФСИН России по Республике Крым и городу Севастополю, которая поступила в суд <дата> года.

Постановлениями Алуштинского городского суда Республики Крым от <дата> года отклонены замечания ФИО5 на протокол судебного заседания <дата> года, <дата> года.

Постановлением Алуштинского городского суда Республики Крым от <дата> года отклонены замечания ФИО5 на протокол судебного заседания <дата> года.

Постановлением Алуштинского городского суда Республики Крым от <дата> года удостоверены замечания защитника ФИО5 Логинова А.В. на протокол судебного заседания <дата> <дата> года.

Постановлением Алуштинского городского суда Республики Крым от <дата> года отклонены замечания защитника ФИО5 Логинова А.В. на протокол судебного заседания <дата> года, 11 июля 2018 года.

Постановлением Алуштинского городского суда Республики Крым от <дата> года отклонены замечания ФИО5 на протокол судебного заседания от <дата> года.

Согласно сопроводительному письму Алуштинского городского суда Республики Крым от <дата> года материалы дела переданы в Верховный Суд Республики Крым для рассмотрения апелляционных жалоб осужденных ФИО5, ФИО6 (получено <дата> года).

Постановлением Верховного Суда Республики Крым от <дата> года уголовное дело возвращено в суд первой инстанции для устранения обстоятельств, препятствующих рассмотрению дела в апелляционном порядке (отсутствие сведений об ознакомлении осужденных ФИО5, ФИО6 с материалами дела в полном объеме).

Постановлением Алуштинского городского суда Республики Крым <дата> года прекращено ознакомление ФИО5 с материалами дела ввиду допущения умышленного затягивания ознакомления.

Постановлением судьи Верховного Суда Республики Крым от <дата> года назначено открытое судебное заседание на <дата> года.

Как следует из материалов дела <дата> года защитником ФИО5 подавалось ходатайство об отмене меры пресечения, поскольку срок назначенного наказания истек <дата> года, если бы приговор вступил в законную силу, следовательно, ФИО5 отбыл уже бы назначенное наказание. При этом оснований для ухудшения положения осужденного не имеется.

Согласно протоколу судебного заседания от <дата> года судебное заседание было отложено на <дата> года в связи с несвоевременностью извещения, необходимостью обеспечить ознакомление с предоставленными материалами и обеспечения подготовки к судебному разбирательству.

Из протокола судебного заседания от <дата> года следует, что в судебном заседании разрешено названное выше ходатайство об отмене мере пресечения от <дата> года, протокольным определением в его удовлетворении отказано, поскольку в настоящее время приговор не вступил в законную силу, вопрос о зачете времени в соответствии со ст. 72 УК РФ решен быть не может, решение этого вопроса является преждевременным. Также разъяснено, что в случае вступления приговора в законную силу суд вправе одновременно с этим разрешить вопрос о мере пресечения. Указано, что данное решение заносится в протокол судебного заседания и может быть обжаловано совместно с принятым итоговым решением по делу.

Апелляционным определением Верховного Суда Республики Крым от <дата> года приговор Алуштинского городского суда Республики Крым от <дата> года в отношении ФИО6, ФИО5 и ФИО7 оставлено без изменения, а апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Указано, что наказание, назначенное ФИО5, считать отбытым, последний освобожден из-под стражи в зале суда.

При этом, судебной коллегией в названном апелляционном определении указано, что поскольку в соответствии с положениями ч. 3 ст. 390 УПК РФ приговор вступает в законную силу в день вынесения решения судом апелляционной инстанции, то с учетом содержания ФИО5 под стражей до настоящего времени с 05 октября 2016 года, он считается лицом, отбывшим назначенное ему наказание в виде 3 лет 9 месяцев лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

Кассационным определением Четвертого кассационного суда общей юрисдикции от <дата> года обозначенные выше приговор Алуштинского городского суда Республики Крым от <дата> года и апелляционное определение Верховного Суда Республики Крым от <дата> года оставлены без изменения.

Согласно пункту 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Статьей 2 Конституции Российской Федерации установлено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (ч. 1 ст. 17 Конституции Российской Федерации).

Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (ч. 2 ст. 17 Конституции Российской Федерации).

Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (ст. 18 Конституции Российской Федерации).

Каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц (ст. 53 Конституции Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Как разъяснено в пункте 38 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» моральный вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста или исправительных работ, в силу пункта 1 статьи 1070 и абзаца третьего статьи 1100 ГК РФ подлежит компенсации независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда.

Кроме того, также независимо от вины указанных должностных лиц судом может быть взыскана компенсация морального вреда, причиненного гражданину незаконным применением любых иных мер государственного принуждения, в том числе не обусловленных привлечением к уголовной или административной ответственности (статья 2, часть 1 статьи 17 и часть 1 статьи 21 Конституции Российской Федерации, пункт 1 статьи 1070, абзацы третий и пятый статьи 1100 ГК РФ).

Нормами статей 1069 и 1070, абзацев третьего и пятого статьи 1100 ГК РФ, рассматриваемыми в системном единстве со статьей 133 УПК РФ, определяющей основания возникновения права на возмещение государством вреда, причиненного гражданину в результате незаконного и необоснованного уголовного преследования, возможность взыскания компенсации морального вреда, причиненного уголовным преследованием, не обусловлена наличием именно оправдательного приговора, вынесенного в отношении гражданина, или постановления (определения) о прекращении уголовного дела по реабилитирующим основаниям либо решения органа предварительного расследования, прокурора или суда о полной реабилитации подозреваемого или обвиняемого. Поэтому не исключается принятие судом в порядке гражданского судопроизводства решения о взыскании компенсации морального вреда, причиненного при осуществлении уголовного судопроизводства, с учетом обстоятельств конкретного уголовного дела и на основании принципов справедливости и приоритета прав и свобод человека и гражданина (например, при отмене меры пресечения в виде заключения под стражу в связи с переквалификацией содеянного на менее тяжкое обвинение, по которому данная мера пресечения применяться не могла, и др.). (п. 39 постановления Пленума).

Таким образом, государство должно способствовать укреплению законности в деятельности органов государственной власти, а также защищать граждан, пострадавших от незаконных действий органов государственной власти и их должностных лиц.

В обоснование своих требований ФИО5 указал, что фактически отбывал наказание в виде лишения свободы более срока, определенного приговором суда. Так, назначенный приговором суда срок наказания с учетом положений пункта «б» части 3.1 статьи 72 УК РФ истек <дата> года, однако фактичекски он был освобожден из-под стражи только <дата> года в связи с отбытием наказания. Необоснованно отбытое наказание в виде лишения свободы 5 месяцев 29 дней нарушило его личные неимущественные права и причинило нравственные страдания.

Право на реабилитацию за истцом в установленном законом порядке не признавалось.

Порядок и условия возмещения причиненного лицу в уголовном судопроизводстве вреда закреплены в отраслевых законодательных актах, прежде всего в Уголовно-процессуальном кодексе Российской Федерации, регламентирующем основания возникновения права на реабилитацию, порядок признания этого права и возмещения различных видов вреда, а также в Гражданском кодексе Российской Федерации, в положениях которого содержатся общие основания ответственности за причинение вреда, в частности государственными органами, включая органы дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, а также способы и размеры компенсации морального вреда.

При этом факт того, что за истцом право на реабилитацию не признано, сам по себе не может являться основанием для отказа в удовлетворении исковых требований о взыскании компенсации морального вреда в порядке гражданского судопроизводства, в случае если суд в рамках гражданского судопроизводства установит и признает доказанным факт причинения морального вреда в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов в рамках уголовного судопроизводства, то есть такое наступление гражданской ответственности за незаконные действия (бездействие) упомянутых субъектов не обусловлено наличием реабилитирующего акта.

Кроме того, ФИО5 в исковом заявлении указал, что его моральные страдания заключаются в невозможности своевременного ведения привычного образа жизни после отбытия назначенного судом наказания, он был оторван от семьи, что негативно сказалось на его общем состоянии.

Разрешая требования в части взыскания компенсации морального вреда, причиненного ненадлежащими условиями содержаниями под стражей, суд исходит из следующего.

Конституция Российской Федерации, признавая человека, его права и свободы высшей ценностью, определяющей смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, гарантирует каждому судебную защиту его прав и свобод, включая возможность обжалования в суд решений и действий (бездействия) органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и должностных лиц (статьи 2 и 18, статья 46, части 1 и 2).

В соответствии со статьями 2 и 45 (часть 1) Конституции Российской Федерации государство обязано признавать, соблюдать и защищать права и свободы, создавая при этом эффективные правовые механизмы устранения любых нарушений, в том числе допущенных его органами и должностными лицами. Конституция Российской Федерации закрепляет право каждого на защиту своих прав всеми не запрещенными законом способами (статья 45, часть 2) и на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц (статья 53).

Из содержания статьи 53 Конституции Российской Федерации следует, что каждый пострадавший от незаконных действий (или бездействия) органов государственной власти или их должностных лиц наделяется правом требовать от государства в том числе справедливой компенсации морального вреда, причиненного такими действиями (или бездействием), на что неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации в своих решениях (определения от 16 октября 2001 г. N 252-О, от 3 июля 2008 г. N 734-О-П, от 24 января 2013 г. N 125-О и др.).

На основании статьи 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Согласно пункту 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Закрепляя в пункте 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации общий принцип компенсации морального вреда, причиненного действиями, нарушающими личные неимущественные права гражданина либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага, законодатель не установил каких-либо ограничений в отношении действий, которые могут рассматриваться как основание для такой компенсации.

Возможность применения статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации в отношениях, имеющих публично-правовую природу, в том числе при возмещении государством вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц, связана с обязанностью государства по созданию обеспечивающих реализацию права на возмещение государством вреда конкретных процедур и, следовательно, компенсационных механизмов, направленных на защиту нарушенных прав.

Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации (статья 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина (абзац второй пункта 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», действовавшего в период возникновения спорных правоотношений).

Аналогичные разъяснения приведены и в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда».

Отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не всегда означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда. Так, например, судом может быть взыскана компенсация морального вреда, причиненного незаконными решениями, действиями (бездействием) органов и лиц, наделенных публичными полномочиями (пункт 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Из приведенных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающим на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. В статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплены общие правила по компенсации морального вреда без указания случаев, когда допускается такая компенсация. Поскольку возможность денежной компенсации морального вреда обусловлена посягательством на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, само по себе отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда.

Из разъяснений, приведенных в п. 25 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», следует, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.

В пункте 37 того же Постановления Пленума указано, что моральный вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, подлежит компенсации за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования при установлении виновности этих органов власти, их должностных лиц в совершении незаконных действий (бездействии) за исключением случаев, установленных законом.

На основании части первой статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации суд вправе удовлетворить требование о компенсации морального вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) государственных органов, органов местного самоуправления, должностных лиц этих органов, нарушающими личные неимущественные права гражданина либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага.

Процесс содержания лица под стражей или отбывания им наказания законодательно урегулирован, осуществляется на основании нормативно-правовых актов и соответствующих актов Министерства юстиции Российской Федерации, которыми регламентированы условия содержания, права и обязанности лиц, содержащихся под стражей или отбывающих наказание, а также права и обязанности лиц, ответственных за их содержание.

Условия и порядок содержания в следственных изоляторах регулируются Федеральным законом от 15.07.1995 г. N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений".

В соответствии со статьей 4 указанного Федерального закона содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей.

В силу статей 15, 23 Федерального закона N 103-ФЗ в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации.

Подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности. Норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров.

Как следует из материалов дела, ФИО5 содержался в Симферопольском следственном изоляторе (ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Республике Крым и городу Севастополю) с 12 октября 2016 года по <дата> года.

Согласно письму ГБУЗ РК «Крымский республиканский центр медицины катастроф и скорой медицинской помощи» от <дата> года №№<номер> зарегистрированы вызовы к ФИО5 по адресу: <адрес>, ГОВД: <дата> года – диагноз: кариес 5 верхнего зуба, рекомендована консультация стоматолога; 19 марта 2018 года – диагноз: кариес зуба, рекомендован осмотр врача-стоматолога и лечение в стоматологической клинике.

Аналогичный вызов имел место 15 и 16 мая 2018 года в Алуштинский городской суд с диагнозом «зубная боль», оказана помощь в виде осмотра, от инъекции обезболивающего препарата отказался, рекомендовано обратиться за консультацией к стоматологу.

Вызов имел место также 02 и 04 июля, 08 августа 2018 года с тем же диагнозом и рекомендациями.

Также, из письма ГБУЗ РК «Крымский республиканский центр медицины катастроф и скорой медицинской помощи» от <дата> года №№<номер> следует, что к ФИО5 осуществлялись выезды бригад скорой медицинской помощи:

<дата> г. по адресу: <адрес>

<дата> г. по адресу: <адрес>), по результатам выезда оказана помощь, больной оставлен на месте;

<дата> г. по адресу: <адрес>;

<дата> г. по адресу: <адрес>);

<дата> г. по адресу: <адрес> (говд) по результатам выезда оказана помощь, больной оставлен на месте;

<дата> г. по адресу: <адрес>), по результатам выезда оказана помощь, больной оставлен на месте;

<дата> г. по адресу: <адрес>, по результатам выезда оказана помощь, больной оставлен на месте;

<дата> г. по адресу: <адрес>), по результатам выезда доставлен в ГБУЗ РК «Симферопольская городская клиническая больница №7».

Также сообщено, что карты вызовов не сохранились, поскольку уничтожены за истечением срока хранения.

В судебном заседании также представителем истца пояснено, что от медицинской помощи в области стоматологии (лечения, в том числе удаления зубов) ФИО5 отказывался, при этом таковая ему оказывалась. В иной части медицинская помощь ФИО5 оказывалась по его просьбам и обращениям, что подтверждено материалами проверок прокуратурой Республики Крым (надзорное производство №<номер>

Согласно письму ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Республике Крым и городу Севастополя среднесписочная численность лиц, содержащихся в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Республике Крым и г. Севастополю составляла: 2016 год - 1493, 2017 год - 1402, 2018 год - 1349, 2019-1264.

ФИО5 в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Республике Крым и г. Севастополю содержался с 12.10.2016 по 02.10.2019.

За период содержания в учреждении ФИО5 содержался в следующих камерах:

с 12.10.2016 по 28.10.2016 в камере №8. В период содержания в камере ФИО8 на 14 спальных мест приходилось 14 человек (согласно книге «Количественной проверки лиц, содержащихся в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Республике Крым и г. Севастополю»).

с 28.10.2016 по 01.11.2016 в камере № 19, на 6 спальных мест приходилось 6 человек.

с 01.11.2016 по 02.12.2016 содержался в камере № 42, на 4 спальных места приходилось от 4 до 8 человек.

с 02.12.2016 по 16.12.2016 содержался в камере № 57, на 2 спальных мест приходилось от 2 до 3 человека.

с 16.12.2016 по 25.08.2017 содержался в камере № 24, на 16 спальных мест приходилось от 15 до 20 человек.

с 25.08.2017 по 29.08.2018 содержался в камере № 158, на 8 спальных мест приходилось от 4 до 8 человек.

с 29.08.2018 по 05.09.2019 содержался в камере № 96, на 16 спальных мест приходилось от 13 до 20 человек.

с 05.09.2019 по 02.10.2019 содержался в камере № 102, на 16 спальных мест приходилось 16 человек.

Также сообщено, что в дни конвоирования в судебные заседания все лица, находящиеся в суде более 6 часов обеспечиваются питанием.

Следовательно, установлен факт превышения нормы содержания лиц в соответствующих камерах, где содержался ФИО5

Из письма прокуратуры Республики Крым от <дата> года отв-№<номер> на имя ФИО5 следует, что частично подтвердились доводы о непредставлении возможности помывки в душе ввиду участия в дни санитарной обработки в судебных заседаниях/следственных действиях за пределами СИЗО. Нарушений при организации питания в СИЗО в дни направления для участия в следственных действиях не установлено. С целью обеспечения подозреваемых или обвиняемых горячим питанием перед отправкой для участия в следственных действиях или в судебных заседаниях за пределами СИЗО раздача завтрака осуществляется до 08:00. Индивидуальными рационами питания обеспечиваются лица, конвоируемые из одного учреждения уголовно-исполнительной системы в другое с пребыванием в пути более 6 часов. По результатам проверки доводов о ненадлежащем оказании медицинской помощи в СИЗО-1 установлено, что <дата> стоматологом учреждения установлена временная пломба, рекомендовано санацию полости рта, протезирование. Рекомендации врача на момент проверки не выполнены.

Аналогичное по своему содержанию сообщение направлено ФИО5 прокуратурой Республики Крым 06 декабря 2017 года за №№<номер>

Из письма прокуратуры Республики Крым от <дата> года №№<номер> следует, что по результатам ранее проведенной проверки по заявлениям граждан, содержащихся в СИЗО-1, установлено, что в нарушение требований статей 17, 22 Федерального закона от 15.07.1995 № ЮЗ-ФЗ не соблюдаются права подозреваемых и обвиняемых на получение бесплатного питания в период участия в судебных заседаниях.

Вместе с тем, указания на нарушение именно прав ФИО5 не имеется.

Из письма УФСИН по Республике Крым и городу Севастополю от <дата> года №№<номер> следует, что по доводам обращений ФИО5 была проведена, в ходе которой установлено, что из проведенной проверки стало известно, что доставка спецконтингента проводится из Верховного суда Республики Крым в период времени с 16 часов 00 минут, до 19 часов 00 минут, после этого проводится досмотр личных вещей находящихся у спецконтингента с собой, в дальнейшем прибывший спецконтингент помещается в боксы одиночного содержания для распределения по камерам. При направлении обвиняемых в ИВС, для проведения следственных действий, а также для участия в судебных заседаниях, каждому обвиняемому согласно нормативных актов выдается сухой паёк. Так из объяснения сотрудников входящих в состав дежурной смены следует, что при отправке в Верховный суд Республики Крым был выдан сухой паёк на время пребывания на судебном заседании, о чём свидетельствует видео полученное с поста СВН. Согласно видеоархива в ФКУ СИЗО-1, стало известно по прибытии осмотрел дежурный врач, в дальнейшем был помещен в камеру для дальнейшего содержания. Согласно объяснения сотрудников входящих в состав дежурной смены, проведение ужина проводилось без нарушения временных сроков, из этого следует, что ужин был роздан вовремя, о чём свидетельствует видео полученное с поста СВН. При поступлении спецконтингента в ФКУ СИЗО-1 дежурным фельдшером проводится в обязательном порядке первичный осмотр, из первичного осмотра стало известно, что травм и ушибов не выявлено. При проверке Книги регистрации сообщений о преступлениях за 2017-2018 гг., а также Журнала регистрации сообщений о преступлениях за 2017-2018 гг. фактов регистрации сообщений о телесных повреждениях выявлено не было. Факт о применении в отношении истца недозволенных мер воздействия, со стороны сотрудников дежурной смены, не нашел своего подтверждения.

Из материалов дела следует, что медицинская карта ФИО5, заведенная на его имя в период пребывания в следственном изоляторе была утрачена, поскольку не найдена в отделе специального учета ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Республике Крым и Филиале МЧ-3 ФКУЗ МСЧ-91 ФСИН России.

При таком положении, учитывая установленные нарушения, названные выше (превышение нормы содержания в камере, непредставление возможности помывки в душе ввиду участия в дни санитарной обработки в судебных заседаниях/следственных действиях за пределами СИЗО), суд приходит к выводу о доказанности нарушений прав истца.

Доводы о недоказанности причинения истцу физических и нравственных страданий несостоятельны, поскольку как выше указывалось, что содержание под стражей в условиях, не соответствующих установленным нормам, влечет нарушение прав истца, гарантированных законом, и сам по себе факт их наличия объективно доказывает причинение страданий (переживаний) в степени, превышающей неизбежный уровень страданий, присущий ограничению прав подозреваемого (обвиняемого), содержащегося под стражей.

Поскольку условия содержания истца под стражей не соответствовали требованиям закона, то таковые действия органом государственной власти являлись незаконными и выразились в необеспечении условий содержания истца под стражей, чем были нарушены личные неимущественные права истца, что вызывало у последнего нравственные и физические страдания.

Кроме того учитывается, что доказательств того, что названные нарушения повлекли для истца неблагоприятные последствия (ухудшение состояния здоровья, заболевания), равно как повлекли какое-либо лечение, обращение за медицинской помощью и тому подобное, не представлено.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу об обоснованности заявленных исковых требований и необходимости их удовлетворения в части.

При определении размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу истца, суд принимает во внимание обстоятельства причинения вреда, характер совершенных ответчиком действий, характер и объем причиненных истцу физических и нравственных страданий, степень вины ответчика, требования разумности и справедливости.

При таком положении, суд приходит к выводу о необходимости взыскания денежной компенсации морального вреда в размере 750 000 рублей (из расчета 4000 рублей за 181 день пребывания истца под стражей свыше установленного приговором суда срока, а также №<номер> рублей за ненадлежащее содержание его под стражей), что будет соответствовать степени допущенного нарушения, его длительности, характеру и принципам разумности и соразмерности, а также будет отвечать признакам справедливого и разумного вознаграждения истцу за перенесенные страдания.

В иной части в удовлетворении иска суд полагает необходимым отказать.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд,

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО5 (паспорт серии №<номер>) к Министерству финансов Российской Федерации, интересы которого представляет Управление Федерального казначейства по Республике Крым, о взыскании компенсации морального вреда - удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО5 (паспорт серии №<номер>) компенсацию морального вреда в размере №<номер> рублей.

В остальной части исковые требования — оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Крым в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Ялтинский городской суд Республики Крым.

Судья Е.Л. Бекенштейн

Мотивированное решение составлено в окончательной форме 31 марта 2025 года