Гр. дело № 2-204/2022
04RS0022-01-2023-000278-51
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
05 мая 2023 года с. Тарбагатай
Тарбагатайский районный суд Республики Бурятия в составе председательствующего судьи Ильиной М.Т., при секретаре Осеевой А.Г., помощнике судьи Гулиевой Л.Г.,
с участием помощника прокурора Тарбагатайского района РБ Хайдаповой Н.Ц., истца А.Е.О., представителя истца Г.В.И., действующей на основании устного ходатайства, представителя ответчика ГБУЗ «Тарбагатайская ЦРБ» Б.И.К., действующего на основании доверенности,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению А.Е.О. к ГБУЗ «Тарбагатайская ЦРБ» о возмещении морального вреда и расходов на погребение,
УСТАНОВИЛ:
А.Е.О., обращаясь в суд с иском к ГБУЗ «Тарбагатайская ЦРБ», просит взыскать с ответчика в пользу истца материальный ущерб в размере 176 400 руб., моральный вред в размере 1 000 000 руб.
Исковые требования мотивированы тем, что ДД.ММ.ГГГГ Мухоршибирским МСО СУ СК России по Республике Бурятия возбуждено уголовное дело по ч. 1 ст. 109 УК РФ по факту ненадлежащего исполнения врачами ГБУЗ «Тарбагатайская ЦРБ» своих профессиональных обязанностей, приведшее к смерти К.З.А., ДД.ММ.ГГГГ г.р. ДД.ММ.ГГГГ истец признана потерпевшей по данному угольному делу, в связи с тем, что является внучкой К.З.А. Так, ДД.ММ.ГГГГ у К.З.А., которая находилась дома появилось головокружение, происходили скачки артериального давления. После чего, К.З.А. вызван врач-невропатолог ГБУЗ «Тарбагатайская ЦРБ» С.А.М., который осмотрел К.З.А. В ходе данного осмотра давление соответствовало норме, была небольшая отдышка из-за лишнего веса. К.З.А. было рекомендовано наблюдение и лечение в условиях стационара. ДД.ММ.ГГГГ К.З.А. экстренно госпитализирована в отделение общего профиля ГБУЗ «Тарбагатайская ЦРБ», где располагаются неврологические койки. На момент поступления в больницу состояние оценивалось как удовлетворительное, средней степени тяжести, частота дыхательных движений составляла 16 в минуту, сатурация 94 %. К.З.А. предъявляла жалобы на головокружение, неустойчивость равновесия, головные боли, ухудшение памяти, онемение в нижних конечностях. На основе жалоб, анамнеза заболевания и данных объективного осмотра установлен диагноз: «Энцефалопатия смешанного генеза. Выраженные вестибуло-координаторные нарушения. Диабетическая полинейропагия нижних конечностей». Далее, К.З.А. назначено лечение, а также получен мазок на ПЦР-тест. В ночь с ДД.ММ.ГГГГ на ДД.ММ.ГГГГ у К.З.А. поднялась температура 37, 1 С, появились жалобы на слабость, боли и першение в горле, кашель, сатурация составляла 98 %, зев был ярко гиперемирован, имелось увеличение небных миндалин до 1 степени, взят мазок из ротоглотки на COVID-19. За время лечения в ГБУЗ «Тарбагатайская ЦРБ» К.З.А. проводилось следующее медикаментозное лечение: антиоксидантное (нейрокс, тиоктовая кислота), ноотропное (пирацетам), витаминотерапия (витамины В1 и В6. никотиновая кислота), проведены лабораторные и инструментальные исследования: общий и биохимический анализы крови, общий анализ мочи, определение антител к бледной трепонеме, соскоб на яйца гельминтов, ПЦО тест на COVID-19, электрокардиография. ДД.ММ.ГГГГ заведующей терапевтическим отделением ГБУЗ «Тарбагатайская ЦРБ» И.И.Г. дано указание С.А.М. произвести осмотр К.З.А. В связи с тем, что в больнице отсутствовали условия для нахождения пациентов с признаками ОРВИ, С.А.М. принято решение о выписке К.З.А. на амбулаторное лечение. ДД.ММ.ГГГГ И.И.Г. стало известно о том, что К.З.А. выписана на амбулаторное лечение. Далее, ДД.ММ.ГГГГ И.И.Г. осуществлен выезда на дом к К.З.А. В ходе осмотра у К.З.А. имелись жалобы на боль в горле, выраженная слабость, сатурация 98, артериальное давление 120/70. Состояние на момент осмотра оценивалось как удовлетворительное. Объективно наблюдались гиперемия зева и задней стенки глотки, увеличение небных миндалин, дыхание в легких везикулярное, хрипы не выслушивались. По результатам анамнеза и объективного осмотра установлен диагноз: «Острая респираторная вирусная инфекция. Сахарный диабет 2 типа. Ишемическая болезнь сердца. Хроническая сердечная недостаточность. Гипертоническая болезнь 2 степени. К.З.А. назначено лечение: противовирусное (умифеновир), симптоматическое (парацетамол), антикоагулянт ксарелто, в-адреноблокатор, гиполипидемическое средство. ДД.ММ.ГГГГ в ГБУЗ «Тарбагатайская ЦРБ» поступили результаты ПЦР-теста, которые были положительными. После чего, К.З.А. были переданы льготные лекарственные препараты для лечения COVID-19: умифеновир, ривароксабан- антикоагулянт, парацетамол. ДД.ММ.ГГГГ К.З.А. вызвана бригада скорой медицинской помощи в связи с жалобами на слабость, разбитость во всем теле. Оказана медицинская помощь: внутримышечно введен преднизолон. После осмотра фельдшером Т.Н.А. она сказала вызвать врачей ДД.ММ.ГГГГ, так как ДД.ММ.ГГГГ праздник, и никто не приедет. ДД.ММ.ГГГГ при осмотре врачом-терапевтом ГБУЗ «Тарбагатайская ЦРБ» Г.А.Ю.К.З.А. контакту была труднодоступна, речь несвязна, состояние расценивалось как удовлетворительное, сатурация 80 %, частота дыхательных движений 18 в минуту. К.З.А. назначена консультация врача невролога в связи с подозрением на острое нарушение мозгового кровообращения и скорректировано лечение- назначены фавипиравир, интерферон, эликвис. ДД.ММ.ГГГГ в связи с ухудшением состояния К.З.А., последняя госпитализирована в ковидный госпиталь ГБУЗ «Республиканская клиническая инфекционная больница», где ДД.ММ.ГГГГ она скончалась в результате новой коронавирусной инфекции COVID-19. ДД.ММ.ГГГГ истец ходила на личный приме к главному врачу ГБУЗ «Тарбагатайская ЦРБ» М.А.Т. по факту ненадлежащего оказания услуг ее бабушке К.З.А., повлекшее ее смерть. Мацкевич сказал, чтобы истец написала заявление, и он сам разберется. Принимая во внимание характер причиненных врачами ГБУЗ «Тарбагатайская ЦРБ» нравственных страданий истцу, наступившими последствиями, руководствуясь при этом требованиями разумности и справедливости, причиненный моральный вред она оценивает в 1 000 000 рублей. Кроме того, истцом были понесены расходы, связанные с ритуальными услугами по захоронению К.З.А., а именно: 73 500 рублей - оказание ритуальных услуг, поминальный обед - 67 900 рублей, установка памятника, ограды - 35 000 рублей.
Определением отДД.ММ.ГГГГ истцу А.Е.О. предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины до вынесения решения по делу.
В судебном заседании истец А.Е.О., ее представитель Г.В.И., действующая на основании устного ходатайства, исковые требования поддержали, просили удовлетворить, суду пояснили, что недостатки лечения, диагностики и тактики при оказании медицинской помощи К.З.А. в ГБУЗ «Тарбагатайская ЦРБ» могли привести к прогрессированию заболевания и развитию осложнений, и как следствие смертельному исходу.
Представитель ответчика ГБУЗ «Тарбагатайская ЦРБ» Б.И.К., действующий на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования не признал, суду пояснил, что согласно п.п.1, 2 ст.1064 ГК РФ вред, причинённый личности или имуществу гражданина, а также вред, причинённый имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объёме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинён не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда. Следовательно, истец должна доказать причинение вреда ей или её имуществу по гражданскому процессуальному законодательству РФ. Постановлением от ДД.ММ.ГГГГ следователя Мухоршибирского МСО СУ СК России по Республике Бурятия уголовное дело прекращено в связи с отсутствием в действиях врачей ответчика признаков состава преступления, предусмотренного ч.2 ст. 109 УК РФ. Соответственно, прекращается признание истца потерпевшей по данному уголовному делу, а также участником уголовного судопроизводства в качестве гражданского истца в уголовном деле. Таким образом, у истца нет правовых оснований для заявления вышеуказанных требований по возмещению вреда, компенсации морального вреда в размере 1 000 000руб. к ответчику в соответствии с нормами гражданского процессуального законодательства РФ. Согласно п.п.1,2 ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причинённых ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чьё право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). Однако у истца отсутствует право, которое нарушено ответчиком именно в отношении её, а не при оказании медицинской помощи К.З.А. Следовательно, у истца нет оснований для заявления требований о взыскании материального ущерба в размере 176 400,00 руб. ввиду отсутствия причинения вреда истцу и соответствующей вины ответчика. На основании заключения (экспертизы по материалам дела) от ДД.ММ.ГГГГ № экспертной комиссии казённого учреждения Ханты-Мансийского автономного округа - Югры «Бюро судебно-медицинской экспертизы» установлено, что прямая причинно-следственная связь между оказанием медицинской помощи К.З.А. в ГБУЗ «Тарбагатайская ЦРБ» и на амбулаторном этапе лечения с 05.03.2022г. по ДД.ММ.ГГГГ и неблагоприятным исходом в в идее наступления ее смерти отсутствует.
Прокурор Хайдапова Н.Ц. в судебном заседании полагала исковые требования подлежащими удовлетворению частично, взыскать с ГБУЗ «Тарбагатайская ЦРБ» компенсацию морального вреда в размере 250 000 руб. в пользу истца, в удовлетворении исковых требований о возмещении расходов на погребение прошу отказать ввиду отсутствия прямой причинно-следственной связи между действиями работников ГБУЗ «Тарбагатайская ЦРБ» и смертью К.З.А. Указала, что Согласно экспертному заключению от ДД.ММ.ГГГГ прямая причинно-следственная связь между оказанием помощи К.З.А. в ГБУЗ «Тарбагатайская ЦРБ» и на амбулаторном этапе лечения с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и неблагоприятным исходом в виде наступления ее смерти отсутствует. Вместе с тем, выявлены недостатки лечения, диагностики и тактики при оказании медицинском помощи К.З.А., такие как неверно установленный диагноз и отсутствие своевременного лечения имевшейся у К.З.А. коронавирусной инфекции, выписка из стационара на амбулаторное лечение, в последующем поздняя госпитализация, недооценка тяжести состояния К.З.А. в связи с отсутствием динамического наблюдения на амбулаторном этапе могли привести к прогрессированию заболевания и развитию осложнений в виде пневмонии с респираторной недостаточностью и, как следствие, смертельному исходу. Наличие дефектов в оказании медицинской помощи также подтверждается предписанием ведомственного контроля качества и безопасности медицинской деятельности Минздрава РБ от ДД.ММ.ГГГГ, актом внеплановой проверки ТО Росздравнадзора по РБ от ДД.ММ.ГГГГ.
Выслушав истца, ее представителя, представителя ответчика, заключение прокурора, изучив представленные материалы, оценив представленные доказательства по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд считает, что иск подлежит частичному удовлетворению по следующим основаниям.
Пунктом 1 статьи 150 ГК РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (п. 1 ст. 151 ГК РФ).
Согласно разъяснениям, изложенным в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина (абз. 1 п. 2 названного постановления Пленума).
Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др. (абз. 2 п. 2 названного постановления Пленума).
Из нормативных положений Конвенции о защите прав человека и основных свобод, толкования положений Конвенции в соответствующих решениях Европейского Суда по правам человека в их взаимосвязи с нормами Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, положениями ст. ст. 150, 151 ГК РФ следует, что в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и здоровью гражданину при оказании ему медицинской помощи, а равно как в случае оказания ему ненадлежащей медицинской помощи требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками такого пациента, другими близкими ему людьми, поскольку в связи с ненадлежащим оказанием медицинской помощи такому лицу, лично им в силу сложившихся семейных отношений, характеризующихся близкими отношениями, духовной и эмоциональной связью между членами семьи, также причиняются нравственные и физические страдания (моральный вред).
Пунктом 2 статьи 150 РФ определено, что нематериальные блага защищаются в соответствии с Гражданским кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и в тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (ст. 12 ГК РФ) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого
В соответствии с п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (ст. ст. 1064 - 1101 ГК РФ) и ст. 151 ГК РФ.
При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст. 151 ГК РФ).
Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п. 2 ст. 1101 ГК РФ).
В статье 2 Федерального закона N 323-ФЗ определено, что медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг (пункт 3); качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата (пункт 21).
Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона N 323-ФЗ формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.
В силу частей 2, 3 статьи 98 Федерального закона N 323-ФЗ медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.
Из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ Мухоршибирским МСО СУ СК России по Республике Бурятия возбуждено уголовное дело по ч.1 ст. 109 УК РФ по факту ненадлежащего исполнения врачами ГБУЗ «Тарбагатайская ЦРБ» своих профессиональных обязанностей, приведших к смерти К.З.А. (бабушки истца А.Е.О.).
Согласно протокола паталогоанатомического вскрытия № смерть К.З.А. наступила в результате новой коронавирусной инфекции, вызванной COVID-19, на фоне сахарного диабета 2 типа, ожирения, осложнившегося двусторонней тотальной вирусной интерстициальной пневмонией с диффузным альвеолярным повреждением, генерализованным синдромом диссеминированного внутрисосудистого свертывания крови, отеком головного мозга, отеком легких
Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы № следует, что при лечении в ГБУЗ «Тарбагатайская центральная районная больница» выявлены следующие недостатки:
Диагностики и лечения: диагноз «смешанная энцефалопатия» был выставлен по формальным признакам (по наличию, в анамнезе гипертонической болезни и сахарного диабета), учитывая отсутствие описания когнитивных сосудистых нарушений, данный диагноз был установлен неверно; у пациентки на момент поступления в стационар была коронавирусная инфекция с церебральными проявлениями; соответственно из-за неправильно установленного диагноза, не было назначено необходимое лечение.
Тактики оказания медицинской помощи: с учетом имеющихся сопутствующих заболеваний: сахарный диабет 2 типа, ожирения, ишемической болезни сердца, гипертонической болезни, а также с учетом изменений в общем анализе крови (лейкопения, тромбоцитопения), пациентку необходимо было направить в профильный стационар, а не выписывать на амбулаторное лечение.
Оформление медицинской документации: при осмотре врачом ДД.ММ.ГГГГ при имеющихся признаках острой респираторной инфекции (имелись жалобы на боли и першение в горле, кашель, по данным объективного осмотра выявлены гиперемия зева, гиперплазия миндалин), не был выставлен диагноз «Острая респираторная вирусная инфекция»; в сопутствующий диагноз не вынесены заболевания, имеющиеся у К.З.А., а именно: сахарный диабет 2 типа, ожирение, ишемическая болезнь сердца, гипертоническая болезнь; в медицинской карте отсутствует результат ПЦР на новую коронавирусную инфекцию, хотя анализ был проведен; пациентке был установлен диагноз «выраженные вестибуло-координаторные нарушения», хотя координаторные пробы ей не проводились.
За время амбулаторного наблюдения К.З.А. за период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ были выявлены следующие недостатки:
Диагностики, лечения, тактики: при получение положительного результата обследования на COVID-19 ДД.ММ.ГГГГ пациентка до ДД.ММ.ГГГГ не осматривалась, диагноз и лечение не корректировались; К.З.А. не была сразу же госпитализирована в специализированный стационар после получения положительного результата на COVID-19, хотя пациенты, относящиеся к группе риска (возраст старше 65 лет, наличие сопутствующих заболеваний и состояний) подлежат госпитализации.
Оформление медицинской документации: при осмотре ДД.ММ.ГГГГ в 15-45 часов не указано, каким именно специалистом проводился осмотр, в данном дневнике выставлен диагноз: «ОРВИ, не исключается COVID-19», при этом степень тяжести заболевания в диагнозе не отражена; при получении положительного результата на COVID-19 не оформлено согласие на оказание медицинской помощи в амбулаторных условиях (на дому) и соблюдение режима самоизоляции при лечении новой коронавирусной инфекции COVID-19; при осмотре врачом-терапевтом ДД.ММ.ГГГГ имела место недооценка степени тяжести пациентки, состояние расценивалось как удовлетворительное, несмотря на признаки нарушения сознания.
Из акта внеплановой проверки от ДД.ММ.ГГГГ следует, что выявлены нарушения обязательных требований при оказании стационарной помощи ДД.ММ.ГГГГ- ДД.ММ.ГГГГ: в нарушение требований пп. «е» п.2.2 Приложения к приказу Министерства здравоохранения Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №Н не указан план лечения, отсутствует назначение лекарственных, препаратов, с учетом инструкций по применению лекарственных препаратов, возраста пациента, пола пациента, тяжести заболевания, наличие осложнений основного заболевания и сопутствующих заболеваний, вместе с тем в выписном эпикризе от ДД.ММ.ГГГГ имеется информация о проведенном лечении. В нарушении требований пп. «к» пп. 2.2 Приложения к приказу Министерства здравоохранения Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №Н не проведен в обязательном порядке осмотр заведующим профильным отделением с момента поступления и до момента выписки пациента в отделении, с внесением в стационарную карту соответствующей записи, подписанной заведующим профильным отделением. В нарушении требований пп. л. п 2.2 Приложения к приказу Министерства здравоохранения Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №Н не проведена коррекция плана обследования и плана лечения с учетом состояния пациента. В нарушении требований пп. н п.2.2 Приложения к приказу Министерства здравоохранения Российской Федерации от 10.05ю.2017 №Н не организован перевод пациента в другую медицинскую организацию, имеющую оборудование в соответствии со стандартом оснащения и кадры. В нарушении требований пп. с п. 2.2 Приложения к приказу Министерства здравоохранения Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № при оформлении по результатам лечения в стационарных условиях выписки из стационарной карты в ней указана информация, отсутствующая в медицинской карте стационарного больного проведении лекарственной терапии.
Согласно приказу № от ДД.ММ.ГГГГ о проведении внеплановой/документарной проверки Министерства здравоохранения Республики Бурятия следует, что не сформирован план лечения, не назначены обследования – ЭхоКГ, рентгенография органов грудной клетки дуплексное сканирование брахиоцефальных артерий, коагулограмма, не обеспечена преемственность оказания медицинской помощи отсутствует передача информации о больных при ранней выписке из стационара, контроль со стороны заведующего отделением, заместителей главного врача за лечением и наблюдением пациентов, находящихся на амбулаторном лечении, не организован перевод больного до получения результатов лабораторных исследований биологического материала на наличие новой коронавирусной инфекции COVUD-19, боксированную палату или в палату со шлюзом. Не организована своевременная госпитализация больной с новой коронавирусной инфекции, с сопутствующими заболеваниями в Ковидный стационар. Не проводилось динамическое наблюдение пациентки.
ДД.ММ.ГГГГ постановлением следователя Мухоршибирского МСО СУ СК России по Республике Бурятия данное уголовное дело прекращено по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием в действиях С.А.М., Ч.Е.С., Г.А.Ю., И.И.Г. признаков состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ.
Указанным постановлением установлено, что медицинскими работниками ГБУЗ «Тарбагатайская ЦРБ» С.А.М., И.И.Г., Т.Н.А. и главным врачом М.А.Т. в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ допущены недостатки лечения, диагностики и тактики при оказании медицинской помощи К.З.А. в ГБУЗ «Тарбагатайская ЦРБ», и на амбулаторном этапе лечения, такие как неверно установленный диагноз и отсутствие своевременного лечения, имевшейся у К.З.А. коронавирусной инфекции, выписка из стационара на амбулаторное лечение в последующем поздняя госпитализация, недооценка тяжести состояния К.З.А. в связи с отсутствием динамического наблюдения на амбулаторном лечении. Однако между данными недостатками при оказании медицинской помощи К.З.А. и неблагоприятным исходом в виде наступления её смерти, отсутствует прямая причинно-следственная связь. При отсутствии вакцинации пациентки, наличие хронических заболеваний, избежать неблагоприятных последствий в виде наступления смерти ФИО1, было маловероятно, в том числе и при правильном и своевременно установленном диагнозе. Недостатки оформления медицинской документации, не влияли на развитие осложнений коронавирусной инфекции и наступление смерти К.З.А.
Оценив собранные по делу доказательства в совокупности, суд приходит к выводу о недоказанности вины ГБУЗ «Тарбагатайская ЦРБ» в причинении смерти К.З.А., но при этом устанавливает недостатки оказания ответчиком медицинской помощи К.З.А., которым не были предприняты все необходимые меры для своевременного и квалифицированного обследования, а именно неверно установлен диагноз, отсутствие своевременного лечения, имевшейся у К.З.А. коронавирусной инфекции, выписка из стационара на амбулаторное лечение в последующем, поздняя госпитализация, недооценка тяжести состояния К.З.А. в связи с отсутствием динамического наблюдения на амбулаторном лечении, что является основанием для удовлетворения требований А.Е.О. о компенсации морального вреда.
При определении размера компенсации морального вреда, с учетом конкретных обстоятельств дела, степени вины ответчика, принимая во внимание, что смерть бабушки К.З.А., которая заменила истцу родителей, помогала в воспитании малолетних детей, безусловно причиняет нравственные страдания ее внучке - истцу, полагает разумным и справедливым определить компенсацию морального вреда в размере 200 000 руб.
Касательно требований истца о взыскании расходов на погребение, суд приходит к следующему.
В силу ч. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Эти положения относятся как к материальному ущербу, так и к компенсации морального вреда, возможность которой предусмотрена ст. 151 ГК РФ в случаях нарушения личных неимущественных прав либо принадлежащих гражданину нематериальных благ.
В соответствии с ч. 3 ст. 98 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.
Из материалов дела достоверно установлено, что прямая причинно-следственная связь между действиями работников ГБУЗ «Тарбагатайская ЦРБ» и смертью К.З.А. отсутствует, в связи с чем, исковые требования о взыскании ущерба в виде расходов на погребение в размере 176 400 рублей не подлежат удовлетворению.
Таким образом, исковые требования А.Е.О. подлежат частичному удовлетворению в части взыскания с ответчика ГБУЗ «Тарбагатайская ЦРБ» морального вреда.
На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд,
РЕШИЛ:
Исковые требования А.Е.О. удовлетворить частично.
Взыскать с ГБУЗ «Тарбагатайская ЦРБ» в пользу А.Е.О. возмещение морального вреда в размере 200 000 рублей.
В остальной части исковые требования оставить без удовлетворения.
Взыскать с А.Е.О. государственную пошлину в размере 4428 руб., в оплате которой предоставлялась отсрочка до вынесения решения суда.
Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Бурятия в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.
Решение изготовлено10.05.2023 г.
СОГЛАСОВАНО СУДЬЯ: Ильина М.Т.