УИД 86RS0013-01-2023-000084-30

Дело № 2-215/2023

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

18 мая 2023 года город Радужный

Радужнинский городской суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры в составе судьи Гаитовой Г.К., при помощнике судьи Кондратьевой Л.В., с участием истца ФИО1, представителей третьих лиц ФИО2 и ФИО3, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-215/2023 по исковому заявлению ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации, действующему от имени Российской Федерации, в лице Управления Федерального казначейства по Ханты-Мансийскому автономному округу – Югре (третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, ОМВД России по г. Радужному, ФИО4, ФИО5, ФИО6, прокуратура Ханты-Мансийского автономного округа – Югры, прокуратура города Радужный Ханты-Мансийского автономного округа – Югры) о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к Министерству финансов Российской Федерации о компенсации морального вреда. В обоснование иска указал, что на протяжении года с 26 декабря 2018 года по 16 декабря 2019 года незаконно и необоснованно органами предварительного следствия привлечен и обвинен в хранении наркотических средств без цели сбыта по ч. 2 ст. 228 УК РФ, и он был вынужден в течение года доказывать свою невиновность и непричастность к данному преступлению. В течение этого времени он претерпевал моральный вред, нравственные и физические страдания, выразившиеся в недосыпании, недоедании в связи с отсутствием аппетита, психологическом стрессе, в результате которого он начал вскрывать себе вены на ногах и руках, бился головой о стену, хотел покончить с собой и умереть от несправедливости, незаконности, бессилия и безысходности своего положения, он не находил себе места в камере, не спал сутками, нервничал, не знал, где найти справедливости. Данные обстоятельства, факт вызова скорой помощи зафиксированы дежурным ИВС ОМВД России по г. Радужному и зарегистрированы в журнале и медицинской карточке. Его невиновность подтверждается приговором суда от 16 декабря 2019 года, которым он оправдан в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 228 УК РФ, и за ним признано право на частичную реабилитацию. Компенсацию морального вреда он оценивает в 1 000 000 руб. из расчета 3 000 руб. за каждый день незаконного обвинения в течение одного года. Ссылаясь на Конвенцию о защите прав и основных свобод человека, просил взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 руб. (том 1 л.д. 6-7, 52, 58-59).

Дополнительно просил учесть, что изначально он был задержан по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 228 УК РФ, и мера пресечения была избрана с учетом данного обвинения. Следовательно, в течение двух месяцев он содержался под стражей незаконно. Ранее он не состоял на учете у врача-психиатра. В результате уголовного преследования и незаконного обвинения по ч. 2 ст. 228 УК РФ у него появилось психическое расстройство личности, в связи с чем он испытывал нравственные переживания (том 2 л.д. 11).

Протокольным определением суда от 30 марта 2023 года к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены прокуратура Ханты-Мансийского автономного округа – Югры, прокуратура города Радужный Ханты-Мансийского автономного округа – Югры, ОМВД России по г. Радужному, ФИО4, ФИО5, ФИО6 (том 1 л.д. 183-184).

В письменных возражениях на исковое заявление представитель ответчика указал, что требования истца о возмещении вреда, причиненного ему в связи с незаконным привлечением к уголовной ответственности, должны основываться на конкретных фактах и обстоятельствах, подтверждающих факт причинения вреда, его размер и причинно-следственную связь между незаконным уголовным преследованием и наступившими вредными последствиями. В материалах дела отсутствуют доказательства с достоверностью подтверждающие степень нравственных страданий истца, исходя из его индивидуальных особенностей. Лицо не является реабилитированным по всем предъявленным ему обвинениям, а лишь имеет право на частичную реабилитацию. Минфин России полагает, что должны учитываться индивидуальные особенности истца и такое обстоятельство, как отбывание наказания по настоящее время и признание виновным в совершении преступлений, предусмотренных п. «а, в» ч. 2 ст. 163, ч. 1 ст. 158 УК РФ. Преступление, предусмотренное пу. «а, в» ч. 2 ст. 163 УК РФ, относится к категории тяжких преступлений против собственности. Таким образом, указанные в исковом заявлении обстоятельства не могут рассматриваться как аргументы для возмещения компенсации морального вреда в результате незаконного уголовного преследования в размере 1 000 000 руб., требуемая истцом компенсация с очевидностью является чрезмерной, не учитывает критерии разумности и справедливости. Ссылаясь на ст. 151, 1070, 1099, 1101 Гражданского кодекса <...> Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», просил в иске отказать (том 1 л.д. 72-77).

В письменных возражениях на исковое заявление представитель третьего лица ОМВД России по г. Радужному указал, что помимо предъявленного обвинения по ч. 2 ст. 228 УК РФ истец одновременно проходил по делу по нескольким статьям УК РФ, в результате чего ему вынесен приговор по нескольким преступлениям, в том числе, предусмотренным ч. 2 ст. 163 УК РФ и ч. 1 ст. 158 УК РФ, назначено наказание по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний в виде 6 лет 9 месяцев лишения свободы. По предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 228 УК РФ, он оправдан в связи с отсутствием в его действиях состава преступления. Так как ФИО1 совершено несколько преступлений, в отношении него в соответствии со ст. 108 УПК РФ судом избрана мера пресечения в виде заключения под стражу. Из приговора следует, что незаконное преследование отсутствовало, поскольку ФИО1 совершил несколько преступлений, которые были соединены в одно уголовное дело. Доводы истца о том, что с 25 декабря 2018 года по 16 декабря 2019 года ему пришлось доказывать свою невиновность, непричастность к данному преступлению, терпеть и переживать на протяжении всего времени моральный вред здоровью и нравственные страдания, переживания, выраженные в стрессе, волнении, беспокойствах, испорченной репутации, так как все родные подумали, что истец действительно «наркоман», несостоятельны, поскольку доказательств вышеперечисленных моральных страданий истец не представил. Компенсация морального вреда по общему правилу возможна в случае доказывания наличия морального вреда в результате причиненных гражданину физических или нравственных страданий. Оснований для удовлетворения требований в размере 1 800 000 руб. не имеется, поскольку истцом не доказан факт причинения физических и нравственных страданий; истцом свершено не одно преступление, а несколько, что повлекло признание последнего виновным в совершении других преступлений. Так как уголовные дела по указанным выше статьям соединены в одно уголовное дело, факта незаконного преследования в отношении ФИО1 не имелось. Ссылаясь на ст. 151 ГК РФ, п. 1, 12, 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», Определения Верховного Суда Российской Федерации от 08 августа 2017 года № 87-КГ17-11, от 14 ноября 2017 года № 84-КГ17-6, просил в иске отказать в полном объеме (том 1 л.д. 212-217).

Иными лицами, участвующими в деле, письменные возражения на иск не представлены (том 1 л.д. 2-4, 187, 188, 192, 199, 209).

Истец ФИО1, участвующий в судебном заседании посредством видеоконференцсвязи на базе ФКУ ИК-11 УФСИН России по ХМАО – Югре, исковые требования поддержал в полном объеме по изложенным в иске основаниям. Также пояснил, что просит взыскать 1 млн. руб. в связи с причиненными нравственными страданиями и материальными убытками, поскольку незаконно и необоснованно обвинен в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 228 УК РФ, в результате чего у него испортились отношения с родными и близкими людьми, которые стали думать, что он употребляет наркотические средства. Просил иск удовлетворить в полном объеме.

В судебном заседании представитель третьего лица прокуратуры ХМАО – Югры ФИО2, действующий на основании доверенности (том 2 л.д. 21), выразил мнение о частичном удовлетворении иска в размере 50 000 руб.

В судебном заседании представитель третьего лица ОМВД России по г. Радужному ФИО3, действующий на основании доверенности (том 1 л.д. 225), выразил мнение об отсутствии оснований для удовлетворения иска по основаниям, изложенным в письменных возражениях на иск.

Представители ответчика и третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, прокуратуры г. Радужный, третьи лица ФИО4, ФИО5, ФИО6, в судебное заседание не явились, о рассмотрении дела извещались. Представитель ответчика просил дело рассматривать без их участия, иные лица об уважительных причинах неявки суд не уведомили и не просили об отложении судебного разбирательства либо о рассмотрении дела без их участия (том 1 л.д. 63, 72-77, 185-189, 192, 200, 201, том 2 л.д. 6, 14, 18-19). На основании ч. 3 и ч. 5 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации гражданское дело рассмотрено в отсутствие указанных лиц.

Выслушав истца, представителей третьих лиц, исследовав материалы гражданского дела, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст. 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

Согласно ст. 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В соответствии с п. 1 ст. 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Согласно ст. 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с п. 3 ст. 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

От имени Российской Федерации и субъектов Российской Федерации могут своими действиями приобретать и осуществлять имущественные и личные неимущественные права и обязанности, выступать в суде органы государственной власти в рамках их компетенции, установленной актами, определяющими статус этих органов (п. 1 ст. 125 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, данным в п. 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 мая 2019 года № 13 «О некоторых вопросах применения судами норм Бюджетного кодекса Российской Федерации, связанных с исполнением судебных актов по обращению взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации», субъектом, обязанным возместить вред по правилам ст. 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации и, соответственно, ответчиком по указанным искам является Российская Федерация, от имени которой в суде выступает Минфин России, поскольку эта обязанность Гражданским кодексом Российской Федерации, Бюджетным кодексом Российской Федерации или иными законами не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

В соответствии с п. 34 ст. 5 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации под реабилитацией понимается порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда.

Согласно ч. 1 ст. 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

Право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеет подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор (п. 1 ч. 2 ст. 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

Исходя из содержания приведенных положений закона, право на компенсацию морального вреда, причиненного незаконными действиями органов уголовного преследования, возникает только при наличии реабилитирующих оснований (в том числе при вынесении в отношении подсудимого оправдательного приговора), при этом установлено, что иски за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства (ч. 2 ст. 136 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно п. 1 ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными гл. 59 и ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

К нематериальным благам закон относит жизнь и здоровье, достоинство личности, личную неприкосновенность, честь и доброе имя, деловую репутацию, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личную и семейную тайну, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемые и непередаваемые иным способом (п. 1 ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

Как разъяснено в абзаце третьем п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Из копий материалов уголовного дела (том 1 л.д. 80-182), приобщенных к гражданскому делу, следует, что постановлением следователя СО ОМВД России по г. Радужному от 26 декабря 2018 года в отношении ФИО1 возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 228 УК РФ. Постановлением следователя от 27 декабря 2018 года ФИО1 предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 228 УК РФ. Также постановлением от 31 января 2019 года возбужденные в отношении ФИО1 уголовные дела № 11801711073050360, № 11801711073050367, № 11801711073050368, № 11901711073050012 соединены в одно производство, соединенному делу присвоен № 11801711073050360. Постановлением следователя от 13 февраля 2019 года ФИО1 предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных п. «в» ч. 2 ст. 163, п. «в» ч. 2 ст. 158, ч. 2 ст. 162, ч. 2 ст. 162, ч. 2 ст. 228 УК РФ. Уголовное дело находилось в производстве следователей ФИО4, ФИО5, ФИО6 (том 1 л.д. 80, 81-82, 85-93, 98-99, 104-109, 114-115).

Постановлением следователя от 13 февраля 2019 года ФИО1 предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных п. «в» ч. 2 ст. 163, п. «в» ч. 2 ст. 158, ч. 2 ст. 162, ч. 2 ст. 162, ч. 2 ст. 228 УК РФ (том 1 л.д. 123-130).

Постановлением Радужнинского городского суда от 27 декабря 2018 года ФИО1, обвиняемому в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 228 УК РФ, избрана мера пресечения в виде заключения под стражу сроком на 02 месяца 00 дней по 25 февраля 2019 года. Постановлениями Радужнинского городского суда от 22 февраля 2019 года, 20 марта 2019 года, 22 мая 2019 года, 18 июня 2019 года мера пресечения последовательно продлена по 26 августа 2019 года (том 1 л.д. 8-9, 83-84, 94-97, 100-103, 110-113, 116-119).

02 августа 2019 года заместителем прокурора г. Радужный по уголовному делу утверждено обвинительное заключение, и 08 августа 2049 года уголовное дело передано в суд (том 1 л.д. 134-145).

Приговором Радужнинского городского суда ХМАО – Югры от 16 декабря 2019 года ФИО1 признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных п. «в» ч. 2 ст. 163, ч. 1 ст. 158, п. «а» ч. 2 ст. 163, п. «а» ч. 2 ст. 163 УК РФ, и ему окончательно назначено наказание в виде 7 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима. В совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 228 УК РФ ФИО1 оправдан в связи с отсутствием в его действиях состава преступления, и за ним признано право на частичную реабилитацию (том 1 л.д. 10-35, 36-40, 146-171).

Апелляционным определением суда ХМАО – Югры от 11 июня 2020 года приговор от 16 декабря 2019 года оставлен без изменения (том 1 л.д. 172-178).

Кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции от 21 апреля 2021 года приговор и апелляционное определение изменены, установлено, что обстоятельством, отягчающим наказание ФИО1, является рецидив, вид которого по преступлениям, предусмотренным ч. 2 ст. 163 УК РФ, является опасным, по преступлению, предусмотренному ч. 1 ст. 158 УК РФ, – простым; из приговора исключено указание о более активной роли истца при совершении преступлений. С учетом этого ФИО1 окончательно назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 6 лет 9 месяцев (том 1 л.д. 179-181, 182).

Постановлением судьи Верховного Суда Российской Федерации от 25 января 2022 года отказано в передаче кассационной жалобы ФИО1 для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции (том 1 л.д. 36-40).

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о доказанности факта незаконного уголовного преследования истца по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 228 УК РФ, в связи с чем имеются основания для взыскания в пользу истца компенсации морального вреда за счет казны Российской Федерации.

Согласно п. 1 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как разъяснено в п. 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 года № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости.

При определении размера компенсации вреда суд учитывает, что право на возмещение вреда, причиненного незаконными действиями органов государственной власти или их должностных лиц, относится к числу общепризнанных основных прав и свобод человека, при этом возмещение вреда должно быть реальным, а не символическим, однако не должно являться источником обогащения.

Как разъяснено в п. 25 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни. При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага (п. 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 30 указанного Постановления Пленума Верховного Суда РФ, при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ). В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту. Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

Судам следует учитывать, что нормами статей 1069 и 1070, абзацев третьего и пятого статьи 1100 ГК РФ, рассматриваемыми в системном единстве со статьей 133 УПК РФ, определяющей основания возникновения права на возмещение государством вреда, причиненного гражданину в результате незаконного и необоснованного уголовного преследования, возможность взыскания компенсации морального вреда, причиненного уголовным преследованием, не обусловлена наличием именно оправдательного приговора, вынесенного в отношении гражданина, или постановления (определения) о прекращении уголовного дела по реабилитирующим основаниям либо решения органа предварительного расследования, прокурора или суда о полной реабилитации подозреваемого или обвиняемого. Поэтому не исключается принятие судом в порядке гражданского судопроизводства решения о взыскании компенсации морального вреда, причиненного при осуществлении уголовного судопроизводства, с учетом обстоятельств конкретного уголовного дела и на основании принципов справедливости и приоритета прав и свобод человека и гражданина (например, при отмене меры пресечения в виде заключения под стражу в связи с переквалификацией содеянного на менее тяжкое обвинение, по которому данная мера пресечения применяться не могла, и др.) (п. 39 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

В п. 42 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что судам следует исходить из того, что моральный вред, причиненный в связи с незаконным или необоснованным уголовным или административным преследованием, может проявляться, например, в возникновении заболеваний в период незаконного лишения истца свободы, его эмоциональных страданиях в результате нарушений со стороны государственных органов и должностных лиц прав и свобод человека и гражданина, в испытываемом унижении достоинства истца как добросовестного и законопослушного гражданина, ином дискомфортном состоянии, связанном с ограничением прав истца на свободу передвижения, выбор места пребывания, изменением привычного образа жизни, лишением возможности общаться с родственниками и оказывать им помощь, распространением и обсуждением в обществе информации о привлечении лица к уголовной или административной ответственности, потерей работы и затруднениями в трудоустройстве по причине отказов в приеме на работу, сопряженных с фактом возбуждения в отношении истца уголовного дела, ограничением участия истца в общественно-политической жизни. При определении размера компенсации судам в указанных случаях надлежит учитывать в том числе длительность и обстоятельства уголовного преследования, тяжесть инкриминируемого истцу преступления, избранную меру пресечения и причины избрания определенной меры пресечения (например, связанной с лишением свободы), длительность и условия содержания под стражей, однократность и неоднократность такого содержания, вид и продолжительность назначенного уголовного наказания, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, личность истца (в частности, образ жизни и род занятий истца, привлекался ли истец ранее к уголовной ответственности), ухудшение состояния здоровья, нарушение поддерживаемых истцом близких семейных отношений с родственниками и другими членами семьи, лишение его возможности оказания необходимой им заботы и помощи, степень испытанных нравственных страданий.

Суд принимает во внимание личность истца, его возраст (том 1 л.д. 131-133), обстоятельства уголовного преследования истца по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 228 УК РФ, период его уголовного преследования (с момента возбуждения уголовного дела от 26 декабря 2018 года до предъявление ему 13 февраля 2019 года обвинения в совершении преступлений, предусмотренных п. «в» ч. 2 ст. 163, п. «в» ч. 2 ст. 158, ч. 2 ст. 162, ч. 2 ст. 162, а также ч. 2 ст. 228 УК РФ), основания оправдания истца по ч. 2 ст. 228 УК РФ, характер перенесенных им нравственных страданий.

Кроме того, суд принимает во внимание, что приговором Радужнинского городского суда от 16 декабря 2019 года ФИО1 признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных п. «в» ч. 2 ст. 163, ч. 1 ст. 158, п. «а» ч. 2 ст. 163, п. «а» ч. 2 ст. 163 УК РФ (том 1 л.д. 10-35, 36-40, 146-171).

При этом суд отклоняет доводы истца в той части, что в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности у него появилось психическое заболевание (том 2 л.д. 11-12).

Так, согласно справке врача-психиатра от 06 марта 2023 года ФИО1 состоял на диспансерном учете с диагнозом «Органическое расстройство личности с преходящими психотическими эпизодами (том 2 л.д. 12).

Вместе с тем, данная справка не содержит сведений о дате постановке истца на диспансерный учет и длительности нахождения на учете, а также не подтверждает причинно-следственную связь между незаконным уголовным преследованием по ч. 2 ст. 228 УК РФ и появлением данного заболевания.

При разрешении спора суд учитывает, что само по себе незаконное уголовное преследование истца по ч. 2 ст. 228 УК РФ, нахождение в статусе обвиняемого и подсудимого, производство в отношении него процессуальных действий, вытекающих из данного статуса, не может не причинять нравственных страданий, вместе с тем, в материалах дела отсутствуют доказательства, с достоверностью подтверждающие степень нравственных страданий истца, исходя из его индивидуальных особенностей.

При этом в нарушение требований ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации истцом не представлены суду какие-либо доказательства, обосновывающие требование о взыскании компенсации морального вреда в заявленном им размере.

Суд полагает, что заявленный истцом размер денежной компенсации морального вреда является завышенным, не соответствующим требованиям разумности и справедливости, при соблюдении которых размер компенсации, с одной стороны, должен максимально возместить причиненный моральный вред, с другой стороны, не допускать неосновательного обогащения потерпевшего, каких-либо обстоятельств, свидетельствующих о наступлении для истца тяжких, необратимых последствий в результате незаконного уголовного преследования, в ходе судебного разбирательства не установлено.

При установленных по делу обстоятельствах, суд считает возможным определить подлежащую взысканию в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 85 000 руб., что, по мнению суда, будет отвечать принципу разумности и справедливости, обеспечит восстановление нарушенных прав истца; указанная сумма подлежит взысканию с Российской Федерации в лице Минфина России за счет казны Российской Федерации.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Иск удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес>), компенсацию морального вреда в размере 85 000 руб. (Восьмидесяти пяти тысяч рублей 00 копеек).

В остальной части в компенсации морального вреда отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме путём подачи апелляционной жалобы, представления через Радужнинский городской суд.

Резолютивная часть решения оглашена 18 мая 2023 года.

Решение в окончательной форме принято 25 мая 2023 года.

Судья подпись Г.К. Гаитова

КОПИЯ ВЕРНА

Подлинный документ находится в гражданском деле № 2-215/2023 Радужнинского городского суда ХМАО – Югры.

Решение в законную силу не вступило. 25.05.2023.

Судья Г.К. Гаитова

Секретарь суда