Дело № 2-1312/2023

Дело № 33-5872/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

7 сентября 2023 года г. Оренбург

Судебная коллегия по гражданским делам Оренбургского областного суда в составе:

председательствующего судьи Морозовой Л.В.,

судей: Устьянцевой С.А., Булгаковой М.В.,

с участием прокурора Киреевой Ю.П.,

при секретаре Лоблевской Н.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании по правилам производства в суде первой инстанции гражданское дело по иску ФИО1 к акционерному обществу «Оренбургская геофизическая экспедиция» о взыскании суммы утраченного заработка, компенсации морального вреда,

заслушав доклад судьи Устьянцевой С.А.,

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратился в суд с вышеназванным иском, указав в обоснование заявленных требований, что с 1964 года он работал *** и исполнял обязанности *** Кирсановской сейсмопартии № 10 Оренбургской геофизической конторы. 20 февраля 1965 года в результате подрыва взрывчатки получил производственную травму, в результате которой по экстренным показаниям перенес ***. По результатам освидетельствования в 1965 году ему установлена *** инвалидности и *** % утраты профессиональной трудоспособности. 3 сентября 1965 года в связи с выходом на пенсию он уволен из Оренбургской геофизической конторы. Начиная с 1965 года по 1999 год, ему со стороны ответчика производилась доплата к пенсии по инвалидности в размере *** рублей. С 2000 года сумма выплаты уменьшилась и стали выплачивать только страховую премию в размере *** %. Работодатель пояснил, что иных выплат ему производить не будут. От производственной травмы он продолжает испытывать боль и нравственные страдания в связи с утратой профессиональной трудоспособности. Снижение трудоспособности значительно снизило качество его жизни, лишило его возможности вести активный образ жизни, обрекло на физические и нравственные страдания. Находясь в трудоспособном возрасте, лишен возможности трудоустроиться по имеющейся у него профессии и как следствие лишен заработка, который получал до повреждения здоровья. Нуждается в постоянном лечении. Просит суд взыскать с ответчика в счет возмещения вреда, причиненного здоровью, за период с 1 января 2000 года по 31 марта 2023 года сумму в размере 492 285,31 рублей, взыскивать с 1 апреля 2023 года возмещение вреда здоровью в размере 2 686,18 рублей, компенсацию морального вреда 2 000 000 рублей, судебные расходы на оказание юридической помощи 5 000 рублей.

Решением Промышленного районного суда г. Оренбурга от 7 июня 2023 года в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказано.

В апелляционной жалобе ФИО1 просит решение суда отменить, ссылаясь на его незаконность и необоснованность, принять по делу новое решение об удовлетворении исковых требований в полном объеме.

При рассмотрении апелляционной жалобы судебной коллегией были проверены материалы на предмет нарушения норм процессуального права, являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта (часть 4 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), и установлено, что суд первой инстанции не привлек к участию в деле прокурора в порядке части 3 статьи 45 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Оренбургского областного суда от 16 августа 2023 года судебная коллегия в соответствии с частью 5 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации перешел к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции по указанным выше основаниям.

Рассматривая дело по правилам, установленным Гражданским процессуальным кодексом Российской Федерации для рассмотрения дела в суде первой инстанции, заслушав истца ФИО1, его представителя ФИО2, действующего на основании доверенности от (дата), поддержавших доводы апелляционной жалобы, заключение прокурора Киреевой Ю.П., полагавшей решение суда подлежащим отмене, полагая возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства в суде апелляционной инстанции, судебная коллегия приходит к следующему.

Судом установлено, что в период с 4 мая 1964 года по 3 сентября 1965 года ФИО1 работал в Пугачевской экспедиции в должности *** Кирсановской сейсмопартии № 10 Оренбургской геофизической конторы.

Согласно акту о несчастном случае, связанном с производством 20 февраля 1965 года произошел несчастный случай, а именно в ходе взрывных работ истец получил травму, которая привела к ***.

Из выписки протокола *** от 26 октября 1965 года ФИО1 установлена утрата общей трудоспособности *** %, утрата профессиональной трудоспособности *** % сроком на 2 года до 2 октября 1967 года.

Согласно приказу по Оренбургской геофизической конторы от 19 ноября 1965 года № ФИО1, пострадавшему при несчастном случае 20 февраля 1965 года, в возмещение ущерба в связи с потерей профессиональной трудоспособности на *** % установлена доплата по трудовому увечью полностью в соответствии с законодательством.

Согласно выписке протокола ФИО8 от 15 сентября 1967 года ФИО1 установлена утрата общей трудоспособности *** %, утрата профессиональной трудоспособности *** % сроком до 16 сентября 1968 года.

28 января 2008 года ФИО1 установлена утрата профессиональной трудоспособности *** %.

С 1 января 2000 года по настоящее время ФИО1 является получателем страховых выплат в соответствии с Федеральным законом от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний».

Полагая, что ответчиком должна производиться доплата разницы в размере 20 % от среднего заработка за утрату профессиональной трудоспособности, истец обратился с настоящим иском в суд.

Отношения по обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний в Российской Федерации регулируются Федеральным законом от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», которым определен порядок возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору.

Согласно пункту 1 статьи 28 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» (далее - Федеральный закон от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ) лицам, получившим до вступления в силу настоящего Федерального закона увечье, профессиональное заболевание либо иное повреждение здоровья, связанные с исполнением ими трудовых обязанностей и подтвержденные в установленном порядке, а также лицам, имеющим право на возмещение вреда в связи со смертью кормильца, обеспечение по страхованию производится страховщиком в соответствии с настоящим Федеральным законом независимо от сроков получения увечья, профессионального заболевания либо иного повреждения здоровья.

Устанавливаемое указанным лицам при вступлении настоящего Федерального закона в силу обеспечение по страхованию не может быть ниже установленного им ранее в соответствии с законодательством Российской Федерации возмещения вреда, причиненного увечьем, профессиональным заболеванием либо иным повреждением здоровья, связанными с исполнением трудовых обязанностей.

В соответствии с пунктом 1 статьи 7 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ право застрахованных на обеспечение по страхованию возникает со дня наступления страхового случая.

Согласно пункту 1 статьи 12 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ размер ежемесячной страховой выплаты определяется как доля среднего месячного заработка застрахованного, исчисленная в соответствии со степенью утраты им профессиональной трудоспособности.

Пунктом 3 статьи 12 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ предусмотрено, что среднемесячный заработок застрахованного исчисляется путем деления общей суммы его заработка (с учетом премий, начисленных в расчетном периоде) за 12 месяцев повлекшей повреждение здоровья работы, предшествовавших месяцу, в котором с ним произошел несчастный случай на производстве, установлен диагноз профессионального заболевания или (по выбору застрахованного) установлена утрата (снижение) его профессиональной трудоспособности, на 12. По желанию застрахованного при наступлении страхового случая по причине получения им профессионального заболевания средний месячный заработок может быть подсчитан за последние 12 месяцев работы, предшествовавших прекращению работы, повлекшей такое заболевание.

Пунктом 9 статьи 12 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ установлено, что исчисленная и назначенная ежемесячная страховая выплата в дальнейшем перерасчету не подлежит, за исключением случаев изменения степени утраты профессиональной трудоспособности, изменения круга лиц, имеющих право на получение страховых выплат в случае смерти застрахованного, а также случаев индексации ежемесячной страховой выплаты.

Таким образом, установленная ФИО1 ежемесячная страховая выплата, исходя из *** % утраты профессиональной трудоспособности, и назначенная в соответствии со статьёй 12 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ с 1 января 2000 года и выплачиваемая по настоящее время, в полном объёме компенсирует утраченный потерпевшим в результате несчастного случая на производстве заработок.

При таких обстоятельствах судебная коллегия приходит к выводу о том, что отсутствуют основания для удовлетворения исковых требований истца о взыскании с АО «Оренбургская геофизическая экспедиция» утраченного заработка за указанный период.

Ссылки ФИО1 на положения статей 1084, 1085 Гражданского кодекса Российской Федерации являются необоснованными, поскольку действие указанных статей распространяется на случаи, когда причинение вреда жизни и здоровью гражданина имело место до 1 марта 1996 года, но не ранее 1 марта 1993 года, и причиненный вред остался не возмещенным в соответствии с положениями части 2 статьи 12 Федерального закона от 26 января 1996 года № 15-ФЗ «О введении в действие части второй Гражданского кодекса Российской Федерации».

Требование о взыскании компенсации морального вреда также не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации одним из способов защиты гражданских прав является компенсация морального вреда.

Статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации устанавливает, что если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

При этом в статье 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что к личным неимущественным правам и нематериальным благам относятся жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Как усматривается из материалов дела, требования о взыскании компенсации морального вреда истцом ФИО1 заявлены в связи с тем, что ему были причинены нравственные страдания в связи с несчастным случаем на производстве, произошедшим с ним 20 февраля 1965 года.

Вместе с тем впервые понятие компенсации морального вреда с обязанностью выплаты её в денежном выражении за действия, нарушающие личные неимущественные права гражданина либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, было дано в статье 131 Основ гражданского законодательства Союза ССР и союзных республик, принятых 31 мая 1991 года, действие которой распространено на территории Российской Федерации с 3 августа 1992 года.

Согласно статье 5 Федерального закона от 30 ноября 1994 года № 52-ФЗ «О введении в действие части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» часть первая Кодекса, регулирующая и устанавливающая возможность компенсации морального вреда, применяется к гражданским правоотношениям, возникшим после введения ее в действие. По гражданским правоотношениям, возникшим до введения ее в действие, часть первая Кодекса применяется к тем правам и обязанностям, которые возникнут после введения ее в действие.

В силу правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в частности в Определениях от 18 января 2005 года № 7-О и от 22 апреля 2014 года № 858-О общим (основным) принципом действия закона во времени является распространение его на отношения, возникшие после введения его в действие, и только законодатель вправе распространить новые нормы на факты и порожденные ими правовые последствия, которые возникли до введения соответствующих норм в действие, то есть придать закону обратную силу.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», следует, что если моральный вред причинен до введения в действие законодательного акта, предусматривающего право потерпевшего на его компенсацию, требования истца не подлежат удовлетворению, в том числе и в случае, когда истец после вступления этого акта в силу испытывает нравственные или физические страдания, поскольку на время причинения вреда такой вид ответственности не был установлен и по общему правилу действия закона во времени закон, усиливающий ответственность по сравнению с действовавшим на время совершения противоправных действий, не может иметь обратной силы (часть 1 статьи 54 Конституции Российской Федерации).

Моральный вред подлежит компенсации, если противоправные действия (бездействие) ответчика, причиняющие истцу нравственные или физические страдания, начались до вступления в силу закона, устанавливающего ответственность за причинение морального вреда, и продолжаются после введения этого закона в действие.

Таким образом, действующий правопорядок устанавливает, что если действия, в результате которых гражданину был причинен моральный вред, совершены до вступления в силу Гражданского кодекса Российской Федерации, нормами которого урегулированы основания и порядок возмещения морального вреда, применению подлежат нормы законодательства, действовавшего на момент причинения такого вреда.

С учетом того, что несчастный случай на производстве произошел с истцом 20 февраля 1965 года, то есть до введения в действие законодательных актов, предусматривающих право потерпевшего на компенсацию морального вреда, то в данном случае компенсация морального вреда в пользу истца взыскана быть не может.

При этом решение суда первой инстанции подлежит отмене в связи с наличием безусловных оснований, установленных частью 4 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 328, 329, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Промышленного районного суда г. Оренбурга от 7 июня 2023 года отменить.

Принять по делу новое решение, которым в удовлетворении исковых требований ФИО1 к акционерному обществу «Оренбургская геофизическая экспедиция» о взыскании суммы утраченного заработка, компенсации морального вреда – отказать.

Председательствующий: (подпись) Л.В. Морозова

Судьи: (подпись) С.А. Устьянцева

(подпись) М.В. Булгакова