РЕШЕНИЕ
именем Российской Федерации
06 апреля 2023 г.
Г.о. Балашиха
Железнодорожный городской суд Московской области в составе
председательствующего судьи Емельянова И.С.,
при помощнике ФИО1,
с участием прокурора Чичеровой М.Л.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к Министерству здравоохранения Московской области, Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Московской области «Балашихинская областная больница» о возмещении убытков и взыскании компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья, штрафа,
заслушав объяснения явившихся лиц и принимая во внимание заключение прокурора,
установил:
ФИО2 обратилась в суд с иском к Минздраву Московской области и ГБУЗ МО «Балашихинская областная больница», в котором просит взыскать с ответчиков солидарно расходы на медицинские и транспортные услуги в размере 236 911 руб., компенсацию морального вреда в размере 2 500 000 руб., штраф.
В обоснование исковых требований указано, что в феврале 2018 г. истец поступила в ГБУЗ МО «Балашихинская областная больница» с переломом, ей была проведена операция, установлен штифт, приобретенный истцом за собственные денежные средства. В августе 2018 г. истец обратилась в больницу для повторной консультации, поскольку у нее имелись жалобы, после консультации ей было показано удаление штифта и винтов после сращивания костей. С сентября 2018 г. до 2020 г. истец находилась в местах лишения свободы. В ноябре 2020 г. истец повторно обратилась в больницу для получения направления на госпитализацию и проведения операции по удалению металлического штифта и винтов, ей было выдано направление. В ноябре 2020 г во время операции истцу было сообщено об отсутствии возможности полностью удалить штифт и шеечный винт по техническим причинам, была срезана головка выступающего блокирующего винта. Во время послеоперационного лечения заживление швов не происходило надлежащим образом. Впоследствии истец обратилась в иные медицинские организации для удаления штифта, в период рассмотрения дела в суде штифт удален. Истец полагает, что сотрудники больницы оказали медицинские услуги ненадлежащего качества, что причинило ей моральные и физические страдания, а кроме того, она понесла транспортные и медицинские расходы, связанные с устранением последствий оказания услуг ненадлежащего качества.
ГБУЗ МО «Балашихинская областная больница» иск не признало, в обоснование возражений указано, что медицинская помощь оказана истцу качественно, надлежащим образом и в полном объеме, ввиду чего оснований для взыскания компенсации морального вреда и возмещения расходов на медицинские услуги иных организаций не имеется.
Минздрав Московской области иск не признал, в обоснование возражений указано, что Министерство не является надлежащим ответчиком по делу, поскольку не оказывает медицинские услуги. Кроме того, указывает, что истец нарушала режим лечения и не являлась на профилактические осмотры, поэтому возникшие проблемы со здоровьем не являются следствием качества медицинской помощи ответчика.
В судебном заседании ФИО2 и ее представитель иск поддержали, просили удовлетворить исковые требования.
Представитель ГБУЗ МО «Балашихинская областная больница» в судебном заседании иск не признал, просил отказать в удовлетворении исковых требований.
Минздрав Московской области явку представителя в судебное заседание не обеспечил, извещен в порядке ч. 2.1 ст. 113 ГПК РФ.
Прокурор дала суду заключение, согласно которому полагала исковые требования подлежащими частичному удовлетворению.
Изучив доводы искового заявления и возражений относительно него, заслушав объяснения явившихся лиц и исследовав доказательства, принимая во внимание заключение прокурора, суд приходит к следующим выводам.
Как усматривается из материалов дела, 01 февраля 2018 г. истец получила травму левого бедра при падении, поступила в ГБУЗ МО «Балашихинская областная больница».
05 февраля 2018 г. ФИО2 и ИП ФИО3 заключили договор №, по условиям которого ФИО2 приобрела в собственность комплект бедренного вертельного штифта Chm и винтов для остеосинтеза в количестве 1 шт. Стоимость товара составила 53 000 руб., оплачена ФИО2, что подтверждается платежным поручением от 06 февраля 2018 г.
06 февраля 2018 г. истцу в ГБУЗ МО «Балашихинская областная больница» проведена операция: закрытая репозиция, остеосинтез штифтом для проксимального отдела бедра. При выписке: общее состояние удовлетворительное, даны рекомендации.
До 26 сентября 2018 г. истцу был открыт листок нетрудоспособности.
24 сентября 2018 г. истец была заключена под стражу, приговорена к отбыванию наказания в колонии, освобождена 08 сентября 2020 г.
06 ноября 2020 г. истец обратилась в ГБУЗ МО «Балашихинская областная больница» с жалобами на боль в левом тазобедренном суставе.
27 ноября 2020 г. истцу в ГБУЗ МО «Балашихинская областная больница» проведена операция: удаление дистальных блокирующих винтов из левого бедра и частичная резекция свободного наружного мигрированного конца шеечного винта (удалить штифт и шеечный винт по техническим причинам не удалось). При выписке: общее состояние удовлетворительное, даны рекомендации.
В январе 2022 г. истец обращалась в ФГБУ «НИМЦ ТО им. Н.Н.Приорова» Минздрава России с жалобами на боль в области левого тазобедренного сустава, медицинская помощь оказана амбулаторно, даны рекомендации.
В марте 2022 г. истец обращалась в ФГБУ «НМЦХ им. Н.И. Пирогова» Минздрава России, в мае того же года помещена на стационарное лечение, 06 мая 2022 г. проведена операция: удаление металлоконструкции из левого бедра. Удаление не состоялось ввиду деформации металлофиксаторов. При выписке: общее состояние удовлетворительное, даны рекомендации.
Допрошенные в судебном заседании свидетели ФИО4 и ФИО5 дали показания относительно обстоятельств приобретения металлоконструкции.
Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО6 дал суду показания относительно обстоятельств проведения операции в феврале 2018 г. и обстоятельств приобретения металлоконструкции.
По делу назначена и проведена судебно-медицинская экспертиза, в материалы дела представлено заключение комиссии экспертов общества с ограниченной ответственностью «Институт Судебной Медицицины и Патологии», согласно которому при оказании медицинской помощи ФИО2 в ГБУЗ «Балашихинская областная больница» при поступлении 01 февраля 2018 г. недостатков оказания медицинской помощи не выявлено. При оказании медицинской помощи ФИО2 в ГБУЗ «Балашихинская областная больница» в последующий период лечения и наблюдения в данной организации имеет место дефект ведения медицинской документации: нет сведений о том, какие технические трудности имели место при попытке удаления шеечного винта, которые послужили причиной его «частичной резекции». Под вредом, причиненным здоровью человека, понимается нарушение анатомической и физиологической функции органов и тканей человека в результате воздействия физических, химических, биологических и психических факторов внешней среды. Ухудшение состояния здоровья человека, рассматривается как причинение вреда здоровью в том случае, если оно непосредственно обусловлено дефектом оказания медицинской помощи. Установленный дефект ведения медицинской документации не повлиял на состояние здоровья ФИО2 (на исход травмы левого бедра). Ятрогенных повреждений (нервов, сосудов, структур тазобедренного сустава) в ходе анализа представленных материалов не выявлено. В связи с чем у комиссии экспертов отсутствуют объективные основания для установления вреда здоровья в результате имеющихся дефектов оказания медицинской помощи. В настоящий момент какие-либо последствия для здоровья ФИО2 в связи с невозможностью удаления ей всей металлоконструкции отсутствуют. Сложности с удалением металлоконструкции в настоящее время обусловлены сроком, когда такое удаление могло быть проведено.
Согласно выписному эпикризу от 12 января 2023 г. ФГБУ «НМИЦ ТО им. Р.Р. Вредена» Минздрава России ФИО2 проведена операция: удаление имплантов бедренной кости. Удаление металлоконструкции из левой бедренной кости.
Допрошенная в судебном заседании эксперт ФИО7 показала, что в национальном руководстве по травматологии нет указаний об установке винта до 5 мм. Выявленная в ходе рентгена металлическая стружка в мягких тканях не является дефектом. Основной фактор неудачи при удалении конструкции – нарушение сроков обращения. Метод лечения выбран правильный, последствия минимальные, нет нарушения походки и укорочения конечностей.
Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО8 показал, что не может пояснить, почему не представилось возможным удалить металлоконструкцию, а также почему в медицинских документах отсутствует запись о причине невозможности. Причина техническая, могло произойти сращение с костью, надо было жертвовать живой тканью или что-то ломать.
Согласно п. 21 ст. 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее – Закон об основах охраны здоровья) качество медицинской помощи – совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.
На основании ч. 2 ст. 98 Закона об основах охраны здоровья медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.
В силу п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
Как разъяснил Пленум Верховного Суда РФ в абз. 2 п. 11 постановления от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», установленная ст. 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья (например, факт причинения вреда в результате дорожно-транспортного происшествия с участием ответчика), размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
Согласно ст. 1084 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный жизни или здоровью гражданина при исполнении договорных обязательств, а также при исполнении обязанностей военной службы, службы в полиции и других соответствующих обязанностей возмещается по правилам, предусмотренным настоящей главой, если законом или договором не предусмотрен более высокий размер ответственности.
В соответствии с п. 1 ст. 1099 Гражданского кодекса РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными гл. 59 и ст. 151 ГК РФ.
На основании п. 1 ст. 1101 Гражданского кодекса РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.
В соответствии с п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.
Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Как предусмотрено п. 1 ст. 150 Гражданского кодекса РФ, жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
В соответствии с п. 2 ст. 150 Гражданского кодекса РФ Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (ст. 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.
На основании ст. 151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
Как разъяснил Пленум Верховного Суда РФ в п. 48 постановления от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (ст. 19 и ч.ч. 2, 3 ст. 98 Закона об основах охраны здоровья).
Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.
При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.
На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.
С учетом того, что факт причинения вреда здоровью истца не доказан, компенсация морального вреда в связи с причинением вреда здоровью взысканию не подлежит.
Вместе с тем, допущенные ответчиком дефекты ведения медицинской документации являются основанием для взыскания в пользу истца компенсации морального вреда на основании ст. 151 ГК РФ во взаимосвязи со ст. 4 Закона об основах охраны здоровья, поскольку не были предприняты все необходимые и возможные меры для правильной организации лечения, что привело к нарушению прав истца в сфере охраны здоровья.
Из заключения судебной экспертизы следует, что при оказании медицинской помощи ответчиком были допущены нарушения при ведении медицинской документации.
С учетом того, что комиссия экспертов не установила факт причинения вреда здоровью истца со стороны ГБУЗ МО «Балашихинская областная больница», нарушения в ведении медицинской документации, а именно отсутствие указания на конкретную причину, по которой не был удален шеечный винт, исключают возможность достоверно установить отсутствие нарушений со стороны ответчика при оказании медицинской услуги, следовательно, ответчик не доказал, что металлоконструкция не была удалена не по вине ответчика.
Вместе с тем, ввиду того, что шеечный винт не был удален ответчиком при проведении операции в 2020 г., ФИО2 была вынуждена нести расходы на оплату медицинских и транспортных услуг на общую сумму 236 911 руб., которые подтверждены платежными документами и подлежат взысканию с ответчика, поскольку ответчик не доказал наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи.
Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащей взысканию в пользу ответчика, суд исходит из того, что те дефекты медицинской помощи, отсутствие своей вины в возникновении которых ответчик не доказал, являются существенными, поскольку не удаление металлоконструкции в 2020 г. повлекло последующее ее длительное нахождение в организме истца, причиняло дискомфорт и боль в течение длительного времени и повлияло на длительность последующего лечения.
С учетом установленной степени страданий истца, наличия вины ответчика и прочих установленных фактических обстоятельств, суд полагает разумным и справедливым определить размер компенсации морального вреда равным 400 000 руб.
Так как ответчиком не доказан факт оказания истцу медицинской помощи надлежащего качества в части удаления металлоконструкции, то расходы истца на удаление металлоконструкции в ином медицинском учреждении и транспортные расходы на проезд до медицинского учреждения суд расценивает как убытки истца, возникшие вследствие медицинской помощи ненадлежащего качества, и изыскивает в пользу истца с ответчика денежные средства в счет их возмещения.
Учитывая, что ГБУЗ МО «Балашихинская областная больница» оказывало истцу медицинскую помощь бесплатно в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а не на возмездной основе на основании заключенного с медицинской организацией договора, оснований для взыскания с ответчика штрафа, предусмотренного п. 6 ст. 13 Закона о защите прав потребителей, у суда не имеется.
На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. 199 ГПК РФ, суд,
решил:
Исковые требования ФИО2 к Министерству здравоохранения Московской области, Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Московской области «Балашихинская областная больница» о возмещении убытков и взыскании компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья, штрафа удовлетворить частично.
Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Московской области «Балашихинская областная больница» (ИНН <***>) в пользу ФИО2 (ИНН <***>) компенсацию морального вреда в размере 400 000 рублей, расходы на медицинские и транспортные услуги в размере 236 911 рублей.
В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.
Настоящее решение может быть обжаловано в Московский областной суд через Железнодорожный городской суд Московской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Судья
Решение в окончательной форме
изготовлено 18 мая 2023 г.