Дело № 2-4377/2022(24RS0040-01-2022-005705-51)

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Норильск 12 декабря 2022 года

Норильский городской суд Красноярского края в составе

председательствующего судьи Крамаровской И.Г.,

при секретаре Симковой Ю.С.,

с участием представителя истца – адвоката Демьяненко И.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству Финансов в лице Управления Федерального казначейства по Красноярскому краю о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования,

УСТАНОВИЛ:

Истец обратился в суд с вышеуказанным иском, мотивировав требования тем, что 04.03.2020г. из уголовного дела № выделено уголовное дело №. 25.03.2020г. истцу предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного п.п. <данные изъяты> УК РФ и в отношении него избрана мера пресечения – подписка о невыезде и надлежащем поведении. 01.04.2020н. начальником следственного отделения ОП №3 СО ОМСВД России по г.Норильску ФИО2 составлено обвинительное заключение, которое 13.04.2020г. утверждено заместителем прокурора г.Норильска Кубликом Н.А. и уголовное дело было направлено в Норильский городской суд для рассмотрения по существу. Уголовное дело в связи с допущенными нарушениями уголовно-процессуальных норм было возвращено прокурору г.Норильска в порядке ст.237 УПК РФ. Постановлением от 09.09.2022г. уголовное дело № в связи с истечением срока давности уголовного преследования по основаниям, предусмотренным п.3 ч.1 ст.24 УПК РФ прекращено. Постановлением от 09.09.2022 уголовное преследование в отношении ФИО1 по уголовному делу № прекращено на основании <данные изъяты> УПК РФ в связи с его непричастностью к совершению преступления. Признано право на реабилитацию в соответствии со ст.134 УПК РФ. Истец полагает, что он был незаконно подвергнут уголовному преследованию и просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда. Сам факт незаконного уголовного преследования в отношении истца является основанием для возмещения морального вреда. Поскольку моральный вред истца был причинен в результате уг7оловного преследования, осуществляющегося органами, финансируемыми из федерального бюджета, обязанность по возмещению причиненного истцу морального вреда должна быть возложена на Министерство финансов РФ за счет казны РФ. В результате незаконного уголовного преследования истцу причинен моральный вред. Он обвинялся в совершении прест4упления, которого не совершал, была задета его честь, репутация и авторитет, репутация всей семьи. Следствие длилось больше двух лет, все это длительное время он вынужден был оправдываться перед близкими и сослуживцами, доказывать свою невиновность, являться в следственные органы для проведения следственных действий, участвовать в судебных заседаниях. Все это время она находился в постоянном нервном напряжении, незаконное возбуждение уголовного дела послужило одним из оснований для увольнения истца со службы из органов УФССП России по Красноярскому краю. После увольнения со службы он не мог трудоустроиться, поскольку во многие организации нужна справка об отсутствии судимости. В справке, которую он получил, имеется запись, что в отношении него возбуждено уголовное дело по особо тяжкому преступлению. Указанная информация в ИЦ значилась не менее чем до 01.10.2022г. 09 сентября 2022г. уголовное преследование в отношении него прекращено по основанию, предусмотренному <данные изъяты> УПК РФ. Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, избранная 25 марта 2020г. отменена. В процессе проведения следственных действий, истец сообщал следователям о своей непричастности к событиям, произошедшим в июне 2000 года. Давал подробные и последовательные показания, заявил об имеющемся алиби, которым к сожалению, не была дана надлежащая оценка. Считает, что имел место оговор в отношении него со стороны фигурантов уголовного дела. Истец испытывал нравственные страдания в связи с беспокойством за будущее, ожиданием возможного осуждения за совершение преступления, которого не совершал. Длительность уголовного преследования, упадок морального облика перед коллегами и родственниками. Исходя из фактических обстоятельств дела, приняв во внимание продолжительность уголовного преследования (больше двух лет и четырех месяцев), руководствуясь требованиями разумности и справедливости, истец просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в сумме 1200000 рублей.

В судебное заседание истец ФИО1 не явился, о месте и времени рассмотрения дела уведомлен надлежащим образом, ходатайствовал о рассмотрении дела в его отсутствие с участием представителя в лице адвоката Демьяненко И.Н.

Представитель истца – адвокат Демьяненко И.Н., действующая на основании ордера № от 12.12.2022г., исковые требования ФИО1 поддержала в полном объеме, приведя доводы, аналогичные изложенным в исковом заявлении.

Представитель третьего лица ГУ МВД России по Красноярскому краю – ФИО3, действующая на основании доверенности, представленной в деле, в судебное заседание не явилась, о месте и времени рассмотрения дела была уведомлена надлежащим образом, ходатайствовала о рассмотрении в отсутствие представителя третьего лица, направила письменные возражения на исковое заявление ФИО1, согласно которых просила в удовлетворении исковых требований отказать. Указала, что в обоснование своих требований истец не привел ни одного довода (обоснования или расчета) отвечающего требованиям разумности и справедливости, не представил суду надлежащих доказательств, подтверждающих понесенные им физические или нравственные страдания, свидетельствующие о необходимости его физической или психологической реабилитации (лечения, восстановления), либо компенсации произведенных расходов на такое лечение (восстановление), либо иных расходов, связанных с незаконными действиями. Факт причинения морального вреда не может быть признан доказанным, имея ввиду тот факт, что конкретных доказательств причинения вреда, подтверждение тех обстоятельств, на которые истец ссылается в своем исковом заявлении (уголовное преследование послужило одним из оснований к увольнению со службы в УФССП России по Красноярскому краю, после увольнения не мог трудоустроиться), истцом не представлено. Определяя размер компенсации морального вреда, суд, применив положения ст.1101 ГК РФ должен исходить их обязанности не только максимально возместить причиненный моральный вред реабилитированному лицу, но и не допустить неосновательного обогащения потерпевшего.

Представитель Министерства финансов РФ - ФИО4, действующая на основании доверенности, представленной в деле, в судебное заседание не явилась, ходатайствовала о рассмотрении дела в отсутствие представителя Министерства финансов Российской Федерации, направила письменные возражения, согласно которых просила оставить без удовлетворения исковые требования ФИО1. Кроме того, указала на завышенный размер заявленной к взысканию компенсации морального вреда. Ходатайствовала о привлечении к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, прокуратуры Красноярского края.

В удовлетворении заявленного ходатайства суд полагает необходимым отказать, поскольку ссылка представителя Министерства финансов РФ на приказ Генеральной прокуратуры РФ № 12, Министерства финансов РФ № 3н от 20.01.2009 «О взаимодействии органов прокуратуры и Министерства финансов Российской Федерации при поступлении сведений об обращении в суд гражданина с иском (заявлением) о возмещении вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования» основанием для привлечения к участию в деле прокуратуры Красноярского края являться не может, поскольку данный приказ не относится к определенным в ч. 1 ст. 1 ГПК РФ федеральным законам, определяющим порядок гражданского судопроизводства.

При таких обстоятельствах суд полагает возможным рассмотреть гражданское дело при объявленной явке по правилам ст. 167 ГПК РФ.

Выслушав представителя истца, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 8 Всеобщей декларации прав человека, принятой и провозглашенной резолюцией 217А (III) Генеральной Ассамблеи от 10.12.1948, каждый человек имеет право на эффективное восстановление в правах компетентными национальными судами в случаях нарушения его основных прав, предоставленных ему конституцией или законом.

Конституция РФ, провозглашая человека, его права и свободы высшей ценностью, а признание, соблюдение и защиту прав и свобод человека и гражданина - обязанностью государства (статья 2), гарантирует каждому право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц (статья 53).

В развитие указанных положений международного правового акта и конституционных норм действующее уголовно-процессуальное законодательство предусматривает в отношении конкретных лиц, подвергнутых незаконному уголовному преследованию, и при наличии указанных в законе оснований применение мер реабилитации.

Право на реабилитацию, закрепленное в ст. 133 УПК РФ включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах.

По смыслу ст.ст. 133 - 139, 397, 399 УПК РФ право на компенсацию имущественного вреда, морального вреда, причиненного незаконными действиями органов уголовного преследования, возникает только при наличии реабилитирующих оснований: вынесение в отношении подсудимого оправдательного приговора, а в отношении подозреваемого и обвиняемого - прекращение уголовного преследования.

Согласно ч. 1 ст. 133 УПК РФ вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

В силу п. 1 ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В соответствии со ст. 1100 ГК РФ морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу. Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости (ст. 1101 ГК РФ).

Также согласно разъяснениям, содержащимся в п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2011 № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости. Мотивы принятого решения о компенсации морального вреда должны быть указаны в решении суда.

Судом установлено, что 04.03.2020г. из уголовного дела № выделено уголовное дело № в отношении неустановленного лица, возбужденное по признакам преступления, предусмотренного <данные изъяты> УК РФ, по факту разбойного нападения, совершенного на ФИО5 и ФИО6 около 10 часов 30 минут 09.06.2000 в первом подъезде <адрес>

28.03.2018 начальником следственного отделения ОП № 3 СО ОМВД России по городу Норильску ФИО2 вынесено постановление о прекращении в отношении ФИО1 уголовного преследования на основании <данные изъяты> УПК РФ за его непричастностью к совершению указанного преступления.

Заместителем прокурора города Норильска Кубликом Н.А. 11.09.2019 вышеуказанное постановление о прекращении уголовного преследования в отношении ФИО1 от 28.03.2018, а также постановление о приостановлении предварительного следствия по делу от 29.03.2018, отменены, уголовное дело направлено в СО ОМВД России по городу Норильску для возобновления предварительного расследования.

23.09.2019 органом предварительного расследования предварительное следствие по делу было возобновлено.

Предварительное расследование несколько раз возобновлялось и приостанавливалось по основанию, предусмотренному <данные изъяты> УПК РФ. При допросе в качестве свидетеля от 20.02.2020, ФИО1 отрицал свою причастность к совершению данного преступления, пояснив, что разбойное нападение на семью Ф. и потерпевшего М. совместно с Г. и Г. не совершал. Из материалов уголовного дела не следует, что ФИО7 уклонялся от следствия.

27 февраля 2020 года истец допрошен в качестве подозреваемого и ему избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

25.03.2020 ФИО1 предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного <данные изъяты> УК РФ, и в отношении него избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

01.04.2020 начальником следственного отделения ОП № 3 СО ОМВД России по городу Норильску ФИО2 составлено обвинительное заключение, которое 13.04.2020 утверждено заместителем прокурора города Норильска К.., 15.04.2020г. уголовное дело направлено в Норильский городской суд для рассмотрения по существу.

18.06.2020 постановлением Норильского городского суда Красноярского края уголовное дело возращено в порядке ст.237 УПК РФ прокурору г.Норильска для устранения препятствий его рассмотрения, поскольку прокурором г.Норильска отменено постановление в отношении ФИО8 по истечении 1 года без соответствующего судебного решения, что является нарушением требований УПК РФ.

Апелляционным постановлением Красноярского краевого суда от 29 сентября 2020г. постановление Норильского городского суда Красноярского края от 18.06.2020г. о возвращении уголовного дела в отношении ФИО1 прокурору г.Норильска Красноярского края для устранения препятствий его рассмотрения судом оставлено без изменения.

05 ноября 2020 года руководитель следственного органа – начальник СО МВД по г. Норильску ФИО9 ходатайствовал перед судом о разрешении отменить постановление о прекращении уголовного преследования от 28 марта 2018 года в отношении ФИО1 по основанию, предусмотренному п.1 ч.1 ст.27 УПК РФ.

Постановлением Норильского городского суда от 20 ноября 2020г. в удовлетворении ходатайства руководителя следственного органа – начальника СО МВД по г. Норильску В. о разрешении отмены постановления о прекращении уголовного преследования в отношении ФИО1 от 28 марта 2018 года было отказано.

Апелляционным постановлением Красноярского краевого суда от 26 января 2021 года постановление Норильского городского суда от 20 ноября 2020г. об отказе в удовлетворении ходатайства руководителя следственного органа – начальника СО МВД по г. Норильску В. о разрешении отмены постановления о прекращении уголовного преследования в отношении ФИО1 от 28 марта 2018 года – отменено. Материал направлен в тот же суд на новое судебное рассмотрение в ином составе.

Постановлением Норильского городского суда от 25 марта 2021 года ходатайство руководителя следственного органа – начальника СО Отдела МВД по г.Норильску В. о разрешении отмены постановления о прекращении уголовного преследования от 28.03.2018 в отношении ФИО1 по уголовному делу № №, – удовлетворено.

Судом дано разрешение отменить постановление о прекращении уголовного преследования от 28.03.2018 в отношении ФИО1 вынесенное по уголовному делу № по основанию, предусмотренному п.1 ч.1 ст.27 УПК РФ.

Апелляционным постановлением Красноярского краевого суда от 01 марта 2022 года постановление Норильского городского суда от 25 марта 2021 года об удовлетворении ходатайства руководителя следственного органа – начальника СО МВД по г. Норильску В. о разрешении отмены постановления о прекращении уголовного преследования в отношении ФИО1 от 28 марта 2018 года – отменено. В удовлетворении ходатайства руководителя следственного органа – начальника СО Отдела МВД по г.Норильску В. о разрешении отмены постановления о прекращении уголовного преследования от 28.03.2018 в отношении ФИО1 по уголовному делу № – отказано. В своем постановлении суд указал на то, что согласно ч.1.1 ст.214 УПК РФ отмена постановления о прекращении уголовного дела или уголовного преследования по истечении одного года со дня его вынесения допускается на основании судебного решения. Из материалов уголовного дела следует, что постановление о частичном прекращении уголовного преследования от 28 марта 2018 года в отношении ФИО1 принято по основаниям, предусмотренным п.1 ч.1 ст.27 УПК РФ. Как следует из постановления, событие преступления, предусмотренного <данные изъяты> УК РФ имело место 09 июня 2000 года. Руководитель следственного органа обратился в суд с ходатайством о разрешении отмены постановления о прекращении уголовного преследования 05 ноября 2020 года. В соответствии с п. «г» ч.1 ст.78 УПК РФ срок давности привлечения к уголовной ответственности по данной категории преступлений, относящихся к особо тяжким, составляет 15 лет. При этом, данных об уклонении ФИО1 от следствия в течение этого срока не установлено. В соответствии с ч.3 ст.214 УПК РФ возобновление производства по ранее прекращенному уголовному делу возможно в том случае, если не истекли сроки давности привлечения лица к уголовной ответственности.

08 августа 2022 года в СО МВД России по г.Норильску адвокатом Демьяненко И.Н. в защиту прав и интересов ФИО1 подана жалоба, в которой адвокат просила признать следственные действия с участием ФИО1, а именно постановление об избрании меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, протокол очной ставки, протокол допроса в качестве подозреваемого, протоколы допроса в качестве обвиняемого – незаконными, признать право ФИО1 на реабилитацию.

Постановлением руководителя следственного органа - начальника следственного отдела Отдела МВД России по г.Норильску В. от 10 августа 2022 года отменено постановление о привлечении в качестве обвиняемого ФИО1, вынесенное 25 марта 2020 года начальником СО ОП №3 ОМВД России по г.Норильску М.

Постановлением старшего следователя СО ОП №3 СО Отдела МВД России по г.Норильску М. от 09 сентября 2022 года прекращено уголовное преследование в отношении ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ.р. по основаниям, п.1 ч.1 ст.27 УПК РФ в связи с его непричастностью к совершению преступления. Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, избранная 25 марта 2020 года обвиняемому ФИО1 отменена судом. За ФИО1 признано право на реабилитацию, разъяснен порядок возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием.

Постановлением старшего следователя СО ОП №3 СО Отдела МВД России по г.Норильску М. от 09 сентября 2022 года прекращено уголовное дело №, выделенное из материалов уголовного дела № 04 марта 2020г. в отношении неустановленного лица, в действиях которого усматривались признаки преступления, предусмотренного <данные изъяты> УК РФ в связи с истечением срока давности уголовного преследования по основаниям, предусмотренным п.3 ч.1 ст.24 УПК РФ.

Согласно ч. 1 ст. 212 УПК РФ уголовное дело и уголовное преследование прекращаются при наличии оснований, предусмотренных ст.ст. 24-28.1 УПК РФ.

Изложенные обстоятельства подтверждаются исследованными в судебном заседании материалами уголовного дела №

Таким образом, в период с 27.02.2020 по 09.09.2022 в отношении ФИО1 органами предварительного расследования осуществлялось уголовное преследование по подозрению, в последующем по обвинению в совершении особо тяжкого преступления, предусмотренного <данные изъяты> УК РФ.

Постановлением от 09.09.2022 за истцом в порядке ст. 134 УПК РФ признано право на реабилитацию.

Давая оценку установленным обстоятельствам, руководствуясь вышеприведенными нормами права и разъяснениями, при установленном факте незаконного уголовного преследования истца, суд приходит к выводу о наличии причинно-следственной связи между незаконным привлечением к уголовной ответственности и перенесенными истцом нравственными страданиями.

Неправомерное привлечение истца к уголовной ответственности нарушили права истца, гарантированные Конституцией РФ, в связи с чем, ему причинен моральный вред, который подлежит возмещению на основании ст. 1071 ГК РФ за счет казны Российской Федерации.

Сам по себе факт придания гражданину статуса подозреваемого, обвиняемого, подсудимого, влечет для него неблагоприятные последствия в оценке его личных качеств в обществе, возможность осуждения за совершенное правонарушение, возможность применения уголовного наказания, что причиняет нравственные страдания человеку, связанные с умалением его доброго имени и деловой репутации. В связи с чем, в подобной ситуации размер денежной компенсации морального вреда должен быть достаточным, поскольку обвинитель, инициируя уголовное преследование, должен предполагать о неизбежном наступлении неблагоприятных последствий, связанных с привлечением гражданина к уголовной ответственности.

При определении размера компенсации морального вреда, суд руководствуется требованиями разумности и справедливости, исходя из фактических обстоятельств дела, индивидуальных особенностей истца, его возраста, состояния здоровья, социального положения, принимая во внимание, что истец испытывал нравственные страдания, обусловленные психотравмирующей ситуацией, связанной с уголовным преследованием (2 года 7 месяцев), в отношении него применялись меры уголовно-процессуального принуждения, производились различные следственные и процессуальные действия, ограничивающие его конституционные права, включая: опознание, допросы, очные ставки, истребование характеризующих материалов с места работы и жительства, а также сведений из медицинских учреждений, составляющих врачебную тайну, учитывая длительность уголовного преследования по подозрению в совершении тяжкого должностного преступления, совершенного с применением насилия, ухудшение на фоне этого взаимоотношений с близкими и коллегами, постоянные переживания за себя и членов своей семьи, указанное, безусловно, не могло не отразиться на психоэмоциональном состоянии истца.

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, суд исходит из того, что предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

В связи с этим, исходя из принципов разумности и справедливости, суд полагает необходим частично удовлетворить исковые требования истца и взыскать в его пользу компенсацию морального вреда в размере 200 000 руб., признаваемую судом соразмерной степени нарушения прав истца.

При вынесении такого решения суд учитывает, что смыслу закона право на компенсацию морального вреда, причиненного незаконными действиями органов уголовного преследования, возникает при наличии реабилитирующих оснований, в том числе прекращения уголовного преследования по реабилитирующим основаниям на стадии предварительного расследования.

Следовательно, сам факт незаконного привлечения истца к уголовной ответственности является достаточным основанием к возмещению морального вреда, который по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в денежном выражении и полного возмещения.

Предусмотренная законом компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Компенсационная сумма должна быть соразмерной всем обстоятельствам, характеризующим всех его последствий для реабилитированного лица во всех социальных и личностных проявлениях. При этом подлежат оценке и конкретные незаконные действия органов дознания, предварительного следствия в соотношении с тяжестью причиненных истцу физических и нравственных страданий, индивидуальными особенностями его личности, иными обстоятельствами заслуживающими внимания.

Доводы представителя ГУ МВД России по Красноярскому краю об обязанности истца представить суду доказательства причинения ему уголовным преследованием морального вреда, нравственных страданий, по мнению суда, основаны на неверном толковании норм материального и процессуального права, поскольку правом на компенсацию морального вреда независимо от вины причинителя законодатель наделил гражданина, которому вред причинен в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения меры пресечения в виде заключения под стражу или подписки о невыезде.

В соответствии со ст. 1071 ГК РФ, в случаях, когда в соответствии с ГК РФ или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы.

Таким образом, поскольку моральный вред был причинен истцу в результате незаконного уголовного преследования, с учетом разъяснений, содержащихся в п. 14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.05.2019 № 13 «О некоторых вопросах применения судами норм Бюджетного кодекса Российской Федерации, связанных с исполнением судебных актов по обращению взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации», суд полагает необходимым взыскать компенсацию с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199, 233 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 о компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования, удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ.р., денежную компенсацию морального вреда в размере 200 000 рублей.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Красноярского краевого суда в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через канцелярию Норильского городского суда.

Председательствующий И.Г.Крамаровская

Решение принято в окончательной форме 16.12.2022.