УИД 74RS0046-01-2023-000118-31

Дело № 2-402/2023

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

25 апреля 2023 года Озёрский городской суд Челябинской области в составе

председательствующего судьи Селиной Н.Л.,

при секретаре Степановой Е.А.

с участием прокурора Капленко Н.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к Федеральному государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Клиническая больница № 71» ФМБА России о компенсации морального вреда, причиненного в результате некачественного оказания медицинской помощи,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратился в суд с иском к Федеральному государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Клиническая больница № 71» ФМБА России (далее ФГБУЗ КБ № 71) о компенсации морального вреда, причиненного в результате некачественного оказания медицинской помощи.

В обоснование иска указала, что в период с 12.03.2019г. по 28.03.2019г. ФИО10 находилась на стационарном лечении в ФГБУЗ КБ № 71 в терапевтическом отделении. С 28.03.2019г. находилась на амбулаторном лечении на дому, ДД.ММ.ГГГГ скончалась в следствие <> 31.07.2019г. возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ по факту ненадлежащего оказания медицинской помощи неустановленными сотрудниками ФГБУЗ КБ № 71, что привело к смерти потерпевшей. 26.10.2022г. уголовное дело прекращено в связи с отсутствием в действиях сотрудников ФГБУЗ КБ № 71 состава преступления, поскольку согласно заключению повторной судебно-медицинской экспертизы качества оказания медицинской помощи причинно-следственной связи между выявленными дефектами оказания медицинской помощи и наступлением смерти пациента не установлено. Вместе с тем, в ходе экспертизы установлены дефекты диагностики и лечения ФИО11 Некачественным оказанием медицинской помощи ФИО33 истца, ей причинен моральный вред, который она оценивает в 1 000 000руб. и просит взыскать его с ответчика ФГБУЗ КБ № 71.

Судом в качестве третьих лиц привлечены ФИО3(л.д.101), Территориальный фонд обязательного медицинского страхования, страховую компанию АО «СК «СОГАЗ-Мед»(л.д.140).

В судебном заседании истец ФИО2 и ее представитель ФИО4.(л.д. 15) на иске настаивали, пояснили аналогично доводам, изложенным в иске.

Представители ответчика ФГБУЗ КБ № 71 ФИО5.(л.д.92), М.(л.д.117) исковые требования не признали, суду пояснили по доводам, изложенным в отзыве (л.д.94-97), указав, что ФИО1 поступила в приемное отделение в состоянии средней тяжести с диагнозом <> и была госпитализирована в неотложном порядке в терапевтическое отделение. При госпитализации больная была обследована в соответствии со стандартами и клиническими рекомендациями. При этом, от ряда обследований больная отказалась. Возможность детального исследования были ограничены <>. Не смотря на это, было выполнено полноценное подробное исследование в рамках стандарта. Расхождение клинического и судебно-медицинского диагнозов обусловлено поздним обращением за медицинской помощью, запущенностью заболевания, тяжелой сопутствующей патологией, невозможностью проведения обследования в полном объеме по тяжести состояния больной. Данный случай расценивается как клинически сложный. Причинно-следственной связи между дефектами оказания медицинской помощи и смертью пациентки не установлено. Просила в удовлетворении иска отказать, вместе с тем указала, что если суд сочтет необходимым удовлетворить требования, просит снизить до 150 000-200 000руб.

Третьи лица ФИО3, Территориальный ФОМС, АО «СК «СОГАЗ-Мед» в судебное заседание не явились, извещены(л.д.125,155, 154, 152).

Выслушав стороны, исследовав материалы дела, выслушав заключение прокурора о наличии оснований для удовлетворения иска со снижением заявленного размера компенсации морального вреда с учетом разумности и справедливости, суд удовлетворяет иск частично.

В силу ст. 150 Гражданского кодекса РФ, жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В судебном заседании установлено, что истец ФИО2 является <> ФИО1(л.д.16,17,18).

Установлено, что ФИО1 в период с 12.03.2019г. по 28.03.2019г. проходила стационарное лечение в ФГБУЗ КБ № 71(л.д.166-170) с диагнозом <> 28.03.2019г. выписана в связи с улучшением, предписано наблюдение у <> по месту жительства, консультация в <>.

Установлено, что ФИО1 умерла ДД.ММ.ГГГГ.(л.д.93).

Из акта судебно-медицинского исследования трупа следует, что смерть ФИО1 обусловлена <> (л.д.171-177).

Частично удовлетворяя заявленные требования, суд исходит из следующего.

Наступление морального вреда истец связывает с оказанием его близкому человеку – <> ФИО1 медицинской помощи ненадлежащего качества, от чего истец испытывала моральные страдания.

Суд приходит к выводу, что доводы истца о причинении ей морального вреда оказанием ФИО12 медицинской помощи ненадлежащего качества, нашли свое подтверждение при рассмотрении данного дела.

В соответствии со статьей 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации).

Здоровье как неотъемлемое и неотчуждаемое благо, принадлежащее человеку от рождения и охраняемое государством, Конституция Российской Федерации относит к числу конституционно значимых ценностей, гарантируя каждому право на охрану здоровья, медицинскую и социальную помощь.

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" (далее также - Федеральный закон "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Согласно пункту 1 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

В силу статьи 4 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" к основным принципам охраны здоровья относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 статьи 19 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих, в том числе, как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Основания, порядок, объем и характер возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, а также круг лиц, имеющих право на такое возмещение, определены главой 59 "Обязательства вследствие причинения вреда" Гражданского кодекса Российской Федерации (статьи 1064 - 1101).

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

В объем возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, входит, в том числе компенсация морального вреда (параграф 4 главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу разъяснений, содержащихся в п. 49 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 требования о компенсации морального вреда в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи могут быть заявлены членами семьи такого гражданина, если ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому гражданину лично им (то есть членам семьи) причинены нравственные или физические страдания вследствие нарушения принадлежащих лично им неимущественных прав и нематериальных благ. Моральный вред в указанных случаях может выражаться, в частности, в заболевании, перенесенном в результате нравственных страданий в связи с утратой родственника вследствие некачественного оказания медицинской помощи, переживаниях по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести его состояния, неправильного установления диагноза заболевания, непринятия всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода, переживаниях, обусловленных наблюдением за его страданиями или осознанием того обстоятельства, что близкого человека можно было бы спасти оказанием надлежащей медицинской помощи.

Разрешая заявленные требования, суд приходит к выводу, что факт оказания ФИО34 медицинской помощи ненадлежащего качества нашел свое подтверждение.

Установлено, что 31.07.2019г. возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ по факту ненадлежащего оказания медицинской помощи неустановленными сотрудниками ФГБУЗ КБ № 71, что привело к смерти потерпевшей ФИО1

05.09.2019г. ФИО2 по уголовному делу признана потерпевшей(л.д.158-160).

26.10.2022г. уголовное дело прекращено в связи с отсутствием в действиях сотрудников ФГБУЗ КБ № 71 состава преступления, поскольку согласно заключению повторной судебно-медицинской экспертизы качества оказания медицинской помощи причинно-следственной связи между выявленными дефектами оказания медицинской помощи и наступлением смерти пациента не установлено(л.д.19-24).

Вместе с тем, в ходе повторной судебно-медицинской экспертизы качества оказания медицинской помощи, проведенной <> 24.06.2022г. установлены дефекты диагностики и лечения ФИО1(л.д.52-74).

В частности установлено, что в ходе стационарного лечения в период времени с 12.03.2019г. по 28.03.2020г. в ФГБУЗ «КБ № 71» ФМБА России имелись следующие дефекты диагностики и лечения:

- не установлен диагноз, несмотря на имеющиеся клинические и лабораторные проявления <>;

- не было проведено бактериологическое исследование <>;

- не произведено дренирование <>;

- не проведена адекватная антибактериальная терапия.

Эксперты пришли к выводу, что указанные дефекты оказания медицинской помощи (невыполнение обязательных действий), а именно отсутствие диагностики и своевременного этиопатогенетического лечения, не позволили предотвратить развитие и прогрессирование <>, от которого и наступила смерть ФИО1(л.д.73 оборот).

Вместе с тем, эксперты пришли к выводу, что при своевременной диагностике и лечении <> возможность развития <> у ФИО1 была значительно ниже, однако не исключалась, поэтому причинная связь между выявленными дефектами и наступлением смерти ФИО1 не может быть установлена.

Относительно качества оказания медицинской помощи на амбулаторном этапе лечения в период с 28.03.2019г. по 01.04.2020г. установлено следующее.

ФИО1 была выписана из стационара 28.03.2019г. с диагнозом «<> при этом, ей было назначено наблюдение <> по месту жительства. При осмотре ФИО1 на дому 29.03.2019г. врачом <> были произведены: <>. Каких либо признаков жизнеугрожающего состояния у ФИО1 выявлено не было, признаки <> отсутствовали, что не давало объективных оснований для экстренной госпитализации. Консультация <>, в том числе и в специализированном стационаре, была показана и назначена при выписке. Последующее амбулаторное лечение и наблюдение, судя по представленным медицинским документам, не проводилось.

Наступление благоприятного исхода в случае госпитализации ФИО1 в стационар 29.03.2019г. маловероятно в связи с тяжестью заболевания и распространенностью <> на этом этапе (по данным исследования трупа). На основании вышеизложенного, каких либо дефектов оказания медицинской помощи на амбулаторном этапе лечения, в период с 28.03.2019г. по 01.04.2019г. не установлено(л.д.74).

Так же экспертами отмечено, что течение заболевания ФИО1 в части клинических проявлений было нехарактерным, в частности отсутствовала <>, а так же отсутствовали признаки <>. Экспертами отмечено, что такое течение заболевания может быть объяснено возрастом и наличием хронического заболевания <> эта особенность клинических проявлений <> в значительной мере затрудняла диагностику заболевания(л.д.73 оборот).

На основании изложенного, суд приходит к выводу, что при рассмотрении настоящего дела установлен факт оказания медицинской помощи ненадлежащего качества ФИО1 в ходе стационарного лечения в период времени с 12.03.2019г. по 28.03.2020г. в ФГБУЗ «КБ № 71» ФМБА России, что повлекло причинение морального вреда <> – ФИО2 – истцу по настоящему делу.

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ответчика, суд приходит к следующему.

Истцом заявлены требования о компенсации морального вреда в размере 1 000 000руб.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 "Обязательства вследствие причинения вреда" (статьи 1064 - 1101) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. Одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (абзац второй пункта 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда").

Суд учитывает данные разъяснения при определении размера компенсации морального вреда истцу.

Установлено, что ФИО1 приходилась истцу ФИО2 <>.

Как следует из пояснений истца, их связывали теплые, доверительные отношения.

Из материалов дела следует, что ФИО1 на момент смерти и ФИО2 зарегистрированы по адресу: <адрес>(л.д.118).

Истец пояснила, что после регистрации брака, ДД.ММ.ГГГГ.(л.д.16) она стала проживать с мужем по иному адресу, однако систематически бывала у ФИО13, помогала ей по дому, ежедневно перезванивались, были в курсе дел друг друга.

В судебном заседании установлено, что 12.03.2019г. ФИО1 пожаловалась <> ФИО2 на сильные боли, которые уже не могла терпеть. На тот момент, ФИО2 имела результат УЗИ, о которых не знала ФИО14, о наличии у нее <>. 12.03.2019г. ФИО2 с ФИО35 приехали в приемный покой ФГБУЗ КБ № 71, где ФИО15 осмотрел дежурный врач, которому ФИО2 показала результаты УЗИ, и больная была помещена в терапевтическое отделение. Истец указывает на то, что практически жила в больнице у ФИО16, находилась с ней все свободное время, переживала, наблюдая ее состояние.

Истец поясняла, что после госпитализации у ФИО17 началась рвота, так как ей ставили инъекции <>, на который у нее была аллергия, о чем она сообщила врачу. После госпитализации ФИО18 перестала вставать, с постели, постоянно чувствовала себя плохо. От инъекций <> ФИО19 все время спала. <>. Не смотря на просьбы истца к лечащему врачу ФИО3 о необходимости осмотра <>, поскольку проблема могла быть именно с <>, его визит неоднократно откладывался. Все врачи, осматривавшие ФИО21 склонялись к тому, что у нее <> и ей необходимо лечение у <>. За все время нахождения в стационаре улучшения состояния здоровья ФИО22 не произошло, передвигаться самостоятельно она не могла. 28.03.2019г. ФИО3 позвонил ей на работу и сказал, что больше держать ФИО23 в больнице они не могут, ее необходимо забрать. ФИО25 выписали с диагнозом <>. После выписки с постели ФИО26 не вставала, питалась йогуртами и таблетками и пила воду, от другой пищи отказывалась. 31.03.2019г. вызвала скорую помощь, т.к. ФИО27 стало хуже. 01.04.2019г. около 04 часов вновь вызвала скорую помощь, приехавшая бригада скорой помощи констатировала смерть(л.д.161-165).

Суд приходит к выводу, что истец в период нахождения ФИО28 в стационаре испытывала моральные страдания от того, что состояние ФИО29 ухудшилось, она престала вставать, не могла самостоятельно <>.

Суд учитывает, что истец испытывала моральные страдания от того, что ее близкий человек - ФИО30 испытывала боли, а проводимое лечение не приносило результатов.

Так же суд приходит к выводу, что являются обоснованными доводы истца, что она испытывала моральные страдания от неверно выставленного диагноза и неверного лечения, не дающего результаты.

Определяя размер компенсации морального вреда, причиненного истцу, суд учитывает степень родства, а именно то, что пациент приходилась истцу ФИО31, сложившиеся между ними теплые доверительные отношения, частоту общения, не смотря на раздельное проживание, период, в течение которого ФИО1 оказывалась некачественная медицинская помощь (с 12.03.2019г. по 28.03.2019г.), характер и степень нравственных страданий истца, которая переживала, что состояние здоровья близкого человека ухудшается, а лечение не дает результатов.

Вместе с тем, суд учитывает, что из экспертизы следует, что при своевременной диагностике и лечении <> у ФИО1 была значительно ниже, однако не исключалась, в связи с чем причинная связь между выявленными дефектами и наступлением смерти ФИО1 не установлена. При этом, экспертами отмечено, что течение заболевания ФИО1 в части клинических проявлений было нехарактерным, что может быть объяснено возрастом и наличием хронического заболевания <> что, в свою очередь в значительной мере затрудняло диагностику заболевания.

Учитывая изложенные обстоятельства, характеризующие степень нравственных страданий истца, а так же требования разумности и справедливости, в силу ст. ст. 151, 1099-1101 ГК РФ суд считает, что соразмерной компенсацией морального вреда будет являться сумма в размере 300 000 рублей, которую и необходимо взыскать с ответчика.

В удовлетворении иска в остальной части исковых требований о возмещении морального вреда суд отказывает.

Доводы представителя ответчика о достаточности компенсации морального вреда в размере 150 000руб., суд считает не состоятельными, поскольку данная сумма не может компенсировать тот объем нравственных и моральных страданий истца, которые ему причинены по вине ответчика.

На основании изложенного, руководствуясь ст.194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Иск ФИО2 удовлетворить частично.

Взыскать с Федерального государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Клиническая больница № 71» ФМБА России в пользу ФИО2 в счет компенсации морального вреда причиненного в результате некачественного оказания медицинской помощи ФИО1 300 000(триста тысяч)руб.

В удовлетворении иска в остальной части требований о компенсации морального вреда отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Челябинский областной суд через Озерский городской суд в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме.

Председательствующий - Н.Л.Селина

Мотивированное решение изготовлено 02 мая 2023г.