УИД: 66RS0025-01-2022-001103-22 г/д 2-831/2022

решение составлено

28.12.2022

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

г.Верхняя Салда 09 декабря 2022 года

Верхнесалдинский районный суд Свердловской области в составе

председательствующего Исаевой О.В.

при секретаре судебного заседания Якимовой Н.А.

с участием прокурора Мурсенковой А.А.

истца ФИО2

представителя МО МВД России «Верхнесалдинский» ФИО3

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ГУ МВД России по Свердловской области, МО МВД России «Верхнесалдинский», Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда, причиненного незаконным привлечением к уголовной ответственности,

установил:

ФИО2 обратился в суд с иском к ГУ МВД России по Свердловской области, МО МВД России «Верхнесалдиснкий», Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Свердловской области о взыскании компенсации морального вреда в сумме 50 000 руб., причиненного незаконным привлечением к уголовной ответственности. В обоснование заявленных требований указал, что в период с 10.07.2015 по 19.01.2016 содержался под стражей в связи с уголовным преследованием по ч.3 ст.30, ч.1 ст.158 УК РФ. В ходе рассмотрения уголовного дела он признан невиновным в совершении данного преступления. В результате незаконного уголовного преследования ему причинен моральный вред, выразившийся в том, что потерял семью, ввиду его отсутствия в семье, был разведен.

В судебном заседании ФИО2 заявленные требования и доводы, изложенные в обоснование иска, поддержал в полном объеме. Суду пояснил, что был привлечен к уголовной ответственности по ч.2 ст.158, ч.1 ст.158 УК РФ, уголовное дело в части обвинения по ч.1 ст.158 УК РФ было прекращено в связи с отсутствием состава преступления. Данное преступление не совершал, о чем сообщал органам предварительного следствия. Мера пресечения в виде содержания под стражей была избрана в связи с обвинением по ч.2 ст. 158 УК РФ, инициатором развода была супруга.

Представитель ответчика МО МВД России «Верхнесалдинский» в судебном заседании пояснил, что заявленные требования к МО МВД России «Верхнесалдинский», ГУ МВД России по Свердловской области не подлежат удовлетворению, поскольку уголовное дело в части обвинения по ч.3 ст.30, ч1 ст.158 УК РФ в отношении ФИО2 было прекращено за отсутствием в деянии состава преступления постановлением Верхнесалдинского городского суда от 20.01.2016, приговором суда от 20.01.2016 ФИО2 осужден по ч.3 ст.30, ч.1ст.158 УК РФ, назначено наказание в виде лишения свободы на 1 год 4 месяца с отбыванием в исправительной колонии строгого режима. Срок отбывания наказания исчислен с 20.01.2016 с зачетом времени содержания под стражей с 10.07.2015 по 19.01.2016. Действия по возбуждению уголовного дела, предъявлению обвинения и избрании меры пресечения в отношении истца не носили намеренно незаконный характер, у следователя имелись достаточные основания для привлечения истца к уголовной ответственности. Истцом не представлено доказательств в обоснование размера физических и нравственных страданий, причинно-следственной связи этих страданий с незаконным привлечением к уголовной ответственности и содержанием под стражей. В суд с иском истец обратился по истечении семи лет после событий, с которыми он связывает причинение ему моральных страданий. К индивидуальным особенностям истца следует отнести привлечение к уголовной ответственности за совершение аналогичных преступлений и осуждение к лишению свободы.

В письменном отзыве представитель ответчика Министерства финансов Российской Федерации указал, что заявленные требования не подлежат удовлетворению, поскольку прекращение уголовного преследования ФИО2 по ч.3 ст.30, ч.1 ст.158 УК РФ повлекло уменьшение объема обвинения, но не исключило его полностью, следовательно, ФИО2 не относится к лицам, имеющим право на реабилитацию. Истцом не представлено доказательств причинения вреда его здоровью вследствие претерпевания им физических или нравственных страданий и наличия причинно-следственной связи между физическим причинением ему какого-либо вреда и уголовным преследованием по ст. 158 ч1, ст.30 ч.3 УК РФ. Кроме того индивидуальные условия истца характеризуют неоднократные судимости и в настоящее время он отбывает наказание за совершение уголовных преступлений. Размер компенсации морального вреда должен быть соразмерен перенесенным страданиям, факт причинения которых ничем не подтверждается. ФИО2 обратился в суд с данным иском по прошествии восьми лет со времени описанных в иске событий, что свидетельствует об отсутствии у истца морального вреда как такового. Удовлетворение требование истца повлечет его неосновательное обогащение.

Согласно заключению Прокуратуры Свердловской области, размер компенсации морального вреда в результате незаконного уголовного преследования ФИО2 по ч.3 ст.30, ч.1 ст.158 УК РФ (по эпизоду покушения на кражу куртки ФИО1) подлежит снижению в соответствии с требованиями разумности и справедливости до 5 000 руб. Установлено, что 10.07.2015 в отношении ФИО2 возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, п. «в» ч.2 ст. 158 УК РФ по факту покушения на кражу скутера, принадлежащего ФИО1 истец 10.07.2015 задержан по подозрению в совершении преступления, 12.07.2015 в отношении него избрана мера пресечения в виде заключения под стражей. 22.07.2015 в отношении ФИО2 возбуждено уголовное дело по ч.3 ст.30, ч.1 ст.158 УК РФ по факту покушения на кражу куртки ФИО1, в этот же день уголовные дела соединены в одно производство, ФИО2 предъявлено обвинение по ч.3 ст.30, ч.1 ст.158, ч.3 ст.30, п. «в» ч.2 ст.158 УК РФ. Приговором Верхнесалдинского суда от 20.01.2016 ФИО2 осужден по ч.3 ст.30, ч.1 ст.158 УК РФ (по эпизоду покушения на кражу скутера). Постановлением Верхнесалдинского суда от 20.01.2016 в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения уголовное преследование по ч.3 ст.30, ч.1 ст.158 УК РФ (покушение на кражу куртки) прекращено в связи с отсутствием состава преступления, за ФИО2 признано право на реабилитацию. Относимых и допустимых доказательств, свидетельствующих о причиненных истцу физических и нравственных страданиях и позволяющих взыскать заявленную истцом сумму возмещения морального вреда, не представлено. Конкретных доводов о причинении истцу морального вреда исковое заявление не содержит. Незаконно под стражей ФИО2 не содержался, он был задержан в связи с обвинением по ч.3 ст.30, п. «в» ч.2 ст.158 УК РФ, весь срок содержания под стражей зачтен в срок отбытия наказания в виде лишения свободы. Довод истца о потере семьи и разводе ввиду незаконного уголовного преследования является несостоятельным. Задержание истца и заключение под стражу явилось следствием совершения им преступления, за которое он был осужден к лишению свободы. Чрезмерная компенсация морального вреда не будет отвечать принципам разумности и справедливости.

Помощник Верхнесалдинского городского прокурора Мурсенкова А.А. в судебном заседании заключение Прокуратуры Свердловской области поддержала по изложенным в нем основаниям.

Исследовав материалы дела, заслушав лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст. 53 Конституции Российской Федерации и ст. 16 Гражданского кодекса Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Согласно п. 1 ст. 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности возмещается за счет казны публичного образовании в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, предусмотренном законом.

В силу ч. 2 ст. 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации право на реабилитацию, включающее в себя устранение последствий морального вреда, имеют подсудимый, уголовное преследование в отношении которого прекращено в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения; подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в п. 9 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2011 № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», основанием для возникновения у лица права на реабилитацию является постановленный в отношении его оправдательный приговор или вынесенное постановление (определение) о прекращении уголовного дела (уголовного преследования) по основаниям, указанным в части 2 статьи 133 УПК РФ, либо об отмене незаконного или необоснованного постановления о применении принудительных мер медицинского характера.

Материалами дела установлено, что 10.07.2015 в отношении ФИО2 возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, п. «в» ч.2 ст. 158 УК РФ по факту покушения на кражу скутера, принадлежащего ФИО1

10.07.2015 ФИО2 задержан по подозрению в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, п. «в» ч.2 ст. 158 УК РФ, поскольку потерпевший прямо указал на него как на лицо, совершившее преступление.

Постановлением Верхнесалдинского городского суда от 12.07.2015 в отношении ФИО2 избрана мера пресечения в виде заключения под стражей на срок два месяца, то есть до 09.09.2015.

22.07.2015 в отношении ФИО2 возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, ч.1 ст.158 УК РФ (по факту покушения на кражу куртки ФИО1), уголовное дело изъято у дознавателя ОД МО МВД России «Верхнесалдинский» и направлено начальнику следственного отдела полиции.

22.07.2015 соединены уголовные дела по ч.3 ст.30, ч.1 ст.158, ч.3 ст.30, п. «в» ч.2 ст.158 УК РФ в одно производство.

В ходе рассмотрения уголовного дела в отношении ФИО2 Верхнесалдинским городским судом 07.08.2015 установлен срок его содержания под стражей до 23.01.2016. При этом суд учитывал, что в отношении ФИО4 осуществляется уголовное преследование по двум составам преступления.

Постановлением Верхнесалдинского городского суда от 20.01.2016 в отношении ФИО2 прекращено уголовное дело в части, в части обвинения в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, ч.1 ст.158 УК РФ (покушение на кражу куртки), в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения в связи с отсутствием состава преступления. За ФИО2 признано право на частичную реабилитацию.

Приговором Верхнесалдинского городского суда от 20.01.2016, вступившим в законную силу 06.04.2016, ФИО2 осужден по ч.3 ст.30, ч.1 ст.158 УК РФ (по эпизоду покушения на кражу скутера), назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 1 год 4 месяца с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Из приговора следует, что действия ФИО2 были переквалифицированы с ч.3 ст.30, п. «в» ч.2 ст. 158 УК РФ на ч.1 ст. 158 УК РФ. Срок отбытия наказания исчислен с 20.01.2016, в срок отбытия наказания зачтено содержание под стражей в период с 10.07.2015 по 19.01.2016.

Как указано в постановлениях Конституционного Суда Российской Федерации от 14.07.2011 № 16-П и от 21.11.2017 № 30-П, незаконное или необоснованное уголовное преследование представляет собой грубое посягательство на человеческое достоинство, а потому возможность реабилитации, восстановления чести и доброго имени опороченного неправомерным обвинением лица является непосредственным выражением конституционных принципов уважения достоинства личности, гуманизма, справедливости, законности, презумпции невиновности, права каждого на защиту его прав и свобод.

Оценив доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу, что факт нарушения личных неимущественных прав истца, таких как достоинство личности, право не быть привлеченным к уголовной ответственности за преступление, которого он не совершал, честное и доброе имя, нашел подтверждение в судебном заседании, поскольку факт привлечения к уголовной ответственности, возбуждения в отношении ФИО2 уголовного дела по обвинению в совершении умышленного преступления, относящегося к категории небольшой тяжести, совершения процессуальных действий в отношении истца в ходе производства по уголовному делу, рассмотрения уголовного дела в суде установлены материалами дела.

Поскольку в ходе рассмотрения дела судом установлено, что ФИО2 был незаконно подвергнут уголовному преследованию, истец в соответствии с положениями ст. ст. 133, 136 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, ст. 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации, имеет право на компенсацию морального вреда, поскольку сам факт причинения морального вреда при незаконном привлечении к уголовной ответственности признается законом и не требует доказывания.

Исходя из смысла ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации, компенсация морального вреда осуществляется при наличии самого факта незаконного осуждения, привлечения к уголовной ответственности.

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в п. 21 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2011 № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости. Мотивы принятого решения о компенсации морального вреда должны быть указаны в решении суда.

В силу ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В пункте 42 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что при определении размера компенсации морального вреда, причиненного в связи с незаконным или необоснованным уголовным или административным преследованием, надлежит учитывать в том числе длительность и обстоятельства уголовного преследования, тяжесть инкриминируемого истцу преступления, избранную меру пресечения и причины избрания определенной меры пресечения (например, связанной с лишением свободы), длительность и условия содержания под стражей, однократность и неоднократность такого содержания, вид и продолжительность назначенного уголовного наказания, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, личность истца (в частности, образ жизни и род занятий истца, привлекался ли истец ранее к уголовной ответственности), ухудшение состояния здоровья, нарушение поддерживаемых истцом близких семейных отношений с родственниками и другими членами семьи, лишение его возможности оказания необходимой им заботы и помощи, степень испытанных нравственных страданий.

Содержание лица под стражей или отбывание им наказания в местах лишения свободы, осуществляемые на законных основаниях, сами по себе не порождают у него право на компенсацию морального вреда.

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в денежной форме и полного возмещения, предусмотренная законом компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

Доводы представителей ответчиков о недоказанности истцом факта причинения ему нравственных и физических страданий в результате незаконного привлечения его к уголовной ответственности суд не принимает во внимание, поскольку лица, подвергшиеся незаконному уголовному преследованию, безусловно, испытывают нравственные страдания, в связи с чем факт причинения им морального вреда предполагается.

Установленные судом обстоятельства свидетельствуют о том, что в результате незаконного уголовного преследования истец находился в психотравмирующей ситуации, испытывал нравственные переживания, поскольку осознавал о возможности применения к нему наказания за преступление, которое он не совершал, он не мог не переживать по поводу того, что подвергся уголовному преследованию по обвинению в совершении преступления, которое в дальнейшем признано необоснованным, и претерпевал в связи с этим вышеуказанные лишения.

Суд, оценив представленные доказательства в их совокупности, проанализировав фактические обстоятельства дела, учитывая длительность уголовного преследования ФИО2 в период с 22.07.2015 по 20.01.2016, тот факт, что уголовное дело прекращено в части, срок содержания под стражей зачтен в срок отбытия наказания, учитывая тяжесть предъявленного обвинения на стадии предварительного расследования (преступление небольшой тяжести), степень нравственных страданий истца при фактических обстоятельствах причинения ему морального вреда, личность истца, ранее привлекавшегося к уголовной ответственности, приходит к выводу о доказанности факта нарушения личных неимущественных прав истца незаконным уголовным преследованием.

При таких обстоятельствах, с учетом принципов разумности и справедливости, суд полагает подлежащим взысканию компенсацию морального вреда в размере 15 000 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194–199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Исковые требования ФИО2 к ГУ МВД России по Свердловской области, МО МВД России «Верхнесалдиснкий», Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда, причиненного незаконным привлечением к уголовной ответственности, - удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в сумме 15 000 руб.

В удовлетворении остальной части иска – отказать.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда через Верхнесалдинский районный суд в течение месяца со дня изготовления в окончательной форме.

Судья О.В.Исаева