УИД 74RS0032-01-2023-001013-28
Дело № 2–1408/2023
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
11 октября 2023 г. г. Миасс Челябинской области
Миасский городской суд Челябинской области в составе:
председательствующего судьи Кузнецовой А.Ю.,
при секретаре судебного заседания Щукиной Е.В.,
с участием прокурора Смирновой М.Р.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ИП ФИО2 об установлении факта трудовых отношений, признании несчастного случая на производстве, взыскании компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
Истец ФИО1 обратилась в суд с иском (с учетом уточненного иска) к ответчику ИП ФИО2 об установлении факта трудовых отношений между ФИО1 и ИП ФИО2 в период с ДАТА по ДАТА в должности администратора, признании произошедшего ДАТА со ФИО1 происшествия несчастным случаем на производстве, обязании ИП ФИО2 составить акт о несчастном случае на производстве по форме Н-1, акт о расследовании тяжелого несчастного случая по форме 5, выдать заверенные копии указанных актов на руки ФИО1, взыскании с ИП ФИО2 компенсации морального вреда в размере 500 000 руб., расходов по оплате доверенности в размере 2 500 руб., госпошлины в размере 300 руб. (л.д. 232-233).
В обоснование заявленных требований истец указала, что в период с ДАТА по ДАТА состояла в трудовых отношениях с ИП ФИО2, работала в должности администратора СВ-Отеля. При трудоустройстве между сторонами были достигнуты договоренности о выполнении истцом трудовых обязанностей, по определенному графику, под управлением и под контролем работодателя. Заработную плату истец получала как наличными, так и путем перечисления на банковскую карту. ДАТА в утреннее время истец, находясь в помещении СВ-Отеля, упала в душе, вследствие чего получила травму головы и была госпитализирована бригадой скорой помощи в ГБ-2 г. Миасса, где проходила лечение до ДАТА. Была выписана с диагнозом: «...». С ДАТА по настоящее время истец проходит амбулаторное лечение в поликлинике по месту жительства, полностью нетрудоспособна.
В судебном заседании представитель истца ФИО3 полностью поддержала заявленные требования по указанным в уточненном иске основаниям.
Представитель ответчика ФИО4 в судебном заседании исковые требования признала частично. Факт наличия между истцом и ответчиком трудовых отношений не отрицала, однако возражала против признания травмы, полученной ФИО1 ДАТА в СВ-Отеле, несчастным случаем на производстве, компенсации морального вреда.
Истец ФИО1 в судебное заседание не явилась, извещена своевременно, надлежащим образом, просила рассмотреть дело в ее отсутствие.
Ответчик ИП ФИО2, представители третьих лиц Государственной инспекции труда в Челябинской области, ОСФР по Челябинской области в судебное заседание не явились, извещены своевременно, надлежащим образом, причины неявки не известны.
Заслушав лиц, участвующих в деле, заключение прокурора об обоснованности исковых требований, исследовав все письменные материалы дела, суд приходит к следующим выводам
Согласно Конституции Российской Федерации труд свободен; каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию (ст. 37, ч. 1). Свобода труда проявляется, в частности, в имеющейся у гражданина возможности свободно выбрать работодателя и порядок оформления соответствующих отношений с ним.
Согласно ст. 15 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается.
В силу ч. 1 ст. 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с этим Кодексом.
Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен (ч. 3 ст. 16 Трудового кодекса Российской Федерации).
Данная норма представляет собой дополнительную гарантию для работников, приступивших к работе с разрешения уполномоченного должностного лица без заключения трудового договора в письменной форме, и призвана устранить неопределенность правового положения таких работников (п. 3 Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 года N 597-О-О).
В ст. 56 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.
Трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами (ч. 1 ст. 67 Трудового кодекса Российской Федерации).
В соответствии с ч. 2 ст. 67 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом.
Цель указанной нормы - устранение неопределенности правового положения таких работников и неблагоприятных последствий отсутствия трудового договора в письменной форме, защита их прав и законных интересов как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, в том числе путем признания в судебном порядке факта трудовых отношений между сторонами, формально не связанными трудовым договором. При этом неисполнение работодателем, фактически допустившим работника к работе, обязанности оформить в письменной форме с работником трудовой договор в установленный статьей 67 Трудового кодекса Российской Федерации срок может быть расценено как злоупотребление правом со стороны работодателя вопреки намерению работника заключить трудовой договор.
Частью 1 ст. 68 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что прием на работу оформляется трудовым договором. Работодатель вправе издать на основании заключенного трудового договора приказ (распоряжение) о приеме на работу. Содержание приказа (распоряжения) работодателя должно соответствовать условиям заключенного трудового договора.
В п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года №15 "О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям" разъяснено, что при разрешении споров работников, с которыми не оформлен трудовой договор в письменной форме, судам исходя из положений статей 2, 67 Трудового кодекса Российской Федерации необходимо иметь в виду, что, если такой работник приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным.
Из приведенных выше нормативных положений трудового законодательства следует, что к характерным признакам трудового правоотношения, возникшего на основании заключенного в письменной форме трудового договора, относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда; возмездный характер трудового отношения (оплата производится за труд).
Обязанность по надлежащему оформлению трудовых отношений с работником (заключение в письменной форме трудового договора, издание приказа (распоряжения) о приеме на работу) нормами Трудового кодекса Российской Федерации возлагается на работодателя.
Таким образом, по смыслу ст.ст. 15, 16, 56, ч. 2 ст. 67 Трудового кодекса Российской Федерации в их системном единстве, если работник, с которым не оформлен трудовой договор в письменной форме, приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным.
Как разъяснено Верховным Судом в Российской Федерации в абз. 2 п. 22 Постановления от 29 мая 2018 года №15, при разрешении судами споров, связанных с применением ст. 67.1 Трудового кодекса Российской Федерации, устанавливающей правовые последствия фактического допущения к работе не уполномоченным на это лицом, судам следует исходить из презумпции осведомленности работодателя о работающих у него лицах, их количестве и выполняемой ими трудовой функции.
Как установлено в ходе судебного разбирательства и подтверждается материалами дела, ФИО2 зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя 20.02.2012г. Основными видами деятельности ИП является аренда и управление собственным или арендованным недвижимым имуществом, дополнительным видом деятельности – деятельность по предоставлению прочих мест для временного проживания (л.д. 10-13).
В своих доводах истец указывает, что работала в СВ-Отеле у ИП ФИО2 с ДАТА по ДАТА включительно в должности администратора. При трудоустройстве между ней и ИП ФИО2 были достигнуты договоренности о выполнении истцом трудовых обязанностей по должности администратора СВ-Отеля по адресу: АДРЕС, за плату (стоимость одной смены – 800 руб.), по графику – сутки через трое, под управлением и под контролем работодателя – ИП ФИО2 Заработную плату ФИО1 получала как лично, так и путем перечисления на банковскую карту.
В материалы дела ответчиком представлены выкопировки из тетради выдачи заработной платы за ДАТА и тетради учета рабочего времени (л.д. 76-77, 78-79). В тетради выдачи заработной платы в качестве работника в первой графе указана Светлана С. Исходя из пояснений представителя ответчика ФИО2-ФИО4, получение истцом ФИО1 заработной платы зависело от количества отработанных ей смен.
Согласно представленному в материалы дела ответчиком акту НОМЕР служебной проверки по факту несчастного случая, произошедшего со ФИО1 ДАТА около 09-30 ч., в качестве сведений о пострадавшем указана ФИО1 – регулярный работник по трудовому договору в должности администратора. В качестве обстоятельств несчастного случая содержится указание на то, что ФИО1 заступила на рабочую смену ДАТА в 08-00ч. На следующий день ФИО1 окончила в 08-20 ч. выполнение трудовых обязанностей (л.д. 45).
Факт осуществления трудовой деятельности ФИО1 у ИП ФИО2 подтвержден показаниями свидетелей ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, допрошенных в судебном заседании ДАТА.
Кроме того, согласно отзыву на исковое заявление от ИП ФИО2, а также пояснений стороны ответчика, данных в судебных заседаниях, ФИО2 признает исковые требования в части установления факта трудовых отношений между ним и ИП ФИО1 в должности администратора с ДАТА по ДАТА.
Оценив имеющиеся в деле доказательства по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, учитывая все вышеприведенные нормы материального права, суд приходит к выводу о том, что с момента фактического допущения ФИО1 к работе с ведома и по поручению ИП ФИО2, с ДАТА по ДАТА между истцом и ИП ФИО2 имели место трудовые отношения.
Определяя трудовую функцию истца, суд приходит к выводу о доказанности выполнения ФИО1 работы у ИП ФИО2 в должности администратора.
Также истцом заявлены требования о признании травмы, полученной ФИО1, ДАТА в СВ-Отеле по адресу: АДРЕС несчастным случаем на производстве.
В соответствии с частью 3 статьи 37 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, на вознаграждение за труд без какой бы то ни было дискриминации и не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда, а также право на защиту от безработицы.
В силу положений абз.4 ч.1 ст. 21 и абз. 3 ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда.
Согласно ч. 1, 2 ст. 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.
Работодатель обязан обеспечить, в том числе безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов.
Вопросы расследования несчастных случаев на производстве определены положениями ст.ст. 227-231 Трудового кодекса Российской Федерации.
Согласно ч. 1 ст. 227 Трудового кодекса Российской Федерации расследованию и учету в соответствии с настоящей главой подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя, при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.
В соответствии с положениями ч. 3 ст. 227 Трудового кодекса Российской Федерации расследованию в установленном порядке как несчастные случаи подлежат события, в результате которых пострадавшими были получены телесные повреждения (травмы), если указанные события произошли на территории организации, других объектах и площадях, закрепленных за организацией на правах владения либо аренды, либо в ином месте работы в течение рабочего времени (включая установленные перерывы), в том числе во время следования на рабочее место (с рабочего места), а также в течение времени, необходимого для приведения в порядок орудий производства, одежды и т.п. перед началом и после окончания работы, либо при выполнении работ за пределами нормальной продолжительности рабочего времени, в выходные и нерабочие праздничные дни.
Согласно ч.ч. 1,2 ст. 229 Трудового кодекса Российской Федерации для расследования несчастного случая работодатель (его представитель) незамедлительно образует комиссию в составе не менее трех человек. При расследовании несчастного случая (в том числе группового) со смертельным исходом в состав комиссии дополнительно включаются лица, указанные в части второй статьи 229 Трудового кодекса Российской Федерации.
Ч.5 ст. 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что на основании собранных материалов расследования комиссия устанавливает в частности обстоятельства и причины несчастного случая, определяет, были ли действия (бездействие) пострадавшего в момент несчастного случая обусловлены трудовыми отношениями с работодателем либо участием в его производственной деятельности, квалифицирует несчастный случай как несчастный случай на производстве или как несчастный случай, не связанный с производством.
Несчастный случай на производстве является страховым случаем, если он произошел с застрахованным или иным лицом, подлежащим обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (ч.7 ст. 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации).
Правовое регулирование отношений по возмещению вреда, причиненного здоровью, или в случае смерти работника вследствие несчастного случая на производстве либо профессионального заболевания осуществляется по нормам Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» (далее - Федеральный закон от 24 июля 1998 года №125-ФЗ).
Обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний подлежат в числе других физические лица, выполняющие работу на основании трудового договора, заключенного со страхователем (абз. 2 п. 1 ст. 5 указанного Федерального закона).
Несчастным случаем на производстве в силу абз. 10 ст. 3 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ признается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных данным федеральным законом случаях как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем, и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.
В абз. 3 п.9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 марта 2011 года № 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» содержатся разъяснения о том, что для правильной квалификации события, в результате которого причинен вред жизни или здоровью пострадавшего, необходимо в каждом случае исследовать следующие юридически значимые обстоятельства:
- относится ли пострадавший к лицам, участвующим в производственной деятельности работодателя (часть вторая статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации);
- указано ли происшедшее событие в перечне событий, квалифицируемых в качестве несчастных случаев (часть третья статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации);
- соответствуют ли обстоятельства (время, место и другие), сопутствующие происшедшему событию, обстоятельствам, указанным в части третьей статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации;
- произошел ли несчастный случай на производстве с лицом, подлежащим обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (статья 5 Федерального закона от 24 июля 1998 года №125-ФЗ);
- имели ли место обстоятельства, при наличии которых несчастные случаи могут квалифицироваться как не связанные с производством (исчерпывающий перечень таких обстоятельств содержится в части шестой статьи 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации), и иные обстоятельства.
Из приведенных нормативных положений следует, что физические лица, выполняющие работу на основании трудового договора, подлежат обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.
Для расследования несчастного случая работодателем (его представителем) образуется комиссия. На основании собранных материалов расследования комиссия устанавливает в частности обстоятельства и причины несчастного случая с работником, определяет, были ли действия (бездействие) пострадавшего в момент несчастного случая обусловлены трудовыми отношениями с работодателем, и квалифицирует несчастный случай как несчастный случай на производстве или как несчастный случай, не связанный с производством.
По общему правилу, несчастным случаем на производстве признается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных Федеральным законом от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ случаях, как на территории работодателя, так и за ее пределами, повлекшее необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.
Перечень обстоятельств, при наличии которых несчастные случаи могут квалифицироваться как не связанные с производством, содержится в ч. 6 ст. 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации (смерть вследствие общего заболевания или самоубийства; смерть или повреждение здоровья, единственной причиной которых явилось по заключению медицинской организации алкогольное, наркотическое или иное токсическое опьянение (отравление) пострадавшего, не связанное с нарушениями технологического процесса, в котором используются технические спирты, ароматические, наркотические и иные токсические вещества; несчастный случай, происшедший при совершении пострадавшим действий (бездействия), квалифицированных правоохранительными органами как уголовно наказуемое деяние).
Как установлено судом и подтверждается материалами дела, ДАТА на территории СВ-Отеля по адресу: АДРЕС, ФИО1, находясь в первой сауне, упала, получив повреждение здоровья: «...».
Ответчик в ходе рассмотрения дела не отрицал факт получения травмы ФИО1 на территории СВ-Отеля, в котором истец работала в должности администратора, исполняя обязанности по осуществлению записи клиентов, уборке саун после клиентов.
Доводы ответчика ФИО2 о том, что поскольку происшествие со ФИО1 произошло около 09-30 часов ДАТА, а смена у администратора длится до 08-00 часов, постольку падение истца произошло после окончания рабочего дня, суд не принимает в связи со следующим.
Материалами дела и пояснениями сторон в судебном заседании достоверно установлено отсутствие заключенного с истцом трудового договора, отсутствие правил внутреннего трудового распорядка, отсутствие утвержденного работодателем режима и графика работы, что не может свидетельствовать о достаточной определенности условий трудовых отношений, о продолжительности рабочей смены, времени ее начала и окончания.
Согласно показаний свидетеля ФИО8, данных в судебном заседании 11 мая 2023 года, в сауне НОМЕР в ночь на ДАТА были клиенты, уборку после клиентов должна была произвести ФИО1 Время для уборки ничем не регламентировано. На каждую сауну уходит индивидуально времени, но не более часа.
Данные показания также подтверждаются представленной в материалы дела ответчиком выкопировкой из тетради учета рабочего времени, согласно которой первая сауна была занята с 23-50 ч. до 01-50 ч. ДАТА, далее до 04-00 ч. сауна была продлена (л.д. 78-79).
Согласно показаний свидетеля ФИО7, данных в судебном заседании ДАТА, если администратор не успела сделать работу, то должна задержаться и доделать сама, либо по договоренности оставить сменщице. Если ночью гостей нет, то можно прилечь поспать, а после убраться.
У суда нет оснований ставить под сомнение истинность фактов, сообщенных свидетелями, поскольку их показания последовательны и не противоречат обстоятельствам, сведения о которых содержат другие собранные по делу доказательства.
Исходя из пояснений представителя истца в момент падения ФИО1 находилась в первой сауне в связи с проведением уборки после клиентов с ночи. Данные пояснения согласуются с представленной в материалы дела выкопировкой из тетради учета рабочего времени и показаниями свидетелей. Ответчиком доказательств обратного не представлено.
В связи с чем суд приходит к выводу, что в момент падения смена ФИО1 не закончилась, а истец находилась при выполнении работы, выполняя свою трудовую функцию.
При этом ИП ФИО2 возложенные на него обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда не исполнил. Как установлено в ходе рассмотрения дела, в саунах на полу уложена кафельная плитка, которая при намокании скользит, противоскользящими ковриками сауны не обеспечены.
В соответствии с результатами судебно-медицинской экспертизы НОМЕР от ДАТА, у ФИО1 ДАТА имело место .... Данная травма возникла от соударения головой с тупым твердым предметом (поверхностью). Данное повреждение является опасным для жизни человека и по этому признаку квалифицируется как повреждение, причинившее тяжкий вред здоровью (л.д. 198-205).
Заключение эксперта подробно аргументировано, выполнено в соответствии с требованиями действующего законодательства, подписано экспертом, имеющим надлежащую квалификацию, предупрежденным об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Изложенные в экспертном заключении выводы последовательны, иными доказательствами по делу не опровергнуты.
При таких обстоятельствах оснований не доверять заключению эксперта у суда не имеется.
Согласно акту НОМЕР служебной проверки по факту несчастного случая, произошедшего со ФИО1 ДАТА, представленному в материалы дела, ответчиком не установлено нахождение ФИО1 в состоянии алкогольного или наркотического опьянения (л.д. 45).
Исходя из изложенного, с учетом совокупности исследованных доказательств, принимая во внимание, что в судебном заседании нашел подтверждение факт возникновения трудовых отношений между сторонами, учитывая отсутствие доказательств того, что данный несчастный случай может квалифицироваться как несчастный случай, не связанный с производством по основаниям, предусмотренным ч. 6 ст. 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу о том, что травма ДАТА получена истцом при исполнении трудовых обязанностей в должности администратора в СВ-Отеле по адресу: АДРЕС на рабочем месте, связана с производством, в произошедшем со ФИО1 несчастном случае на производстве имеется вина работодателя, поскольку в соответствии с положениями ст. ст. 212, 219 Трудового кодекса Российской Федерации именно работодатель должен обеспечить на рабочем месте работника безопасные условия труда, что выполнено не было.
Доводы ответчика о том, что ФИО1 осуществляла в НОМЕР сауне не уборку, а мылась после рабочей смены, в связи с чем была обнаружена в раздетом виде, не могут опровергать выводы суда о признании произошедшего ДАТА несчастным случаем на производстве, поскольку работодатель на протяжении длительного времени позволял ФИО1 принимать душ, а также плавать в бассейне. Каких-либо возражений по этому поводу истцу не высказывал, что свидетельствует о его попустительском отношении к данным действиям.
Также с учетом положений ст. 228-230.1 Трудового кодекса Российской Федерации, п. 30 Положения о расследовании несчастных случаев, суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для возложения на ответчика обязанности составить акт по форме Н-1 о несчастном случае на производстве по факту несчастного случая, произошедшего с истцом ДАТА, а также о наличии правовых оснований для возложения на ответчика дополнительной обязанности составить акт о расследовании несчастного случая по форме №5 в связи с тяжелым несчастным случаем, в связи с тем, что между сторонами возник спор, и ответчик не намерен признавать несчастный случай производственным. Копии указанных актов необходимо выдать ФИО1
Разрешая требования ФИО1 о компенсации морального вреда, суд исходит из следующего.
Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1 статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации).
В Трудовом кодексе РФ не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.
П.2 ст. 2 Гражданского кодекса РФ установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.
Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (пункт 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др. (абзац второй).
Из приведенного нормативного правового регулирования следует, что работник имеет право на труд в условиях, отвечающим государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья ему в установленном законодательстве порядке возмещается материальный и моральный вред.
В силу п.1 ст. 1099 Гражданского кодекса РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса.
Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п.2 ст. 1101 Гражданского кодекса РФ).
Согласно разъяснениям, изложенным в абзаце 3 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Из изложенного следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека), семейные и родственные связи. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
Право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда.
Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (ст.ст. 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.
В силу п. 1 ст. 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.
При таких обстоятельствах, с учетом наличия у ответчика обязанности по обеспечению в соответствии с требованиями законодательства безопасных условий труда, не принятие работодателем всех необходимых мер для предотвращения травматизма, суд приходит к выводу, что ответственность за причиненный ФИО1 моральный вред, в силу нарушения ее личных неимущественных прав должна быть возложена на работодателя.
При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает, что требования о компенсации морального вреда основаны на личных переживаниях, суд полагает бесспорным факт претерпевания ФИО1 физических, а также нравственных страданий в связи с переживаниями за свое здоровье. Учитывая характер полученных травм (...) бесспорны доводы представителя истца, что в период лечения ФИО1 не могла в полной мере себя обсуживать, что, бесспорно, причиняло ей нравственные переживания.
К индивидуальным особенностям потерпевшего суд относит возраст истца – на момент получения травмы ей было 62 года.
Также суд полагает правильным учесть характер травм, полученных истцом в результате несчастного случая на производстве, локализацию полученных травм, степень тяжести причиненного вреда здоровью истца, категорию тяжести несчастного случая на производстве, установленных экспертным заключением.
Установлено, что ДАТА на место произошедшего со ФИО1 несчастного случая по адресу: АДРЕС была вызвана бригада скорой помощи. Больная предъявляла жалобы на головную боль интенсивную в затылочной области и левой заушной области, потеря слуха. О случившемся пострадавшая не помнит. Общее состояние средней тяжести. Степень ориентированности производить не удалось, так как пострадавшая не слышала (после травмы).
После произошедшего ФИО1 была госпитализирована бригадой скорой помощи в травматическое отделение ГБУЗ «Городская больница № 2 г. Миасса», где проходила лечение по ДАТА (21 койко день). При поступлении ФИО1 предъявляла жалобы на головные боли, отсутствие слуха. Объективный статус: состояние тяжелое. Согласно результатам КТ от ДАТА установлен .... В период лечения состояние истца отмечено как удовлетворительное. При выписке ФИО1 рекомендовано продолжить амбулаторное лечение по месту жительства. Заключительный диагноз установлен как: «...».
С ДАТА ФИО1 проходит амбулаторное лечение. В период лечения также предъявляла жалобы на головные боли, головокружение смешанного характера, снижение слуха слева. Последняя дата обращения за медицинской помощью датирована ДАТА, из записей врача следует, что больная предъявляла жалобы на головные боли, головокружение смешанного характера, снижение слуха слева, повышенную тревожность.
Суд полагает правильным учесть вину ответчика в причинении вреда здоровью истца, ее форму, отношение ответчика к содеянному – извинений ИП ФИО2 не принес, какой-либо помощи истцу в связи с произошедшем не предлагал и не оказывал, более того в процессе рассмотрения дела отрицал свою вину.
Чек по операции на сумму 5 000 руб. (л.д. 51) и расписку ФИО10 о передаче ФИО1 4 000 руб. (л.д. 52) суд не принимает в качестве доказательств оказания ответчиком помощи в связи с полученной ФИО1 травмой, поскольку согласно пояснений представителя истца, данных в судебном заседании ДАТА, 4 000 руб. были переданы истцу в качестве годовой премии за 2022 год, а сумма 5 000 руб. была переведена без указания назначения платежа. Доказательств обратному ответчиком не представлено.
В действиях (бездействиях) ФИО1 отсутствует вина (грубая неосторожность, неосторожность). Обратного не доказано.
Поскольку жизнь и здоровье относятся к числу наиболее значимых человеческих ценностей, а их защита должна быть приоритетной. Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, является одним из общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, производно от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции Российской Федерации.
Жизнь и здоровье человека бесценны и не могут быть возвращены выплатой денег. Гражданский кодекс лишь в максимально возможной степени обеспечивает определенную компенсацию понесенных потерпевшим потерь. Возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью гражданина, производится по общим правилам исполнения деликтных обязательств.
С учетом установленных по делу обстоятельств, суд считает, что указанный истцом размер компенсации морального вреда соответствует положениям ст.ст. 151,1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также требованиям разумности и справедливости, характер нравственных и физических страданий ФИО1, фактическим обстоятельствам дела, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальным особенностям потерпевшего.
Определяя размер подлежащей взысканию в пользу истца компенсации морального вреда, суд с учетом характера и степени физических и нравственных страданий истца, перенесенных ей нравственных и физических страданий, вызванных полученной травмой, фактических обстоятельств дела, вины ответчика, его отношения к содеянному, характера, длительности лечения ФИО1, индивидуальных особенностей истца, приходит к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца денежной компенсации морального вреда в размере 500 000 руб., которая в данном случае в наибольшей степени обеспечивает баланс прав и законных интересов сторон, компенсирующим истцу, в некоторой степени, причиненные физические и нравственные страдания, и не направлена на личное обогащение ФИО1
В силу ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса.
Истцом ФИО1 при обращении в суд уплачена государственная пошлина в размере 300 руб., что подтверждается платежным чек-ордером НОМЕР от ДАТА (л.д. 3). Учитывая удовлетворение исковых требований истца, с ответчика ИП ФИО2 в пользу истца следует взыскать расходы по оплате государственной пошлины в указанном размере.
Согласно разъяснениям Верховного Суд Российской Федерации, содержащимся в абз. 3 п. 2 постановления Пленума от 21 января 2016 года N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" расходы на оформление доверенности представителя могут быть признаны судебными издержками, если такая доверенность выдана для участия представителя в конкретном деле или конкретном судебном заседании по делу.
Поскольку ФИО3 представляла интересы ФИО1 по настоящему делу на основании доверенности, которая не соответствует вышеуказанным требованиям, то расходы по ее оформлению не могут быть признаны судебными издержками и взысканию с ответчика не подлежат.
На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.
Установить факт трудовых отношений между ФИО1, ДАТА года рождения, и ИП ФИО2 (ОГРНИП <***>) с ДАТА по ДАТА в должности администратора.
Признать травму, полученную ФИО1, ДАТА года рождения, ДАТА в СВ-Отеле по адресу: АДРЕС несчастным случаем на производстве.
Обязать ИП ФИО2 (ОГРНИП <***>) составить по данному несчастному случаю на производстве акт по форме Н-1 и акт о расследовании тяжелого несчастного случая по Форме №5. Копии указанных актов выдать ФИО1.
Взыскать с ИП ФИО2 (ОГРНИП <***>) в пользу ФИО1 (ИНН НОМЕР) компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей, расходы по оплате госпошлины в размере 300 рублей.
В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 отказать.
Решение может быть обжаловано в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме в Челябинский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Миасский городской суд Челябинской области.
Председательствующий судья А.Ю. Кузнецова
Мотивированное решение составлено 18 октября 2023 года.