Решение по делу № 2-4579/2023 от 20.10.2023 - о защите нарушенных трудовых прав.

Гражданское дело №2-4579/2023

УИД: 66RS0001-01-2023-002969-77

Мотивированное решение изготовлено 20 октября 2023 года

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

03 октября 2023 года г. Екатеринбург

Верх-Исетский районный суд г.Екатеринбурга в составе председательствующего судьи Ардашевой Е.С.,

при секретаре Крючеве И.А.,

с участием истца ФИО1, представителя ответчика ФКУЗ «МСЧ МВД России по Свердловской области» - <ФИО>3, действующего на основании доверенности,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Федеральному казенному учреждению здравоохранения «Медико – санитарная часть Министерства внутренних дел Российской Федерации по Свердловской области» (далее по тексту - ФКУЗ «МСЧ МВД России по Свердловской области») о защите нарушенных трудовых прав,

установил:

истец обратился в суд с указанным иском, в котором, с учетом уточнений, принятых к производству суда, просила суд:

- признать трудовыми отношениями отношения между ФИО1 (истцом) и ФКУЗ «МСЧ МВД России по Свердловской области» (ответчиком) с 14.09.2009 по 21.03.2011, возникшие на основании гражданско-правовых договоров «Договор возмездного оказания услуг»: от 14.09.2009 по 31.12.2009 №417-09, от 01.01.2010 по 30.06.2010, от 01.07.2010 по 30.09.2010 № 451-10, от 25.10.2010 по 31.12.2010 №590-10, от 01.01.2011 по 31.03.2011 № 50-11 (далее по тексту, в том числе, спорные договоры, спорные периоды осуществления деятельности);

- обязать ответчика заключить с истцом трудовой договор и принять на работу в Центр Психофизиологической диагностики МСЧ на должность <иные данные> с должностным окладом 4 930 руб. (на основании Приказа Министерства внутренних дел РФ от 27 августа 2008 г. №751 «О мерах по реализации Постановления Правительства Российской Федерации от 05.08.2008 №583» с 14.09.2009) с даты начала работы по гражданско-правовому договору «Договор возмездного оказания услуг» от 14.09.2009 №417-09;

- обязать ответчика внести запись в трудовую книжку истца о приеме на работу в Центр Психофизиологической диагностики МСЧ на должность <иные данные> с 14.09.2009;

- включить в стаж работы Истца в системе МВД, согласно положениям Приказа МВД России от 13.07.2019 №480, период работы в ФГУЗ «МСЧ ГУВД по Свердловской области» с 14.09.2009 по 21.03.2011.

Судом для участия в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований, относительно предмета спора, привлечено ГАУЗ СО «ЦГКБ №23».

В судебном заседании истец требования иска, с учетом уточнений, поддержала по предмету и основаниям, просила иск удовлетворить в полном объеме. Дополнительно указала, что о нарушении своих прав узнала 27.02.2023, после того, как ответчиком был дан ответ на ее обращение о перерасчете стажа работ в системе МВД России с учетом спорных периодов.

Представитель ответчика, действующий на основании доверенности в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований в полном объеме, в том числе, по доводам, изложенным в письменных возражениях на иск. Настаивал на пропуске срока истцом обращения в суд с настоящим исковым заявлением.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ГАУЗ СО «ЦГКБ №23», в судебное заседание не явилось, о времени и месте рассмотрения дела извещено надлежащим образом и в срок, об отложении судебного заседания не ходатайствовало.

В судебном заседании по ходатайству сторон были допрошены свидетели <ФИО>4, <ФИО>5, <ФИО>6

Так, <ФИО>4 (коллега истца, работавшая с ней у ответчика в спорный период в должности <иные данные>), показала, что в спорный период (с 2009 года по 2011 год) они работали у ответчика в должности «<иные данные>», свидетель была официально трудоустроена, с истцом работали в одном кабинете. Истец также вела прием кандидатов на службу, ей выделили кабинет, выносили общее решение по поводу кандидатов, нагрузка распределялась равномерно, принимали до 8 человек, истец работала полный рабочий день, приходила на рабочее место со всеми, и уходила со всеми. Всего было 5-6 человек сотрудников. Была ли истец официально трудоустроена в спорный период, свидетель не интересовалась. Самостоятельно истец начала работать примерно через три недели после трудоустройства. Истец и свидетель выполнял одни и те же функции, затем ФИО1 отправилась в Москву на стажировку.

Свидетель <ФИО>5 показала, что работала с истцом в период с 1998 года по 2011 год, в реанимации больнице ГАУЗ СО «ЦГКБ №23». Истец работала по выходным, по совместительству или нет, не известно. После получения истцом диплома, ее график изменился, стало меньше смен, в рабочие дни истца не видели в ГАУЗ СО «ЦГКБ №23». В среднем у свидетеля в спорный период было 4 смены в неделю, не только в выходные дни, графики работы за указанный период не сохранились.

<ФИО>6 (<иные данные> ЦПД ФКУЗ «Медико-санитарная часть МВД России по Свердловской области» с 04.06.2013) в судебном заседании показала, что в спорный период истец не была трудоустроена в ЦПД ФКУЗ «МСЧ МВД России по Свердловской области». Указанное следует из функционала, который истец выполняла в период с 2009 года по 2011 год. Так, раздел психопрофилактической работы включает в себя обязательное проведение плановых и внеплановых осмотров сотрудников органов внутренних дел (перед командированием, после командирования, после проведения реабилитационных мероприятий и по направлению врача-психиатра поликлиники). Все штатные медицинские психологи ЦПД в обязательном порядке проводят работу по этим двум направлениям. Для проведения психопрофилактических осмотров сводных отрядов сотрудников органов внутренних дел, направляемых для выполнения служебных обязанностей вне мест постоянной дислокации, работники ЦПД в период с 2000 по 2020 год регулярно несколько раз в год выезжали в ЦПП ГУВД по Свердловской области и филиал № 1 ЦПП ГУВД по Свердловской области. За период с января 2010 года по январь 2011 года проведено 5 выездных психопрофилактических осмотров в учебном центре №2. В ЦПД сохранились 4 служебных записки в электронном виде за 2010 и январь 2011 года со списком работников, проводивших выездные обследования, из которых следует, что ФИО1 не принимала участия в проведении блока психопрофилактических обследований в период с 2009 по 2011 годы, поскольку она была принята по договору для выполнения лишь части функциональных обязанностей психолога, а именно, проведения профессионального психологического отбора кандидатов на службу в органы внутренних дел и сотрудников при перемещении на другие должности.

Заслушав лиц, участвующих в деле, свидетелей, изучив материалы дела в их совокупности, суд приходит к следующему.

В силу ст.37 Конституции Российской Федерации, каждый имеет право на вознаграждение за труд. Принудительный труд на территории Российской Федерации запрещен.

Согласно ст. 15 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения - это отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается.

Сторонами трудовых отношений являются работник и работодатель (часть 1 статьи 20 Трудового кодекса Российской Федерации).

По общему правилу, установленному ч. 1 ст. 16 Трудового кодекса Российской Федерации, трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с этим кодексом.

Вместе с тем, согласно ч. 3 ст. 16 Трудового кодекса Российской Федерации, трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

Данная норма представляет собой дополнительную гарантию для работников, приступивших к работе с разрешения уполномоченного должностного лица без заключения трудового договора в письменной форме, и призвана устранить неопределенность правового положения таких работников (пункт 3 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19.05.2009 N 597-О-О).

В ч. 1 ст. 56 Трудового кодекса Российской Федерации дано понятие трудового договора как соглашения между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полномразмере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами (ч. 1 ст. 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с ч. 2 ст. 67 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом.

Таким образом, по смыслу взаимосвязанных положений ст. 15, 16, 56, ч. 2 ст. 67 Трудового кодекса Российской Федерации, если работник, с которым не оформлен трудовой договор в письменной форме, приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным.

В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель. При разрешении вопроса, имелись ли между сторонами трудовые отношения, суд в силу ст. 55, 59 и 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вправе принимать любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством. К таким доказательствам, в частности, относятся письменные доказательства, свидетельские показания, аудио- и видеозаписи.

Трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами (ч.1 ст.61 Трудового кодекса Российской Федерации).

Статьей 303 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что при заключении трудового договора с работодателем - физическим лицом работник обязуется выполнять не запрещенную названным Кодексом или иным федеральным законом работу, определенную этим договором (ч.1 ст.303 Трудового кодекса Российской Федерации).

В письменный трудовой договор в обязательном порядке включаются все условия, существенные для работника и для работодателя (ч.2 ст.303 Трудового кодекса Российской Федерации).

Работодатель - физическое лицо обязан: оформить трудовой договор с работником в письменной форме; уплачивать страховые взносы и другие обязательные платежи в порядке и размерах, которые определяются федеральными законами; оформлять страховые свидетельства государственного пенсионного страхования для лиц, поступающих на работу впервые (ч.3 ст.303 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с ч.2 ст.67 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом.

Частью 1 ст. 68 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что прием на работу оформляется приказом (распоряжением) работодателя, изданным на основании заключенного трудового договора. Содержание приказа (распоряжения) работодателя должно соответствовать условиям заключенного трудового договора.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абз. 2 п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (ч.2 ст. 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

Из приведенных выше нормативных положений трудового законодательства следует, что к характерным признакам трудовых отношений относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, графику работы (сменности); обеспечение работодателем условий труда; выполнением работником трудовой функции за плату.

О наличии трудовых отношений может свидетельствовать и стабильный характер этих отношений, подчиненность и зависимость труда, выполнение работником работы только по определенной специальности, квалификации или должности, наличие дополнительных гарантий работнику, установленных законами, иными нормативными правовыми актами, регулирующими трудовые отношения.

К признакам существования трудового правоотношения также относятся, в частности, выполнение работником работы в соответствии с указаниями работодателя; интегрированность работника в организационную структуру работодателя; признание работодателем таких прав работника, как еженедельные выходные дни и ежегодный отпуск; оплата работодателем расходов, связанных с поездками работника в целях выполнения работы; осуществление периодических выплат работнику, которые являются для него единственным и (или) основным источником доходов; предоставление инструментов, материалов и механизмов работодателем (Рекомендация № 198 Международной организации труда «О трудовом правоотношении», принята в г.Женеве 15.06.2006 на 95-ой сессии Генеральной конференции МОТ о трудовом правоотношении).

Трудовые отношения между работником и работодателем возникают на основании трудового договора, который заключается в письменной форме. При этом обязанность по надлежащему оформлению трудовых отношений с работником (заключение в письменной форме трудового договора, издание приказа (распоряжения) о приеме на работу) нормами Трудового кодекса Российской Федерации возлагается на работодателя.

В то же время само по себе отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку из содержания статей 11, 15, ч.3 ст.16 и ст.56 Трудового кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с положениямич.2 ст.67ч.2 ст.67 названного Кодекса следует, что трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. Датой заключения трудового договора в таком случае будет являться дата фактического допущения работника к работе.

Таким образом, по смыслу взаимосвязанных положений статей 15, 16, 56, ч.2 ст.67, ст.303 Трудового кодекса Российской Федерации, если работник, с которым не оформлен трудовой договор в письменной форме, приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель.

Из материалов дела следует, что 14.09.2009 между ФГУЗ «МСЧ ГУМВД России по Свердловской области» (Заказчик) и ФИО1 (Исполнитель) заключен договор об оказании услуг №417-09, согласно которому Заказчик поручает, а Исполнитель принимает на себя обязательстве по оказанию следующих услуг: профессионально - психологический отбор кандидатов на службу и сотрудников при перемещении по службе. Договор заключен на срок до 31.12.2009.

В силу п. 1.2 вышеуказанного договора Заказчик оплачивает Исполнителю выполненную работу в размере и порядке, установленным настоящим договором.

Согласно п.п. 2.1 – 2.1 договора возмездного оказания услуг, стоимость услуги по договору составляет 13793 руб. ежемесячно, включая налог на доходы физических лиц. Оплата оказанных услуг осуществляется в течение 10 дней с момента подписания сторонами акта приемки выполненных работ.

В соответствии с п.п. 3.1. - 3-2 вышесказанного договора следует, что выполнение услуги производится Исполнителем в соответствии с п. 1.1. настоящего договора и их выполнение сдаётся Заказчику по акту выполненных работ. Заказчик определяет для Исполнителя конкретные цели и задачи, для производственной деятельности Заказчика в рамках настоящего договора. Подписание приемки акта выполненных работ производится сторонами в не позднее 10 числа месяца следующего за оплачиваемым.

Аналогичные договоры были заключены между истцом и ответчиком на период с 01.01.2010 по 30.06.2010, с 01.07.2010 по 30.09.2010 № 451-10, с 25.10.2010 по 31.12.2010 №590-10, с 01.01.2011 по 31.03.2011 № 50-11.

Из искового заявления следует, что с 14.09.2009 по 21.03.2011 истец фактически состояла в трудовых отношениях с ответчиками в должности <иные данные>. В трудовые функции истца входили обязанности по профессионально-психологический отбору кандидатов на службу (учебу) и сотрудников при перемещении по службе. Кроме того, истец за период с 14.09.2009 по 21.03.2011 выполняла трудовые обязанности по должности медицинского психолога, а выполняемые истцом по договору функции полностью совпадали с функциями, которые выполняли медицинские психологи ЦПД, работающие по трудовому договору и служащие на аттестованной должности. Ежедневно истец принимала по 4-6 человек (не более 8 человек), что является оптимальной нагрузкой на специалиста, выполняющего функции медицинского психолога в соответствии с п. 44 Методических рекомендаций «Методика организации профессионального психологического отбора кандидатов на службу в органы внутренних дел Российской Федерации и учебу в образовательные учреждения МВД России, а также сотрудников органов, подразделений, учреждений системы МВД России при перемещении по службе», утвержденных 30.12.2009.

Из материалов дела, в частности трудовой книжки истца, сведений о состоянии индивидуального лицевого счета застрахованного лица (ФИО1) следует, что с 22.03.2011 истец (Работник) состоит в трудовых отношениях с ответчиком (Работодатель) в должности медицинского психолога Центра психофизической диагностики ФГУЗ «МСЧ ГУВД по Свердловской области».

Также материалами дела подтверждается, что с 04.01.2000 принята на должность <иные данные> МУ Центральной городской больницы № 23 (приказ №310 от 27.12.1999).

Согласно записям трудовой книжки истца, она 21.03.2022 трудовой договор между ней и МУ Центральная городская больница №23 расторгнут по инициативе работника (п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с уточняющей справкой ГАУЗ СО «ЦГКБ №23» от 19.09.2023, ФИО1 с 14.09.2009 по 31.12.2009 выполняла работу в режим нормальной продолжительности рабочего времени, предусмотренном трудовым законодательством. Количество выработанных часов с 01.01.2010 по 01.05.2010 отражено в справке фактически отработанного времени.

С 01.05.2010 (Приказ № 49-к от 12.05.2010) истец переведена работать неполный рабочий день с оплатой за фактически отработанное время. С 21.03.2011 (Приказ №51 от 21.03.2011) уволена. Других отвлечений от работы не было, в отпуске по беременности и родам, по уходу за ребенком не находилась.

Согласно справке, представленной ГАУЗ СО «ЦГКБ №23» за период с 01.01.2010 по 01.05.2010 истец в указанный период вырабатывала 0,35 ставки по фактически отработанному времени.

Указанное, вопреки доводам представителя ответчика, подтверждает доводы истца о выполнении ею трудовой функции в период ночных дежурств и в календарные выходные дни.

Разрешая требования истца по существу, суд находит несостоятельными указания ФИО1 на то, что выполнение трудовой функции в ГАУЗ СО «ЦГКБ №23» являлась для нее работой по совместительству, поскольку указанное не подтверждено материалами дела (ни трудовая книжка истца, ни уточняющие справки не содержат подтверждения доводов истца в указанной части).

Проанализировав содержание гражданско-правовых договоров, оценив по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательства в совокупности, руководствуясь приведенными нормами права, суд приходит к выводу, что между сторонами фактически в период с 01.01.2010 (период с которого истец не вырабатывала полную ставку по основному месту работы, при этом с 01.05.2010 переведена на неполный рабочий день с оплатой за фактически отработанное время) имели место трудовые отношения, которые регулировались договорами возмездного оказания услуг от 14.09.2009, 01.07.2010, 25.10.2010, 01.01.2011, при этом до 21.03.2011 работа являлась по совместительству, следовательно, на истца в указанный период (с 01.01.2010 по 21.03.2011) распространяются положения трудового законодательства.

Как следует из искового заявления работы, выполняемые истцом для ответчика по указанным договорам возмездного оказания услуг, характеризуются однородностью, определённостью выполняемых функций, поскольку ФИО1 каждый день приходила на свое рабочее место (имела место быть пятидневная рабочая неделя), работала полный рабочий день. Более того, надлежит отметить, что каждый из договоров возмездного оказания услуг предполагает личное выполнение работ истцом для ответчика, содержит требование об осуществлении Исполнителем своих обязательств в соответствии с имеющимися у нее образованием и квалификацией.

Также выполнение истцом трудовой функции на протяжении действия заключенных с ответчиком договоров возмездного оказания услуг осуществлялось в условиях общего труда, с подчинением правилам внутреннего трудового распорядка, в работе истец подчинялась распоряжениям руководителя Центра психофизиологической диагностики ФГУЗ «МСЧ ГУ МВД России по Свердловской области».

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце втором пункта 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (часть 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации). При этом следует иметь в виду, что представителем работодателя в указанном случае является лицо, которое в соответствии с законом, иными нормативными правовыми актами, учредительными документами юридического лица (организации) либо локальными нормативными актами или в силу заключенного с этим лицом трудового договора наделено полномочиями по найму работников, поскольку именно в этом случае при фактическом допущении работника к работе с ведома или по поручению такого лица возникают трудовые отношения (статья 16 Трудового кодекса Российской Федерации) и на работодателя может быть возложена обязанность оформить трудовой договор с этим работником надлежащим образом.

В Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. №15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» (далее также - Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. №15) в пунктах 20 и 21 содержатся разъяснения, являющиеся актуальными для всехсубъектовтрудовыхотношений, о том, что отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания в судебном порядке сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку из содержания статей 11, 15, части 3 статьи 16 и статьи 56 Трудового кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с положениями части 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации следует, что трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. Датой заключения трудового договора в таком случае будет являться дата фактического допущения работника к работе. Неоформление работодателем или его уполномоченным представителем, фактически допустившими работника к работе, в письменной форме трудового договора в установленный статьей 67 Трудового кодекса Российской Федерации срок, вопреки намерению работника оформить трудовой договор, может быть расценено судом как злоупотребление со стороны работодателя правом на заключение трудового договора (статья 22 Трудового кодекса Российской Федерации) (пункт 20 названного Постановления).

При разрешении споров работников, с которыми не оформлен трудовой договор в письменной форме, судам исходя из положений статей 2, 67 Трудового кодекса Российской Федерации необходимо иметь в виду, что, если такой работник приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель - физическое лицо (являющийся индивидуальным предпринимателем и не являющийся индивидуальным предпринимателем) и работодатель - субъект малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям (пункт 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. N 15).

Из приведенных выше нормативных положений трудового законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что к характерным признакам трудового правоотношения относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда; возмездный характер трудового отношения (оплата производится за труд).

Трудовые отношения между работником и работодателем возникают на основании трудового договора, заключаемого в письменной форме. Обязанность по надлежащему оформлению трудовых отношений с работником (заключение в письменной форме трудового договора, издание приказа (распоряжения) о приеме на работу) нормами Трудового кодекса Российской Федерации возлагается на работодателя.

Вместе с тем само по себе отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку к основаниям возникновения трудовых отношений между работником и работодателем закон (часть 3 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации) относит также фактическое допущение работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

Цель указанной нормы - устранение неопределенности правового положения таких работников и неблагоприятных последствий отсутствия трудового договора в письменной форме, защита их прав и законных интересов как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, в том числе путем признания в судебном порядке факта трудовых отношений между сторонами, формально не связанными трудовым договором. При этом неисполнение работодателем, фактически допустившим работника к работе, обязанности не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе оформить в письменной форме с ним трудовой договор может быть расценено как злоупотребление правом со стороны работодателя на заключение трудового договора вопреки намерению работника заключить трудовой договор.

Таким образом, по смыслу статей 15, 16, 56, части 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации в их системном единстве, если работник, с которым не оформлен трудовой договор в письменной форме, приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель.

Следовательно, суд должен не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации, был ли фактически осуществлен допуск работника к выполнению трудовой функции.

Приведенные нормы трудового законодательства, определяющие понятие трудовых отношений, их отличительные признаки, особенности, основания возникновения, формы реализации прав работника при разрешении споров с работодателем по квалификации сложившихся отношений в качестве трудовых, судом первой инстанции применены неправильно, без учета Рекомендации МОТ о трудовом правоотношении, правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации. Вследствие этого обстоятельства, имеющие значение для дела, судом первой инстанции не установлены, действительные правоотношения сторон не определены.

В качестве документов, свидетельствующих о наличии между сторонами трудовых отношений с 01.01.2009, суду представлены как письменные доказательства (договоры возмездного оказания услуг, трудовой договор от 22.03.2011 (который был заключен с истцом в последствии, однако как следует из анализа представленных доказательств, фактически трудовая функция не изменилась относительно периода действия договоров возмездного оказания услуг), кадровые данные в отношении истца от 20.01.2010, 19.01.2011, от 12.01.2012, которые фактически одинаковы по своему содержанию, в частности, при указании вида деятельности – по договору, содержится ссылка на занимаемую должность – психолог – эксперт), так и показаниями свидетелей, допрошенных по ходатайству истца, оснований не доверять которым у суда не имеется, поскольку они последовательны, согласуются между собой и не противоречат письменным материалам дела.

Вместе с тем, несмотря на то, что трудовая функция истцом выполнялась на протяжении более года (с 01.01.2010 по 21.03.2010) трудовой договор с ней заключен не был.

Таким образом, из пояснений истца, письменных доказательств, судом установлено, что, осуществляя трудовую функцию, истец фактически была допущена к выполнению трудовой функции уполномоченным лицом, выполняла работу, порученную работодателем, подчинялась установленным у ответчика правилам внутреннего трудового распорядка.

С учетом изложенного в совокупности, суд приходит к выводу, что в ходе рассмотрения дела судом доводы истца о нахождении с ответчиком в трудовых отношениях в результате фактического допущения к работе нашли своё подтверждение. Судом установлено, что имел место личный характер прав и обязанностей работника, работник выполнял определенную, заранее обусловленную трудовую функцию, подчинялась графику работы, установленному работодателем, отношения носили возмездный характер.

Следовательно, факт наличия трудовых отношений между истцом и ответчиком нашел свое подтверждение в судебном заседании.

В силу разъяснений, содержащихся в п. 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2018 №15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» при разрешении споров работников, с которыми не оформлен трудовой договор в письменной форме, судам исходя из положений ст. ст. 2, 67 Трудового кодекса Российской Федерации необходимо иметь в виду, что, если такой работник приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель - физическое лицо (являющийся индивидуальным предпринимателем и не являющийся индивидуальным предпринимателем) и работодатель - субъект малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям.

Согласно положений ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с ч. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст.12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Деятельность по предоставлению доказательств, в подтверждение своей правовой позиции по делу напрямую связана с поведением сторон, процессуальная активность которых по доказыванию ограничена процессуальными правилами об относимости, допустимости, достоверности и достаточности доказательств (ст. ст. 59, 60, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). В случае процессуального бездействия стороны в части представления в обоснование своих требований и возражений доказательств, отвечающих требованиям процессуального закона, такая сторона самостоятельно несет неблагоприятные последствия своего пассивного поведения.

В нарушение перечисленных выше положений, на момент рассмотрения дела судом, ответчик не представил доказательств отсутствия между сторонами трудовых отношений в период с 30.09.2021, не выполнив тем самым обязанность по доказыванию юридически значимых обстоятельств, необходимых для разрешения настоящего иска.

Таким образом, с учетом вышеизложенных норм действующего законодательства, из пояснений сторон, письменных доказательств, судом установлено, что, осуществляя трудовую функцию, истец фактически была допущена до работы, выполняла работу, порученную работодателем; подчинялась установленным у ответчика правилам внутреннего трудового распорядка.

Обратного ответчиком, как того требует ст.56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не доказано.

Таким образом, в ходе рассмотрения дела судом доводы истца о нахождении с ответчиком в трудовых отношениях с 01.01.2010 в результате фактического допущения к работе нашли своё подтверждение. Судом установлено, что имел место личный характер прав и обязанностей работника, работник выполнял определенную, заранее обусловленную трудовую функцию, подчинялся графику работы, установленному работодателем, отношения носили возмездный характер.

Отсутствие оформленного трудового договора с 01.01.2010, приказа о приеме на работу с указанной даты, записи о приеме на работу в трудовой книжке с 01.01.2010, само по себе не подтверждает отсутствие между истцом и ответчиком трудовых отношений, а свидетельствует лишь о ненадлежащем выполнении ответчиком обязанности по оформлению трудовых отношений (ст.ст. 67, 68 Трудового кодекса Российской Федерации).

Доводы представителя ответчика (подтвержденными в судебном заседании свидетелем, допрошенным по ходатайству стороны ответчика) относительно того, что факт не направления истца в командировки (для проведения психопрофилактических осмотров сводных отрядов сотрудников органов внутренних дел, направляемых для выполнения служебных обязанностей вне мест постоянной дислокации) в период с 2009 года по 2011 год, что в свою очередь, свидетельствует о не выполнения истцом в полном объеме трудовой функции по истребуемой должности, бесспорно не подтверждают факт отсутствия между истцом и ответчиком трудовых отношений в спорный период, а потому не принимаются судом во внимание.

Принимая во внимание изложенное, суд считает необходимым установить факт трудовых отношений между истцом и ответчиком с 01.01.2010 по 21.03.2011 (с указанной даты истец имела фактически возможность выполнять трудовую функцию у ответчика полный рабочий день, что ни кем не оспорено) в должности медицинского психолога по совместительству.

Указанные выводы суда, кроме вышеуказанных письменных доказательств, подтверждаются также и пояснениями истца, которые в силу ст. ст. 55, 68 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации являются доказательствами по делу и также подлежат оценке по правилам ст. 67 названного Кодекса, а также с другими материалами дела.

Также суд отмечает, что работник является более слабой стороной в трудовых правоотношениях (о чем неоднократно указывал в своих определениях Конституционный Суд РФ, например, определение от 19.05.2009 N 597-О-О, определение от 13.10.2009 N 1320-О-О, определение от 12.04.2011 N 550-О-О и др.) и основной массив доказательств по делу находится у работодателя, в связи с чем является несостоятельным ссылки представителя ответчика об отсутствии трудовых отношений между сторонами со ссылкой на то обстоятельство, что нет документального подтверждения оформления этих отношений (отсутствуют сведения о предоставлении истцом необходимых для трудоустройства документов, принятии ответчиком кадровых решений в отношении истца, о согласовании сторонами размера оплаты труда, режима рабочего времени и времени отдыха, ознакомлении истца с локальными актами, осуществлении ответчиком учета рабочего времени истца), поскольку такая ситуация прежде всего, как ранее уже было указанно, может свидетельствовать о допущенных нарушениях закона со стороны ответчика по надлежащему оформлению трудовых отношений с истцом.

В соответствии с ч. 5 ст. 66 Трудового кодекса Российской Федерации по желанию работника сведения о работе по совместительству вносятся в трудовую книжку по месту основной работы на основании документа, подтверждающего работу по совместительству.

Согласно п. 20 Правил ведения и хранения трудовых книжек, изготовления бланков трудовой книжки и обеспечения ими работодателей, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 16 апреля 2003 года N 225 "О трудовых книжках" сведения о работе по совместительству (об увольнении с этой работы) по желанию работника вносятся по месту основной работы в трудовую книжку на основании документа, подтверждающего работу по совместительству.

В соответствии с ч. 1 ст. 65 Трудового кодекса Российской Федерации, если иное не установлено настоящим Кодексом, другими федеральными законами, при заключении трудового договора лицо, поступающее на работу, предъявляет работодателю, в том числе, трудовую книжку, за исключением случаев, когда трудовой договор заключается впервые или работник поступает на работу на условиях совместительства.

С учетом изложенного, суд не находит правовых оснований для удовлетворения требований истца в части возложения на ответчика обязанности внести в ее трудовую книжку запись о приеме на работу в Центр Психофизиологической диагностики ФГУЗ «МСЧ ГУ МВД России по Свердловской области» на должность медицинского психолога.

Необоснованными являются и требования истца в части возложения на ответчика обязанности заключить с истцом трудовой договор и принять ее на работу в Центр Психофизиологической диагностики ФГУЗ «МСЧ ГУ МВД России по Свердловской области» на должность медицинского психолога, поскольку ее права судом восстановлены удовлетворением требований о признании факта трудовых отношений в период действия договоров возмездного оказания услуг.

Более того, действующее законодательство не предусматривает возможность заключение трудового договора прошедшей во времени датой.

В соответствии с требованиями раздела V. «Выплаты гражданскому персоналу органов, организаций и подразделений системы МВД России за выслугу лет, стаж непрерывной работы» приложения № 4 «Условия, размер, порядок осуществления выплат стимулирующего характера гражданскому персоналу органов, организаций и подразделений системы МВД России», утвержденного к приказом МВД России от 13 июля 2019 г. № 480 «Вопросы оплаты труда гражданского персонала органов, организаций и подразделений системы МВД ФИО2» работникам выплачивается процентная надбавка за выслугу лет. В выслугу лет, дающую право на получение процентной надбавки, включается время работы, определенное в подпункте 19.1, а также периоды, перечисленные в подпункте 19.2. Возможность включения в выслугу лет периода оказания услуг по гражданско-правовым договорам, заключенным с организацией, входящей в систему МВД России, нормами вышеуказанного приказа МВД России не предусмотрена.

Основанными на ошибочном толковании положений закона суд находит доводы представителя ответчика о пропуске истцом срока обращения в суд с требованием об установлении факта трудовых отношений.

Согласно ч. 1, ч. 4 ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки. При пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частями первой, второй и третьей настоящей статьи, они могут быть восстановлены судом.

Фактически отношения между истцом и ответчиком приобрели статус трудовых после установления их таковыми судом, таким образом, фактически в данной ситуации можно говорить, что срок, предусмотренный ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации, для защиты своих трудовых прав истцом не пропущен, так как на основании ч. 1 ст. 14 Трудового кодекса Российской Федерации течение сроков, с которыми Трудовой кодекс Российской Федерации связывает возникновение трудовых прав и обязанностей, начинается с календарной даты, которой определено начало возникновения указанных прав и обязанностей, то есть срок должен исчисляться с момента установления факта трудовых отношений.

Вместе с тем, как следует из разъяснений, содержащихся в п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», заявление работника о восстановлении на работе подается в районный суд в месячный срок со дня вручения ему копии приказа об увольнении или со дня выдачи трудовой книжки, либо со дня, когда работник отказался от получения приказа об увольнении или трудовой книжки, а о разрешении иного индивидуального трудового спора - в трехмесячный срок со дня, когда работник узнал или должен был узнать о нарушении своего права (часть первая статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации, статья 24 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. N 15 "О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям", по общему правилу, работник, работающий у работодателя - физического лица (являющегося индивидуальным предпринимателем, не являющегося индивидуальным предпринимателем) или у работодателя - субъекта малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям, имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права (часть первая статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации). К таким спорам, в частности, относятся споры о признании трудовыми отношений, связанных с использованием личного труда и возникших на основании гражданско-правового договора, о признании трудовыми отношений, возникших на основании фактического допущения работника к работе в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен. При разрешении этих споров и определении дня, с которым связывается начало срока, в течение которого работник вправе обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора, судам следует не только исходить из даты подписания указанного гражданско-правового договора или даты фактического допущения работника к работе, но и с учетом конкретных обстоятельств дела устанавливать момент, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своих трудовых прав (например, работник обратился к работодателю за надлежащим оформлением трудовых отношений, в том числе об обязании работодателя уплатить страховые взносы, предоставить отпуск, выплатить заработную плату, составить акт по форме Н-1 в связи с производственной травмой и т.п., а ему в этом было отказано).

По смыслу приведенных выше положений Трудового кодекса Российской Федерации и разъяснений Верховного Суда Российской Федерации по их применению течение трехмесячного срока для обращения в суд по спорам об установлении факта трудовых отношений и производным от них требованиям начинается по общему правилу со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

Таким образом, учитывая, что истцу было отказано в пересчете стажа работы в системе МВ России с учетом периодов оказания услуг по гражданско-правовым договорам, заключенным между ФИО1 и ФГУЗ «МСЧ ГУВД по Свердловской области», в ответе на ее обращение к ответчику 27.02.2023, о фактически о нарушении своих прав истцу стало известно именно в указанную дату, при этом с настоящим исковым заявлением истец обратилась 13.04.2023, то есть в установленный законом срок.

Указания представителя ответчика на то, что сомнения относительно правовой оценки отношений между истцом и ответчиком в период с 2009 года по 2011 год, должны были возникнуть еще в 2018 году, правового значения не имеет, поскольку предположения о возможном нарушении прав, не свидетельствует о начале течения установленного законном срока для обращения в суд для их защиты.

Более того, необходимо отметить, что имея сомнения в наличии нарушения своих прав со стороны ответчика, истец до обращения в суд обратилась к Работодателю, для установления позиции ответчика и определения способа защиты нарушенного права.

Как ранее было указана, ответчик в ответе на обращение истца, указал на не возможность пересчета стажа работы в системе МВД России с учетом гражданско-правовых отношений за период с 14 сентября 2009 года по 21 марта 2011 года.

Вместе с тем, поскольку в ходе рассмотрения настоящего гражданского дела, суд пришел к выводу о наличии факта трудовых отношений между истцом и ответчиком в период с 01.01.2010 по 21.03.2011, суд считает необходимым возложить на ответчика обязанность произвести расчет выслуги лет (в том числе, дающей право на получение процентной надбавки), с учетом периода трудовой деятельности истца в Центре психофизиологической диагностики ФГУЗ «МСЧ ГУ МВД России по Свердловской области» в должности медицинского психолога в период с 01.01.2010 по 21.03.2011.

Каких – либо допустимых и относимых (статьи 59, 60 Гражданского процессуального Кодекса Российской Федерации) доказательств, свидетельствующих об обратном, в материалы дела не представлено.

Иных требований, равно как требований по иным основаниям, на рассмотрение суда не заявлено.

Руководствуясь ст.ст. 12, 194-198, 209 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО1 к Федеральному казенному учреждению здравоохранения «Медико – санитарная часть Министерства внутренних дел Российской Федерации по Свердловской области» о защите нарушенных трудовых прав, удовлетворить в части.

Установить факт трудовых отношений между ФИО1 и Федеральному казенному учреждению здравоохранения «Медико – санитарная часть Министерства внутренних дел Российской Федерации по Свердловской области» в период с 01.10.2010 по 21.03.2011 в должности <иные данные>, по совместительству.

Возложить на ответчика Федеральное казенное учреждение здравоохранения «Медико – санитарная часть Министерства внутренних дел Российской Федерации по Свердловской области» обязанность произвести расчет выслуги лет (в том числе, дающей право на получение процентной надбавки) с учетом периода трудовой деятельности ФИО1 в Центре психофизиологической диагностики ФГУЗ «МСЧ ГУ МВД России по Свердловской области» в должности медицинского психолога в период с 01.01.2010 по 21.03.2011.

Решение в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме может быть обжаловано в Свердловский областной суд через суд, вынесший решение, путем подачи апелляционной жалобы.

Судья Е.С. Ардашева