Дело №
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
7 ноября 2025 года <адрес>
Ленинский районный суд <адрес> в составе:
председательствующего Баяниной Т.В., с участием истца ФИО2, представителя истца ФИО4, ответчика ФИО5, представителя ответчика по устному ходатайству ФИО6,
при секретаре судебного заседания Воронцовой Т.А.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО3, третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора ООО «В Контакте» о защите чести, достоинства и деловой репутации,
установил:
ФИО2 обратилась в суд с иском к ФИО3 с требованиями о защите чести, достоинства и деловой репутации, в котором просила: обязать ФИО3 удалить распространенные им недостоверные сведения, порочащие честь, достоинства и деловую репутацию ФИО2; обязать ФИО3 опровергнуть распространенные им недостоверные сведения, порочащие честь, достоинство и деловую репутацию ФИО2 способом, обеспечивающим доведение опровержения до пользователей сети «Интернет»; взыскать с ФИО3 в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 300 000 (трехсот тысяч) рублей 00 копеек; взыскать с ФИО3 в пользу ФИО2 компенсацию понесенных судебных расходов: на уплату государственной пошлины в размере 6000 (шести тысяч) рублей 00 копеек, на оплату услуг нотариуса в размере 16500 (шестнадцать пятьсот тысяч) рублей копеек, на оплату услуг представителя в размере 35000 (тридцати пяти тысяч) рублей 00 копеек.
Исковые требования обоснованы тем, что ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 распространил в телеграмм канале «№ и соцсети ВКонтакте «№» размещены сведения, порочащие честь, достоинство и деловую репутацию истца, а именно сообщение (пост), согласно которому истец, по мнению ответчика, фактически является виновной в смерти матери Ответчика (ФИО1), поскольку истец якобы безосновательно отменила необходимое лечение ФИО1, не давала ответчику осуществлять необходимый уход за его матерью. Кроме того, в своём посте ответчик обвиняет истца в коррупционных деяниях. Более того, Ответчик в своём посте указывает не только на Истца, но и упоминает её супруга (с которым Ответчик вообще никогда не взаимодействовал и не знаком), указывая его фамилию, специализацию, также обвиняя его в коррупционных преступлениях.
В судебное заседание явился истец ФИО2, поддержала исковые требования по основаниям, изложенным в иске, настаивала на удовлетворении.
В судебное заседание явился представитель ответчика ФИО4, действующая на основании ордера, поддержала исковые требования, настаивала на удовлетворении, полагая доказанным факт написания и передачи ответчиком к публикации в двух источниках неправдивых (искаженных в ряде случаев) сведений, порочащих честь и достоинство ФИО2 С учетом дополнительных пояснений показала, что сведения, указанные ответчиком в сети интернет формируют у читателя негативное мнение об истце, как о некомпетентном, коррумпированном, жестокосердном медицинском работнике.
Ответчик и его представитель в судебном заседании возражали против удовлетворения исковых требований по доводам, изложенным в отзыве на иск, в котором указали, что размещенные сведения носят оценочный характер и не оскорбляют истца, при этом не имеется необходимой совокупности обстоятельств для признания указанных сведений - порочащих честь, достоинство и деловую репутацию.
Представитель третьего лица в судебное заседание не явился, извещался надлежащим образом, причин неявки суду не сообщил, ранее направил в адрес суда сведения, запрошенные судом. С учетом положений ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и мнения участников процесса, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившегося представителя третьего лица.
Выслушав пояснения участников процесса, изучив материалы дела, суд считает, что исковые требования не подлежат удовлетворению, по следующим обстоятельствам.
Судом установлено, что в мессенджере Телеграмм, телеграмм-канал «№ ДД.ММ.ГГГГ были размещены сведения, в котором ответчик указывает о ненадлежащем оказании медицинских услуг истцом, что послужило причиной смерти матери ответчика, которая находилась на лечении в больнице, где истец осуществляет трудовую деятельность – являясь заведующей отделением.
Аналогичный пост был размещен в социальной сети «ВКонтакте» сообщество «№» ДД.ММ.ГГГГ.
Как следует из содержания поста, автором указано: «позже я узнал, что родственники подали документы в Ленинский районный суд о признании мамы недееспособной, чтобы получить опекунство, а свидетелем была ФИО2 – заведующая отделением сестринского ухода. Разве так делают те, кто хочет спасти человека?»; «Да, есть краткое описание о плохой медицине и странных услугах в здравоохранении Севастополя. Имеется фактаж о коррупционных составляющих, нарушение процессуальных норм при экспертизе и прочее.»; «Для справки – родственник Заведующей работает в судмедэкспертизе, сотрудников которых не так давно поймали на взятках. Семейный подряд. Какие будут выдаваться заключения в случае необходимости, вы и сами можете догадаться?»; «подняли маму). Лечение было согласовано с Заведующей сестринского ухода (ФИО2) Как только в лечении наметилась положительная динамика, заведующая отменила лечение, с ее слов – из за передозировки Семакса (в инструкции указано, что не выявлено передозировок, о чем говорили нейрохирурги). Но об этом я узнал позже. От меня скрыли и не сообщили, что лечение прекращено.»;
«Когда начал поднимать вопрос про пролежни, то стал опальным - меня начали выгонять из палаты, выносить мои вещи, даже угрожать бездействием со стороны медперсонала. Мне не давали даже за ней ухаживать. Меня вызвала Заведующая сестринского ухода и заявила, что я им мешаю работать, что у мамы умерла подкорка мозга (как она сделала такое заключение?), а когда я попросил предоставить мне неврологический статус по маме, то она мне заявила - «Кто я такой, чтобы она мне что то предоставляла?»; «и ЭЭГ-3-х месячной давности!!! И заключение было оперативно сделано и дата стоит нужная – когда я запросил выписку мамы, так как такой уход ее только убивает.»; «На выписке (в конце декабря 2023) мне маму не отдавали. Забегая вперед - на встрече присутствовал сотрудник ОмВД, которого пригласила Заведующая и этот сотрудник потом вел расследование. Вы и так догадались?!»; «Безнаказанность, безнаказанность, безнаказанность и такие медики продолжают делать свою работу и уводить живых людей без страха быть в ответе перед законом. Продолжение следует.... P.S. Как можно спасти наш город от такого беззакония? Как привлечь внимание - написав президенту и/или передав материалы на передачу?».
Истец, посчитав, что вышеуказанные сведения порочат ее честь, достоинство и деловую репутацию обратилась в суд с настоящим исковым заявлением.
В соответствии со статьей 23 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на защиту своей чести и доброго имени.
Статьей 29 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется свобода мысли и слова, а также свобода массовой информации.
В силу статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности. Опровержение должно быть сделано тем же способом, которым были распространены сведения о гражданине, или другим аналогичным способом. Гражданин, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, наряду с опровержением таких сведений или опубликованием своего ответа вправе требовать возмещения убытков и компенсации морального вреда, причиненных распространением таких сведений.
Согласно разъяснениям, данным в п. 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства, а также деловой репутации граждан и юридических лиц" от ДД.ММ.ГГГГ N 3 по делам данной категории обстоятельствами, имеющими значение для дела являются: факт распространения сведений об истце, порочащий характер данных сведений и несоответствие их действительности. При отсутствии хотя бы одного из указанных обстоятельств иск не может быть удовлетворен.
Под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию граждан и юридических лиц, следует понимать опубликование таких сведений в печати, трансляцию по радио и телевидению, демонстрацию в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, распространение в сети Интернет, а также с использованием иных средств телекоммуникационной связи, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в той или иной, в том числе устной форме хотя бы одному лицу.
Не соответствующими действительности сведениями являются утверждения о фактах или событиях, которые не имели места в реальности во время, к которому относятся оспариваемые сведения. Не могут рассматриваться как не соответствующие действительности сведения, содержащиеся в судебных решениях и приговорах, постановлениях органов предварительного следствия и других процессуальных или иных официальных документах, для обжалования и оспаривания которых предусмотрен иной установленный законами судебный порядок.
Порочащими, в частности, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица.
В соответствии с абз. 3 п. 9 постановления Пленума ВС РФ от ДД.ММ.ГГГГ № по смыслу статьи 29 Конституции Российской Федерации, статьи 19 Международного пакта о гражданских и политических правах от ДД.ММ.ГГГГ, гарантирующих каждому право на свободу мысли и слова, а также на свободу массовой информации, при рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации судам следует различать имеющие место утверждения о фактах, соответствие действительности которых можно проверить, и оценочные суждения, мнения, убеждения, которые не являются предметом судебной защиты в порядке статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку, являясь выражением субъективного мнения и взглядов ответчика, не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности.
Как указано в Обзоре практики рассмотрения судами дел по спорам о защите чести, достоинства и деловой репутации (утв. Президиумом Верховного Суда РФ ДД.ММ.ГГГГ) при рассмотрении дел о защите чести и достоинства одним из юридически значимых обстоятельств, подлежащих установлению, является характер распространенной информации, то есть установление того, является ли эта информация утверждением о фактах либо оценочным суждением, мнением, убеждением.
Согласно статье 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, устанавливающей, что свобода выражения мнения распространяется не только на "информацию" и "мнения", воспринимаемые положительно, считающиеся не оскорбительными, но и на негативные, воспринимаемые отрицательно и даже оскорбительные, с учетом допустимых законом или нормами морали ограничений, не нарушающие при этим права, свободы и законные интересы других лиц, поскольку указанное является требованием плюрализма мнений, терпимости и либерализма в демократическом обществе. Кроме того, право граждан высказывать свои суждения, закреплено в статье 29 Конституции РФ. В соответствии с указанными нормами следует различать имеющие место утверждения о фактах, соответствие действительности которых можно проверить, и оценочные суждения, мнения, убеждения, которые не являются предметом судебной защиты в порядке статьи 152 Гражданского кодекса РФ, поскольку, являясь выражением субъективного мнения и взглядов ответчика, не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности.
Согласно ч.1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
В обоснование исковых требований, истец ссылается на публикацию ответчиком сведений, из которых следует негативный характер об ее профессиональной деятельности.
Из представленного в материалы дела протокола осмотра доказательств, нотариально заверенного, заявителем произведена фиксация содержания интернет-ресурсов, из которых следует, что путем просмотра на экране мобильного телефона: - сообщения (с раскрытием письма в цитате) в чате канала «№» в приложении «Telegram», размещенного ДД.ММ.ГГГГ в № час, используя для поиска контрольные слова – «Преступление без наказания»;
- сообщения в чате канала «№» с количеством подписчиков 144K в приложении «ВКонтакте» («VK»), размещенного на канале ДД.ММ.ГГГГ ФИО3, с осмотром видео в 4 (четвертом) вложении из 7 (семи) к сообщению с выборочной фиксацией 2 (двух) кадров, на которых присутствует заявитель;
- страницы в приложении «ВКонтакте» («VK») автора вышеуказанного сообщения ФИО3 (закрытый профиль).
В вышеуказанном заявлении об обеспечении доказательств указано, что данный случай не терпит отлагательства, поскольку имеются основания полагать, что предоставление доказательств впоследствии станет невозможным или затруднительным.
Согласно ответу ООО «В Контакте» публикация по ссылке № была размещена Пользователем персональной страницы № зарегистрированным на Сайте с указанием следующих сведений на дату подготовки ответа на Запрос: имя «<данные изъяты>
Согласно ответу ГБУЗ Севастополя «Городская больница №» от ДД.ММ.ГГГГ в отношении заведующего отделением, врача по паллиативной медицинской помощи, отделения сестринского ухода ФИО11 «Городская больница №» по факту обращения ФИО5 служебная проверка не проводилась.
ДД.ММ.ГГГГ у заведующего отделением-врача по паллиативной медицинской помощи отделения сестринского ухода ФИО2 отобраны письменные объяснения относительно доводов обращения ФИО3, согласно которых ФИО2 указывает на отсутствие какой-либо личной заинтересованности, сообщает что оказание медицинской помощи ФИО1 в отделении сестринского ухода происходило в полном объеме согласно Приказов Минздрава России.
ДД.ММ.ГГГГ Протоколом ВК по контролю качества оказания медицинской помощи установлено, что дефекты оказания медицинской помощи отсутствуют, оказание медицинской помощи в отделении сестринского ухода происходило в полном объеме согласно Приказам Министерства здравоохранения Российской Федерации.
Истец ссылается на то, что все повествование ответчика в постах, в отношении содержания которых истцом подан иск, в общем контексте, постановкой знаков препинания, формулировке каждого предложения однозначно говорит об утвердительном характере, обвинительном уклоне, а изложенная в нём информация не соответствует действительности, является оскорбительной для истца, особенно касательно её чести, достоинства и деловой репутации.
Истец является законопослушным, ответственным, порядочным человеком, профессионалов с своей деятельности, никогда не была причастна к каким-либо сговорам с родственниками пациентов, с сотрудниками правоохранительных органов, к коррупционным делам.
Изложенное в постах ответчика крайне негативно влияет на отношения общества (в том числе пациентов и их родственников) к истцу лично и к медицинским работникам в целом.
В судебном заседании ответчиком представлено лингвистическое исследование, выполненное ДД.ММ.ГГГГ преподавателем Севастопольского государственного университета ФИО8
Согласно заключению, в представленных для исследования материалах отсутствуют фразы оскорбительного содержания, выраженные в неприличной форме.
Допрошенный в судебном заседании специалист ФИО8 имеющая диплом филолога, преподавателя русского языка и литературы, удостоверение о повышении квалификации по программе «Актуальные проблемы современного русского языка и методики его преподавания», удостоверение о повышении квалификации по программе «Судебно-экспертная деятельность», являющаяся преподавателем Севастопольского государственного университета показала следующее.
1. Фразы - «Разве так делают те, кто хочет спасти человека?» - не могут считаться утверждением, так как не представляют собой грамматическую форму повествовательного предложения. Следовательно, не являются предметом судебной защиты.
Выражение «Позже я узнал, что родственники подали документы в ленинский суд о признании мамы недееспособной, чтобы получить опекунство, а свидетелем была ФИО2 - заведующая отделением сестринского ухода» - рассматривается Истцом как обвинение его в предвзятости, заинтересованности в исходе конфликта. Однако модальность в данном утверждении отсутствует, а констатируется лишь факт получения информации - слово узнать имеет значение «получить какие-н. сведения, знания о чем-н.» [6]. Следовательно, в данном выражении утверждается факт получения информации и раскрывается содержание полученных сведений, при этом оценка ни событиям, ни лицам Ответчиком в данном фразе не дается.
В ходе судебного заседания также было установлено, что ФИО2 в качестве свидетеля по делу о признании недееспособной ФИО9 участия не принимала.
2. Фразы - «Семейный подряд?!» и «Какие будут выдаваться заключения в случае необходимости, вы и сами можете догадаться?» - так же не могут считаться утверждением, так как не представляют собой грамматическую форму повествовательного предложения. Следовательно, не являются предметом судебной защиты
Выражение «Да, есть краткое описание о плохой медицине и странных услугах в здравоохранении Севастополя. Имеется фактаж о коррупционных составляющих, нарушение процессуальных норм при экспертизе и прочее» - является утверждением, истинность или ложность которого должна быть установлена. При этом стоит отметить, что прямого указания на Истца и его связь с данным утверждением отсутствует.
Выражение «Для справки - родственник Заведующей работает в судмедэкспертизе, сотрудников которых не так давно поймали на взятках» - представляет собой сложноподчинённое предложение, в котором придаточная часть относиться не к слову родственник, а к слову, судмедэкспертиза. Поэтому в предложении реализуется характеристика учреждения, в отношении сотрудников которой был установлен факт коррупции. Характеристика в отношении родственника Заведующей отсутствует, констатируется лишь факт его трудоустройства в данном учреждении.
3. Фраза «с ее слов - из за передозировки Семакса», «(в инструкции указано, что не выявлено передозировок, о чем говорили и нейрохирурги)» - не является утверждением, так как указывают на модальность высказывания.
Выражение «Как только в лечении наметилась положительная динамика, заведующая отменила лечение, с ее слов из за передозировки Семакса (в инструкции указано, что не выявлено передозировок, о чем говорили и нейрохирурги). Но об этом я узнал позже. От меня скрыли и не сообщили о том, что лечение прекращено» - трактуется Истцом как обвинение в преднамеренном сокрытии от Ответчика сведений о прекращении применения препарата в отношении матери Ответчика. Слово скрыть имеет значение «утаить, сделать незаметным» (7), «утаить какие-нибудь сведения, не обнаружить, не выдать наличия, присутствия чего-нибудь перед кем-чем-нибудь, сделать незаметным для кого-нибудь» [9].
Утверждается факт сокрытия информации об отмене заведующей лечения, при этом оценка действиям Истца Ответчиком не дается, а дается отсылка на другие источники: инструкция препарата и слова нейрохирургов. Более того, Истцом отражается субъективное мнение, которое выражается языковой единицей очевидно, поэтому не может быть рассмотрено в качестве утверждения.
4. Выражение «меня начали выгонять из палаты, выносить мои вещи, даже угрожать бездействием со стороны медперсонала. Мне не давали даже за ней ухаживать» - рассматривать в качестве обвинения Истца в угрозах неоказания ею медицинской помощи не представляется возможным, так как по своей структуре предложения, входящие в состав данного выражения, представляют собой односоставные неопределенно-личные предложения, при которых субъект действия является неопределенным лицом, т.е. в выражении не называется конкретное лицо, которое «выгоняло» и «угрожало бездействием».
Фраза - «(как она сделала такое заключение?)» - не может считаться утверждением, так как не представляют собой грамматическую форму повествовательного предложения. Следовательно, не являются предметом судебной защиты.
Выражение «Меня вызвала Заведующая сестринского ухода и заявила, что я им мешаю работать, что у мамы умерла подкорка мозга... а когда я попросил предоставить мне неврологический статус по маме, то она мне заявила - Кто я такой, чтобы она мне что то предоставляла?» - является прямым пересказом ситуации без оценочной коннотации, поэтому в качестве обвинения рассматриваться не может.
5. Во фразе «И заключение было оперативно сделано и дата стоит нужная - когда я запросил выписку мамы, так как такой уход ее только убивает», - слово оперативно имеет значение «оценочная характеристика чьих-либо действий как действенных, направленных на быстрое и правильное решение практических задач» [6], поэтому вступает в противоречие с трактовкой данного слова Истцом - «не должным образом, впопыхах». Слово нужная имеет значение «требующийся, необходимый» [7, 9]. Слово нарисованный является страдательным причастием, образованным от глагола рисовать, который имеет значение «изображать предметы на плоскости при помощи графических средств» [7] или «перен. Изображать, представлять в образах» [7]. Таким образом, все слова, входящие в состав данного выражения, используются в своем прямом значении и находятся в пределах норм литературного русского языка, что подтверждается словарями современно русского языка [7, 8, 9].
6. Во фразе «На выписке (в конце декабря) мне маму не отдавали. Забегая вперед - на встрече присутствовал сотрудник ОмВД, которого пригласила Заведующая и этот сотрудник потом вел расследование» - отсутствует явное указание на какую-то заинтересованность Истца в нахождении матери Ответчика под наблюдением Истца. Данное выражение является утверждением, поэтому в нем отсутствует субъективное мнение по поводу описываемой ситуации. Более того, в выражении отсутствуют языковые единицы, указывающие на факт заинтересованности Истца.
Фраза - «Вы и так догадались?» - не может считаться утверждением, так как не представляют собой грамматическую форму повествовательного предложения. Следовательно, не является предметом судебной защиты.
7. Выражение «Безнаказанность, безнаказанность, безнаказанность и такие медики продолжают делать свою работу и уводить живых людей без страха быть в ответе перед законом» - не содержит прямого указания на Истца, а носит обобщающий характер поэтому связь с личностью Истца, о которой говориться в Отзыве Истца представляется спорным.
Фразы - «Как можно спасти наш город от такого беззакония? Как привлечь внимание - написав президенту и/или передав материалы на передачу?» - так же не могут считаться утверждением, так как не представляют собой грамматическую форму повествовательного предложения. Следовательно, не являются предметом судебной защиты.
Согласно представленного заключения специалиста, которое оценивается судом в совокупности с иными доказательствами, опубликованные сведениями, не могут считаться утверждением, не могут служить предметом судебной защиты, в большинстве случае носит оценочный характер.
Судом разъяснялось право истца назначить судебную лингвистическую экспертизу по данным опубликованным сведениям, однако соответствующего ходатайства не поступало.
Следует обратить внимание, что истец, являясь заведующим отделением в лечебном учреждении является должностным лицом, поскольку в силу своих трудовых функций занимает руководящую должность и выполняет организационно-распорядительные и административно-хозяйственные функции в медицинском учреждении.
Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 44 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" "публичными фигурами" являются те лица, которые занимают государственную или муниципальную должность, играют существенную роль в общественной жизни в сфере политики, экономики, искусства, спорта или любой иной области.
В Обзоре практики рассмотрения судами Российской Федерации дел о защите чести, достоинства и деловой репутации, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации ДД.ММ.ГГГГ, отмечается, что особую сложность вызывает рассмотрение дел о защите чести, достоинства и деловой репутации лиц, осуществляющих публичные функции. Конституция Российской Федерации гарантирует каждому право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту своей чести и доброго имени (статьи 23 и 24). При этом профессиональная сфера деятельности предполагает наличие определенных ограничений в осуществлении конституционных прав и свобод, что обусловлено исполнением особых публично-правовых обязанностей (пункт 8).
Таким образом, пределы допустимой критики в отношении должностного лица шире, чем в отношении частного лица.
Как следует из ответа ГБУЗ Севастопольская городская больница №, ДД.ММ.ГГГГ Протоколом ВК по контролю качества оказания медицинской помощи установлено, что дефекты оказания медицинской помощи по спорному случаю отсутствуют, оказание медицинской помощи в отделении сестринского ухода происходила в полном объеме согласно действующих норм.
Из представленных материалов КУСП следует, что в возбуждении уголовного дела в отношении истца отказано.
Таким образом, сведений, что опубликованные посты каким-либо образом повлекли негативные последствия в отношении истца суду не представлено.
Кроме того, сведения, по поводу которых возник заявленный спор, не могут служить основанием для привлечения ответчика к гражданско-правовой ответственности, установленной статьей 152 ГК РФ, так как данные сведения носят характер оценочных суждений, которые, являясь выражением субъективного мнения и взглядов лиц, их высказавших, и не могут проверены на предмет соответствия их действительности.
Таким образом, с учетом приведенных выше норм и установленных судом обстоятельств, надлежащих и допустимых доказательств в обоснование своих исковых требований истцом суду не представлено, принимая во внимание должность истца, которой со стороны общества уделяется внимание, в связи с чем она должна проявлять большую степень терпимости, учитывать пристальное внимание со стороны граждан, в связи с чем, оснований для удовлетворения требований о защите чести, достоинства и деловой репутации, взыскании суммы компенсации морального вреда - не имеется.
Ввиду отказа в удовлетворении требований ФИО2, также не подлежат взысканию в её пользу судебные расходы в силу ст. 98 ГПК РФ.
На основании изложенного и, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд
решил:
в удовлетворении исковых требований ФИО2 к ФИО3, третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора ООО «В Контакте» о защите чести, достоинства и деловой репутации, отказать.
Решение может быть обжаловано в месячный срок с момента изготовления в окончательной форме в Севастопольский городской суд через Ленинский районный суд <адрес>.
Мотивированное решение суда изготовлено ДД.ММ.ГГГГг.
Судья: Т.В. Баянина