дело №

24RS0№-02

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

26 декабря 2023 года <адрес>

Ленинский районный суд <адрес> в составе

председательствующего судьи Лапицкой И.В.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи ФИО3,

с участием представителя ответчика – прокуратуры <адрес> - старшего прокурора отдела по обеспечению участия прокуроров в гражданском и арбитражном процессе ФИО7, действующей на основании доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ года

заместителя прокурора <адрес> Че М.А.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО12 Александра Александровича к прокуратуре <адрес>, прокуратуре <адрес>, Министерству финансов РФ в лице УФК по <адрес>, помощнику прокурора <адрес> ФИО5, заместителю прокурора <адрес> ФИО4 о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО13 А.А. обратился в суд с исковым заявлением к прокуратуре <адрес>, прокуратуре <адрес>, Министерству финансов РФ в лице УФК по <адрес>, помощнику прокурора <адрес> ФИО5, заместителю прокурора <адрес> ФИО4 о взыскании компенсации морального вреда,

Требования мотивированы тем, что в рамках уголовного дела № ему было предъявлено обвинительное заключение по обвинению в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 162, п. 3 ч. 2 ст. 111 УК РФ. Прокурор ФИО4, который изучил данное обвинительное заключение и не установил нарушений действующего законодательства, а также нарушений его конституционных прав и свобод в ходе предварительного следствия, утвердил обвинительное заключение и передал уголовное дело в Ленинский районный суд <адрес> для разбирательства по существу, а уже ДД.ММ.ГГГГ судьей ФИО6 установлено, что имеющееся в материалах дела постановление о привлечении в качестве обвиняемого от ДД.ММ.ГГГГ, содержание которого соответствует обвинительному заключению, изменено следователем после вручения ему копии постановления и ознакомления его с материалами дела. При этом фактически врученная ему копия постановления о привлечении в качестве обвиняемого от ДД.ММ.ГГГГ по п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ содержит обвинение, существенно отличающееся от обвинения, указанного в обвинительном заключении, что грубо нарушает его право на защиту, в связи с чем, уголовное дело № возвратил прокурору <адрес> для устранения препятствий для его рассмотрения судом. В судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ его защитником заявлено ходатайство о возвращении уголовного дела прокурору по указанным основаниям, однако государственный обвинитель ФИО5 заявил о преждевременности указанного ходатайства. При исследовании судом материалов, истребованных из архива суда, судом установлен факт фальсификации. В ходе рассмотрения судом уголовного дела государственный обвинитель ФИО5 возражал против удовлетворения ходатайства стороны защиты о возврате уголовного дела прокурору, поскольку доказательства, собранные в материалах дела, соответствовали УПК РФ. Прокурор ФИО5 при исследовании материалов в судебном заседании обнаружил грубое нарушение его конституционных прав, а также обнаружил признаки преступления, при этом выразил позицию, что он в этом сомневается, однако прокурор ФИО5 обязан был поддержать ходатайство о возврате дела прокурору. Прокурор ФИО5 не предпринял мер прокурорского реагирования для соблюдения законности и прав участников процесса. Нарушение прав, а также факт фальсификации судья Ленинского районного суда <адрес> ФИО6 от ДД.ММ.ГГГГ отразил в вынесенном постановлении, частном постановлении от ДД.ММ.ГГГГ. Указанными обстоятельствами ему причинены нравственные страдания в виде стресса, страданий, унижающих его личность, плохого сна и аппетита, раздражительности, нервоза, на фоне чего ухудшилось зрение. Просит взыскать с помощника прокурора <адрес> ФИО5, заместителя прокурора <адрес> ФИО4 солидарно компенсацию морального вреда в размере 250 000 рублей.

Истец ФИО14 А.А., участвующий в судебном заседании посредством видео-конференцсвязи, исковые требования поддержал в полном объеме, по основаниям, изложенным в иске.

Представитель ответчика прокуратуры <адрес> ФИО7 (полномочия подтверждены), в судебном заседании возражала против удовлетворения заявленных требований, пояснив, что требования истца удовлетворению не подлежат, поскольку в соответствии со ст. 136 УПК РФ требования о компенсации морального вреда в результате незаконного уголовного преследования могут быть предъявлены в порядке гражданского судопроизводства при возникновении у истца права на реабилитацию. Однако, в отношении ФИО15 А.А. процессуальных решений реабилитирующего характера не принималось. Оснований для наступления гражданско-правовой ответственности органов прокуратуры и их работников перед истцом по возмещению морального вреда отсутствуют, и не усматривается законных оснований для удовлетворения исковых требований ФИО16 А.А., поскольку не доказано нарушение его личных неимущественных прав и личных нематериальных благ.

В судебном заседании представитель ответчика прокуратуры <адрес> – заместитель прокурора <адрес> Че М.А. (полномочия подтверждены), просила оставить заявленные требования без удовлетворения, мотивируя тем, что в настоящее время уголовное дело по обвинению ФИО18 А.А. находится на рассмотрении в Ленинском районном суде <адрес>, судебных актов оправдательного характера, либо прекращающих уголовное преследование по реабилитирующим основаниям в отношении ФИО17 А.А. не принималось.

В судебное заседание представитель Министерства финансов РФ в лице УФК по <адрес>, не явился, извещен надлежащим образом, просил рассмотреть дело в его отсутствие. Ранее в направленном в адрес суда отзыве просил в удовлетворении заиленных требований отказать.

Суд, выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, приходит к следующему.

В силу ст. 12 ГК РФ защита гражданских прав осуществляется, в том числе, путем компенсации морального вреда.

По правилам ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В соответствии со ст. 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Как следует из ч. 2 ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконной деятельности органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры, не повлекший последствий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, возмещается по основаниям и в порядке, которые предусмотрены статьей 1069 настоящего Кодекса. Вред, причиненный при осуществлении правосудия, возмещается в случае, если вина судьи установлена приговором суда, вступившим в законную силу.

Согласно п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее – Постановление Пленума) права и свободы человека и гражданина признаются и гарантируются согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации, каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом (статьи 17 и 45 Конституции Российской Федерации).

Одним из способов защиты гражданских прав является компенсация морального вреда (статьи 12, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее также - ГК РФ).

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Как следует из п. 12 указанного Постановления Пленума, обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).

Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ).

В случаях, предусмотренных законом, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, статьи 1095 и 1100 ГК РФ).

Пунктом 37 указанного Постановления Пленума предусмотрено, что моральный вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, подлежит компенсации за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования при установлении виновности этих органов власти, их должностных лиц в совершении незаконных действий (бездействии) за исключением случаев, установленных законом.

На основании части первой статьи 151 ГК РФ суд вправе удовлетворить требование о компенсации морального вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) государственных органов, органов местного самоуправления, должностных лиц этих органов, нарушающими личные неимущественные права гражданина либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага.

Моральный вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления и их должностных лиц, нарушающих имущественные права гражданина, исходя из норм статьи 1069 и пункта 2 статьи 1099 ГК РФ, рассматриваемых во взаимосвязи, компенсации не подлежит. Вместе с тем моральный вред подлежит компенсации, если оспоренные действия (бездействие) повлекли последствия в виде нарушения личных неимущественных прав граждан. Например, несоблюдение государственными органами нормативных предписаний при реализации гражданами права на получение мер социальной защиты (поддержки), социальных услуг, предоставляемых в рамках социального обслуживания и государственной социальной помощи, иных социальных гарантий, осуществляемое в том числе в виде денежных выплат (пособий, субсидий, компенсаций и т.д.), может порождать право таких граждан на компенсацию морального вреда, если указанные нарушения лишают гражданина возможности сохранять жизненный уровень, необходимый для поддержания его жизнедеятельности и здоровья, обеспечения достоинства личности.

Как следует из п. 38, моральный вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста или исправительных работ, в силу пункта 1 статьи 1070 и абзаца третьего статьи 1100 ГК РФ подлежит компенсации независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда.

Кроме того, также независимо от вины указанных должностных лиц судом может быть взыскана компенсация морального вреда, причиненного гражданину незаконным применением любых иных мер государственного принуждения, в том числе не обусловленных привлечением к уголовной или административной ответственности (статья 2, часть 1 статьи 17 и часть 1 статьи 21 Конституции Российской Федерации, пункт 1 статьи 1070, абзацы третий и пятый статьи 1100 ГК РФ).

Исходя из п. 39 судам следует учитывать, что нормами статей 1069 и 1070, абзацев третьего и пятого статьи 1100 ГК РФ, рассматриваемыми в системном единстве со статьей 133 УПК РФ, определяющей основания возникновения права на возмещение государством вреда, причиненного гражданину в результате незаконного и необоснованного уголовного преследования, возможность взыскания компенсации морального вреда, причиненного уголовным преследованием, не обусловлена наличием именно оправдательного приговора, вынесенного в отношении гражданина, или постановления (определения) о прекращении уголовного дела по реабилитирующим основаниям либо решения органа предварительного расследования, прокурора или суда о полной реабилитации подозреваемого или обвиняемого. Поэтому не исключается принятие судом в порядке гражданского судопроизводства решения о взыскании компенсации морального вреда, причиненного при осуществлении уголовного судопроизводства, с учетом обстоятельств конкретного уголовного дела и на основании принципов справедливости и приоритета прав и свобод человека и гражданина (например, при отмене меры пресечения в виде заключения под стражу в связи с переквалификацией содеянного на менее тяжкое обвинение, по которому данная мера пресечения применяться не могла, и др.).

В соответствии с п. 40, обязанность компенсации морального вреда, причиненного необоснованным возбуждением уголовного дела частного обвинения (статья 318 УПК РФ), в случаях, если мировым судьей не выносились обвинительный приговор или постановление о прекращении уголовного дела по нереабилитирующим основаниям, отмененные в последующем вышестоящим судом, может быть возложена судом на причинителя вреда - частного обвинителя, выдвинувшего необоснованное обвинение, при наличии его вины (например, при злоупотреблении со стороны частного обвинителя правом на обращение в суд, когда его обращение в суд с заявлением о возбуждении уголовного дела в отношении конкретного лица не имеет под собой каких-либо оснований и не обусловлено необходимостью защиты своих прав и охраняемых законом интересов, а лишь намерением причинения вреда другому лицу).

Согласно п. 42, судам следует исходить из того, что моральный вред, причиненный в связи с незаконным или необоснованным уголовным или административным преследованием, может проявляться, например, в возникновении заболеваний в период незаконного лишения истца свободы, его эмоциональных страданиях в результате нарушений со стороны государственных органов и должностных лиц прав и свобод человека и гражданина, в испытываемом унижении достоинства истца как добросовестного и законопослушного гражданина, ином дискомфортном состоянии, связанном с ограничением прав истца на свободу передвижения, выбор места пребывания, изменением привычного образа жизни, лишением возможности общаться с родственниками и оказывать им помощь, распространением и обсуждением в обществе информации о привлечении лица к уголовной или административной ответственности, потерей работы и затруднениями в трудоустройстве по причине отказов в приеме на работу, сопряженных с фактом возбуждения в отношении истца уголовного дела, ограничением участия истца в общественно-политической жизни.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ в рамках уголовного дела № бывшим заместителем прокурора <адрес> ФИО4 утверждено обвинительное заключение в отношении ФИО19 А.А. по ч. 1 ст. 162, п. з ч. 2 ст. 111 УК РФ и указанное уголовное дело передано в Ленинский районный суд для рассмотрения по существу. Вместе с тем, ДД.ММ.ГГГГг. указанное уголовное дело, на основании ст. 237 УПК РФ, возвращено судом прокурору, в связи с нарушениями требований УПК РФ при составлении обвинительного заключения, а именно несоответствием обстоятельств обвинения, изложенных в обвинительном заключении и постановлении о привлечении ФИО20 А.А. в качестве обвиняемого.

Кроме того, судом установлено, что на основании частного постановления Ленинского районного суда <адрес> в следственный отдел по <адрес> ГСУ СК России по <адрес> и <адрес> ДД.ММ.ГГГГ зарегистрирован материал №пр-2018 в отношении старшего следователя отдела № СУ МУ МВД России «Красноярское» ФИО8, заменившего в уголовном деле № постановление от ДД.ММ.ГГГГ о привлечении в качестве обвиняемого ФИО21 А.А. на другое, отличное по содержанию от постановления, копия которого вручена обвиняемому. По указанному факту проведена проверка, результаты которой неоднократно отменялись руководителем следственного органа и прокурором, однако оснований для возбуждения уголовного дела в отношении следователя ФИО9, и.о. начальника отдела ФИО10 не выявлено.

Приговором Ленинского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ ФИО22 А.А. признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных п. «з» ч. 2 ст. 111, ч. 1 ст. 162 УК РФ и ему назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 7 (семь) лет с отбыванием наказания в исправительной колонии особого режима.

При рассмотрении указанного уголовного дела, в соответствии со ст. 246 УПК РФ, в качестве государственного обвинителя выступал бывший помощник прокурора <адрес> ФИО5.

В силу ч. 1 ст. 389.1 УПК РФ право апелляционного обжалования судебного решения принадлежит осужденному, оправданному, их защитникам и законным представителям, государственному обвинителю и (или) вышестоящему прокурору, потерпевшему, частному обвинителю, их законным представителям и представителям, а также иным лицам в той части, в которой обжалуемое судебное решение затрагивает их права и законные интересы.

Не согласившись с вышеприведенным приговором суда, адвокатами ФИО23 А.А. поданы апелляционные жалобы.

Вместе с тем, в судебном заседании установлено, что ДД.ММ.ГГГГ апелляционным определением <адрес>вого суда указанный выше приговор суда отменен, уголовное дело направлено на новое судебное рассмотрение, в тот же суд, в ином составе, со стадии судебного разбирательства, ввиду допущенных судом первой инстанции нарушений уголовно-процессуального закона, связанных с нарушением права подсудимого ФИО24 А.А. на защиту и несоблюдением процедуры уголовного судопроизводства.

При повторном рассмотрении вышеприведенного уголовного дела, приговором Ленинского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ ФИО25 А.А. признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных п. з ч. 2 ст. 111, ч. 1 ст. 162 УК РФ и ему назначено наказание в виде 6 (шести) лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии особого режима, однако кассационным определением Восьмого кассационного суда общей юрисдикции от ДД.ММ.ГГГГ приговор Ленинского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ и апелляционное определение <адрес>вого суда от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО26 А.А. отменены, уголовное дело направлено на новое рассмотрение в тот же суд иным составом суда, ввиду допущенных судом первой инстанции нарушений уголовно-процессуального закона, связанных с нарушением уголовно-процессуальных прав потерпевшего по делу.

Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что ФИО27 А.А. воспользовался в установленном законом порядке правом на судебную защиту путем подачи жалоб на приговор суда.

Разрешая требования истца о взыскании компенсации морального вреда, суд приходит к выводу, что они основаны на неверном толковании норм материального права, поскольку приговоры суда отменены ввиду нарушения судом первой инстанции уголовно-процессуального закона; доказательств вины государственного обвинителя – бывшего помощника прокурора <адрес> ФИО11, бывшего заместителя прокурора <адрес> ФИО4, равно как и причинно-следственной связи между неправомерным решением, действием (бездействием) ответчиков и моральным вредом, истцом не представлено, как и доказательств принятия судебных актов оправдательного характера, либо прекращающих уголовное преследование по реабилитирующим основаниям, а потому полагает необходимым оставить заявленные ФИО28 А.А. требования без удовлетворения.

Кроме того, суд учитывает, что несогласие государственного обвинителя с заявленными стороной защиты в ходе производства по уголовному делу ходатайствами, либо указание государственным обвинителем на преждевременность заявления таких ходатайств, не может рассматриваться в качестве действий, нарушающих личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие истцу нематериальные блага.

На основании изложенного, руководствуясь ст.194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО29 Александра Александровича к прокуратуре <адрес>, прокуратуре <адрес>, Министерству финансов РФ в лице УФК по <адрес>, помощнику прокурора <адрес> ФИО5, заместителю прокурора <адрес> ФИО4 о взыскании компенсации морального вреда -отказать.

Решение может быть обжаловано в Судебную коллегию по гражданским делам Красноярского краевого суда путем подачи жалобы через Ленинский районный суд г. Красноярска в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья И.В. Лапицкая