РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

11 ноября 2022 года г. Нижневартовск

Нижневартовский городской суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры в составе:

председательствующего судьи Артеменко А.В.,

при секретаре Батырбековой А.Д.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-6443/2022 по исковому заявлению ФИО1 к Российской Федерации в лице Министерства Финансов Российской Федерации, третье лицо прокурор Ханты-Мансийского автономного округа-Югры, о компенсации морального вреда за незаконное уголовное преследование,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с указанным исковым заявлением, в обоснование требований указав, что 08 июля 2016 года следователем СО по г. Нижневартовску СУ СК РФ по ХМАО-Югре в отношении него было возбуждено уголовное дело по признакам преступлений, предусмотренных п. «б» ч. 4 ст. 131, п. «б» ч. 4 ст. 131 УК РФ. 08 июля 2016 года был задержан в порядке ст.ст. 91,92 УПК РФ по подозрению в совершении преступлений, предусмотренных п. «б» ч. 4 ст. 131, п. «б» ч. 4 ст. 131 УК РФ. 09 июля 2016 года ему было предъявлено обвинение п. «б» ч. 4 ст. 131, п. «б» ч. 4 ст. 131 УК РФ. 10 июля 2016 года постановлением Нижневартовского городского суда ему была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу по обвинению в совершении преступлений, предусмотренных п. «б» ч. 4 ст. 131, п. «б» ч. 4 ст. 131 УК РФ. 25 ноября 2016 года следователем СО по г. Нижневартовску СУ СК РФ по ХМАО-Югре в отношении него было возбуждено уголовное дело по признакам преступлений, предусмотренных п. «б» ч. 4 ст. 132, п. «б» ч. 4 ст. 132 УК РФ. 25 ноября 2016 года следователем СО по г. Нижневартовску СУ СК РФ по ХМАО-Югре в отношении него было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 119 УК РФ. 25 ноября 2016 года данные уголовные дела были объединены в одно производство. 29 ноября 2016 года ему было предъявлено обвинение по п. «б» ч. 4 ст. 132 (4 преступления), ч. 1 ст. 119 УК РФ. Приговором Нижневартовского городского суда от 19 октября 2017 года он оправдан по п. «б» ч. 4 ст. 132 (4 преступления), ч. 1 ст. 119 УК РФ, в связи с отсутствием событий преступлений, по п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ. В период с 08 июля 2016 года по 19 октября 2017 года содержался под стражей. В связи с незаконно вмененным обвинением, нахождением под следствием длительное время нарушены его личные неимущественные права, принадлежащие от рождения: достоинство личности, право не быть привлеченным к уголовной ответственности за преступление, которое не совершал, честное и доброе имя, деловая репутация. Находясь по стражей, он испытывал сильнейшие нравственные страдания, выразившиеся в глубоких переживаниях в связи с наступлением данного события, ухудшении состояния здоровья, испытания постоянного стресса, чувства отчаяния и тревоги, страха быть осужденным за преступления, которые не совершал. Испытывал крайне негативное отношение, граничащее с унижением личности и достоинства гражданина. Кроме того, в период содержания под стражей умерла его мама, на похоронах которой не смог присутствовать. Просит взыскать с Министерства Финансов РФ за счет казны РФ в его пользу компенсацию морального вреда в размере 2 000000 рублей.

Истец ФИО1 в судебном заседании на исковых требованиях в полном объеме по основаниям, указанным в иске, объяснил, что о смерти матери ему сообщил адвокат на встрече в СИЗО, он был шокирован этой новостью. Мать умерла в другом городе, на ее могиле он еще не был, но отправлял брату деньги для изготовления и установки памятника.

Ответчик Российская Федерация в лице Министерства Финансов Российской Федерации о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, своего представителя в судебное заседание не направил, представил письменные возражения на исковое заявление, в которых просит в удовлетворении требований ФИО1 о компенсации морального вреда отказать, указывая, что истец на момент заключения под стражу не работал, в связи с чем деловая репутация не могла быть нарушена. Кроме того, он был признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ст. 319 УК РФ, и ему было назначено наказание. Также доказательств того, что истец обращался к следователю с заявлением о выдаче разрешения на посещение похорон матери и ему было в этом отказано, и медицинских документов об ухудшении состояния здоровья, не предоставлено. Размер компенсации морального вреда считает явно завышенным.

Представитель третьего лица прокурора Ханты-Мансийского автономного округа-Югры по доверенности ФИО2 в судебном заседании полагал, что истец имеет право на получение компенсации морального вреда в связи с незаконным привлечением к уголовной ответственности, размер которого должен определяться с учетом критериев разумности и справедливости.

Свидетель ФИО3 в судебном заседании показала, что приходится бывшей тещей (матерью супруги) истца, взаимоотношения истца и его матери ФИО4 может охарактеризовать как доверительные, эмоционально теплые, конфликтов и скандалов между ними не было. Семья истца на том момент проживала в квартире его матери, она (свидетель) приезжала к ним каждый день помогать с детьми, так как мать истца работала.

Выслушав лиц, явившихся в судебное заседание, изучив письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

В судебном заседании установлено, подтверждается материалами дела, что Нижневартовским городским судом рассмотрено уголовное дело в отношении ФИО1, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п. «б» ч. 4 ст. 132 (4 преступления), ч. 1 ст. 119, ст. 319 УК РФ.

Приговором Нижневартовского городского суда от 19 октября 2017 года, вступившим в законную силу 31 октября 2017 года, ФИО1 был оправдан по п. «б» ч. 4 ст. 132 (4 преступления), ч. 1 ст. 119 УК РФ, за отсутствием в его действиях событий преступлений. В указанной части уголовного преследования за ним признано право на реабилитацию.

Также указанным приговором ФИО1 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ст. 319 УК РФ, ему назначено наказание в виде <данные изъяты>. В связи с фактическим отбытием назначенного судом наказания ФИО1 освобожден из под стражи в зале суда.

Как следует из информации ФКУ СИЗО -1, предоставленной по запросу суда, за время содержания под стражей ФИО5 нарушений режима содержания не допускал, к дисциплинарной ответственности не привлекался, физическая сила и специальные средства в отношении него не применялись, дискриминация подозреваемого не допускалась, жалоб по условиям содержания либо противоправным действиям сотрудников учреждения от него не поступало.

В период содержания под стражей ФИО1, <дата> умерла его мать - ФИО4, <дата> года рождения, что подтверждается свидетельством о смерти.

В судебном заседании не установлено фактов изменений состояния здоровья ФИО1 в период содержания под стражей, требующих каких-либо видов лечения, повлекших ограничение к трудоспособности, иной активной жизнедеятельности.

Согласно ст. 2 Конституции Российской Федерации, человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина – обязанность государства.

В силу ст. 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) должностных лиц.

В силу ч. 1 ст. 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

В силу ст. 136 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации лицо, за которым признано право на реабилитацию, имеет право на денежную компенсацию причиненного ему морального вреда. Иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства.

Порядок признания права на реабилитацию регламентирован ч. 1 ст. 134 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой суд в приговоре, определении, постановлении, а следователь, дознаватель в постановлении признают за оправданным либо лицом, в отношении которого прекращено уголовное преследование, право на реабилитацию.

Согласно п. 1 ст. 150, ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная <данные изъяты>, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом. Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Как разъяснено в п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2011 года№17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» основанием для возникновения у лица права на реабилитацию является постановленный в отношении его оправдательный приговор или вынесенное постановление (определение) о прекращении уголовного дела (уголовного преследования) по основаниям, указанным в части 2 статьи 133 УПК РФ, либо об отмене незаконного или необоснованного постановления о применении принудительных мер медицинского характера. Право на реабилитацию признается за лицом дознавателем, следователем, прокурором, судом, признавшими незаконным или необоснованным его уголовное преследование (принявшими решение о его оправдании либо прекращении в отношении его уголовного дела полностью или частично) по основаниям, перечисленным в части 2 статьи 133 УПК РФ, о чем в соответствии с требованиями статьи 134 УПК РФ они должны указать в резолютивной части приговора, определения, постановления.

В соответствии с абзацем 3 ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

Вышеназванная норма закона предусматривает возмещение морального вреда в случаях, прямо предусмотренных данной нормой закона, если такой вред причинен гражданину незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определениях от 16 февраля 2006 года № 19-О, 18 июля 2006 года № 279-О и от 19 февраля 2009 года № 109-О-О, ни в ст. 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, ни в других статьях Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации не содержится положений, исключающих возможность возмещения вреда лицу, которое было оправдано по приговору суда или в отношении которого было вынесено постановление (определение) о прекращении уголовного преследования, на том лишь основании, что одновременно это лицо было признано виновным в совершении другого преступления. По смыслу закона, в таких ситуациях суд, исходя из обстоятельств конкретного уголовного дела и руководствуясь принципами справедливости и приоритета прав и свобод человека и гражданина, может принять решение о возмещении вреда, причиненного в результате уголовного преследования по обвинению, не нашедшему подтверждения в ходе судебного разбирательства.

Кроме того, согласно п. 1 ст. 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

По правилам ст.ст. 1070, 1071 Гражданского кодекса РФ, а также ст.ст. 165, 242.2 Бюджетного кодекса РФ, обязанность по исполнению судебных актов о взыскании денежных средств за счет казны Российской Федерации возложена на Министерство финансов Российской Федерации.

В пункте 2 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» указано, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная <данные изъяты> и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной <данные изъяты>, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Как разъяснено в п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2011 года № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости. Мотивы принятого решения о компенсации морального вреда должны быть указаны в решении суда.

При этом обязанность по соблюдению предусмотренных законом требований разумности и справедливости должна обеспечить баланс частных и публичных интересов с тем, чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала бы права других категорий граждан, учитывая, что казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, для оказания социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан.

По данному делу при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает как требования разумности и справедливости, так и обстоятельства осуществления уголовного преследования истца, его длительность, категорию преступлений, по которым предъявлено обвинение, то есть в полной мере принимает во внимание положения, предусмотренные статьей 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, позволяющие, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего.

Доводы Министерства финансов Российской Федерации о недоказанности факта причинения истцу морального вреда суд не принимает во внимание, поскольку они основаны на неверном толковании норм материального права, в силу которых факт причинения такого вреда незаконным уголовным преследованием предполагается и не требует специального доказывания.

Учитывая длительность содержания истца под стражей, которая составила 468 дней, что лишило истца полноценного общения с семьей, в том числе невозможность принятия участия в похоронах матери, невозможность осуществления трудовой деятельности в указанный период, утрата общественных и социальных связей, нахождение в состоянии стресса в указанный период, принимая во внимание практику Европейского Суда по правам человека, суд определяет размер компенсации морального вреда в 950000 рублей. Указанный размер не является чрезмерным и в полном объеме компенсирует страдания истца, обусловленные незаконным уголовным преследованием.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд,

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО1 к Российской Федерации в лице Министерства Финансов Российской Федерации, третье лицо прокурор Ханты-Мансийского автономного округа-Югры, о компенсации морального вреда за незаконное уголовное преследование удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства Финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 (паспорт серия №) компенсацию морального вреда в размере 950 000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме через Нижневартовский городской суд.

Судья А.В. Артеменко