УИД № 65RS0001-01-2024-010503-20

Дело № 2-423/2025 (2-7141/2024;)

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

01 июля 2025 года город Южно-Сахалинск

Южно-Сахалинский городской суд Сахалинской области в составе:

председательствующего судьи Волковой А.А.,

при секретаре Кыдыевой Н.В.,

с участием: истца ФИО1, ответчика ФИО2, представителя ответчика ФИО3, действующей по устному ходатайству,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о взыскании ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о взыскании материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, судебных расходов В обоснование требований указал, что 24.05.2024 в <адрес> объездная произошло ДТП с участием автомобилей Тойота <данные изъяты> 2, государственный регистрационный знак (далее - г.р.з.) №, под управлением ФИО2, и принадлежащего истцу <данные изъяты>. Истец двигался по <адрес> Примерно через 300 м. от <адрес> в жилой район «<данные изъяты>». Согласно разметке, имеющей сплошную линию, и дорожного знака, поворот налево запрещен. Примерно через 300 м. от поворота на <адрес> разметка имеет прерывистую линию, позволяющую произвести разворот на противоположную сторону движения автомобилей. Двигаясь первым и убедившись в безопасности маневра, истец, заблаговременно включив левый сигнал поворота и снизив скорость, начал разворот. Ответчик, обгоняя три попутно двигавшихся автомобиля, двигаясь на высокой скорости, выехал на полосу встречного движения, совершив столкновение с автомобилем истца. Удар пришелся на правую переднюю пассажирскую дверь, в результате чего произошла деформация корпуса транспортного средства. От удара автомобиль отбросило назад и развернуло несколько раз, затем транспортное средство опрокинулось на правый бок в канаву. Автомобиль ответчика от удара откинуло назад, и он врезался в столб линии электропередач. Тормозной путь ответчика составил 18 метров. Истец полагает, что им были предприняты все меры для безопасного совершения маневра по развороту налево. В ходе рассмотрения административного материала по факту ДТП была проведена экспертиза, которой было установлено, что водитель автомобиля <данные изъяты>, двигался со значительной скоростью (в начале тормозного пути не менее 75 км/ч, в момент столкновения не менее 56 км/ч), т.е. с превышающей допустимое значение. Кроме того, водитель приступил к обгону нескольких транспортных средств (трех) в условиях ограниченной видимости, не имел возможности заблаговременно увидеть включенный истцом сигнал поворота, маневр истца по повороту налево, контролировать дорожную ситуацию и убедиться в том, что сможет по завершении маневра обгона, не создавая помех для движения и помех обгоняемым транспортным средствам, вернуться в ранее занимаемую полосу. В месте ДТП камер видеонаблюдения не имеется, видеорегистратора на ТС истца не было. Учитывая отсутствие преимущества в возможности обгона у ответчика, нарушением им скоростного режима, не позволившее остановить ТС до столкновения, а также то, что он не убедился в том, что полоса движения, на которую собирался выехать, свободна на достаточном для совершения маневра обгона расстоянии, истец полагает, что именно действия ответчика находятся в прямой причинно-следственной связи с причинением истцу ущерба. После ДТП ответчик признался истцу, что отвлекся на выпавший из рук телефон, когда начал обгон. При даче объяснений по факту ДТП ответчик о данном факте умолчал. Риск гражданской ответственности ответчика не был застрахован, при этом ответственность истца была застрахована в установленном законом порядке. Для определения размера ущерба истец обратился в экспертное учреждение, однако до настоящего времени заключение им не получено. Размер ущерба при подаче иска истцом оценен в сумме 100 000 руб. После получения заключения эксперта исковые требования будут увеличены в соответствии с размером ущерба, определенным экспертным заключением.

Просил суд взыскать с ответчика материальный ущерб, причиненный в результате ДТП, в сумме 100 000 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 3 200 руб.

В ходе подготовки дела к судебному разбирательству истцом заявленные требования были увеличены, просит взыскать с ответчика материальный ущерб, причиненный в результате ДТП, в размере 1 377 000 руб., расходы на оплату услуг по оценке в сумме 15 000 руб., почтовые расходы в сумме 242 руб. 84 коп. Протокольным определением суда от 23.09.2024 увеличенные исковые требования были приняты к производству суда.

Определением суда от 23.09.2024 по ходатайству истца были приняты обеспечительные меры в виде наложения ареста на имущество, денежные средства, находящиеся в банке или иной кредитной организации, принадлежащие ответчику ФИО2 в пределах суммы исковых требований в размере 1 377 000 руб.

В соответствии с письменными возражениями ответчик ФИО2 с заявленными требованиями не согласился, указав об отсутствии своей вины в рассматриваемом ДТП, что подтверждается определением о прекращении дела об административном правонарушении. Указал, что виновность истца в ДТП также не была установлена, поскольку в отношении истца также вынесено определение о прекращении дела об административном правонарушении. Полагает, что истцом было допущено нарушение пп. 8.2 и 8.4 ПДД РФ. Указал, что стоимость автомобилей, аналогичным ТС истца, составляет от 550 000 до 1 150 000 руб. истцом стоимость указана значительно выше. Если стоимость ремонта ТС истца превышает 75% от рыночной стоимости автомобиля, то оценка должна производиться за вычетом амортизационного износа транспортного средства, стоимости годных остатков ТС. Требование в исковом заявлении суммы, значительно превышающей рыночную стоимость автомобиля, является злоупотреблением истцом правом. Действиями истца также нарушено право ответчика на получение страхового возмещения, поскольку истец не представил ответчику сведений о страховом полисе и страховщике. Просил отказать в удовлетворении требований в полном объеме.

В судебном заседании истец ФИО1 заявленные требования поддержал по основаниям, приведенным в иске и уточнениях к нему. Пояснил, что двигался на юг по <адрес> намеревался совершить разворот. Посмотрел назад в боковое зеркало, сзади двигалась машина на достаточном расстоянии. Впереди также было свободно на достаточном расстоянии. Включил левый сигнал поворота, снизил скорость до 45 км/ч, начал маневр разворота. При завершении маневра произошло столкновение. Автомобиль из-за вывернутых колес сделал два поворота вокруг своей оси, после истец съехал в кювет. Машины в потоке остановились. После столкновения истец вышел из машины через пассажирское окно, поскольку автомобиль лежал на боку, и водительская дверь была в канаве. Подошли очевидцы, помогли взломать пассажирскую дверь, которая была заклинена. Подъехали скорая помощь и пожарный расчет. Открыли капот автомобиля, отключили аккумулятор. Регистратора в машине истца не было. Ответчик на месте ДТП сказал, что не увидел машину истца, т.к. у него упал телефон, и он его доставал. По ходатайству истца сотрудниками ГИБДД были запрошены видеозаписи с камер по ходу движения автомобилей до ДТП, поскольку в месте ДТП камер не имеется. На месте ДТП на руки сотрудниками ГИБДД были выданы только протоколы, поскольку сотрудником ГИБДД была назначена экспертизы. Экспертизы поступила по истечении более двух месяцев, производство по делу об административном правонарушении было прекращено. Дополнил, что ТС было продано 02.01.2025 в аварийном состоянии за 260 000 руб. По показаниям свидетеля ФИО пояснил, что свидетель не мог бы видеть сигнал левого поворота автомобиля истца из-за конструктивных особенностей автомобиля. С учетом длины тормозного пути у <данные изъяты> в размере 108 м он начал маневр обгона с пересечения сплошной линии с перекрестка <адрес>.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании с заявленными требованиями не согласился, письменные возражения поддержал. Пояснил, что выезжал с Федоровки на кольцевое движение по направлению в <данные изъяты>. В жилом районе по <адрес> увидел, что два автомобиля, двигавшиеся впереди в попутном направлении, движутся излишне медленно. Было светлое время суток, около 17 часов. Намеревался совершить маневр обгона. Скорость движения составляла около 70 км/ч. Ограничение на данном участке – 60 км/ч. в соответствии с установленными знаками. Включил сигнал левого поворота, убедился, что никто другой не обгоняет, и пошел на обгон. Дистанция при начале маневра обгона до впереди движущегося автомобиля была небольшая. Сначала выехал на встречную полосу, потом начал набирать скорость, при этом, видимость впереди идущих автомобилей улучшилась. Перед ТС истца было еще одно транспортное средство. Ответчик обогнал первую машину без возвращения в свою полосу приступил к обгону второго автомобиля, когда неожиданно истец начал разворот. Включенного поворотника в этот момент у истца не было. Ответчик начал притормаживать и выворачивать руль влево, чтобы уйти от столкновения. Предотвратить ДТП не получилось. При столкновении автомобиль ответчика ударил автомобиль истца между передней пассажирской дверью и передним крылом. Ответчик полагал, что сможет вырулить, но потом увидел столб. В момент ДТП телефоном не пользовался. Дополнительно пояснил, что его водительский стаж не превышает 1 года.

Представитель ответчика ФИО3 в судебном заседании позицию своего доверителя поддержала. Пояснила, что в соответствии с экспертизой, проведенной в рамках рассмотрения дела об административном правонарушении, скорость ТС ответчика в момент ДТП составляла 56 км/ч, до ДТП – 75 км/ч, т.е. не превышала установленных ограничений. В момент совершения маневра обгона ответчик не разговаривал по телефону. Обгон на данном участке дороги является допустимым. Поскольку ТС истцом продано, полагает, что размер расходов должен быть исчислен исходя из разницы между рыночной стоимостью ТС в до аварийном состоянии и стоимостью его продажи. Полагала о наличии обоюдной вины сторон в рассматриваемом ДТП, поскольку истец не мог не видеть ответчика при начале маневра разворота. Полагает, что истцом не представлено доказательств отсутствия своей вины в рассматриваемом ДТП.

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО, являющаяся супругой истца, по существу заданных вопросов пояснила, что в тот день они с супругом ехали домой в жилой район «<данные изъяты>». Было вечернее время, около 19 часов. Двигались в южном направлении через <адрес> по своей полосе, где сплошная линия разметки разделяет потоки попутного и встречного направлений. Поскольку левый поворот на <адрес> согласно разметки запрещен, двигались дальше по <адрес>, где, примерно через 400 м дорожная разметка имеет прерывистую линию и имеет широкая отсыпанная обочина, позволяющая совершить разворот. Примерно за 50 м до прерывистой линии разметки супруг включил левый сигнал поворота, после приступил к снижению скорости. Поскольку свидетель сама является водителем, она посмотрела в боковое левое зеркало, отклонившись назад, увидела, что ТС, следующее за ними, находится на значительном расстоянии (около 40-60 м). Дорожная обстановка позволяла совершить маневр разворота. Когда супруг проехал почти всю встречную полосу в пассажирскую дверь свидетеля пришелся мощный удар, примерно между пассажирской дверью и передним крылом. Передняя приборная панель буквально выпала свидетелю на ноги, зажав их. Очевидцы вместе с супругом выломали переднюю дверь и подняли панель, чтобы освободить свидетелю ноги. На момент начала маневра разворота машин на обгоне не было. Поврежденное транспортное средство было продано 2 или 3 января за 260 000 руб.

Допрошенный в ходе судебного разбирательства в качестве свидетеля ФИО пояснил, что знаком с ответчиком около 1,5 лет, поскольку они учатся в одном институте. В конце мая 2024 года произошло ДТП с участием ответчика, которое видел свидетель. Свидетель указал, что ехал по <адрес> на юг, видел непосредственно момент ДТП. Свидетель сам хотел совершить обгон, поскольку впереди движущиеся 2-3 автомобиля ехали медленно, однако не стал этого делать, поскольку видел, что ТС <данные изъяты>, двигавшийся сзади, первым пошел на обгон. До впереди движущегося автомобиля от ТС свидетеля было около 1,5-3 м дистанции, скорость движения составляла 40-50 км/ч. Впереди двигавшиеся автомобили в потоке свидетелю видно не было из-за плотного потока, однако, момент удара было видно хорошо. <данные изъяты> был на обгоне, когда <данные изъяты> разворачивался. Удар произошел в переднюю левую часть автомобиля. <данные изъяты> отбросило в столб, <данные изъяты> съехал в кювет. В месте ДТП была прерывистая разметка, обгон был разрешен. Включенный сигнал поворота у <данные изъяты> свидетель не видел, у <данные изъяты> подворотник был включен. Перед моментом удара свидетель не видел включенных сигналов задних фонарей <данные изъяты>.

Выслушав пояснения лиц, участвующих в деле, показания свидетелей, исследовав письменные доказательства, суд приходит к следующему.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 24.05.2024 в 19 час. 15 мин. в <адрес> водитель ФИО2, управляя автомобилем <данные изъяты>, двигаясь по <адрес> с севера на юг, при выполнении маневра обгона, превысил разрешенную скорость и совершил столкновение с двигавшимся в попутном направлении, совершающим маневр разворота автомобилей <данные изъяты>, под управлением ФИО1 В результате ДТП автомобили получили механическое повреждения.

В рамках рассмотрения дела об административном правонарушении сотрудниками ГИБДД было вынесено определение от ДД.ММ.ГГГГ о назначении автотехнической экспертизы, производство которой было поручено ФБУ Сахалинская ЛСЭ Минюста РФ.

Согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ скорость движения автомобиля <данные изъяты>, в момент начала торможения составила 75 км/ч исходя из длины следа торможения в размере 18 м; скорость движения автомобиля <данные изъяты>, в момент столкновения составила 56 км/ч. Водитель автомобиля <данные изъяты>, должен действовать, руководствуясь требованиями п. 11.1, 10.1 ПДД РФ; Водитель автомобиля <данные изъяты>, должен действовать, руководствуясь требованиями п. 8.1 ПДД РФ.

Представленным истцом ПТС подтверждается, что собственником автомобиля <данные изъяты>, на момент ДТП являлся ФИО1

Карточкой учета транспортного средства <данные изъяты>, подтверждается, что собственником автомобиля <данные изъяты>, на момент ДТП являлся ФИО2

Сведения о наличии у участников ДТП полисов ОСАГО, действующих на момент ДТП, в материалах дела не имеется и суду не представлено.

Постановлениями ОДПС ОГИБДД УМВД России по г. Южно-Сахалинску от 24.07.2024 производства по делам об административном правонарушении в отношении ФИО1, в отношении ФИО2 прекращены в связи с истечением сроков привлечения к административной ответственности.

Объяснений участников ДТП, данные при оформлении ДТП, повторяют позицию сторон, изложенную в ходе судебного разбирательства.

19.08.2024 ФИО1 обратился к ИП ФИО для определения стоимости права требования возмещения материального ущерба от повреждения имущества, заключив соответствующий договор №. Стоимость услуг по независимой оценке составила 15 000 руб. и была оплачена истцом в полном объеме, что подтверждается квитанцией к ПКО № от ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно экспертному заключению ИП ФИО № от ДД.ММ.ГГГГ стоимость восстановительного ремонта ТС <данные изъяты>, без учета износа составила 1 377 000 руб., с учетом износа – 982 300 руб.

В ходе подготовки дела к судебному разбирательству от ответчика ФИО2 поступило ходатайство о назначении по делу судебной оценочной экспертизы, производство которой просил поручить ФБУ Сахалинска ЛСЭ Минюста России с постановкой перед экспертом вопросов о стоимости восстановительного ремонта ТС истца, рыночной стоимости автомобиля истца и определении стоимости годных остатков автомобиля истца в случае, если его восстановление нецелесообразно.

Определением суда от 06.12.2024 по делу была назначена судебная автотехническая экспертиза, производство которой поручено Федеральному бюджетному учреждению «Сахалинская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации».

Определением суда от 31.01.2025 производство по делу было возобновлено для разрешения ходатайства эксперта о предоставлении дополнительных материалов и о продлении срока производства экспертизы.

Определением суда от 14.02.2025 по делу была назначена судебная автотехническая экспертиза, производство которой поручено АО «ГАКС».

В соответствии с заключением АО «ГАКС» № от ДД.ММ.ГГГГ стоимость восстановительного ремонта ТС <данные изъяты>, на дату ДТП составила 1 181 800 руб., на проведения экспертизы – 1 218 100 руб. Рыночная стоимость ТС <данные изъяты> на дату ДТП ДД.ММ.ГГГГ составила 1 160 000 руб., на дату проведения экспертизы – 1 190 000 руб. Экспертом сделан вывод об экономической нецелесообразности восстановления ТС <данные изъяты>. С учетом экономической нецелесообразности проведения восстановительного ремонта размер утраты товарной стоимости ТС <данные изъяты> экспертом не определялся. Стоимость годных остатков ТС <данные изъяты> на дату ДТП составила 252 000 руб., на дату проведения оценки – 259 000 руб.

Согласно ч. 1 ст. 4 Федерального закона № 40-ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее – Закона об ОСАГО) владельцы транспортных средств обязаны на условиях и в порядке, которые установлены настоящим Федеральным законом и в соответствии с ним, страховать риск своей гражданской ответственности, которая может наступить вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц при использовании транспортных средств.

Согласно ч. 6 ст. 4 Закона об ОСАГО владельцы транспортных средств, риск ответственности которых не застрахован в форме обязательного и (или) добровольного страхования, возмещают вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу потерпевших, в соответствии с гражданским законодательством.

По общему правилу, установленному пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Пунктом 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 данного кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника, повышенной опасности и т.п.) (абзац второй пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, деятельность, связанная с использованием источника повышенной опасности, создающая риск повышенной опасности для окружающих, обусловливает и повышенную ответственность владельцев источников повышенной опасности (независимо от наличия их вины) в наступлении неблагоприятных последствий для третьих лиц.

Следовательно, отсутствие в административных правоотношениях, где действует презумпция невиновности, постановления об административном правонарушении о привлечении водителя автомобиля к административной ответственности, не свидетельствует об отсутствии вины причинителя вреда в рамках гражданского производства, где действует презумпция вины лица, причинившего вред.

Обратное должно быть доказано лицом, причинившим вред.

Гражданско-правовая вина водителя автомобиля предполагается законом вследствие самого факта причинения вреда.

Отказ от административного преследования не является преградой для установления в других процедурах виновности лица в качестве основания для его привлечения к гражданской ответственности.

Отсутствие достаточных оснований для привлечения к административной ответственности не означает невозможность принятия мер гражданско-правовой ответственности, поскольку Гражданским кодексом Российской Федерации обязанность по доказыванию отсутствия вины (статья 1064 Гражданский кодекс Российской Федерации), либо наличия иных обстоятельств, освобождающих от ответственности (статья 1079 Гражданский кодекс Российской Федерации), возложена на причинителя вреда.

Наличие или отсутствие противоправности в действиях лица и его вины в причинении вреда подлежит установлению на основании совокупности имеющихся в деле доказательств.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

Из материалов дела следует и не оспаривалось сторонами в судебном заседании, что 24.05.2024 в 19 час. 15 мин. в <адрес> водитель ФИО2, управляя автомобилем <данные изъяты>, двигаясь по <адрес> при выполнении маневра обгона, превысил разрешенную скорость и совершил столкновение с двигавшимся в попутном направлении, совершающим маневр разворота автомобилей <данные изъяты>, под управлением ФИО1 В результате ДТП автомобили получили механические повреждения.

Согласно пункту 1.3 Правил дорожного движения, утвержденных постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 года N 1090 (далее - Правила дорожного движения, Правила), участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки, а также выполнять распоряжения регулировщиков, действующих в пределах предоставленных им прав и регулирующих дорожное движение установленными сигналами.

В силу пункта 1.5 Правил участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

Пунктом 8.1 Правил дорожного движения установлено, что перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.

Подача сигнала не дает водителю преимущества и не освобождает его от принятия мер предосторожности (пункт 8.2 Правил).

Пунктом 11.3 названных Правил определено, что водителю обгоняемого транспортного средства запрещается препятствовать обгону посредством повышения скорости движения или иными действиями.

Как следует из Правил дорожного движения Российской Федерации, под опасностью для движения понимается ситуация, возникшая в процессе дорожного движения, при которой продолжение движения в том же направлении и с той же скоростью создает угрозу возникновения дорожно-транспортного происшествия.

В силу пункта 11.1 Правил дорожного движения, прежде чем начать обгон, водитель обязан убедиться в том, что полоса движения, на которую он собирается выехать, свободна на достаточном для обгона расстоянии и в процессе обгона он не создаст опасности для движения и помех другим участникам дорожного движения.

В соответствии с абз. 3 п. 11.2 Правил дорожного движения водителю запрещается выполнять обгон в случаях, если: транспортное средство, движущееся впереди по той же полосе, подало сигнал поворота налево.

Согласно ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

В соответствии с ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

В силу ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Оценивая степень вины каждого из участников ДТП суд приходит к выводу о том, что именно действия водителя ФИО2 состоят в причинно-следственной связи с произошедшим ДТП по следующим основаниям.

Как пояснил ответчик ФИО2 в ходе судебного разбирательства, он включил сигнал левого поворота, убедился, что никто другой не обгоняет, и пошел на обгон; дистанция при начале маневра обгона до впереди движущегося автомобиля была небольшая.

ФИО2 не отрицал в судебном заседании, что убедился только в отсутствии встречного транспорта. Сигналов поворота автомобиля <данные изъяты> ответчик не мог видеть из-за плотного потока движущихся в попутном направлении автомобилей, что косвенно подтверждается представленными стороной истца видеозаписями последовательного движения автомобилей, установленного по камерам, расположенными вдоль <адрес> до места ДТП.

О подаче истцом ФИО1 сигнала поворота налево при намерении совершить маневр разворота свидетельствуют его объяснения, данные как в ходе административного расследования, так и в ходе рассмотрения дела, а также пояснения свидетеля ФИО, не доверять которым у суда оснований не имеется.

К показаниям свидетеля ФИО по данному факту суд относится критически, поскольку между автомобилем свидетеля ФИО и автомобилем истца находился еще один автомобиль класса кроссовер, что при движении автомобилей в плотном потоке, а также марки автомобиля свидетеля Витц, исключает возможность для свидетеля увидеть наличие либо отсутствие включенного сигнала левого поворота автомобиля истца.

О выполнении истцом обязанностей, установленных ПДД РФ, свидетельствует и тот факт, что водитель двигавшейся непосредственно за ним машины, в имевшейся дорожно-транспортной обстановке сумел предпринять необходимые меры, снизил скорость и его автомобиль в рассматриваемом ДТП не пострадал.

Кроме того, как было установлено заключением эксперта ФБУ Сахалинская ЛСЭ Минюста РФ № от ДД.ММ.ГГГГ скорость движения автомобиля <данные изъяты>, в момент начала торможения составила 75 км/ч исходя из длины следа торможения в размере 18 м; скорость движения автомобиля <данные изъяты>, в момент столкновения составила 56 км/ч., что свидетельствует о нарушении ответчиком установленного ограничения скоростного режима 60 км/ч на данном участке дороги.

Согласно п. 10.1 Правил дорожного движения водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

При таких обстоятельствах, с учетом приведенных положений ПДД РФ, именно ФИО2 неправильно оценил дорожную обстановку и не убедился в безопасности своего маневра.

Доводы стороны истца о нарушении ответчиком правил в части совершения маневра обгона при дорожной разметке, запрещающей выезд на полосу встречного движения, судом отклоняются как необоснованные, поскольку как следует из фотоматериала с места ДТП, а также проекта организации дорожного движения на данном участке разметка позволяла выполнить маневр обгона.

Доводы стороны ответчика о наличии вины истца в рассматриваемом дорожно-транспортном происшествии, с учетом изложенных обстоятельств, судом отклоняются как несостоятельные.

Определяя размер подлежащего взысканию ущерба, суд полагает необходимым руководствоваться положениями главы 59 и ст. 15 ГК РФ, то есть возмещению подлежат расходы, которые потерпевший произвел или должен будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые он получил бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в п. 13. Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения. Размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.

В качестве допустимого и достоверного доказательства размера причиненного истцу материального ущерба суд принимает экспертное заключение АО «ГАКС» № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому стоимость восстановительного ремонта ТС истца на момент проведения экспертизы составляет 1 190 000 руб., стоимость годных остатков ТС на момент проведения экспертизы составляет 259 000 руб.

Указанное заключение суд находит достоверным, отвечающим установленным требованиям, поскольку оно составлено с учетом всех дефектов, полученных транспортным средством в результате ДТП, соответственно акту осмотра, содержит подробное описание произведенных исследований, сделанные в их результате выводы и обоснованные ответы на поставленные вопросы. В обоснование сделанных выводов эксперт приводит соответствующие данные из представленных в его распоряжение материалов, указывает на применение методов исследований, основывается на исходных объективных данных.

Эксперт является компетентным и соответствует требованиям сертификации по соответствующим специальностям, входящим в предмет исследования, включая исследование следов на транспортных средствах. Основания для сомнения в правильности выводов эксперта и в его беспристрастности и объективности отсутствуют.

Определение размера причиненного истцу ущерба в виде разницы в стоимости восстановительного ремонта ТС на дату ДТП и стоимости годных остатков ДТП суд признает несостоятельным, поскольку определение указанной стоимости на дату ДТП прав истца на возмещение реального ущерба не восстановит, поскольку не позволит приобрести иное транспортное средство, аналогичное поврежденному в ДТП (с учетом экономической нецелесообразности его восстановления), по ценам, имеющимся в настоящий момент. У ответчика имелась возможность в добровольном порядке возместить ущерб истцу непосредственно после ДТП по тем ценам, которые имелись на тот момент, чего сделано не было.

При этом, суд учитывает, что истцом поврежденное транспортное средство было продано в аварийном состоянии в качестве годных остатков 02.01.2025 по стоимости в размере 260 000 руб., что подтверждается представленным договором купли-продажи от 02.01.2025.

Вместе с тем, с учетом того, что стоимость годных остатков, определенная заключением судебной экспертизы, и стоимость годных остатков, за которую поврежденное транспортное средство было фактически истцом реализовано, находятся в пределах 5%-тной статистической погрешности, с учетом даты продажи и даты проведения судебной экспертизы, которой, в том числе была определена рыночная стоимость ТС на дату проведения экспертизы, суд полагает возможным принять в качестве стоимости годных остатков ТС истца стоимость годных остатков, определенную заключением судебной экспертизы.

По мнению суда, разница между стоимостью годных остатков и рыночной стоимостью ТС, определенными на дату проведения судебной экспертизы, приведут к полному восстановлению прав истца в рассматриваемом споре.

Доказательств иной стоимости восстановительного ремонта транспортного средства истца материалы дела не содержат и ответчиком не приведено. Своим правом на предоставление иных доказательств, свидетельствующих, что восстановление транспортного средства истца возможно иным, менее затратным способом, ответчиком не представлено.

При таких обстоятельствах, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию материальный ущерб, причиненный в результате ДТП, в размере 931 000 руб.

Оснований для взыскания с ответчика в пользу истца материального ущерба в заявленном истцом размере в сумме 1 377 000 руб. суд не усматривает.

В силу ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 96 Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в данной статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Истцом при подаче в суд настоящего искового заявления понесены расходы на оплату государственной пошлины в размере 3 200 руб., что подтверждается чеком-ордером от 26.08.2024, почтовые расходы на отправку телеграммы в размере 242 руб. 84 коп., что подтверждается почтовой квитанцией от 26.07.2024, а также расходы на проведение независимой экспертизы в сумме 15 000 руб.

С учетом частичного удовлетворения требований истца (67,61% от заявленных) судебные расходы подлежат возмещению истцу за счет ответчика пропорционально удовлетворенный части исковых требований в размере 12 469 руб. 20 коп.

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ государственная пошлина, уплата которой при подаче истцом заявления об увеличении исковых требований в соответствии с пп. 10 п. 1 ст. 333.20 и пп. 2 п. 1 ст. 333.18 Налогового кодекса Российской Федерации должна быть произведена в течение 10 дней со дня вступления решения суда в законную силу, с учетом частичного удовлетворения заявленных истцом требований и отнесения судебных расходов на ответчика пропорционально сумме удовлетворенных требований, подлежит взысканию с ответчика ФИО2 в доход Городского округа «Город Южно-Сахалинск» в размере 9 310 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194 - 199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 к ФИО2 о взыскании ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, судебных расходов, - удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 (паспорт <данные изъяты>) в пользу ФИО1 (паспорт <данные изъяты>) материальный ущерб в размере 931 000 руб., судебные расходы в размере 12 469 руб. 20 коп.

В удовлетворении требований в большем размере – отказать.

Взыскать с ФИО2 (паспорт <данные изъяты>) в доход муниципального образования городской округ «Город Южно-Сахалинск» государственную пошлину в размере 9 310 руб.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Сахалинский областной суд через Южно-Сахалинский городской суд Сахалинской области в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Решение в окончательной форме принято ДД.ММ.ГГГГ.

Председательствующий судья А.А. Волкова