УИД 16RS0031-01-2023-000274-62

Дело № 2-492/2023 ~ М-233/2023

Судья Гайфуллин Р.Р. 33-14316/2023

Учет № 204г

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

28 сентября 2023 года город Казань

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан в составе председательствующего Насретдиновой Д.М.,

судей Гиниатуллиной Ф.И., Прытковой Е.В.,

с участием прокурора Янусика А.С.,

при ведении протокола помощником судьи Суфиевой А.Р.,

рассмотрела в открытом судебном заседании по докладу судьи Гиниатуллиной Ф.И. гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО2 на решение Тукаевского районного суда Республики Татарстан от 8 июня 2023 года, которым постановлено: иск ФИО3 к ФИО2 о компенсации морального вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия – удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО3 350 000 рублей в счет компенсации морального вреда.

Во взыскании компенсации морального вреда в большем размере – отказать.

Взыскать с ФИО2 государственную пошлину в размере 300 рублей в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав объяснения представителя ФИО2 – ФИО4, поддержавшей доводы жалобы, заключение прокурора, полагавшего решение суда законным и обоснованным, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО3 обратилась в суд с иском к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия. В обоснование требований указала, что <дата> на автодороге <адрес> произошло дорожно-транспортное происшествие, в котором столкнулись мопед «<данные изъяты>» под управлением ФИО5 и автомобиль <данные изъяты>, государственный регистрационный знак «....», под управлением ФИО2 В результате происшествия на месте скончался сын ФИО1, который находился в качестве пассажира мопеда. Постановлением Следственного управления Следственного комитета от <дата> возбуждено уголовное дело по части 3 статьи 264 Уголовного кодекса Российской Федерации, которое прекращено на основании постановления от <дата> в связи с отсутствием в действиях ФИО5 состава преступления. В связи со смертью сына истец испытал физические и нравственные страдания, в связи с чем просит взыскать компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей.

В суде первой инстанции ФИО3 и ее представитель ФИО6 поддержали заявленные требования по указанным в иске основаниям.

ФИО2 и его представитель ФИО4 иск признали частично, в размере 50 000 рублей, просили учесть обстоятельства дела, в соответствии с которыми отсутствует вина ответчика в дорожно-транспортном происшествии.

Третье лицо ФИО7 собственник автомобиля <данные изъяты>, государственный регистрационный знак «....» пояснил, что передал автомобиль в управление ФИО2 вместе с ключами и документами.

Третье лицо ФИО5 в суд первой инстанции не явился.

Судом принято решение в приведённой выше формулировке.

В апелляционной жалобе ФИО2 просит решение суда изменить в части взысканной суммы компенсации морального вреда, полагая, что сумма компенсации морального вреда судом завышена. Указывает, что в его действиях отсутствует состав преступления, виновником дорожно-транспортного происшествия признан ФИО5, в отношении которого в возбуждении уголовного дела было отказано в силу его несовершеннолетнего возраста. Также указывает, что воспитывается в многодетной семье, обучается в университете в <адрес> по специальности, обучение по которой требует обучения по очной форме, в связи с чем не имеет возможности трудоустроиться и материально полностью зависит от родителей.

ФИО3, третьи лица ФИО7, ФИО5 в суд апелляционной инстанции не явились о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом.

Представитель ФИО3 - ФИО6 до судебного заседания направил возражения на апелляционную жалобу.

Судебная коллегия на основании статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Выслушав объяснения представителя ответчика, заключение прокурора, изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного решения по правилам пункта 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Согласно разъяснениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенными в пункте 1 постановления от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Согласно пункту 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Согласно пункту 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Согласно статье 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно разъяснениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенными в постановлении от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении (пункт 25).

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26).

Разрешая спор о компенсации морального вреда, суд в числе иных заслуживающих внимания обстоятельств может учесть тяжелое имущественное положение ответчика-гражданина, подтвержденное представленными в материалы дела доказательствами (например, отсутствие у ответчика заработка вследствие длительной нетрудоспособности или инвалидности, отсутствие у него возможности трудоустроиться, нахождение на его иждивении малолетних детей, детей-инвалидов, нетрудоспособных супруга (супруги) или родителя (родителей), уплата им алиментов на несовершеннолетних или нетрудоспособных совершеннолетних детей либо на иных лиц, которых он обязан по закону содержать).

Тяжелое имущественное положение ответчика не может служить основанием для отказа во взыскании компенсации морального вреда (пункт 29).

Лица, совместно причинившие моральный вред, исходя из положений статьи 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации, отвечают перед потерпевшим солидарно. Суд вправе возложить на таких лиц ответственность в долях только по заявлению потерпевшего и в его интересах (часть вторая статьи 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Судам следует также иметь в виду, что в силу пункта 3 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации владельцы источников повышенной опасности, взаимодействием которых причинен моральный вред третьим лицам (например, пассажирам транспортного средства, пешеходам, их родственникам или членам семьи вследствие травмы или гибели указанных лиц), солидарно возмещают моральный вред независимо от вины каждого из них по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 34).

Как следует из материалов дела и установлено судом, <дата> на автодороге <адрес> произошло дорожно-транспортное происшествие, в котором столкнулись мопед «<данные изъяты>» под управлением ФИО5 и автомобиль <данные изъяты>, государственный регистрационный знак «....», под управлением ФИО2

В результате происшествия на месте скончался пассажир мопеда ФИО1, являющийся сыном ФИО3

Постановлением следователя по особо важным делам <данные изъяты> от <дата> возбуждено уголовное дело по части 3 статьи 264 Уголовного кодекса Российской Федерации, которое прекращено на основании постановления от <дата> в связи с отсутствием состава преступления в отношении ФИО5, не достигшего возраста 16 лет.

В постановлении от <дата> указано, что дорожно-транспортное происшествие произошло по вине водителя мопеда ФИО5, который в грубое нарушение Правил дорожного движения Российской Федерации, не имея прав управления, не учел особенности управляемого им транспортного средства и дорожные условия в виде мокрого покрытия, резко ухудшающего сцепление колес, двигался со скоростью, которой не обеспечивала ему безопасность движения и возможность постоянного контроля за движением управляемого мопеда.

По мнению суда первой инстанции, в результате противоправных действий ответчика истцу причинены нравственные страдания и переживания.

Доводы ответчика об отсутствии оснований для компенсации морального вреда в связи с отсутствием вины в дорожно-транспортном происшествии, судом первой инстанции признаны необоснованными, поскольку согласно положениям статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Принимая во внимание, что гибель родственника и близкого человека сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие родственников и членов семьи, а также неимущественное право на родственные и семейные связи, а в данном случае для ФИО3, которая лишилась сына, являвшегося единственным и для нее родным и близким человеком, подобная утрата, безусловно, является тяжелым событием в жизни, неоспоримо причинившим нравственные страдания.

Утрата близкого человека (родственника) рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, влекущего состояние субъективного дистресса и эмоционального расстройства, препятствующего социальному функционированию и адаптации лица к новым жизненным обстоятельствам.

Исходя из вышеизложенного, поскольку близкие родственники во всех случаях испытывают нравственные страдания, вызванные смертью потерпевшего, факт причинения им морального вреда предполагается и установлению подлежит лишь размер его компенсации, суд первой инстанции пришел к выводу, что ФИО3 в связи с потерей сына в результате действий ответчика имеет право на компенсацию морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суд первой инстанции принял во внимание степень и характер нравственных страданий ФИО3, учитывает фактические обстоятельства, при которых был причинен моральный вред, индивидуальные особенности истца, которая испытывает по настоящее время повышенные страдания, а также степень вины ответчика, его возраст и материальное положение.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд первой инстанции, основываясь на принципах разумности и справедливости, с учетом тяжести причиненных в результате дорожно-транспортного происшествия повреждений, величины физических и нравственных страданий, величины переживаний истца, учитывая, что вред истцу причинен в связи с утратой близкого человека, гибель близкого родственника истца сама по себе является необратимым обстоятельством, которое влечет состояние субъективного эмоционального расстройства, поскольку рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, нарушает неимущественное право на семейные связи, вину водителя мопеда ФИО5 в дорожно-транспортном происшествии, материальное состояние, состав семьи ответчика, пришел к выводу, что с ФИО2, управлявшего транспортным средством в момент происшествия, подлежит взысканию компенсация морального вреда, причиненного смертью близкого родственника, в пользу ФИО3 в размере 350 000 рублей.

Выводы суда первой инстанции о необходимости компенсации морального вреда является обоснованными, поскольку факт причинения вреда владельцем источника повышенной опасности установлен.

Вместе с тем, определяя размер компенсации морального вреда, суд первой инстанции не в полной мере учел обстоятельства дорожно-транспортного происшествия, а также предусмотренные статьей 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации требования разумности и справедливости, позволяющие, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой – не допустить неосновательного обогащения потерпевших.

Из постановления следователя по особо важным делам <данные изъяты> от <дата>, следует, что <дата> около 21 часа 20 минут на 9 км (8 км+300м) автодороги <адрес> произошло столкновение мопеда марки «<данные изъяты>» под управлением несовершеннолетнего ФИО5, <дата> года рождения, с автомобилем марки «<данные изъяты>», с государственным регистрационным знаком ...., под управлением ФИО2, <дата> года рождения. В результате данного дорожно-транспортного происшествия пассажир мопеда – несовершеннолетний ФИО1, <дата> года рождения, скончался от полученных телесных повреждений, а несовершеннолетний ФИО5 получил телесные повреждения, причинившие тяжкий вред его здоровью.

Согласно заключению эксперта .... судебной автотехнической экспертизы данной дорожно-транспортной ситуации установлено, что определить скорость движения транспортных средств не представляется возможным, по причинам, указанным в исследовательской части заключения; в момент столкновения транспортные средства располагались под незначительным углом (близким к параллельному курсу); место столкновения транспортных средств располагалось на правой стороне проезжей части (в районе образования следа – трения деталей автомобиля марки «<данные изъяты>» о покрытие при разрушении его ходовой части (при разрушении переднего левого колеса)), то есть в направлении движения автомобиля марки «<данные изъяты>». В данной дорожно-транспортной ситуации водителю автомобиля марки «<данные изъяты>» с регистрационным номером .... в своих действиях следовало руководствоваться требованиями пункта 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации. Однако в случае, когда встречное транспортное средство (мопед марки «<данные изъяты>») до момента столкновения не было заторможено, вопрос о наличие у водителя автомобиля «<данные изъяты>» технической возможности предотвратить происшествие не имеет смысла, так как снижение скорости и даже остановка транспортного средства не исключают возможности происшествия. Водителю мопеда марки «<данные изъяты>» в своих действиях следовало руководствоваться требованиями пунктов 1.4., 9.1 Правил дорожного движения Российской Федерации. В данной дорожной ситуации возможность предотвратить столкновение с автомобилем «<данные изъяты>» заключалась для водителя мопеда марки «<данные изъяты>» не в технической возможности, а в выполнении им выше указанных требований Правил дорожного движения Российской Федерации.

Анализ и оценка собранных по материалу уголовного дела доказательств позволяет прийти к выводу, что данное дорожно-транспортное происшествие произошло по вине водителя мопеда «<данные изъяты>» ФИО5, который в грубое нарушение требований пунктов 1.3, 1.4, 1.5, 2.1, 2.1.1, 9.1 и 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, будучи обязанным знать и соблюдать относящиеся к нему требования Правил дорожного движения Российской Федерации и действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда, легкомысленно отнесся к дорожной обстановке и обеспечению безопасности дорожного движения. Так, ФИО5, управляя вышеуказанным мопедом с одним пассажиром, не имея права управления транспортным средством соответствующей категории, не учел особенности управляемого им транспортного средства, дорожные условия в виде мокрого дорожного покрытия, резко ухудшающего сцепление колес транспортного средства с дорогой, двигался со скоростью около 20 км/час, которая не обеспечивала ему безопасность движения и возможность постоянного контроля за движением управляемого им транспортного средства для выполнения требований Правил дорожного движения Российской Федерации (л.д.11-20).

В этой связи, учитывая конкретные обстоятельства данного происшествия, характер и степень физических и нравственных страданий, причиненных истцу в связи со смертью сына от данного происшествия, степень нравственных страданий истца из-за внезапной, трагической смерти несовершеннолетнего сына, погибшего в возрасте .... лет, невосполнимую утрату родного человека, необратимое нарушение семейных связей, относящихся к категории неотчуждаемых и непередаваемых неимущественных благ, принадлежащих каждому человеку от рождения, а также тот факт, что гибель родственника и близкого человека сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие членов семьи, исходя из обстоятельств того, что размер компенсации морального вреда не поддается точному денежному подсчету и взыскивается с целью смягчения эмоционально-психологического состояния истца; а также учитывая поведение самого несовершеннолетнего сына истца ФИО1, который в ночное время суток без чьего-либо разрешения сел на пассажирское место мопеда под управлением несовершеннолетнего ФИО5, который управлял мопедом «<данные изъяты>», не имея права управления транспортным средством соответствующей категории, не учел особенности управляемого им транспортного средства, дорожные условия в виде мокрого дорожного покрытия, резко ухудшающего сцепление колес транспортного средства с дорогой, что привело к наступлению дорожно-транспортного происшествия; принимая во внимание действия ответчика, которому следовало руководствоваться требованиями пункта 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, при этом, вопрос о наличие у ответчика технической возможности предотвратить происшествие не имеет смысла, так как снижение скорости и даже остановка транспортного средства не исключало возможность происшествия; имущественное положение ответчика (отсутствие у него возможности трудоустроиться, поскольку он является студентом очной формы обучения); учитывая требования разумности и справедливости, судебная коллегия полагает необходимым снизить сумму компенсации морального вреда, подлежащий взысканию с ФИО2 в пользу ФИО3 до 150 000 рублей.

В силу пункта 24.3 ПДД РФ (в редакции Правил дорожного движения Российской Федерации, действующей на дату совершения дорожно-транспортного происшествия) водителям велосипеда и мопеда запрещается перевозить пассажиров.

Водителям мопедов запрещается, в том числе двигаться по дороге без застегнутого мотошлема (пункт 24.8 Правил).

В связи с чем, судебная коллегия считает, что в действиях погибшего также имелось грубое нарушение, поскольку, зная об отсутствии у водителя мопеда несовершеннолетнего ФИО5 прав на управление транспортным средством, в нарушение Правил дорожного движения Российской Федерации, ФИО1 находился на мопеде в качестве пассажира и без защитного шлема. Данные обстоятельства, по мнению судебной коллегии, в том числе, усугубили ситуацию и привели к тяжким последствиям.

По мнению судебной коллегии, компенсация морального вреда в размере 150 000 рублей в пользу истца является справедливой и в полной мере согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (статьей 21 и 53 Конституции Российской Федерации), а также с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего.

Оснований для взыскания компенсации морального вреда в большем размере судебная коллегия не усматривает, поскольку определенная к взысканию сумма соответствует установленным по делу обстоятельствам и способствует восстановлению баланса между последствиями нарушения прав истца и степенью ответственности, применяемой к ответчику.

При таких обстоятельствах, решение суда подлежит изменению в части размера компенсации морального вреда.

Руководствуясь статьями 328, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Тукаевского районного суда Республики Татарстан от 8 июня 2023 года по данному делу изменить в части взыскания компенсации морального вреда, принять в данной части новое решение.

Взыскать с ФИО2 (паспорт гражданина РФ ....) в пользу ФИО3 (паспорт гражданина РФ ....) компенсацию морального вреда в размере 150 000 рублей.

В остальной части решение суда оставить без изменения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в срок не превышающий трех месяцев в Шестой кассационный суд общей юрисдикции (город Самара) через суд первой инстанции.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 4 октября 2023 года.

Председательствующий

Судьи