Решение по делу № 2-1668/2024 от 31.01.2025

Дело № 2-77/2025 ( 2- 1668/2024) (59RS0025-01-2024-002285-78)

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Краснокамск 31января 2025 года

Краснокамский городской суд Пермского края в составе председательствующего судьи Азановой О.Н.,

при секретаре Зылевой Е.А.

с участием представителя истца ФИО1

ответчика ФИО2

представителя ответчика ФИО3

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4 к ФИО2, ФИО5 о компенсации морального вреда и запрете совершения действий, нарушающих права истца или создающих угрозу их нарушения,

установил :

ФИО4 (далее - истец) обратилась в суд с исковым заявлением к ФИО2 (далее - ответчик), ФИО5 (далее - ответчик) о к взыскании компенсации морального вреда за нарушение ч.3 ст.17 и ст.23 Конституции РФ, п.1 ст.152.1 ГК РФ, ст.152.2 и 304 ГК РФ в солидарном порядке с ФИО2 и ФИО5 в размере 20000 рублей, взыскании компенсации морального вреда за унижающие и провоцирующие конфликт фразы, высказанные ДД.ММ.ГГГГ, с ФИО2 в размере 10000 рублей, с ФИО5 10000 рублей, запрете ФИО2 и ФИО2 приближаться к забору дома истца ближе, чем на пять метров, фотографировать истца, членов ее семьи и ее имущества, обращаться к истцу первыми, обязании ФИО2 и ФИО2 удалить со своих телефонов и компьютеров фотографии истца.

Исковые требования мотивированы тем, что ДД.ММ.ГГГГ с целью очередного конфликта С-ны пришли к дому истца. Они демонстративно начали фотографировать гараж истца, располагавшийся рядом с оградой дома истца, примерно в 30 метрах от их дома. На возмущение истца ответчики начали вести запланированную ими аудиозапись на телефон, которую затем представили в суд при рассмотрении гражданского дела №. Цель выведения истца из душевного равновесия до брани ДД.ММ.ГГГГ названа была самим ответчиком ФИО2 в деле 2-1946/2023, указав « я на этот раз решил поймать ее на этом мате, когда мы пошли. Я подтверждаю, что я сознательно это сделал с тем, чтоб поймать ее на этом мате потому, что мат продолжался постоянно. Я себе задался целью мы сейчас запишем ее и привлечем ее к ответственности» ( л.д.148 оборот) То же самое ФИО2 подтвердил в суде апелляционной инстанции. ( абз.10 и 11 л.д.251 оборот) Для реализации этой цели ответчики продолжали демонстративно фотографировать гараж истца, несмотря на ее возмущение ( п. 1-13 расшифровки аудиозаписи на л.д. 81 в деле 2-1946/2023) Тем самым, ответчики добились, что ее возмущение дошло до нецензурной брани. На что последовал смех ФИО5 – естественная реакция человека, достигшего цели ( п.15 расшифровки) После этого С-ны перешли к непосредственному словесному унижению достоинства истца, это зафиксирован аудиозаписью и расшифровкой С-ными. ФИО2 сказал ФИО4 «<данные изъяты>». По мнению истца, эти фразы являются унижением ее достоинства буквально по определению достоинства в ст.1 Всеобщей декларации прав человека «Все люди рождаются свободными и равными в своем достоинстве и правах». Они наделены разумом и совестью и должны поступать в отношении друг друга в духе братства». ФИО2 без каких-либо прав на оценку качеств другого человека, в том числе, умственных, заявил об отсутствии у истца разума, признаваемого обществом за всеми людьми. ФИО5 уничижительно предлагала поступить истцу так, как не позвонила бы поступить со своим языком. Фразы С-ных, спровоцировавших истца на вторую нецензурную фразу, явно не соответствуют «золотому правилу нравственности», в котором содержится идея равенства людей как субъектов нравственного требования « (не) поступай по отношению к другим так, как ты ( не) хотел бы, чтобы они поступали по отношению к тебе» (Словарь по этике, М, 1989, с.100) За две явно унижающие достоинство истца вышеприведенные фразы просит взыскать с ответчиков по 10000 рублей за каждую принадлежащую им самостоятельную унижающую достоинства истца фразу. Истец была от этого доведена до противоположного эмоционального состояния, верно описанного ФИО5 и показывающего нарушение душевного спокойствия, чувства унижения, беспомощности. После этого ответчики демонстративно сфотографировали ФИО4, не спрашивая ее согласия, возле ее дома. Затем данная фотография была представлена ответчиками в суд. ( л.д.94) Демонстративное фотографирование домовладения истца и гаража без ее согласия является нарушением ч.3 ст.17 и ст.23 Конституции РФ, ст.152.2 ГК РФ, демонстративный сбор информации о частной жизни истца, ст.304 ГК РФ, связанный с нарушением права собственности без лишения владения. Правонарушения против неприкосновенности частной жизни, жилища и посягательства на имущественные права гражданина являются моральным вредом. Зафиксированное возмущение истца этими нарушениями ( п.1-12 расшифровки аудиозаписи) является доказательством причинению истцу морального вреда в виде нравственных страданий. За эти правонарушения будет справедливой компенсация в 10000 рублей. Противоправные действия ответчиков нельзя разделить, поэтому полагает необходимым солидарное взыскание с ответчиков компенсации морального вреда. Фотографирование истца без ее согласия, хранение и распространение ее фотографии во вред истца является прямым нарушением п.1 ст.152.1 ГК РФ, обнародование и дальнейшее использование изображения гражданина ( в том числе его фотографии, а также видеозаписи или произведения изобразительного искусства, в которых он изображен) допускаются только с согласия этого гражданина. На фотографии ( л.д.94) видно, до какого нервного состояния довели истца ответчики. Это состояние, до которого они ее довели, описала в судебном заседании ФИО5 «Она была вся в тот момент возбужденная, злая, бордовая, стоит, орет» ( л.д.100) За эти правонарушения полагает справедливой компенсацию в 10000 рублей с солидарным взысканием с ответчиков, поскольку действия ответчиков нельзя разделить. Все конфликты с ответчиками начинаются, когда они приходят к дому истца или окрикивают истца и членов ее семьи, когда она и члены ее семьи проходят по улице мимо дома ответчиков ( дом истца находится в тупике улицы). Она не приближается к домовладению ответчиков, не обращается к ним каким-либо образом первой. Для пресечения конфликтов необходимо запретить ответчикам приближаться к дому истца, собирать сведения о жизни истца и ее семьи, частной жизни, фотографировать истца и членов ее семьи и ее имущества.

В судебном заседании истец ФИО4 участия не принимала, просила рассмотреть дело в ее отсутствие с участием ее представителя, заявленные требования поддерживала в полном объеме.

Представитель истца ФИО1 в судебном заседании заявленные требования поддержал. Дополнительно пояснил, что ответчиками подтвержден факт того, что они пришли специально к дому истца, стали демонстративно фотографировать имущество - гараж и дом истца. Их действия были направлены на то, что бы вызвать мат и неадекватную реакцию ФИО4, это было сделано из чувства личной неприязни и для того, чтобы спровоцировать ее на неправомерные действия. Фотографирование было произведено без согласия истца, что является правонарушением против неприкосновенности частной жизни, жилища и имущества истца. В последующем фотографии были представлены в судебное заседание при рассмотрении дела №. Кроме того, ответчики С-ны своими выражениями и фразами проявили унижение достоинства истца. Все люди рождаются равными и разумными в своем достоинстве и правах, ответчик ФИО6 же без каких-либо прав на оценку качеств другого лица, заявил об отсутствии разума у истца. Ответчик ФИО6 предложила поступить с языком истца так, как не позволила бы поступить со своим языком, чем также унизила достоинство истца. Поскольку эти фразы можно разделить, что компенсацию морального вреда возможно взыскать с каждого из ответчиков по 10000 руб. Исполнение в части возложения обязанностей возможно проконтролировать, поскольку как у С-ных так и у ФИО4 имеются камеры наружного наблюдения. В материалы дела представил письменные возражения на возражения ответчика ФИО2

Ответчик ФИО5 в судебном заседании участия не принимала, просила рассмотреть дело с участием представителя, возражала против удовлетворения заявленных требований.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании с заявленными требованиями не согласился, поддержал ранее представленные письменные возражения. Дополнительно пояснил, что ДД.ММ.ГГГГ они с женой пришли зафиксировать путем фотографирования месторасположение гаража (железнодорожный вагон), принадлежавшего истцу ФИО4 Этот гараж был расположен на муниципальной земле, мешал очистке снега. Он обратился в прокуратуру по вопросу незаконного захвата муниципальной земли, для чего и необходимо было сделать фотографии. Фотографировали 2-3 минуты. Потом вышла ФИО4 Зная ФИО4, он включил телефон, понимая, что возможен конфликт и вел аудиозапись. ФИО4 действительно фотографировал один раз, чтобы зафиксировать ее поведение, когда она выражалась нецензурно в адрес его и жены. Данную фотографию нигде не использовал, только представил в судебном заседании при рассмотрении гражданского дела №. Не считает, что этим нарушил личные неимущественные права истца. Под фразой, которую произнес он, имелось ввиду, что ФИО4 своим поведением показывает, что не имеет моральных устоев, выражается нецензурно, возникают постоянные конфликты. Фраза, произнесенная ФИО5, была направлена на прекращение конфликта и прекращения нецензурной брани, которую ФИО4 адресовала в адрес ФИО5 Подача данного искового заявления вызвана тем, что ФИО4 не может смириться с решением суда о взыскании с нее компенсации морального вреда в пользу ответчиков.

Представитель ответчиков ФИО3 в судебном заседании с заявленными требованиями не согласился, представлены письменные возражения. Указал, что фотографирование металлического ангара, располагающегося на муниципальной земле, без каких-либо опознавательных знаков не может являться вмешательством в частную жизнь истца, а может являться лишь подтверждением использования муниципального земельного участка без каких-либо прав на это. Изображение ангара истца было сделано ответчиком в публичном месте - на улице, а фотографировать в общественных местах не запрещено. Изображение ФИО7 получено при съёмке, которая проводится в месте, открытом для свободного посещения и это изображение не является основным объектом использования, а представлено в суд в целях защиты правопорядка. На фотосъемку в публичном месте с целью фиксации правонарушения в общественных интересах и в отсутствии личного интереса ФИО2 не требуется согласия. Данная фотография больше нигде ответчиками не использовалась. А к частной жизни ФИО4 ответчики обывательского интереса не имеют. Учитывая отсутствие подтвержденного неправомерного использования ответчиками изображения истца, наступивших последствий, не могло в результате, привести ФИО4 к физическим и нравственным страданиям, ответчики не нарушили личных неимущественных прав ФИО4, и соответственно, истец не имеет право на получение компенсации за моральный вред, причиненный фотосъемкой. Унижением достоинства, по мнению истца, является произнесенные ответчиками фразы - ФИО2: «Слушай, тебя бог обидел умом и хорошими качествами не наградил, вот ты и бесишься»; ФИО5 «Язык-то положи под свою пятку и дави на него, может легче будет». Об оскорблении истец в исковом заявлении речь не ведет, а указывает только на унижение. Однако, во фразах ответчиков отсутствовало утверждение о фактах, соответствие действительности которых можно проверить, т.к. они выражали только свои оценочные суждения, мнения, убеждения, что не является предметом судебной защиты, поскольку, являясь выражением субъективного мнения и взглядов ответчиков, не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности. Ответчики при общении с истцом использовали оценочные суждения в литературной приличной форме, не являющихся оскорбительными высказываниями в непристойной форме. Требования истца в исковом заявлении о запрете ответчикам приближаться к забору истца, фотографирования и общения относятся к мерам пресечения в виде запрета определенных действий и касается только тех, кого подозревают или обвиняют в преступлении. Данные требования об ограничении свободы человека рассматриваются в уголовном судопроизводстве и не могут быть рассмотрены в гражданском судопроизводстве. ( л.д.55-59)

Представителем истца на письменные возражения стороны ответчиков представлены письменные пояснения, которые были оглашены в судебном заседании. Где указано о том, что ответчики признают, что производили фотографирование, представили фотографию в суд и обосновывают правомерность таких действий. Процесс фотографирования и его результат - фотография - объективно подтверждены письменными и вещественными доказательствами. Во взаимосвязи ст. 152.1 и ст. 152.2 ГК РФ применительно к обстоятельствам дела первостепенное значение имеет процесс фотографирования, а не распространение его результата. Объективный образ человека, запечатлеваемый на фотографии, - неотъемлемое свойство человека, основа его частной жизни. Фотография (в частности наличие ее в паспорте) - форма идентификации человека, т.е. информации о нем. Поэтому фотографирование ответчиками ФИО4 соответствует понятию «сбор информации о частной жизни человека». Отсутствие согласия, а наоборот возмущение ФИО4 ее фотографированием объективно подтверждено письменными доказательствами. Цель провокационного фотографирования - создание конфликта и причинение в нем морального вреда ФИО4 для подчинения ее своей воле в соседских отношениях - не является публично-значимой целью. цель создания конфликта и причинения в нем морального вреда фотографируемому без его согласия гражданину не является обывательским интересом. Но точность квалификации цели ответчиков понятию «обывательский интерес» не имеет юридического значения. Из содержания п.44 и 45 Постановления в целом следует, что только публично-значимые цели изображения гражданина без его согласия имеют юридическое значение для исключения общего запрета, установленного ст. 152.1 и 152.2 ГК РФ. Вид личных целей, равно интересов, для исключений из указанного общего запрета, юридического значения не имеет. Сам факт наличия у ответчиков фотографии ФИО4, постоянно демонстрируемая ими неприязнь к ней, в том числе оспариваемыми выражениями по делу, являются достаточными в своей совокупности основаниями считать, что фотография ФИО4 используется ответчиками не только в суде. С-ны достоверно знали, что они фотографировали гараж, принадлежащий именно ФИО7, чтобы вызвать конфликт с ней. совершая провокационное фотографирование гаража. ФИО4 ответчики осознавали, что фотографируют частную собственность ФИО4 ФИО2 постоянно утверждает о себе, как об образце нравственности. Объективных кем-либо признаний его моральным авторитетом ни разу приведено не было. Точно так же априори им постоянно повторяется о нарушении моральных устоев ФИО4 Отказ в иске будет возведением в правило оспариваемых фраз, порожденных моральным сознанием С-ных. Следовательно, всем нам с отказным решением суда в подтверждение законности своих действий можно будет употреблять такие фразы в адрес противников в суде и на улице. Для негативной оценки человека, т.е. нарушения его прав и свобод должны быть, во- первых, законные основания.

Представитель третьего лица Отдела МВД России по Краснокамскому городскому округу в судебное заседание не явился, был извещен судом надлежащим образом.

Заслушав представителя истца, ответчика ФИО2, представителя ответчиков, исследовав материалы дела, материалы гражданского дела 2-1946/2023, материалы проверки №ж-2020, суд приходит в следующим выводам.

В силу ст. 23 Конституции РФ, каждый имеет право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну.

Согласно ст. 24 Конституции РФ, сбор, хранение, использование и распространение информации о частной жизни лица без его согласия не допускаются.

В соответствии с ст. 2 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 152-ФЗ «О персональных данных» Целью настоящего Федерального закона является обеспечение защиты прав и свобод человека и гражданина при обработке его персональных данных, в том числе защиты прав на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну.

В пункте 2 ст. 150 ГК РФ, указано, что нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения.

Согласно ст. 1099 ГК РФ, основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Право на неприкосновенность частной жизни (статья 23, часть 1, Конституции Российской Федерации) означает предоставленную человеку и гарантированную государством возможность контролировать информацию о самом себе, препятствовать разглашению сведений личного, интимного характера.

В статье 150 ГК РФ, дано понятие нематериальных благ, к ним законодателем отнесены жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, право на имя, право авторства, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В силу п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», права и свободы человека и гражданина признаются и гарантируются согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации, каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом (статьи 17 и 45 Конституции Российской Федерации).

Одним из способов защиты гражданских прав является компенсация морального вреда (статьи 12, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее также - ГК РФ).

В судебном заседании установлено, что решением Краснокамского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ по делу №, частично удовлетворены требования ФИО2, ФИО5 к ФИО4 о взыскании компенсации морального вреда. Решение вступило в законную силу ДД.ММ.ГГГГ.

В рамках рассмотрения гражданского дела 2-1946/2023 истцами была представлена аудиозапись и расшифровка аудиозаписи, которая велась в ходе конфликта ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2, ФИО5 и ФИО4, что не отрицалось сторонами в ходе судебного заседания.

Так, на л.д. 81 т.1 гражданского дела 2-1946/2023, в расшифровке аудиозаписи имеются следующие фразы, высказанные ФИО2 и ФИО5 в адрес ФИО4, а именно, ФИО2 сказал ФИО4 : «<данные изъяты>». ФИО5 сказала :« <данные изъяты>».

Также ФИО2 предоставлены в материалы дела фотографии, которые были сделаны ДД.ММ.ГГГГ в ходе конфликта ДД.ММ.ГГГГ, а именно, фотография ФИО4, а также фотография гаража, размещенного ФИО4 за пределами ее земельного участка ( л.д.63,64) Сторона истца не отрицала, что данные фотографии были сделаны ДД.ММ.ГГГГ ФИО2

В материалах дела 2-1943/2023 истцом ФИО2 представлена фотография ФИО4, сделанная ДД.ММ.ГГГГ в ходе конфликта между сторонами. ( л.д.94 гражданское дело 2-1943/2023)

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ жителями <адрес> было направлено заявление в адрес Администрации Краснокамского городского округа в связи с самовольным захватом муниципальной земли на <адрес> А-ными, проживающими по адресу: <адрес>, установлен ж/д вагон, используемый как гараж.

ДД.ММ.ГГГГ Администрацией Краснокамского городского округа представлен ответ на обращение. Указано, что в ходе обследования территории по адресу: <адрес>, Краснокамский городской округ, <адрес>, выявлено размещение металлического гаража, без оформленных в установленном порядке документов на землю.

Из письма Управления Росреестра по <адрес> в адрес ФИО2 в Отдел МВД России по Краснокамскому городскому округу ДД.ММ.ГГГГ направлены копия обращения ФИО2 и материалы административного обследования для оказания содействия в установлении лиц, попустивших нарушение, за которое предусмотрена ответственность ст. 7.1 КоАП РФ. В ходе административного обследования выявлены признаки нарушения, выразившиеся в использовании неустановленным лицом севернее земельного участка с кадастровым номером №, общей площадью 15 кв.м., за счет земель право государственной собственности, на которые не разграничено, путем размещения металлического гаража.

ДД.ММ.ГГГГ жителем <адрес> ФИО8 и ДД.ММ.ГГГГ жителем <адрес> ФИО9 в Отдел МВД России по Краснокамскому городскому округу представлены заявления о подтверждени факта, что на <адрес> находится ж/д вагон, который принадлежит ФИО7, проживающим по <адрес> и используется ими в качестве гаража.

ДД.ММ.ГГГГ прокуратурой <адрес> на обращение ФИО2 и ФИО5 направлено сообщение о том, что <адрес> и <адрес> был выявлен факт ненадлежащего исполнения органом местного самоуправления Краснокамского городского округа требований законодательства о благоустройстве. Комитетом земельных и имущественных отношений администрации Краснокамского городского округа инициирована процедура демонтажа самовольно и незаконно установленного движимого объекта -металлического гаража, с контрольным сроком – ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 60-62).

Судом обозрены материалы проверки по жалобе ФИО2, поступившей 31.08. 2020 г. в адрес прокуратуры <адрес>, с приобщенными к обращению фотографиями, по вопросу необходимости демонтажа гаража с <адрес> городского округа, находящегося в пользовании ФИО4 о самовольном захвате земли, а также необходимости привлечения к административной ответственности по ст.7.1 КоАП РФ собственника земельного участка № по <адрес>.

К указанному обращению были приобщены фотографии гаража, установленного ФИО4 за пределами своего земельного участка и части домовладения, которые были сделаны ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ. Данные обстоятельства не отрицались представителем истца, который указал о том, что одна из фотографий может быть сделана в указанный период времени.

Суд, анализируя представленные доказательства в их совокупности, в соответствии со ст.67 ГПК РФ, приходит к следующему.

В соответствии со ст.1100 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда: вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности; вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ; вред причинен распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию; в иных случаях, предусмотренных законом.

В соответствии с абзацем третьим статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Как следует из разъяснений, содержащихся в абзаце шестом пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 г. № 3 "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц", на ответчика, допустившего высказывание в оскорбительной форме, унижающей честь, достоинство или деловую репутацию истца, может быть возложена обязанность компенсации морального вреда, причиненного истцу оскорблением (статьи 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, действующее законодательство допускает возможность защиты чести и достоинства (доброго имени) гражданина путем заявления отдельного требования о компенсации морального вреда. Указанный способ защиты нарушенного права является самостоятельным, и его применение не обусловлено необходимостью одновременного использования какого-либо иного способа защиты.

При рассмотрении требований о компенсации причиненного гражданину морального вреда необходимо учитывать, что размер компенсации зависит от характера и объема, причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального ущерба, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (пункт 8).

Судом установлено, что решением Краснокамского городского суда Пермского края от ДД.ММ.ГГГГ по делу 2-1946/2023 была взыскана компенсация морального вреда в пользу ФИО2 и ФИО5 с ФИО4, в связи с тем, что судом было установлено, что в ходе конфликта ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 были высказаны фразы, содержащие нецензурную лексику, в адрес истцов ФИО2 и ФИО5, в связи с чем, был причинен моральный вред.

В расшифровке аудиозаписи разговора между ФИО2, ФИО5 и ФИО4 от ДД.ММ.ГГГГ, представленной на л.д. 81 в т.1 гражданского дела 2-1946/2023, имеются следующие фразы, высказанные ФИО2 и ФИО5 в адрес ФИО4, а именно, ФИО2 сказал ФИО4 : «<данные изъяты>» ( п.17 расшифровки).

ФИО5 сказала : « Да. Язык-то положи под свою пятку и дави на него, может легче будет».( п.18 расшифровки)

Из анализа расшифровки аудиозаписи, судом установлено, данные фразы были произнесены ответчиками в адрес ФИО4 в ходе конфликта, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ между сторонами.

При этом, суд отмечает, что данные суждения были произнесены ответчиками в ответ на нецензурные выражения, которые были произнесены ФИО4 в адрес ответчиков ранее, что следует из расшифровки аудиозаписи.

В решении Краснокамского городского суда Пермского края от ДД.ММ.ГГГГ, судом было установлено, из аудиозаписи, представленной суду истцом, что ФИО4 в разговоре с ФИО2, ФИО5 использовала нецензурную лексику (2 фразы, п.14 и п.19 (л.д.81)).

Судом в ходе судебного заседания установлено, что между истцом ФИО4 и ответчиками ФИО2 и ФИО5, являющимися жителями <адрес>, с 2020 года сложились личные неприязненные отношения.

Оценивая содержания сведений, высказанных ответчиками, в адрес ФИО4, суд полагает, что изложенные ответчиками сведения являются субъективными оценочными суждениями в отношении личности истца и основаны на произошедшем между сторонами конфликте, не имеют неприличной формы выражения, которые выходят за пределы осуществления ответчиками права на свободу выражения своих мнений и убеждений, и избранная для этого форма не противоречит общепринятым нормам морали, соразмерна целях и пределам осуществления ответчиками своих прав.

Таким образом, с учетом того, что истцом не представлено иных доказательств того, что фразы, произнесенные ответчиками ФИО2 и ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ, унижают достоинство истца, в порядке ст.56 ГПК РФ, оснований для удовлетворения заявленных исковых требований относительно возмещения компенсации морального вреда за унижающие и провоцирующие конфликт фразы, высказанные ДД.ММ.ГГГГ ответчиками ФИО2 и ФИО5, у суда не имеется.

Истцом также заявлены требования о взыскании компенсации морального вреда с ответчиков по факту демонстративного фотографирования истца ФИО4, без ее согласия, возле ее дома, а также демонстративного фотографирования домовладения истца и ее гаража без ее согласия, и последующего хранения и распространения фотографий, в нарушении ч.3 ст.17 и ст.23 Конституции РФ, ст.152.2 ГК РФ, ст.304 ГК РФ, ст.152.1 ГК РФ.

Судом установлено в судебном заседании, что ответчиками ФИО2 и ФИО5 в ходе конфликта ДД.ММ.ГГГГ был сделан фотоснимок истца ФИО4, в дальнейшем данная фотография была приобщена ФИО2 в ходе судебного заседания по гражданскому делу 2-1946/2023 ( л.д.94 гражданское дело 2-1946/2023). Кроме того, ответчиками ФИО2 и ФИО5 были сделаны фотоснимки гаража, находящегося за пределами земельного участка, который принадлежит истцу, с частью домовладения, принадлежащего истцу ФИО4

Из пояснений ответчика ФИО2 в судебном заседании следует, что фотография ФИО4 была сделана ответчиками ДД.ММ.ГГГГ на телефон для фиксации конфликта, который происходил между сторонами, с целью дальнейшей защиты своих прав и пресечения противоправных действий истца, поскольку ранее с ФИО4 происходили неоднократные конфликты, в ходе которых высказывались оскорбления в его адрес и супруги. Фотография гаража рядом с домом ФИО4 также была сделана в целях дальнейшего обращения с жалобой по вопросу нарушения ФИО4 правил благоустройства, в связи с незаконным размещением гаража на земле, принадлежащей муниципалитету. В дальнейшем данная фотография была приобщена к обращению в прокуратуру и направлена для проведения проверки.

ФИО2 предоставлены в материалы дела фотографии, которые были сделаны ДД.ММ.ГГГГ в ходе конфликта ДД.ММ.ГГГГ, а именно, фотография ФИО4, а также фотография гаража, размещенного ФИО4 за пределами ее земельного участка ( л.д.63,64) Сторона истца не отрицала, что данные фотографии были сделаны ДД.ММ.ГГГГ ответчиками.

Из исследованных судом материалов проверки по жалобе ФИО2, поступившей ДД.ММ.ГГГГ в адрес прокуратуры <адрес>, указано об обращении ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ в адрес прокуратуры <адрес>, с приобщенными к обращению фотографиями, по вопросу необходимости демонтажа гаража с <адрес> городского округа, а также необходимости привлечения к административной ответственности по ст.7.1 КоАП РФ собственника земельного участка № по <адрес>. К указанному обращению были приобщены фотографии гаража, установленного ФИО4 за пределами своего земельного участка и части домовладения, которые были сделаны ФИО2, в том числе, сделанные ДД.ММ.ГГГГ. Сторона истца не отрицала факт того, что одна из фотографий могла быть сделана ДД.ММ.ГГГГ.

Таким образом, из материалов дела, судом установлено, что фотография гаража, установленного ФИО4 за пределами своего земельного участка и части домовладения, которые были сделаны ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ, была направлена ответчиком ФИО2, в связи с фактом проведения проверки в отношении ФИО4 по вопросу незаконного размещения гаража на земельном участке, в нарушении норм законодателсьтва.

В соответствии со ст. 150 ГК РФ, жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом (п. 1).

Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения (п. 2).

На основании ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу п. 1 ст. 152.1 ГК РФ, обнародование и дальнейшее использование изображения гражданина (в том числе его фотографии, а также видеозаписи или произведения изобразительного искусства, в которых он изображен) допускаются только с согласия этого гражданина. Такое согласие не требуется в случаях, когда использование изображения осуществляется в государственных, общественных или иных публичных интересах (подп. 1).

Пункт 1 ст. 152.2 ГК РФ устанавливает, что если иное прямо не предусмотрено законом, не допускаются без согласия гражданина сбор, хранение, распространение и использование любой информации о его частной жизни, в частности сведений о его происхождении, о месте его пребывания или жительства, о личной и семейной жизни.

Не являются нарушением правил, установленных абзацем первым настоящего пункта, сбор, хранение, распространение и использование информации о частной жизни гражданина в государственных, общественных или иных публичных интересах, а также в случаях, если информация о частной жизни гражданина ранее стала общедоступной либо была раскрыта самим гражданином или по его воле.

Оценив представленные в деле доказательства по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд, не установив факта дальнейшего использования ответчиком изображения фотографии гаража, установленного за пределами земельного участка, принадлежащего ФИО4 и части домовладения истца, принимая во внимание, что сбор ответчиками информации о частной жизни истца осуществлялся в публичных интересах, с целью подачи жалобы на истца ФИО4 по вопросу нарушения ей законодательства и привлечения к ответственности, что нашло отражение в исследованных доказательствах, пояснениях ответчика ФИО2, который также подтвердил указанные обстоятельства, суд полагает, что оснований для удовлетворения исковых требований ФИО10 в указанной части не имеется.

Кроме того, суд не усматривает оснований для удовлетворения исковых требований ФИО4 относительно демонстративного фотографирования истца ФИО4 ответчиками без ее согласия ДД.ММ.ГГГГ, поскольку данная фотография была предъявлена ответчиками при рассмотрении гражданского дела 2-1943/2023, как доказательство произошедшего конфликта между сторонами, в обоснование заявленных требований о взыскании компенсации морального вреда с ФИО4

Согласно положениями п.44 Постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» не требуется согласия на обнародование и использование изображения гражданина, если оно необходимо в целях защиты правопорядка и государственной безопасности (например, в связи с розыском граждан, в том числе пропавших без вести либо являющихся участниками или очевидцами правонарушения).

Таким образом, с учетом того, что судом установлено, что ответчиками фотография истца ФИО4 была использована только в ходе рассмотрения гражданского дела 2-1946/2023, с целью защиты своих нарушенных прав, как доказательство была представлена в материалы дела, суд полагает, что в этом случае согласия ФИО4 на фотосъемку и использование изображения не требовалось.

Истцом также заявлены требования о запрете ФИО2 и ФИО5 приближаться к забору дома истца ближе, чем на пять метров, фотографировать истца, членов ее семьи и ее имущества, обращаться к истцу первыми, обязании ФИО2 и ФИО2 удалить со своих телефонов и компьютеров фотографии истца.

Истец, обосновывая требования, полагает, что поскольку конфликты со стороны ответчиков начинаются, когда они приходят к дому истца или окрикивают истца и членов ее семьи, когда она и члены ее семьи проходят по улице мимо дома ответчиков, для пресечения конфликтов необходимо запретить ответчикам совершать вышеуказанные действия.

Согласно ч. 1,2 ст.1065 ГК РФ, опасность причинения вреда в будущем может явиться основанием к иску о запрещении деятельности, создающей такую опасность. Если причиненный вред является последствием эксплуатации предприятия, сооружения либо иной производственной деятельности, которая продолжает причинять вред или угрожает новым вредом, суд вправе обязать ответчика, помимо возмещения вреда, приостановить или прекратить соответствующую деятельность.

Суд полагает, что требования истца не подлежат удовлетворению, поскольку положения ч.1 ст.1065 ГК РФ касаются запрещения деятельности, создающей опасность причинения вреда в будущем.

При этом, доказательств того, что ответчиками ФИО2 и ФИО5 осуществляется какая-либо деятельность, которая представляет опасность причинения вреда в будущем в отношении истца ФИО4, суду истцом не представлено, в силу положений ст.56 ГК РФ, в материалах дела не содержится.

Кроме того, заявленные истцом требования носят абстрактный характер, выражены истцом в том числе, в интересах иных лиц, которыми не предъявлены соответствующие требования, нарушают гарантированные Конституцией РФ права ответчиков, в том числе, на свободу передвижения и свободу слова, без каких-либо правовых оснований.

С учетом изложенного, в удовлетворении исковых требований ФИО4 следует отказать в полном объеме.

Руководствуясь ст.ст. 194-198,199 ГПК РФ,

решил :

В удовлетворении исковых требований ФИО4 к ФИО2, ФИО5 о компенсации морального вреда и запрете совершения действий, нарушающих права истца или создающих угрозу их нарушения, отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в Пермский краевой суд через Краснокамский городской суд Пермского края в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья О.Н.Азанова

Мотивированное решение изготовлено 12.02.2025