РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
28 декабря 2022 года город Тверь
Калининский районный суд Тверской области в составе
председательствующего судьи Бабановой А.С.,
при секретаре судебного заседания Галахове Е.Н.,
с участием:
истца ФИО1,
представителя ответчика ФКУ ИК-10 УФСИН России по Тверской области ФИО2,
представителя третьих лиц УФСИН по Тверской области, ФСИН России ФИО3,
заместителя прокурора по надзору за соблюдением законом в исправительных учреждениях Тверской области ФИО4,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФКУ ИК-10 УФСИН России по Тверской области о признании увольнения незаконным, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, взыскании заработной платы в полном объеме, компенсации морального вреда,
установил:
ФИО1 обратился в Калининский районный суд Тверской области с вышеуказанным иском, в обоснование которого указал, что отбывает наказание в ФКУ ИК-10 УФСИН России по Тверской области (прибыл 15.12.2021), в период отбывания наказания с января 2022 года выполнял работу на промышленной зоне в цехе № 3 (участок полимеры). 01.04.2022 ознакомлен мастером цеха с рапортом об увольнении в связи с сокращением объема работ, а 05.04.2022 уволен. Со ссылкой на нормы ТК РФ, предусматривающие гарантии при увольнении по сокращению, полагал увольнение незаконным, поскольку не был уведомлен не менее чем за два месяца о предстоящем увольнении, ему не предлагались вакантные должности, не выплачена компенсация в связи с увольнением по сокращению.
С учетом изложенного, ФИО1 просил признать увольнение незаконным, взыскать с ответчика заработную плату за время вынужденного прогула за период с апреля 2022 года по август 2022 года в размере 79 000 рублей, из расчета МРОТ за каждый месяц вынужденного прогула.
В ходе рассмотрения дела ФИО1 увеличил свои требования, указав, что за январь, февраль и март 2022 года (за полных три рабочих месяца) им была получена заработная плата в размере 3 424 рубля 55 копеек, что не соответствует законодательству Российской Федерации о минимальном размере оплаты труда. С доводами администрации исправительного учреждения о невыполнении им нормы выработки истец не согласен, поскольку он выполнял всю имевшуюся работу, не был обеспечен необходимым объемом работ для выполнения нормы выработки, в связи с чем имел место простой по вине работодателя, который подлежит оплате.
В связи с простоем по вине работодателя ФИО1 просил взыскать с ФКУ ИК-10 УФСИН России по Тверской области заработную плату за период с января 2022 года по март 2022 года в размере 38 185 рублей 45 копеек, увеличив общую сумму взыскания до 117 185 рублей 45 копеек.
В дальнейшем ФИО1 вновь увеличил заявленные требования, в обоснование которых дополнительно указал, что был привлечен к оплачиваемому труду 14.01.2022, с приказом о привлечении к оплачиваемому труду не был ознакомлен, при трудоустройстве до него не была доведена информация о том, на какую должность он трудоустроен, размер заработной платы, график работы, условия труда.
02.03.2022 ФИО1 обратился с жалобой в прокуратуру в связи с нарушением его трудовых прав, указав, что он не обеспечен надлежащим объемом работы, а размер выплачиваемой ему заработной платы ниже минимального размера оплаты труда.
31.03.2022 из ответа Тверской прокуратуры по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях ФИО1 стало известно, что он трудоустроен упаковщиком участка переработки полимеров со сдельной оплатой труда, нарушений не выявлено.
Сразу после проведения прокуратурой проверки ФИО1 01.04.2022 известили о его сокращении и увольнении. С приказом об освобождении от оплачиваемых работ ФИО1 ознакомлен не был.
25.04.2022 ФИО1 подал вторую жалобу в прокуратуру о нарушении его трудовых прав и незаконном увольнении, которая, по мнению истца, оставлена без должного внимания.
По мнению истца, в связи с отсутствием нормы права, регулирующей увольнение осужденных, по аналогии закона должны применяться положения ТК РФ об уведомлении работника персонально и под роспись не менее чем за два месяца о предстоящем увольнении в связи с сокращением.
Непривлечение истца к оплачиваемому труду в период отбывания наказания влияет на продолжительность трудового стажа и размер социальных пособий.
Кроме того, по мнению истца, ответчик обязан обеспечить привлечение осужденных к труду, исполнение данной обязанности не связано с наличием (отсутствием) заявления осужденного о трудоустройстве. Со ссылкой на положения статей 103, 106 УИК РФ, статей 13, 17 Закона РФ от 21.07.1993 № 5473-1 «Об учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы Российской Федерации» ФИО1 просил признать незаконными действия ФКУ ИК-10 УФСИН России по Тверской области, выразившиеся в не предоставлении ему работы в исправительном учреждении в период с 11.04.2022, признать недействительным приказ об освобождении от оплачиваемых работ № 76-ос от 11.04.2022, взыскать с ФКУ ИК-10 УФСИН России по Тверской области заработок за время вынужденного прогула за период с 11.04.2022 по день вынесения решения суда в размере 104 175 рублей и компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей.
Определением суда от 14.11.2022, занесенным в протокол судебного заседания, приняты уточненные требования в части увеличения заявленной к взысканию суммы заработка за время вынужденного прогула и взыскания компенсации морального вреда.
В принятии требований о признании незаконными действий администрации ФКУ ИК-10 УФСИН России по Тверской области, выразившихся в не привлечении ФИО1 к оплачиваемому труду в период с 11.04.2022, отказано и разъяснено право на обращение с самостоятельным иском, поскольку данные требования подлежат разрешению в порядке административного судопроизводства и не связаны с рассматриваемым спором о признании увольнения незаконным.
От ответчика поступили возражения на исковое заявление, согласно которым ФИО1 с 16.11.2021 отбывает наказание в виде лишения свободы в ФКУ ИК-10 УФСИН России по Тверской области в соответствии с приговором Сафоновского городского суда Смоленской области от 27.07.2021. В соответствии со статьей 103 УИК РФ с 14.01.2022 ФИО1 привлечен к оплачиваемому труду упаковщиком участка переработки полимеров цеха № 3 со сдельной оплатой труда на основании приказа ФКУ ИК-10 УФСИН России по Тверской области № 10-ос от 13.01.2022. Приказом ФКУ ИК-10 УФСИН России по Тверской области № 76-ос от 11.04.2022 ФИО1 освобожден от оплачиваемых работ с 11.04.2022 в связи с сокращением объема работ.
Права осужденного ФИО1, привлеченного к оплачиваемому труду в соответствии со статьей 103 УИК РФ, а в дальнейшем освобожденного от оплачиваемых работ в связи с сокращением объема работ, не нарушались, в связи с чем ответчик просил отказать в удовлетворении исковых требований.
В судебном заседании ФИО1 поддержал исковые требования в полном объеме, просил их удовлетворить. Отрицал факт проведения с ним беседы о пренебрежительном отношении к труду, поскольку в журнале проведения беседы с осужденными отсутствует его подпись; полагал, что к отношениям, возникающим в связи с привлечением осужденных к оплачиваемому труду, должны применяться положения ТК РФ в полном объеме; настаивал на том, что не был обеспечен необходимым объемом работы для выполнения нормы выработки, а кроме того, установленная в ФКУ ИК-10 УФСИН России по Тверской области норма выработки на упаковку полимерных изделий физически не может быть выполнена. Оспаривал факт сокращения объема работ со ссылкой на то обстоятельство, что после его увольнения в этот же рабочий цех было устроено 9 человек, полагал, что ответчиком не представлено доказательств наличия законных оснований для увольнения, а именно не доказан факт сокращения объема работ. Также полагал, что представленные в материалы дела выписки из приказов о привлечении к оплачиваемому труду, об освобождении от оплачиваемых работ, выписка из протокола комиссии № 2 от 14.03.2022, копия распоряжения № 15 от 05.08.2019 оформлены ненадлежащим образом.
Относительно требования о взыскании с ответчика компенсации морального вреда истец пояснил, что в течение 9 месяцев у него отсутствовала возможность приобрести сигареты, фрукты, дополнительные продукты питания, в связи с чем он был вынужден занимать денежные средства у знакомых и родственников, а также приходилось у других осужденных просить дополнительные продукты питания.
Представитель ответчика ФКУ ИК-10 УФСИН России по Тверской области ФИО2 в судебном заседании просила отказать в удовлетворении исковых требований в полном объеме, поддержала доводы, изложенные в письменных возражениях на исковое заявление, оспаривала доводы истца о том, что установленные в ФКУ ИК-10 УФСИН России по Тверской области нормы выработки невыполнимы, представила на обозрение суда сведения об оплате труда осужденных, выполняющих нормы выработки. Относительно привлечения к труду других осужденных после увольнения истца пояснила, что в первую очередь привлекаются к оплачиваемому труду осужденные, в отношении которых имеются исполнительные производства, в отношении ФИО1 исполнительных листов нет, в связи с чем у него отсутствует приоритетное право на трудоустройство, а кроме того, ФИО1 неуважительно относится к труду, у него низкая квалификация.
Представитель УФСИН России по Тверской области и ФСИН России, привлеченных к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО3 в судебном заседании поддержала позицию представителя ответчика. Пояснила, что в соответствии с частью 3 статьи 55 Конституции РФ права осужденных ограничены УИК РФ, они привлекаются к труду не по своему волеизъявлению, а в соответствии с требованиями уголовно-исполнительного законодательства, на них не распространяются нормы трудового законодательства, регулирующие порядок приема на работу, увольнения с работы, перевода на другую работу, с осужденными не заключаются трудовые договоры. Полагала, что ответчиком ФКУ ИК-10 УФСИН России по Тверской области требования закона не нарушены, в связи с чем просила суд отказать в удовлетворении исковых требований в полном объеме.
По заключению заместителя прокурора по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях Тверской области ФИО4 трудовые отношения между осужденными и администрацией исправительного учреждения носят специфический характер и не регулируются нормами трудового законодательства в полном объеме; с учетом позиции сторон и исследованных материалов дела, а также ранее проведенных прокуратурой проверок, фактов незаконного увольнения истца ФИО1 не установлено, оснований для удовлетворения заявленных исковых требований не имеется.
Представитель истца ФИО5, представитель Государственной инспекции труда в Тверской области, привлеченной к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, по ходатайству представителя истца ФИО5, прокурор Калининского района Тверской области, надлежащим образом извещенные о времени и месте слушания дела, в судебное заседание не явились и не просили об отложении судебного разбирательства.
В соответствии с частью 3 статьи 167 ГПК РФ дело рассмотрено в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле и извещенных о времени и месте судебного заседания.
Выслушав пояснения истца ФИО1, пояснения представителя ответчика ФКУ ИК-10 УФСИН России по Тверской области ФИО2, представителя третьих лиц УФСИН России по Тверской области и ФСИН России ФИО3, заслушав заключение прокурора, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.
Согласно статье 1 УИК РФ задачами уголовно-исполнительного законодательства Российской Федерации являются регулирование порядка и условий исполнения и отбывания наказаний, определение средств исправления осужденных, охрана их прав, свобод и законных интересов, оказание осужденным помощи в социальной адаптации.
Согласно части 1 статьи 9 УИК РФ исправление осужденных - это формирование у них уважительного отношения к человеку, обществу, труду, нормам, правилам и традициям человеческого общежития и стимулирование правопослушного поведения (часть 1).
Статья 10 УИК РФ устанавливает, что при исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации.
В соответствии с частью 1 статьи 103 УИК РФ каждый осужденный к лишению свободы обязан трудиться в местах и на работах, определяемых администрацией исправительных учреждений. Администрация исправительных учреждений обязана привлекать осужденных к труду с учетом их пола, возраста, трудоспособности, состояния здоровья и, по возможности, специальности, а также исходя из наличия рабочих мест.
В пункте 418 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденных приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 04.07.2022 № 110 (Приложение № 2), также закреплена обязанность осужденных к лишению свободы трудиться в местах и на работах, определяемых администрацией ИУ с учетом их пола, возраста, трудоспособности, состояния здоровья и, по возможности, специальности, а также исходя из наличия рабочих мест.
При этом в соответствии со статьей 18 Закона РФ от 21.07.1993 № 5473-1 «Об учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы Российской Федерации» учреждения, исполняющие наказания, самостоятельно планируют собственную производственную деятельность и определяют перспективы ее развития с учетом необходимости создания достаточного количества рабочих мест для осужденных, наличия материальных и финансовых возможностей для их дополнительного создания, а также спроса потребителей на производимую продукцию, выполняемые работы и предоставляемые услуги.
В судебном заседании установлено и подтверждается имеющимися в материалах дела доказательствами, что в соответствии с приговором Сафоновского городского суда Смоленской области от 27.07.2021 ФИО1 с 16.11.2021 отбывает наказание в ФКУ ИК-10 УФСИН России по Тверской области, прибыл 15.12.2021.
На основании приказа ФКУ ИК-10 УФСИН России по Тверской области № 10-ос от 13.01.2022 осужденный ФИО1 с 14.01.2022 привлечен к оплачиваемому труду упаковщиком участка переработки полимеров цеха № 3 со сдельной оплатой труда.
Согласно рапорту на имя начальника ЦТАО ИК-10 ФИО6, начальник цеха № 3 ФИО7, мастер цеха № 3 ФИО8 в связи с уменьшением объемов производства просили разрешить уволить с промышленной зоны Цех № 3 «Полимеры» осужденного ФИО1
С данным рапортом ФИО1 ознакомлен под роспись 01.04.2022.
В соответствии с распоряжением врио начальника ФКУ ИК-10 УФСИН России по Тверской области ФИО9 от 05.08.2019 № 15-р «Об упорядочении рабочего времени осужденных» сокращение объема работ является одной из причин для освобождения от оплачиваемого труда осужденных (пункт 4).
05.04.2022 решением комиссии по трудоустройству и увольнению осужденных согласовано увольнение ФИО1 (цех № 3, упаковщик), что отражено в протоколе № 10 от 05.04.2022.
В соответствии с приказом ФКУ ИК-10 УФСИН России по Тверской области № 76-ос от 11.04.2022 осужденный ФИО1 с 11.04.2022 освобожден от оплачиваемых работ в связи с сокращением объема работ на основании протокола решения комиссии по трудоустройству и увольнению осужденных от 05.04.2022 № 10.
На основании приказа ФКУ ИК-10 УФСИН России по Тверской области от 22.08.2022 № 225-ос ФИО1 с 22.08.2022 был привлечен к оплачиваемому труду резчиком металла на пилах, ножовках и станках участка листового металла, цеха № 2, со сдельной оплатой труда.
На основании приказа ФКУ ИК-10 УФСИН России по Тверской области от 09.09.2022 № 243-ос ФИО1 с 09.09.2022 освобожден от указанных оплачиваемых работ в связи с низкой квалификацией с выплатой компенсации за неиспользованный отпуск.
В настоящем деле истец оспаривает только освобождение от оплачиваемых работ на основании приказа ФКУ ИК-10 УФСИН России по Тверской области № 76-ос от 11.04.2022, приказ ФКУ ИК-10 УФСИН России по Тверской области от 09.09.2022 № 243-ос не оспаривается.
В обоснование доводов о нарушении его прав при увольнении на основании приказа ФКУ ИК-10 УФСИН России по Тверской области от 11.04.2022 № 76-ос истец ссылается на положения ТК РФ в той части, что он не был предупрежден персонально и под роспись о предстоящем увольнении не менее чем за два месяца, ему не предложили другую вакантную должность и не выплатили компенсацию в связи с увольнением по сокращению (статья 180 ТК РФ).
Вместе с тем, выводы истца о том, что при увольнении осужденных должны применяться нормы трудового права, являются ошибочными, поскольку в силу прямого указания закона, а именно в соответствии с частью 3 статьи 129 УИК РФ труд осужденных регулируется законодательством Российской Федерации о труде, за исключением правил приема на работу, увольнения с работы и перевода на другую работу.
Вопреки мнению истца, между лицом, осужденным к лишению свободы и привлекаемым к труду, и учреждением уголовно-исполнительной системы, исполняющим наказание в виде лишения свободы, где труд основан не на свободном волеизъявлении осужденного, а на его обязанности трудиться в определенных местах и на работах, не возникают трудовые отношения, регулируемые ТК РФ, поскольку основными принципами правового регулирования трудовых отношений признаются: свобода труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается, право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности (статья 2 ТК РФ), тогда как трудовое воспитание осужденных к лишению свободы является одним из основных форм и методов воспитательной работы с осужденными к лишению свободы, способствующих их исправлению (часть 1 статьи 110 УИК РФ), в отношениях, связанных с привлечением осужденных к труду, отсутствует принцип свободы труда, являющийся основополагающим для трудовых отношений, поскольку в силу прямого указания закона каждый осужденный к лишению свободы обязан трудиться.
Таким образом, отношения, связанные с привлечением осужденных к труду, возникают в связи с отбыванием осужденным назначенного судом наказания в виде лишения свободы, носят уголовно-правовой характер и не являются трудовыми, а тот факт, что к труду осужденных применяются отдельные положения трудового законодательства, например, в части продолжительности рабочего времени осужденных к лишению свободы, правил охраны труда, техники безопасности и производственной санитарии, не свидетельствует об обратном.
Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации уголовно-исполнительным законодательством Российской Федерации устанавливаются общие положения и принципы исполнения наказаний, применения иных мер уголовно-правового характера, предусмотренных УК РФ, порядок и условия исполнения и отбывания наказаний, применения средств исправления осужденных (часть вторая статьи 2 УИК РФ), к которым относится и общественно полезный труд (часть вторая статьи 9 того же Кодекса), не имеющий основной целью получение трудового дохода (заработка) (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 17.06.2010 № 805-О-О, от 22.01.2014 № 111-О, от 27.09.2018 № 2174-О, от 21.07.2022 № 2072-О).
Обеспечивая привлечение к труду осужденных к лишению свободы, статья 103 УИК РФ возлагает на администрацию исправительных учреждений обязанность трудоустройства осужденных с учетом их пола, возраста, трудоспособности, состояния здоровья и, по возможности, специальности, а также исходя из наличия рабочих мест; осужденные привлекаются к труду в центрах трудовой адаптации осужденных и производственных (трудовых) мастерских исправительных учреждений, на федеральных государственных унитарных предприятиях уголовно-исполнительной системы и в организациях иных организационно-правовых форм, расположенных на территориях исправительных учреждений и (или) вне их, при условии обеспечения надлежащей охраны и изоляции осужденных (часть первая). В соответствии же с частью седьмой статьи 18 Закона Российской Федерации «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» учреждения, исполняющие наказания, самостоятельно планируют собственную производственную деятельность и определяют перспективы ее развития с учетом, в частности, необходимости создания достаточного количества рабочих мест для осужденных.
При этом в силу части 3 статьи 99 УИК РФ осужденные, не работающие по не зависящим от них причинам, осужденные, не получающие пенсии, обеспечиваются питанием и предметами первой необходимости за счет государства (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 22.01.2014 № 111-О).
С учетом изложенного, привлечение к оплачиваемому труду и последующее освобождение от оплачиваемых работ истца, осужденного к лишению свободы, было осуществлено ответчиком без нарушения положений УИК РФ и Закона РФ от 21.07.1993 № 5473-1 «Об учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы Российской Федерации», которые предусматривают привлечение лиц, осужденных к лишению свободы, к труду в период отбывания наказания, не только с учетом их пола, возраста, трудоспособности, состояния здоровья, по возможности, специальности, но и исходя из наличия в учреждениях рабочих мест и возможности привлечения осужденных лиц к труду (наличия работы). Оспариваемый истцом приказ является приказом об освобождении осужденного от оплачиваемого труда в порядке статьи 103 УИК РФ, а не приказом об увольнении по основаниям, предусмотренным ТК РФ.
Доводы истца об отсутствии оснований для освобождения его от оплачиваемых работ и о недоказанности факта сокращения объема работ опровергаются имеющимися в материалах дела доказательствами, представленными стороной ответчика.
Так, согласно справке, составленной экономистом ПЭО ФИО10, за период с 14.01.2022 по 11.04.2022 количество пошитых изделий (балахонов хирургических) в цехе № 3 составило: при плане 31 500 изделий на январь 2022 года фактический объем составил 20 168 изделий; при плане 36 700 изделий на февраль 2022 года фактический объем составил 27 470 изделий; при плане 42 600 изделий на март 2022 года фактический объем составил 14 920 изделий; по состоянию на 11.04.2022 фактический объем составил 0 изделий.
Доводы о том, что после освобождения истца от оплачиваемых работ к оплачиваемому труду были привлечены другие осужденные, не свидетельствуют о нарушении ответчиком требований закона.
Отсутствие у ФИО1 приоритетного права на привлечение к оплачиваемому труду подтверждается справкой о том, что состоянию на 22.11.2022 в бухгалтерии ФКУ ИК-10 УФСИН России по Тверской области на осужденного ФИО1 на исполнении не числятся исполнительные листы.
Кроме того, в материалы дела представлены сведения о неуважительном отношении ФИО1 к труду.
Так, согласно выписке из протокола № 2 заседания комиссии по работе с осужденными, не выполняющими нормы выработки, утвержденного заместителем начальника учреждения 14.03.2022, по результатам изучения данных отдела ООТ и ЗПО ЦТАО по невыполняющим нормы выработки за февраль месяц 2022 года по цехам и участкам Центра трудовой адаптации осужденных, заслушивания начальников цехов и мастеров участков, где сложилась неблагоприятная обстановка с выполнением норм выработки, комиссия приняла решение провести воспитательную работу, в том числе, с осужденным ФИО1 в связи с неуважительным отношением к труду.
В журнале проведения беседы с осужденными, работающими на промышленной зоне цеха № 3, копия которого приобщена к материалам дела, имеется запись № 2, согласно которой 16.03.2022 на основании протокола заседания комиссии № 2 от 14.03.2022 с ФИО1 (8 отряд) проведена беседа начальником цеха № 3 ФИО7, имеется подпись лица, проводившего беседу.
Вопреки доводам истца, отсутствие его подписи в журнале проведения беседы с осужденными не свидетельствует о том, что такая беседа не проводилась, а кроме того, графа, в которой должны расписываться осужденные, в данном журнале отсутствует.
Доводы истца о ненадлежащем оформлении ответчиком представленных в суд доказательств, суд отклоняет как надуманные, поскольку поступившие в суд от ответчика копии документов заверены надлежащим образом должностным лицом и скреплены печатью исправительного учреждения.
Поскольку правоотношения, возникшие между истцом и ответчиком, не основаны на трудовом договоре, на истца не распространяются гарантии, предусмотренные ТК РФ в части порядка оформления и прекращения трудовых отношений, соблюдения самой процедуры увольнения и наличия предусмотренных на то оснований, прекращение привлечения истца к оплачиваемому труду на основании приказа об освобождении от оплачиваемых работ № 76-ос от 11.04.2022 не является увольнением по основаниям, предусмотренным ТК РФ, соответственно, в действиях ответчика ФКУ ИК-10 УФСИН России по Тверской области отсутствует незаконное лишение истца возможности трудиться, а потому отсутствуют правовые основания для удовлетворения требований истца о признании увольнения незаконным, взыскания заработка за время вынужденного прогула.
Доводы истца о нарушении его права на приобретение дополнительного питания, сигарет ввиду отсутствия заработка не свидетельствуют о незаконных действиях ответчика.
Разрешая исковые требования в части взыскания с ответчика в пользу истца заработной платы за период с января 2022 года по март 2022 года в полном размере из расчета – МРОТ за каждый месяц работы, суд руководствуется следующим.
В соответствии с частью 1 статьи 105 УИК РФ осужденные к лишению свободы имеют право на оплату труда в соответствии с законодательством Российской Федерации о труде.
Размер оплаты труда осужденных, отработавших полностью определенную на месяц норму рабочего времени и выполнивших установленную для них норму, не может быть ниже установленного минимального размера оплаты труда (часть 2).
Оплата труда осужденного при неполном рабочем дне или неполной рабочей неделе производится пропорционально отработанному осужденным времени или в зависимости от выработки (часть 3).
Порядок определения нормы выработки в ФКУ ИК-10 УФСИН России по Тверской области определен Положением о нормировании труда осужденных, привлекаемых к оплачиваемому труду в ЦТАО ФКУ ИК-10 УФСИН России по Тверской области, утвержденным приказом от 09.02.2018 № 25-ос.
Согласно названному Порядку многие нормы времени по операциям на изделия и работы, производимые в учреждении, устанавливаются путем проведения хронометражных наблюдений, а также опытно-статистическим путем, т.е. на основе опыта нормирования аналогичных видов работ, технологических операций.
Согласно приложению № 2.1.3 к приказу ФКУ ИК-10 УФСИН России по Тверской области от 09.02.2018 № 25-ос установлены нормы времени и нормы выработки на продукцию швейного производства (балахон хирургический): наименование операции «упаковка», норма времени на 1 изделие (час) - 0,00411 (15 секунд на упаковку одного изделия), норма выработки - 243 изделия в час.
С 01.01.2022 утверждены нормы времени и расценки на продукцию швейного производства за упаковку балахона хирургического: тарифная ставка - 84,49, норма времени на 1 изделие в час – 0,004110, расценка на 1 изделие - 0,35 руб.
Хронометраж замера времени, необходимого на упаковку одного изделия «балахон хирургический», утвержденный заместителем начальника центра – начальником ТО ФИО11, приобщен к материалам дела.
Согласно графику учета рабочего времени для бригадного расчета в январе 2022 года ФИО1 отработал 96 часов за 12 рабочих дней; в феврале 2022 года ФИО1 отработал 151 час за 19 рабочих дней; в марте 2022 года ФИО1 отработал 175 часов за 22 рабочих дня; в апреле 2022 года ФИО1 отработал 8 часов за один рабочий день.
Согласно расчетным листкам за январь 2022 года ФИО1 начислена заработная плата в размере 677 руб. 25 коп. за 96 часов, 12 рабочих дней, процент от выполнения нормы выработки - 8,20%; за февраль 2022 года ФИО1 начислена заработная плата в размере 1198 руб. за 151 час, 19 рабочих дней, процент от выполнения нормы выработки - 9,20%; за март 2022 года ФИО1 начислена заработная плата в размере 1 549 рублей 30 копеек за 175 часов, 22 рабочих дня, процент от выполнения нормы выработки - 10,40%; за апрель 2022 года ФИО1 начислена заработная плата в размере 295 рублей 83 копейки за 8 часов, 1 рабочий день, процент от выполнения нормы выработки - 15,00%.
Согласно справке о выполнении нормы выработки осужденным ФИО1, составленной начальником ООТиЗПО ФИО12, в январе 2022 года ФИО1 отработано фактически часов - 96, процент выполнения нормы выработки составил 8,2%; в феврале 2022 года ФИО1 отработано фактически часов - 151, процент выполнения нормы выработки составил 9,2%; в марте 2022 года ФИО1 отработано фактически часов - 175, процент выполнения нормы выработки составил 10,4%; в апреле 2022 года ФИО1 отработано фактически часов - 8, процент выполнения нормы выработки составил 15,0%.
Указанные сведения в части фактически отработанного истцом времени за спорный период и показателей выполнения им нормы выработки полностью согласуются между собой.
Кроме того, в материалах проверки, проведенной Тверской прокуратурой по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях, приобщенной к материалам дела в полном объеме, имеются копии нарядов на сдельные работы, согласно которым в январе 2022 года ФИО1 упаковано 1935 балахона хирургических (8,2% от выполнения нормы выработки) и за данное количество упакованных изделий истец расписался лично, в феврале 2022 года ФИО1 упаковал 3 420 балахона хирургических (9,2% от выполнения нормы выработки).
Принимая во внимание установленную норму выработки на операцию по упаковке хирургических балахонов - 243 изделия в час, количество фактически отработанных истцом часов в марте 2022 года - 175, представленные ответчиком сведения о проценте от выполнения нормы выработки за март 2022 - 10,4%, в марте 2022 года ФИО1 упаковано 4 422,6 изделия (243х175х10,4/100).
ФИО1 просит взыскать с ФКУ ИК-10 УФСИН России по Тверской области заработную плату в полном объеме за период с января 2022 года по март 2022 года в размере 38 185 руб. 45 коп., из расчета МРОТ за каждый месяц, ссылаясь на невыполнение нормы выработки по независящим от него обстоятельствам, поскольку не был обеспечен необходимым объемом работы.
Вместе с тем, из справки, составленной экономистом ПЭО ФИО10, усматривается, что в январе 2022 года в цехе № 3 было пошито 20 168 изделий (балахонов хирургических); в феврале 2022 года - 27 470 изделий; в марте 2022 года - 14 920 изделий.
Учитывая, что количество пошитых изделий в цехе № 3 значительно превышает количество изделий, упакованных истцом, доводы истца о невыполнении им нормы выработки в связи с тем, что работодатель не обеспечил его необходимым объемом работ, не могут быть приняты во внимание, поскольку не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным судом.
Доводы истца о том, что установленная норма выработки не может быть выполнена физически, являются предположительными, и также не свидетельствуют о невыполнении им нормы выработки по вине ответчика.
Так, согласно пояснениям истца, отраженным в протоколе судебного заседания от 05.12.2022, фактически на упаковку одного изделия у него уходило 50 секунд, замеры он производил самостоятельно, при помощи часов.
Таким образом, принимая во внимание ту норму выработки, которую истец считает для себя выполнимой - 72 изделия в час (3600/50), в январе он должен был упаковать 6 912 изделий (96х72), в феврале – 10 872 (151х72), в марте – 12 600 (175х72), чего он не сделал.
Более того, исходя из количества фактически упакованных истцом изделий в январе 2022 года на упаковку одного изделия у него уходило 3 минуты (1935 шт./96 час. = 20 изд. в час), в феврале 2022 года - 2,7 минуты на одно изделие (3420 шт./151 час. = 22 изд. в час), в марте 2022 года - 2,4 минуты на одно изделие (4 422,6 шт./175 час. = 25 изд. в час).
Информация о халатном отношении осужденного ФИО1 к выполнению своих обязанностей, в связи с чем к операции по упаковке балахонов хирургических привлекались другие осужденные, отражена в рапорте начальника цеха № 3 ФИО7 от 05.12.2022, оснований не доверять которому у суда не имеется.
При таких обстоятельствах суд находит заслуживающими внимания доводы представителя ответчика о недобросовестном отношении ФИО1 к труду и невыполнении им нормы выработки, в связи с чем заработная плата обоснованно начислялась и выплачивалась в соответствии с выполненным объемом работы, поскольку отсутствовала обязанность производить начисление ФИО1 заработной платы в размере не ниже установленного минимального размера оплаты труда. Оснований для удовлетворения требований истца о взыскании с ответчика заработной платы в размере МРОТ за каждый месяц работы за период с января 2022 года по март 2022 года не имеется.
В связи с тем, что судом не установлены нарушения прав истца, связанные с привлечением к труду и дальнейшим освобождением от оплачиваемых работ, в части начисления и выплаты заработной платы, предусмотренных законом оснований для удовлетворения требования о взыскании с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда также не имеется.
Руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд
решил:
в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФКУ ИК-10 УФСИН России по Тверской области о признании увольнения незаконным, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, взыскании заработной платы в полном объеме, компенсации морального вреда отказать в полном объеме.
Решение может быть обжаловано путем подачи апелляционной жалобы в Тверской областной суд через Калининский районный суд Тверской области в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме.
Судья А.С. Бабанова
Мотивированное решение составлено 16 января 2023 года.
Судья А.С. Бабанова