Решение по делу № 2-2226/2022 от 14.12.2022 | Георгиевский городской суд (Ставропольский край)

УИД 26RS0010-01-2020-003069-58

Дело № 2-2226/2022

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

14 декабря 2022 года город Георгиевск

Георгиевский городской суд Ставропольского края в составе:

председательствующего судьи Курбановой Ю.В.,

при секретаре Мартынюк Е.В.,

с участием представителя процессуального истца ФИО1,

ответчика ФИО2,

представителя ответчика ФИО3 – ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску прокурора Ставропольского края к ФИО2, ФИО3 о прекращении права собственности в отношении реконструированного объекта недвижимости, обращении его в доход государства, регистрации права собственности на спорный объект за Российской Федерацией,

УСТАНОВИЛ:

Прокурор Ставропольского края, действуя в интересах Российской Федерации, обратился в суд с настоящим иском к ответчикам, с учетом его последующего уточнения в порядке ст. 39 ГПК РФ, указав, что на основании Федерального закона от 03.12.2012 № 230-ФЭ «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам», проведен контроль за расходами в отношении ФИО2, как лица, ранее замещавшего должность первого заместителя главы Кировского городского округа Ставропольского края.

В ходе проверки установлено, что согласно сведениям, представленным УФНС России по Ставропольскому краю, а также ГУ Пенсионного фонда Российской Федерации по Ставропольскому краю, за период замещения ФИО2 муниципальных должностей с 2011 по 2018 годы общий доход ФИО2 и его супруги ФИО5 составил 11 857 705 руб., в том числе с 2015 по 2018 годы - 8 270 377 руб.

Между тем, в период с 2016 по 2018 годы ФИО2 осуществлены расходы на общую сумму 19 408 600 руб., связанные со строительством и вводом в эксплуатацию нежилого здания (магазина), расположенного по адресу: <адрес>-. Мира (рядом с <адрес>, № и № по <адрес>).

Так, ФИО2 13.04.2016 получена нотариально удостоверенная доверенность от ФИО6 с правом на пользование, владение и распоряжение, в том числе с правом продажи за цену и на условиях по своему усмотрению на нежилое здание по указанному адресу, после чего ФИО2 с 2016 по 2018 годы на данном земельном участке возведено нежилое здание (магазин), которое в дальнейшем было оформлено на имя его матери ФИО5 на основании договора купли-продажи, заключенного между ФИО6 и ФИО5 от 14.08.2018.

Просит прекратить право собственности ФИО3 на реконструированный объект недвижимости – нежилого здания (магазина), расположенного по адресу: <адрес> (рядом с <адрес>, и № <адрес>), с кадастровым номером №, площадью 1015,7 кв.м, обратить данный объект недвижимости в доход Российской Федерации, зарегистрировать право собственности на него за Российской Федерацией.

В судебное заседание ответчик ФИО3, третье лицо ФИО6, представитель третьего лица – администрации Георгиевского городского округа Ставропольского края не явились, при этом ФИО3 реализовала свое право на участие в деле через представителя ФИО4

Суд, с учетом мнения явившихся лиц, счел возможным разрешить спор в их отсутствие.

В судебном заседании представитель процессуального истца ФИО1 поддержала заявленные исковые требования, с учетом их уточнения, в полном объеме.

Ответчик ФИО2, представитель ответчика ФИО3 – ФИО7 исковые требования не признали, просили отказать в их удовлетворении.

Исследовав материалы гражданского дела и содержащиеся в нем письменные доказательства, оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с ч. 1 ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Одной из форм противодействия коррупции является осуществление контроля за расходами лиц, замещающих должности, включенные в перечни, установленные нормативными правовыми актами Российской Федерации или нормативными актами Центрального банка Российской Федерации, а также за расходами их супруги (супруга) и несовершеннолетних детей в случаях и в порядке, которые установлены Федеральным законом "О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам", иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и нормативными актами Центрального банка Российской Федерации (статья 8.1 Федерального закона "О противодействии коррупции").

Контроль за расходами устанавливается, в частности, в отношении лиц, замещающих (занимающих) государственные должности Российской Федерации, в отношении которых федеральными конституционными законами или федеральными законами не установлен иной порядок осуществления контроля за расходами; должности членов Совета директоров Центрального банка Российской Федерации; государственные должности субъектов Российской Федерации; муниципальные должности; должности федеральной государственной службы, государственной гражданской службы, муниципальной службы, осуществление полномочий по которым влечет за собой обязанность представлять сведения о своих доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера, а также сведения о доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера своих супруги (супруга) и несовершеннолетних детей, других лиц, перечисленных в пункте 1 части 1 статьи 2 Федерального закона "О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам".

Согласно части 1 статьи 3 названного Федерального закона лицо, замещающее (занимающее) одну из указанных выше должностей, обязано ежегодно в сроки, установленные для представления сведений о доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера, представлять сведения о своих расходах, а также о расходах своих супруги (супруга) и несовершеннолетних детей по каждой сделке по приобретению земельного участка, другого объекта недвижимости, транспортного средства, ценных бумаг, акций (долей участия, паев в уставных (складочных) капиталах организаций), совершенной им, его супругой (супругом) и (или) несовершеннолетними детьми в течение календарного года, предшествующего году представления сведений, если общая сумма таких сделок превышает общий доход данного лица и его супруги (супруга) за три последних года, предшествующих отчетному периоду, и об источниках получения средств, за счет которых совершены эти сделки.

Информация о том, что лицом, замещающим (занимающим) одну из должностей, указанных в пункте 1 части 1 статьи 2 данного Федерального закона, его супругой (супругом) и (или) несовершеннолетними детьми в течение отчетного периода совершены указанные сделки (сделка), является основанием для принятия решения об осуществлении контроля за расходами такого лица, его супруги (супруга) и несовершеннолетних детей (часть 1 статьи 4 Федерального закона "О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам").

В соответствии с частью 3 статьи 16 Федерального закона "О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам", если в ходе осуществления контроля за расходами выявлены обстоятельства, свидетельствующие о несоответствии расходов лица, в отношении которого осуществляется такой контроль, его супруги (супруга) и несовершеннолетних детей их общему доходу, соответствующие материалы в трехдневный срок после его завершения направляются лицом, принявшим решение об осуществлении контроля за расходами, в органы прокуратуры Российской Федерации.

При получении указанных материалов Генеральный прокурор Российской Федерации или подчиненные ему прокуроры в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обращаются в суд с заявлением об обращении в доход Российской Федерации земельных участков, других объектов недвижимости, транспортных средств, ценных бумаг, акций (долей участия, паев в уставных (складочных) капиталах организаций), в отношении которых лицом, замещающим (занимающим) одну из должностей, указанных в пункте 1 части 1 статьи 2 Федерального закона "О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам", не представлено сведений, подтверждающих их приобретение на законные доходы (статья 17 Федерального закона "О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам").

Согласно положениям подпункта 8 пункта 2 статьи 235 Гражданского кодекса Российской Федерации по решению суда допускается обращение в доход Российской Федерации имущества, в отношении которого не представлены в соответствии с законодательством Российской Федерации о противодействии коррупции доказательства его приобретения на законные доходы.

По смыслу приведенной нормы права, обращению по решению суда в доход Российской Федерации подлежит только то имущество, в отношении которого не представлены в соответствии с законодательством Российской Федерации о противодействии коррупции доказательства его приобретения на законные доходы.

Таким образом, превышение стоимости приобретенного в течение отчетного периода имущества по отношению к доходам лица, расходы которого подлежат контролю, его супруги (супруга) за три года, предшествовавших отчетному периоду, является лишь достаточным поводом для принятия решения об осуществлении контроля за расходами и проведения соответствующей проверки и не должно рассматриваться как безусловное основание для обращения такого имущества в доход Российской Федерации.

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в пункте 5.2 Постановления от 29 ноября 2016 г. N 26-П "По делу о проверке конституционности подпункта 8 пункта 2 статьи 235 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьи 17 Федерального закона "О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам" в связи с запросом Верховного Суда Республики Башкортостан", собственник, приобретший имущество на доходы, не связанные с коррупционной деятельностью, вправе доказывать в ходе контрольных мероприятий и в суде всеми доступными способами законность происхождения средств, затраченных на приобретение того или иного имущества, независимо от того, когда эти средства были им получены, отражены ли они в соответствующей справке (декларации) или обнаружены государственными органами в ходе проведения контрольных мероприятий.

Следовательно, ответчик вправе представлять любые допустимые гражданским процессуальным законодательством доказательства законности происхождения средств, в том числе полученных за пределами трехлетнего срока, предшествовавшего отчетному периоду, направленных на приобретение спорного имущества.

Юридически значимыми обстоятельствами, подлежащими доказыванию при рассмотрении данного гражданского дела, являются обстоятельства, свидетельствующие о том, что спорный объект недвижимого имущества приобретен (построен) на средства ФИО2, законность которых, в соответствии с законодательством Российской Федерации о противодействии коррупции, не подтверждена.

Как установлено судом, в соответствии с ч. 6 ст. 16 Федерального закона от 03 декабря 2012 года № 230-ФЗ «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам», а также п. 3.5.1 приказа Генерального прокурора Российской Федерации от 14 апреля 2015 года № 179 «О реализации прокурорами полномочий, предусмотренных Федеральным законом от 03 декабря 2012 года №230-ФЗ «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам», проведен контроль за расходами в отношении ФИО2, как лица, ранее замещавшего должность первого заместителя главы Кировского городского округа Ставропольского края.

В ходе проведенного контроля установлено, что в период замещения должности муниципальной службы ФИО2 предоставлялись сведения о доходах, расходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера в отношении себя и супруги.

Распоряжением главы администрации Кировского городского округа Ставропольского края от 29 декабря 2017 года № 17 л/с ФИО2 назначен на должность первого заместителя главы администрации Кировского городского округа Ставропольского края, в порядке перевода из администрации Кировского муниципального района Ставропольского края.

На основании решения Кировского районного суда Ставропольского края от 21.08.2019, определения судебной коллегии по гражданским делам Ставропольского краевого суда от 03.12.2019, распоряжением главы администрации Кировского городского округа Ставропольского края от 13.01.2020 № 2 л/с «Об увольнении ФИО2», последний был уволен со службы в связи с утратой доверия за предоставление заведомо недостоверных и неполных сведений о доходах за 2015-2017 гг. При этом указанные нарушения не были связаны с предоставлением недостоверных сведений о расходах, в связи с чем дисциплинарное взыскание накладывалось на ФИО2 за предоставление недостоверных сведений о доходах.

Согласно сведениям, представленным УФНС России по Ставропольскому краю, а также ГУ Отделения Пенсионного фонда Российской Федерации по Ставропольскому краю, за период замещения ФИО2 муниципальных должностей с 2011 по 2018 годы общий доход ФИО2 и его супруги -ФИО24 составил 11 857 705 рублей, в том числе с 2015 по 2018 годы -8 270 377 рублей, из которых в 2015 году - 1 489 804 рубля; в 2016 году - 2 971 000 рублей; в 2017 году - 1 725 927 рублей; в 2018 году - 2 083 640 рублей.

В период с 2016 по 2018 годы ФИО2 осуществлены расходы на общую сумму 12 956 181 рублей, связанные со строительством и вводом в эксплуатацию нежилого здания (магазина), расположенного по адресу: <адрес> (рядом с <адрес>, № и № по <адрес>).

Процессуальный истец указывает, что с целью ухода от декларирования объектов недвижимости и денежных средств, полученных незаконным путем, ФИО2 информация о строительстве объекта недвижимости (магазина), расположенного по адресу: <адрес> (рядом с <адрес> и № по <адрес>) скрыта, путем дальнейшего оформления права собственности на указанный объект недвижимости на имя своей матери - ФИО3

Так, ФИО2 13 апреля 2016 года на основании доверенности, удостоверенной нотариусом ФИО8, от ФИО6 получено право на пользование, владение и распоряжение, в том числе право продажи за цену и на условиях по своему усмотрению на нежилое здание, расположенное по адресу: <адрес> (рядом с <адрес> и № по <адрес>), после чего ФИО2 с 2016 по 2018 годы на данном земельном участке возведено нежилое здание (магазин), право собственности на которое, согласно выписке из ЕГРН, зарегистрировано 16 августа 2018 года за ФИО3 на основании договора купли-продажи между ФИО6 и ФИО3 от 14 августа 2018 года.

Строительство нежилого здания (магазина), расположенного по адресу: <адрес> (рядом с <адрес> и № по <адрес>), осуществлялось лично ФИО2, что подтверждается объяснениями ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15 о том, что руководил строительством нежилого помещения (торгового центра) ФИО2, оплату работ по строительству нежилого помещения (торгового центра), а также строительных материалов осуществлял ФИО2

27 октября 2016 года ФИО6 подтвердила факт продажи ею ФИО2 за 100 000 рублей арендованного земельного участка, расположенного по адресу: <адрес> (рядом с <адрес> и № по <адрес>), в связи с этим, оформила на него нотариальную доверенность и завещание от своего имени, при этом с 13 апреля 2016 года какие-либо действия, связанные с вышеуказанным земельным участком, ею не осуществлялись.

Кроме того, коммерческим предложением ООО «Строительно-монтажное управление №4» по строительству магазина, расположенного по адресу: <адрес> (рядом с <адрес> и № по <адрес>), за 6 000 000 рублей, подтверждается факт строительства нежилого здания (магазина) непосредственно ФИО2, поскольку данное предложение утверждено лично им, также об этом свидетельствует договор строительного подряда от 6 июня 2016 года № 6-06-2016.

Согласно условиям договора строительного подряда от 6 июня 2016 года № 6-06-2016 ответчик ФИО2 выступал заказчиком строительно-монтажных работ конструкции нежилого здания, расположенного по адресу: <адрес> (рядом с <адрес> и № по <адрес>).

По условиям договора ФИО2 должен был произвести оплату за выполненные работы по договору в сумме 6 000 000 рублей, в том числе произвести авансирование, что им и было сделано 4 июня 2016 года, согласно представленным объяснениям от 18 ноября 2016 года, на сумму 1 100 000 рублей.

На основании удостоверенной нотариусом ФИО8 доверенности от 13 апреля 2016 года, ФИО6 предоставлено ФИО2 право вести строительство и ввести в эксплуатацию нежилое здание, расположенное по адресу: <адрес> (рядом с <адрес> и № по <адрес>), производить все действия, связанные со строительством, проектированием и технической подготовкой, вводом в эксплуатацию произведенных построек, закупать необходимые строительные материалы, нанимать подрядчиков на выполнение строительных работ, заключать с ними договоры подряда, расплачиваться за выполненные работы, в том числе продать за цену и на условиях по своему усмотрению принадлежащее ФИО6 нежилое здание, расположенное по вышеуказанному адресу.

Данные обстоятельства также свидетельствует о фактической принадлежности ФИО2 указанного нежилого здания (магазина), расположенного по адресу: <адрес> (рядом с <адрес> и № по <адрес>), с момента начала его строительства.

15 мая 2018 года первым заместителем главы администрации Георгиевского городского округа было выдано разрешение ФИО6 на ввод в эксплуатацию нежилого здания (магазина), расположенного по адресу: <адрес> (рядом с <адрес> и № по <адрес>).

14 августа 2018 года ФИО2, действуя от имени ФИО6 на основании доверенности от 13 апреля 2016 года, заключил договор купли-продажи со своей матерью ФИО3, по условиям которого ФИО6 продала ФИО3 нежилое здание (магазин), расположенное по адресу: <адрес> (рядом с <адрес> и № по <адрес>) по цене 250 000 рублей, тогда как кадастровая стоимость составляет 11 659 771 рубль, что также свидетельствует о мнимости указанной сделки, совершенной ФИО2 лишь для вида, без намерения создать соответствующие правовые последствия.

Таким образом, суд приходит к однозначному выводу о том, что строительство спорного объекта производилось непосредственно ответчиком ФИО2, обратного по делу не установлено.

Как указано в иске, сотрудниками прокуратуры Ставропольского края были проанализированы доходы ФИО3 за период с 2011 по 2018 годы, которые бы позволили осуществить строительство нежилого здания (магазина), расположенного по адресу: <адрес> (рядом с <адрес> и № по <адрес>). В ходе проведенной проверки таковых у ФИО3 не было установлено.

Однако, согласно сведениям, представленным ФИО2, УФНС России, ГУ отделения Пенсионного фонда Российской Федерации по Ставропольскому краю, за период с 2011 по 2018 годы доход ФИО3 составил 330 635 рублей, в том числе с 2015 по 2018 годы - 191 467 рублей.

Кроме того, в период с 5 октября 2012 года по 2018 год ФИО3 получен доход в виде военной пенсии в общей сумме 1 264 349 рублей 34 копейки. Общий доход ФИО3 с 2011 по 2018 годы составил 1 594 984 рубля.

В период с 27 января 2015 года по 27 января 2017 года ФИО3 было открыто 8 счетов в ПАО «Сбербанк России» на общую сумму 8 290 120 рублей.

В наличный оборот с данных счетов в указанный период было выведено 5 700 000 рублей.

Согласно позиции стороны ответчиков, данные денежные средства, принадлежащие ФИО3, которая является титульным собственником спорного нежилого здания, были использованы при приобретении, строительстве, улучшению указанного имущества.

При этом в материалы дела не представлено сведений о том, что ФИО3 является государственным или муниципальным служащим, либо иным публичным лицом, доходы которого подлежат контролю, в связи с чем, она не обязана доказывать законность происхождения указанных денежных средств.

Подтверждение источников происхождения средств требуется, как правило, в случаях, когда аффилированные лица утверждают о передаче денежных средств наличным путем и при этом имеются обоснованные сомнения в том, что лицо действительно обладало соответствующей денежной суммой.

В данной ситуации факт реального наличия заявленных сумм на счетах у ответчика ФИО3, которая является титульным собственником имущества, судом установлен, в связи с чем указанные денежные суммы подлежат учету в состав денежных средств, за счет которых приобретено данное имущество.

В материалах дела имеются следующие заключения эксперта:

- № 122/20 от 02.12.2020, в соответствии с которым стоимость фактически выполненных работ с учетом стоимости затраченных материалов в отношении здания – магазина с КН №, расположенного по адресу: <адрес> — Мира (рядом с <адрес>, и № <адрес>) на дату ввода здания в эксплуатацию (15.05.2018) составляла 10 289 734 рублей;

- № 2-32/21 от 10.06.2021 (дополнительное), в соответствии с которым стоимость фактически выполненных работ с учетом стоимости затраченных материалов в отношении здания – магазина с КН №, расположенного по адресу: <адрес> — Мира (рядом с <адрес>, и № <адрес>) по состоянию на 31.12.2018 составляла 10768432 рублей (дата фактической сдачи в эксплуатацию помещения в аренду ИП ФИО26

- № 008/2022-Э от 10.02.2022, согласно которой определена стоимость фактически выполненных работ с учетом стоимости затраченных материалов в отношении здания – магазина с КН №, расположенного по адресу: <адрес> — Мира (рядом с <адрес>, и № <адрес>) по состоянию на 14.08.2018 (дата приобретения здания в собственность ФИО3).

Поскольку в указанных экспертных заключениях оценивалась различная площадь спорного объекта, в том числе его фактическая площадь, определенная экспертами с разночтениями 1015,7 кв.м. и 1053 кв.м, а согласно правоустанавливающим документам и сведениями ЕГРН площадь указанного здания составляет 702 кв.м, судом по делу была назначена судебная строительно-техническая экспертиза на предмет определения стоимости фактически выполненных работ в отношении спорного объекта на дату 31.12.2018 (дата фактической сдачи в эксплуатацию помещения в аренду ИП ФИО16-о.), исходя из площади здания 702 кв.м., количество этажей 2, с учетом характеристики здания (по планировке и площади), содержащихся в техплане от 10.04.2018 и разрешении на ввод объекта в эксплуатацию от 15.05.2018, и с учетом выполненных внутренних отделочных работ.

В соответствии с заключением ООО Экспертный центр «ГлавЭксперт» № 158/22 от 30.11.2022, стоимость фактически выполненных работ с учетом стоимости затраченных материалов в отношении здания, площадью 702 кв.м., количество этажей 2 единицы, с учетом расположения в нем техподполья высотой 1,80 м, которое не учтено в техническом плане здания от 10.04.2018, согласно п. 5 приложения № 2 к приказу Министерства экономического развития РФ от 1 марта 2016 г. № 90 «Об утверждении требований к точности и методам определения координат характерных точек контура здания, сооружения или объекта незавершенного строительства на земельном участке, а также требований к определению площади здания, сооружения и помещения, но учтено данными проектной документации, расположенного по адресу: <адрес> — <адрес>, КН №. по состоянию на 31.12.2018, с учетом выполненных в нем отделочных работ, составляет 12 956 181 рублей.

Оценивая экспертное заключение эксперта ООО Экспертный центр «ГлавЭксперт» № 158/22 от 30.11.2022, суд приходит к выводу о том, что данное заключение отвечает требованиям относимости, достоверности и допустимости доказательства по делу, поскольку оно является обоснованным, полным, составленным с использованием нормативной документации, необходимой литературы, с учетом материалов дела. Экспертом проведен подробный анализ осмотра объекта исследования, приведены конкретные методы проводимых расчетов, эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, имеет соответствующую квалификацию, специальное образование, длительный стаж работы в сфере строительно-технической деятельности, надлежащая квалификация эксперта сомнений не вызывает.

Исходя из позиции стороны ответчиков, даже в случае доказанности факта приобретения (построения) спорного магазина ФИО2, он имел реальную финансовую возможность это сделать.

Стоимость здания (объекта) магазина на момент ввода его в эксплуатацию на 15 мая 2018 года составляла - 10 289 734 рублей, на момент его приобретения по договору купли-продажи, заключенному между ФИО6 и ФИО5 (14.08.2018), - 10 768 432 рублей.

Как следует из представленных в суд деклараций ФИО2 и членов его семьи (супруги и несовершеннолетнего ребенка) за период с 2011 по 2018 годы совокупный доход составил 11 735 825 рублей (6 871 840 + 4 863 985), а также семья еще имела значительные накопления и за предыдущий период времени, когда ФИО2 работал в ОВД России по Ставропольскому краю в различных должностях, что следует из имеющихся в материалах дела справках о его денежном довольствии за период с 1991 по 2012 годы, в которых указан доход ФИО2 на сумму более 4 000 000 рублей.

После 14 августа 2018 года (после заключения договора купли-продажи) расходы по содержанию и улучшению здания магазина стали производится за счет средств матери ответчика - ФИО5 и другого её сына, проживающего с ней совместно - ФИО17

Материалами дела установлено, что ФИО3 за период с 2011 по 2018 годы получала пенсию по старости, в также военную пенсию в размере 330 365 рублей и 1 594 984 рублей, со своих банковских счетов в рассматриваемый период времени вывела в оборот 5 700 000 рублей.

Исходя из представленных в материалы дела сведений о доходе сына ФИО5 - ФИО17 (он же родной брат ФИО2), его денежное довольствие за период с 2009-2010 годы составило 665 545 рублей, в период с 2011 по 2015 - 1 949 824 рублей, пенсия за период с 2015 по 2021 в размере 1 307 770 рублей, а 22.11.2018 ему предоставлен кредит в сумме 1 400 460 рублей в банке «ВТБ».

Таким образом, при разрешении настоящего спора, суд считает правильным принять во внимание доходы ФИО2 и его супруги, полученные ими до начала строительства спорного объекта недвижимости, за период замещения ФИО2 муниципальных должностей с 2011 по 2018 годы, при том, что сведения о совершении указанными лицами иных крупных приобретений отсутствуют.

Одновременно суд считает возможным и правильным принять во внимание и вышеуказанные доходы матери ФИО2 – ФИО3, а также его брата ФИО17, являющегося членом семьи ФИО3, и учесть при этом, что данные лица не являются государственными или муниципальными служащими, либо иными публичными лицами, доходы которых подлежат контролю, в связи с чем, они не обязаны доказывать законность происхождения указанных средств.

Таким образом, совокупный доход ФИО2, его супруги, его матери ФИО3 и брата ФИО17 за десятилетний период составляет свыше 20 000 000 рублей.

При этом стоит отметить, что ограничение периода, подлежащего учету при определении доходов ФИО2 и его супруги, трехлетним сроком, как об этом указывает процессуальный истец, будет противоречить разъяснениям Конституционного Суда Российской Федерации, выраженные в Постановлении от 29.11.2016 N 26-П, приведенным судом выше.

Превышение стоимости приобретенного в течение отчетного периода имущества по отношению к доходам лица, расходы которого подлежат контролю, его супруги (супруга) за три года, предшествовавших отчетному периоду, является лишь достаточным поводом для принятия решения об осуществлении контроля за расходами и проведения соответствующей проверки и не должно рассматриваться как безусловное основание для обращения такого имущества в доход Российской Федерации.

Как уже было указано судом выше, юридически значимыми обстоятельствами, подлежащими доказыванию при рассмотрении данного гражданского дела, являются обстоятельства, свидетельствующие о том, что объект недвижимого имущества: нежилое здание (магазин) приобретен (построен) на средства ФИО2, законность которых, в соответствии с законодательством Российской Федерации о противодействии коррупции, не подтверждена.

По мнению суда, таких доказательств процессуальным истцом по делу представлено не было, напротив, стороной ответчика в условиях состязательности процесса доказан факт наличия у семьи Т-вых такого совокупного дохода, полученного на законных основаниях, который позволил осуществить приобретение и строение данного объекта недвижимости.

При изложенных обстоятельствах, в удовлетворении исковых требований прокурора Ставропольского края к ФИО2 и ФИО3 надлежит отказать.

Одновременно, с учетом оставления заявленных по делу исковых требований без удовлетворения, суд считает возможным по вступлению настоящего судебного акта в законную силу отменить обеспечительные меры (арест), наложенные определением Георгиевского городского суда в виде наложения ареста на нежилое здание (магазин), расположенное по адресу: <адрес> (рядом с <адрес> и № по <адрес>, кадастровый №), площадью 702 кв.м., в виде запрета его отчуждения третьим лицам, о чем заявлено стороной ответчика в судебном заседании.

Руководствуясь ст.ст. 194 -199 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

Исковые требования прокурора Ставропольского края к ФИО2, ФИО3 о прекращении права собственности ФИО3 в отношении реконструированного объекта недвижимого имущества – нежилого здания (магазина), расположенного по адресу: <адрес> (рядом с <адрес> и № по <адрес>, кадастровый №), площадью 1015,7 кв.м., обращении его в доход Российской Федерации, а также о регистрации права собственности в отношении данного объекта недвижимости за Российской Федерацией, - оставить без удовлетворения.

Обеспечительные меры (арест), наложенные определением Георгиевского городского суда в виде наложения ареста на нежилое здание (магазин), расположенное по адресу: <адрес> (рядом с <адрес> и № по <адрес>, кадастровый №), площадью 702 кв.м., в виде запрета его отчуждения третьим лицам, отменить по вступлению настоящего судебного акта в законную силу.

Решение может быть обжаловано в Ставропольский краевой суд через Георгиевский городской суд в течение месяца, со дня изготовления мотивированного решения.

(мотивированное решение изготовлено 21 декабря 2022 года)

Судья Ю.В.Курбанова