Решение по делу № 2-166/2023 от 22.03.2023 - об установлении факта трудовых отношений, взыскании денежных средств, компенсации морального вреда.

Дело № 2-166/2023

55RS0002-01-2022-007182-60

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Омск 22 марта 2023 года

Куйбышевский районный суд города Омска в составе председательствующего судьи Мякишевой И.В. при помощнике ФИО1, секретаре Пчелиной А.В., с участием истца ФИО2, представителей ООО «Многопрофильный центр современной медицины «Евромед» ФИО3, ФИО4, старшего помощника прокурора ЦАО г. Омска ФИО5, ФИО6, помощника прокурора Щетковой Я.В., представителя Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации ФИО7, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к ООО «Многопрофильный центр современной медицины «Евромед» об установлении факта трудовых отношений, взыскании денежных средств, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратилась в суд с названым иском, в обоснование требований указав, что ДД.ММ.ГГГГ между ней и ответчиком был заключён договор оказания услуг № на выполнение услуги по забору мазков биологического материала (COVID-19). Полагает, что данный договор является трудовым, так как взаимоотношения сторон, являлись трудовыми.

В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец в ООО «МЦСМ «Евромед» фактически осуществляла медицинскую деятельность по специальности медсестра, вела прием граждан, которые приходили для дачи ПЦР-тестов на наличие у них вируса COVID-19. Местом работы являлась машина скорой помощи, которая находилась на парковке на территории ОАО Омский аэропорт по адресу: <адрес>. Трудовая деятельность истца осуществлялась согласно установленному работодателем графику, который направлялся в коллективный чат мессенджера WhatsApp старшей медсестрой. Работодатель обеспечивал истца рабочим местом, оснащённым медицинским оборудованием, необходимым для исполнения обязанностей, со всем необходимым инвентарем и спецодеждой. Каждый раз, приходя на смену, истца отмечали в компьютере в программе о приходе на работу операторы. Кроме того, в конце рабочего дня истец ставила отметку в журнале о своем уходе и ставила время работы машины скорой помощи, а также расходы ГСМ.

Выплата заработной платы осуществлялась путем перечисления денежных средств на банковский счет истца и помечалась кодировкой «заработная плата». Первые два месяца заработную плату истец получала через кассу, где расписывалась в ведомостях.

Исходя из содержания расчетных листков, выданных истцу ответчиком также видно, что ФИО2 выплачивалась заработная плата согласно ведомости ежемесячно восьмого числа.

В расчетном листке ответчиком указан акт приемки выполненных работ № от ДД.ММ.ГГГГ, однако такой акт приемки выполненных работ между истцом и ответчиком не составлялся и соответственно не подписывался.

О том, что с истцом должен быть заключен именно трудовой договор, также следует из объявления о приеме на работу, выставленном ответчиком на сайте omsk- rosrabota-ru, из которого следует, что у ответчика имеется вакансия фельдшера на забор мазков (Аэропорт), где условия работы предоставляются по графику 2/2 с 8.00 до 20.00 день, с 20.00 до 8.00 ночь и именно по срочному трудовому договору. Т.е. ответчик предоставляет место работы, определяет его период и указывает минимальную заработную плату в размере 22 000 рублей.

Кроме того, такой вид работы не может осуществляться по договору услуг, так как медицинская деятельность имеет определенную специфику в части оформления правоотношений с медицинскими специалистами, а действующее законодательство содержит запрет на заключение договоров гражданско-правового характера с медицинскими работниками.

ДД.ММ.ГГГГ вследствие ухудшения состояния здоровья истец обратилась за медицинской помощью в городскую поликлинику БУЗОО ГП №11, где ей был выдан листок нетрудоспособности и установлен диагноз.

Согласно выписки из истории болезни амбулаторного больного № в БУЗОО ГП №11, полный диагноз короновирусная инфекция, легкой степени, вирус идентифицирован <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ.

Таким образом, истец пролагает, что она, работая в ООО «МЦСМ «Евромед» с пациентами, имеющими подтвержденный диагноз коронавирусной инфекции COVID – 19, была сама инфицирована коронавирусной инфекцией COVID-19 и заболела, находилась на амбулаторном лечении с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ по телефону истцу сообщили, что на работу приходить не надо и с 01 марта договор расторгли.

О своем праве на получение единовременной страховой выплаты, предусмотренной Указом Президента Российской Федерации от 06.05.2020 № 31 «О предоставлении дополнительных страховых гарантий отдельным категориям медицинских работников» в размере 68 811 рублей истец узнала только ДД.ММ.ГГГГ. В связи с чем, она направила в адрес ответчика письмо о рассмотрении страхового случая и направлении документов в ГУ - Омское региональное отделение фонда социального страхования Российской Федерации для последующих страховых выплат.

ДД.ММ.ГГГГ истец получила ответ, согласно которому ООО «МЦСМ «Евромед» рассмотрев её документы, приняло решение провести расследование моего страхового случая. Однако в связи с тем, что с ДД.ММ.ГГГГ отсутствует положение о расследовании страховых случаев причинения вреда здоровью медицинского работника в связи с развитием у него полученных при исполнении трудовых обязанностей заболевания или осложнения, повлекших за собой временную нетрудоспособность, вызванных новой короновирусной инфекцией, и орган государственной власти уполномоченный проводить расследование страховых случаев документы направлены не были.

Полагает, что срок для передачи документов в Фонд социального страхования РФ пропущен именно по вине ответчика, так как именно он затянул рассмотрение её заявления, в результате чего она не успела направить документы.

Просит признать договор оказания услуг № трудовым договором, признать отношения между истцом и ответчиком трудовыми, взыскать с ответчика в пользу истца 68 811 рублей, взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО2 иск поддержала. Пояснила, что когда она устраивалась на работу ей говорили, что с ней будет заключен срочный трудовой договор, о том, что с ней был заключен договор на оказание услуг она узнала только спустя несколько месяцев. При этом, после окончания срока действия договора, договор с ней был автоматически продлен. Акты выполненных работ она не подписывала, а расписывалась только о том, что она была ознакомлена с техникой безопасности. В трудовую книжку запись о её работе у ответчика не вносилась. Работа у ответчика для истца не была основной, являлась работой по совместительству, так как она работала в скорой медицинской помощи по основному месту работы. Больничный ей был выплачен только по основному месту работы. При этом за выплатой единовременной компенсации по основному месту работы истец не обращалась. Трудовые отношения также подтверждает и то, что у истца был установлен режим и график работы. Размер заработной платы определялся в зависимости от количества людей, у которых брался мазок во время смены. За одного человека был предусмотрен тариф 27 рублей. Сведения о количестве лиц, поступивших на смене, передавались работодателю, для произведения расчетов по заработной плате. Оспаривала график её смен, предоставленный ответчиком, так как полагает, что ответчик неверно указал, что она не работала ДД.ММ.ГГГГ, на самом деле истец вышла на работу ДД.ММ.ГГГГ в 20:00 и ушла с работы ДД.ММ.ГГГГ в 20:00. Также истец полагает, что был выявлен факт фальсификации ответчиком документов и подделкой подписи истца в них. Более того, истец изначально не обращалась к ответчику за выплатой, так как работодатель убедил её, что ей такие выплаты не положены, так как они не распространяются на частные медицинские учреждения. Позднее истцу стало известно, что другие работники ответчика, переболевшие COVID-19, получили единовременную выплату. Более того, истец вышла на работу ДД.ММ.ГГГГ с разрешения старшей медицинской сестры ФИО8, которая знала о том, что у истца выявлен COVID-19. Также, с ДД.ММ.ГГГГ работник не должен предъявлять работодателю больничный лист, так как информацию об открытии и закрытии больничного листа работодатель получает непосредственно из ФСС РФ. При этом ФСС РФ ссылается на то, что они не предоставили ответчику данные по поводу болезни истца, так как трудовые отношения с ней не были оформлены надлежащим образом, что свидетельствует о нарушении ООО «МЦСМ «Евромед» трудовых прав истца. Полагает, что причинно-следственная связь между её заболеванием и выполнением трудовых обязанностей, вследствие непосредственного контакта (забора мазков биологического материала) установлена. В ходе рассмотрения дела истец уточнила, что она просит установить факт трудовых отношений между ней и ответчиком в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в должности медицинской сестры, поскольку последним днем работы являлось ДД.ММ.ГГГГ, после этой даты на работу к ответчику она не выходила.

Представители ответчика ООО «МЦСМ «Евромед» ФИО3, ФИО4 в судебном заседании признали факт наличия трудовых отношений между истцом и ответчиком в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. При этом оставили на усмотрение суда вопрос о должности истца. Оспаривали факт произошедшего несчастного случая на производстве, в результате которого истец была заражена COVID-19. Поддержали доводы, изложенные в возражениях на исковое заявление, согласно которым в ходе расследования несчастного случая на производстве по обращению ФИО2, было установлено, что истец не могла заразиться COVID-19 выполняя трудовые функции у ответчика, так как единственный контакт с пациентом, зараженным COVID-19 у неё был ДД.ММ.ГГГГ в 11:46, а первые симптомы у неё появились утром ДД.ММ.ГГГГ. При этом инкубационный период COVID-19, согласно методическим рекомендациям составляет от 2 до 7 дней. То есть инкубационный период заражения истца не соответствует санитарным требованиям. Из вышеизложенного следует, что причинно-следственная связь между заболеванием ФИО2 и выполнением услуг в ООО «МЦСМ «Евромед» отсутствует. Следовательно, имело место бытовое заражение или профессиональная деятельность истца в ином медицинском учреждении. Кроме того, положительный результат на COVID-19 был получен истцом ДД.ММ.ГГГГ, а отрицательный результат только ДД.ММ.ГГГГ, при этом истцом не оспаривалось, что она ДД.ММ.ГГГГ выходила на работу, тем самым нарушив режим самоизоляции, не предупредив о наличии у неё новой короновирусной инфекции работодателя, подвергла риску заражения неопределенный круг лиц. Истец не предоставила «квиток» электронного больничного листа в ООО «МЦСМ «Евромед», и, более того, получила оплату за те дни работы, когда она находилась на больничном листе, т.е. с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Таким образом, ответчик не знал, что истец находилась на больничном, и с каким именно диагнозом. Требование истца о компенсации морального вреда удовлетворению не подлежит, поскольку истец, в судебном заседании не смогла пояснить, какие нравственные и физически страдания она понесла, и, более того, пояснила, что установление факта трудовых отношений ей необходимо только для получения выплаты, следовательно, у истца отсутствует значимость нематериального блага в виде права на труд (л.д. 116-119).

Представитель третьего лица Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Омской области ФИО7 в судебном заседании поддержала доводы, изложенные в отзыве на исковое заявление, согласно которым у ФСС РФ отсутствовали законные основания для назначения и произведения ФИО2 единовременной страховой выплаты, так как работодателем истца справка, предусмотренная пунктом 5 Временного положения о расследовании страховых случаев не составлялась и в Фонд не направлялась.

В своем заключении помощник прокурора ЦАО г. Омска - ФИО3 полагала возможным удовлетворить требования истца частично об установлении факта трудовых отношений и о взыскании компенсации морального вреда.

Третьи лица БУЗОО «Станция скорой медицинской помощи», БУЗОО «Городская поликлиника № 11» извещались о рассмотрении дела, в судебном заседании не участвовали.

Выслушав участников процесса, исследовав и оценив представленные доказательства, суд приходит к следующему.

Согласно статье 15 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ), трудовые отношения - это отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается.

По общему правилу, установленному частью 1 статьи 16 ТК РФ, трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с этим кодексом.

Согласно части 3 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

В соответствии с частью второй статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце втором пункта 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (часть вторая статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

По смыслу приведенных норм в их системном единстве следует, что, если работник, с которым не оформлен трудовой договор в письменной форме, приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен предоставить работодатель.

В Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2018 N 15 "О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям" в п.п. 17, 18 указано, что суды должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 ТК РФ, был ли фактически осуществлен допуск работника к выполнению трудовой функции.

К характерным признакам трудовых отношений в соответствии со статьями 15 и 56 ТК РФ относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, графику работы (сменности); обеспечение работодателем условий труда; выполнение работником трудовой функции за плату.

О наличии трудовых отношений может свидетельствовать устойчивый и стабильный характер этих отношений, подчиненность и зависимость труда, выполнение работником работы только по определенной специальности, квалификации или должности, наличие дополнительных гарантий работнику, установленных законами, иными нормативными правовыми актами, регулирующими трудовые отношения.

К признакам существования трудового правоотношения также относятся, в частности, выполнение работником работы в соответствии с указаниями работодателя; интегрированность работника в организационную структуру работодателя; признание работодателем таких прав работника, как еженедельные выходные дни и ежегодный отпуск; оплата работодателем расходов, связанных с поездками работника в целях выполнения работы; осуществление периодических выплат работнику, которые являются для него единственным и (или) основным источником доходов; предоставление инструментов, материалов и механизмов работодателем (Рекомендация N 198 о трудовом правоотношении, принятая Генеральной конференцией Международной организации труда 15 июня 2006 года).

При разрешении вопроса, имелись ли между сторонами трудовые отношения, суд в силу статей 55, 59 и 60 ГПК РФ вправе принимать любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством.

К таким доказательствам, в частности, могут быть отнесены письменные доказательства (например, оформленный пропуск на территорию работодателя; журнал регистрации прихода-ухода работников на работу; документы кадровой деятельности работодателя: графики работы (сменности), графики отпусков, документы о направлении работника в командировку, о возложении на работника обязанностей по обеспечению пожарной безопасности, договор о полной материальной ответственности работника; расчетные листы о начислении заработной платы, ведомости выдачи денежных средств, сведения о перечислении денежных средств на банковскую карту работника; документы хозяйственной деятельности работодателя: заполняемые или подписываемые работником товарные накладные, счета-фактуры, копии кассовых книг о полученной выручке, путевые листы, заявки на перевозку груза, акты о выполненных работах, журнал посетителей, переписка сторон спора, в том числе по электронной почте; документы по охране труда, как то: журнал регистрации и проведения инструктажа на рабочем месте, удостоверения о проверке знаний требований охраны труда, направление работника на медицинский осмотр, акт медицинского осмотра работника, карта специальной оценки условий труда), свидетельские показания, аудио- и видеозаписи и другие

На основании части 1 статьи 56 ГПК Российской Федерации, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Следовательно, суд должен не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (трудового договора, гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в ст. ст. 15 и 56 ТК РФ, был ли фактически осуществлен допуск работника к выполнению трудовой функции.

В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель. При разрешении вопроса, имелись ли между сторонами трудовые отношения, суд в силу ст. ст. 55, 59 и 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вправе принимать любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством. К таким доказательствам, в частности, относятся письменные доказательства, свидетельские показания, аудио- и видеозаписи.

Из разъяснений, изложенных в п. 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. N 15 "О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям", следует, что принимая во внимание, что ст. 15 ТК РФ не допускает заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения, суды вправе признать наличие трудовых отношений между сторонами, формально связанными гражданско-правовым договором, если в ходе судебного разбирательства будет установлено, что этим договором фактически регулируются трудовые отношения. В этих случаях трудовые отношения между работником и работодателем считаются возникшими со дня фактического допущения физического лица к исполнению предусмотренных гражданско-правовым договором обязанностей (ч. 4 ст. 19.1 ТК РФ).

Если между сторонами заключен гражданско-правовой договор, однако в ходе судебного разбирательства будет установлено, что этим договором фактически регулируются трудовые отношения между работником и работодателем, к таким отношениям в силу ч. 4 ст. 11 ТК РФ должны применяться положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.

При этом неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений (ч. 3 ст. 19.1 ТК РФ).

Судом установлено, что между истцом и ответчиком ДД.ММ.ГГГГ был заключен договор на оказание услуг №, согласно которому истец должна была оказывать услугу по забору мазков биологического материала (COVID-19). Срок выполнение работ с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (п. 2.2. договора на оказание услуг №) (л.д. 70).

ДД.ММ.ГГГГ между истцом и ответчиком был заключен новый договор об оказании услуг №, согласно которому истец должна была оказывать услугу по забору мазков биологического материала (COVID-19). Срок выполнение работ с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (п. 2.2. договора на оказание услуг №) (л.д. 67).

Кроме того истец и ответчик подписывали акты приемки оказанных услуг по указанным договорам от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ, согласно которым работа выполнена полностью и соответствует условиям и требованиям договора, указана стоимость выполненной работы (л.д. 68-69).

При этом истец оспаривает факт принадлежности ей подписи в актах приемки оказанных услуг. Ссылается на то обстоятельство, что никакие акты об оказании услуг она не подписывала. Новый договор на оказание услуг с ней не заключался, продлевалось действие предыдущего договора.

Также ФИО2 ссылается на то, что при устройстве на работу к ответчику, она полагала, что с ней будет заключен срочный трудовой договор, а не договор об оказании услуг, сослалась на наличия в сети Интернет объявления по поиску работы, размещенное ДД.ММ.ГГГГ на сайте <данные изъяты>, согласно которому, одним из условий работы в должности фельдшера на забор мазков ООО «МЦСМ «Евромед» было указано: «Срочный ТД до ДД.ММ.ГГГГ.» (л.д. 12).

Стороной ответчика ООО «Мноногопрофильный центр современной медицины «Евромед» представлены выписки из списка перечисляемой в банк заработной платы в отношении ФИО2, а также платежные поручения, где в назначении платежа указано: «Для зачисления зарплаты» (л.д. 74-89).

Согласно указанным выше выпискам и платежным поручениям, а также справке о безналичных зачислениях клиенту ФИО2 из ПАО Сбербанк (л.д. 102) следует, что заработная плата выплачивалась истцу 8 числа каждого месяца, что свидетельствует о системности произведения оплаты труда работнику ФИО2

О наличии между истцом и ответчиком трудовых отношений свидетельствует и тот факт, что в представленных в материалы дела расчетных листках за ДД.ММ.ГГГГ в графе «Выплачено» указывается, что истцу подлежала выплате именно зарплата за месяц, а не оплата по договору об оказании услуг (л.д. 20-21).

Ответчиком в материалы дела представлены выписки из штатного расписания от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ с приложением к ним, согласно которым истец входила в общепрофильную выездную бригаду для отбора биологического материала. При этом, как следует из примечаний к списку работников общепрофильной выездной бригады для отбора биологических материалов, договор оказания услуг заключался с медицинскими работниками, у которых отсутствовал сертификат специалиста по специальности «Лечебное дело» (фельдшер). Как следует из указанного списка, работники, которые занимали должность фельдшера скорой медицинской помощи на основании трудового договора, осуществляли ту же функцию, что и истец – забор биологического материала (л.д. 108-110).

В материалы дела представлен график рабочего времени регистратуры АЭРОПОРТ ООО «МЦСМ «Евромед» за ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому у истца был установлен режим рабочего времени – день с 08:00 до 20:00, ночь с 20:00 до 08:00, с наличием обеденного перерыва 30 минут. При этом последний рабочий день истца был ДД.ММ.ГГГГ, что сторонами не оспаривалась.

Указанные обстоятельства в их совокупности свидетельствуют о том, что договоры на оказание услуг регулировали не выполнение работы с достижением результата, а заранее определенную деятельность истца, которая осуществлялась постоянно, сами договоры не отражали фактические правоотношения сторон, были составлены формально и для вида, работы по договору не исполнялись иждивением истца, а исполнялись иждивением работодателя, так у истца имелось постоянное место работы – машина скорой медицинской помощи, которая находилась на парковке на территории ОАО Омский аэропорт по адресу: <адрес>, которая была оборудована медицинским оборудованием, необходимым для исполнения истцом своих трудовых обязанностей, а также необходимыми материалами и спецодеждой, ответчик перечислял истцу ежемесячно заработную плату в установленный день – 8 числа каждого месяца. Кроме того, истец работала по заранее установленному графику работы, с установленным режимом рабочего времени и времени отдыха.

При этом ответчик не оспаривал факт наличия трудовых отношений ООО «МЦСМ «Евромед» и ФИО2 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в должности медицинской сестры. Правовые последствия признания иска судом ответчику разъяснялись.

В силу ч. 3 ст. 19.1 ТК РФ неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений.

Если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии в порядке, установленном частями первой - третьей настоящей статьи, были признаны трудовыми отношениями, такие трудовые отношения между работником и работодателем считаются возникшими со дня фактического допущения физического лица, являющегося исполнителем по указанному договору, к исполнению предусмотренных указанным договором обязанностей.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о наличии оснований для признании отношений, сложившихся между ФИО2 и ООО «МЦСМ «Евромед» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ трудовыми в должности медицинской сестры, поскольку они возникли на основании фактического допущения истца к работе у ответчика в указанный период.

Что касается требований истца о выплате ей единовременной страховой выплаты, предусмотренной Указом Президента Российской Федерации от 06.05.2020 № 313 «О предоставлении дополнительных страховых гарантий отдельным категориям медицинских работников» в размере 68 811 рублей, суд исходит из следующего.

В целях обеспечения государственных гарантий по обязательному государственному страхованию работников медицинских организаций при исполнении ими трудовых обязанностей в условиях распространения коронавирусной инфекции (COVID-19) 6 мая 2020 г. Президентом Российской Федерации принят Указ N 313 "О предоставлении дополнительных страховых гарантий отдельным категориям медицинских работников" (далее - Указ Президента Российской Федерации от 6 мая 2020 г. N 313), утративший силу с 15 июля 2022 г.

Пунктом 1 Указа Президента Российской Федерации от 6 мая 2020 г. N 313 установлено, что дополнительные страховые гарантии в виде единовременной страховой выплаты предоставляются врачам, среднему и младшему медицинскому персоналу медицинских организаций, водителям автомобилей скорой медицинской помощи, непосредственно работающим с пациентами, у которых подтверждено наличие новой коронавирусной инфекции (COVID-19), и пациентами с подозрением на эту инфекцию (далее - медицинские работники).

Пунктом 2 Указа Президента Российской Федерации от 6 мая 2020 г. N 313 предусмотрены страховые случаи, при наступлении которых производится единовременная страховая выплата. Таким страховым случаем в силу подп. "б" является причинение вреда здоровью медицинского работника в связи с развитием у него полученных при исполнении трудовых обязанностей заболевания (синдрома) или осложнения, вызванных новой коронавирусной инфекцией (COVID-19), подтвержденной лабораторными методами исследования (а при отсутствии возможности проведения лабораторных исследований - решением врачебной комиссии, принятым на основании результатов компьютерной томографии легких) и повлекших за собой временную нетрудоспособность, но не приведших к инвалидности. Перечень таких заболеваний (синдромов) и осложнений утверждается Правительством Российской Федерации.

Перечень заболеваний (синдромов) или осложнений, вызванных подтвержденной лабораторными методами исследования новой коронавирусной инфекцией (COVID-19), утвержден распоряжением Правительства Российской Федерации от 15 мая 2020 г. N 1272-р, и направлен на реализацию пункта 2 Указа Президента Российской Федерации от 6 мая 2020 г. N 313 в части причинения вреда здоровью медицинского работника в связи с развитием у него полученных при исполнении трудовых обязанностей заболеваний (синдромов) или осложнений, вызванных подтвержденной лабораторными методами исследования новой коронавирусной инфекцией (COVID-19), повлекших за собой временную нетрудоспособность, но не приведших к инвалидности.

В указанный Перечень включена вирусная пневмония, не классифицированная в других рубриках (любой стадии) с кодом по МКБ-10 J12.

Согласно подп. "б" пункта 4 Указа Президента Российской Федерации от 6 мая 2020 г. N 313 в случае, предусмотренном подп. "б" пункта 2 Указа Президента Российской Федерации от 6 мая 2020 г. N 313, единовременная страховая выплата производится в размере 68811 рублей.

В соответствии с пунктом 6 Указа Президента Российской Федерации от 6 мая 2020 г. N 313 единовременная страховая выплата производится Фондом социального страхования Российской Федерации за счет межбюджетных трансфертов из федерального бюджета, предоставляемых бюджету Фонда социального страхования Российской Федерации, по результатам расследования страхового случая, проведенного в порядке, установленном трудовым законодательством Российской Федерации.

В целях организации расследования страховых случаев, указанных в подп. "б" пункта 2 Указа Президента Российской Федерации от 6 мая 2020 г. N 313 Постановлением Правительства РФ от 16 мая 2020 года N 695 утверждено Временное положение о расследовании страховых случаев причинения вреда здоровью медицинского работника в связи с развитием у него полученных при исполнении трудовых обязанностей заболевания (синдрома) или осложнения, вызванных подтвержденной лабораторными методами исследования новой коронавирусной инфекцией и повлекших за собой временную нетрудоспособность, но не приведших к инвалидности, которым установлен порядок расследования страховых случаев причинения вреда здоровью врачей, среднего и младшего медицинского персонала медицинских организаций, водителей автомобилей скорой медицинской помощи, непосредственно работающих с пациентами, у которых подтверждено наличие новой коронавирусной инфекции, и пациентами с подозрением на новую коронавирусную инфекцию (далее - работники) в связи с развитием у них полученных при исполнении трудовых обязанностей заболевания (синдрома) или осложнения, вызванных подтвержденной лабораторными методами исследования новой коронавирусной инфекцией, включенных в перечень, утвержденный Правительством Российской Федерации (далее соответственно - перечень, заболевания), и повлекших за собой временную нетрудоспособность, но не приведших к инвалидности.

Пунктом 2 указанного Временного положения предусмотрено, что при установлении работнику диагноза заболевания, включенного в перечень, медицинская организация, установившая случай заболевания работника, обязана незамедлительно уведомить о заболевании работника Фонд социального страхования Российской Федерации и руководителя организации (руководителя структурного подразделения организации), в которой работает работник (далее - работодатель).

Работодатель в день получения уведомления обязан создать врачебную комиссию по расследованию страхового случая (далее - врачебная комиссия) в составе не менее 3 человек, включающую представителей работодателя (председатель врачебной комиссии), медицинской организации, указанной в пункте 2 настоящего Временного положения, и Фонда социального страхования Российской Федерации (пункт 3).

Согласно пункту 4 названного положения расследование страхового случая проводится врачебной комиссией в течение суток со дня создания врачебной комиссии.

В письме Министерства здравоохранения от 6 июля 2020 г. N 28-1/И/2-9309 разъяснено, что для признания наступления страхового случая медицинских работников, у которых подтверждено наличие новой коронавирусной инфекции (COVID-19) необходимым условием является непосредственная работа с пациентами, у которых подтверждено наличие новой коронавирусной инфекции (COVID-19), и пациентами с подозрением на эту инфекцию.

Из изложенного следует, что дополнительные страховые гарантии в виде единовременной страховой выплаты предоставляются медицинским работником при соблюдении двух условий: заболевание или осложнение вызваны новой коронавирусной инфекцией, факт заражения которой должен быть подтвержден лабораторными методами исследования; медицинский работник заразился новой коронавирусной инфекцией (COVID-19) при исполнении трудовых обязанностей, а именно: в ходе непосредственной работы с пациентами, у которых подтверждено наличие новой коронавирусной инфекции и пациентами с подозрением на эту инфекцию.

Судом установлено, что между истцом и ответчиком существовали трудовые отношения с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Как следует из пояснений истца ДД.ММ.ГГГГ утром, она, вследствие ухудшения состояния здоровья, обратилась за медицинской помощью в городскую поликлинику БУЗОО ГП №11, где ей был выдан листок нетрудоспособности и установлен диагноз.

Согласно выписки из истории болезни амбулаторного больного № в БУЗОО ГП №11 ДД.ММ.ГГГГ у истца появилась температура тела до 39,0, слабость, першение в горле, кашель, полный диагноз <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 130).

Исходя из выписки из реестра забора материалов за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ COVID-19 был обнаружен у 13 пациентов, у которых забор биоматериала, а, следовательно, контакт с медицинским персоналом общепрофильной выездной бригады, был ДД.ММ.ГГГГ в 7:25, ДД.ММ.ГГГГ в 17:10, ДД.ММ.ГГГГ в 20:00, ДД.ММ.ГГГГ в 17:45, ДД.ММ.ГГГГ в 19:20, ДД.ММ.ГГГГ в 18:55, ДД.ММ.ГГГГ в 18:45, ДД.ММ.ГГГГ в 14:15, ДД.ММ.ГГГГ в 14:10, ДД.ММ.ГГГГ в 00:50, ДД.ММ.ГГГГ в 22:20, ДД.ММ.ГГГГ в 06:25, ДД.ММ.ГГГГ в 11:45 (л.д. 111).

Как следует из графика рабочего времени за ДД.ММ.ГГГГ, истец осуществляла забор биоматериала только у одного из пациентов, у которого был обнаружен COVID-19. При этом, контакт истца с зараженным COVID-19 пациентом был ДД.ММ.ГГГГ в 11:45. Указанные обстоятельства не оспаривались всеми лицами, участвующими в деле. При этом, ранее ДД.ММ.ГГГГ истец на смены не выходила, что следует из ее пояснений на вопросы суда, соответственно, за иные даты до ДД.ММ.ГГГГ ответчиком сведения о наличии положительно выявленных пациентом с COVID-19 и не предоставлялись.

Согласно разделу 3 «Временных методических рекомендаций «Профилактика, диагностика и лечение новой короновирусной инфекции (COVID-19), Версия 17 (14.12.2022), утвержденного Министерством здравоохранения Российской Федерации, инкубационный период новой короновирусной инфекции до начала распространения варианта Омикрон составлял от 2 до 14 суток, в среднем 5-7 суток. Новая короновирусная инфекция COVID-19, вызванная вариантом Омикрон, характеризуется более коротким инкубационным периодом 2-7 суток. В среднем 3-4 суток.

Судом был сделан запрос в Управление Роспотребнадзора по Омской области с формулировкой, возможно ли развитие в данном случае Covid-19 с учетом инкубационного периода, когда ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 осуществляла забор мазков на выявление COVID-19, у пациента в тот же день в 11:45, у которого она отбирала мазок был выявлен положительный результат на Covid-19, ДД.ММ.ГГГГ у ФИО2 утром поднялась температура до 39 градусов (л.д. 160).

На указанный запрос Управление Роспотребнадзора по Омской области был дан ответ, согласно которому первые признаки заболевания COVID-19 при минимальном инкубационном периоде могут появляться через 2 суток после инфицирования (л.д. 162).

Таким образом, при условии, что истец заразилась COVID-19 от пациента, у которого брала мазок биологического материала ДД.ММ.ГГГГ в 11:45, первые признаки новой короновирусной инфекции должны были у неё проявиться не ранее чем через 2 суток, после контакта с инфицированным.

Указанные обстоятельства свидетельствуют об отсутствии причинно-следственной связи между заражением истца COVID-19 и осуществлением ею трудовой функции по забору биологических материалов в ООО «МЦСМ «Евромед».

Согласно ответу из БУЗОО «ССМП» где истец работала по основному месту работы в должности медицинской сестры по приему вызовов скорой медицинской помощи и передаче из выездной бригаде скорой медицинской помощи. За период работы в БУЗОО «ССМП» ФИО9 за назначением единовременной страховой выплаты, в связи с обнаружением у нее новой коронавирусной инфекции (COVID-19) при работе с пациентами, у которых подтверждено наличие новой коронавирусной инфекции (COVID-19), и пациентами с подозрением на эту инфекцию, не обращалась. Оперативный отдел БУЗОО «ССМП» принимает вызова скорой медицинской помощи через пульт «03» по телефонной связи. Медицинский персонал при приеме вызова с пациентом не контактирует.

Также ООО «МЦСМ «Евромед» ссылается на то обстоятельство, что они не были уведомлены о том, что истец в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (отрицательный тест на COVID-19) болела новой короновирусной инфекцией. Уведомление об этом было направлено в их адрес только ДД.ММ.ГГГГ.

Как следует из ответа БУЗОО «Городская поликлиника № 11» уведомление было направлено только ДД.ММ.ГГГГ ввиду того что ФИО2 изначально не сообщила лечащему врачу, что относится к категории медицинских работников, и ее заболевание связано с производственным контактом с больным новой коронавирусной инфекцией. Также, в соответствии с действующим в настоящее время порядком формирования листков нетрудоспособности, утвержденным Приказом Минздрава России от 23.11.2021 № 1089н, место работы в электронном листке нетрудоспособности не указывается. При обращении пациентки ДД.ММ.ГГГГ с требованием об оформлении документов для получения выплат, ей было незамедлительно оформлены выписка из медицинской карты амбулаторного больного, уведомление об установлении факта заболевания работником новой коронавирусной инфекцией, и направлены по месту работы, указанному ФИО2 (ООО МЦСМ ЕВРОМЕД) и Фонд социального страхования. При этом уведомление было направлено на официальную почту работодателя пациентки ФИО9 <данные изъяты>.ru ООО «МЦСМ ЕВРОМЕД».

Таким образом, ФИО2 не сообщила БУЗОО «Городская поликлиника № 11» о том, что она относится к категории медицинских работников, и ее заболевание связано с производственным контактом с больным COVID-19, ввиду чего ООО «МЦСМ «Евромед» не был своевременно уведомлен о необходимости расследования несчастного случая на производстве для последующего решения вопроса о возможности произведения выплаты истцу единовременной выплаты.

Ответчик не оспаривает, что расследование несчастного случая на производстве в установленном порядке не производилось, ответ ФИО2 был дан в рамках Федерального закона от 02.05.2006 № 59-ФЗ «О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации», где был сделан вывод об отсутствии причинно-следственной связи между выполнением истцом медицинских услуг и заболеванием, как следствие и справка, предусмотренная п. 5 Временного положения о расследовании страховых случаев в отделение Фонда не направлялась. В соответствии с Постановлением Правительства РФ от 29.08.2022 № 1508 «О признании утратившими силу некоторых актов Правительства Российской Федерации» Временное положение о расследовании страховых случаев с 30.08.2022 утратило силу.

С учетом установленных обстоятельств по делу, а именно отсутствии доказательств наличия обязательного условия для выплаты: не установлен пациент с подтвержденной новой коронавирусной инфекцией или подозрением на нее, при оказании помощи которому заразилась ФИО2, суд приходит к выводу, что требования истца о взыскании с ООО «МЦСМ «Евромед» в порядке возмещения убытков единовременной страховой выплаты, предусмотренной подп. б, п. 4 Указа Президента РФ от 06.05.2020 № 313 « О предоставлении дополнительных страховых гарантий отдельным категориям медицинских работников» в размере 68 811 руб. удовлетворению не подлежат.

В соответствии со статьей 237 ТК РФ в случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Как установлено, со стороны ответчика имело место нарушение трудовых прав истца, что в силу положений ст. 237 ТК РФ, является основанием для взыскания с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда.

С учетом фактических обстоятельств дела, длительности нарушения прав истца, поведения ответчика при рассмотрении настоящего дела, требований разумности и справедливости, суд считает возможным взыскать в пользу истца с ответчика в качестве компенсации морального вреда 15 000 рублей.

Решение суда применительно к ч. 3 ст. 196 ГПК РФ принято в пределах заявленных требований.

На основании ст. 103 ГПК РФ с ответчика, не освобожденного от оплаты госпошлины, в доход бюджета подлежит взысканию госпошлина в размере 600 руб

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО2 удовлетворить частично.

Признать отношения, сложившиеся между ФИО2, паспорт № и ООО «Многопрофильный центр современной медицины «Евромед», ИНН <***> в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в должности медицинской сестры трудовыми.

Взыскать с ООО «Многопрофильный центр современной медицины «Евромед», ИНН <***> в пользу ФИО2, паспорт № компенсацию морального вреда в размере 15 000 рублей.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Взыскать с ООО «Многопрофильный центр современной медицины «Евромед», ИНН <***> в доход местного бюджета в счет уплаты государственной пошлины 600 рублей.

Решение суда может быть обжаловано в Омский областной суд в апелляционном порядке в течение одного месяца со дня вынесения решения в окончательной форме подачей жалобы через Куйбышевский районный суд г. Омска.

Судья подпись И.В. Мякишева

Решение суда в окончательной форме изготовлено 28.03.2023.

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>