Решение по делу № 2-608/2022 от 28.12.2022 - о взыскании заработной платы, денежной компенсации за нарушение сроков выплаты заработной платы, компенсации морального вреда, возложении обязанности внести в трудовую книжку запись об основании и причине прекращения трудового договора, и выдать на руки.

Дело № 2-608/2022

УИД - 41RS0001-01-2021-010701-75

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

г. Петропавловск-Камчатский 28 декабря 2022 года

Петропавловск-Камчатский городской суд Камчатского края в составе: председательствующего судьи Тузовской Т.В.,

при помощнике судьи Чернолиховой Т.А.,

с участием представителя ответчика ФИО1

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ИП ФИО3 о взыскании заработной платы, денежной компенсации за нарушение сроков выплаты заработной платы, компенсации морального вреда, возложении обязанности внести в трудовую книжку запись об основании и причине прекращения трудового договора, и выдать на руки,

установил:

истец, с учетом уточнения, обратился с иском к ответчику о взыскании заработной платы, денежной компенсации за нарушение сроков выплаты заработной платы, компенсации морального вреда, возложении обязанности внести в трудовую книжку запись об основании и причине прекращения трудового договора, и выдать на руки. В обоснование заявленных требований указала, что 1 июля 2017 года уполномоченная ответчиком на заключение трудовых договоров заведующая магазина «Юкидим-Завойко», находящегося по адресу: <адрес> ФИО6 допустила истца к работе в должности продавца-кассира. 2 июля 2017 года между ИП ФИО3 и истцом заключен трудовой договор, составленный 1 июля 2017 года, который не был подписан ответчиком, и который со слов ФИО6 будет подписан ответчиком в течение недели и вручен истцу, однако в дальнейшем вручен не был. В связи с произошедшей в мае 2019 года конфликтом, связанным с нежеланием выплаты заработной платы за последний отработанный месяц и отпускные за отработанный 2018-2019 года, истец обратилась 27 мая 2019 года с жалобой в ГТИ Камчатского края. 12 июля 2019 года истцом получен ответ, согласно которому в результате проведенной проверки установлено отсутствие трудовых отношений между сторонами. Не согласившись с выводами инспекции, истец обратилась в Петропавловск-Камчатский городской суд с исковым заявлением об установлении факта трудовых отношений, возложении обязанности предоставить экземпляр трудового договора от 1 июля 2017 года, внесении сведений в трудовую книжку записей о приеме на работу в должности продавца-кассира с 1 июля 2017 года, признании приказа об отстранении от работы незаконным, взыскании заработной платы, компенсации за нарушение сроков выплаты заработной платы, пособия по временной нетрудоспособности, компенсации за нарушение сроков выплаты пособия по временной нетрудоспособности, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда. Решением Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от 13 февраля 2020 года в удовлетворении исковых требований было отказано. Определением судебной коллегии по гражданским делам Камчатского краевого суда от 21 сентября 2020 года решение суда первой инстанции отменено, с ответчика в пользу истца взыскано задолженность по заработной плате в размере 26 133 рубля 38 копеек, компенсация за нарушение сроков выплаты заработной платы в размере 2 952 рубля 99 копеек, компенсация морального вреда в размере 5000 рублей, в остальной части решение оставлено без изменения. Определением Девятого кассационного суда от 15 апреля 2021 года указанное апелляционное определение отменено. Определением судебной коллегии по гражданским делам Камчатского краевого суда от 13 июля 2021 года отменено, исковые требования удовлетворены частично, установлен факт трудовых отношений между истцом и ответчиком с 1 июля 2017 года по 29 января 2020 года, на ответчика возложена обязанность предоставить истцу копию трудового договора от 1 июля 2017 года, внести в трудовую книжку запись о приеме на работу в должности продавца-кассира с 1 июля 2017 года, отстранение истца от работы 24 мая 2019 года признано незаконным, с ответчика в пользу истца взыскана заработная плата за период с 1 мая 2019 года по 24 мая 2019 года в размере 28 000 рублей (с удержанием при выплате НДФЛ), денежная компенсация за нарушение сроков выплаты заработной платы за период с 21 мая 2019 года по 5 июня 2019 года, за период с 6 июня 2019 года по 29 января 2020 гола в размере 3158 рублей, денежная компенсация за нарушение сроков выплаты пособия по временной нетрудоспособности за период с 20 ноября 2018 года по 11 декабря 2018 года в размере 50 рублей 58 копеек, средний заработок за время вынужденного прогула с 25 мая 2019 года по 29 января 2020 года в размере 227 019 рублей 70 копеек, компенсация морального вреда в размере 100 000 рублей. По устной договоренности сторон, ИП ФИО3 обязался выплатить истцу заработную плату за время вынужденного прогула за период с 30 января 2020 года по 13 июля 2021 года и компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей, а истец ухолит в отпуск с 14 июля 2021 года и увольняется в последний день отпуска. Впоследствии истец все взятые на себя обязательства исполнила, а ответчик отказался от исполнения обязанностей, а также от исполнения решения от 13 июля 2021 года. Истец уволена с 3 сентября 2021 года. В связи с изложенным, ответчик обязан выплатить неполученный заработок за время вынужденного прогула с 4 сентября 2021 года по дату подачи искового заявления 1 октября 2021 года в размере 26 708 рублей. Период вынужденного прогула составил 781 день с 25 мая 2019 года по 13 июля 2021 года, из которых за 250 календарных дней выплата уже возложена на ответчика указанным решением. Однако ответчик не согласен с выплатой заработной платы за период вынужденного прогула за период с 30 января 2020 года по 13 июля 2021 года, однако факт трудовых отношений в данный период уже установлен решением суда. При этом, никаких дополнительных исковых заявлений с просьбами о восстановлении нарушенных прав работника, в данном случае заявлений с просьбами о присуждении работнику среднего заработка за период, который следует со следующей даты установленной судом, то есть с 30 января 2020 года, по день вынесения решения, то есть по 13 июля 2021 года - вовсе не требуется.

Ответчик считает, что истец должна обосновать эту обязанность работодателя в судебном порядке, поскольку полагает, что решением суда апелляционной инстанции от 13 июля 2021 года факт трудовых отношений установлен лишь с 1 июля 2017 года по 29 января 2020 года, в связи с чем, и выплата за вынужденный прогул полагается истцу за этот период, а остальное в судебном порядке, с чем истец не согласна, так как трудовые отношения между истцом и ответчиком в период с 30 января 2020 года по 13 июля 2021 года уже признаны самим работодателем ИП ФИО3, поскольку на следующий день после вынесенного судебной коллегий по гражданским делам Камчатского краевого суда решения, истец ушла в ежегодный оплачиваемый отпуск с согласия самого ответчика, за период с 2018 года по 2021 год, который, ответчик и оплатил, и, подписывая приказ № 132-к от 3 сентября 2021 года о прекращении трудового договора, работодатель ФИО3 повторно признал факт трудовых отношений за весь период работы истца на предприятии, то есть за период с 1 июля 2021 года по 3 сентября 2021 года. Размер суммы был озвучен истцу представителем ответчика адвокатом ФИО7, который составляет 704 630 рублей 84 копейки, из которых 487 424 рубля 65 копеек - за время вынужденного прогула за период с 30 января 2020 года по 13 июля 2021 года, исходя из расчёта судебной коллегии по гражданским делам Камчатского краевого суда, согласно которому среднедневной заработок истца составил 1 335 рублей 41 копейка; 212 400 рублей - моральная компенсация за нравственные страдания истца в указанный период; 4 806 рублей 19 копеек - денежная компенсация за нарушение сроков выплаты заработной платы за май 2019 года, за период с 30 января 2020 года по 13 июля 2021 года поскольку за период с 25 мая 2019 года по 29 января 2020 года неустойка с ответчика уже взыскана судом апелляционной инстанции.

Работодатель ИП ФИО3 опять нарушил права работника. Кроме того, ответчика в её пользу подлежат взысканию премиальные в размере 5 000 рублей, а также денежная компенсация за нарушение сроков выплаты этих премиальных в размере 2 886 рублей 60 копеек, за период с 31 декабря 2017 года (следующий день после дня полагающейся выплаты) по 1 октября 2021 года (дата подачи данного искового заявления). О том, что всем работникам, в том числе и не состоявшим в трудовых отношениях с работодателем ИП ФИО3 структурного подразделения магазин «ЮКИДИМ-Завойко» выплачивались 30 декабря 2017 года эти премиальные размере пять тысяч рублей, истцу стало известно в результате ознакомления с материалами дела № 2-290/2020, к которым, по просьбе ответчика приобщены расходно-кассовые ордера, подтверждающие факт выплаты этих премиальных.

Также истец полагает, что с ответчика в её пользу подлежит взысканию доплата за работу в праздничные дни (ст. 153 ТК РФ) в январе 2018 года в размере 4 312 рублей 50 копеек, денежная компенсация за нарушение сроков выплаты заработной платы в размере 2 398 рублей 33 копейки, за период с 10 февраля 2018 года (следующий день после дня полагающейся выплаты) по 1 октября 2021 года (дата подачи данного искового заявления), поскольку денежные средства, ответчик при увольнении выплачивать истцу отказался.

Также, истец полагает, что с ответчика в её пользу подлежит взысканию и не полученная ею часть заработной платы за январь, февраль, март и апрель 2019 года по 2000 рублей за каждый месяц, так как в действительности, заработная плата истца в должности продавца-кассира у ИП ФИО3 с 1 января 2019года составляла уже не 28 000 рублей, а 30 000 рублей, о чём истцу стало известно из решения судебной коллегии по гражданским делам Камчатского краевого суда от 13 июля 2021 года. Соответственно, истец полагает, что за нарушение сроков выплаты заработной платы в полном размере, с ответчика ИП ФИО3 в её пользу подлежит взысканию и денежная компенсация, поскольку при увольнении, эти денежные средства ответчик выплачивать истцу также отказался.

Кроме того, истец считает, что с ответчика в её пользу подлежит взысканию денежная компенсация за нарушение сроков выплаты заработной платы за время вынужденного прогула за период с 30 января 2020 года по 13 июля 2021 года в размере 6068 рублей 44 копейки за период с 4 сентября 2021 года (дата, следующая за датой увольнения) по 1 октября 2021 года (дата подачи данного искового заявления).

Помимо этого, истец полагает, что с ответчика в её пользу, подлежит взысканию и компенсация морального вреда в размере 312 400 рублей, из которых 212 400 рублей за нравственные страдания истца в период с 30 января 2020 года по 13 июля 2021 года и 100 000 рублей за вновь причинённые истцу нравственные страдания, вызванные показной дискриминацией, что усматривается - в невыплате, ей единственной из всего структурного подразделения, вышеуказанных премии и доплат, а также заработной платы в полном размере за январь-апрель 2019 года, и, очередным незаконным лишением её возможности трудиться ввиду не выдачи ей её трудовой книжки. Ну и, соответственно, за нарушение сроков выплаты всех причитающихся истцу сумм при прекращении трудового договора.

На основании изложенного, истец просила взыскать с ответчика в ее пользу средний заработок за время вынужденного прогула с 30 января 2020 года по 13 июля 2021 года в размере 537 148 рублей 21 копейка, денежную компенсацию за нарушение сроков выплаты заработной платы за период с 30 января 2020 года по 13 июля 2021 года в размере 4806 рублей 19 копеек, заработную плату за декабрь 2017 года в размере 5000 рублей, денежную компенсацию за нарушение сроков выплаты заработной платы за период с 31 декабря 2017 года по 24 февраля 2022 года в размере 3268 рублей 18 копеек, заработную плату за январь 2018 года в размере 4312 рублей 50 копеек, денежную компенсацию за нарушение сроков выплаты заработной платы за период с 10 февраля 2018 года по 24 февраля 2022 года в размере 2720 рублей 84 копейки, компенсацию морального вреда в размере 312 400 рублей, средний заработок за время вынужденного прогула за период с 4 сентября 2021 года по 24 февраля 2022 года в размере 176 701 рубль 91 копейка, заработную плату за январь 2019 года в размере 2000 рублей, денежную компенсацию за нарушение сроков выплаты заработной платы в размере 907 рублей 98 копеек за период с 6 февраля 2019 года по 24 февраля 2022 года, заработную плату за февраль 2019 года в размере 2000 рублей, денежную компенсацию за нарушение сроков выплаты заработной платы в размере 879 рублей 04 копейки за период с 6 марта 2019 года по 24 февраля 2022 года, заработную плату за март 2019 года в размере 2000 рублей, денежную компенсацию за нарушение сроков выплаты заработной платы в размере 847 рублей 01 копейка за период с 6 апреля 2019 года по 24 февраля 2022 года, заработную плату за апрель 2019 года в размере 2000 рублей, денежную компенсацию за нарушение сроков выплаты заработной платы в размере 816 рублей 01 копейка за период с 6 мая 2019 года по 24 февраля 2022 года, возложить на ответчика обязанность внести в трудовую книжку истца запись об основании и причине прекращения трудового договора, выдать на руки, взыскать денежную компенсацию за нарушение сроков выплаты заработной платы за время вынужденного прогула за период с 4 сентября 2021 года по 24 февраля 2022 года в размере 47 680 рублей 86 копеек, денежные средства за ежегодный оплачиваемый отпуск за период с 1 июля 2018 года по 24 февраля 2022 года в размере 1663 рубля 41 копейка, компенсацию за неиспользованный отпуск при увольнении в размере 163 680 рублей 99 копеек, денежную компенсацию за нарушение сроков выплаты компенсации за неиспользованный отпуск при увольнении с 4 сентября 2021 года по 24 февраля 2022 года в размере 14 649 рублей 45 копеек.

Истец ФИО2, ответчик ИП ФИО3 в судебном заседании участия не принимали, извещались надлежащим образом.

В предыдущих судебных заседаниях представитель истца ФИО4, действующий на основании доверенности, уточненные исковые требования поддержал по изложенным в иске основаниям. Дополнительно подтвердил факт того, что в период с 30 января 2021 года по 13 июля 2021 года истец не приступала к исполнению служебных обязанностей, на работу не выходила, а с 14 июля 2021 года находилась в отпуске, по окончании которого была уволена.

Представитель ответчика ФИО5, действующий на основании ордера и доверенности, в предыдущих судебных заседаниях, возражал против удовлетворения исковых требований по основаниям, изложенным в возражениях, согласно которым при рассмотрении дела 2-290/2020 истцом в лице представителя самостоятельно определена дата окончания вынужденного прогула – 29 января 2020 года, а также факт прекращения трудовых отношений между сторонами в указанную дату. После 29 января 2020 года истец фактически не выполнял трудовые обязанности, не выходил на свое рабочее место или иное рабочее место у ИП ФИО3, не уведомлял работодателя либо его работников о том, что желает выйти на рабочее место, а также о своих неудачных попытках выхода на работу, что свидетельствует о том, что истец считал датой окончания своих трудовых отношений именно 29 января 2020 года. Кроме того, истец не уведомлял ответчика либо его работников о создании каких-либо препятствий к выходу на рабочее место. Работодатель никак не препятствовал выходу истца на рабочее место, каких-либо ограничений к выходу на рабочее место создано не было. ФИО2 имела возможность как работник приступить к работе. Истцом неоднократно заявлялось на каждой из судебных инстанций о том, что она нигде не работала. Официальных трудовых отношений она действительно за период судебного рассмотрения дел не имела. Однако ее супругом и представителем - ФИО4 размещено объяснение в социальной сети «Вконтакте» о платном изготовлении игрушек, мобильный номер ФИО4, который фигурирует в частности заявлении, а также был указан в 2019 году в исковом заявлении, как принадлежащий ФИО2 В объявлении имя истца. Самозанятость истца подтверждает то обстоятельство, согласно которому она не считала себя безработной, напротив, изготовление игрушек, приносящее прибыль может являться основным местом её занятости (работы), а также альтернативой рабочему месту у ИП ФИО3, что также вводит в заблуждение сторону ответчика, характеризует поведение истца как недобросовестное. При этом истцом самостоятельна определена дата окончания трудовых отношений 29 января 2020 года. Апелляционное определение от 13 июля 2021 года исполнено ответчиком в полном объеме. Факт трудовых отношений установлен судом с 1 июля 2017 года по 29 января 2020 года, ответчик предлагал истцу прийти в офис для оформления трудовых документов и приступить к работе, тем самым рассчитывая, что работником это будет воспринято как примирение, поскольку останется непрерывный трудовой стаж с 1 июля 2017 года по 14 июля 2021 года и страховые начисления, а также рабочее место, однако был получен явный отказ от выхода на рабочее место. Место истца было свободно с 30 января 2020 года до 3 сентября 2021 года, каких-либо препятствий к выходу на рабочее место ФИО2 не чинилось. В последующем работодатель попросил ФИО2 разъяснить причины своей неявки в офис, либо на рабочее место, но получил на это очередной пренебрежительный ответ с угрозами. Вышеизложенные обстоятельства весьма полно свидетельствуют о том, работник неоднократно отказывался выйти на работу.

Кроме того, ФИО2 по телефонной связи и посредством направления письменных уведомлений неоднократно уведомлялась о необходимости прибытия в офис для оформления трудовых документов, либо прибытия на рабочее место, работником 6 августа 2021 года было направлено заявление о предоставлении отпуска, который был ей предоставлен на основании соответствующего приказа. Не смотря на неоднократные прогулы в период с 30 января 2020 года по 13 июля 2021 года в количестве более 500 календарных дней, ответчик предоставил истцу отпуск за отработанное ранее время, и дал возможность истцу уволиться по собственному желанию. Таким образом, период с 30 января 2020 года по 13 июля 2021 года не может в силу норм действующего законодательства быть признан вынужденным прогулом по вине работодателя, в связи с чем работник не может рассчитывать на компенсацию за указанный период. Доводы истца о компенсации морального вреда также необоснованы. Действия истца являются недобросовестными, свидетельствуют о попытках заработать на работодателе любой ценой. Доводы о том, что ФИО2 подверглась дискриминации не могут быть состоятельными, поскольку ни работодателем, ни его работниками не допущено противоправных действий, которые бы соответствовали ст. 3 Трудового кодекса Российской Федерации.

Таким образом, настоящие требования Мильджинике исследованы в рамках нового рассмотрения дела судебной коллегией по гражданским делам Камчатского краевого суда от 13 июля 2021 года. В связи с изложенным, сторона ответчика заявляет о недобросовестном поведении истца и его представителя, а также злоупотреблении правом истцом и его представителем. Мильджинике С,М. имела возможность к выполнению своих трудовых обязанностей в период с 30 января 2020 года, но не сделала этого поскольку самостоятельно установила дату окончания трудовых отношений – 29 января 2020 года. Кроме этого, ФИО2, не предприняла ни одной попытки приступить к работе за период с 30 января 2021 года по день увольнения, никак не уведомила работодателя.

Представитель ответчика ФИО8, действующая на основании доверенности, в судебном заседании суду пояснила, что поддерживает позицию представителя ответчика, сказанную ранее в судебных заседаниях. Настаивала на том, что оснований для удовлетворения исковых требований истца не имеется, поскольку требования не основаны на законе.

Руководствуясь ст. 167 ГПК РФ, суд рассмотрел дело в отсутствие неявившихся участвующих в деле лиц.

Выслушав мнения участников процесса, исследовав материалы настоящего дела, суд приходит к следующему.

В силу ст. 15 ТК РФ трудовые отношения – отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации, конкретного вида поручаемой работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Согласно ст. 16 ТК РФ трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с настоящим Кодексом. Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

Как следует из ст. 19 ТК РФ трудовые отношения возникают на основании трудового договора в результате назначения на должность или утверждения в должности в случаях, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, или уставом (положением) организации.

Статьей 56 ТК РФ регламентировано, что трудовой договор – соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

В силу ст. 67 ТК РФ трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами. Один экземпляр передается работнику, другой хранится у работодателя. Трудовой договор, не оформленный надлежащим образом, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех дней со дня фактического допущения работника к работе.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (ч. 2 ст. 67 ТК РФ). При этом следует иметь в виду, что представителем работодателя в указанном случае является лицо, которое в соответствии с законом, иными нормативными правовыми актами, учредительными документами юридического лица (организации) либо локальными нормативными актами или в силу заключенного с этим лицом трудового договора наделено полномочиями по найму работников, поскольку именно в этом случае при фактическом допущении работника к работе с ведома или по поручению такого лица возникают трудовые отношения (ст.16 ТК РФ) и на работодателя может быть возложена обязанность оформить трудовой договор с этим работником надлежащим образом.

Из смысла приведенных норм следует, что трудовые отношения между работником и работодателем считаются возникшими, а трудовой договор считается заключенным в случае установления фактического допуска работника к работе и исполнения им трудовых обязанностей.

На работодателя законом возложена обязанность оформления трудовых отношений с работником. Ненадлежащее выполнение работодателем указанных обязанностей не может являться основанием к отказу в защите нарушенных трудовых прав работника.

При невыполнении работодателем указанной обязанности работник вправе в судебном порядке доказать факт заключения трудового договора и его содержание (условия трудового договора) с использованием любых доказательств, допускаемых гражданским процессуальным законодательством, включая показания свидетелей.

Кроме того, исходя из системного анализа действующего трудового законодательства, к характерным признакам трудового правоотношения, позволяющим отграничить его от других видов правоотношений, в том числе гражданско-правового характера, относятся: личный характер прав и обязанностей работника, обязанность работника выполнять определенную, заранее обусловленную трудовую функцию, выполнение трудовой функции в условиях общего труда с подчинением правилам внутреннего трудового распорядка, возмездный характер трудового отношения (оплата производится за затраченный труд) по установленным нормам.

Таким образом, для разрешения вопроса о возникновении между сторонами трудовых отношений необходимо установление таких юридически значимых обстоятельств, как наличие доказательств самого факта допущения работника к работе и доказательств согласия работодателя на выполнение работником трудовых функций в интересах организации.

В силу положений ст. 22 ТК РФ, работодатель обязан выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии с Трудовым кодексом РФ, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами.

Заработная плата - это вознаграждение за труд, а также компенсационные выплаты, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях, а также стимулирующие выплаты. Заработная плата каждого работника зависит от его квалификации, сложности выполняемой работы, количества и качества затраченного труда. Заработная плата работнику устанавливается в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда (ст.ст. 129. 132. 135 ТК РФ).

Минимальный размер оплаты труда включен в число основных государственных гарантий по оплате труда работников (ст. 130 ТК РФ), которая устанавливается одновременно на всей территории Российской Федерации федеральным законом и не может быть ниже величины прожиточного минимума трудоспособного населения. Месячная заработная плата работника, полностью отработавшего за этот период норму рабочего времени и выполнившего нормы труда (трудовые обязанности), не может быть ниже минимального размера оплаты труда (ч. 1.3 ст. ТК РФ).

Системное толкование приведенных норм права позволяет сделать вывод, что оплата труда физического лица, фактически допущенного к работе, и который имеет право на оплату отработанного в интересах работодателя времени, должна равняться размеру заработной платы, установленной у этого работодателя по той же должности, в которой выполнялась работа, при этом должны быть обеспечены государственные гарантии о размере заработной платы не ниже минимального размера оплаты труда.

Как определено статьями 10. 11 Закона РФ от 19 февраля 1993 года № 4520-1 «О государственных гарантиях и компенсациях для лиц, работающих и проживающих в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях» и ст.ст. 313. 316 и 317 Трудового кодекса РФ, лицам, работающим в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, выплачиваются районный коэффициент и процентная надбавка к заработной плате за стаж работы в данных районах или местностях. Размер районного коэффициента и процентной надбавки к заработной плате и порядок ее выплаты устанавливаются Правительством РФ.

В соответствии со ст. 236 ТК РФ при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.

В силу ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных ГПК РФ.

В судебном заседании установлено, что апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Камчатского краевого суда от 13 июля 2021 года исковые требования ФИО2 к ИП ФИО3 удовлетворены частично. Установлен факт трудовых отношений с 1 июля 2017 года по 29 января 2020 года, на ИП ФИО3 возложена обязанность предоставить истцу экземпляр трудового договора от 1 июля 2017 года и внести запись в трудовую книжку о приеме на работу в должности продавца-кассира с 1 июля 2017 года. Отстранение ФИО2 от работы 24 мая 2019 года признано незаконным. С ИП ФИО3 в пользу ФИО2. взыскана заработная плата за период с 1 по 24 мая 2019 года в размере 28 000 рублей, (с удержанием при выплате НДФЛ), денежная компенсация за нарушение сроков выплаты заработной платы за период с 21 мая 2019 года по 5 июня 2019 года, за период с 6 июня по 29 января 2020 года в размере 3158 рублей, денежная компенсация за нарушение сроков выплаты пособия по временной нетрудоспособности за период с 20 ноября 2018 года по 11 декабря 2018 года в размере 50 рублей 58 копеек, средний заработок за время вынужденного прогула с 25 мая 2019 года по 29 января 2020 года в размере 227 019 рублей 70 копеек, компенсация морального вреда в размере 100 000 рублей. В удовлетворении оставшейся части исковых требований отказано.

Определением Девятого кассационного суда общей юрисдикции от 2 декабря 2021 года апелляционное определение от 13 июля 2021 оставлено без изменения.

Указанное апелляционное определение исполнено ответчиком в полном объеме.

13 июля 2021 года работодателем издан приказ № 82-к о признании с ФИО2 трудовых отношений с 1 июля 2017 года по 29 января 2020 года.

14 июля 2021 года между ИП ФИО3 и ФИО2 заключен трудовой договор, по условиям которого истец принята на работу на должность продавца-кассира в магазин «Юкидим» (Завойко) в г. Петропавловске-Камчатском с 1 июля 2017 года на неопределенный срок.

Данный договор подписан сторонами 26 августа 2021 года.

В тот же день между сторонами заключен договор № 5 о полной индивидуальной материальной ответственности.

Согласно приказу № 84-к от 14 июля 2021 года ФИО2 принята на работу с 1 июля 2017 года.

15, 16, 19, 20, 23, 24, 27, 28 июля 2021 года работодателем составлены акты об отсутствии ФИО2 на рабочем месте без соответствующих объяснений.

29 июля 2021 года ФИО2 направлено уведомление о необходимости объяснения причин об отсутствии на рабочем месте с 15 по 29 июля 2021 года.

На основании приказа № 112-к от 6 августа 2021 года ФИО2 предоставлен отпуск с 14 июля 2021 года по 3 сентября 2021 года за период работы с 1 июля 2018 года по 20 августа 2021 года, а также произведены соответствующие выплаты, что отражено в расчетном листке за июль 2021 года.

Согласно приказу № 132-к от 3 сентября 2021 года о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) ФИО2 уволена по собственному желанию с 3 сентября 2021 года.

6 сентября 2021 года ФИО2 получены сведения о трудовой деятельности по последнему месту работы, расчетный листок за июль, август 2021 года, справка о сумме заработка за период с 2019 года по 2021 год, выписка из сведений о застрахованных лицах за сентябрь 2021 года, выписка из сведений о стаже за 2021 год, выписка персонифицированных сведений за 3 квартал 2021 года, справка о доходах за 2021 год.

29 сентября 2021 года в адрес истца по ее заявлению направлены копии приказов № 132-к от 3 сентября 2021 года об увольнении и копия приказа № 112-к от 6 августа 2021 года о предоставлении отпуска.

В соответствии со ст. 3 ГПК РФ заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

В силу положений ст.ст. 56, 57 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений. Доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле.

Согласно ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства, в том числе заключение экспертизы, не имеют для суда заранее установленной силы.

На основании ч. 2 ст. 195 ГПК РФ суд основывает решение только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании.

Как следует из пояснений представителя истца в судебном заседании в период с 30 января 2020 года по 13 июля 2021 года ФИО9 к исполнению трудовых обязанностей не приступала.

16 декабря 2021 года работодателем составлены акты об отсутствии ФИО2 на рабочем месте без соответствующих объяснений в периоды с 25 мая 2019 года по 13 июля 2021 года.

21 декабря 2021 года ИП ФИО3 издан приказ о совершении ФИО2 прогула в период с 30 января 2020 года по 13 июля 2021 года в связи с ее отсутствием на рабочем месте без уведомления работодателя и сотрудников торговой точки о причинах отсутствия.

Таким образом, суд приходит к выводу, что отсутствие ФИО2 на рабочем месте в период с 30 января 200 года по 13 июля 2021 года не носило вынужденный характер, не было допущено по вине работодателя, а являлось добровольным волеизъявлением истца, в связи с чем, трудовые отношения между истцом и ответчиком в указанный период отсутствовали.

Кроме того, апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Камчатского краевого суда от 13 июля 2021 года установлен факт трудовых отношений с 1 июля 2017 года по 29 января 2020 года, на ИП ФИО3 возложена обязанность предоставить истцу экземпляр трудового договора от 1 июля 2017 года и внести запись в трудовую книжку о приеме на работу в должности продавца-кассира с 1 июля 2017 года. Отстранение ФИО2 от работы 24 мая 2019 года признано незаконным. С ИП ФИО3 в пользу ФИО2. взыскана заработная плата за период с 1 по 24 мая 2019 года в размере 28 000 рублей, (с удержанием при выплате НДФЛ), денежная компенсация за нарушение сроков выплаты заработной платы за период с 21 мая 2019 года по 5 июня 2019 года, за период с 6 июня по 29 января 2020 года в размере 3158 рублей, денежная компенсация за нарушение сроков выплаты пособия по временной нетрудоспособности за период с 20 ноября 2018 года по 11 декабря 2018 года в размере 50 рублей 58 копеек, средний заработок за время вынужденного прогула с 25 мая 2019 года по 29 января 2020 года в размере 227 019 рублей 70 копеек, компенсация морального вреда в размере 100 000 рублей. В удовлетворении оставшейся части исковых требований отказано.

Указанное апелляционное определение исполнено ответчиком в полном объеме, все причитающиеся работнику ФИО2 выплаты по состоянию на 29 января 2020 года были учтены при вынесении указанного апелляционного определения. Данное обстоятельство не отрицалось сторонами.

Разрешая заявленное требование, оценив имеющиеся в деле доказательства в совокупности, фактические обстоятельства, руководствуясь вышеприведенными нормами материального права, учитывая, что в судебном заседании установлено отсутствие трудовых отношений между истцом и ответчиком в период с 30 января 2020 года по 13 июля 2021 года. При этом, отсутствие ФИО2 на рабочем месте не носило характер вынужденного прогула, а все выплаты за период с 1 июля 2017 года по 29 января 2020 года были выплачены истцу на основании апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Камчатского краевого суда от 13 июля 2021 года, какие-либо иные выплаты не предусмотрены заключенным между сторонами трудовым договором. В дальнейшем трудовые отношения между истцом и ответчиком в период с 4 сентября 2021 года по 24 февраля 2022 года отсутствовали, поскольку с 4 сентября 2021 года истец была уволена по собственному желанию, о чем был издан соответствующий приказ, произведена выплата соответствующих сумм при увольнении, а также были выданы все необходимые документы, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований ФИО2 о взыскании с ИП ФИО3 среднего заработка за время вынужденного прогула с 30 января 2020 года по 13 июля 2021 года в размере 537 148 рублей 21 копейка, денежной компенсации за нарушение сроков выплаты заработной платы за период с 30 января 2020 года по 13 июля 2021 года в размере 4806 рублей 19 копеек, заработной платы за декабрь 2017 года в размере 5000 рублей, денежной компенсации за нарушение сроков выплаты заработной платы за период с 31 декабря 2017 года по 24 февраля 2022 года в размере 3268 рублей 18 копеек, заработной платы за январь 2018 года в размере 4312 рублей 50 копеек, денежной компенсации за нарушение сроков выплаты заработной платы за период с 10 февраля 2018 года по 24 февраля 2022 года в размере 2720 рублей 84 копейки, компенсации морального вреда в размере 312 400 рублей, среднего заработка за время вынужденного прогула за период с 4 сентября 2021 года по 24 февраля 2022 года в размере 176 701 рубль 91 копейка, заработной платы за январь 2019 года в размере 2000 рублей, денежной компенсации за нарушение сроков выплаты заработной платы в размере 907 рублей 98 копеек за период с 6 февраля 2019 года по 24 февраля 2022 года, заработной платы за февраль 2019 года в размере 2000 рублей, денежной компенсации за нарушение сроков выплаты заработной платы в размере 879 рублей 04 копейки за период с 6 марта 2019 года по 24 февраля 2022 года, заработной платы за март 2019 года в размере 2000 рублей, денежной компенсации за нарушение сроков выплаты заработной платы в размере 847 рублей 01 копейка за период с 6 апреля 2019 года по 24 февраля 2022 года, заработной платы за апрель 2019 года в размере 2000 рублей, денежной компенсации за нарушение сроков выплаты заработной платы в размере 816 рублей 01 копейка за период с 6 мая 2019 года по 24 февраля 2022 года, возложении на ответчика обязанности внести в трудовую книжку записи об основании и причине прекращения трудового договора, выдать на руки, взыскании денежной компенсации за нарушение сроков выплаты заработной платы за время вынужденного прогула за период с 4 сентября 2021 года по 24 февраля 2022 года в размере 47 680 рублей 86 копеек, денежных средств за ежегодный оплачиваемый отпуск за период с 1 июля 2018 года по 24 февраля 2022 года в размере 1663 рубля 41 копейка, компенсации за неиспользованный отпуск при увольнении в размере 163 680 рублей 99 копеек, денежной компенсации за нарушение сроков выплаты компенсации за неиспользованный отпуск при увольнении с 4 сентября 2021 года по 24 февраля 2022 года в размере 14 649 рублей 45 копеек являются необоснованными и удовлетворению не подлежат.

Доводы истца, его представителя об обратном основаны на неправильном толковании закона, в связи с чем, не принимаются судом во внимание.

Само по себе обращение с данным исковым заявлением не является безусловным основанием для его удовлетворения.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Решил:

в удовлетворении иска ФИО2 к ИП ФИО3 о взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула с 30 января 2020 года по 13 июля 2021 года в размере 537 148 рублей 21 копейка, денежной компенсации за нарушение сроков выплаты заработной платы за период с 30 января 2020 года по 13 июля 2021 года в размере 4806 рублей 19 копеек, заработной платы за декабрь 2017 года в размере 5000 рублей, денежной компенсации за нарушение сроков выплаты заработной платы за период с 31 декабря 2017 года по 24 февраля 2022 года в размере 3268 рублей 18 копеек, заработной платы за январь 2018 года в размере 4312 рублей 50 копеек, денежной компенсации за нарушение сроков выплаты заработной платы за период с 10 февраля 2018 года по 24 февраля 2022 года в размере 2720 рублей 84 копейки, компенсации морального вреда в размере 312 400 рублей, среднего заработка за время вынужденного прогула за период с 4 сентября 2021 года по 24 февраля 2022 года в размере 176 701 рубль 91 копейка, заработной платы за январь 2019 года в размере 2000 рублей, денежной компенсации за нарушение сроков выплаты заработной платы в размере 907 рублей 98 копеек за период с 6 февраля 2019 года по 24 февраля 2022 года, заработной платы за февраль 2019 года в размере 2000 рублей, денежной компенсации за нарушение сроков выплаты заработной платы в размере 879 рублей 04 копейки за период с 6 марта 2019 года по 24 февраля 2022 года, заработной платы за март 2019 года в размере 2000 рублей, денежной компенсации за нарушение сроков выплаты заработной платы в размере 847 рублей 01 копейка за период с 6 апреля 2019 года по 24 февраля 2022 года, заработной платы за апрель 2019 года в размере 2000 рублей, денежной компенсации за нарушение сроков выплаты заработной платы в размере 816 рублей 01 копейка за период с 6 мая 2019 года по 24 февраля 2022 года, возложении на ответчика обязанности внести в трудовую книжку записи об основании и причине прекращения трудового договора, выдать на руки, взыскании денежной компенсации за нарушение сроков выплаты заработной платы за время вынужденного прогула за период с 4 сентября 2021 года по 24 февраля 2022 года в размере 47 680 рублей 86 копеек, денежных средств за ежегодный оплачиваемый отпуск за период с 1 июля 2018 года по 24 февраля 2022 года в размере 1663 рубля 41 копейка, компенсации за неиспользованный отпуск при увольнении в размере 163 680 рублей 99 копеек, денежной компенсации за нарушение сроков выплаты компенсации за неиспользованный отпуск при увольнении с 4 сентября 2021 года по 24 февраля 2022 года в размере 14 649 рублей 45 копеек – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Камчатский краевой суд через Петропавловск-Камчатский городской суд Камчатского края в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Решение в окончательной форме изготовлено 11 января 2023 года.

Председательствующий подпись

Подлинник решения находится в материалах дела № 2-608/2022

верно:

Судья Т.В. Тузовская