Судья Ковалёва А.В. № 33-5650/2023
Судья-докладчик Сазонов П.А.
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
6 июля 2023 года г. Иркутск
Судебная коллегия по гражданским делам Иркутского областного суда в составе:
судьи-председательствующего Давыдовой О.Ф.,
судей Сазонова П.А. и Красновой Н.С.,
при секретаре Шергине А.А.
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-5/2023 (УИД № 38RS0001-01-2021-006549-93) по иску ФИО1, ФИО2 к ФИО3 о признании завещания недействительным, признании права собственности
по апелляционной жалобе ФИО1, ФИО2
на решение Ангарского городского суда Иркутской области от 24 января 2023 года,
установила:
первоначально в суд обратились КАВ., ФИО1, указав, что (Дата изъята) умер их отец – КВА. После его смерти открылось наследство, состоящее из квартиры, расположенной по адресу: <адрес изъят>. Они являются наследниками первой очереди. За оформлением наследственных прав их представитель ФИО2, действуя на основании доверенности, обратилась к нотариусу. Однако ей стало известно, что 26.03.2018 КВА. составил завещание, по которому все имущество завещал ФИО3
КВА. (данные изъяты) не мог контролировать ситуацию. Более того, с 2013 года и до своей кончины КВА. страдал рядом заболеваний, (данные изъяты). В марте 2018 года и январе 2019 года находился на стационарном лечении с диагнозом (данные изъяты)». В эти годы жизни (данные изъяты) КВА ухудшилось, его поведение свидетельствовало о том, что в момент совершения завещания на имя ФИО3 он не был полностью дееспособным, а если и был, то находился в этот момент в таком состоянии, что не понимал значение своих действий и не мог руководить ими.
Истцы просили признать недействительным завещание, составленное КВА. (Дата изъята) в пользу ФИО3, удостоверенное нотариусом ПЕС., зарегистрированное в реестре за № 38/104-н/38-2018-1-524, признать за истцами право собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес изъят>.
Определением суда от 27.12.2022 произведена замена истца КАВ. в связи с его смертью правопреемником ФИО2
С учетом уточнений истцы ФИО1 и ФИО2 просили суд признать недействительным завещание, составленное КВА. (Дата изъята) в пользу ФИО3, удостоверенное нотариусом ФИО4, зарегистрированное в реестре за № (Номер изъят) признать за ФИО1 и ФИО2 право собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес изъят>.
Решением Ангарского городского суда Иркутской области от 24 января 2023 года в удовлетворении исковых требований ФИО1, ФИО2 отказано.
Была подана апелляционная жалоба, в которой ФИО2 расписалась за себя и за ФИО1 Поскольку у ФИО2 не имелось юридического образования (часть вторая статьи 49, часть пятая статьи 53 ГПК РФ), суд при принятии жалобы предложил представить жалобу, подписанную ФИО1, вследствие чего в материалах дела имеется экземпляр апелляционной жалобы, подписанной ФИО2 (т. 2, л.д 204) и экземпляр, подписанный ФИО1 (т. 2, л.д. 246, т. 3, л.д. 1).
В апелляционной жалобе ФИО1, ФИО2 просят отменить решение суда и принять по делу новое решение, которым в удовлетворении иска. Суд проигнорировал рецензию на заключение экспертизы и не удовлетворил ходатайство о назначении повторной экспертизы. Выводы эксперта не аргументированы. Нарушена процедура предупреждения эксперта об уголовной ответственности. Отсутствуют данные о лицензии, специальной медподготовки экспертов. Документ составлен не по форме. Содержание исследования по профилю «неврология» отсутствует. Эксперты не обладают необходимыми познаниями по специальности «неврология». Суду и экспертам не была представлена справка о причинах смерти КВА. Пояснения со стороны ответчика противоречивы. Показания свидетелей, запись разговора указывают на то, что у КВА. были проблемы с памятью, он страдал потерей концентрации внимания. Нотариус не оценила состояние завещателя перед нотариальным действием. Суд не рассмотрел уточненные исковые требования, заявленные после замены истца, не представил время для подготовки к прениям, и не оглашал резолютивную часть.
К апелляционной жалобе приложено ходатайство о назначении по делу повторной экспертизы, а также ходатайство о запросе справки о причине смерти КВА.
Изучив материалы дела, заслушав доклад по делу, заслушав объяснения истца ФИО2, поддержавшей доводы апелляционной жалобы, объяснения представителя ответчика ФИО3 ФИО5, согласившейся с решением суда, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.
Судом первой инстанции установлено, что (Дата изъята) года умер КВА., (Дата изъята) года рождения, который приходился истцам КАВ. и ФИО1 отцом. После смерти КВА. открыто наследственное дело № 144/2021, согласно которому с заявлением о принятии наследства обратился наследник по завещанию ФИО3, а с заявлением о принятии наследства по всем основаниям наследования обратилась ФИО2, действуя в интересах ФИО1 и КАВ., на основании доверенности.
Из завещания от 26 марта 2018 года усматривается, что КВА. принадлежавшее ему имущество в виде квартиры, по адресу: <адрес изъят>, завещал ФИО3, (Дата изъята) года рождения. Завещание удостоверено нотариусом Ангарского нотариального округа ПЕС., зарегистрировано в реестре за № (Номер изъят). Согласно ответу нотариуса Ангарского нотариального округа ПЕС., по компьютерной базе данных ЕИС ЕНОТ указанное завещание не отменялось и не изменялось.
На день смерти КВА. на праве собственности принадлежала квартира, расположенная по адресу: <адрес изъят>, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права.
Истцы считают составленное КВА. при жизни завещание в пользу ФИО3 недействительным, поскольку в силу имеющихся у завещателя заболеваний на момент составления завещания он не мог понимать значение своих действий и руководить ими.
В соответствии с пунктом 2 статьи 1131 Гражданского кодекса Российской Федерации завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права или законные интересы которого нарушены этим завещанием.
Суд первой инстанции установил, что КВА. на диспансерном наблюдении (данные изъяты) не находился.
По ходатайству стороны истца были истребованы: медицинская карта амбулаторного больного МАНО «ЛДЦ» № 83689, медицинская карта амбулаторного больного ФГБУЗ ЦМСЧ № 28 ФМБА России № 16213, медицинская карта амбулаторного больного ФГБУЗ ЦМСЧ № 28 ФМБА России № 46476, медицинская карта амбулаторного больного ФГБУЗ ЦМСЧ № 28 ФМБА России № 114-13, медицинская карта стационарного больного ГБ № 1 № 5183, медицинская карта стационарного больного ОГАУЗ Ангарская городская больница скорой медицинской помощи № 3766, медицинская карта стационарного больного ОГАУЗ Ангарская городская больница скорой медицинской помощи № 1417, из которых, как указал суд первой инстанции, не усматривается наличие каких-либо заболеваний у умершего, которые на момент составления завещания могли бы повлиять на его волеизъявление.
В ходе судебного разбирательства по делу была назначена комплексная судебная психолого-психиатрическая экспертиза, производство которой поручено Ангарскому филиалу Областного государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Иркутский областной психоневрологический диспансер».
По результатам проведенной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы представлено заключение экспертов от 4 июля 2022 года № 746, в котором члены комиссии пришли к выводу о том, что (данные изъяты) можно предположить, что в момент совершения завещания 26 марта 2018 года у КВА. каких-либо расстройств психической деятельности, препятствующих способности правильно понимать значение своих действий, критически и всесторонне оценивать отдаленные юридические последствия совершения завещания 26 марта 2018 года, руководить своими действиями не отмечалось.
Эксперты указали, что анализ материалов гражданского дела и медицинских документов позволяет сделать вывод об отсутствии в них указаний на наличие таких индивидуально-психологических особенностей (черт характера, свойств эмоционально-волевой сферы) подэкспертного в момент совершения завещания 26 марта 2018 года, которые могли существенно повлиять на его способность правильно понимать характер и значение совершенных действий, на способность критически и всесторонне оценивать отдаленные юридические последствия совершения завещания 26 марта 2018 года.
В судебном заседании был допрошен ряд свидетелей по вопросам их оценки состояния КВА. в период, относящийся к составлению завещания.
Суд первой инстанции в соответствии с положениями статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации дал правильную оценку показаниям свидетелей, указав, что оснований не доверять показаниям свидетелей ЗИА., ПИЮ. показавших, что у них не возникло сомнений в нормальном психическом состоянии КВА., у суда не имеется.
Оценивая показания свидетелей КГИ., о том, что КВА. (данные изъяты), и свидетеля ОНА. о том, что задолго до смерти КВА. замечали странности, суд первой инстанции указал, что данные обстоятельства не опровергают выводы экспертов о психическом состоянии исследуемого.
Истцом ФИО2 представлено заключение специалиста (рецензия) № 18765 от 16.12.2022 г. некоммерческого партнерства «Саморегулируемая организация судебных экспертов» на заключение комиссии экспертов № 746 от 4 июля 2022 года, выполненного экспертами отделения АСПЭ Ангарского филиала ОГБУЗ «ИОПНД» ЗЭБ., ЦПВ., ШНГ. В рецензии указано, что заключение комиссии экспертов № 746 произведено с нарушениями законодательства, методик (методических рекомендаций) проведения исследований, не является полным, всесторонним и объективным.
Суд первой инстанции обоснованно дал отрицательную оценку указанной рецензии, указав, что она не опровергает выводы заключения судебной экспертизы, проведенной экспертами отделения АСПЭ Ангарского филиала ОГБУЗ «ИОПНД». Суд также указал, что представленная стороной истца рецензия не доказывает доводы иска, потому что объектом исследования специалиста не являлась медицинская документация, связанная со здоровьем КВА.
Суд первой инстанции обоснованно не усмотрел оснований назначения по делу повторной судебной экспертизы.
Оценив имеющиеся в деле доказательства в совокупности, показания свидетелей, заключение экспертов, письменные доказательства, суд первой инстанции пришел к правильному выводу, что истцом не представлено доказательств того, что на момент совершения завещания КВА. находился в состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими.
В суде апелляционной инстанции представитель ответчика ФИО3 ФИО5 пояснила также, что КВА. ранее составлял завещание в 2008 года, которое также было не в пользу истцов, а в интересах его второй семьи, как и оспариваемое завещание (в пользу дочери ЗИА.).
Сам по себе (данные изъяты) не подтверждает наличие порока воли КВА. в момент составления завещания, на что указывается в заключении экспертов.
Суд первой инстанции пришел к правильному выводу, что в связи с тем, что завещание от 26 марта 2018 года, составленное КВА. в пользу ФИО3 не было изменено, отменено, не было составлено новое завещание до дня смерти завещателя, завещание оформлено надлежащим образом, удостоверено нотариусом, следовательно, оно имеет законную силу.
Выводы суда первой инстанции мотивированы, соответствуют содержанию правовых норм, регулирующих спорные правоотношения и правильно примененных судом, основаны на представленных суду доказательствах, которые оценены судом в соответствии с требованиями статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в совокупности со всеми доказательствами по делу.
Доводы апелляционной жалобы о том, что суд не рассмотрел уточненные исковые требования, заявленные после замены истца, отклоняются судебной коллегией. Первоначальный иск и уточненный иск имели схожую просительную часть (т. 1, л.д. 8 и л.д. 151), но отличались по субъектному составу на стороне истцов. Судом первой инстанции вынесено определение от 16.01.2023 г. о принятии уточненного искового заявления. Из содержания обжалуемого решения суда и протокола судебного заседания от 24.01.2023 г. видно, что рассмотрен уточненный иск.
Доводы апелляционной жалобы о том, что суд не представил время для подготовки к прениям, не влияют на правильность выводов суда. Учитывая длительный период рассмотрения дела, сторона истцов имела возможность высказать по делу свою позицию.
Доводы апелляционной жалобы о том, что суд не оглашал резолютивную часть, отклоняются судебной коллегией. Согласно протоколу судебного заседания от 24.01.2023 г. суд первой инстанции удалился в совещательную комнату, а затем огласил резолютивную часть. В материалах гражданского дела имеется аудиозапись судебного заседания от 24.01.2023 г., в которой отражено удаление суда в совещательную комнату и оглашение резолютивной части решения суда по выходу из совещательной комнаты.
В суде апелляционной инстанции на вопросы судьи-председательствующего истец ФИО2 пояснила, что она покинула здание суда в 17 час. 55 мин., т.к. не стала дожидаться оглашения резолютивной части решения. Это соответствует содержанию протокола, согласно которому судебное заседание 24.01.2023 г. после оглашения резолютивной части было закрыто в 18 час. 10 мин. (т. 2, л.д. 181).
Доводы апелляционной жалобы о том, что нарушена процедура предупреждения экспертов об уголовной ответственности, не соответствуют материалам дела. На л.д. 234 (оборот) в т. 1 имеются соответствующие расписки экспертов. Сам по себе факт, что сначала в печатном тексте заключения изложен состав комиссии экспертов, затем вопросы, затем предупреждение об уголовной ответственности, затем остальная часть заключения экспертизы, не говорит о том, что эксперты сначала выполнили исследование, а предупредили их потом. Эти доводы рецензии и истцов носят надуманный характер.
Доводы апелляционной жалобы о том, что суд проигнорировал рецензию на заключение экспертизы, отклоняются судебной коллегией, поскольку суд в обжалуемом решении дал оценку рецензии и указал, что она не опровергает выводы заключения судебной экспертизы.
Доводы апелляционной жалобы о том, что не была представлена справка о причинах смерти КВА., не имеют значения, потому что оспариваемое завещание составлено более чем за три года до смерти наследодателя.
С учетом изложенного, руководствуясь положениями статей 79, 87, 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в удовлетворении ходатайств о назначении по делу повторной судебной экспертизы, запросе справки о причине смерти наследодателя судебная коллегия отказала. Также судебная коллегия отказала в приобщении подлинника рецензии, учитывая, что ее копия была приобщена к делу судом первой инстанции, и никаких разночтений по тексту рецензии у сторон не имеется.
Эти и иные доводы апелляционной жалобы отклоняются судебной коллегией, так как они сводятся к несогласию с выводами суда первой инстанции, иной квалификации установленных судом обстоятельств, иной оценке доказательств, получивших правильную оценку суда, и направлены на иное толкование норм материального права.
Оснований, предусмотренных статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации для отмены или изменения решения суда по данному делу, рассмотренному в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, судебной коллегией не установлено.
Руководствуясь ст. 328 (пункт 1) ГПК РФ, судебная коллегия
определила:
оставить решение Ангарского городского суда Иркутской области от 24 января 2023 года по данному гражданскому делу без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.
Судья-председательствующий О.Ф. Давыдова
Судьи П.А. Сазонов
Н.С. Краснова
Изготовлено в окончательной форме 11.07.2023 г.