УИД 31RS0016-01-2022-010618-86 Дело №2-474/2023
(№2-7440/2022)
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
20 февраля 2023 года г. Белгород
Октябрьский районный суд города Белгорода в составе:
председательствующего судьи Супрун А.А.,
при секретаре Шерстобитовой С.В.,
с участием: истца ФИО1, представителя ОСФР по Белгородской области по доверенности ФИО2, в отсутствии третьего лица ФИО3,
рассмотрел в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Отделению Фонда Пенсионного страхования Российской Федерации по Белгородской области о возмещении причиненного морального вреда в связи с нарушением пенсионных прав
УСТАНОВИЛ:
Истец обратился в суд с названными требованиями, сославшись на следующие обстоятельства.
Обратившись в ПФ в конце августа 2021г., заранее до предполагаемого права назначения страховой пенсии, полагает, что был обманут на месяц и 8-емь дней по причине не оповещения его Пенсионным фондом, поскольку на основании положений Закона от 28.12.2013г. №400-ФЗ «О страховых пенсиях» имел право на назначение такой пенсии с 05.12.2021г.
Кроме того, указывает, что решением ОПФР по Белгородской области отказано в установлении пенсии (от 18.01.2022г.) в ввиду отсутствия требуемого стажа для назначения страховой пенсии и величины ИПК. Однако истец полагает, что ответчик «обсчитал» его «на годах учебы в Вузе».
Утверждает, что ОПФР по Белгородской области обманным путем оставило его без средств к существованию, в результате этого у него ухудшилось состояние здоровья, он находился в морально депрессивном состоянии. Из-за материальных проблем, плохого питания, старости, отсутствия спроса для устройства на работу, и после заседания в Октябрьском районном суде г. Белгорода 15.08.2022г., он 18.08.2022г. был экстренно госпитализирован скорой медицинской помощью в урологическое отделение Белгородской областной Клинической больницы Святителя Иосафа. В данном лечебном заведении ему произведена хирургическая операция по удалению загноившегося внутреннего органа.
В результате проведенной операции и получения анализов на наличие онкологических клеток, он перенес физические страдания и моральные переживания.
Также указывает, что представитель ОПФР по Белгородской области ФИО3 при рассмотрении гражданского дела по его иску к ОПФР по Белгородской области о назначении пенсии, необоснованно заявила, что он «не работал» и по этой причине не имеет право на страховую пенсию, что, по мнению истца, является распространением о нем ложных сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию, этот факт не способствовал его выздоровлению.
Кроме того, указывает, что представитель ФИО3 15.08.2022г, после окончания предварительного судебного заседания, посоветовала ему найти в себе (старческие) силы и попробовать зарабатывать на жизнь до будущей пенсии (социальной, в 70 лет) – на догляде за немощными гражданами, а не ждать страховой пенсии по старости. Такое высказывание истец расценивает как унижение его человеческого достоинства и уважению к Пенсионному фонду Российской Федерации.
Просит взыскать с ответчика компенсацию за причиненный моральный вред в сумме 150000 рублей, который состоит из: причинения вреда его здоровью (хирургическая операция) и послеоперационного последствия заболевания в виде данные; необходимости несения денежных расходов на полное медицинское обследование с целью выявления причин и лечения последствий заболевания; душевных переживаний обманутого старого человека, оставленного без законной пенсии (средств к существованию); распространения сведений, порочащих его честь, достоинство и деловую репутацию – данные в отказе назначения пенсии от 21.01.22г. № КС-Л-3676/66; унижения его гражданского достоинства, как гражданина РФ, в «извращенном» толковании, изложенном в письме зам. управляющего ФИО4 от 28.09.2022г. № С-6947-1401/5518-22 о, якобы, не относящегося к нему, гражданину России, внутриведомственного разъяснения Исполнительной дирекции Пенсионного Фонда РФ от 17.03.2022 № СЧ-21-24/6059, а только к пенсионерам Украины; умаления его гражданских прав из-за отсутствия у него в паспорте постоянной регистрации (временная есть) и отказе ему на этом основании работниками ПФ во включении его украинского стажа в расчеты пенсии по старости.
В судебном заседании истец исковые требования, основанные на обстоятельствах, изложенных в исковом заявлении, поддержал и просил их удовлетворить.
Представитель ответчика по доверенности ФИО2 и ранее, привлеченная судом в качестве третьего лица ФИО3, исковые требования не признали, считают их необоснованными и не подлежащими удовлетворению. Просят суд отказать ФИО1 в удовлетворении исковых требований в полном объеме.
Суд исследовал обстоятельства по представленным доказательствам, приходит к следующим выводам.
Основания возникновения и порядок реализации права граждан Российской Федерации на страховые пенсии установлены Федеральным законом от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ «О страховых пенсиях», вступившим в силу с 1 января 2015г. До 1 января 2015г. основания возникновения и порядок реализации права граждан Российской Федерации на трудовые пенсии были установлены Федеральным законом от 17 декабря 2001г. N 173-ФЭ «О трудовых пенсиях в РФ».
В соответствии с ч. 1 ст. 8 Закона от 28.12.2013 г. № 400-ФЗ (в редакции Федерального закона № 350-Ф3 от 03.10.2018 г. «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам назначения и выплаты пенсий») Право на страховую пенсию по старости имеют лица, достигшие возраста 65 и 60 лет (соответственно мужчины и женщины) (с учетом положений, предусмотренных приложением 6 к настоящему Федеральному закону).
Согласно п.2 ст.35 Федерального закона №400-ФЗ «О страховых пенсиях» продолжительность страхового стажа, необходимого для назначения страховой пенсии по старости в 2021 г. составляет 12 лет.
С 01.01.2021 г. страховая пенсиях по старости назначается при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента не ниже 21.
Из материалов дела следует, что на дату вынесения отказа в назначении страховой пенсии по старости страховой стаж составлял 11 лет 6 месяцев 13 дней (в т. ч. для расчета размера пенсии на 31.12.2001 - 11 лет 3 месяца 26 дней), сумма ИПК составила 10.281.
ФИО1 обратился в суд с иском, в котором просил признать незаконным решение Государственного учреждения – Отделения Пенсионного фонда Российской Федерации по Белгородской области (далее – ГУ – ОПФР по Белгородской области) от 21.01.2022 об отказе в назначении ему пенсии; включить в страховой стаж периоды его работы с 15.06.1996 по 30.10.1998 в Республике Украина; возложить на ГУ – ОПФР по Белгородской области обязанность назначить страховую пенсию с 01.01.2022.
Судебным решением Октябрьского районного суда г. Белгорода от 22.09.2022г. истцу в удовлетворении исковых требований отказано.
Судебная коллегия по гражданским делам Белгородского областного суда, рассматривая данное гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО1, пришла к выводу, что суд первой инстанции фактически признал наличие оснований для включения спорных периодов работы истца в страховой стаж, но отказал в удовлетворении исковых требований лишь по тому основанию, что истцу необходимо повторно обратиться в пенсионный орган.
С данным выводом судебная коллегия не согласилась, поскольку право на получение пенсии истец реализовал 13.01.2022 путем обращения в пенсионный орган с заявлением о назначении пенсии. Повторное обращение истца с заявлением о назначении пенсии лишит его права на получение пенсии с момента первоначального обращения.
Суд апелляционной инстанции решение суда в части отказа в удовлетворении исковых требований о включении периодов работы истца с 15.06.1996 по 01.10.1996 в ООО «К», с 09.10.1996 по 30.04.1997 в производственном кооперативе «Л», с 04.05.1997 по 12.11.1997 в ООО «К», с 01.03.1998 по 30.10.1998 в АООТ «Х» в страховой стаж отменил с принятием нового решения об удовлетворении иска в данной части.
Поскольку истец обратился с заявлением о назначении пенсии 13.01.2022, на указанную дату право на пенсию наступило, что подтверждает пенсионный орган, судебная коллегия пришла к выводу о возложении на ответчика обязанности назначить пенсию с указанной даты.
Одновременно судом апелляционной инстанции, изложенные в апелляционной жалобе доводы истца о необходимости назначить пенсию с 05.12.2021, как и требования иска о назначении пенсии с 01.01.2022, отклонены как необоснованные.
Таким образом, обоснован довод представителя ответчика, что решение ОПФР по Белгородской области об отказе в установлении пенсии от 19.01.2022г было вынесено на основании документов имеющихся в распоряжении территориального органа ПФР, с учетом норм действующего законодательства.
Согласно ст. 151 ГК РФ, компенсация морального вреда предусматривается в случае, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага.
Развернутое определение понятия «моральный вред» дано в Постановлении Пленума ВС РФ от 20 декабря 1994г. N10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда».
Согласно ст. 15 ГК РФ, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков.
В силу ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
Что касается взыскания компенсации морального вреда, то в соответствии со ст. 1099, 1100 ГК РФ моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, в том числе независимо от вины причинителя вреда, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом.
Таким образом, общим условием возмещения вреда является то, что он возмещается причинителем вреда, то есть, лицом, между действиями которого и наступившим вредом имеется причинная связь, что и служит необходимым условием любой юридической ответственности, в том числе и гражданской.
Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 31 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11.12.2012г. № 30 «О практике рассмотрения судами дел, связанных с реализацией прав граждан на трудовые пенсии», нарушения пенсионных прав затрагивают имущественные права граждан, требования о компенсации морального вреда исходя из положений п. 2 ст. 1099 ГК РФ не подлежат удовлетворению, так как специального закона, допускающего в указанном случае возможность привлечения органов, осуществляющих пенсионное обеспечение, к такой ответственности, не имеется.
Как усматривается из поданного ФИО1 в суд искового заявления, порочащими его честь, достоинство и деловую репутацию истец посчитал: объяснения представителя ответчика ФИО3 данные при рассмотрении выше названного гражданского дела по его иску к ОПФР по Белгородской области; письменное дополнение к возражениям на исковое заявление ФИО1 за №4903/16561; сведения в Справках о назначенных пенсиях и социальных выплатах на 03.10.2022г. и на 21.10.2022г. о суммарных размерах пенсии, с указанием периодов работы и (или) иной деятельности включенные (засчитанные) в страховой стаж при установлении пенсии, а также письменные ответы ОПФР на его обращения по вопросу назначения пенсии: ответ за подписью зам. управляющего ФИО4 от 26.09.2022 №С-6947-1401/5518-22; ответ ОПФР от 17.03.2022 № СЧ-21-24/6059 и расчетом ИПК=36,323 балла; решение об отказе в установлении пенсии от 19.01.2022г., с письмом о направлении этого решения истцу от 21.01.22г. № КС-Л-3676/66.
В силу статьи 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.
Представление доказательств является процессуальной обязанностью сторон (статья 56 ГПК РФ).
Участие в судебном заседании, предоставление письменных доказательств, дача объяснений по делу являются формой доказательств, подлежащих оценке и проверке судом, рассматривающим данное дело. Указанные доказательства при этом не могут быть предметом повторного исследования и опровержения в другом судебном процессе по иску о защите чести и достоинства.
Объяснения представителя ответчика ФИО3 в том, что у истца недостаточно требуемого стажа для назначения пенсии, поскольку в эти периоды нет официальных сведений о его трудовой деятельности ( не работал), и соответственно расчет величины ИПК был произведен в соответствии с п.3 ст. 30 Федерального закона от 17.12.2001 №173-ФЗ «О трудовых пенсиях в РФ», что содержится и в письменном дополнении к возражению на исковое заявление №4903/16561, а также в письменном ответе зам. управляющего Отделением ФИО4, данные объяснения и вышеперечисленные письменные доказательства, предоставленные при рассмотрении гражданского дела по иску ФИО1 е ОПФР по Белгородской области о назначении пенсии, по смыслу статьи 68 ГПК РФ, являются источником получения доказательств, которые проверялись и оценивались судом при рассмотрении указанного дела.
Таким образом, в соответствии с действующим процессуальным законодательством сведения, по поводу которых возник спор, не могут быть оспорены в порядке, предусмотренном статьей 152 ГК РФ, поскольку они были предметом рассмотрения по другому гражданскому делу.
При этом, суд учитывает, что в судебном заседании сторонам предоставляются равные процессуальные возможности по отстаиванию своих прав и законных интересов, включая реальную возможность довести свою позицию до сведения суда, поскольку только при этом условии реализуется право на судебную защиту, которая должна быть справедливой, полной и эффективной ("Обзор практики рассмотрения судами дел по спорам о защите чести, достоинства и деловой репутации" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 16.03.2016).
Относительно совета истцу представителем ФИО3 «найти в себе (старческие) силы и попробовать зарабатывать на жизнь до будущей пенсии (социальной, в 70 лет) – на догляде за немощными гражданами, а не ждать страховой пенсии по старости», ФИО3 пояснила, что совета в таком изложении не было дано, поскольку истцу в корректной форме был дан совет найти возможность увеличить ИПК путем осуществления ухода за гражданами, достигшими возраста 80 лет и более.
У суда не вызывают сомнения в правдивости данные объяснения ФИО3, доказательств, опровергающих такое объяснение истцом суду не представлено.
В Определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 2 августа 2011 г. N 58-В11-4 содержится суждение о том, что ««при исследовании вопроса о характере сообщенных при схожих обстоятельствах сведений и о субъектах их распространения (сообщение суду сведений в судебном заседании лицом в любом процессуальном качестве) суды устанавливают, сообщаются ли они только в отношении участников судебного процесса либо других лиц, которые не участвовали в судебном заседании, являются ли такие сведения доказательствами по этому делу и оценивались ли они при вынесении решения. Если оспариваемые сведения были распространены в ходе рассмотрения дела указанными выше лицами в отношении других лиц, не являющихся участниками судебного процесса, суды правильно исходят из того, что лица, считающие такие сведения не соответствующими действительности и порочащими их честь, достоинство или деловую репутацию, могут защитить свои права в порядке, предусмотренном статьей 152 ГК РФ.
В настоящем случае, все объяснения представителем ответчика ФИО3 были даны в отношении истца в порядке опровержения обстоятельств, на которых он основывал заявленные исковые требования, и пояснения представителя ответчика ФИО3, как и представленные письменные доказательства, содержание которых, по утверждению истца, порочат его честь достоинство и деловую репутацию, причиняет моральные и нравственные страдания ( о чем судом подробно приведено выше по тексту решения) были оценены судом как доказательства при вынесении судебного решения от 22.09.2022г.
Учитывая приведенные обстоятельства, руководствуясь положениями названных законов, судом не установлено со стороны ответчика вины в причинении истцу физических, нравственных и моральных страданий, в том числе причинения вреда его здоровью (хирургическая операция) и послеоперационного последствия заболевания в виде остаточной глухоты правого уха; необходимости несения денежных расходов на полное медицинское обследование с целью выявления причин и лечения последствий заболевания, а также не установлено распространение ответчиком и сотрудником ФИО3 о нем ложных сведений, порочащих честь, достоинство и его деловую репутацию, следовательно, отсутствуют основания, предусмотренные в ст. 151 ГК РФ, ст. 1100 ГК РФ для компенсации морального вреда в пользу истца.
Руководствуясь, ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Признать необоснованными и отказать в удовлетворении исковых требований ФИО1 к Отделению Фонда Пенсионного страхования Российской Федерации по Белгородской области о взыскании компенсации морального вреда, причиненного нарушением его пенсионных прав в сумме 150000 рублей.
Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Белгородского областного суда в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме, путем подачи апелляционной жалобы через Октябрьский районный суд г.Белгорода.
Судья А.А. Супрун
Мотивированный текст решения изготовлен 10 марта 2023 года.