№ 2-403/2022
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
17 октября 2022 года п. Новоорск
Новоорский районный суд Оренбургской области в составе:
председательствующего судьи Левченкова А.И.,
при секретаре Шульге Н.С.,
с участием истца ФИО1, представителя ответчика ФИО2,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3 об обязании удалить информацию из сети Интернет, взыскании компенсации морального вреда,
установил:
ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО3 о об обязании удалить информацию из сети Интернет, взыскании компенсации морального вреда, указывая, что в настоящее время она является депутатом МО Энергетикский поссовет. На основании решения Совета депутатов МО Энергетикский поссовет № от ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ являлась председателем Совета депутатов.
11.05.2022 она письменно обратилась к депутатам МО Энергетикский поссовет с письмом, в котором описала сложившуюся ситуацию об отсутствии взаимодействия между действующим созывом Совета депутатов и главой поссовета. В ее обращении, адресованным исключительно депутатам, она предложила рассмотреть вопрос о самороспуске Совета депутатов МО Энергетикский поссовет, который работает неэффективно и не выполняет возложенные на него задачи. Намерений выносить данный документ на всеобщее обозрение у нее не было.
Однако 13.05.2022 в сети Интернет (сайты «Одноклассники» и «В контакте») у пользователя под ником «Реальный Новоорск» ею была прочитана публикация, в которой было выложено в полном объеме ее обращение к депутатам от 11.05.2022 года, а также ее личные фотографии.
Считает, что автором данной публикации является член политической партии ЛДПР ФИО3
Профиль «Реальный Новоорск» имеет большой охват аудитории. Ситуация усугубляется еще и тем, что под порочащим ее постом размещены негативные комментарии.
Несколькими днями позже в тех же социальных сетях появляется целая серия публикаций (17.05.2022, 24.05.2022), где продолжает размещаться негативная информация о ней как человеке, как депутате и как сотруднике крупной компании.
Она согласия на использование ее изображения в публичном доступе никому не давала, за плату не позировала, снимки являются частью ее личного фотоархива.
01.07.2022 года она получила уведомление от органов полиции, в котором было указано, что в действиях ФИО3 полиция усматривает состав правонарушения по ч. 1 ст. 5.61 КоАП РФ и в настоящее время материалы дела направлены в прокуратуру.
Согласно уточненным исковым требованиям просит обязать ФИО3 удалить опубликованные 13, 17, 24 мая 2022 года в социальных сетях «В контакте», «Одноклассники» в группе «Реальный Новоорск» публикации в отношении неё; обязать ФИО3 разместить в данных социальных сетях опровержение каждой публикации, в тексте опровержения принести ей извинения и обязать не удалять публикации с опровержением в течение одного года со дня размещения такого опровержения; обязать ФИО3 удалить опубликованные 13 и 24 мая 2022 года в социальных сетях «В контакте», «Одноклассники» в группе «Реальный Новоорск» все ее личные фотографии; взыскать с ФИО3 в ее пользу компенсацию морального вреда в сумме 15 000 руб., а также расходы по оплате государственной пошлины в сумме 300 руб.
Истец ФИО1 в судебном заседании поддержала исковые требования на вышеизложенных основаниях. Дополнила иск требованием о возложении обязанности на ответчика не восстанавливать публикации от 13.05.2022, 17.05.2022 и 24.05.2022 в социальных сетях «Одноклассниках» и «Вконтакте», поскольку ответчик уже удалил публикации, но может их впоследствии восстановить. Пояснила, что после появления публикаций она обратилась в полицию, откуда пришел ответ, что в действиях ФИО3 имеется состав административного правонарушения. В публикациях от 13.05.2022, 17.05.2022 имеется фраза: «вернемся к нашим баранам, как говорится в пословице. Д., Д. и ФИО1 фактически обвиняют своих оппонентов». Считает, что бараном назвали в том числе и её. Суждение о том, что она не могла принять родственника инвалида также необоснованное, поскольку на тот момент действовал указ о запрете встречи с гражданами возрастом +65 в связи с короновирусом. Словосочетание «Электрическая королева» считает оскорбительным, так как является сотрудником электрической компании. Слово «каминг-аут», использованное в публикации, означает признание своей принадлежности к сексуальному меньшинству. Также в публикации от 17.05.2022 содержится фраза, что «по имеющейся информации ФИО1 и Д. состояли в связи». Ее личные фотографии, которые были размещены с публикациями, действительно находятся на ее странице в социальной сети. Доступ к странице открытый. Однако это не дает право третьим лицам свободно скачивать ее фотографии, размещенные в социальных сетях, поскольку распространение изображений допускается только с согласия гражданина. Действия ФИО3 порочат ее честь, достоинство и деловую репутацию, принесли ей тяжелые моральные переживания.
Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явился, надлежащим образом извещен, что подтверждается почтовым уведомлением.
Представитель ответчика ФИО2 в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований. Пояснила, что ответчиком в ходе судебного заседания не представлено доказательств о том, что публикации размещены ФИО3 Кроме того, не доказано то, что публикации не соответствуют действительности и носят порочащий характер. Анализ содержания публикаций с учетом общей смысловой направленности текста свидетельствует, что это субъективное мнение автора, его умозаключения относительно политической деятельности истца как председателя Совета депутатов, личная оценка обстоятельств, не носящая оскорбительный характер, и поэтому не может быть предметом судебной защиты в порядке ст. 152 ГК РФ. ФИО1 ВА. является публичной фигурой и критика ее деятельности как лица, осуществляющего публичные функции, допустима в более широких пределах, чем в отношении частных лиц. Автор публикации выражает свои оценочные суждения в политической сфере, выражая свое субъективное мнение о ФИО1 как о депутате, не затрагивая ее частной жизни. Фотографии ФИО1 до появления их под публикациями, уже были в открытом доступе в сети Интернет и впервые были обнародованы самой истицей на своей открытой странице на сайте «Вконтакте», то есть размещены для всеобщего сведения и доступны любому лицу. Следовательно, автор публикаций не осуществлял действия по обнародованию фотографий ФИО1. Учитывая политическую направленность публикаций, публичный статус ФИО1 как депутата, наличие в связи с этим интереса к ней со стороны общественности, согласие ФИО1 на использование ее изображений в силу п. 1 ст. 152.1 ГК РФ не требовалось.
Выслушав мнение сторон, исследовав материалы дела, оценив совокупность представленных доказательств, суд приходит к следующему.
В соответствии со статьей 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, заключенной в г. Риме 4 ноября 1950 г., каждый имеет право свободно выражать свое мнение. Это право включает свободу придерживаться своего мнения и свободу получать и распространять информацию и идеи без какого-либо вмешательства со стороны публичных властей и независимо от государственных границ. Осуществление этих свобод, налагающее обязанности и ответственность, может быть сопряжено с определенными формальностями, условиями, ограничениями или санкциями, которые предусмотрены законом и необходимы в демократическом обществе в интересах национальной безопасности, территориальной целостности или общественного порядка, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья и нравственности, защиты репутации или прав других лиц, предотвращения разглашения информации, полученной конфиденциально, или обеспечения авторитета и беспристрастности правосудия.
Европейский суд по правам человека, толкуя и применяя данную норму, неоднократно указывал на то, что свобода выражения мнения составляет одну из существенных основ демократического общества и является одним из основных условий прогресса общества и самовыражения каждого из членов общества. Положение части 2 статьи 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод применимо не только к "информации" или "идеям", которые принимаются благосклонно или считаются неоскорбительными или не вызывают какой-либо реакции, но и к тем, которые оскорбляют, шокируют или вызывают беспокойство. Таковы требования плюрализма, терпимости и широты мировоззрения, без которых нет "демократического общества" (пункт 124 Постановления Большой Палаты Европейского Суда по правам человека от 23 апреля 2015 г. по делу "Морис против Франции", жалоба N 29369/10; пункт 87 Постановления Большой Палаты Европейского Суда по правам человека от 20 октября 2015 г. по делу "Пентикяйнен против Финляндии", жалоба N 11882/10; пункт 48 Постановления Большой Палаты Европейского Суда по правам человека от 29 марта 2016 г. по делу "Беда против Швейцарии", жалоба N 56925/08; пункт 61 Постановления Европейского суда по правам человека от 28 августа 2018 г. по делу "Т.С. против Российской Федерации", жалоба N 10692/09).
Статьей 29 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется свобода мысли и слова.
В соответствии со статьей 23 Конституции Российской Федерации, каждый имеет право на защиту своей чести и доброго имени.
В соответствии с пунктом 5 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, если сведения, порочащие честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, оказались после их распространения доступными в сети "Интернет", гражданин вправе требовать удаления соответствующей информации, а также опровержения указанных сведений способом, обеспечивающим доведение опровержения до пользователей сети "Интернет».
Согласно части 9 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, гражданин, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, наряду с опровержением таких сведений или опубликованием своего ответа вправе требовать возмещения убытков и компенсации морального вреда, причиненных распространением таких сведений.
Таким образом, из нормы статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации с учетом ее толкования в пункте 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 г. N 3 "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц" следует, что необходимыми условиями для защиты чести, достоинства и деловой репутации путем опровержения и (или) удаления в сети Интернет распространенной информации, взыскания компенсации морального вреда является совокупность условий: факт распространения ответчиком сведений об истце, порочащий характер этих сведений и несоответствие их действительности.
При этом следует учитывать, что согласно пункту 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.02.2005 N 3 "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц" обстоятельствами, имеющими в силу статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации значение для дела, которые должны быть определены в ходе судебного разбирательства, являются: факт распространения ответчиком сведений об истце, порочащий характер этих сведений и несоответствие их действительности. При отсутствии хотя бы одного из указанных обстоятельств иск не может быть удовлетворен судом.
Под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию граждан и юридических лиц, следует понимать опубликование таких сведений в печати, трансляцию по радио и телевидению, демонстрацию в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, распространение в сети Интернет, а также с использованием иных средств телекоммуникационной связи, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в той или иной, в том числе устной, форме хотя бы одному лицу. Сообщение таких сведений лицу, которого они касаются, не может признаваться их распространением, если лицом, сообщившим данные сведения, были приняты достаточные меры конфиденциальности, с тем, чтобы они не стали известными третьим лицам.
Не соответствующими действительности сведениями являются утверждения о фактах или событиях, которые не имели места в реальности во время, к которому относятся оспариваемые сведения.
Порочащими, в частности, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица.
В соответствии с частью 10 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, правила частей 1 - 9 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, за исключением положений о компенсации морального вреда, могут быть применены судом также к случаям распространения любых не соответствующих действительности сведений о гражданине, если такой гражданин докажет несоответствие указанных сведений действительности.
Таким образом, сведения, в том числе негативные, должны быть подтверждены в действительности.
Кроме того, исходя из положений статьи 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и статьи 29 Конституции Российской Федерации, позиций Европейского Суда по правам человека при рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации следует различать имеющие место утверждения о фактах, соответствие действительности которых можно проверить, и оценочные суждения, мнения, убеждения, которые не являются предметом судебной защиты в порядке статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку, являясь выражением субъективного мнения и взглядов ответчика, не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности (пункт 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 г. N 3 "О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц"). Доказательств справедливости оценочных суждений с учетом этого не требуется.
Согласно пункту 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2010 N 16 "О практике применения судами закона Российской Федерации "О средствах массовой информации" федеральными законами не предусмотрено каких-либо ограничений в способах доказывания факта распространения сведений через телекоммуникационные сети (в том числе, через сайты в сети Интернет). Поэтому при разрешении вопроса о том, имел ли место такой факт, суд в силу статей 55 и 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вправе принять любые средства доказывания, предусмотренные гражданским процессуальным законодательством.
Согласно требованиям ст. 152 ГК РФ гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих, его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности. Если сведения, порочащие честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, распространены в средствах массовой информации, они должны быть опровергнуты в тех же средствах массовой информации. Гражданин, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, вправе наряду с опровержением таких сведений требовать возмещения убытков и морального вреда, причиненных их распространением.
Таким образом, в силу ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и ст. 152 Гражданского кодекса Российской Федерации ответчик должен доказать факт соответствия действительности распространенных им сведений. В обязанности истца входит доказывание факта распространения данных сведений, а также порочащего характера этих сведений.
В силу требований ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные прав, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
В соответствии со ст. 1100 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда случаях, когда вред причинен распространением сведений, пророчащих честь, достоинство и деловую репутацию.
Как следует из искового заявления, истец ФИО1 проживает в <адрес>, ответчик ФИО3 проживает в <адрес>.
13 мая 2022 года на страничке realnovoorsk в сети Интернет в социальной сети "Вконтакте" размещена публикация: «Политические дилетанты делят власть в Энергетик. Часть 1 – Конфуз «Электрической королевы», имеется текст следующего содержания.
«<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
Ниже текста размещено две фотографии.
17 мая 2022 года на вышеуказанной страничке размещена публикация: «Политические дилетанты делят власть в Энергетике. Часть 3 – Конфуз «Генеральши».
Имеется текст следующего содержания.
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
24.05.2022 на данной странице размещена публикация: «Политические дилетанты делят власть в Энергетике. Часть 4 – Крах «электрической королевы», с текстом следующего содержания.
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
Под текстом размещено 2 фотографии.
13 мая 2022 года на страничке novoorsk.real в сети Интернет в социальной сети "Одноклассники" размещена публикация: «Политические дилетанты делят власть в Энергетик. Часть 1 – Конфуз «Электрической королевы», прикреплено две фотографии, под одной из которых написано: <данные изъяты>
17 мая 2022 года на вышеуказанной страничке размещена публикация: «Политические дилетанты делят власть в Энергетике. Часть 3 – Конфуз «Генеральши».
Имеется текст следующего содержания.
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
24.05.2022 на данной странице размещена публикация: «Политические дилетанты делят власть в Энергетике. Часть 4 – Крах «электрической королевы», размещены фотографии, под одной из которых имеется текст следующего содержания: «<данные изъяты>
Как установлено материалами дела по факту размещению данных публикаций ФИО1 обращалась в правоохранительные органы.
15.08.2022 заместителем прокурора Новоорского района Оренбургской области Н.А.С., вынесено определение об отказе в возбуждении уголовного дела об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 5.61 КоАП РФ, по заявлению ФИО1 по факту оскорблений.
Судом были приняты меры по установлению пользователя странички novoorsk.real в сети Интернет.
Из ответа Управления Роскомнадзора от 02.09.2022 года следует, что Управление не располагает сведениями о пользователе под ником «Реальный Новоорск» в социальных сетях «Вконтакте» и «Одноклассники». Проведение розыскных мероприятий не входит в компетенцию Роскомнадзора и его территориальных органов. По данному вопросу необходимо обратиться в отдел «К». Владельцем социальной сети «Вконтакте» является юридическое лицо ООО «Вконтакте», владельцем социальной сети «Одноклассники» являются юридическое лицо ООО «Мейл.ру».
Из ответа УМВД России по Оренбургской области от 19.09.2022 следует, что № выделен провайдеру АО «Уфанет». Ip-адреса № выделены оператору сотовой связи ООО «Т2 Мобайл». Абонентский №, указанный в ответе ООО «ВК» оформлен на П.Т.А. С целью установления информации об электронной странице https://vk.com/realnovoorsk в адрес ООО «Вконтакте» направлен соответствующий запрос, ответ на который до настоящего времени не поступил. При получении ответа информация будет направлена дополнительно.
Согласно ответу УМВД России по Оренбургской области от 07.10.2022 года, с целью установления информации об электронной странице https://vk.com/realnovoorsk, в адрес ООО «Вконтакте» направлен соответствующий запрос, ответ на который до настоящего времени не поступил. При получении ответа, информация будет направлена дополнительно.
В качестве обоснования своих исковых требований истец представила вышеуказанные скриншоты со страниц «Реальный Новоорск» в социальных сетях «Вконтакте» и «Одноклассниках».
Согласно части 1 статьи 71 названного Кодекса письменными доказательствами являются содержащие сведения об обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения и разрешения дела, акты, договоры, справки, деловая корреспонденция, иные документы и материалы, выполненные в форме цифровой, графической записи, в том числе полученные посредством факсимильной, электронной или другой связи, с использованием информационно-телекоммуникационной сети "Интернет", документы, подписанные электронной подписью в порядке, установленном законодательством Российской Федерации, либо выполненные иным позволяющим установить достоверность документа способом. К письменным доказательствам относятся приговоры и решения суда, иные судебные постановления, протоколы совершения процессуальных действий, протоколы судебных заседаний, приложения к протоколам совершения процессуальных действий (схемы, карты, планы, чертежи).
В силу части 1 статьи 102 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате до возбуждения гражданского дела в суде нотариусом могут быть обеспечены необходимые для дела доказательства (в том числе, посредством удостоверения содержания сайта в сети Интернет по состоянию на определенный момент времени), если имеются основания полагать, что представление доказательств впоследствии станет невозможным или затруднительным.
По делам, связанным с распространением сведений через телекоммуникационные сети, не исключается возможность обеспечения доказательств судьей, поскольку круг доказательств, которые могут быть обеспечены, законом не ограничен (статьи 64 - 66 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).
Вопрос о необходимости обеспечения доказательств разрешается с учетом указанных в соответствующем заявлении сведений, в том числе сведений о содержании рассматриваемого дела, о доказательствах, которые необходимо обеспечить, об обстоятельствах, для подтверждения которых необходимы эти доказательства, а также о причинах, побудивших заявителя обратиться с просьбой об обеспечении доказательств (часть 1 статьи 65 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).
До подачи иска и в ходе рассмотрения дела, в том числе после разъяснения судом истцу в силу ст. 56 ГПК РФ необходимости обращения к нотариусу с заявлением об обеспечении доказательств в виде сведений, содержащихся на сетевой странице в социальных сетях, указанных в представленных скриншотах, истец не обращалась.
Непосредственно у суда возможность обеспечения доказательств по делу была утрачена, поскольку как пояснил сам истец, в ходе рассмотрения дела указанная информация в сети "Интернет" уже отсутствовала.
Представленные истцом скриншоты со страниц «Реальный Новоорск» в социальных сетях «Вконтакте» и «Одноклассниках» никем не заверены, не отвечает признакам допустимости доказательств, при этом нотариального протокола осмотра указанных страниц в социальных сетях истцом не представлено, следовательно, представленные истцом скриншоты с достоверностью факт того, что указанная информация была размещена именно ответчиком в социальных сетях, не подтверждает.
Иных доказательств, достоверно подтверждающих факт распространения именно ответчиком в сети "Интернет" сведений порочащего характера в отношении истца, истец не представил.
Судом в ходе рассмотрения дела предпринимались меры по установлению лиц, на которых зарегистрирован профиль «Реальный Новоорск» в социальных сетях «Вконтакте» и «Одноклассниках», которые результатов не дали.
В силу части 1 статьи 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу.
Истец ФИО1 о производстве экспертизы по установлению владельца профиля «Реальный Новоорск» в социальных сетях «Вконтакте» и «Одноклассниках», не ходатайствовала.
Разрешая требования истца относительно неправомерного обнародования ее изображений в сети Интернет, суд приходит к следующему.
Согласно п. 1 ст. 152.1 ГК РФ обнародование и дальнейшее использование изображения гражданина (в том числе его фотографии, а также видеозаписи или произведения изобразительного искусства, в которых он изображен) допускаются только с согласия этого гражданина. После смерти гражданина его изображение может использоваться только с согласия детей и пережившего супруга, а при их отсутствии - с согласия родителей. Такое согласие не требуется в случаях, когда:
1) использование изображения осуществляется в государственных, общественных или иных публичных интересах;
2) изображение гражданина получено при съемке, которая проводится в местах, открытых для свободного посещения, или на публичных мероприятиях (собраниях, съездах, конференциях, концертах, представлениях, спортивных соревнованиях и подобных мероприятиях), за исключением случаев, когда такое изображение является основным объектом использования;
3) гражданин позировал за плату.
В соответствии с п. 2 ст. 152.1 УК РФ изготовленные в целях введения в гражданский оборот, а также находящиеся в обороте экземпляры материальных носителей, содержащих изображение гражданина, полученное или используемое с нарушением пункта 1 настоящей статьи, подлежат на основании судебного решения изъятию из оборота и уничтожению без какой бы то ни было компенсации.
Согласно п. 3 ст. 152.1 УК РФ если изображение гражданина, полученное или используемое с нарушением пункта 1 настоящей статьи, распространено в сети "Интернет", гражданин вправе требовать удаления этого изображения, а также пресечения или запрещения дальнейшего его распространения.
Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 43 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений части I Гражданского кодекса Российской Федерации" под обнародованием изображения гражданина по аналогии с положениями статьи 1268 ГК РФ необходимо понимать осуществление действия, которое впервые делает данное изображение доступным для всеобщего сведения путем его опубликования, публичного показа либо любым другим способом, включая размещение его в сети "Интернет".
За исключением случаев, предусмотренных подпунктами 1 - 3 пункта 1 статьи 152.1 ГК РФ, обнародование изображения гражданина, в том числе размещение его самим гражданином в сети "Интернет", и общедоступность такого изображения сами по себе не дают иным лицам права на свободное использование такого изображения без получения согласия изображенного лица.
Вместе с тем, обстоятельства размещения гражданином своего изображения в сети "Интернет" могут свидетельствовать о выражении таким лицом согласия на дальнейшее использование данного изображения, например, если это предусмотрено условиями пользования сайтом, на котором гражданином размещено такое изображение.
Как указано в п. 44 данного Постановления без согласия гражданина обнародование и использование его изображения допустимо в силу подпункта 1 пункта 1 статьи 152.1 ГК РФ, то есть когда имеет место публичный интерес, в частности если такой гражданин является публичной фигурой (занимает государственную или муниципальную должность, играет существенную роль в общественной жизни в сфере политики, экономики, искусства, спорта или любой иной области), а обнародование и использование изображения осуществляется в связи с политической или общественной дискуссией или интерес к данному лицу является общественно значимым.
В Обзоре практики рассмотрения судами Российской Федерации дел о защите чести, достоинства и деловой репутации, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16 марта 2016 г., отмечается, что особую сложность вызывает рассмотрение дел о защите чести, достоинства и деловой репутации лиц, осуществляющих публичные функции. Конституция Российской Федерации гарантирует каждому право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту своей чести и доброго имени (статьи 23 и 24). При этом профессиональная сфера деятельности предполагает наличие определенных ограничений в осуществлении конституционных прав и свобод, что обусловлено исполнением особых публично-правовых обязанностей (пункт 8).
Европейский Суд, в частности в постановлении по делу "Ф. (Fedchenko) против Российской Федерации" от 11 февраля 2010 г., указал, что в отношении государственных служащих, действующих в официальном качестве, как и политиков, рамки допустимой критики шире, чем в отношении частных лиц.
Европейский Суд также отмечает, что пункт 2 статьи 10 Конвенции дает мало возможностей для ограничения политических высказываний или дебатов по вопросам, представляющим всеобщий интерес. Кроме того, хотя нельзя сказать, что слова и поступки государственных служащих и политических деятелей в равной степени заведомо открыты для наблюдения, государственные служащие, находящиеся при исполнении обязанностей, подобно политикам, подпадают под более широкие пределы допустимой критики, чем частные лица (дело "Д. (Dyundin) против Российской Федерации", постановление Европейского Суда от 14 октября 2008 г.).
Согласно Резолюции 1165 (1998) Парламентской Ассамблеи Совета Европы "публичными фигурами" являются те лица, которые занимают государственную должность и (или) пользуются государственными ресурсами, а также все те, кто играет определенную роль в общественной жизни, будь то в области политики, экономики, искусства, социальной сфере, спорте или в любой иной области (пункт 7).
Как следует из представленных публикаций, в сети Интернет обсуждалась работа председателя Совета депутатов МО Энергетикский поссовет ФИО1, главы администрации, высказывались мнения о качестве исполнения ими своих должностных обязанностей.
Учитывая публичный характер деятельности истца, суд считает, что критика ФИО1, являющейся на момент публикаций депутатом Совета депутатов МО Энергетикский поссовет Новоорского района Оренбургской области, допустима в более широких пределах, чем в отношении иных граждан.
Истец ФИО1 от производства лингвистической экспертизы на предмет установления оскорбительного характера публикаций, установления, что сведения, содержащихся в указанных публикациях порочат ее честь, достоинство или деловую репутацию, отказалась.
Таким образом, достаточных, достоверных и допустимых доказательств распространения ответчиком спорных сведений и изображений, истцом не представлено, и при имеющихся данных невозможно проверить и установить факт распространения именно ответчиком указанных сведений и изображений. То есть, не доказан факт распространения именно ответчиком в сети "Интернет" сведений, порочащих честь и достоинство истца, при этом, что факт распространения указанных сведений отрицается представителем ответчика.
Предъявленные суду доказательства представляют собой сканированные страницы, которые не заверены надлежащим образом, эти доказательства не обеспечены по правилам, установленным ст. 102 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате, в связи с чем, суд признал такие доказательства недопустимыми. Кроме того, как отмечалось ранее, истцом не заявлялось ходатайство о назначении экспертизы на предмет установления источника порочащей информации с учетом особенностей распространения ее через телекоммуникационные сети, как и не доказано, что размещенные сведения порочат честь, достоинство или деловую репутацию истца.
Учитывая, что судом не установлен факт распространения ответчиком в сети "Интернет" в отношении истца сведений, носящих оскорбительный, порочащий характер, унижающих ее честь и достоинство, оснований для удовлетворения требований истца о защите чести и достоинства, оснований для удовлетворения не имеется.
Руководствуясь ст. ст. 194, 197, 198 Гражданского процессуального Кодекса Российской Федерации, суд
решил:
В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО3 об обязании удалить информацию из сети Интернет, взыскании компенсации морального вреда – отказать.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Оренбургский областной суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме через Новоорский районный суд.
Судья: подпись А.И. Левченков
Мотивированное решение изготовлено 19.10.2022 г.
Судья: подпись А.И. Левченков