Решение по делу № 2-796/2023 от 26.09.2023

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

26 сентября 2023 года г. Туймазы

Туймазинский межрайонный суд Республики Башкортостан в составе председательствующего судьи Хайруллина А.Т.,

при секретаре Магомедовой А.Р.,

с участием помощника Туймазинского межрайонного прокурора РБ Мухаметова А.А.,

представителя истца ФИО1 по доверенности от 17.06.2019 года ФИО2,

представителя ответчика ГБУЗ РБ Туймазинская ЦРБ по доверенности от 09.01.2023 г. ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ГБУЗ РБ Туймазинская ЦРБ о компенсации морального вреда и взыскании расходов,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ГБУЗ РБ Туймазинская ЦРБ о взыскании компенсации морального вреда и судебных расходов. В обоснование иска указала, что ДД.ММ.ГГГГ она поступила в ГБУЗ РБ Туймазинмская ЦРБ с диагнозом <данные изъяты>, <данные изъяты>. Когда она поступила в больницу, ребенок в утробе был жив, она очень плохо себя чувствовала, было проведено УЗИ, которое показало наличие сердцебиения плода, однако своевременно не было проведено оперативное извлечение плода либо искусственные роды. Утром уже ребенок был мёртв. Считает, что врачи позволили ребенку умереть, хотя его можно было спасти, если бы сразу решили вопрос о родовспоможении. В период ведения беременности должны были дать направление на доплер УЗИ, его не дали и вообще не проводили. На приеме два раза принимала акушер, хотя должен принимать врач гинеколог, что является грубейшим нарушением и не правильным оказанием медицинских услуг. Ее врач ФИО4 была в отпуске с ДД.ММ.ГГГГ, ее замещала ФИО5, которая должна была принять ее, но не приняла, в связи с загруженностью. Врачами должны были быть назначены анализы для выявления ухудшения или улучшения состояния здоровья, чего сделано не было. При смене лекарственных препаратов, ФИО1 также должны были известить о возможным побочных действиях, чего сделано также не было. С учетом уточнения к иску просит взыскать с ответчика в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 2 100 000 рублей, а также судебные расходы в размере 60 00 рублей.

Определением от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле третьего лица, не заявляющего самостоятельные исковые требования, привлечено Министерство здравоохранения по <адрес>, врачи ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО4, ФИО8

Истец ФИО1, извещенная надлежащим образом о дне и месте судебного заседания, в суд не явилась, обеспечила явку представителя.

В судебном заседании представитель истца ФИО1 по доверенности ФИО2 исковые требования поддержал, по основаниям изложенным в уточненном исковом заявлении, просил удовлетворить.

Представитель ответчика ГБУЗ РБ Туймазинская ЦРБ по доверенности ФИО3 исковые требования не признал. Просил отказать в удовлетворении требований.

Привлечённое судом Министерство здравоохранения по <адрес>, извещённые надлежащим образом о дне и месте судебного заседания, в суд не явились.

Третье лицо ФИО4, с исковыми требованиями не согласилась, в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ пояснила, что является участковым акушер-гинекологом, у которой ФИО1 состояла на учете. Встала на учет на 8 неделе беременности, в последний раз видела ее на приеме в марте, должна была явиться на прием в апреле. Беременность начиналась с анемией, кольпитом. На основании изменения сывороточных маркеров она была в группе риска, УЗИ, скрининги проводились. Последний прием был ДД.ММ.ГГГГ.

Третье лицо ФИО9, в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ с исковыми требованиями не согласилась, пояснила, что является заведующей женской консультацией. ДД.ММ.ГГГГ совмещала прием на 5 участке, ФИО1 осмотрела акушерка, в конце дня принесла медкарту, ФИО1 жаловалась на уменьшение шевелений. Акушерка измерила давление, пульс, сердцебиение плода, беременность протекла на фоне железодефицитной анемии, кандидозного кольпита, что и является инфекцией. Были назначены препараты железа. Лично она ФИО1 не осматривала.

Третье лицо ФИО6 в судебном заседании 11.05.20212 года пояснила, что по направлению женской консультации поступила беременная ФИО1 Жаловалась на уменьшение шевелений плода, было назначено медикаментозное прерывание беременности. У нее начались роды, рода принимала дежурный врач ФИО7 Проводилось лечение антибиотиками, назначены препараты для сокращения матки. На этапе консультации ДД.ММ.ГГГГ на УЗИ установили, что нет сердцебиения плода, в связи с чем была направлена на госпитализацию на процедуру.

Третье лицо ФИО8, в судебном заседании 15ДД.ММ.ГГГГ, пояснила, что является акушеркой на участке, на котором наблюдалась ФИО1 Она осматривала ФИО1, у нее на руках было заключение УЗИ, жаловалась на уменьшение шевелений. Показатели были в норме, ей был выдан тест, по которому ведутся данные о шевелении плода. Предложила лечь в больницу, она сказала, что уже обращалась. После последнего УЗИ, где установили смерть плода, она пошла к заведующей.

Третье лицо ФИО7 на судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ пояснила, что ФИО1 поступила в ГБУЗ РБ Туймазинская ЦРБ как первородящая, находилась в группе низкого риска, на 8-9 неделе беременности. Беременность протекала в легкой степени течения, во время всей беременности наблюдалась анемия средней тяжести. В связи с чем, ей было назначено лечение по поводу анемии и кольпита – воспаления влагалища. Далее беременность протекала с изменением матки, данные отклонения были выявлены при первом скрининге матки. Развитие каких либо отклонений было низким, рекомендовано наблюдение по месту жительства. В дальнейшем ФИО1 наблюдалась у них до ДД.ММ.ГГГГ, жалоб на уменьшение шевелений плода не было. Накануне ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обращалась в приёмный покой, была осмотрена дежурным врачом ФИО10, она провела ФИО1 УЗИ. На УЗИ ФИО10 увидела сердцебиение плода, сделала вывод о том, что не вызывает опасения, и показаний для госпитализации не нашла. И по заключению УЗИ ФИО1 на следующий день пришла на прием в женскую консультацию к участковому гинекологу, который был назначен на ДД.ММ.ГГГГ. Жалоб на уменьшение шевелений плода не было, состояние удовлетворительное, показатели в норме, матка в тонусе, положение плода правильное, сердцебиение в норме. Также было назначено продолжить лечение анемии, сдача анализов. Следующая явка была назначена на ДД.ММ.ГГГГ. И ФИО1 сама обратилась позже ДД.ММ.ГГГГ в «Доктор +» к врачу ФИО11, которая зафиксировала внутриутробную гибель плода на сроке беременности 27 недель. После чего она была направлена в гинекологическое отделение ГБУЗ РБ Туймазинская ЦРБ на прерывание беременности по медицинским показаниям. УЗИ, проведенное врачом ФИО10 ДД.ММ.ГГГГ, сомнений не вызвало, поскольку врач имеет высшую категорию. Инфекция могла отразиться на ребенке, могла повлиять на состояние здоровья ребенка. Также могла повлиять анемия матери. Возможно, это и послужило к плацентарным нарушениям, которые привели к гипоксии и гибели плода. Решение о прерывании беременности было принято для сохранения репродуктивной функции.

Третье лицо ФИО10 в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ, пояснила, что ею был проведен осмотр ФИО1, при осмотре было сделано УЗИ, все было зафиксировано. Плацентарные нарушения на УЗИ ФИО1 не были видны. Плод был жив при осмотре, всеми данными это было подтверждено. От чего умер ребенок, пояснить не смогла. У какого врача наблюдалась ФИО1, не может сказать. ФИО1 в женскую консультацию поступила на 28 неделе. Отказа ФИО1 от госпитализации не было.

Третье лицо ФИО11 в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ пояснила, что является врачом акушером-гинекологом частной клиники. Работником Туймазинской ЦРБ не является. При осмотре ФИО1 не было выявлено никаких патологий. Наблюдалась с малого срока беременности, беременность протекала хорошо, каких либо нарушений не было. ФИО1 соблюдала все рекомендации. А затем ФИО1 начала беспокоиться после 24-25 недель беременности, тревожилась за ребенка. Она провела полный осмотр, в принципе все показатели были нормальные. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 пришла к ней с жалобами, что ухудшились шевеления плода, общее плохое самочувствие. Она провела осмотр, матка была в тонусе, провели УЗИ, где была выявлена замершая беременность. Она позвала другого врача, они посмотрели вместе, сердцебиения ребенка не было, ребенок умер меньше дня назад, так как околоплодные воды были чистые. ФИО1 сильно плакала, кричала, не соглашалась на скорой помощи ехать. Считает, что инфекция могла повлиять на развитие ребенка, но не сказаться на жизнедеятельности.

В судебном заседании представитель ответчика ГБУЗ РБ Туймазинская ЦРБ по доверенности ФИО3 исковые требования не признал, просил в иске отказать. Указал, что ФИО1 была оказана вся необходимая медицинская помощь, что отражается в заключении эксперта. Эксперты указали, что на 10 и ДД.ММ.ГГГГ показаний для оперативного вмешательства родоразрешения не было, и само по себе данное вмешательство также не гарантирует благоприятный исход.

Суд, выслушав участников процесса, объяснения третьих лиц, заключение помощника прокурора, полагавшего, возможным частично удовлетворить иск, исследовав письменные материалы дела, приходит к следующему.

Согласно статье 41 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений.

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от ДД.ММ.ГГГГ № 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" (далее также - Федеральный закон от ДД.ММ.ГГГГ № 323-ФЗ).

В соответствии со статьей 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» основными принципами охраны здоровья являются: 1) соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; 2) приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; 3) приоритет охраны здоровья детей; 4) социальная защищенность граждан в случае утраты здоровья; 5) ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; 6) доступность и качество медицинской помощи; 7) недопустимость отказа в оказании медицинской помощи; 8) приоритет профилактики в сфере охраны здоровья; 9) соблюдение врачебной тайны.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи и клинических рекомендаций и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Согласно части 2 статьи 19 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования.

К отношениям, связанным с оказанием платных медицинских услуг, применяются положения Закона Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 2300-I "О защите прав потребителей" (часть 8 статьи 84 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи (часть 2 статьи 98 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, следует, что право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Как следует из преамбулы Закона Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 2300-I "О защите прав потребителей", этот закон регулирует отношения, возникающие между потребителем и изготовителями, исполнителями, импортерами, продавцами, владельцами агрегаторов информации о товарах (услугах) при продаже товаров (выполнении работ, оказании услуг), устанавливает права потребителей на приобретение товаров (работ, услуг) надлежащего качества и безопасных для жизни, здоровья, имущества потребителей и окружающей среды, получение информации о товарах (работах, услугах) и об их изготовителях (исполнителях, продавцах), о владельцах агрегаторов информации о товарах (услугах), просвещение, государственную и общественную защиту их интересов, а также определяет механизм реализации этих прав.

Названный Закон определяет исполнителя услуг как организацию независимо от ее организационно-правовой формы, а также индивидуального предпринимателя, выполняющего работы или оказывающего услуги потребителям по возмездному договору.

В пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" к отношениям по предоставлению гражданам медицинских услуг, оказываемых медицинскими организациями в рамках добровольного и обязательного медицинского страховании, применяется законодательство о защите прав потребителей.

Согласно статье 15 Закона Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 2300-1 "О защите прав потребителей", моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

Компенсация морального вреда осуществляется независимо от возмещения имущественного вреда и понесенных потребителем убытков.

В соответствии с пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации, жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Согласно пункту 2 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации, нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

Статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В пункте 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" разъяснено, что при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя.

В пункте 48 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан Российской Федерации").

Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.

При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.

На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.

Как следует из материалов дела ФИО1 встала на учет по беременности ДД.ММ.ГГГГ при сроке беременности 8 недель в женскую консультацию ГБЗ РБ Тукймазинская ЦРБ. Беременность первая, желанна. Проведены клинико-лабораторные обследования в соответствии с порядком оказания медицинской помощи беременным женщинам. Консультирована специалистами: стоматолог-здорова, терапевт ЖДА-средней тяжести. Беременность 11 недель. Проведена оценка факторов риска перинатальной патологии – 8 баллов (средняя степень риска). ДД.ММ.ГГГГ установлен диагноз: беременность 9-10 недель. ЖДА 2 степени. Кольпит. Заключение 1 скринингового УЗИ от ДД.ММ.ГГГГ :беременность 12,6 недель. ДД.ММ.ГГГГ выявлены изменения СМ1 триместра, беременная направлена на консультацию в РПЦ.

ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ консультирована акушером-гинекологом ГБУЗ РМГЦ: беременность 16,4 недель. Изменение маркеров, снижение ХГЧ. Риск трисомии низкий, в ИПП, консультации генетика не нуждается. ЖДА в легкой степени. Носитель сочетанной урогенитальной инфекции. Даны лечебные рекомендации. ДД.ММ.ГГГГ консультирована неврологом. беременность 16-17 недель. Заключение УМЗИ от ДД.ММ.ГГГГ : плод соответствует 19,3 неделям беременности по биометрии плода. Низкая плацентация. ДД.ММ.ГГГГ УЗИ: Беременность 28 недель, головное предлежание. ДД.ММ.ГГГГ беременная ФИО1 обратилась в женскую консультацию с жалобам ина уменьшение шевеления плода. При осмотре беременной матка в нормотонусе, сердцебиение плода ясное, ритмичное 144 удара в минуту. Выставлен диагноз: беременность 28 недель, головное предлежание, ЖДА 1 степени, кандидозный кольпит. Следующая явка назначена на ДД.ММ.ГГГГ. Женскую консультацию посетила 10 раз. ФИО1 поступила в ОПБ ТЦРБ на направлению от ДД.ММ.ГГГГ с диагнозом: неразвивающаяся беременность при сроке 27 недель. ЖДА 1 степени. Поступила с жалобами на отсутствие шевеления плода с ДД.ММ.ГГГГ. Заключение УЗИ от ДД.ММ.ГГГГ: неразвивающаяся беременность на срок 27,1 недель. Беременная ФИО1 находилась на стационарном лечении в гинекологическом отделении ТЦРБ с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с диагнозом: беременность 27 недель, внутриутробная гибель плода., медикаментозное прерывание беременности по медицинским показаниям; соп.: анемия средней степени, кольпит. ДД.ММ.ГГГГ – произошёл полный самопроизвольный выкидыш. Проводилась антибактериальная терапия, спазмолитическая, утеротоническая, симптоматическая терапия, антианемическая терапия (Феррум лек), подавление лактации. В патологоанатомическом эпикризе – ДД.ММ.ГГГГ в 01 часов 00 минут с помощью медикаментозного прерывания, произошли преждевременные роды недоношенным мёртвым плодом женского пола, 950 <адрес> наступила от асфиксии до родов, что подтверждается данными патологоанатомического исследования. Патологоанатомический диагноз: антенатальная асфиксия плода: пятнистые кровоизлияния в серозные, оболочные сердца, венозное полнокровие внутренних органов, темная жилая кровь в полостях сердца. Осл: мацерация кожных покровов. Фоновое заболевание: хроническая гипоксическая фетопатия вследствие хронической недостаточности плаценты. Фоновое состояние: недоношенность (вес 950 г. ) замечания по наблюдению за беременной ФИО1 в женской консультации: беременная обратилась ДД.ММ.ГГГГ с жалобами на ухудшение шевеления плода. Не проведено cito УЗИ ОМ. Замечания по лечению: не проводилась профилактика йод дефицитного состояния плода, профилактика плацентарных нарушений, витаминотерапия, неэффективность санации, влагалища. Не выставлен диагноз ДД.ММ.ГГГГ – плацентарные нарушения. Не решен вопрос о срочной госпитализации беременной в ОПБ. Следующая явка назначена только через 2 недели. Индивидуальный план беременной формальный, не отражена тактика наблюдения при выявленной патологии. Исходя из вышеизложенного, сделаны следующие выводы: беременность ФИО1 протекала на фоне хронической анемии 1 степени, хронического кольпита, выявленных изменений СМ 1 триместра беременности, плацентарных нарушений. Наблюдение за гражданкой ФИО1 в женской консультации ГБУЗ РБ Туймазинская ЦРБ выполнены не в полном объеме согласно Приказа МЗ РФ №н от ДД.ММ.ГГГГ «Порядок оказания медицинской помощи по профилю «акушерство и гинекология», приложение №, Приказа МЗ РФ от ДД.ММ.ГГГГ № н «Об утверждении стандарта специализированной медицинской помощи при гипоксии плода, недостаточном росте плода, других платцентарных нарушениях», клиническим рекомендациям по лечению анемии беременных, стандарта медицинской помощи больным воспалительными болезнями шейки матки, влагалища и вульвы. Имеются замечания по оформлению документации. Диагностические и лечебные мероприятия ФИО1 в гинекологическом отделении ГБУЗ РБ Туймазинская ЦРБ выполнены в полном объеме согласно Приказа МЗ РФ № от ДД.ММ.ГГГГ Замечание по оформлению медицинской документации: в выписном эпикризе: ДД.ММ.ГГГГ- произошел полный самопроизвольный выкидыш, а в медицинской карте и патологоанатомическом эпикризе ДД.ММ.ГГГГ в 01 часов 00 минут с помощью медикаментозного прерывания произошли преждевременные роды недоношенным мёртвым плодом.

В ходе рассмотрения настоящего дела судом была назначена судебная медицинская экспертиза.

В соответствии с заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ ООО Судебно-экспертного учреждения «Приволжско-Уральское бюро судебно-медицинской экспертизы» у ФИО1 причиной замершей беременности, завершившейся ДД.ММ.ГГГГ явилась внутриутробная (антенатальная) гибель плода в срок 27 недель беременности. Причины антенатальной смерти плода ФИО1 следующие:

1. Основное заболевание и патологическое состояние плода – внутриутробная гипоксия плода (Р20.9).

2. другие заболевания и патологические состояния плода – недоношенность (Р07.3).

3. Основное заболевание или патологическое состояние матери, оказавшее неблагоприятное влияние на плод- недостаточность плаценты (О02.2).

4. Другие заболевания или патологические состояния матери, оказавшие неблагоприятное влияние на плод:

<данные изъяты>

Непосредственным механизмом смерти была внутриутробная асфиксия плода. (ответ на вопрос 1).

Ведение беременности ФИО1 в женской консультации произведено согласно положениям приказа от ДД.ММ.ГГГГ № МЗ РФ «Порядок оказания медицинской помощи по профилю «акушерство и гинекология» с соблюдением этапности оказания медицинской помощи женщинам в период беременности, родов и в послеродовом периоде (приложение 5 указанного приказа). Имелись нарушения при ведении беременности ФИО1 в условиях женской консультации в виде невыполнения полного объема диагностических и лечебных мероприятий по поводу осложнения беременности:

При наличии инфекции половых путей при беременности (О23.5);

<данные изъяты>

Данные нарушения ведения ФИО1 на этапе амбулаторного наблюдения не могли стать непосредственной причиной неблагоприятного исхода беременности – внутриутробной асфиксии плода и в прямой причинно-следственной связи с внутриутробной (антенатальной) гибелью плода не состоят. (ответ на вопрос 2).

При наличии акушерских осложнений беременная женщина направляется в акушерский стационар. Диагностированная фетоплацентарная недостаточность, внутриутробная гипоксия плода являются показанием для госпитализации в акушерский стационар. Исходя из данных объективного исследования и результатов ультразвукового исследования от ДД.ММ.ГГГГ признаков ФПН и внутриутробной гипоксии плода в виде задержки внутриутробного развития плода при фетометрии, а также эхо графических изменений со стороны плаценты не было. Ухудшение шевеления плода, которые ощущала ФИО1, не являются объективным критерием страдания плода. Нет доказательств того, что какой либо тест подсчета шевелений плода эффективен для выявления плодов с риском неблагоприятного исхода. Выполнение кардиографии плода (КТГ), которая включена в комплекс диагностики внутриутробной гипоксии плода, в сроке 27 недель не информативно.(ответ на вопрос 3).

Оперативное родоразрешение в виде экстренной операции кесарева сечения проводится по абсолютным или по относительным показаниям со стороны матери или со стороны плода. В рассматриваемом комиссией случае со стороны матери не был относительных или абсолютных показания для выполнения экстренной операции кесарева сечения. Со стороны плода абсолютным показанием для экстренного оперативного родоразрешения является острая гипоксия плода при отсутствии условий для немедленного родоразрешения через естественные родовые пути.

У ФИО1 клинических показаний и условий для экстренного оперативного родоразрешения путем операции кесарева сечения не было. (ответ на вопрос 4).

У ФИО1 имели место заболевания в период беременности:

<данные изъяты>

С момента первого обращения ФИО1 в женскую консультацию и далее на протяжении беременности имела место инфекция половых путей, обусловленная присутствием условно патогенных бактерий и грибов, что является дисбиотическим состоянием, сохранявшимся на протяжении беременности, несмотря на лекарственную терапию вагинальными средствами.

Течение беременности у ФИО1 было осложнено анемией, которая несмотря на проводимую противоанемическую терапию препаратами железа, сохранялась на протяжении всего периода гестации.

Течение беременности у ФИО1 также сопровождалось и гипотензивным синдромом.

При исследовании крови у ФИО1 были обнаружены положительные качественные иммунные реакции на инфекции – цитомегаловирус, токсоплазмоз, краснуха, свидетельствующие о формировании иммунитета, вследствие контакта с данными инфекциями. Давность контакта с инфекциями установить не возможно, однако имунные реакции свидетельствовали об отсутствии острой инфекции на момент обследования. (ответ на вопрос 5).

Внутриутробная гибель плода ФИО1 произошла на сроке 27 недель гестации в результате внутриутробной асфиксии плода, что подтверждается, в том числе, морфологическим (гистологическим) исследованием микропрепаратов гистологического архива мертворожденного плода ФИО1, представленного экспертной комиссии на изучение (выявление фетального ателектаза легких с признаками угнетения легочной паренхимы, аспирации околоплодных вод, расстройства гемодинамики и гемореологии внутренних органов в виде распространённой гиперемии с агрегацией эритроцитов и повышением сосудистой проницаемости).

Комиссия считает, что внутриутробная асфиксия плода возникла вследствие хронической ФПН, длительно протекающей без выраженных клинических проявлений. ФПН имеет мультифакториальную этиологию, являясь базовой патологией для развития осложнений беременности, перинатальной и младенческой смертности.

Факторы перинатального риска выявляются у 30% беременных. Однако только при определенной степени гипоксии и выраженности кислородного голодания происходит срыв компенсаторных механизмов и развитие перинатальной патологии. Хроническая ФПН формируется в результате нарушений большинства функций плаценты и проявляется, в основном, симптомами гипоксии плода. Вторичная ФПН развивается во второй половине беременности, на фоне сформированной плаценты после 16 недель под влиянием материнских факторов - инфекционных факторов, анемии беременных, неблагоприятных факторов внешней среды. Персистенция инфекционных агентов в половых путях способствует развитию морфофункциональной незрелости плаценты.

Хроническая ФПН характеризуется отсутствием клинических проявлений, хорошим самочувствием беременных, только при длительном течении патологии отмечаются последствия плацентарной недостаточности в виде гипоксии плода. Если беременность сохраняется, то в дальнейшем возможна антенатальная гибель плода.

Диагностика хронической ФПН затруднительна, а стандартной схемы лечения ФПН не существует вследствие индивидуального сочетаняш этиологических факторов и патогенетических механизмов развития данного осложнения.

У ФИО1 в период гестации имели место объективные предпосылки для развития хронической ФПН - персистирующая неспецифическая инфекция половых путей, наличие которой могло нарушить полноценное морфофункциональное созревание плаценты. Уже с ранних сроков с 7 недель на УЗИ-исследовании была обнаружена <данные изъяты>

В представленных для экспертизы материалах отсутствуют биологические объекты - гистологические препараты плаценты мертворожденного ФИО1, в связи с чем экспертная комиссия не может подтвердить - хронической ФПН у ФИО1 проведением собственного морфологического исследования плаценты, однако считает необходимым отметить, что в материалах дела наличествуют результаты патологоанатомического исследования мертворожденного плода ФИО1 плаценты, с выявлением патанатомом морфологических признаков хронической плацентарной недостаточности и виде крупноочаговых некрозов, незрелых ворсин, кровоизлияний в межворсинчатое простарнство.

Экспертная комиссия констатировала, что между дефектами, допущенными при оказании медицинской помощи ФИО1 и наступившим неблагоприятным последствием в виде смерти ее новорожденного ребенка, причинно-следственная связь (прямая и косвенная) не усматривается.

Суд находит, что заключение судебной экспертизы эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ ООО Судебно-экспертного учреждения «Приволжско-Уральское бюро судебно-медицинской экспертизы»» отвечает требованиям закона, является полным и достоверным, эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Таким образом, заключением эксперта установлены дефекты при оказании медицинской помощи истице, а именно при наличии инфекции половых путей при беременности (О23.5) не было проведено исследование на инфекции их группы инфекций, передающихся половым путем (ИППП)-хламидии, микоплазмы, не была назначена системная антибактериальная терапия при налчии инфекции половых путей при беременности в связи с отсутствием эффекта от местной санирующей терапии, при наличии анемии беременной (О99.0): не было проведено исследование на сывороточное железо, ферритин крови, трансферритин.

Вместе с тем дефекты, допущенными при оказании медицинской помощи ФИО1 и наступившим неблагоприятным последствием в виде смерти ее новорожденного ребенка, причинно-следственная связь (прямая и косвенная) не усматривается.

Несмотря на то, что указанные дефекты оказания медицинской помощи являются несущественными и никак не могли оказать влияние на благоприятный исход беременности истицы, данные обстоятельства не могут являться основанием для освобождения ответчика от ответственности в виде компенсации морального вреда, поскольку нарушение установленных в соответствии с законом порядка и стандарта оказания медицинской помощи, является нарушением требований к качеству медицинской услуги.

При рассмотрении требований о компенсации причиненного гражданину морального вреда необходимо учитывать, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального ущерба, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (пункт 8 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда").

Оценив в совокупности представленные доказательства, фактические обстоятельства дела, суд полагает, что требования истицы о взыскании компенсации морального вреда подлежат частичному удовлетворению.

При определении размера компенсации морального вреда, суд принимает во внимание объем нарушений, допущенных ответчиком, нравственные страдания истца, обстоятельств дела, суд полагает, что размер компенсации морального вреда должен быть установлен в размере 150 000 рублей.

Указанный размер компенсации морального вреда, по мнению суда, согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (ст. 21 и 53 Конституции РФ), а также с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего.

В силу положений статьи 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся: суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам; расходы на оплату услуг переводчика, понесенные иностранными гражданами и лицами без гражданства, если иное не предусмотрено международным договором Российской Федерации; расходы на проезд и проживание сторон и третьих лиц, понесенные ими в связи с явкой в суд; расходы на оплату услуг представителей; расходы на производство осмотра на месте; компенсация за фактическую потерю времени в соответствии со статьей 99 настоящего Кодекса; связанные с рассмотрением дела почтовые расходы, понесенные сторонами; другие признанные судом необходимыми расходы.

В соответствии со статьей 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

При этом, как следует из пункта 13 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ №, разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, высказанной в определении от ДД.ММ.ГГГГ №-О-О, обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым - на реализацию требования части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Судом установлено, что при рассмотрении гражданского дела истцом были понесены расходы на оплату услуг представителя в размере 60 000 рублей, которые подтверждены документально.

Учитывая категорию спора, объем совершенных представителем действий, время участия в судебных заседаниях, сложность настоящего дела и исходя из принципа разумности, а также принимая во внимание, что ответчиком не заявлено возражений и не представлено доказательств чрезмерности взыскиваемых расходов, суд полагает необходимым взыскать с ответчика в счет возмещения расходов на оплату услуг представителя 50 000 рублей.

В силу положений ст. 94 ГПК РФ, оценивая представленные доказательства, суд приходит к выводу, что данные расходы были понесены ФИО1 при рассмотрении настоящего дела, подлежат взысканию с ответчика.

Согласно статье 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Поскольку требования истца удовлетворены, взысканию с ответчика в доход бюджета муниципального района <адрес> РБ подлежит государственная пошлина в размере 300 рублей.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ГБУЗ РБ Туймазинская ЦРБ о компенсации морального вреда и взыскании расходов, удовлетворить частично.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Республики Башкортостан <адрес> больница (ИНН № ОГРН №) в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда 150 000 руб.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Республики Башкортостан <адрес> больница (ИНН №, ОГРН №) в пользу ФИО1 судебные расходы в размере 50 000 рублей.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Республики Башкортостан <адрес> больница (ИНН №, ОГРН № в доход государства государственную пошлину в размере 300 рублей.

В остальной части исковых требований - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционную инстанцию Верховного Суда Республики Башкортостан в течение одного месяца через Туймазинский межрайонный суд РБ.

Судья: А.Т. Хайруллин