Гражданское дело № 2-283/2025

68RS0001-01-2024-003096-50

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

«22» декабря 2025г. г.Тамбов

Октябрьский районный суд г. Тамбова в составе:

судьи Мальцевой О.Н.,

при секретаре Рудакове А.В.,

при участии в судебном заседании представителя истца Шохиной М.Н. (по ордеру), представителя ответчика ГБУЗ НО «Дивеевская ЦРБ имени академика Н.Н.Блохина» ФИО1 (по доверенности), представителя ТОГБУЗ «ГКБ им.Архиепископа Луки г.Тамбова» ФИО2, представителя третьего лица. не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, ФИО3- ФИО4 (по доверенности), третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, ФИО5, старшего помощника прокурора прокуратуры Октябрьского района г.Тамбова ФИО6

при отсутствии в судебном заседании истца ФИО7, третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, ГБУЗ «Тамбовская областная клиническая больница имени В.Д. Бабенко», ТОГБУЗ «ГКБ №3 им.И.С.Долгушина г.Тамбова», ФИО3, ФИО8, АО Страховая компания «СОГАЗ-Мед»

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО7 к ГБУЗ НО «Дивеевская ЦРБ имени академика Н.Н.Блохина», ТОГБУЗ «ГКБ им.Архиепископа Луки г.Тамбова» о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО7 обратился с иском в суд к ГБУЗ НО «Дивеевская ЦРБ имени академика Н.Н.Блохина», в обоснование указав, что в вечернее время он был доставлен в ГБУЗ НО «Дивеевская ЦРБ имени академика Н.Н.Блохина» в связи с тем, что имел значительные видимые телесные повреждения. Медицинская помощь дежурными врачами больницы не была оказана, исследование не было проведено. В дальнейшем по приезду по месту жительства ФИО7 обратился за медицинской помощью, где ему поставили диагноз «<данные изъяты>». Только в медицинском учреждении г.Тамбова ФИО7 зашили и обработали раны на теле, лице, провели две операции, так как были перебиты крупные сосуды, что повлекло сильное кровотечение. В период оказания медицинской помощи в ГБУЗ НО «Дивеевская ЦРБ имени академика Н.Н.Блохина» ФИО7 не был установлен верный диагноз, что связано с невыполнением необходимых диагностических мероприятий в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, на основе клинических рекомендаций и с учетом стандартов медицинской помощи. В результате некачественного оказания медицинской помощи ФИО7 были причинены нравственные и физические страдания. В связи с чем, ФИО7 просил в счет компенсации морального вреда взыскать в свою пользу 1 000 000 руб.

Протокольным определением суда от 8 апреля 2025г. к участию в деле в качестве соответчиков привлечены ТОГБУЗ «ГКБ им.Архиепископа Луки» и ГБУЗ НО «Первомайская ЦРБ».

В связи с отказом от исковых требований к ГБУЗ НО «Первомайская ЦРБ» производство по делу в отношении данного ответчика было прекращено на основании определения суда от 22 декабря 2025г.

После уточнения исковых требований от 23 сентября 2025г. ФИО7 просит взыскать в счет компенсации морального вреда с ГБУЗ НО «Дивеевская ЦРБ имени академика Н.Н.Блохина» сумму в размере 1 000 000 руб., с ТОГБУЗ «ГКБ им.Архиепископа Луки»-500 000 руб.

Заочным решением Октябрьского районного суда г.Тамбова от 26 августа 2024г. исковые требования ФИО7 к ГБУЗ НО «Дивеевская ЦРБ имени академика Н.Н.Блохина» были удовлетворены.

Определением суда от 19 сентября 2024г. заочное решение суда было отменено.

Истец ФИО7 в судебное заседание не явился, ранее в судебном заседании 2 февраля 2024г. в полном объеме поддерживал исковые требования, пояснил, что 30 марта 2024г. приехал на место происшествия за своим сыном, к ним с сыном подъехали два сотрудника ДПС и восемь человек в штатском и начали его избивать. У него была разорвана бровь, губа, разбит нос, сломан зуб, сломан палец на левой руке и отбиты палками ноги, грудь и спина. Затем ему вызвали бригаду скорой медицинской помощи. Приехал водитель и фельдшер ФИО3, которая к нему подошла и затем опять ушла в машину. Раны она не обработала и никакой медицинской помощи она не оказала. Он постоянно терял сознание. Когда ехали в больницу, ФИО3 была в кабине с водителем и никакой помощи она ему не оказывала. Не отрицал, что ругался, поскольку был в шоковом состоянии. Но ФИО3 над ним смеялась и снимала его на камеру телефона. Когда приехали в больницу, он вышел из машины и упал, и к нему так никто и не подошел из медицинского персонала. Когда он зашел в больницу, то опять упал, поскольку периодически терял сознание, а сотрудники больницы смотрели на него и снимали на камеру телефона, никакую помощь ему не оказывали. Так продолжалось около четырех часов. Через четыре часа врач зашил ему бровь и губу. Также у него был перелом безымянного пальца левой руки, по поводу этого повреждения также медицинская помощь ему не была оказана. Также у него были очень сильно повреждены ноги и на них были многочисленные гематомы, ему было тяжело передвигаться. Ноги также не осматривались, снимки не делались. В Дивеевской ЦРБ ему выдали справку, что он может содержаться под стражей и доставили в Дивеевскую полицию на сутки. Поскольку места в Дивеевской полиции не было его перевезли в Первомайскую полицию. В Первомайской полиции ему стало плохо, ему вызвали бригаду скорой медицинской помощи, специалисты которой ему оказывали медицинскую помощь. На следующий день его осмотрели в Первомайской ЦРБ и оформили справку, что с такими травмами он не может содержаться под стражей. После того как его отпустили, 2 апреля 2024г. он обратился в ТОГБУЗ «ГКБ им.Архиепископа Луки», куда его госпитализировали в связи с многочисленными ушибами и сотрясением мозга. После выписки из ТОГБУЗ «ГКБ им.Архиепископа Луки», в этот же день, то есть 10 апреля 2024г., его госпитализировали в ГБУЗ «Тамбовская областная клиническая больница имени В.Д. Бабенко» поскольку у него лопнул сосуд в левой ноге. Его прооперировали по данному поводу и, в связи с тем, что через три дня лопнула вторая вена на этой же ноге, ему сделали повторную операцию. Выписали его 2 мая 2024г. из больницы и ему было рекомендовано долечиваться в больнице по месту жительства. Поскольку с 23 мая 2024г. он находится в СИЗО, он не может завершить лечение. Полагает, что при условии своевременного и полного оказания ему медицинской помощи в Дивеевской ЦРБ, не было бы утяжеления его состояния и оперативных вмешательств. Если бы ему не провели своевременно оперативные вмешательства, это могло привести к ампутации левой ноги. Он испытывал страдания из-за не оказания медицинской помощи в Дивеевской ЦРБ, что привело к ухудшению состояния его здоровья. Также пояснил, что до настоящего времени у него не сгибается левая нога.

Его представитель адвокат Шохина М.Н. (по ордеру) в судебном заседании поддержала исковые требования в полном объеме. Дополнительно пояснила, что моральные страдания ФИО7 выражаются в его переживаниях из –за не оказания медицинской помощи в ГБУЗ НО «Дивеевская ЦРБ имени академика Н.Н.Блохина». Вместо оказания квалифицированной медицинской помощи его снимали на камеру телефона, а потом выдали справку, что он здоров и может содержаться в камере задержания, несмотря на то, что у него имелись повреждения, повлекшие последствия, по поводу которых он был дважды прооперирован. Если бы ему оказали медицинскую помощь своевременно, этих последствий возможно было бы избежать. ФИО7 очень сильно переживал по поводу сложившейся ситуации. В настоящее время его очень сильно беспокоит левая нога, поскольку она в полном объеме не сгибается и он испытывает боли. Кроме того, у него остались кривые рубцы после того, как ему зашили рану в ГБУЗ НО «Дивеевская ЦРБ имени академика Н.Н.Блохина».

Представитель ответчика ГБУЗ НО «Дивеевская ЦРБ имени академика Н.Н.Блохина» ФИО1 (по доверенности) в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований в полном объеме. Полагала, что со стороны сотрудников учреждения не было допущено никаких нарушений при оказании медицинской помощи ФИО7 ФИО7 был доставлен бригадой скорой медицинской помощи, сам факт доставки пациента в больницу уже входит в стандарт оказания скорой медицинской помощи. В приемный покой он был доставлен своевременно, где был осмотрен врачом, его раны были обработаны и зашиты. Также он был направлен на рентгенологическое исследование, которое было полным- рентген головы, рентген кистей рук в двух проекциях и рентген бедер. По результатам рентгенологического исследования повреждений, которые требовали бы срочного медицинского вмешательства, у ФИО7 не имелось. Врач больницы оценил состояние ФИО7 как удовлетворительное. Никакой напряженной гематомы бедра у ФИО7 на тот момент не выявлялось, отека бедра не было, поэтому не было оснований опасаться за развитие подобного рода осложнений. Врач, имеющий медицинское образование, оценивал состояние больного исходя из своих знаний, опыта и навыков. Не было никаких оснований оставлять ФИО9 в больнице и за ним наблюдать. Для госпитализации больного в стационар на сутки должны быть основания, которых на тот момент не было. Никаких нарушений в качестве оказания медицинской помощи врачом больницы не было допущено, что подтверждает экспертиза качества, проведенная страховой компанией. Также пояснила, что ФИО7 на тот момент вел себя агрессивно. В настоящее время он подвергается уголовному преследованию за причинение телесных повреждений сотрудникам полиции и за обвинение в угрозе убийством ФИО3 Несмотря на такое поведение пациента специалисты учреждения сделали все возможное для оказания ему медицинской помощи. Довод ФИО7 и его представителя о том, что медицинская помощь должна была быть оказана более полно и развернуто нельзя принимать во внимание, поскольку ГБУЗ НО «Дивеевская ЦРБ имени академика Н.Н.Блохина» не является областной клинической больницей, в учреждении отсутствует МРТ, нет узких специалистов. Также пояснила, что если бы у врача были основания для необходимости проведения более узких исследований, ФИО7 госпитализировали бы. Но дежурный врач таких оснований не наблюдал. Также полагала, что требования о компенсации морального вреда не могут быть удовлетворены, поскольку представитель истца в судебном заседании не смог пояснить какие нравственные страдания испытывал ее доверитель. По мнению истца только Дивеевская ЦРБ виновата в несвоевременной диагностике и лечению напряженной гематомы. Однако со слов специалиста гематома образуется в течение суток с момента причинения травмирующего воздействия. Поскольку ФИО7 был доставлен в больницу в течение 20 минут после инцидента у него не было объективных признаков напряженной гематомы бедра и она не могла быть образована. Специалисты больницы оказали всю возможную медицинскую помощь. Также пояснила, что если суд сочтет, что со стороны Дивеевской ЦРБ были дефекты в оказании медицинской помощи, полагала, что сумма 1 000 000 руб. является неадекватной произошедшему и нравственным страданиям, о которых пояснила представитель истца.

Представитель ответчика ТОГБУЗ «ГКБ им.Архиепископа Луки» ФИО2 (по доверенности) в судебном заседании возражала против удовлетворении исковых требований в полном объеме, в обоснование указав, что при оказании ФИО7 медицинской помощи в ТОГБУЗ «ГКБ им.Архиепископа Луки» были выполнены все необходимые и возможные меры для своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, лечебный процесс соответствовал установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям. На надлежаще оказанное качество медицинских услуг указывает заключение экспертизы бюро независимой судебно-медицинской экспертизы г.Москвы № 05920625. Согласно экспертизы дана оценка оказанной в учреждении медицинской помощи: помощь оказана правильно и своевременно, в полном соответствии со всеми стандартами и клиническими рекомендациями, проведен полный комплекс обследований (КТ головного мозга, рентгенография, консультация специалистов), что привело к окончательной диагностике всей сочетанной травмы. Лечение назначено адекватно. Дефектов не выявлено. Стороной истца экспертиза не оспорена. Каких-либо доказательств его незаконности или сомнительности не представлено.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельные требования относительно предмета спора, ФИО3 в судебное заседание не явилась. Ее представитель ФИО4 (по доверенности) в судебном заседании возражал против удовлетворения заявленных требований в полном объеме, указав, что со стороны ФИО3 не было допущено каких-либо нарушений при оказании скорой медицинской помощи. Она приехала своевременно и своевременно доставила ФИО7 в лечебное учреждение, что соответствует порядку оказания скорой медицинской помощи. Он не нуждался в оказании скорой медицинской помощи, он нуждался в медицинской помощи, которая была ему оказана в больнице. Кроме того, обратил внимание на противоправное поведение ФИО7 к медицинскому персоналу и его отказ от подписи медицинских документов, которые необходимы для оказания медицинской помощи. Также в дополнительном возражении от 8 октября 2025г. указал, что судебная экспертиза имеет ряд существенных недостатков, которые ставят под сомнение ее законность и обоснованность. В экспертизе необоснованно указано, что при первичном осмотре была проведена неадекватная оценка черепно-мозговой травмы: указывалось, что симптомы, указывающие на ЧМТ (потеря сознания, рвота) проигнорированы. Не понятно откуда были взяты эти симптомы экспертами. При поступлении в Дивеевскую ЦРБ ФИО7 и при нахождении в этой больнице не имел таких симптомов как рвота и потеря сознания. Из недостатков было указано, что не было выполнено обязательное инструментальное исследование: рентгенограмма,УЗИ бедер. Эксперты должны знать, что гематома образуется только через сутки после травмы, а в Дивеевскую ЦРБ ФИО7 поступил через полчаса после получения травмы. Гематом на левом бедре не было при первичном осмотре. При взыскании компенсации за моральный вред необходимо доказать наличие прямой причинно-следственной связи. Эксперт указал, что между выявленными дефектами оказания медицинской помощи в Дивеевской ЦРБ и Первомайской ЦРБ отсутствует прямая причинно-следственная связь. В связи с чем, оснований для взыскания компенсации морального вреда не имеется. Необходимо также учитывать, что на экстренную операцию по удалению гематомы ФИО7 попал после двухнедельного лечения в стационаре больницы имени Святого архиепископа Луки. В этой больнице ФИО7 свободно перемещался на своих ногах, на боли в правом бедре жалоб у него не было. Учитывая состояние здоровья ФИО7 полагает, что травму на левом бедре он получил после лечения в Дивеевской ЦРБ, Первомайской больнице и после лечения в больнице имени архиепископа Луки. Также полагал, что эксперты не учли, что бригада скорой помощи выезжала после массовой драки. ФИО7 вел себя агрессивно, отказывался подписывать согласие на медицинскую помощь или отказ от нее, препятствовал персоналу, выражался грубой нецензурной бранью и угрожал медицинским работникам. После того, как истец успокоился дежурный врач смог оказать ему медицинскую помощь: зашил рану, сделал рентген головы и грудной клетки. Также указал, что отказ ФИО7 от оформления медицинских документов, препятствовало проведению диагностических и лечебных мероприятий. Вина лечащего врача в неоказании медицинской помощи полностью отсутствует. В отношении ФИО7 возбуждено уголовное дело по факту угрозы убийством в адрес ФИО3 (ст.119 УК РФ), также по более тяжким составам преступления (ст.319 УК РФ, ч.2 ст. 318 УК РФ). В рассматриваемом уголовном деле уже дали показания многие свидетели, которые утверждали, что ФИО7 находился в сильном алкогольном опьянении. Кроме того, пояснил, что согласно рецензии специалистов №21872 от 23 октября 2025г., выполненной экспертами НП «СРО судебных экспертиз», заключение эксперта №05920625 от 14 августа 2025г., выполненное экспертами ООО «Бюро независимой СМЭ «Эталон», произведено с многочисленными нарушениями действующего законодательства, методик проведения данного вида исследования, не является полным и всесторонним и объективным. В заключении отсутствует общая оценка результатов исследования, ответы на поставленные вопросы сделаны вероятностные, не являются исчерпывающими. Выводы экспертов исследованием не обоснованы и вызывают сомнение в достоверности, в связи с чем, вышеуказанное заключение не может использоваться при принятии юридически значимых решений. Полагал, что медицинская помощь в Дивеевской ЦРБ была оказана своевременно и полно.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельные требования относительно предмета спора, ФИО5 в судебном заседании возражал против удовлетворения заявленных требований в полном объеме, пояснил, что ФИО7 поступил в Дивеевскую ЦРБ, он его осмотрел тщательно, пропальпировал. Жалоб на боли в бедре он не предъявлял. Жаловался только на боли в коленях. Визуально отека и гематомы бедра не было. Оснований для госпитализации ФИО7 в стационар на сутки и наблюдения за ним не было. Его состояние было удовлетворительное. Рентгенограмму кистей рук смотрел лично, травм рук у него не было. Полагал, что травма руки была получена ФИО7 позднее. Вел ФИО7 себя агрессивно и он опасался за свою жизнь и жизнь других медицинских работников. Просил отказать в удовлетворении требований в полном объеме.

Третьи лица, не заявляющие самостоятельные требования относительно предмета спора, ГБУЗ «Тамбовская областная клиническая больница имени В.Д. Бабенко», ТОГБУЗ «ГКБ №3 им.И.С.Долгушина г.Тамбова», ФИО8, АО Страховая компания «СОГАЗ-Мед» в судебное заседание не явились, будучи извещенными надлежащим образом, причины неявки суду неизвестны.

Выслушав участников процесса, заключение старшего помощника прокурора прокуратуры Октябрьского района г.Тамбова ФИО6, полагавшего, что заявленные требования подлежат удовлетворению, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»" (далее также - Федеральный закон от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ).

Согласно пункту 1 статьи 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. №323-ФЗ здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 статьи 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ).

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг (пункт 3 статьи 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ).

В силу статьи 4 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ охрана здоровья в Российской Федерации основывается на ряде принципов, одним из которых является соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий.

В числе таких прав - право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 статьи 19 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ).

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Критерии оценки качества медицинской помощи, согласно части 2 статьи 64 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого Федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона «"Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих, в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов), так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) определено, что жизнь и здоровье, Достоинство личности личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации Морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен (статья 151 ГК РФ).

В силу пункта 1 статьи 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 ГК РФ) и статьей 151 ГК РФ.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 ГК РФ, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Статья 1101 ГК РФ предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Как разъяснено п. 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее - Пленум № 33), при разрешении спора о компенсации морального вреда судам необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (п.26 Пленума № 33).

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред; характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда, а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда; последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни. При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага (п.27 Пленума № 33).

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего. (п.28 Пленума № 33).

Как разъяснено в пунктах 48, 49 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33, медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи могут быть заявлены членами семьи такого гражданина, если ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому гражданину лично им (то есть членам семьи) причинены нравственные или физические страдания вследствие нарушения принадлежащих лично им неимущественных прав и нематериальных благ. Моральный вред в указанных случаях может выражаться, в частности, в заболевании, перенесенном в результате нравственных страданий в связи с утратой родственника вследствие некачественного оказания медицинской помощи, переживаниях по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести его состояния, неправильного установления диагноза заболевания, непринятия всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода, переживаниях, обусловленных наблюдением за его страданиями или осознанием того обстоятельства, что близкого человека можно было бы спасти оказанием надлежащей медицинской помощи (пункт 49).

По смыслу приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. Необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинная связь между наступившим вредом и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. Гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если не докажет, что вред причинен не по его вине. Исключения из этого правила установлены законом, в частности статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации. Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда влечет наступление негативных последствий в виде физических и нравственных страданий потерпевшего. При этом закон не содержит указания на характер причинной связи (прямая или косвенная (опосредованная) причинная связь) между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим моральным вредом и не предусматривает в качестве юридически значимой для возложения на причинителя вреда обязанности возместить моральный вред только прямую причинную связь.

Следовательно, для привлечения к ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага (в настоящем случае - право на родственные и семейные связи), при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины, то есть установленная законом презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Из карты вызова скорой медицинской помощи № 589 ГБУЗ НО «Дивеевская ЦРБ имени академика Н.Н.Блохина» следует, что 30 марта 2024г. в 20 час. 56 мин. поступил вызов в бригаду скорой медицинской помощи ГБУЗ НО «Дивеевская ЦРБ имени академика Н.Н.Блохина», повод вызова-несчастный случай, причина несчастного случая- криминальная, наличие клиники опьянения-нет. Жалобы на кровоточивость из раны. Анамнез: на момент вызова была драка. Визуально больной был агрессивен. Кричит, ругается нецензурной бранью, размахивает руками, набрасывается на сотрудников полиции и окружающих. Локальный статус: из-за агрессии больного осмотр не проводился Оказанная помощь на месте вызова: из-за агрессии больного рана не обработана. Результат оказанной медицинской помощи: без эффекта. Способ доставки больного в автомобиль скорой медицинской помощи: передвигался самостоятельно. Доставлен в больницу Дивеевская ЦРБ.

30 марта 2024г. ФИО7 был осмотрен в ГБУЗ НО «Дивеевская ЦРБ имени академика Н.Н.Блохина». Предъявлял жалобы на боль во лбу, наличие ран на лице, боли в кистях, в коленных суставах. Объективно при осмотре в области правой брови определялась рана размером 1,5*1,0*1 см. В области правого верхнего века раны размерами 1,5*0,7*1,0см. В области нижней губы справа рана размерами 1,3*0,8*1 см. Отеки в области обеих кистей, в области коленных суставов. Частота дыхательных движений 19 в минуту.Хрипов не обнаружено. Частота сердечных сокращений 80 ударов в минуту. Артериальное давление 140/80 мм рт.ст. ФИО7 было назначено лечение: плановая консультация офтальмолога, рентгенография черепа, обеих кистей, бедренных костей с захватом коленей. Под местной анестезией ФИО7 ушиты раны. Выставлен диагноз: <данные изъяты>.

31 марта 2024г. в 10 час.ФИО7 обратился за медицинской помощью в ГБУЗ НО «Первомайская ЦРБ» к неврологу приемного покоя. Поводом для обращения явились жалобы на головную боль, головокружение, боли в местах ушибов. На основании проведенного осмотра ФИО7 был выставлен диагноз «<данные изъяты>». Назначено лечение: <данные изъяты> при головной боли, постельный режим, <данные изъяты>, обработка мест ушибов <данные изъяты>.

2 апреля 2024г. ФИО7, обратился за медицинской помощью с ТОГБУЗ «ГКБ им.Архиепископа Луки г.Тамбова» к врачу травматологу-ортопеду. Поводом для обращения послужили жалобы на боли в грудной клетке, кистях, бедрах, головную боль, раны лица. ФИО7 был выставлен диагноз: «<данные изъяты>.». Назначено:нимесулид при болях, бромгексин, никофлекс (меновазин, остин и др.), в бане и горячей воде не париться, физическую нагрузку ограничить, тяжести резко не поднимать, уточнить ревакцинацию по столбняку, гипсовая иммобилизация. 2 апреля 2024г. рентгенография кисти в 2-х стандартных проекциях. Заключение:перелом тела ногтевой фаланги 4 пальца со смещением костных фрагментов. Консолидированные переломы оснований 1 пястных костей обеих кистей, посттравматическая деформация.

2 апреля 2024г. ФИО7 был госпитализирован в нейрохирургическое отделение ТОГБУЗ «ГКБ им.Архиепископа Луки г.Тамбова». ФИО7 был установлен диагноз: «<данные изъяты>».Составлен план обследования и лечения.

10 апреля 2024г.ФИО7 был выписан из ТОГБУЗ «ГКБ им.Архиепископа Луки г.Тамбова».

10 апреля 2024г. в 22 час. 28 мин.ФИО7 обратился за медицинской помощью в ГТУЗ «Тамбовская бластная клиническая больница имени В.Д.Бабенко». Поводом для обращения явились жалобы на отек, боль в левом бедре. Госпитализирован в отделение сосудистой хирургии. 11 апреля 2024г. был переведен в травматологическое отделение. Диагноз: <данные изъяты>». Диагноз после операции: <данные изъяты>».

2 мая 2024г. выписан под амбулаторное наблюдение у хирурга (травматолога) по месту жительства.

Из содержания искового заявления ФИО7 усматривается, что основанием для его обращения в суд с требованием о компенсации морального вреда явились перенесенные им переживания и страдания из-за ненадлежаще оказанной медицинской помощи в ГБУЗ НО «Дивеевская ЦРБ имени академика Н.Н.Блохина» и в ТОГБУЗ «ГКБ им.Архиепископа Луки», в следствие чего его состояние ухудшилось, он был вынужден перенести два оперативных вмешательства в ГБУЗ «ТОКБ им.В.Д.Бабенко», в связи с чем, его левая нога в настоящее время ограничена при сгибании и он испытывает боли.

Представитель ответчика ГБУЗ НО «Дивеевская ЦРБ имени академика Н.Н.Блохина» полагает, что несмотря на то, что ФИО7 вел себя агрессивно и отказывался подписывать медицинские документы, что мешало его полноценному обследованию и лечению, сотрудники больницы оказали ему всю необходимую помощь, которая полагалась при его состоянии. Жизнеугрожающих состояний и иных состояний, которые давали бы основания для его госпитализации в стационар, не имелось. Врач оценил состояние ФИО7 как удовлетворительное Напряженной гематомы и отека левого бедра не было, поэтому не было оснований опасаться за развитие осложнений. В настоящее время ФИО7 подвергается уголовному преследованию за причинение телесных повреждений сотрудникам полиции и за обвинение в угрозе убийством фельдшера ФИО3 Несмотря на такое поведение пациента специалисты учреждения сделали все возможное для оказания ему медицинской помощи.

Представитель ответчика ТОГБУЗ «ГКБ им.Архиепископа Луки г.Тамбова полагала, что медицинская помощь в учреждении была оказана ФИО7 в полном объеме, недостатков при ее оказании не имелось, ухудшение состояния ФИО7 не находится в причинно-следственной связи с медицинской помощью, которая была оказана в их учреждении.

С целью полного и объективного рассмотрения дела, определением суда от 13 мая 2025г. по делу была назначена судебная экспертиза, проведение которой было поручено Бюро независимой судебно-медицинской экспертизы «Эталон».

Согласно выводам экспертов Бюро независимой судебно-медицинской экспертизы «Эталон» (заключение №05920625 от 14 августа 2025г.) помощь, оказанная в Дивеевской ЦРБ не является правильной, своевременной и не соответствовала установленным стандартам, порядкам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям, а также обычаям медицинской практики.

Выявлены следующие недостатки (дефекты):

- неполнота и неадекватность первичного осмотра. Не проведен полный физикальный осмотр пациента с множественными травмами. Не описан неврологический статус, несмотря на травму головы и лица. Не проведена пальпация костей таза, бедер, грудной клетки для исключения переломов. Не измерена окружность бедер для объективной оценки отека и гематом. Согласно общепринятой практике, изложенной, в том числе, в «Национальном руководстве по травматологии» под ред.ФИО10, ФИО11) любой пациент с травмой головы должен быть полностью осмотрен по системам («с головы до пят») для выявления всех повреждений;

- невыполнение обязательных инструментальных исследований. Не выполнена рентгенография кистей в двух проекциях при жалобах на боли в кистях и их отеке. Приказ Минздрава России от 9 ноября 2012г.№889н «Об утверждении стандарта первичной медико-санитарной помощи при переломе большого пальца кисти, переломе другого пальца кисти, множественных переломах пальцев кисти» (действовавший на тот момент) прямо предписывает проведение «рентгенографии фаланг кисти». Это устоявшееся правило в травматологии, также закрепленное в учебной литературе. Невыполнение данного исследований привело к несвоевременной диагностики перелома фаланги;

- невыполнение УЗИ-диагностики при подозрении на гематому. Не проведено ультразвуковое исследование мягких тканей бедер при наличии визуально определяемых обширных гематом размером 10 *10 см. Согласно Клиническим рекомендациям «Закрытые повреждения мягких тканей конечностей» (2024г.) Узи является основным методом диагностики гематом, их объема, структуры (жидкая/свернувшаяся) и исключения напряженного характера. Обычай медицинской практики диктует необходимость УЗ-контроля при крупных гематомах для определения тактики (консервативная или оперативная). Невыполнение УЗИ является дефектом, лишивших врачей объективной информации о состоянии мягких тканей;

-неадекватна оценка черепно-мозговой травмы (ЧМТ). Не оценена тяжесть ЧМТ по шкале комы Глазго (ШКГ), не описан подробный неврологический статус, не зафиксированы данные о тошноте, рвоте, потере сознания в анамнезе (хотя эти сведения позже фигурируют в карте Первомайской ЦРБ). Клинические рекомендации «Сотрясение головного мозга» (2022г.) и приказ Минздрава России от 15 ноября 2012г. № 926Н «Об утверждении порядка оказания медицинской помощи взрослому населению при заболеваниях нервной системы» обязывает проводить оценку по ШКГ и детальный неврологический осмотр всем пациентам с травмой головы. Это необходимо для определения дальнейшей тактики (амбулаторное наблюдение или госпитализация). Отсутствие этой оценки-прямое нарушение правил;

-неверная тактика при агрессии пациента. Медицинским работниками и администрацией ЦРБ поведение пациента было расценено как непреодолимое препятствие для оказания помощи. Однако действующее законодательство (ст.20 Федерального закона № 323-ФЗ) предусматривает возможность оказания медицинской помощи без согласия гражданина при наличии угрозы его жизни и если его состояние не позволяет выразить свою волю. Агрессия и неадекватное поведение сами по себе являются симптомами возможной тяжелой ЧМТ, алкогольного или наркотического состояния, то есть состояний, при которых пациент не способен адекватно воспринимать реальность и давать информированное согласие. Врач обязан был констатировать это и действовать в интересах спасения жизни и здоровья пациента, проведя необходимый минимум обследований. Вместо этого была избрана пассивная тактика, по сути равнозначная отказу от помощи.

Таким образом медицинская помощь в Дивеевской ЦРБ оказана с дефектами, приведшими к несвоевременной диагностике сотрясения головного мозга, перелома фаланги пальца и неверной оценке объема и потенциальной опасности гематомы бедра. Действия медперсонала не соответствовали ни клиническим рекомендациями, ни порядкам оказания медицинской помощи, ни обычаям медицинской практики.

На момент обращения 30 марта 2024г. у пациента имелась сочетанная травма, включающая как минимум: ЗЧМТ (сотрясение головного мозга), множественные ушибленные раны лица, ушибы и вероятные переломы костей кисти (подтверждено позже), обширные гематомы бедер. Вместо стабилизации состояния, проведения необходимой диагностики и разработки плана лечения (включая вопрос о госпитализации) пациент был выписан без понимания полной картины повреждений. Таким образом, в период с 30 марта 2024г. по 31 марта 2024г. состояние пациента не улучшилось, а с точки зрения отсутствия должного контроля, усугубилось. Потенциально опасная гематома бедра осталась без внимания и продолжала развиваться. Ухудшение выразилось в прогрессировании недиагностированных и нелеченных повреждений. Таким образом, дефекты оказания медицинской помощи в Дивеевской ЦРБ способствовали последующему ухудшению состояния здоровья пациента.

Помощь в ГБУЗ НО «Первомайская ЦРБ» оказана в большем объеме и в основном соответствует правилам. Диагноз черепно-мозговой травмы установлен верно. Назначенная терапия соответствует Клиническим рекомендациям «Сотрясение головного мозга» (2022г.). Однако учитывая указание в анамнезе на потерю сознания и трехкратную рвоту, следовало рассмотреть вопрос о направлении на КТ головного мозга для исключения более тяжелой травмы, так как повторная рвота является красным флагом согласно тем же клиническим рекомендациям, Тем не менее, учитывая, что состояние пациента оценено как стабильное, а КТ была выполнена позже в г.Тамбове без патологии, данный момент можно отнести к тактическому решению, а не к дефекту. Помощь, оказанная в Первомайской ЦРБ была направлена на стабилизацию состояния пациента и купирование синдрома черепно-мозговой травмы. Назначенное лечение, вероятно, способствовало некоторому уменьшению общемозговой симптоматики (головная боль,тошнота). В отношении черепно-мозговой травмы ухудшения состояния не произошло, была достигнута положительная динамика. Проблема массированных гематом бедра и перелома пальца, не диагностированных в Дивеевской ЦРБ, осталась вне поля зрения врачей Первомайской ЦРБ, так как пациент не предъявлял активных жалоб именно на это, а в направлении из Дивеевской ЦРБ эта информация отражена не была. Поэтому нельзя утверждать, что помощь в Первомайской ЦРБ привела к ухудшению-она не оказала на эти повреждения ни положительного, ни отрицательного влияния. Тем не менее отсутствие диагностики этих заболеваний является дефектом диагностики.

Помощь в ТОГБУЗ «ГКБ им.Архиепископа Луки» (2 апреля 2024г. по 10 апреля 2024г.) оказана полностью, своевременно, правильно и в полном соответствии со всеми стандартами и клиническим рекомендациями. Проведен полный комплекс обследования (КТ головного мозга, рентгенография, консультации специалистов), что привело к окончательной диагностике всей сочетанной травмы. Лечение назначено адекватно. Дефектов не выявлено. На фоне проводимого лечения отмечалась положительная динамика по всем компонентам сочетанной травмы, кроме одного. Улучшилась неврологическая симптоматика: регресс головной боли, головокружения, стабилизация состояния. Заживали раны лица. Состояние перелома пальца стабилизирована иммобилизацией. Гематомы бедер впервые адекватно задокументированные при поступлении, не проявляли признаков напряжения или активного кровотечения. Они трактовались как стабильные и лечились консервативно (назначение мазей, наблюдение), что на тот момент было клинически оправданно при отсутствии данных УЗИ о их объеме и структуре. Прямого ухудшения в виде увеличения гематом или развития осложнений в стенах этого стационара не произошло.

Однако именно здесь, спустя 8 дней после травмы, гематома левого бедра, оставшаяся без адекватной оценки в Дивеевской ЦРБ подошла к своей критической точке развития. Ухудшение состояния здоровья ФИО7 выразилось в развитии осложнений-напряженной межмышечной гематомы левого бедра, потребовавшей экстренных хирургических вмешательств 11 апреля 2024г. и 19 апреля 2024г. Данному ухудшению способствовало ненадлежащее оказание медицинской помощи в Дивеевской ЦРБ 30 марта 2024г.

Первопричина-получение травмы. Дефект оказания медицинской помощи в Дивеевской ЦРБ: недиагностированная и нелеченная обширная гематома левого бедра; отсутствие УЗИ-контроля и динамического наблюдения. Латентный период (с 30 марта по 10 апреля). Гематома, оставленная без внимания, прогрессирует. Организм пациента не справился с рассасыванием. Манифестация осложнения (10 апреля 2024г.). Гематома достигает напряжения, вызывает болевой синдром, отек и нарушение функции конечности, что требует экстренной госпитализации. Кульминация (операции 11 апреля и 19 апреля). Необходимость сложного хирургического лечения с кровопотерей, риском инфицирования и длительной реабилитацией.

Помощь в Первомайской ЦРБ не оказала на этот процесс существенного влияния.

Помощь в ГКБ им.Архиепископа Луки была правильной, но она уже оказывалась в условиях сформировавшейся патологии, образования обширной гематомы.

Таким образом, ненадлежащее лечение в Дивеевской ЦРБ способствовало ухудшению состояния здоровья ФИО7, выразившегося в развитии осложнения, потребовавшего экстренного хирургического вмешательства.

В день обращения 30 марта 2024г. пациент получил всю совокупность повреждений: закрытая черепно-мозговая травма, сотрясение головного мозга, множественные повреждения мягких тканей и костно-суставного аппарата, а именно: ушибленные раны правой бровной дуги и нижней губы, ушиб грудной клетки, ушибы обеих кистей и бедер, а также закрытый перелом ногтевой фаланги IV пальца правой кисти. Действия сотрудников Дивеевской ЦРБ оказали влияние на необходимость и характер последующей госпитализации. Первичное медицинской освидетельствование было проведено не в полном объеме, что привело к несвоевременной диагностике ключевых компонентов травмы: сотрясение головного мозга и перелома фаланги пальца. Не была дана адекватная оценка обширным гематомам мягких тканей бедер, что не позволило прогнозировать риск развития отсроченных осложнений. В результате пациент был выписан без понимания истинной тяжести своего состояния и без исчерпывающих рекомендаций, что закономерно привело к прогрессированию патологического процесса и необходимости обращения за медицинской помощью в специализированное учреждение уже по месту жительства. Таким образом, бездействие и неполное обследование в Дивеевской ЦРБ способствовали необходимости последующей госпитализации для коррекции диагностических и лечебных эффектов.

Помощь в Первомайской ЦРБ стабилизировала состояние пациента, но не отменила последствий дефектов, допущенных на предыдущем этапе, и не могла предотвратить необходимость специализированного стационарного лечения для всестороннего устранения всех последствий травмы.

Между выявленными дефекты оказания медицинской помощи и ухудшением состояния здоровья пациента в виде посттравматической гематомы отсутствует прямая причинно-следственная связь.

Помощь в ГБУЗ «ТОКБ им.В.Д.Бабенко» (с 10 апреля 2024г. по 2 мая 2024г.) оказана своевременно, правильно и в полном соответствии с клиническими рекомендациями. Диагностика (УЗИ,КТ-ангиография) и двухэтапное оперативное лечение напряженной гематомы с ревизией сосудов является золотым стандартом оказания помощи при данном осложнении и полностью соответствует Клиническим рекомендациям «Закрытые повреждения мягких тканей конечностей» (2024г.). Дефектов не выявлено.

Судебная экспертиза проведена в порядке, установленном статьей 84 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, заключение экспертов выполнено в соответствии с требованиями статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с чем, суд не усматривает в данном случае оснований ставить под сомнение достоверность заключения судебной экспертизы, поскольку она проведена компетентными экспертами, имеющими стаж работы в соответствующих областях экспертизы, эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

На вышеназванное заключение эксперта ГБУЗ НО «Дивеевская ЦРБ имени академика Н.Н.Блохина» была предоставлена рецензия №21872 от 23 октября 2025г. НО «Саморегулируемая организация судебных экспертов», согласно которой заключение эксперта произведено с многочисленными нарушениями действующего законодательства, методик (методических рекомендаций)проведения данного вида исследования, не является полным, объективным и всесторонним. В заключении отсутствует общая оценка результатов исследования, ответы на поставленные вопросы сделаны вероятностные, не являются исчерпывающими. Выводы экспертов исследованием не обоснованы и вызывают сомнения в достоверности, в связи с чем, вышеуказанное заключение не может использоваться при принятии юридически значимых решений.

В ответ на данную рецензию Бюро независимой судебно-медицинской экспертизы «Эталон» было представлено пояснение от 3 декабря 2025г. в котором указано, что заключение выполнено специализированной судебно-медицинской экспертной организацией, имеющей лицензию на соответствующий вид деятельности, в составе комиссии врачей-специалистов с подтвержденной квалификацией и значительным стажем работы. Экспертное исследование проведено в полном объеме на основании материалов гражданского дела, медицинской документации и уже имеющихся экспертных заключений по качеству медицинской помощи. В заключении имеется исследовательская часть, оценка результатов исследования и мотивированные выводы по каждому поставленному вопросу. Нарушений требований Федерального закона №73-ФЗ и приказа Минздрава России № 491н к содержанию и структуре судебно-медицинского заключения в рецензии не приведено. Ряд замечаний носят формальный характер и не влияют на возможность использования заключения при принятии судом решения.

Проанализировав заключение Бюро независимой судебно-медицинской экспертизы «Эталон» с учетом пояснений, и рецензию НО «Саморегулируемая организация судебных экспертов» суд приходит к выводу о том, что заключение судебно-медицинской экспертизы отвечает признакам относимости, допустимости и достоверности доказательств, оснований сомневаться в правильности выводов комиссии экспертов у суда не имеется.

При этом, мнение специалистов НП «Саморегулируемая организация судебных экспертов», является субъективным мнением этих специалистов, рецензия не является самостоятельным исследованием, а сводится к критическому, субъективному мнению специалистов относительно выводов судебно- медицинской экспертизы, однако каких-либо бесспорных доказательств проведения судебной экспертизы с нарушением соответствующих методик и норм процессуального права, способных поставить под сомнение достоверность их результатов, не представлено.

Также представителем ответчика ГБУЗ НО «Дивеевская ЦРБ имени академика Н.Н.Блохина» 22 декабря 2025г. в обоснование своих возражений суду был представлен и приобщен к материалам дела протокол исследования от 30 марта 2024г., в котором отражены результаты проведения ФИО7 обзорной краниографии в 2-х стандартных проекциях, рентгенографии кисти в двух стандартных проекциях, рентгенографии коленного сустава в двух стандартных проекциях. В описании не указано на наличие закрытого перелома ногтевой фаланги IV пальца правой кисти.

Рассматриваемое поведение ответчика судом не может быть признано добросовестным, поскольку неоднократно в ходе рассмотрения дела судом предлагалось ГБУЗ НО «Дивеевская ЦРБ имени академика Н.Н.Блохина» представить всю медицинскую документацию и результаты проведенных обследований в отношении ФИО7 Однако указанный протокол исследования был предоставлен спустя более года после обращения ФИО7 с иском в суд и только после проведения судебно-медицинской экспертизы.

С учетом поступившего протокола и с учетом того, что бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности в рассматриваемой ситуации должен доказывать ответчик, судом неоднократно разъяснялось представителю ГБУЗ НО «Дивеевская ЦРБ имени академика Н.Н.Блохина» о возможности проведения повторной экспертизы, однако ходатайство о назначении повторной экспертизы не было заявлено.

Довод представителя ответчика ГБУЗ НО «Дивеевская ЦРБ имени академика Н.Н.Блохина» о том, что медицинская помощь ФИО7 была проведена в полном объеме, наличие признаков за напряженной гематомы у него не было, суд находит несостоятельным, поскольку опровергается заключением Бюро независимой судебно-медицинской экспертизы «Эталон» №05920625 от 14 августа 2025г. и не было опровергнуто ответчиком в ходе рассмотрения дела иными относимыми и допустимыми доказательствами.

Ввиду изложенного, с учетом установленных по делу обстоятельств, суд приходит к выводу, что ФИО7 в ГБУЗ НО «Дивеевская ЦРБ имени академика Н.Н.Блохина» была оказана ненадлежащая медицинская помощь, выразившаяся в неполноте и неадекватности первичного осмотра, не выполнении обязательных инструментальных исследований, не выполнении УЗИ-диагностики при подозрении на гематому, неадекватной оценке черепно-мозговой травмы и в выборе неверной тактики лечения при агрессии пациента. Все это привело к тому, что недиагностированные и нелеченные повреждения продолжали развиваться, потенциально опасная гематома бедра осталась без внимания и также продолжала развиваться. Все это привело к утяжелению состояния, затягиванию лечения, поскольку потребовалось долечивание ФИО7 в ТОГБУЗ «ГКБ им.Архиепископа Луки», а также проведение двух оперативных вмешательств в ГБУЗ «ТОКБ им.В.Д.Бабенко, а также к затягиванию процесса реабилитации. Все это, по мнению суда, причиняло ФИО7 нравственные и физические страдания, которые наделяют его правом на взыскание с ответчика ГБУЗ НО «Дивеевская ЦРБ имени академика Н.Н.Блохина» компенсации морального вреда.

Учитывая фактические обстоятельства при которых истцу причинен моральный вред, степень вины ответчика, сотрудниками которого допущены дефекты лечения при оказании медицинской помощи, последствия к которым они привели, характер физических и нравственных страданий, длительный период восстановления, наличие до настоящего времени ограничения при сгибании ноги, учитывая возраст ФИО7 -50 лет, а также то, что он не работает, принимая во внимание требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав, суд приходит к выводу о взыскании с ГБУЗ НО «Дивеевская ЦРБ имени академика Н.Н.Блохина» в пользу ФИО7 компенсации морального вреда в сумме 200 000 руб.

Доводы представителя ГБУЗ НО «Дивеевская ЦРБ имени академика Н.Н.Блохина» о том, что в связи с агрессивным поведением ФИО7 у него невозможно было получить письменное согласие на медицинское вмешательство, как обязательное условие для оказания медицинской помощи, а также невозможно было провести полное его обследование и лечение суд не может принять во внимание.

Из заключения эксперта Бюро независимой судебно-медицинской экспертизы «Эталон» №05920625 от 14 августа 2025г. следует, что сотрудниками ГБУЗ НО «Дивеевская ЦРБ имени академика Н.Н.Блохина» была выбрана неверная тактика при агрессии пациента. Медицинским работниками и администрацией ЦРБ поведение пациента было расценено как непреодолимое препятствие для оказания помощи. Однако действующее законодательство (ст.20 Федерального закона № 323-ФЗ) предусматривает возможность оказания медицинской помощи без согласия гражданина при наличии угрозы его жизни и если его состояние не позволяет выразить свою волю. Агрессия и неадекватное поведение сами по себе являются симптомами возможной тяжелой ЧМТ, алкогольного или наркотического состояния, то есть состояний, при которых пациент не способен адекватно воспринимать реальность и давать информированное согласие. Врач обязан был констатировать это и действовать в интересах спасения жизни и здоровья пациента, проведя необходимый минимум обследований. Вместо этого была избрана пассивная тактика, по сути равнозначная отказу от помощи.

Из дополнительных пояснений Бюро независимой судебно-медицинской экспертизы «Эталон» от 14 ноября 2025г.следет, что в ст. 20 Закона № 323-ФЗ перечислены случаи, когда медицинское вмешательство допускается без согласия гражданина, в том числе, если вмешательство необходимо по экстренным показаниям для устранения угрозы жизни человека и его состояние не позволяет выразить свою волю; в отношении лиц, страдающих заболеваниями, представляющими опасность для окружающих; в отношении лиц с тяжелыми психическим расстройствами; в отношении лиц, совершивших общественно опасное деяние, а также при проведении судебно-медицинской и судебно-психиатрических экспертизы.

По смыслу этой нормы агрессивное поведение пациента, представляющее опасность для себя и окружающих, не только не является основанием для отказа в помощи, но напротив, относится к тем ситуациям, когда медицинское вмешательство может и должно быть выполнено даже без формального согласия, при условии соблюдения разумных мер безопасности. Порядок оказания скорой, в том числе скорой специализированной медицинской помощи установлен приказом Минздрава России от 20 июня 2013г. № 388Н. Пункт 11 Порядка устанавливает перечень поводов для вызовов скорой медицинской помощи в экстренной форме. Среди них прямо указаны психические расстройства, сопровождающиеся действиями пациента, представляющего непосредственную опасность для него и других лиц. Это означает, что агрессивное поведение пациента в правовом смысле признано типичным поводом для вызова скорой помощи в экстренной форме, и следовательно, основанием для активных действий бригады по оказанию помощи, а не основанием для ее отказа. На фельдшера возложена обязанность осмотреть пациента, установить предварительный диагноз, выполнить необходимый объем лечебных мероприятий на месте вызова и в процессе транспортировки, а также надлежаще оформить медицинскую документацию.

С точки зрения клинической и организационной логики, агрессивность пациента, особенно в условиях травмы, возможного алкогольного или иного интоксикационного состояния, а также возможного психического расстройства, рассматривается как повод к повышенному вниманию и более тщательной оценке состояния, а не как санкция, за которую пациент лишается права на помощь. При наличии сотрудников полиции у выездной бригады есть возможность обеспечить свою безопасность посредством участия правоохранительных органов, фиксации пациента и при наличии показаний применения медикаментозной седации. В рассматриваемой ситуации фельдшер указала, что из-за агрессии больного осмотр не проводился, при этом визуально отмечала наличие травматических изменений, но рана не была обработана, первичные лечебные мероприятия не предпринимались.

С точки зрения критериев качества медицинской помощи непроведение осмотра, отсутствие описания состояния пациента, неоказание элементарных мероприятий первой помощи при наличии признаков травмы свидетельствует о несоответствии оказанной помощи установленным порядкам и критериям. По сути на догоспитальном этапе не были выполнены предусмотренные Приказом № 388н требования по обследованию, установлению предварительного диагноза и проведению мероприятий, направленных на стабилизацию состояний пациента, что в соответствии с нормами Закона № 323-ФЗ и критериями качества позволяет квалифицировать это как дефект оказания медицинской помощи.

Также суд обращает внимание на то обстоятельство, что агрессивное поведение ФИО7 и отсутствие с его стороны в письменной форме согласия на медицинской вмешательство не помешало врачу ГБУЗ НО «Дивеевская ЦРБ имени академика Н.Н.Блохина» произвести его осмотр и под местной анестезией ушить ему раны.

На представленной представителем ФИО3 видеозаписи также видно как ФИО7 кричит и просит оказать ему медицинскую помощь, однако к нему никто не подходит.

Доказательств с достоверностью подтверждающих нахождения ФИО7 30 марта 2024г. в состоянии алкогольного или иного опьянения в материалах дела не имеется и стороной ответчика не представлено.

Доводы представителя ГБУЗ НО «Дивеевская ЦРБ имени академика Н.Н.Блохина» о том, что у ФИО7 по состоянию на 30 март 2024г. не было угрожающего жизни состояния, при котором необходимо оказывать медицинскую помощь в отсутствие согласия пациента, суд также находит несостоятельным поскольку опровергается заключением эксперта Бюро независимой судебно-медицинской экспертизы «Эталон» №05920625 от 14 августа 2025г.

Довод третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, ФИО3 ФИО4 о том, что в отношении ФИО7 возбуждено уголовное дело по факту угрозы убийством в адрес ФИО3 (ст.119 УК РФ), также по более тяжким составам преступления (ст.319 УК РФ, ч.2 ст. 318 УК РФ) не может быть принято во внимание, поскольку уголовное дело до настоящего времени не рассмотрено.

Оснований для взыскания компенсации морального вреда в пользу ФИО7 с ТОГБУЗ «ГКБ им.Архиепископа Луки» суд не усматривает, поскольку в заключении эксперта Бюро независимой судебно-медицинской экспертизы «Эталон» №05920625 от 14 августа 2025г. указано, что в ТОГБУЗ «ГКБ им.Архиепископа Луки» медицинская помощь оказана полностью, своевременно, правильно и в полном соответствии со всеми стандартами и клиническим рекомендациями. Проведен полный комплекс обследования (КТ головного мозга, рентгенография, консультации специалистов), что привело к окончательной диагностике всей сочетанной травмы. Лечение назначено адекватно. Дефектов не выявлено. На фоне проводимого лечения отмечалась положительная динамика по всем компонентам сочетанной травмы, кроме одного. Улучшилась неврологическая симптоматика: регресс головной боли, головокружения, стабилизация состояния. Заживали раны лица. Состояние перелома пальца стабилизирована иммобилизацией. Гематомы бедер впервые адекватно задокументированные при поступлении, не проявляли признаков напряжения или активного кровотечения. Они трактовались как стабильные и лечились консервативно (назначение мазей, наблюдение), что на тот момент было клинически оправданно при отсутствии данных УЗИ о их объеме и структуре. Прямого ухудшения в виде увеличения гематом или развития осложнений в стенах этого стационара не произошло.

Доказательств тому, что специалистами данного учреждения проводилось лечение, не соответствовавшее характеру имевшихся у ФИО7 повреждений, не представлено, как не представлено и доказательств, тому, что медицинская помощь оказывалась больному ненадлежащим образом.

В связи с чем, иск ФИО7 к ТОГБУЗ «ГКБ им.Архиепископа Луки г.Тамбова» удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО7 (паспорт №) к ГБУЗ НО «Дивеевская ЦРБ имени академика Н.Н.Блохина» (ИНН <***>) о компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с ГБУЗ НО «Дивеевская ЦРБ имени академика Н.Н.Блохина» в пользу ФИО7 в счет компенсации морального вреда сумму в размере 200 000 руб.

В удовлетворении исковых требований ФИО7 (паспорт №) к ТОГБУЗ «ГКБ им.Архиепископа Луки г.Тамбова» (ИНН <***>) о компенсации морального вреда отказать.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Тамбовского областного суда в течение месяца через Октябрьский районный суд г. Тамбова.

Мотивированно решение суда изготовлено 19 января 2026г.

Судья О.Н.Мальцева