Апелляционное определение по делу № 33-8505/2023 от 16.08.2023

Судья – Платонова Н.М. дело № 33-8505/2023

УИД 34RS0011-01-2022-011464-66

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

16 августа 2023 года город Волгоград

Судебная коллегия по гражданским делам Волгоградского областного суда в составе:

председательствующего судьи Старковой Е.М.,

судей: Ждановой С.В., Олейниковой В.В.,

при секретаре Лопашовой Ю.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в апелляционном порядке гражданское дело № 2-1126/2023 по исковому заявлению МИФНС России №1 по Волгоградской области к ФИО1, ФИО2 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки,

по апелляционной жалобе истца Межрайонной ИФНС России № 1 по Волгоградской области в лице ФИО3,

на решение Волжского городского суда Волгоградской области от 05 мая 2023 года, которым постановлено:

«В удовлетворении требований МИФНС России №1 по Волгоградской области к ФИО1, ФИО2 о признании недействительным договора от 14 декабря 2020 года купли-продажи жилого дома площадью 55,2 кв.м и земельного участка площадью 815 кв.м, расположенных по адресу: Волгоградская область, г.Волжский, СНТ «Латекс», ул.14-я, участок 179а и применении последствий недействительности сделки – отказать».

Заслушав доклад судьи Волгоградского областного суда Старковой Е.М., судебная коллегия по гражданским делам

УСТАНОВИЛА:

МИФНС России №1 по Волгоградской области обратились в суд с иском к ФИО1, ФИО2 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки.

В обоснование заявленных исковых требований истец указал, что 14 декабря 2020 года между ФИО1 и ФИО2 был заключен договор купли-продажи земельного участка (кадастровый номер) № <...> и жилого дома (кадастровый номер № <...>), расположенных по адресу: <адрес>.

Из пункта 5 договора купли-продажи следует, что стоимость отчуждаемого дома составляет 610 000 рублей, стоимость земельного участка 145 000 рублей, общая стоимость - 755000 рублей, которые переданы покупателем продавцу.

Между тем, согласно справкам 2-НДФЛ, ФИО2 в 2019-2020 году получил доход в размере, не позволяющем исполнить обязательства по оплате, содержанию всего имеющегося имущества. В указанный период ФИО2 совершил иные сделки, а именно приобрел земельный участок стоимостью 302 600 рублей и жилой дом стоимостью 215 596 рублей 04 копейки, расположенные по адресу: <адрес>

Истец считает, что договор купли-продажи, заключенный 14 декабря 2020 года между ФИО1 и ФИО2 посягает на интересы налогового органа, поскольку ФИО1 является одним из субсидиарных должников по обязательствам ООО «Маетер-Инструмент» перед бюджетом по уплате налогов.

Решением Арбитражного суда Волгоградской области от 01 июня 2016 года ООО «Мастер-Инструмент» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство. В реестр требований кредиторов должника включены требования ФНС России на общую сумму 206 590 015,15 рублей.

25 мая 2017 года, в рамках дела о банкротстве УФНС России по Волгоградской области обратилось с заявлением о привлечении ФИО4, ИП ФИО1, ИП ФИО5, ИП ФИО6, ИП ФИО7, ООО «Инстременты», ООО «Мастеръ», ООО «БСП» к субсидиарной ответственности, в порядке субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Мастер-Инструмент». Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 12 апреля 2022 года, оставленным без изменения постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 07 июля 2022 года и постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 20 сентября 2022 года, с ФИО1, ФИО5, ФИО6, ФИО8 солидарно в пользу ФНС России в лице ИФНС России по г. Волжском Волгоградской области взыскано 206 590 015 рублей 15 копеек; с ФИО4, ФИО1, ФИО5, ФИО6, ФИО8 солидарно в пользу ФНС России в лице ИФНС России по г. Волжскому Волгоградской области взыскано 178 152 680,15 руб.; с ФИО4, ФИО1, ФИО5, ФИО6, ФИО8 солидарно в пользу ООО «Мастер-Инструмент» взыскано 9 170 281рублей 27 копеек.

Изложенные выше обстоятельства перехода права собственности на имущество, в том числе земельный участок и жилой дом, к ФИО2 свидетельствуют о злоупотреблении ФИО1 своими правами с целью недопущения обращения взыскания на это имущество.

На основании изложенного, истец просил суд признать недействительным договор купли-продажи земельного участка (кадастровый номер) № <...> и жилого дома (кадастровый номер № <...>), расположенных по адресу: <адрес>, заключенного 14 декабря 2020 года между ФИО1 и ФИО2, применить последствия недействительности сделки.

Судом постановлено указанное выше решение.

В апелляционной жалобе истец МИФНС России № 1 по Волгоградской области в лице ФИО3 с вынесенным решением не согласна, ссылаясь на незаконность и необоснованность постановленного по делу решения суда, нарушение судом норм материального и процессуального права, просит решение суда отменить, принять по делу новое решение, которым исковые требования удовлетворить в полном объеме.

В возражениях на апелляционную жалобу ответчик ФИО2 против доводов апелляционной жалобы истца возражал, просил решение суда оставить без изменения.

В возражениях на апелляционную жалобу ответчик ФИО1 против доводов апелляционной жалобы истца возражала, просила решение суда оставить без изменения.

Ответчики, третьи лица, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции, в судебное заседание не явились, доказательств уважительности причин неявки не представили, в связи с чем на основании статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия полагает возможным рассмотрение дела в их отсутствие.

Проверив материалы дела в пределах доводов апелляционной жалобы в соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, выслушав представителя истца МИФНС России № 1 по Волгоградской области ФИО9, поддержавшую доводы апелляционной жалобы, представителя ответчика ФИО2 – ФИО10, возражавшую против доводов апелляционной жалобы, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений, судебная коллегия приходит к следующему.

В силу статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены решения суда в апелляционном порядке являются: неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела; недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела; несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

В соответствии со статьей 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации решение суда должно быть законным и обоснованным.

Решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (часть 1 статьи 1, часть 3 статьи 11 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Указанным требованиям принятое судебное решение не соответствует.

В пункте 1 статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

В соответствии с пунктами 1, 2, 3 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия. В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц. Сторона, из поведения которой явствует ее воля сохранить силу сделки, не вправе оспаривать сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать при проявлении ее воли.

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

В силу положений статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Как установлено судом апелляционной инстанции и следует из материалов дела, 14 декабря 2020 года между ФИО1 (продавец) и ФИО2 (покупатель) был заключен договор купли-продажи жилого дома и земельного участка, по условиям которого продавец передал в собственность покупателю земельный участок (кадастровый номер) № <...> и жилой дом (кадастровый номер № <...>), расположенные по адресу: <адрес>

Согласно пункту 5 договора стоимость дома составляет 610 000 рублей, стоимость земельного участка 145 000 рублей. В договоре указано, что денежные средства переданы покупателем продавцу.

Договор купли-продажи зарегистрирован в Управлении Росреестра по Волгоградской области 12 января 2021 года.

Также из материалов дела следует, что решением Арбитражного суда Волгоградской области от 01 июня 2016 года ООО «Мастер-Инструмент» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство. В реестр требований кредиторов должника включены требования ФНС России на общую сумму 206 590 015 рублей 15 копеек.

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 12 апреля 2022 года, оставленным без изменения постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 07 июля 2022 года и постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 20 сентября 2022 года, с ФИО1, ФИО5, ФИО6, ФИО8 солидарно в пользу ФНС России в лице ИФНС России по г. Волжском Волгоградской области взыскано 206 590 015 рублей 15 копеек; с ФИО4, ФИО1, ФИО5, ФИО6, ФИО8 солидарно в пользу ФНС России в лице ИФНС России по г. Волжскому Волгоградской области взыскано 178 152 680,15 руб.; с ФИО4, ФИО1, ФИО5, ФИО6, ФИО8 солидарно в пользу ООО «Мастер-Инструмент» взыскано 9 170 281рублей 27 копеек.

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 12 октября 2022 года конкурсное производство в отношении ООО «Мастер-Инструмент» завершено, погашены требования кредиторов второй очереди. Погашение требований кредиторов третьей очереди реестра кредиторов не производилось, задолженность перед налоговым органом не погашена.

Таким образом, на момент заключения между ответчиками договора купли-продажи дома и земельного участка, ответчик ФИО1 о наличии заявленных к ней требований о взыскании задолженности перед налоговым органом.

Разрешая заявленные исковые требования и отказывая в их удовлетворении суд первой инстанции исходил из того, что на момент совершения сделки отчуждаемое имущество не было обременено обеспечительными мерами и ограничений на его отчуждение не имелось, ФИО1 была вправе распоряжаться принадлежащим ей имуществом, сторонами сделки совершены конкретные действия направленные на возникновение прав и обязанностей по сделке.

Кроме того, суд первой инстанции пришел к выводу об истечении срока исковой давности для обращения истца в суд за защитой нарушенного права.

Между тем, выводы суда первой инстанции не основаны на нормах материального права и установленных по делу обстоятельствах.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 86 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» при разрешении спора о мнимости сделки следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Как следует из положений части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации, осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В пункте 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ).

На основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации договор, при заключении которого допущено злоупотребление правом, подлежит признанию недействительным по иску лица, чьи права или охраняемые законом интересы нарушает этот договор, и в ситуации, когда лицо, оспаривающее совершенную со злоупотреблением правом сделку, доказало, что продавец и покупатель при ее заключении действовали недобросовестно с намерением причинить вред истцу.

Согласно пункту 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Бремя доказывания обратного лежит на лице, заявляющем о злоупотреблениях ответчиками своими нравами при заключении договора.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимы исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

Ни приведенные выше положения закона, ни гражданское законодательство в целом не содержат запрета на распоряжение должником принадлежащим ему необремененным имуществом по своему усмотрению даже при наличии непогашенной задолженности перед кредитором. При этом процессуальная обязанность представить доказательства наличию в действиях ответчиков злоупотребления правом при совершении оспариваемой сделки законом возложена на истца.

Следовательно, разрешая спор о признании сделки недействительной по основанию злоупотребления ответчиками правом при ее совершении, суду необходимо в качестве обстоятельств, имеющих юридическое значение для правильного разрешения спора, исследовать и дать правовую оценку целям совершения этой сделки с точки зрения их соответствия цели, обычно преследуемой при совершении сделки купли-продажи, наличию или отсутствию действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий, наличию или отсутствию негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц, наличию или отсутствию у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия, установить, имелись ли на момент совершения оспариваемой сделки запреты или ограничения на распоряжение спорным имуществом.

Как следует из положений статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими.

Между тем, ссылаясь на отсутствие оснований для признания сделки недействительной, суд первой инстанции не дал оценку, имеющимся в деле доказательствам как каждому в отдельности, так и в их совокупности.

Как указано выше, ответчик ФИО1 была привлечена к субсидиарной ответственности по долгам ООО «Мастер-Инструмент» перед бюджетом. ООО «Мастер-Инструмент» признано банкротом и требования перед бюджетом не были исполнены.

На момент заключения спорного договора купли-продажи между ФИО1 и ФИО2, ФИО1 знала о том, что к ней предъявлены требования о привлечении ее к субсидиарной ответственности по долгам ООО «Мастер-Инструмент» и несмотря на указанное обстоятельство распорядилась принадлежащим ей имуществом.

Как следует из пояснений представителя ответчика ФИО11, последний был знаком с ФИО1, поскольку являлся соседом ФИО12 по даче, расположенной по адресу: <адрес> и принял решение о приобретении данного объекта. О наличии обязательств у ФИО12 перед налоговым органом покупателю известно не было.

Из справок о доходах ФИО2 по форме 2 - НДФЛ за 2019, 2020 года следует, что его доход составил без вычета налога в 2019 году 649 373 рубля 48 копеек, в 2020 году 648 283 рубля 09 копеек.

Помимо спорного имущества в 2020 году ответчиком ФИО2 были приобретены жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: <адрес>.

Исходя из разъяснений, данных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 июня 2021 года № 16 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции», суд апелляционной инстанции для установления юридически значимых обстоятельств приобщил к материалам дела новые доказательства, а именно сведения о сделках, заключенных ФИО2 в 2020 году, из которых следует, что последний в августе 2020 года приобрел дом стоимостью 150 000 рублей и земельный участок стоимостью 70 000 рублей, расположенные по адресу: <адрес>

Таким образом, доход ФИО2 объективно не позволял ему приобрести спорное имущество.

В качестве новых доказательств судебной коллегией по ходатайству представителя ответчика приобщена книжка садовода, из которой следует, что ФИО2 является членом садоводческого общества ввиду наличия прав на спорный земельный участок. Однако данное обстоятельство, само по себе не свидетельствует о том, что стороны при заключении сделки действовали добросовестно.

Представленная представителем ответчика и приобщенная к материалам дела судом апелляционной инстанции расписка от 31 октября 2018 года, из которой следует, что ФИО13 передала ФИО2 денежную сумму в размере 1 250 000 рублей, не служит доказательством наличия денежных средств у ФИО2 на момент заключения договора купли-продажи спорного имущества.

Не служит доказательством наличия денежных средств у ФИО2 и договор купли-продажи квартиры, заключенный 31 октября 2018 года между ФИО13 и ФИО14, по которому ФИО13 произвела отчуждение квартиры, стоимостью 1 250 000 рублей. Данный договор был представлен ответчиком суду первой инстанции.

Представленная суду апелляционной инстанции представителем ответчика ФИО2 расписка от 14 декабря 2020 года, из которой следует, что ФИО1 получила от ФИО2 денежную сумму в размере 755 000 рублей, сама по себе не свидетельствует о том, что стороны при заключении сделки действовали добросовестно.

Принимая во внимание установленные по делу обстоятельства, свидетельствующие о наличии в действиях ответчиков злоупотребления правом, поскольку оспариваемая сделка купли-продажи земельного участка и дома совершена ими в условиях осведомленности продавца ФИО1 о привлечении ее к субсидиарной ответственности по долгам предприятия-банкрота, при отсутствии соответствующего задекларированного ФИО2 дохода в спорный период, который не позволял приобрести имущество по оговоренной стоимости, суд первой инстанции пришел к неправильному выводу об отсутствии оснований к удовлетворению заявленных истцом исковых требований.

Кроме того, выводы суда первой инстанции об отказе в иске мотивированы также пропуском срока исковой давности.

Между тем, указанный вывод не основан на нормах материального права и обстоятельствах по делу.

Пунктом 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 данного кодекса.

В соответствии с пунктом 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Пунктом 2 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что по обязательствам с определенным сроком исполнения течение исковой давности начинается по окончании срока исполнения.

Исходя из разъяснений, данных в пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» в силу пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованиям публично-правовых образований в лице уполномоченных органов исчисляется со дня, когда публично-правовое образование в лице таких органов узнало или должно было узнать о нарушении его прав, в частности, о передаче имущества другому лицу, совершении действий, свидетельствующих об использовании другим лицом спорного имущества, например, земельного участка, и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Как указано выше, ФИО1 привлечена к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Мастер-Инструмент» определением Арбитражного суда Волгоградской области от 12 апреля 2022 года, следовательно, в данном случае, срок исковой давности должен исчисляться с момента вынесения определения о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности – с 12 апреля 2022 года. Учитывая, что истец с настоящим иском обратился в суд 23 декабря 2022 года, то срок исковой давности по заявленным требованиям не пропущен.

Следовательно, судом первой инстанции при рассмотрении спора неверно применены нормы материального права, а также выводы суда, изложенные в решении суда, не соответствуют обстоятельствам, установленным по делу. В связи с чем, судебный акт подлежит отмене с вынесением по делу нового решения.

Учитывая установленные по делу обстоятельства, руководствуясь вышеприведенными правовыми нормами, судебная коллегия приходит к выводу о наличии оснований к признанию сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки и передаче спорного имущества от ФИО2 ФИО1

На основании изложенного и руководствуясь статьями 328 - 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Волгоградского областного суда

определила:

решение Волжского городского суда Волгоградской области от 05 мая 2023 года отменить, принять по делу новое решение.

Иск Межрайонной ИФНС России № 1 по Волгоградской области к ФИО1, ФИО2 о признании сделок недействительными, применении последствий недействительности сделок, удовлетворить.

Признать недействительным договор купли-продажи, заключенный 14 декабря 2020 года между ФИО1 и ФИО2 в отношении земельного участка кадастровый номер № <...> и жилого дома кадастровый номер № <...>, расположенных по адресу: <адрес>

Применить последствия недействительности сделки в виде перехода права собственности на земельный участок и жилой дом, расположенные по адресу: по адресу: <адрес> от ФИО2 к ФИО1.

Настоящее апелляционное определение является основанием для внесения в Единый государственный реестр недвижимости соответствующих изменений о собственнике в отношении земельного участка и жилого дома, расположенных по адресу: <адрес>

Председательствующий:

Судьи: