Решение по делу № 2-129/2023 от 27.02.2023 - о признании договора страхования недействительной сделкой, применение последствий недействительности сделки и встречному иску <ФИО> к АО «Страховое общество газовой промышленности»(АО «СОГАЗ») о взыскании задолженности в пользу банка, о взыскании остатка суммы страховой премии, штрафа, компенсации морального вреда.

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

27 февраля 2023 года пос. Ленинский

Ленинский районный суд Тульской области в составе:

председательствующего Тюрина Н.А.,

при секретаре Самусевой О.Ю.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-129/2023 (УИД 71RS0015-01-2022-003183-07) по иску АО «Страховое общество газовой промышленности»(АО «СОГАЗ») к ФИО5 о признании договора страхования недействительной сделкой, применение последствий недействительности сделки и встречному иску ФИО5 к АО «Страховое общество газовой промышленности»(АО «СОГАЗ») о взыскании задолженности в пользу банка, о взыскании остатка суммы страховой премии, штрафа, компенсации морального вреда,

установил:

АО «СОГАЗ» обратилось в суд с иском к ФИО5 о признании Полиса ипотечного страхования № 1820 KIS 01000192 от 16.01.2020 недействительной сделкой, о применении последствий недействительной сделки и о взыскании судебных расходов по оплате госпошлина в размере 6000 руб..

Требования мотивированы тем, что между АО «СОГАЗ» и ФИО5 заключен Полис ипотечного страхования № 1820 KIS 01000192 от 16.01.2020. Договор страхования заключен на условиях, содержащихся в тексте настоящего Полиса, а также в соответствии с «Правилами ипотечного страхования», в редакции от 29 07.2019.Договор страхования действует по страхованию от несчастных случаев и болезней в течении 242 месяцев, по страхованию имущества в течении 242 месяцев, по титульному страхованию в течении 36 месяцев. Застрахованным имуществом является квартира, расположенная по адресу:<адрес> (предмет залога по кредитному договору № от 19.12.2019 ).Выгодоприобретателем по Договору страхования является» ПАО «Банк ВТБ» до прекращения действия договора залога, а в оставшейся части выгодоприобретателем выступает ответчик. Страховая премия на первый период страхования составляет 49 662 руб..09.09.2019 года между ФИО1 (муж ФИО5) и ФИО5 заключен договор дарения, предметом которого является безвозмездная передача в собственность ФИО5 квартиры, расположенной по адресу <адрес>Ранее, 25.07.2019 ПАО «МТС Банк» было выставлено требование ФИО1 о погашении задолженности по договору поручительства. ФИО1 не исполнил в добровольном порядке требование ПАО «МТС Банк».ПАО «МТС Банк» обратилось в Гагаринский районный суд <адрес> за взысканием денежных средств.

21.11.2019 <данные изъяты> по делу № взыскал с ФИО1 в пользу ПАО «МТС Банк» денежные средства в размере 300 408 949,92 руб..13.10.2019 ПАО «МТС Банк» обратился в <данные изъяты> с заявлением о признании ФИО1 банкротом. 07.07.2019 <данные изъяты> по делу А40-194496/20-88-342 "Ф" вынесено решение о признании ФИО1 банкротом. 26.01.2019 <данные изъяты> по делу А40-194496/20-88-342 "Ф" вынес определение о признании недействительным договора дарения от 09.09.2019 года, заключенного между ФИО1 и ФИО5, также применены последствия недействительной сделки в виде обязания ФИО5 возвратить в конкурсную массу ФИО1 квартиру. 22.06.2022 ФИО5 обратилась в АО «СОГАЗ» с заявлением о наступлении события, имеющего признаки страхового случая. 30.06.2022 АО «СОГАЗ» письмом СГ-86957 запросило у ФИО5 документы, предусмотренные Правилами страхования. 29.08.2022 ФИО5 предоставила АО «СОГАЗ» дополнительные документы. 15.09.2022 АО «СОГАЗ» уведомил ФИО5 о необходимости предоставления дополнительных документов, с учетом опечатки, имеющейся в представленных документах.07.11.2022 Арбитражный суд <адрес> вынесено определение об исправлении опечатки, допущенной в мотивировочной" и резолютивной частях, вместо <адрес> (кадастровый № указать как <адрес> кадастровый №).

Как установлено Арбитражным судом <адрес>, ФИО5 и ФИО1 заключая недействительный договор дарения, имели единственное намерение - это вывод ликвидного актива и причинения вреда имущественным правам кредиторам. Равно как, ФИО5 заключая кредитный договор с ПАО «Банк ВТБ», как и в последствии Договор страхования с АО «СОГАЗ» не имела намерения в сохранении спорной квартиры, а имела единственное намерение причинить вред имущественным правам АО «СОГАЗ».ФИО5 не могла не знать о правовых последствиях заключенных договоров, поскольку имеет высшее юридическое образование, занимает должность начальника юридического отдела ООО «ИТР Групп» (указано в заявлении на страхование).Судебными актами установлены существенные обстоятельства, установлена недобросовестность действий ФИО5 Таким образом, АО «СОГАЗ» полагает, что имеются все основания для признания Договора страхования недействительной сделкой.

ФИО5 обратилась в суд со встречным иском к АО «СОГАЗ» о взыскании в пользу Банка ВТБ страхового возмещения в размере суммарной задолженности в размере 4 688 847 руб. 04 коп., и о взыскании в свою пользу остатка суммы страховой премии 457 985 руб., штрафа в размере 457 985 руб. и компенсации морального вреда в размере 50 000 руб..

Требования мотивированы тем, что 09.09.2019 между ее мужем ФИО1 и ей заключен договор дарения, предметом которого является безвозмездная передача в собственность ФИО5 квартиры, расположенной по адресу <адрес>.В последствии, она заключила Кредитный договор №, на основании которого ей был выдан кредит в сумме 4 815 000 руб. на 242 мес., под 11.4%. В обеспечение исполнения обязательства по кредиту ей также составлена закладная (Приложение № 4) и заключен договор ипотеки (Приложение № 4. 1) в соответствии с которым в залог поступает квартира расположенная по адресу: <адрес>, площадью 38. 3 кв. м. кад. №. Обязательным условием выдачи кредита было заключение договора страхования. Банк сам предоставил страховую организацию и пояснил, что заключение договора страхования является обязательным условием выдачи кредита, а так как право собственности возникло менее трех лет назад, соответственно срок исковой давности не прошел, помимо страхования жизни, здоровья, в страховом договоре будет указано титульное страхование (утрата права собственности на квартиру). В связи с чем был заключен полис № 1820 KIS 01000192 от 16. 01. 2020 (Договор страхования).

При заключении кредитного договора и договора страхования, ей были представлены все необходимые документы на право собственности, брачный договор, свидетельство о заключении брака. В 2022 году право собственности на указанную квартиру было утрачено на сновании Постановления 9-го Арбитражного апелляционного суда от 15.06.2022 по делу № 09АП-11448/2022. Она неоднократно сообщала в страховую компанию с уведомлением о страховом случае и требованием выплатить страховую премию, страховая неоднократно отказывала, а впоследствии АО СК «Согаз» обратилось в суд о расторжении договор страхования. В обоснование своих требований ссылается на расторжение договора дарения. В соответствии с п. 3. 1.2. Договора страхования страховая премия рассчитывается из расчета размера остатка основного долга по кредитному договору на начало очередного периода страхования, увеличенного на 10%, таким образом сумма страхового возмещения составляет 5 146 832 руб., остаток задолженности Банку ВТБ по кредиту составляет 4 688 847 руб.. Соответственно, оплата страхового возмещения происходит следующим образом: 688 847 руб. - оплата стоимости кредита Банку ВТБ, остаток страховой премии в адрес истца= 457 985 руб. (5 146 832 руб. - 4 688 847руб.). Выгодоприобретателем по Договору страхования является ПАО Банк ВТБ до прекращения действия договора залога, в оставшейся части выгодоприобретателем выступает она (пункт 1.3.4.2 Правил страхования). Она добросовестно оплачивает страховую премию на протяжении всего срока пользования кредитом и кредитные обязательства в размере 52 854 руб. ежемесячно. Несмотря на все выполненные условия и добросовестное повеление страховая отказала ей в оплате страхового возмещения.

Страховая компания знала о всех существенных условиях сделки, а если и не знала, то должна была знать о всех существенных сделки. Как профессиональный участник рынка, имеет все возможности проверить своего контрагента, а также супруга своего контрагента. Информация о задолженностях, судах и любых спорах является открытой и доступна любому лицу.Если у нее был прямой умысел на утрату права собственности на квартиру стоимостью более 12 000 000 руб., то зачем закладывать не менее чем за половину стоимости, а именно 4 815 000 руб. и тем более оплачивать кредит, а также страховые премии, что за три года составило сумму более чем 2 000 000 руб..

Также, просила учесть, что договор дарения квартиры не причиняет вред кредиторам, так как наличие у должника права собственности на указанную квартиру повлекло бы лишь включение из конкурсной массы единственного жилья, так как иного жилья для проживания у Должника не имеется. Жилье в собственности у нее приобретено до брака. По условиям брачного договора у супругов утвержден раздельный режим пользования имуществом. Соответственно только она может решать, как распоряжаться данным имуществом. С августа месяца, супруги совместно не проживают, совместный быт не ведут, содержат себя самостоятельно и находятся в стадии развода. Утрата должником права собственности не нанесла ущерба кредиторам и не повлекло уменьшение конкурсной массы. Так как данное единственное жилье наделяется имущественным иммунитетом. Она не знала о финансовых трудностях нового супруга. На момент предъявления требований к Должнику, они проживали на съемной квартире, корреспонденция же, в том числе претензии, копии исковых заявлении приходили Должнику по адресу регистрации. Она не знала и не могла знать о каких-либо финансовых проблемах Должника. На момент вступления в брак, а также заключения договора дарения квартиры, она не была осведомлена о каких-либо трудностях у супруга. Так как указано в определении суда, в брак стороны вступили 07 сентября, а сделка по дарению произошла 9 сентября того же года. В договоре дарения конкретно указано, что данная сделка является добровольной, ФИО6 подарил ФИО5 указанную квартиру в качестве свадебного подарка в честь заключения брака. Никакого умысла или недобросовестного поведения со стороны Должника не было.

Считает, что в соответствии со ст. 15 Закона РФ «О защите прав потребителей», действия страховой компании по невыплате страхового возмещения, нарушили ее права как потребителя и причинили моральный вред, в размере 50 000 руб.. 02.02.2022 в адрес страховой компании было отправлено уведомление о наступлении страхового случая, соответственно прошло более 10 месяцев с даты требования о выплате страховой суммы.Так как сумма штрафа не может превышать 100% от заявленной суммы, считает возможным взыскать со страховой компании штраф в размере 100%, а именно: 457 985 - 457 985 * 100% = 915 970 руб.

Представитель истца АО «СОГАЗ» по доверенности ФИО2 в судебном заседании исковые требования поддержал, встречные исковые требования не признал, пояснив, что поручения от банка ВТБ ФИО5 не давались. Считает, что банк может самостоятельно выставлять свои требования, остаток страховой премии взыскан быть не может. Страховая премия - это цена услуги, и данный остаток не является страховой премией. 22.06.22 ФИО5 обратилась с заявлением, а далее они запросили необходимые документы. ФИО5 была заинтересованным лицом и все эти обстоятельства они узнали позже. В заявлении она указала не все обстоятельства, а они не обязаны разбирать историю этой квартиры и они не проверяют предыдущих собственников.

Представитель истца АО «СОГАЗ» по доверенности ФИО2 в своих возражениях на встречные исковые требования просила в иске отказать, сославшись на отсутствие правовых оснований для взыскания страховой премии, штрафа и морального вреда, сославшись на обстоятельства изложенные в исковом заявлении.

Представитель ответчика ФИО5 по доверенности ФИО3 в судебном заседании исковые требования не признал, встречные исковые требования поддержал и пояснил, что есть требования от банка ВТБ. Банк выставил сумму 4 000 000 рублей. «СОГАЗ» ссылался на то, что они не знали, что и как происходит и ФИО5 им не предоставляла нужной информации. Когда заключался кредитный договор, она предоставила все документы. Страховая должна была знать, что был спор с предыдущим собственником. ФИО5 на тот момент не знала, что у ФИО1 долги. ФИО5 брала кредит на развитие бизнеса. Кредит она оплачивала без просрочек и страховые премии. Она добросовестно выполняла свои обязательства. Страховая должна была оценить все риски. Арбитражным судом было установлено, что ФИО6 выводил капитал. У нее на тот момент было имущество в виде недостроенного дома. Она была зарегистрирована на тот момент в д<адрес>. Дом был введен в эксплуатацию, но он был на тот момент не пригоден для жилья. Что была распродажа имущества ФИО5 узнала после второй инстанции. Страховая могла это все проверить и застраховать. Сделка по дарению квартиры никакого ущерба кредитору не нанесла. Брак с ФИО5 был расторгнут ДД.ММ.ГГГГ

Ответчик ФИО5 в судебное заседание не явилась, о времени и месте рассмотрения дела был уведомлен надлежащим образом.

Ранее в предварительном судебном заседании ФИО5 возражая против исковых требований и пояснила, что 7 сентября был заключен брак с ФИО1 и на момент заключения брака о долгах супруга она не знала. Подарком на свадьбу супруга была квартира, которая была его единственным жильем. Была свадьба, они ходили в ресторан. 9 сентября они заключили договор дарения. Затем она заключила кредитный договор, где залогом была эта квартира. Согласно кредитному договору она обязана была заключить договор страхования. Кредит она платит исправно. О долгах супруга ей стало известно в 2021 году, когда они не смогли расплатиться его кредитной картой. В марте 2016 года она открыла ИП по оказанию юридических услуг. После свадьбы она открыла ИП. Брак расторгнут в марте 2022 года, а раньше она не была в браке. На момент заключения брака она не работала. Раньше она проживала в <адрес>, а потом построила дом в <адрес>, где познакомилась с будущим мужем, у него был бизнес. Когда они были в <адрес>, то проживали в его квартире, а когда здесь, то у нее. Корреспонденцию в <адрес> муж сам получал. На момент получения ей кредита, в залоге квартира не была. Какой страховая предложила договор, такой она подписала. Заявления не было, был только договор. Это были условия ВТБ.

Представитель третьего лица Банка ВТБ (ПАО) в судебное заседание не явился о времени и месте рассмотрения дела был уведомлен надлежащим образом.

Суд, счел возможным рассмотреть дело в соответствии со ст. 167 ГПК РФ в отсутствие сторон.

Исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему

В соответствии с пунктом 1 статьи 432 ГК РФ договор считается заключённым, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям заговора.

Согласно абзаца 1 статьи 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Из статьи 929 ГК РФ вытекает, что по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя ( выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой

Согласно статье 943 ГК РФ условия, на которых заключается договор страхования, могут быть определены в стандартных правилах страхования соответствующего вида, принятых, одобренных или утвержденных страховщиком либо объединением страховщиков Правилах страхования). Условия, содержащиеся в правилах страхования и не включенные в текст договора страхования (страхового полиса), обязательны для страхователя (выгодоприобретателя), если в договоре (страховом полисе) прямо указывается на применение таких правил и сами правила изложены в одном документе с договором (страховым полисом) или на его оборотной стороне либо приложены к нему. В последнем случае вручение страхователю при заключении договора правил страхования должно быть удостоверено записью в договоре.

Пунктом 3 статьи 944 ГК РФ предусмотрено, что, если после заключения договора страхования будет установлено, что страхователь сообщил страховщику заведомо ложные сведения об обстоятельствах, указанных в пункте 1 настоящей статьи, страховщик вправе потребовать признания договора недействительным и применения последствий, предусмотренных пунктом 2 статьи 179 настоящего Кодекса.

Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно (статья 167 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 2 статьи 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.

Как следует из правовой позицией, изложенной в абзаце 2 пункта 99 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", обманом считается не только сообщение информации, не соответствующей действительности, но также и намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота (пункт 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из содержания приведенных норм следует, что сообщение страховщику заведомо ложных сведений при заключении договора страхования может служить основанием для признания этого договора недействительным при доказанности прямого умысла в действиях страхователя, направленного на введение в заблуждение страховщика, и того, что заведомо ложные сведения касаются обстоятельств, имеющих существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления.

На основании п. 1 ст. 16 Закона Российской Федерации от 07.02.1992 N 2300-1 "О защите прав потребителей" условия договора, ущемляющие права потребителя по сравнению с правилами, установленными законами или иными правовыми актами Российской Федерации в области защиты прав потребителей, признаются недействительными.

Данная норма, как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, направлена на защиту прав потребителей как экономически более слабой и зависимой стороны в гражданских отношениях с организациями и индивидуальными предпринимателями (ФИО7 от 04.10.2012 N 1831-О и др.).

Пунктом 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.06.2013 г. N 20 "О применении судами законодательства о добровольном страховании имущества граждан" прямо разъяснено, что стороны вправе включать в договор добровольного страхования имущества условия о действиях страхователя, с которыми связывается вступление в силу договора, об основаниях для отказа в страховой выплате, о способе расчета убытков, подлежащих возмещению при наступлении страхового случая, и другие условия, если они не противоречат действующему законодательству, в частности статье 16 Закона о защите прав потребителей.

Судом установлено, что 19.12.2019 между банком ВТБ и ФИО5 был заключен Кредитный договор <***>, на основании которого заемщику был выдан кредит в сумме 4 815 000 руб. на 242 мес., под 11.4%. В обеспечение исполнения обязательства по кредитному договору был заключен договор ипотеки, в соответствии с которым в залог предоставлена квартира с К№ №, площадью 38. 3 кв. м., расположенная по адресу: <адрес>

Также 16.01.2020 между АО «СОГАЗ» и ФИО5 был заключен Договор страхования (Полис ипотечного страхования№ 1820 KIS 01000192), на условиях, содержащихся в тексте настоящего Полиса, а также в соответствии с «Правилами ипотечного страхования», в редакции от 29 07.2019.

Договор страхования вступал в силу 16.01.2020 и действует по страхованию от несчастных случаев и болезней в течении 242 месяцев, по страхованию имущества в течении 242 месяцев, по титульному страхованию в течении 36 месяцев.

Застрахованным имуществом являлась квартира, расположенная по адресу:<адрес> (предмет залога по кредитному договору №631/2325-0000001 от 19.12.2019 ).

Выгодоприобретателем по Договору страхования являлся ПАО «Банк ВТБ» до прекращения действия договора залога. В оставшейся части выгодоприобретателем выступает ответчик (пункт 1.3.4.2 Правил страхования).

Страховая премия на первый период страхования составляла 49 662 руб..

Право собственности ФИО5 на вышеуказанную квартиру, являющуюся предметом залога по кредитному договору №631/2325-0000001 от 19.12.2019, возникло на основании договора дарения, заключенного 09.09.2019 между ФИО1 (муж ФИО5) и ФИО5, предметом которого, как следует из материалов дела, являлась безвозмездная передача в собственность ФИО5 вышеуказанной квартиры в подарок по случаю их бракосочетания 07.09.2019.

Обращаясь с настоящим иском в суд о признании договора страхования недействительной сделкой, истец сослался на то, что ФИО5 заключая кредитный договор с ПАО «Банк ВТБ», как и в последствии Договор страхования с АО «СОГАЗ» не имела намерения в сохранении спорной квартиры, а имела единственное намерение причинить вред имущественным правам АО «СОГАЗ».

ФИО5 обращаясь в суд со встречном иском к АО «СОГАЗ» в защиту прав потребителей о взыскании страхового возмещения, остатка суммы страховой премии, штрафа и компенсации морального вреда ответчик указала, что на нее неоднократные уведомления о страховом случае и требования о выплате страховой премию, получала отказ.

Проверяя доводы сторон судом также установлено, что ранее, 25.07.2019, то есть, до заключения сделки по отчуждению квартиры ФИО1, ПАО «МТС Банк» было выставлено ему требование о погашении задолженности в размере 604 019 951,18 руб. по договору поручительства № 3397-1/16-К-П-6 от 23.03.2016 по обязательствам ООО «МГ-Финанс» в срок 7-дней, полученное последним 02.08.2019, но не исполнено.

ПАО «МТС Банк» обратилось 12.08.2019 с иском к ФИО1 в <данные изъяты> за взысканием денежных средств, который принят к производству 16.08.2019.

21.11.2019 решением <данные изъяты> по делу № взысканы с ФИО1 в пользу ПАО «МТС Банк» денежные средства в размере 300 408 949,92 руб..

Однако, в период рассмотрения гражданского дела <данные изъяты>, ФИО1 произвел отчуждение своего имущества, в том числе спорной квартиры 09.09.2019 ФИО5.

Решением <данные изъяты> по делу А40-194496/20-88-342 "Ф" от 07.07.2019 по обращению ПАО «МТС Банк», ФИО1 был признан банкротом и введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО4.

Определением от 26.01.2022 <данные изъяты> по делу А40-194496/20-88-342 "Ф", суд признал недействительным договора дарения от 09.09.2019, заключенный между ФИО1 и ФИО5, также применены последствия недействительной сделки в виде обязания ФИО5 возвратить в конкурсную массу ФИО1 подаренную им квартиру, с выводами которого согласился <данные изъяты> 15.06.2022 и <данные изъяты> 19.10.2022.

Как следует из материалов дела, основанием для признания <данные изъяты> договора дарения от 09.09.2019 недействительной сделкой являлись те обстоятельства, что оспариваемый договор дарения от 09.09.2019 заключен после выставления банком требования от 25.07.2019, после обращения 12.08.2019 банка в суд за взысканием задолженности в крупном размере, что сделка совершена безвозмездно в отношении заинтересованного лица, то есть супруги ФИО5, после появления у должника признаков недостаточности имущества и единственным намерением сторон при совершении данной сделки был вывод ликвидного актива должника и причинения вреда имущественным правам кредиторов, ввиду невозможности удовлетворения их требований за счет реализации указанного имущества.

Поэтому не доверять установленным <данные изъяты> обстоятельствам оснований у суда не имеется.

Кроме того, факт того, что ответчик ФИО5 знала и не могла не знать о финансовых обязательствах супруга ФИО1, на момент заключения договора дарения и страхования, указывают и ее доводы во встречном исковом заявлении и судебном заседании о том, что на момент предъявления требований к ФИО1, они вместе проживали, в том числе в <адрес>, и корреспонденция (претензии, копии исковых заявлении) приходила ФИО1 по адресу регистрации, а также указывает их брачный договор заключенный 03.12.2019, в котором предусмотрены Дополнительные условия по обязательствам одного из супругов при обращении взыскания на его имущество.

Следовательно, что при заключении договора страхования ФИО5 намеренно умолчала об обстоятельствах, о которых она должна была сообщить истцу при той добросовестности, какая от нее требовалась по условиям оборота, имеющих существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления (страхового риска), несмотря на то, что указанные обстоятельства достоверно были ей известны.

Поэтому доводы ответчика о том, что страховая компания при заключении договора страхования знала о всех существенных условиях сделки, а если и не знала, то должна была знать, суд находит надуманными, так как надлежащих доказательств этому суду не предоставлено.

Из вышеизложенного следует, что ФИО5 заключая кредитный договор с ПАО «Банк ВТБ», как и в последствие, Договор страхования с АО «СОГАЗ», не имела намерения в сохранении спорной квартиры, а имела единственное намерение причинить вред имущественным правам АО «СОГАЗ», при утрате право собственности на застрахованное имущество, так как не могла не знать о правовых последствиях заключенных договоров, поскольку имеет высшее юридическое образование, опыт работы, так как занимала должность начальника юридического отдела ООО «ИТР Групп» на момент страхования.

Поэтому доводы ответчика ФИО5 об отсутствии у нее умысла на причинение имущественного вреда при утрате права ее собственности на квартиру, ссылаясь на ее стоимость более 12 000 000 руб., а заложенную менее чем за половину стоимости ( 4 815 000 руб.), а также в связи с оплатой кредита, страховых премий, составляющих за три года более 2 000 000 руб., по мнению суда не являются убедительными, поскольку считает, что ФИО5, зная о правовых последствиях заключенных договоров дарения и страхования, и имея иное имущество в собственности меньшей стоимостью, в залог предоставила и застраховала именно спорную квартиру, что свидетельствует о ее заинтересованности именно в этой сделке, что также подтверждается ее обращением от 17.06.2022 в АО «СОГАЗ» о наступлении страхового случая и требований о страховой выплате.

Следовательно, со стороны ответчика ФИО5 имело место введение страховщика в заблуждение относительно предмета и обстоятельств, имеющих существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления, относительно застрахованного имущества.

Кроме того, согласно п. п. 3 - 4 ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В соответствии с п. 1 ст. 10 ГК РФ действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом) не допускаются.

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

Злоупотребление правом при совершении сделки нарушает запрет, установленный статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, поэтому такая сделка признается недействительной на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Пунктом 2 статьи 168 указанного Кодекса предусмотрено, что сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 1 постановления от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснил, что добросовестным поведением является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Исходя из смысла приведенных норм и разъяснений, под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия. Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.

Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага.

Поскольку, как следует из материалов дела и установлено судом, ФИО5 действуя не добросовестно, намеренно не сообщила страховщику сведения имеющие существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и последствий от его наступления, а доказательств обратного в соответствии со ст. 56 ГПК РФ суду предоставлено, следовательно указанное обстоятельство, в силу вышеуказанных правовых норм действующего законодательства, влечет признание договора страхования недействительным, в связи с чем отсутствуют основания для удовлетворения встречных исковых требований о взыскании суммы страхового возмещения и производных от этого требований.

Оценив представленные доказательства в их совокупности, суд находит исковые требования подлежащими удовлетворению, а во встречных исковых требованиях полагает отказать.

Иные доводы стороны ответчика не имеют правового значения и не могут повлиять на выводы суда.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований.

Согласно ст. 88 ГПК РФ, судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Истцом были понесены расходы по оплате госпошлины в размере 6000 руб., которые подлежат взысканию с ответчика в пользу истца.

Руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд

решил :

исковые требования АО «Страховое общество газовой промышленности» ( АО «СОГАЗ») удовлетворить, а во встречных исковых требованиях ФИО5 отказать.

Признать ПОЛИС ипотечного страхования № 1820 KIS 01000192 от 16.01.2020 недействительной сделкой, применить последствия недействительной сделки.

Взыскать с ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженки <адрес>, в пользу АО «Страховое общество газовой промышленности» ( АО «СОГАЗ») государственную пошлину в размере 6000руб.

Решение может быть обжаловано путем подачи апелляционной жалоба в Тульский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий Н.А. Тюрин