24RS0№-08

Дело №

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

17 ноября 2023 года <адрес> края,

<адрес>Б

Ачинский городской суд <адрес> в составе:

председательствующего судьи Попова А.В.,

с участием старшего помощника Ачинского городского прокурора Коняшкиной Л.А.,

истца ФИО1,

при секретаре Локтишевой М.А.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Краевому государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Ачинская межрайонная больница» о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к КГБУЗ «Ачинская МРБ» о взыскании компенсации морального вреда, мотивируя свои требования тем, что его мать ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения в 2021 году заболела новой коронавирусной инфекцией COVID-19, в период болезни он регулярно навещал свою мать дома, приносил продукты и лекарства, в связи с ухудшением самочувствия вечером ДД.ММ.ГГГГ остался с ней в квартире по адресу: <адрес>, а ночью вынужден был вызвать матери скорую медицинскую помощь, так как у неё возникла затрудненность дыхания, после чего она была госпитализирована во временный базовый инфекционный госпиталь КГБУЗ «Ачинская МРБ», при этом истец сопровождал свою мать в госпиталь, с его слов заполнялись данные о поступившем пациенте. Так-как посещения в госпиталь были запрещены, истец через своего родственника, работавшего в больнице, ежедневно по телефону справлялся о состоянии здоровья своей мамы, передавал ей медицинские препараты и продукты питания, гигиенические салфетки и прочее. При общении с мамой по телефону она жаловалась на ухудшение самочувствия, нехватку кислорода, говорила, что кислородной маской была обеспечена не все время. Также по телефону истец общался с лечащими врачами, которые уверяли, что необходимая помощь его маме оказывается. Однако, лечение оказалось безрезультатным, ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 умерла. Впоследствии, по результатам комиссионной судебно-медицинской экспертизы, проведенной в рамках рассмотрения гражданского дела № по иску ФИО3 к КГБУЗ «Ачинская МРБ, было установлено, что медицинская помощь ФИО4 была оказана с нарушениями. Поскольку, несмотря на наличие у его мамы при поступлении в стационар госпиталя всех показаний для госпитализации в отделение реанимации и интенсивной терапии, она была помещена в инфекционное отделение, тем самым было упущено драгоценное время, врачи не провели должной диагностики и наблюдения в начальный период поступления в госпиталь. Полагает, что в случае надлежащего оказания медицинской помощи именно в начальный период, его мама осталась бы жива. Смертью его мамы при описанных обстоятельствах по вине ответчика истцу причинены физические и нравственные страдания, смерть близкого человека стала для него огромным шоком, истец получил сильнейшее моральное потрясение и находился в состоянии постоянного стресса, происшедшее событие переживал как нереальное, боль невосполнимой утраты ощущается истцом по сей день. В связи с чем ФИО1 просит взыскать с КГБУЗ «Ачинская МРБ» компенсацию морального вреда в сумме 2 000 000 руб. (л.д.5-6).

Определениями суда от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве третьего лица привлечено Министерство здравоохранения <адрес> (л.д.2).

В судебном заседании истец ФИО1 заявленные требования поддержал в полном объеме по изложенным в иске основаниям, пояснил, что мама его воспитывала одна, с детства и до последних дней у них сохранились теплые доверительные отношения с мамой, они часто встречались, вместе отмечали праздники, в том числе с внуками – его детьми, он заботился о матери до самой смерти, полагает, что её смерть стала следствием неправильных действий медицинских работников ответчика, чем обусловлено его требование к ответчику о компенсации морального вреда.

Представитель ответчика КГБУЗ «Ачинская МРБ» по доверенности ФИО5, будучи извещена надлежащим образом (л.д.57), в судебное заседание не явилась, представила письменный отзыв, в котором просила судебное заседание провести в отсутствие представителя ответчика, в удовлетворении заявленных требований просила отказать в виду отсутствия причинно-следственной связи виновных действий медицинских работников с наступившими неблагоприятным последствиями. Указала, что при поступлении во временный базовый инфекционный госпиталь (БИГ) КГБУЗ «Ачинская МРБ» ДД.ММ.ГГГГ в 03:00 ФИО2 был установлен клинический диагноз: коронавирусная инфекция COVID-19, двухсторонняя полисегментарная пневмония тяжелой степени тяжести, ДН 3 ст., сопутствующий диагноз: <данные изъяты>. Пациентка осмотрена дежурным врачом приемного отделения БИГ, врачом-реаниматологом, ей назначено лечение. В отделении ФИО2 находилась под постоянным наблюдением врача-реаниматолога, среднего и младшего медицинского персонала, о чем в истории болезни есть записи. Также уход и кормление пациентов осуществлялся в отделении реанимации силами санитаров, маска для СРАР обрабатывалась своевременно медицинским персоналом, при этом контуры для АИВЛ меняются своевременно согласно Сан-Пин ДД.ММ.ГГГГ-21, подача кислорода осуществляется для отделения реанимации отдельным потоком, давление кислорода находится на допустимом уровне для реанимационных больных; постельное белье в БИГ используется только хлопчатобумажное, а питание больных осуществляется согласно лечебному столу, в зависимости от заболевания, калорийность и соотношение белков, жиров, углеводов соответствуют суточной потребности больного, находящегося в отделении реанимации; холодильники и оборудование для готовки пищи для реанимационных больных в отделении не предусмотрены. В этой связи представитель ответчика считала, что выявленные нарушения в оказании медицинской помощи ФИО2 не состоят в причинно-следственной связи со смертью пациента, которая наступила в результате осложненного заболевания COVID-19, и тем самым, поскольку учреждением не нарушались права истца ФИО1, не причинялись истцу физические либо нравственные страдания, просила в удовлетворении иска отказать (л.д.61-63).

Представитель третьего лица Министерства здравоохранения <адрес>, будучи надлежащим образом извещенным о слушании дела путем направления судебного уведомления заказной корреспонденцией (л.д.27), в суд не явился, возражений и ходатайств не заявил.

Выслушав истца, заключение прокурора, полагавшего исковые требования подлежащими частичному удовлетворению, исследовав материалы дела, суд считает необходимым исковые требования удовлетворить частично в следующем объеме по следующим основаниям.

Статьей 41 Конституции Российской Федерации закреплено, что каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулирует Федеральный закон от ДД.ММ.ГГГГ №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее - Федеральный закон «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Здоровье - состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма (п. 1 ст. 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Статьей 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» установлено, что к основным принципам охраны здоровья относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пп. 3, 9,21 ст. 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Согласно ст. 10 указанного Федерального закона, доступность и качество медицинской помощи обеспечиваются применением порядков оказания медицинской помощи, клинических рекомендаций и стандартов медицинской помощи; предоставлением медицинской организацией гарантированного объема медицинской помощи в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи.

На основании ч. 2,5 ст. 19 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования. Пациент имеет право на профилактику, диагностику, лечение, медицинскую реабилитацию в медицинских организациях в условиях, соответствующих санитарно-гигиеническим требованиям; получение консультаций врачей-специалистов; облегчение боли, связанной с заболеванием, состоянием и (или) медицинским вмешательством, методами и лекарственными препаратами, в том числе наркотическими лекарственными препаратами и психотропными лекарственными препаратами.

В п. 21 ст. 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» определено, что качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (ч. 1 ст. 37 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно ч. 2 ст. 64 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с ч. 2 ст. 76 Федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (чч. 2 и 3 ст. 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами ст. 1 СК РФ предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (п. 1 ст. 1 СК РФ).

Пунктом 1 ст. 150 ГК РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст. 151 ГК РФ).

Согласно пп. 1, 2 ст. 1064 ГК РФ, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с п. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Статья 1101 ГК РФ предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Как следует из материалов дела, истец ФИО1 является сыном ФИО2, что подтверждается свидетельством о рождении (л.д.8).

ДД.ММ.ГГГГ в 03:00 ФИО2 на машине скорой медицинской помощи была доставлена в приемное отделение КГБУЗ «Ачинская МРБ» с диагнозом: COVID-19, вирус идентифицирован, врачом приемного отделения проведен осмотр, при котором отражены жалобы на слабость, одышку, повышение температуры тела до 39,2°С, кашель сухой, сухость во рту. Со слов, заболела примерно ДД.ММ.ГГГГ дома, лечилась амбулаторно без эффекта. КТ2 ДД.ММ.ГГГГ. Пациентке установлен диагноз: новая коронавирусная инфекция COVID-19, вирус идентифицирован. По тяжести состояния пациентка доставлена в БИГ. Далее, в ходе осмотра ДД.ММ.ГГГГ в 12-50 час. состояние пациента оценено как тяжелое, температура тела 36,8°С, без динамики, сохраняются жалобы на одышку выраженную, выраженную слабость. Учитывая отрицательную динамику, пациентка переведена в отделение реанимации и интенсивной терапии (далее – ОРИТ) для дальнейшего лечения.

В период нахождения в ОРИТ ФИО2 наблюдалась реаниматологом, находилась в ясном сознании, ее состояние оценивалось как тяжелое без динамики, проводилось плановое лечение, АИВЛ, имелись жалобы на слабость, одышку. В дальнейшем её состояние оценено врачом как очень тяжелое с отрицательной динамикой, сознание ясное, с ДД.ММ.ГГГГ при отдельных осмотрах сознание оглушенное.

ДД.ММ.ГГГГ в 15:00 час. в связи с необходимостью длительной ИВЛ, в целях зашиты дыхательных путей, разобщением их с ЖКТ, для обеспечения оптимальных условий для санации ТБД, по жизненным показаниям, принято решение об оперативном вмешательстве – трахиостомии. В виду невозможности получить согласие на это пациента в связи с тяжестью состояния, решение об оперативном вмешательстве принято коллегиально. ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 под общей анестезией в 15:00-15:30 выполнена постановка временной трахеостомы.

ДД.ММ.ГГГГ в 13:50 час. диагностирована клиническая смерть ФИО2 при полной потере сознания, остановке сердечно-дыхательной деятельности, незамедлительно выполнены реанимационные мероприятия пациента. ДД.ММ.ГГГГ в 14:20 час. констатирована биологическая смерть ФИО2, о чем ДД.ММ.ГГГГ составлена запись акта о смерти (л.д.9).

При проведении ООО «Страховая медицинская компания РЕСО-Мед» экспертизы качества медицинской помощи застрахованного лица ФИО2 в КГБУЗ «Ачинская МРБ» за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ актом экспертизы качества медицинской помощи от ДД.ММ.ГГГГ № и экспертным заключением установлено, что госпитализация пациентки являлась обоснованной, по экстренным показаниям. Однако в отношении данного пациента медицинской организацией не выполнено определение уровня тропонина, альбумина. Отсутствует ОАМ. При поступлении ФИО2 не была осмотрена реаниматологом, при оценке тяжести состояния по шкале NEWS – 7 баллов не был решен вопрос маршрутизации пациентки в отделение интенсивной терапии; в ОРИТ переведена через 10 часов от момента поступления при снижении сатурации на кислороде до 70%, имел место несвоевременный перевод в ОРИТ, причиной смерти явился острый респираторный дистресс синдром. Согласно установленному патологоанатомическому диагнозу, как основной указан – «<данные изъяты>» (л.д.25-32).

Из заключения комиссионной экспертизы № КГБУЗ «<адрес>вое бюро судебно-медицинской экспертизы» экспертная комиссия по результатам исследования всех медицинских документов ФИО2 пришла к выводам о том, что оказанная в КГБУЗ Ачинская МРБ» ФИО2 медицинская помощь с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ соответствовала действующим на тот период времени временным методическим рекомендация по лечению новой коронавирусной инфекции Covid-19 («Профилактика, диагностика и лечение повой коронавирусной инфекции (COVID-I9) Версия 11» (утв. Министерством здравоохранения РФ ДД.ММ.ГГГГ). Терапия включала противовирусную, антибактериальную, противовоспалительную, терапию с применением ГКС (глюкокортикостероидов), кроворазжижающие препараты, респираторную поддержку - оксигенотерапию, НИВЛ (неинвазивная вентиляция легких), ИВЛ (искусственная вентиляция легких). Лечение проводилось с учетом тяжести состояния. Эксперты сочли, что объем оказанной медицинской помощи был достаточный.

Тем не менее, судебно-медицинской экспертной комиссией выявлены недостатки в ведении пациента. Так, при наличии показаний для госпитализации в ОРИТ (отделение реанимации и интенсивной терапии) при поступлении в стационар, ФИО2 госпитализирована в инфекционное отделение. По протоколу оценки тяжести состояния пациента (NEWS) при поступлении у ФИО2 7 баллов (ЧДД 24 в минуту - 2 балла, Sp02 85% - 3 балла, необходимость инсуффляции кислорода - 1 балл, ЧСС 102 в минуту - 1 балл). 7 и более баллов требует маршрутизации пациента в отделение интенсивной терапии. Несмотря на то, что на момент поступления в стационар БИГ КГБУЗ «Ачинская МРБ» у ФИО2 имелись показания для госпитализации в ОРИТ (сатурация 85%, одышка до 24 в мин.), с момента госпитализации ДД.ММ.ГГГГ в 03:00 час. до 12:50 час. (в течение 11 часов) при наличии тяжелого состояния не проводилось динамического наблюдения за пациенткой с оценкой объективных параметров, в том числе респираторного статуса; при поступлении не осмотрена врачом анестезиологом-реаниматологом; перевод в ОРИТ через 10 часов от момента поступления (при снижение сатурации до 70%). Дневниковые записи реаниматолога однотипны, малоинформативные, не отражают динамику и клинику течения заболевания; нет консультативных записей врача-терапевта.

Нарушений в уходе за ФИО2 в период стационарного лечения в КГБУЗ «Ачинская МРБ» судебно-медицинской экспертной комиссией не выявлено. По мнению экспертов, о соответствующем уходе за пациенткой свидетельствует отсутствие каких-либо поражений кожных покровов (пролежней, мацераций, вторичных гнойничковых поражений) и других поражений, связанных с уходом у пациентки с ограниченными двигательными функциями (на респираторной поддержке - оксигенотерапии, МИВЛ, ИВЛ). Питание пациентов осуществляется через пищеблок, пища соответствует потребностям и сбалансирована. Диагностические исследования в КГБУЗ «Ачинская МРБ» ФИО2 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ проводились в достаточном для определения степени тяжести и тактики ведения объеме.

В то же время, причинно-следственной связи между указанными недостатками оказания медицинской помощи в КГБУЗ Ачинская МРБ» ФИО2 и наступившими у нее осложнениями (в том числе смертью) по выводам экспертов не имеется, ФИО2 была госпитализирована обосновано, тактика ведения пациентки соответствовала тяжести состояния с обеспечением адекватной терапии и респираторной кислородной поддержки с момента госпитализации в стационар БИГ КГБУЗ Ачинская МРБ». При нарастании тяжести ФИО2 переведена в ОРИТ. Как указано экспертами, неблагоприятный исход в данном случае связан с тяжелым течением коронавирусной инфекции, развитием осложнений - пневмонии с большим объемом поражения легочной ткани (80%), развитием ОРДСВ (острого респираторного дистресс синдрома у взрослых), отека легких, острой почечной недостаточности на неблагоприятном преморбидном фоне (хроническая патология эндокринной, сердечно-сосудистой систем, метаболические нарушения). Также у ФИО2 имелись хронические заболевания, повлиявшие па развитие у нее осложнений при Covid-19 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ: <данные изъяты> (л.д.33-54).

Оценивая доводы истца о причинении ему нравственных страданий в результате ненадлежащего оказания медицинской помощи его близкому родственнику (матери) ФИО2, суд исходит из следующего.

Из приведенных положений Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, статей 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь и здоровье, охрана которых гарантируется государством в том числе путем оказания медицинской помощи. В случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому лицу.

Как разъяснено в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В п. 48 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» указано, что медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.

При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.

На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.

Согласно правовой позиции, изложенной п. 49 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» требования о компенсации морального вреда в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи могут быть заявлены членами семьи такого гражданина, если ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому гражданину лично им (то есть членам семьи) причинены нравственные или физические страдания вследствие нарушения принадлежащих лично им неимущественных прав и нематериальных благ. Моральный вред в указанных случаях может выражаться, в частности, в заболевании, перенесенном в результате нравственных страданий в связи с утратой родственника вследствие некачественного оказания медицинской помощи, переживаниях по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести его состояния, неправильного установления диагноза заболевания, непринятия всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода, переживаниях, обусловленных наблюдением за его страданиями или осознанием того обстоятельства, что близкого человека можно было бы спасти оказанием надлежащей медицинской помощи.

В п. 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что по общему правилу, установленному ст. 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная ст. 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

При рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела (абзацы третий и четвертый п. 32 постановления Пленума от ДД.ММ.ГГГГ №).

Как указано комиссией экспертов КГБУЗ «<адрес>вое бюро судебно-медицинской экспертизы» в заключении №, применительно к вопросам медико-правовой оценки качества и эффективности медицинской помощи были выявлены нарушения (недостатки) оказания медицинской помощи.

Тем самым, в ходе судебного разбирательства нашли подтверждение доводы истца о неполном и несвоевременном оказании медицинской помощи его матери ФИО2 при стационарном лечении в КГБУЗ «Ачинская МРБ» при выявленных экспертами обстоятельствах.

Суд полагает обоснованными утверждения истца о перенесенных им нравственных страданиях, вызванных переживаниями за близкого родственника при осознании тяжести состояния матери и возможности благоприятного исхода для жизни ФИО2 при своевременном и качественном проведении лечения.

Таким образом, исходя из совокупности установленных по делу обстоятельств и требований закона, учитывая имевшее место в первые часы после госпитализации ФИО2 ухудшение ее состоянии со значительным падением сатурации, суд считает необходимым исковые требования ФИО1 удовлетворить частично, взыскать с КГБУЗ «Ачинская МРБ» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в сумме 300 000 руб.

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ, с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию госпошлина в сумме 300 рублей, от отплаты которой истец был освобожден при предъявлении иска в суд.

Руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с краевого государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Ачинская межрайонная больница» в пользу ФИО1 (ИНН <***>) в счет компенсации морального вреда 300 000 (триста тысяч) рублей, в остальной части иска отказать.

Взыскать с краевого государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Ачинская межрайонная больница» государственную пошлину в доход местного бюджета муниципального образования <адрес> края в размере 300 (триста) рублей.

Решение может быть обжаловано в <адрес>вой суд в течение одного месяца путем подачи апелляционной жалобы через Ачинский городской суд.

Судья А.В. Попов

Мотивированное решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ

Решение не вступило в законную силу

Судья А.В. Попов