ВЕРХОВНЫЙ СУД УДМУРТСКОЙ РЕСПУБЛИКИ

Судья Чернышова Э.Л. УИД 18RS0004-01-2022-006276-08

Апел. производство № 33-2759/2023

1-я инстанция № 2-856/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

26 июля 2023 года г. Ижевск

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Удмуртской Республики в составе:

председательствующего Глуховой И.Л.,

судей Пашкиной О.А., Батршиной Ф.Р.,

при секретаре Климовой В.В.,

с участием прокурора Симакова А.Н.,

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу БУЗ Удмуртской Республики «<данные изъяты>» на решение Индустриального районного суда г.Ижевска от 06 апреля 2023 года, которым

исковые требования ХОА к бюджетному учреждению здравоохранения Удмуртской Республики «<данные изъяты>» о взыскании денежной компенсации морального вреда удовлетворены частично.

Взыскана с бюджетного учреждения здравоохранения Удмуртской Республики «<данные изъяты>» (ИНН №) в пользу ХОА (паспорт <данные изъяты>) денежная компенсация морального вреда в размере <данные изъяты> рублей.

Взыскана с бюджетного учреждения здравоохранения Удмуртской Республики «<данные изъяты>» в доход местного бюджета государственная пошлина в размере <данные изъяты> рублей.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Удмуртской Республики Глуховой И.Л., объяснения представителей БУЗ Удмуртской Республики «<данные изъяты>» ВСВ и МАН, поддержавших доводы жалобы, объяснения представителя Х О.А. по доверенности ПВО, полагавшего жалобу необоснованной, судебная коллегия

УСТАНОВИЛ

А:

Х О.А. обратилась с иском к Бюджетному учреждению здравоохранения Удмуртской Республики «<данные изъяты>» (далее - БУЗ УР «<данные изъяты>») о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия (далее – ДТП). В обоснование указала, что ДД.ММ.ГГГГ. в районе 11 ч. 54 мин. произошло ДТП на <адрес> с участием автомобилей <данные изъяты>, государственный регистрационный номер (далее – г.р.н.) №, под управлением ИАС, и <данные изъяты>, г.р.н. №, под её управлением, в результате которого ей причинен легкий вред здоровью: закрытая черепно-мозговая травма в виде сотрясения головного мозга, кровоподтеков на лице и на левой ушной раковине. Постановлением Индустриального районного суда г. Ижевска от ДД.ММ.ГГГГ. установлено, что ДТП произошло по вине ИАС, он привлечен к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.24 КоАП РФ. ИАС на момент причинения вреда состоял в трудовых отношениях с ответчиком, находился при исполнении должностных обязанностей. Поскольку в результате противоправных действий работника ответчика ей причинены физические страдания - она претерпела сильную боль, нравственные страдания, выразившиеся в страхе за свое здоровье, физическую и психологическую неполноценность, невозможность вести активную жизнь, она продолжает испытывать боязнь за состояние своего здоровья и дальнейшее проявление последствий полученных травм, истец просила взыскать с ответчика в её пользу компенсацию морального вреда в сумме <данные изъяты> рублей.

Определением суда от 01.03.2023г. к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика привлечено Министерство здравоохранения Удмуртской Республики (далее – Минздрав Удмуртии).

В судебном заседании представитель истца ПВО данные требования поддержал по основаниям, изложенным в исковом заявлении. Дополнительно пояснил, после ДТП истица неделю проходила амбулаторное лечение, после чего продолжила лечение самостоятельно.

Представитель БУЗ УР «<данные изъяты>» МАН в целом, не оспаривая обоснованность предъявленного иска, выразила несогласие лишь с размером компенсации, заявленной истцом, полагая его чрезмерно завышенным. Пояснила, что Х О.А. предлагалось в счет компенсации причиненного вреда пройти курс реабилитации в медицинском учреждении ответчика, однако она отказалась.

ИАС полагая иск необоснованным и удовлетворению не подлежащим, суду пояснил, что он действительно нарушил правила дорожного движения, но, несмотря на то, что Х О.А. с места ДТП увезла «скорая помощь», после проведения диагностики она самостоятельно вернулась на место ДТП, без посторонней помощи села за руль и уехала. В связи с этим полагает, что Х О.А. не имеет права на возмещение морального вреда.

В соответствии со ст. 167 ГПК РФ дело рассмотрено в отсутствие представителя Минздрава Удмуртии, извещенного надлежащим образом о времени и месте судебного заседания.

Судом вынесено вышеуказанное решение.

В апелляционной жалобе БУЗ УР «<данные изъяты>» просит данное решение отменить, отказав истцу в удовлетворении требований. Указывает на не исследованность судом вопроса об обращениях истца за дополнительной врачебной помощью после прохождения амбулаторного лечения с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ. Полагает, что судом не дана надлежащая оценка степени причиненных истцу нравственных страданий. Считает, что поскольку здоровье истца восстановлено, взысканный судом размер компенсации морального вреда является несоразмерным причиненному истцу вреду здоровья и его нравственным страданиям.

В возражениях на апелляционную жалобу Х О.А. и прокурор Индустриального района г. Ижевска приводят доводы о законности принятого судом решения.

Изучив материалы дела, оценив доводы жалобы, судебная коллегия, проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ в пределах доводов апелляционной жалобы, оснований его отмены не находит.

Из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ. в ОБДПС ГИБДД УМВД России по г. Ижевску поступило сообщение о ДТП, произошедшем в результате управления водителем ИАС автомобилем <данные изъяты>, г.р.н. №, следовавшим по проезжей части <адрес> по крайней левой полосе движения, в пути следования при выбранном скоростном режиме не обеспечившим постоянного контроля за движением транспортного средства, а также не соблюдая такую дистанцию до движущегося впереди транспортного средства, которая позволила бы избежать столкновения, <данные изъяты>, г.р.н. № под управлением водителя Х О.А. Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ. водитель автомобиля Ниссан ФИО1 А. получила телесные повреждения, которые причинили легкий вред здоровью по признаку кратковременного его расстройства.

Постановлением Индустриального районного суда г. Ижевска от ДД.ММ.ГГГГ., вступившим в законную силу ДД.ММ.ГГГГ., ИАС признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.24 КоАП РФ и ему назначено наказание в виде административного штрафа в размере <данные изъяты> рублей.

Поскольку на момент причинения вреда здоровью истца ИАС состоял в трудовых отношениях с БУЗ УР «<данные изъяты>» и находился при исполнении своих трудовых обязанностей, Х О.А. обратилась в суд к работодателю причинителя вреда с настоящим иском.

Разрешая спор, суд, установив, что в результате ДТП, произошедшего по вине водителя БУЗ УР «<данные изъяты>» ИАС,Х О.А. был причинен вред здоровью, частично удовлетворил ее требования, взыскав в пользу истца с БУЗ УР «<данные изъяты>» компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты> руб., признав данную сумму отвечающую требованиям разумности и справедливости, а также достаточной с учетом нравственных страданий истца.

Судебная коллегия с выводами суда первой инстанции соглашается, поскольку они основаны на правильном применении норм материального права, регулирующих спорные правоотношения сторон, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и подтверждены исследованными доказательствами.

Согласно ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии со ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

По смыслу приведенных выше норм права, для возложения на лицо имущественной ответственности за причиненный вред необходимо наличие таких обстоятельств, как наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда и его вина, а также причинно-следственная связь между действиями причинителя вреда и наступившими неблагоприятными последствиями.

Статьей 1079 ГК РФ установлено исключение из общего принципа возмещения вреда при наличии вины причинителя. Так, согласно положениям п. 1 названной статьи юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности (п. 2 ст. 1079 ГК РФ).

Согласно абз.2 п.3 ст.1079 ГК РФ вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064).

В соответствии со ст. 150 ГК РФ, жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу ст. 1101 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В силу ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

В силу разъяснений, изложенных в п. 25 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», судам для правильного разрешения дел по спорам, связанным с причинением вреда жизни или здоровью в результате взаимодействия источников повышенной опасности, следует различать случаи, когда вред причинен третьим лицам (например, пассажирам, пешеходам), и случаи причинения вреда владельцам этих источников. При причинении вреда жизни или здоровью владельцев источников повышенной опасности в результате их взаимодействия вред возмещается на общих основаниях (статья 1064 ГК РФ), то есть по принципу ответственности за вину. При этом необходимо иметь в виду следующее: вред, причиненный одному из владельцев по вине другого, возмещается виновным; при наличии вины лишь владельца, которому причинен вред, он ему не возмещается; при наличии вины обоих владельцев размер возмещения определяется соразмерно степени вины каждого; при отсутствии вины владельцев во взаимном причинении вреда (независимо от его размера) ни один из них не имеет права на возмещение вреда друг от друга.

Из этого следует, что в случае взаимодействия нескольких источников повышенной опасности (в том числе столкновения) в результате нарушения ПДД РФ одним из владельцев недопустимо возложение ответственности за причинение вреда на других владельцев источников повышенной опасности, вина которых в данном взаимодействии не установлена.

Учитывая изложенное, на владельца источника повышенной опасности, невиновного в столкновении транспортных средств, не может быть возложена ответственность по возмещению вреда, в том числе обязанность компенсировать моральный вред другому владельцу источника повышенной опасности, виновному в дорожно-транспортном происшествии, или его родственникам, признанным потерпевшими.

В настоящем случае вред здоровью ХОА причинен в результате взаимодействия источников повышенной опасности, поэтому в силу абз.2 п.3 ст.1079 ГК РФ данный вред подлежит возмещению на общих основаниях, установленных ст.1064 ГК РФ.

В связи с этим факт наличия или отсутствия вины сторон в указанном дорожно-транспортном происшествии является обстоятельством, имеющим юридическое значение для правильного разрешения настоящего дела.

Вина в дорожно-транспортном происшествии обусловлена нарушением его участниками Правил дорожного движения Российской Федерации.

Обстоятельства произошедшего, вина ИАСкак работника БУЗ УР «<данные изъяты>» в ДТП установлены вступившим в законную силу постановлением Индустриального районного суда г.Ижевска от ДД.ММ.ГГГГ. по делу об административном правонарушении, которым ИАС признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст.12.24 с назначением наказания в виде административного штрафа в размере <данные изъяты> рублей.

В силу ч. 4 ст.61 ГПК РФ вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Поэтому с учетом положений ч.4 ст.61 ГПК РФ установленные постановлением по делу об административном правонарушении от ДД.ММ.ГГГГ. обстоятельства нарушения ИАС Правил дорожного движения, повлекшие причинение вреда здоровью Х О.А., имеют преюдициальное значение для настоящего спора о гражданско-правовых последствиях указанных виновных действий данного лица.

Более того, при рассмотрении настоящего дела сам ИАС и его работодатель БУЗ УР «<данные изъяты>» вину данного водителя в произошедшем ДТП не оспаривают.

Согласно выводам, содержащимся в заключении эксперта №, проведенной БУЗ УР «<данные изъяты>» в период с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ., у ФИО2 имелась закрытая черепно-мозговая травма в виде сотрясения головного мозга, кровоподтека на лице, на левой ушной раковине, которые образовались от воздействия твердых тупых предметов либо при ударе о таковые и могли быть получены в салоне транспортного средства при ДТП ДД.ММ.ГГГГ., причинившие легкий вред здоровью по признаку кратковременного его расстройства.

Таким образом, судом установлено, что в результате ДТП причинен вред здоровью Х О.А., который квалифицируется как легкий вред здоровью.

Разрешая спор и удовлетворяя частично исковые требования, суд первой инстанции исследовал юридически значимые обстоятельства, дал оценку представленным доказательствам в их совокупности, правильно истолковав и применив к спорным отношениям нормы материального права, в том числе с учетом разъяснений, содержащихся в п. п. 14, 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», пришел к обоснованному выводу, что истец имеет право на возмещение причиненного морального вреда.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд верно исходил из того, что жизнь и здоровье относятся к числу наиболее значимых человеческих ценностей, а их защита является приоритетной, учитывая фактические обстоятельства дела, индивидуальные особенности потерпевшей, характер причинённых истцу травм и вероятность их негативных последствий для здоровья истца, что безусловно свидетельствует о претерпевании истцом как физических, так и нравственных страданий, руководствуясь правилами разумности и справедливости, пришел к выводу о взыскании с ответчика компенсации морального вреда в размере 30 000 руб., с чем судебная коллегия соглашается.

Отклоняя доводы жалобы о несоразмерности взысканной судом компенсации морального вреда причиненному истцу вреду здоровья и его нравственным страданиям со ссылкой на восстановление здоровья истца, судебная коллегия указывает, что согласно абз. 2 п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» отсутствие заболевания или иного повреждения здоровья, находящегося в причинно-следственной связи с физическими или нравственными страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда.

Таким образом, определяя размер компенсации морального вреда, суд первой инстанции принял во внимание характер и значимость тех нематериальных благ, которым причинен вред, степень причиненных истцу нравственных страданий, ее индивидуальные особенности, иные фактические обстоятельства по делу, требования разумности и справедливости. Оснований для изменения определенного судом размера компенсации морального вреда в данном случае не имеется.

Выводы суда в части определения размера компенсации морального вреда подробно мотивированы в судебном решении, основаны на правильном применении норм материального права и подтверждены исследованными доказательствами, оснований для их переоценки судебная коллегия не находит.

Доводы апелляционной жалобы ответчика, которые сводятся лишь к оспариванию размера взысканной в пользу истца компенсации морального вреда, по сути направлены на иную оценку установленных судом обстоятельств и не подтверждают наличие предусмотренных законом оснований к отмене решения суда в указанной части.

Таким образом, при разрешении дела судом не допущено нарушений в применении норм материального и процессуального права, влекущих отмену принятого судом решения. Выводы суда основаны на правильном установлении юридически значимых обстоятельств и подтверждены исследованными доказательствами, оценка которым дана судом в соответствии с требованиями ст. 67 ГПК РФ. Доводы жалобы ответчика сводятся к иной оценке доказательств, отличной от той, которая дана в судебном решении. Оснований для такой переоценки и для отмены решения суда по доводам апелляционной жалобы коллегия не находит.

Руководствуясь ст. 328 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛ

А:

Решение Индустриального районного суда г.Ижевска от 06 апреля 2023 года оставить без изменения, апелляционную жалобу БУЗ Удмуртской Республики «<данные изъяты>» – без удовлетворения

Апелляционное определение в окончательном виде принято 15 августа 2023 года.

Председательствующий Глухова И.Л.

Судьи Батршина Ф.Р.

Пашкина О.А.

Копия верна:

Председательствующий судья Глухова И.Л.