Судья: Панковская Е.Н. Дело № 33-27917/2023
50RS0035-01-2022-003855-75
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
г. Красногорск
Московская область 14 августа 2023 года
Судебная коллегия по гражданским делам Московского областного суда в составе: председательствующего судьи Вуколовой Т.Б.,
судей Капралова В.С., Кобызева В.А.,
при секретаре судебного заседания Крючковой И.А.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2 к ФИО3, ФИО4 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки, взыскании судебных расходов,
встречному исковому заявлению ФИО4 к ФИО3, ФИО1, ФИО2 о признании договора заключенным,
по апелляционным жалобам ФИО4, ФИО3 на решение Подольского городского суда Московской области от 22 декабря 2022 года,
и по апелляционным жалобам ФИО1, ФИО2 на дополнительное решение Подольского городского суда Московской области от 13 июня 2023 года,
заслушав доклад судьи Капралова В.С.,
объяснения истца ФИО2 и его представителей – ФИО5, ФИО6, представителя ответчика ФИО3 – ФИО7, ответчика ФИО4,
установила:
ФИО1, ФИО2 обратились в суд с иском к ФИО3, ФИО4, в котором с учетом уточнения исковых требований просили признать недействительным заключенный между ФИО2 и ФИО3 договор купли-продажи от 26 апреля 2021 года квартиры, расположенной по адресу: <данные изъяты>, площадью 63,6 кв.м. с кадастровым <данные изъяты>; применить последствия недействительности данной сделки, прекратив право собственности ФИО3 на указанную квартиру и восстановив право собственности ФИО2 на данное имущество; взыскать с ФИО3 в пользу истцов расходы на оплату госпошлины в размере 300 руб., расходы на оплату услуг представителя в размере 100 000 руб., почтовые расходы в размере 309,53 руб.
В обоснование заявленных исковых требований истцы указали, что они с 15 декабря 1990 года состояли в браке, решением Прилузского районного суда Республики Коми от 23.11.2021 года брак между ними расторгнут. Спорная квартира была приобретена ими в период брака на основании договора о долевом строительстве №00460 от 20.12.2010 года и акта приема-передачи квартиры от 15.01.2012 года. 26.04.2021 года, и тем самым является их совместно нажитым в период брака имуществом. Однако, в период брака ФИО2 по договору купли-продажи от 26 апреля 2021 года продал вышеуказанную квартиру ФИО3 Данный договор является мнимой сделкой, поскольку был заключен без намерения совершить реальное отчуждение такого имущества. Договор заключался ФИО2 с дочерью его сожительницы с целью избежать раздела данного имущества при расторжении брака с ФИО1 и оказывать на нее давление. Между сторонами договора имелась устная договоренность о возврате в последующем данного имущества ФИО2 Данный договор также заключен с нарушением требования закона, поскольку ФИО1 о сделке ничего не знала, свое нотариальное согласие как супруга на отчуждение квартиры и заключение такого договора не предоставляла. Впоследствии истцы помирились. Однако, ФИО3 возвращать квартиру отказалась.
Привлеченная к участию в деле в качестве соответчика, ФИО4 обратилась в суд со встречным иском к ФИО3, ФИО1, ФИО2, в котором просила признать подписанный между ней и ФИО3 договор купли-продажи вышеуказанной квартиры от 27 сентября 2021 года заключенным, осуществить государственную регистрацию данного договора купли-продажи.
В обоснование заявленных встречных исковых требований указала, что приобрела спорную квартиру у ФИО3 за 8 910 000 руб., в день подписания договора оплатила ФИО3 5 710 000 руб., а оставшиеся 3 200 000 руб. оплатила после продажи своей квартиры в г.Томске 23.12.2021 года. После окончательного расчета ФИО4 обратилась в Росреестр с заявлением о регистрации права собственности на указанную квартиру на основании договора купли-продажи, однако государственная регистрация права собственности 12.01.2022 года была приостановлена Росреестром в связи с записью в ЕГРН о запрете совершать в отношении квартиры какие-либо сделки, 12.04.2022 года ей отказано в регистрации сделки. ФИО4 стало известно, что запрет на совершении сделки был наложен Подольским городским судом в качестве обеспечительной меры по настоящему спору. ФИО3 перестала отвечать на звонки и уклонилась от регистрации сделки, регистрация сделки должна была быть проведена в г.Кемерово. ФИО2 и ФИО1 препятствуют ФИО4 в регистрации сделки между ФИО3 и ФИО4, при этом, ФИО2 денежные средства от ФИО3 в размере 5 032 456 руб. получил. Считает, что факт заключения сделки между ней и ФИО3 очевиден, стороны договора достигли всех существенных условий договора купли-продажи, фактически договор исполнили, квартира передана ФИО4, в связи с чем договор купли-продажи квартиры от 27.09.2021 года является заключенным и подлежит государственной регистрации.
Решением Подольского городского суда Московской области от 22 декабря 2022 года вышеуказанные исковые требования ФИО1 к ФИО3, ФИО4 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки, взыскании судебных расходов удовлетворены частично.
По основаниям не соответствия договора требованиям закона и отсутствия согласия супруги (ФИО1) на отчуждение недвижимого имущества признан недействительным заключенный между истцом ФИО2 и ФИО3 договор купли-продажи от 26 апреля 2021 года вышеуказанной квартиры. В качестве применения последствий недействительности данной сделки право собственности ФИО3 на спорную квартиру прекращено, сведения о таком праве собственности исключены из ЕГРН.
В остальной части исковые требования ФИО1 оставлены без удовлетворения.
Исковые требования ФИО2 к ФИО3, ФИО4 о признании вышеуказанного договора недействительным по мотивам мнимости сделки, применении последствий недействительности сделки, взыскании судебных расходов оставлены без удовлетворения.
Встречные исковые требования ФИО4 к ФИО3, ФИО1, ФИО2 о признании договора купли-продажи спорной квартиры от 27.09.2021 года заключенным и регистрации данной сделки оставлены без удовлетворения.
Дополнительным решением Подольского городского суда Московской области от 13 июня 2023 года применены последствия недействительности заключенного между истцом ФИО2 и ФИО3 договора купли-продажи от 26 апреля 2021 года вышеуказанной квартиры в виде взыскания с ФИО2 в пользу ФИО3 оплаченных по данному договору за покупку квартиры денежных средств в сумме 5 032 456 руб.
С решением суда первой инстанции от 22 декабря 2022 года по данному делу не согласились ответчики ФИО4 и ФИО3, подав на такое решение апелляционные жалобы.
В своей апелляционной жалобе ответчик ФИО4 просит изменить обжалуемое решение в части, отказать истцам в удовлетворении их исковых требований и удовлетворить ее встречные исковые требования.
В обоснование доводов своей апелляционной жалобы ответчик ФИО4 указывает на то, что на момент подписания ею с ФИО3 договора купли-продажи спорной квартиры от 27.09.2021 года какие-либо сведения в ЕГРН об аресте и иных ограничениях в отношении данной квартиры отсутствовали. Она полагалась на данные сведения, в связи с чем она, равно как и ФИО3 являются добросовестными приобретателями спорной квартиры.
В своей апелляционной жалобе ответчик ФИО3 просит отменить обжалуемое решение в части удовлетворения исковых требований о признании договора купли-продажи спорной квартиры от 26 апреля 2021 года недействительным, принять в указанной части новое решение, которым отказать в удовлетворении таких исковых требований.
В обоснование доводов своей апелляционной жалобы ответчик ФИО3 ссылается на то, что суд, признавая вышеуказанный договор купли-продажи недействительным по основаниям отсутствия согласия на его совершение со стороны супруги продавца ФИО2 – ФИО1, суд первой инстанции, между тем, в нарушение требований закона не применил последствия недействительности данной сделки. Она не могла знать об отсутствии согласия супруги продавца на отчуждение квартиры; продавец ФИО2, по мнению ответчика, имел право распоряжаться своей супружеской долей в такой квартире; сам же ФИО2 по исковым требованиям ФИО1 должен выступать не в качестве соистца по данному делу, а в качестве соответчика, однако в качестве такового он не привлекался.
В свою очередь, истцы ФИО2 и ФИО1 не согласились с дополнительным решением суда первой инстанции от 13 июня 2023 года по данному делу и подали на него апелляционные жалобы.
В своих апелляционных жалобах истцы просят отменить дополнительное решение.
В обосновании доводов своих апелляционных жалоб истцы указывают на то, что в мотивировочной части основного решения суда содержится вывод суда первой инстанции о том, что взыскание сумм по исполненной сделке в случае установления данного факта судом возможно между сторонами в ином судебном процессе, в связи с чем суд был не вправе вопреки указанному выводу принимать по делу дополнительное решение о взыскании денежных средств по договору. Выводы суда о том, что вышеуказанный договор купли-продажи не является мнимым, не соответствуют обстоятельствам дела и их доказательствам; доказательства того, что по данному договору продавцом были получены денежные средства, в материалах дела отсутствуют. Суд по собственной инициативе применил последствия недействительности сделки в виде взыскания денежных средств, о которых истцами не заявлялось.
В судебном заседании истец ФИО2 и его представители апелляционную жалобу указанного истца на дополнительное решение по изложенным в ней доводам поддержали, возражали относительно апелляционных жалоб ответчиков.
В судебном заседании представитель ответчика ФИО3 апелляционную жалобу указанного ответчика по изложенным в ней доводам поддержал, возражал относительно доводов апелляционных жалоб истцов.
В судебном заседании ответчик ФИО4 свою апелляционную жалобу поддержала, возражала относительно апелляционных жалоб истцов.
Остальные лица, участвующие в деле, о дате и времени рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, на судебное заседание не явились.
Выслушав явившихся лиц, проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия не усматривает оснований к отмене обжалуемых решения и дополнительного решения.
В соответствии с ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает данное дело только в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобах сторон, исходя из которых судебная коллегия полагает, что суд первой инстанции при рассмотрении дела правильно определил обстоятельства, имеющие значение для дела, применил нормы материального права, подлежащие применению, и постановил обоснованное и законное решение, при этом, вопреки доводам апелляционных жалоб, не допустил нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного решения.
Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, в период с 15 декабря 1990 года по 24.12.2021 года истцы состояли в законном браке.
В период брака истцов на основании договора участия в долевом строительстве №00460 от 20.12.2010 года ими была приобретена квартира с кадастровым номером <данные изъяты>, расположенная по адресу: <данные изъяты>, право собственности на которую было зарегистрировано на имя истца ФИО2
26 апреля 2021 года, т.е. в период брака истцов, между истцом ФИО2 и ответчиком ФИО3 был заключен договор купли-продажи вышеуказанной спорной квартиры.
Документы о государственной регистрации данного договора и перехода права собственности на квартиру поданы непосредственно истцом ФИО2 1 сентября 2021 года в Межрайонный отдел Филиала ГБУ «Федеральная кадастровая палата Росреестра по Кемеровской области – Кубассу». В связи с чем данный договор и переход права собственности по нему на спорную квартиру 6 сентября 2021г. зарегистрированы Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии Кемеровской области – Кузбассу.
В соответствии с п.3 ст.35 СК РФ для заключения одним из супругов сделки по распоряжению имуществом, права на которое подлежат государственной регистрации, сделки, для которой законом установлена обязательная нотариальная форма, или сделки, подлежащей обязательной государственной регистрации, необходимо получить нотариально удостоверенное согласие другого супруга. Супруг, чье нотариально удостоверенное согласие на совершение указанной сделки не было получено, вправе требовать признания сделки недействительной в судебном порядке в течение года со дня, когда он узнал или должен был узнать о совершении данной сделки, по правилам статьи 173.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Однако, как следует из материалов дела, истец ФИО1 не предоставляла своему супругу - истцу ФИО2 какое-либо нотариальное согласие на заключение с ответчиком ФИО3, либо иными лицами договора купли-продажи от 26 апреля 2021 года в отношении вышеуказанной спорной квартиры.
Согласно п.1 ст.173.1 ГК РФ сделка, совершенная без согласия третьего лица, необходимость получения которого предусмотрена законом, является оспоримой, если из закона не следует, что она ничтожна или не влечет правовых последствий для лица, управомоченного давать согласие, при отсутствии такого согласия. Она может быть признана недействительной по иску такого лица или иных лиц, указанных в законе.
В силу положений п.2 ст.173.1 ГК РФ поскольку законом не установлено иное, оспоримая сделка, совершенная без необходимого в силу закона согласия третьего лица, может быть признана недействительной, если доказано, что другая сторона сделки знала или должна была знать об отсутствии на момент совершения сделки необходимого согласия такого лица или такого органа.
В свою очередь, при той должной предусмотрительности, которая от ответчика ФИО3 требовалась как от участника гражданских правоотношений, данный ответчик при заключении с истцом ФИО2 договора купли-продажи от 26 апреля 2021 года могла и должна была знать о том, что ФИО2 состоит в законом браке с истцом ФИО1, поскольку сведения об этом имелись в паспорте ФИО2 (т.1 л.д.53). В связи с чем указанный ответчик мог и должен был знать о необходимости получения нотариального согласия ФИО1 на заключение данного договора и отсутствия такового.
При изложенных обстоятельствах, выводы суда первой инстанции о не соответствии заключенного между истцом ФИО2 и ответчиком ФИО3 договора купли-продажи от 26 апреля 2021 года спорной квартиры вышеприведенным нормам материального права и его тем самым недействительности, вопреки доводам апелляционных жалоб ответчиков, являются полностью обоснованными, соответствующими таким обстоятельствам, их доказательствам, а также требованиям вышеизложенных правовых норм.
В соответствии с п.1 ст.170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.
Согласно разъяснениям, содержащимися в п.86 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.
В соответствии с положениями ст.431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений.
В свою очередь, из буквального значения условий, содержащихся в п.3 заключенного между истцом ФИО2 и ответчиком ФИО3 договора купли-продажи от 26 апреля 2021 года спорной квартиры, следует, что оплата предусмотренной договором стоимости данной квартиры в сумме 5 032 456 рублей произведена ответчиком ФИО3 истцу ФИО2 в полном объеме до подписания указанного договора, подписывая который ФИО2 подтверждает, что такие денежные средства в вышеназванной сумме им получены (т.1 л.д.77). Из буквального значения условий, содержащихся в п.8 данного договора следует, что спорная квартира передана продавцом ФИО2 покупателю ФИО3 также до подписания договора, который одновременно имеет силу и акта приема-передачи (т.1 л.д.77).
Также, как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, после регистрации вышеуказанного договора купли-продажи от 26 апреля 2021 года и перехода права собственности по нему реальный контроль над спорной квартирой в действительности перешел к покупателю – ответчику ФИО3, которая фактически стала владеть и пользоваться данным недвижимым имуществом и нести расходы, связанные с его содержанием. При этом, указанный ответчик как сторона договора купли-продажи отрицает тот факт, что какое-либо намерение приобрести в собственность по заключенному договору купли-продажи спорную квартиру при заключении такого договора в действительности у нее отсутствовало.
В соответствии с п.5 ст.166 ГК РФ заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.
В свою очередь, поведение истца ФИО2, самостоятельно подписавшего договор купли-продажи спорной квартиры и самостоятельно обратившегося в орган государственной регистрации за регистрацией такой сделки, не предъявлявшего при совершении указанных действий и впоследствии к покупателю ФИО3 каких-либо требований одновременного оформления иных документов относительно будущего возврата ему данного имущества, в данном случае давало основание ФИО3 полагаться на то, что у продавца ФИО2 при заключении данного договора также имелись реальные намерения совершить отчуждение спорной квартиры покупателю ФИО3 на предусмотренных договором условиях.
Допустимые и относимые доказательства, которые бы свидетельствовали о мнимости вышеуказанного договора, т.е. о совершении его как покупателем, так и продавцом квартиры лишь для вида, без намерения как со стороны покупателя, так и со стороны продавца, создать соответствующие такому договору правовые последствия, в материалах дела отсутствуют.
При изложенных обстоятельствах, доводы истцов о том, что вышеуказанный договор является мнимым, поскольку заключался ФИО2 с целью избежать раздела спорной квартиры при расторжении брака с ФИО1 и оказывать на нее давление, равно как и доводы апелляционных жалоб истцов о мнимости данного договора, являются несостоятельными.
Суд первой инстанции, правильно оценив вышеизложенные обстоятельства и их доказательства и правильно применив вышеприведенные нормы материального права, пришел к верному и соответствующему требованиям закона выводу об отсутствии правовых оснований для признания заключенного между истцом ФИО2 и ответчиком ФИО3 договора купли-продажи от 26 апреля 2021 года спорной квартиры по мотиву его мнимости.
В соответствии с п.2 ст.558 ГК РФ договор продажи жилого дома, квартиры, части жилого дома или квартиры подлежит государственной регистрации и считается заключенным с момента такой регистрации.
В свою очередь, из материалов дела следует, что в отношении спорной квартиры 27.09.2021 года между ответчиками ФИО3 и ФИО4 был подписан договор купли-продажи, государственная регистрация которого не была осуществлена не в связи с каким-либо уклонением продавца ФИО3 от таковой, а по причине приостановления регистрационных действий органом государственной регистрации, а затем и последующего отказа в их осуществлении 12.04.2022 года в связи с наличием в ЕГРН записи о запрете на совершение регистрационных действий в отношении данной квартиры.
Таким образом, данный договор в силу вышеприведенных положений п.2 ст.558 ГК РФ не является заключенным, в то время как какие-либо правовые основания для его государственной регистрации в данном случае отсутствуют. Следовательно, заявленные ответчиком ФИО4 встречные исковые требования о признании такого договора заключенным и его государственной регистрации, как правильно указал суд первой инстанции, являются необоснованными и не соответствуют требованиям закона. В связи с чем, доводы апелляционной жалобы указанного ответчика о том, что она является добросовестным приобретателем спорной квартиры, несостоятельны.
В соответствии с п.2 ст.167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке.
В связи с чем, поскольку заключенный между истцом ФИО2 и ответчиком ФИО3 договор купли-продажи от 26 апреля 2021 года обжалуемым судебным решением обоснованно был признан недействительным по основаниям его несоответствия положениям п.3 ст.35 СК РФ и ст.173.1 ГК РФ, правовыми последствиями недействительности такого договора в силу п.2 ст.167 ГК РФ в данном случае является возврат всего полученного по нему его сторонами, т.е. прекращение права собственности ФИО3 на спорную квартиру и возврат оплаченных ею по договору продавцу ФИО2 денежных средств.
Однако, в решении суда первой инстанции при разрешении вопроса о праве, т.е. о признании вышеуказанного договора недействительным, были применены последствия о недействительности такого договора только в виде прекращения права собственности покупателя на спорную квартиру. В мотивировочной части судебного решения действительно было указано на то, что взыскание сумм по исполненной сделке в случае установления данного факта судом возможно между сторонами в ином судебном процессе.
Между тем, как следует из разъяснений, содержащихся в п.80 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", по смыслу пункта 2 статьи 167 ГК РФ взаимные предоставления по недействительной сделке, которая была исполнена обеими сторонами, считаются равными, пока не доказано иное. При удовлетворении требования одной стороны недействительной сделки о возврате полученного другой стороной суд одновременно рассматривает вопрос о взыскании в пользу последней всего, что получила первая сторона, если иные последствия недействительности не предусмотрены законом.
Таким образом, в силу положений п.2 ст.167 ГК РФ и разъяснений п.80 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 вопрос о возврате продавцом ФИО2 покупателю ФИО3 указанных в заключенном между ними договоре купли-продажи от 26 апреля 2021 года денежных средств должен был быть рассмотрен судом первой инстанции не в ином процессе, а в данном деле при разрешении спора о праве и применении правовых последствий недействительности указанного договора, независимо от того, что такие требования по делу истцами не заявлялись.
Однако, данный вопрос судом первой инстанции по существу каким-либо образом разрешен не был, в резолютивной части обжалуемого решения отсутствовали указания на возврат денежных средств или выводы суда об отказе в их возврате.
Данное обстоятельство являлось доводом апелляционной жалобы ответчика ФИО3, указывавшей в ней на то, что суд в решении не применил последствия недействительности договора купли-продажи от 26 апреля 2021 года.
В соответствии с п.2 ч.1 ст.201 ГПК РФ суд, принявший решение по делу, может по своей инициативе или по заявлению лиц, участвующих в деле, принять дополнительное решение суда в случае, если суд, разрешив вопрос о праве, не указал размер присужденной суммы, имущество, подлежащее передаче, или действия, которые обязан совершить ответчик.
Согласно разъяснениям, содержащимся в п.30 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.06.2021 N 16 "О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции", до направления дела в суд апелляционной инстанции суду первой инстанции в соответствии со статьями 200, 201, 203.1 ГПК РФ следует по своей инициативе исходя из доводов апелляционных жалобы, представления или по заявлению лиц, участвующих в деле, разрешить вопрос о замечаниях на протокол судебного заседания, в том числе содержащихся в апелляционных жалобе, представлении, исправить описку или явную арифметическую ошибку в решении суда, а также принять дополнительное решение в случаях, предусмотренных частью 1 статьи 201 ГПК РФ.
Однако, не смотря на вышеизложенные обстоятельства и соответствующий довод апелляционной жалобы ответчика ФИО3 вопрос о принятии дополнительного решения по делу в части возврата указанных в договоре денежных средств или об отказе в этом не был первично разрешен судом первой инстанции до направления данного дела в суд апелляционной инстанции. В связи с чем протокольным определением суда апелляционной инстанции от 03.05.2023г. данное дело и было снято с апелляционного рассмотрения для вынесения судом первой инстанции дополнительного решения по данному вопросу (т.3 л.д.5).
При изложенных обстоятельствах, доводы апелляционных жалоб истцов о том, что суд первой инстанции был не вправе принимать по данному делу дополнительное решение, о том, что при принятии дополнительного решения суд первой инстанции вышел за пределы заявленных по делу исковых требований, являются несостоятельными.
При этом, изложенные в дополнительном решении выводы суда первой инстанции о взыскании с продавца ФИО2 в пользу покупателя ФИО3 оплаченных по договору купли-продажи от 26 апреля 2021 года денежных средств в сумме 5 032 456 рублей, вопреки доводам апелляционных жалоб истцов, являются полностью обоснованными и соответствующими обстоятельствам дела, их доказательствам, условиям указанного договора, а также вышеприведенным положениям п.3 ст.35 СК РФ, ст.173.1 ГК РФ и п.2 ст.167 ГК РФ.
Как уже изложено выше, данный договор не является ничтожным по причине его мнимости со стороны покупателя и продавца, допустимые и относимые доказательства которой по делу не предоставлены. Иные основания о ничтожности такого договора, при которых возврат денежных средств по нему не был бы предусмотрен законом, по делу не заявлялись. Договор признан недействительным по основаниям, предусмотренным п.3 ст.35 СК РФ, ст.173.1 ГК РФ, при которых применяется общее правило о двухсторонней реституции, предусмотренное п.2 ст.167 ГК РФ. Из буквального содержания вышеприведенных условий такого договора следует, что стоимость спорной квартиры в сумме 5 032 456 рублей непосредственно получена продавцом ФИО2 от покупателя ФИО3 и что, подписывая такой договор, он полностью подтверждает данное обстоятельство. В связи с чем, факт передачи по договору покупателем продавцу указанных денежных средств является установленным в данном договоре и не подлежит доказыванию путем истребования иных, каких-либо дополнительных документов, связанных с такой передачей денежных средств.
В связи с изложенным, доводы апелляционных жалоб истцов в указанной части также несостоятельны.
Таким образом, доводы, изложенные в апелляционных жалобах на решение и дополнительное решение суда, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебных актов по существу, влияли на обоснованность и законность судебного решения, либо опровергали изложенные выводы и выводы суда первой инстанции, направлены на переоценку собранных по делу доказательств, в связи с чем не могут служить основанием для отмены или изменения решения суда или дополнительного судебного решения.
Суд с достаточной полнотой исследовал все обстоятельства дела, дал надлежащую оценку представленным доказательствам, выводы суда не противоречат материалам дела, юридически значимые обстоятельства по делу судом установлены правильно, нормы материального права судом применены верно, нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного решения и дополнительного решения по делу, не допущено. Оснований для отмены решения суда и дополнительного решения суда по доводам апелляционных жалоб сторон спора не имеется.
Руководствуясь ст.ст. 199, 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия
определила:
решение Подольского городского суда Московской области от 22 декабря 2022 года и дополнительное решение Подольского городского суда Московской области от 13 июня 2023 года оставить без изменения, апелляционные жалобы ФИО4, ФИО3 на решение суда, ФИО1, ФИО2 на дополнительное решение суда - без удовлетворения.
Председательствующий
Судьи
Мотивированное апелляционное определение изготовлено 15 августа 2023г.