Дело № 1-279/23
УИД №
ПРИГОВОР
Именем Российской Федерации
город Соликамск 6 сентября 2023 года.
Соликамский городской суд <...> в составе председательствующего судьи Богатырева В.В.,
при секретаре судебного заседания Бессмертной А.Ю.,
с участием:
государственного обвинителя Санникова С.Н.,
подсудимого ФИО1,
защитника Алтухова А.В.,
потерпевшего С.Н.А. , его представителя ФИО2,
рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении
ФИО1, <данные изъяты> не судимого,
по настоящему делу не задерживавшегося, в местах изоляции не содержавшегося, избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении,
обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1, управляя автомобилем, совершил нарушение Правил дорожного движения Российской Федерации, повлекшие по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью С.Н.А.
Преступление совершено в <...> при следующих обстоятельствах.
11.10.2022 года около 21 час. 23 мин. ФИО1 управляя технически исправным автомобилем «<данные изъяты>» государственный регистрационный знак №», двигался по проезжей части дороги <...> со стороны <...> в направлении <...>, на пересечении указанной проезжей части дороги с проезжей частью дороги <...>
Двигаясь на указанном участке проезжей части дороги со скоростью около 20 км/час и совершая поворот налево, в нарушение требований п. 8.1, п. 10.1, п. 13.4 Правил дорожного движения, ФИО1, управляя автомобилем, при возникновении опасности для движения, которую он, как водитель, в состоянии обнаружить - транспортное средство, движущееся со встречного направления прямо (мотоцикл «<данные изъяты>»), не принял возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства, при повороте налево не уступил дорогу мотоциклу «<данные изъяты>» под управлением водителя С.Н.А. , движущемуся по равнозначной дороге во встречном направлении прямо, что вынудило водителя мотоцикла «<данные изъяты>» С.Н.А. , имеющего по отношению к нему преимущество, изменить скорость, в результате чего допустил столкновение с указанным транспортным средством, то есть совершил дорожно-транспортное происшествие.
В результате указанного дорожно-транспортного происшествия водителю мотоцикла «<данные изъяты>» С.Н.А. , были причинены открытые оскольчатые переломы большеберцовой и малоберцовой кости левой голени в нижней трети диафиза со смещением и рваной раной нижней трети голени. По правилам, утвержденным Постановлением правительства РФ №522 от 17.08.2007 года, данный открытый оскольчатый перелом большеберцовой кости левой голени в нижней трети диафиза со смещением и рваной раной голени, согласно пункту 6.11.8 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденного приказом ФИО3 №194н от 24.04.2008 года, причинил ТЯЖКИЙ вред здоровью С.Н.А. , так как вызвл значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на одну треть, независимо от исхода и оказания (неоказания) медицинской помощи; открытый перелом малоберцовой кости левой голени, согласно пункту 7.1 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденного приказом ФИО3 от 24.04.2008 года №194н, причинил средней тяжести вред здоровью С.Н.А. , как так как повлек расстройство здоровья продолжительностью свыше трех недель.
Подсудимый ФИО1 в судебном заседании заявил, что обвинение ему понятно, он признает фактические обстоятельства произошедшего дорожно-транспортного происшествия. Свою вину в ДТП и причинении тяжкого вреда здоровью потерпевшего не признал, поскольку не нарушал ПДД РФ.
Суду показал, что вечером 11.10.2022 года управляя автомобилем «<данные изъяты>» двигался по проезжей части дороги <...> его автомобиля была К.А.Ю.. Видимость была хорошая, перед ним попутных машин не было. Подъехав к светофорному перекрестку <...>, снизил скорость примерно до 20 км/час, включил указатель левого поворота и на зеленый сигнал светофора без остановки стал совершать левый поворот на <...>. Уже проехав встречную полосу, почувствовал удар в левую переднюю часть своего автомобиля, сразу остановился. Вышел и увидел, что столкновение произошло с мотоциклом, который лежал на боку в стороне у клумбы. Перед столкновением этого мотоцикла не видел, откуда тот взялся, сказать не может. Водитель мотоцикла получил травму ноги, также с ним была пассажир девушка. Поэтому он сразу вызвал скорую медицинскую помощь и специальные службы. До приезда сотрудников ГИБДД свой автомобиль не передвигал. Считает, что столкновение произошло уже на <...>. Согласен со схемой на л.д. 16, с фотоизображениями места происшествия на л.д. 17-18 и с зафиксированными повреждениями своего автомобиля. Утверждает, что он принял все меры для безопасного маневра, нарушений правил дорожного движения не допустил, виновным считает водителя мотоцикла.
Несмотря на такую позицию подсудимого его вина в совершенном преступлении установлена и подтверждается следующими показаниями потерпевшего, свидетелей и другими, исследованными в судебном заседании, письменными доказательствами.
Показаниями потерпевшего С.Н.А. о том, что у него в пользовании находился мотоцикл <данные изъяты>», принадлежащий его отцу. Вечером 11.10.2022 года, около 21.20 час., он со своей знакомой К.Н.Ю. на мотоцикле поехали с площади <...> в направлении <...>. Он управлял мотоциклом, К.Н.Ю. сидела сзади за ним. На мотоцикле был включен ближний свет фары. Видимость была хорошая. Подъезжая к перекрестку <...> и <...>, он двигался прямо по своей полосе движения в сторону <...>, поворачивать направо не собирался. Проезжая перекресток на зеленый сигнал светофора, на встречной полосе движения он увидел белый легковой автомобиль, который двигался без указателя поворота. Скорость его мотоцикла в это время составляла около 60 км/час. Он продолжил движение в прямом направлении и тут увидел, что автомобиль белого цвета начал совершать маневр левого поворота, то есть выезжать на его полосу движения. Он предпринял меры торможения, но избежать удара не удалось, и белый автомобиль своей передней частью ударил его мотоцикл в левую сторону и в его левую ногу. От удара его и К.Н.Ю. сбросило на асфальт, а мотоцикл отбросило к клумбе. Белый автомобиль остановился и из-за руля вышел подсудимый. Столкновение произошло на его полосе движения, примерно по ее середине. Он почувствовал резкую боль в ноге, нога была сломана и приехавшая скорая помощь увезла его в больницу, где ему сделали операцию и он проходил длительное лечение. До настоящего времени у него проблемы с ногой, нога обезображена шрамами. На своих исковых требованиях о компенсации морального вреда настаивает.
Показаниями свидетеля К.Н.Ю. о том, что 11.10.2022 года в вечернее время она с С.А.А. на его мотоцикле выехали с площади <...> и поехали по <...> в сторону <...> Она находилась сзади за С.А.А.. Видимость на дороге была хорошая. Подъехав к перекрестку, они продолжили движение прямо на зеленый сигнал светофора, сворачивать вправо не собирались, двигались по своей полосе движения, примерно по ее середине. Когда въехали в границы перекрестка, она увидела, что во встречном направлении движется легковой автомобиль белого цвета, скорость которого была не высокой. Затем она увидела, что автомобиль белого цвета начал совершать маневр левого поворота через их полосу. С.А.А. стал тормозить, но произошло столкновение с белым автомобилем, удар пришелся в левую сторону мотоцикла. Столкновение произошло на их полосе движения. От удара мотоцикл откинуло к клумбе, а они с С.А.А. упали на асфальт. Автомобиль немного проехав, остановился. Из автомобиля вышел подсудимый. В результате аварии у С.А.А. была сломана нога и его увезли на скорой помощи. Затем приехали сотрудники ГИБДД. На предъявленных ей фотоизображениях из материалов дела все соответствует действительности.
Показаниями свидетеля К.А.Ю. о том, что в тот день вечером она ехала пассажиром на переднем сидении в автомобиле «<данные изъяты>» под управлением подсудимого. Двигалась они по <...> со стороны <...> в направлении <...>. Видимость была хорошая. Они стали подъезжать к светофорному перекрёстку, где должны были повернуть налево на <...>, горел зеленый свет. На перекрестке ФИО1 снизил скорость, включил указатель левого поворота и, не останавливаясь, стал поворачивать влево. Они уже въехали на встречную полосу и тут произошел удар, то есть столкновение произошло на встречной для них полосе. Когда их машина остановилась, она увидела, что на асфальте лежит мотоцикл и люди. ФИО4 Котляревского была повреждена спереди, с водительской стороны. Они подошли к пострадавшим, у мужчины была сломана нога. ФИО1 вызвал скорую помощь и спецслужбы. До приезда сотрудников ГИБДД автомобиль и мотоцикл с места не передвигали. На предъявленных ей фотоизображениях из материалов дела все соответствует действительности.
Показаниями свидетеля М.Е.В. , инспектора ДПС ОГИБДД ОМВД России <данные изъяты>, о том, что 11.10.2022 года около 21.30 час. ему поступило сообщение о ДТП на пересечении <...> и <...> поселок <...>, куда он незамедлительно прибыл. По приезду на место происшествия он понял, что водитель автомобиля «<данные изъяты>» ФИО1 при выполнении маневра левого поворота с главной дороги <...> на второстепенную дорогу <...>, допустил столкновение с мотоциклом «<данные изъяты>» под управлением С.Н.А. , который двигался во встречном направлении прямо. К моменту его приезда С.Н.А. был госпитализирован. На месте происшествия находились ФИО1 и две девушки, одна девушка являлась пассажиром автомобиля, вторая являлась пассажиром мотоцикла. Им в присутствии ФИО1 на месте происшествия был оформлен материал ДТП, произведен осмотр места происшествия, составлена схема места ДТП, осмотрены транспортные средства. На месте происшествия транспортные средства располагались следующим образом: мотоцикл лежал около клумбы на проезжей части <...> поселок <...>, на боку. Автомобиль «<данные изъяты>» находился на проезжей части дороги <...> под углом около 450 к проезжей части, практически полностью перегородив обе полосы встречного направления. Задняя часть кузова автомобиля «<данные изъяты>» находилась на левой полосе движения, передняя часть кузова находилась на правой полосе движения, относительно направления в сторону <...>. От передней части кузова автомобиля «<данные изъяты>» к мотоциклу шел след скольжения, оставленный упавшим мотоциклом, а так же россыпь мелких обломков стекол и пластиковых деталей транспортных средств. Схема места ДТП им была составлена не точно, месторасположение автомобиля зафиксировано дальше того места, где он находился на самом деле.
Протоколами осмотра места дорожно-транспортного происшествия и фототаблицей и со схемами к ним, которыми установлена и зафиксирована обстановка на месте происшествия на проезжей части автодороги <...>: место нахождения автомобиля ФИО1 «<данные изъяты>» частично задней частью на встречной для него полосе движения и частично передней частью на полосе движения съезда (поворота) на <...>, зафиксированы механические повреждения на передней левой части (повреждены фара, бампер, капот, крыло); место расположения мотоцикла «<данные изъяты>» С.Н.А. у клумбы и механические повреждения на нем (повреждена левая часть); установлено место столкновения транспортных средств на полосе движения мотоцикла по <...>; указана привязка к местности; установлены направления движения мотоцикла и автомобиля. На указанном участке дороги установлен скоростной режим 60 км/час. /л.д. 11-19, 57-64, 74-76/.
Протоколом осмотра мотоцикла «<данные изъяты>» с фототаблицей /том 1 л.д. 23-25/, в ходе которого зафиксированы механические повреждения на мопеде, все которые с левой стороны.
Протоколом осмотра автомобиля «<данные изъяты>» государственный регистрационный знак № с фототаблицей /том 1 л.д. 19-21/, в ходе которого зафиксированы механические повреждения на автомобиле, все которые расположены на левой передней части автомобиля (капот, блокфара, крыло, бампер). При этом поврежденные части автомобиля имеют явные следы их смещения в левую сторону.
Заключением судебно-медицинской экспертизы № № 273, из выводов которой следует, что в результате ДТП у С.Н.А. были зафиксированы открытые оскольчатые переломы большеберцовой и малоберцовой кости левой голени в нижней трети диафиза со смещением и рваной раной нижней трети голени, которые судя по локализации и свойствам, образовались от действия какого-то твердого тупого и тупогранного предмета, могли быть получены водителем движущегося мотоцикла при столкновении с другим транспортным средством при обстоятельствах, указанных в постановлении. По правилам, утвержденным Постановлением правительства РФ №522 от 17.08.2007 года, данный открытый оскольчатый перелом большеберцовой кости левой голени в нижней трети диафиза со смещением и рваной раной голени, согласно пункту 6.11.8 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденного приказом ФИО3 №194н от 24.04.2008 года, причинил вред здоровью человека, который следует расценивать как ТЯЖКИЙ, так как вызывает значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на одну треть, независимо от исхода и оказания (неоказания) медицинской помощи; открытый перелом малоберцовой кости левой голени, согласно пункту 7.1 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденного приказом ФИО3 от 24.04.2008 года №194н, причинил вред здоровью человека, который следует расценивать как средней тяжести, так как влечет расстройство здоровья продолжительностью свыше трех недель /л.д. 95-97/.
Заключениями автотехнических судебных экспертиз № 106, 302 из выводов которых следует, что в рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации для обеспечения безопасности движения водитель автомобиля «<данные изъяты>» ФИО1 должен был руководствоваться требованиями абзаца 2 пункта 10.1, пункта 13.4 Правил дорожного движения, водитель мотоцикла «<данные изъяты>» требованиями пункта 10.1 абзац 2 Правил дорожного движения. Водитель мотоцикла <данные изъяты>», в момент возникновения опасности для движения, при скорости движения 60 км/час, не располагал технической возможностью предотвратить столкновение своевременным экстренным торможением с остановкой мотоцикла до места столкновения с автомобилем «<данные изъяты>» при времени движения автомобиля «<данные изъяты>» до столкновения 1,41 секунда. Водитель мотоцикла «<данные изъяты>», в момент возникновения опасности для движения, при скорости движения 60 км/час располагал технической возможностью предотвратить столкновение своевременным экстренным торможением с остановкой мотоцикла до места столкновения с автомобилем «<данные изъяты>», при времени движения автомобиля «<данные изъяты>» до столкновения 3,85 секунд. С технической точки зрения, в действиях водителя автомобиля «<данные изъяты>» имеется несоответствие требованиям пункта 13.4 Правил дорожного движения /л.д. 88-93, 189-193/.
В соответствии с п. 13.4. Правил дорожного движения, при повороте налево или развороте по зеленому сигналу светофора водитель безрельсового транспортного средства обязан уступить дорогу транспортным средствам, движущимся со встречного направления прямо или направо.
В соответствии с п. 10.1. Правил дорожного движения, водитель должен вести транспортное средство, учитывая интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил дорожного движения. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.
У суда нет оснований сомневаться в достоверности приведенных изобличающих подсудимого показаний как его самого, так и потерпевшего и свидетелей, оглашенных материалов, в правильности отражения в соответствующих протоколах результатов следственных действий (за исключением схемы на л.д. 16), обоснованности заключений судебных экспертиз. Данные доказательства получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, согласуются друг с другом. Эти показания подсудимого (в части признания самого факта ДТП и обстановки на месте ДТП), потерпевшего и свидетелей, кроме того, являются устойчивыми, последовательными, непротиворечивыми, одинаково описывают одни и те же события, дополняют друг друга. У потерпевшего и свидетелей отсутствуют основания для оговора подсудимого, а у того отсутствуют основания для самооговора, но имеются основания для непризнания вины.
Фактические обстоятельства произошедшего и его последствия, а именно то, что на указанном участке дороги, произошло столкновение автомобиля ФИО1 и мотоцикла С.Н.А. , то есть было совершено дорожно-транспортное происшествие, сторонами признается и не оспаривается. Также сторонами не оспаривается достоверность того, что все следы и обстоятельства, зафиксированные в протоколах осмотра, схемах, фототаблицах и иных представленных суду материалах, относятся к рассматриваемому ДТП. Признает эти сведения достоверными и суд.
Что касается схемы ДТП на л.д. 16, то судом установлено, что в целом она соответствует фактическим обстоятельствам за исключением того, что М.А.А. на ней неверно указаны: полосы движения <...> со стороны <...> в сторону <...> и положение автомобиля Котляревского на них; предполагаемое М.А.А. направление движения мотоцикла; а также место столкновения транспортных средств.
Достоверно и без каких-либо разночтений реальную обстановку на месте ДТП иллюстрирует фототаблица на л.д. 17-18, на которой отчетливо видно: полосы движения в обоих направлениях, дорожные знаки, положение автомобиля ФИО1 и мотоцикла С.Н.А. после ДТП на <...> и прилегающего к ней съезда (поворота) на <...>.
Объективно дополняет эти сведения план организации дорожного движения на указанном участке местности, а также схема к протоколу дополнительного осмотра места происшествия /л.д. 70 л.д. 59/.
Эти документы (письменные доказательства) суд кладет в основу приговора, поскольку нет никаких оснований сомневаться в их достоверности.
С учетом этого, суд считает установленным то, что на месте ДТП на проезжей части дороги <...>, на стороне движения мотоцикла С.А.А. и прилегающей территории (клумбы у съезда (поворота) на <...>), зафиксированы следы и последствия столкновения автомобиля под управлением водителя Котляревского и мотоцикла под управлением водителя С.А.А..
При этом съезд с <...> не является обочиной (как об этом указывает защитник), но является проезжей частью дороги.
Более того, поворот дороги с <...> при движении со стороны <...> в сторону <...> является главной дорогой (о чем имеется соответствующий дорожный знак) и даже в том случае, если бы мотоцикл С.А.А. совершал поворот на <...> (чего по настоящему делу не установлено), он имел преимущество перед автомобилем Котляревского, который обязан был уступить мотоциклу дорогу, о чем также указано в заключении автотехнической экспертизы.
Поэтому в любом случае автомобиль ФИО1 при совершении поворота налево, был обязан был уступить мотоциклу дорогу.
Кроме того, автомобиль, как и всякое физическое тело, при движении со скоростью 20 км/час (а именно такую скорость указал ФИО1 при совершении им поворота) за одну секунду проходит 5,5 метра.
Учитывая содержание автотехнических экспертиз и обстоятельства дела (торможение ФИО1 начал только после столкновения с мотоциклом), мгновенно после столкновения ФИО1 автомобиль остановить не мог, а после столкновения автомобиль преодолел некоторое расстояние и передней частью кузова выехал на соседнюю полосу движения.
Учитывая это и то, что на фотоизображениях ясно видно, что автомобиль ФИО1 половиной корпуса (1,8 метра, что следует из представленной суду размеров автомобиля «<данные изъяты>») стоит на встречной для него полосе движения (по которой двигался мотоцикл С.Н.А. ), суд приходит к убеждению, что столкновение автомобиля «<данные изъяты>» и мотоцикла «<данные изъяты>» С.Н.А. , произошло именно на полосе движения мотоцикла «<данные изъяты>», где мотоцикл, согласно знаков и дорожной разметки, имел преимущество, а ФИО1 обязан был уступить ему дорогу в силу требований пункта 13.4 Правил дорожного движения.
Кроме того, делая оценку механическим повреждениям транспортных средств суд делает вывод о том, что автомобиль «<данные изъяты>» своей левой передней частью ударил в среднюю левую часть мотоцикла «<данные изъяты>», где и находилась левая нога С.А.А..
Сопоставляя эти сведения с выводами судебно-медицинского эксперта, суд приходит к убеждению о том, что травму ноги, повлекшую тяжкий вред здоровью, С.А.А. получил в ходе данного ДТП вследствие столкновения транспортных средств от удара автомобилем «<данные изъяты>».
При этом установлено и никем не оспаривается, что в момент столкновения автомобиль «<данные изъяты>» совершал маневр левого поворота со своей полосы движения, через встречную полосу движения на <...>.
Доводы С.Н.А. о том, что он совершал прямолинейное движение по своей полосе движения, где автомобиль ФИО1 совершил с ним столкновение, не опровергнуты, и полностью нашли подтверждение в показаниях его самого, К.Н.Ю., К.А.Ю., и объективно установленной обстановкой на месте ДТП.
Так, С.Н.А. последовательно утверждает, что перед столкновением он двигался прямолинейно по своей полосе движения, видел автомобиль Котляревского, который стал перед ним совершать поворот налево, он предпринял меры к торможению, но столкновения избежать не удалось, вследствие чего он получил травму ноги. Эти сведения в полном объеме подтвердила К.Н.Ю., это же следует из показаний К.А.Ю.
Доводы защиты о том, что К.Н.Ю. не могла видеть дорожную обстановку являются домыслом, поскольку К.Н.Ю. ничто не мешало отклонить голову и смотреть вперед.
Не доверять этим показаниям у суда никаких оснований нет. Они последовательны и логичны, объективно согласуются с установленной обстановкой на месте ДТП и показаниями допрошенных по делу иных лиц, выводами экспертных исследований.
В частности судебно-медицинский эксперт обосновал механизм получения потерпевшим тяжкого вреда здоровью, а именно то, что переломы большеберцовой и малоберцовой кости левой голени в нижней трети диафиза со смещением и рваной раной нижней трети голени, которые у С.Н.А. образовались от действия какого-то твердого тупого и тупогранного предмета и могли быть получены водителем движущегося мотоцикла при столкновении с другим транспортным средством при обстоятельствах, указанных в постановлении: «ФИО5 при выполнении маневра левого поворота допустил столкновение с мотоциклом под управлением С.Н.А. , который двигался прямо во встречном направлении». То есть применительно к рассматриваемой ситуации: от удара находящимися слева частью капота, частью бампера и блокфарой легкового автомобиля «<данные изъяты>» в левую среднюю часть мотоцикла С.Н.А.
Из заключения всех проведенных по делу автотехнических экспертиз однозначно следует то, что в рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации для обеспечения безопасности движения водитель автомобиля «<данные изъяты>» ФИО1 должен был руководствоваться требованиями пункта 13.4, абз. 2 п. 10.1 Правил дорожного движения.
Сам ФИО1, учитывая установленные погодные условия и отсутствие других транспортных средств на дороге, при необходимой внимательности и осмотрительности, имел полную возможность видеть мотоцикл С.А.А. и, следуя предписаниям абзаца 2 п. 10.1, п. 13.4, абзаца 1 п. 8.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, при выполнении поворота налево через встречную полосу движения должен был при обнаружении мотоцикла снизить скорость вплоть до остановки своего транспортного средства, не создавать опасность и помех для движения, и уступить дорогу мотоциклу, всего чего не сделал, что и повлекло совершение ДТП.
Доводы ФИО1 и его защитника о том, что виновником рассматриваемого ДТП является С.Н.А. , так как он внезапно выехал на полосу движения автомобиля подсудимого и, при этом, не имел преимущества в движении, суд отвергает, учитывая изложенные выше выводы.
В то же время, как установлено судом и указано выше, столкновение автомобиля и мотоцикла произошло на встречной для ФИО1 полосе движения. Поэтому для правильного разрешения дела не имеет решающего значения, двигался ли мотоцикл перед столкновением с превышением установленной скорости (чего по делу не установлено). А у Котляревского в силу абзаца 2 п. 10.1, п. 13.4, абзаца 1 п. 8.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, возникла безусловная обязанность уступить дорогу мотоциклу, пропустить его, что он не сделал по причине своей невнимательности.
Таким образом, ФИО1 в рассматриваемой ситуации следовало руководствоваться требованиями абзаца 2 п. 10.1 (в части: при возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства), п. 13.4 (в части: при повороте налево или развороте по зеленому сигналу светофора водитель безрельсового транспортного средства обязан уступить дорогу транспортным средствам, движущимся со встречного направления прямо и направо), абзаца 1 п. 8.1 (в части: при выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения) Правил дорожного движения Российской Федерации.
Однако, как установлено судом, подсудимый нарушил предписания указанных требований Правил дорожного движения Российской Федерации, что и повлекло совершение им дорожно-транспортного происшествия и, как следствие, причинение С.Н.А. тяжкого вреда здоровью.
Поэтому, нарушение ФИО1 абз. 2 п. 10.1, п. 13.4, абзаца 1 п. 8.1 Правил дорожного движения Российской Федерации состоит в прямой причинно-следственной связи с наступившими последствиями в виде причинения С.Н.А. тяжкого вреда здоровью, что образует в действиях подсудимого состав уголовно-наказуемого деяния.
Также суд учитывает то, что выводы автотехнических исследований по данному делу являются только одними из доказательств по делу. Оценка этим доказательствам дается судом по общим правилам, и они не могут сами по себе предопределять выводы суда о виновности/невиновности подсудимого.
Выводы этих исследований проведены по указанным (заданным) участниками расследования уголовного дела данным, носят вероятностный характер относительно того, имел ли водитель мотоцикла С.Н.А. техническую возможность затормозить, чем предотвратить ДТП.
Так сведения о движении автомобиля и мотоцикла, предопределившие выводы эксперта, даны самими участниками ДТП, в частности ФИО1, а он, безусловно, заинтересован в исходе дела.
Но при этом суд принимает во внимание безусловно верные, основанные как на материалах дела, так и на правильно примененных познаниях эксперта (специалиста в этой области), выводы эксперта из всех исследований о том, что в данной дорожно-транспортной ситуации ФИО1 должен был руководствоваться требованиями пункта 13.4 Правил дорожного движения, а С.Н.А. должен был руководствоваться требованиями абзаца 2 пункта 10.1 Правил дорожного движения. С технической точки зрения в действиях водителя автомобиля «<данные изъяты>» ФИО1 усматриваются не соответствия требованиям п. 10.1 абзац 2, п. 13.4 Правил дорожного движения.
А возможность предотвращения ФИО1 столкновения с мотоциклом, зависела от выполнения им абзаца 2 п. 10.1, п. 13.4 и абзаца 1 п. 8.1 ПДД РФ (не должен был пересекать траекторию движения мопеда, движущегося прямо, создавать ему помехи в движении).
А сами по себе выводы о том, имел ли С.Н.А. техническую возможность своевременно затормозить, не предполагают его виновность в ДТП и невиновность ФИО1 Объективно установлено, что С.Н.А. не превысил разрешенную на данном участке дороги скорость движения, и не он создал аварийно-опасную ситуацию.
То есть суд не усматривает указанные в экспертном исследовании № вероятностные несоответствия действий потерпевшего С.Н.А. требованиям п. 2 ст. 10.1 Правил дорожного движения РФ, как состоящие в прямой причинно-следственной связи с происшествием, так как не они явились непосредственной причиной возникновения на дороге опасной ситуации, приведшей к происшествию. У С.Н.А. , видевшего автомобиль подсудимого еще не на своей полосе движения, в силу положений ПДД, не возникло обязанности ни снизить установленную скорость, ни уступить преимущество в движении этому автомобилю. А ФИО1, вне зависимости от действий потерпевшего, обязан был мотоцикл пропустить, и мог для этого либо вовремя остановиться, либо вовсе не начинать движение на встречную для него полосу движения.
Таким образом, судом установлено, что ФИО1 в данной дорожной ситуации следовало строго руководствоваться требованиями абзаца 2 п. 10.1, п. 13.4, абзаца 1 п. 8.1 Правил дорожного движения РФ, то есть ему следовало с учетом дорожных условий полностью контролировать движение своего автомобиля, при выполнении маневра поворота налево он не должен был создавать опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения (мотоциклу С.Н.А. ), а при возникновении опасности для движения в виде движущегося навстречу по своей полосе движения (которую он пересекал) мотоцикла потерпевшего, незамедлительно следовало принять меры предоставлению преимущества мотоциклу, к эффективному снижению скорости (торможению), то есть скорректировать движение своего автомобиля таким образом, чтобы исключить возникновение на дороге опасной ситуации и избежать столкновения с мотоциклом, всего чего ФИО1 не сделал, что и повлекло тяжкие последствия.
При этом, как это следует из анализа всех представленных суду доказательств, в том числе заключения судебно-медицинских и судебно-автотехнических экспертиз, оценки их в совокупности, при условии соблюдения предписаний указанных пунктов Правил дорожного движения РФ и своевременного принятия мер к обеспечению безопасности своего движения (своевременному обнаружению на дороге мотоцикла, которому ФИО1 был обязан уступить дорогу), располагал возможностью предотвратить наезд своего автомобиля на мотоцикл, то есть именно ФИО1 создал аварийную ситуацию, повлекшую происшествие.
Следовательно, между действиями подсудимого в виде не выполнения указанных выше предписаний Правил дорожного движения РФ и наступившими последствиями в виде совершения дорожно-транспортного происшествия, результатом которого стал тяжкий вред здоровью С.Н.А. ., судом достоверно установлена прямая причинно-следственная связь. Находясь за рулем транспортного средства, зная требования Правил дорожного движения, ФИО1 вследствие преступной небрежности допустил нарушение указанных требований Правил дорожного движения РФ, выразившееся в том, что он, предвидя возможное наступление негативных последствий, осознавая то, что был обязан вести автомобиль со скоростью, обеспечивающей ему полностью контролировать движение, не предпринял всех возможных мер к безопасности движения (повороту налево) и своевременному предоставлению преимущества в движении, вплоть до полной остановки транспортного средства, в результате чего совершил дорожно-транспортное происшествие, последствиями которого стали телесные повреждения и тяжкий вред здоровью С.Н.А.
Суд приходит к убеждению, что при необходимой внимательности и осмотрительности, неукоснительном соблюдении предписаний Правил дорожного движения, в данном конкретном случае ФИО1 должен был и мог предотвратить совершение дорожно-транспортного происшествия.
Указанные выводы суда подтверждаются совокупностью: показаний самого ФИО1 о том, что он, управляя автомобилем и зная о требованиях Правил дорожного движения, совершил маневр левого поворота через встречную для него полосу движения; показаний потерпевшего С.Н.А. , свидетелей К.Н.Ю., К.А.Ю., дополняющих и конкретизирующих показания подсудимого и потерпевшего; представленными суду протоколами осмотра места ДТП, фототаблицами и схемами к ним, схемой организации дорожного движения на данном участке дороги, заключениями судебных медицинских и автотехнических экспертиз.
То, что С.Н.А. в нарушение требований п. 2.1.1 Правил дорожного движения РФ, п. 2 ст. 27 Федерального закона "О безопасности дорожного движения" на дороге управлял транспортным средством водителем, не имеющим права управления транспортным средством, в прямой причинно-следственной связи с рассматриваемым ДТП не состоит, а потому судом во внимание при разрешении дела не берется.
Все иные доводы адвоката суд во внимание не принимает как не имеющие прямого отношения к существу обвинения.
Иные представленные суду доказательства по делу значения не имеют, поскольку не имеют прямого отношения к рассматриваемым событиям, а потому суд не ссылается на них в обоснование своих выводов.
Суд исключает из предъявленного ФИО1 обвинения ссылку на нарушение им абзаца 1 п. 8.1 Правил дорожного движения в части: «перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны – рукой», поскольку в ходе судебного следствия бесспорного подтверждения того, что ФИО1 не подал световой сигнал левого поворота, не установлено.
Также суд исключает из предъявленного ФИО1 обвинения указание на нарушение им п.10.1 Правил дорожного движения в части указаний, предписывающих водителю, что «водитель должен вести транспортное средство, учитывая интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил дорожного движения», поскольку судом установлено, что соблюдение/несоблюдение ФИО1 этих предписаний Правил в прямой причинно-следственной связи с рассматриваемым ДТП не состоит.
Данные изменения обвинения не изменяют фактических и правовых обстоятельств рассматриваемых событий, не нарушают прав и законных интересов подсудимого, иных участников уголовного процесса, не влекут нарушения права на защиту, а также не порождают возникновение у ФИО1 права на реабилитацию.
Оценив представленные доказательства в совокупности, суд квалифицирует установленные действия ФИО1, управлявшего автомобилем, как нарушение лицом, управляющим автомобилем, Правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека, – преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 264 УК РФ.
С учетом исследованных материалов уголовного дела, позиции ФИО1 и его поведения в судебном заседании, его психическая полноценность сомнений у суда не вызывает. Поэтому, вменяемость подсудимого, его способность правильно понимать происходящие события и принимать осознанные решения, у суда сомнений не вызывает, а потому он подлежит уголовной ответственности за содеянное.
При назначении наказания подсудимому ФИО1 суд в соответствии со ст.ст. 6, 43, 60 УК РФ учитывает характер и степень общественной опасности совершенного им преступления, личность подсудимого, в том числе смягчающие его наказание обстоятельства.
ФИО1 не судим, уголовно-наказуемое деяние совершил впервые. Имеет постоянное место жительства. Работает официально. По местам работы, проживания, учебы и органами внутренних дел в целом характеризуется только положительно. Активный участник социально-полезных мероприятий. На учете у врачей психиатра, нарколога не состоит. Привлекался к административной ответственности за нарушения ПДД РФ, не связанных с настоящим делом.
Отягчающих наказание обстоятельств не установлено.
Смягчающими наказание ФИО1 обстоятельствами, в соответствии с п. «к» ч. 1, ч. 2 ст. 61 УК РФ, суд признает: оказание иной помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления (незамедлительный вызов на место ДТП скорой медицинской помощи и специализированных служб); положительные характеризующие сведения о личности подсудимого.
Принимая во внимание характер и степень общественной опасности совершенного преступления, учитывая указанные выше данные о личности, смягчающие наказание обстоятельства в отсутствие отягчающих, влияние назначенного наказания на условия жизни семьи подсудимого, суд назначает ФИО1 наказание в виде ограничения свободы считая, что данный вид наказания наиболее полно соответствует достижению его целей.
При этом, учитывая все обстоятельства дела, указанные сведения о личности подсудимого, а именно то, что ФИО1 привлекался к административной ответственности за нарушения ПДД РФ, но должных выводов не сделал, а совершил дорожно-транспортное происшествие, в целях наиболее полного исправительного воздействия наказания, суд считает необходимым применить к подсудимому положения ч. 3 ст. 47 УК РФ, то есть назначить ему дополнительный вид наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на определенный срок.
Гражданский иск по делу заявлен. Исковые требования потерпевшего С.Н.А. о компенсации морального вреда, суд считает подлежащими удовлетворению с подсудимого на основании ст.ст. 151, 1064, 1082, 1099, 1101 ГК РФ частично, поскольку С.Н.А. испытал значимые нравственные и психические страдания в связи с получением тяжкого вреда здоровью, что существенным образом сказалось на его образе жизни, с учетом всех исследованных обстоятельств дела, характера и степени нравственных страданий потерпевшего, степени вины причинителя вреда, его имущественного положения, требований разумности и справедливости.
Следует по правилам ст. 81 УПК РФ определить судьбу вещественных доказательств.
Основания для изменения действующей меры пресечения отсутствуют.
Руководствуясь ст.ст. 302, 307 -309 УПК РФ, суд
ПРИГОВОРИЛ:
Признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ, и назначить ему наказание в виде ограничения свободы сроком на 1 (один) год с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортным средствами, на 7 (семь) месяцев.
Установить ФИО1 при отбывании ограничения свободы следующие ограничения:
- не изменять места жительства или пребывания, а также не выезжать за пределы территории <данные изъяты> без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы;
- не изменять место работы без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы.
Возложить на ФИО1 следующую обязанность: являться для регистрации в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, 1 (один) раз в месяц в установленные ему дни регистрации.
Меру пресечения ФИО1 до вступления приговора в законную силу оставить подписку о невыезде и надлежащем поведении.
Гражданский иск удовлетворить. Взыскать с ФИО1 в пользу потерпевшего С.Н.А. – 350 000 (триста пятьдесят тысяч) рублей в счет компенсации морального вреда, причиненного преступлением.
Вещественные доказательства, хранящиеся на стоянке <данные изъяты>» <...>:
- автомобиль «<данные изъяты>» государственный регистрационный знак №» – передать К.Н.В. по принадлежности;
- мотоцикл «<данные изъяты>» – передать С.А.А. по принадлежности;
Приговор может быть обжалован в Пермский краевой суд через Соликамский городской суд в течение 15 суток со дня его провозглашения, а осужденным в тот же срок, но со дня получения копии приговора. В случае подачи осужденным апелляционной жалобы, а также подачи таких жалоб и представлений иными участниками процесса, он вправе: участвовать в рассмотрении дела судом апелляционной инстанции; пригласить защитника для участия в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции; отказаться от защитника с указанием мотива отказа; ходатайствовать перед судом о назначении защитника, в том числе бесплатного в случаях, предусмотренных УПК РФ.
Судья В.В. Богатырев