ВЕРХОВНЫЙ СУД УДМУРТСКОЙ РЕСПУБЛИКИ
Судья Косарев А.С. УИД 18RS0023-01-2019-001709-44
Апел. производство: №33-2504/2023
1-я инстанция: №2-484/2020
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
3 июля 2023 года г. Ижевск
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного суда Удмуртской Республики в составе:
председательствующего судьи Дубовцева Д.Н.,
судей Константиновой М.Р., Долгополовой Ю.В.,
при ведении протокола судебного заседания ФИО1,
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе третьих лиц ФИО2 и ФИО3 на решение Сарапульского городского суда Удмуртской Республики от 14 февраля 2020 года по иску ФИО4 к администрации г. Сарапула о признании права пользования жилым помещением на условиях договора социального найма.
Заслушав доклад судьи Верховного суда Удмуртской Республики Константиновой М.Р., объяснения представителя третьих лиц ФИО2, ФИО3 - адвоката Чухланцева В.П. (ордера №№, № от ДД.ММ.ГГГГ, удостоверение адвоката №, выданное Управлением Минюста России по Удмуртской Республики ДД.ММ.ГГГГ), истца ФИО4, изучив материалы гражданского дела, судебная коллегия
УСТАНОВИЛА:
ФИО4 обратился в суд с иском к управлению имущественных отношений г. Сарапула о признании права пользования жилым помещением на условиях договора социального найма в отношении <адрес>. Указал, что он зарегистрирован в указанной квартире, которая была предоставлена в 1971 году его отцу ТВИ для проживания РСП №25 Горьковской железной дороги (Рельсосварочный поезд №25), в котором последний осуществлял свою трудовую деятельность. Впоследствии РСП №25 Горьковской железной дороги было реорганизовано в филиал ОАО «Российские железные дороги» – Горьковская железная дорога. В 1991 году <адрес> был передан в собственность муниципального образования г. Сарапула. ДД.ММ.ГГГГ его отец умер. При жизни отец не заключил с МО г. Сарапул договор социального найма на спорное жилое помещение. Документов, подтверждающих предоставление отцу спорной квартиры, не сохранилось. Имеется лишь выписка из протокола №7 расширенного заседания МК при РСП-25 от 28 февраля 1971 года об обмене жилплощади на спорную квартиру. После смерти отца в квартире остались проживать и имеют регистрацию истец и члены его семьи: брат ФИО4, племянник ФИО3, жена брата ФИО2. 16 мая 2013 года заключением межведомственной комиссии указанный дом признан аварийным и подлежащим сносу. Однако до настоящего времени жильцы дома не расселены, его семье другое благоустроенное жилое помещение не предоставлено. В мае 2017 года он обратился в Управление имущественных отношений г. Сарапула с заявлением о заключении договора социального найма на занимаемую его семьей квартиру, однако ему было отказано в связи с тем, что дом является аварийным и подлежащим сносу. В спорной квартире он проживает более 48 лет, несет бремя расходов по содержанию недвижимого имущества, использует имущество по назначению, осуществляет текущий ремонт. Таким образом, полагает, что за ним может быть признано право пользования спорным жилым помещением на условиях социального найма.
Протокольным определением суда от 2 сентября 2019 года к участию в деле в качестве третьих лиц привлечены ФИО4, ФИО3, ФИО2
В ходе рассмотрения дела третьи лица обратились к суду с письменным заявлением, в котором указали, что также просят признать за ними право пользования жилым помещением в спорной квартире наряду с истцом. В настоящее время жилой дом признан аварийным и подлежащим сносу, истцу и третьим лицам необходимо решать вопросы отселения из дома. На их обращение в УИО г. Сарапула о заключении с ними договора социального найма им было отказано.
Определением суда от 6 февраля 2020 года ненадлежащий ответчик Управление имущественных отношений г. Сарапула заменён на надлежащего ответчика – администрацию г. Сарапула.
Истец ФИО4, третьи лица ФИО4, ФИО3, ФИО2, представитель ответчика администрации г. Сарапула в судебное заседание не явились, будучи извещёнными о времени и месте судебного разбирательства надлежащим образом.
В силу статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в отсутствие неявившихся лиц.
Суд вынес решение, которым
постановил:
«Исковые требования ФИО4 к администрации г. Сарапула о признании права пользования жилым помещением на условиях договора социального найма, удовлетворить.
Признать за ФИО4, ФИО4, ФИО2, ФИО3 право пользования жилым помещением – квартирой № в <адрес>, состоящей из двух комнат площадью 15,5 кв. м и 9.9 кв. м, кухни площадью 8,6 кв. м, прихожей площадью 4,6 кв. м, общей площадью 38,6 кв. м, жилой площадью 25,4 кв. м, на условиях договора социального найма».
В апелляционной жалобе третьи лица ФИО2, ФИО3 просят решение суда отменить. Считают, что решение суда о признании за истцом права пользования спорной квартирой не основано на доказательствах. Указали, что истец более 30 лет в спорной квартире не проживает, выехал из квартиры в добровольном порядке, вывез все свои вещи, и более в квартиру не вселялся, постоянно проживает по иному месту жительства, плату за жилое помещение не вносит, то есть утратил право пользования жилым помещением. Полагают, что суду следовало отказать истцу в удовлетворении иска. Принимая оспариваемое решение, суд сослался на их заявления о признании за ними права пользования жилым помещением, между тем они эти заявления в суд не подавали, по почте не направляли, истцу передать их не поручали. Более того, они также не направляли почтой и не подавали в суд заявления об СМС-извещении о судебных заседаниях, в связи с чем, считают вывод суда об их надлежащем извещении не соответствующим действительности, что влечет рассмотрение дела судом апелляционной инстанции по правилам производства в суде первой инстанции. Решение суда им не направлялось, вследствие чего они не могли знать о вынесенном решении, в связи с чем просят восстановить срок на подачу апелляционной жалобы.
Определением Сарапульского городского суда Удмуртской Республики от 5 мая 2023 года процессуальный срок на подачу апелляционной жалобы на решение суда от 14 февраля 2020 года ФИО2 и ФИО3 восстановлен.
В судебном заседании апелляционной инстанции:
- представитель третьих лиц ФИО2, ФИО3 – адвокат Чухланцев В.П., действующий на основании ордеров, доводы жалобы поддержал, просил решение суда отменить в части признания за истцом ФИО4 права пользования жилым помещением на условиях договора социального найма и отказать ему удовлетворении требований, с решением суда в части признания за ФИО2 и ФИО3 права пользования спорным жильем они согласны, в этой части решение не обжалуют;
- истец ФИО4 против доводов жалобы возражал, просил в ее удовлетворении отказать, решение суда оставить без изменения.
Ответчик администрация г. Сарапула, третьи лица ФИО2, ФИО3, ФИО4 в суд апелляционной инстанции не явились; дело рассмотрено в отсутствие указанных лиц, извещенных о дате, времени и месте судебного заседания надлежащим образом, в том числе и посредством размещения информации о дате и месте рассмотрения апелляционной жалобы на сайте Верховного суда Удмуртской Республики (http://vs.udm.sudrf.ru/). ФИО2, ФИО3 представили заявление о рассмотрении апелляционной жалобы без их участия.
В силу части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации – суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.
Изучив материалы гражданского дела, проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции исходя из доводов, изложенных в апелляционной жалобе, выслушав объяснения явившихся участников судебного заседания, судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены решения суда.
Из материалов гражданского дела следует и установлены судом первой инстанции нижеперечисленные обстоятельства.
Согласно архивной справке Отдела архивов Службы управления делами филиала ОАО «РЖД» Горьковской железной дороги от 26 июля 2017 года в документах архивного фонда Рельсосварочного поезда-25 Горьковской железной дороги значится ТВИ, который работал в должности кузнеца 3 разряда с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 19).
Из архивной справки Управления по делам архивов администрации г. Сарапула от 4 октября 2019 года следует, что в документах архивного фонда Государственного унитарного предприятия «Сарапульский крупяной завод» значится в качестве транспортировщицы ТЛН, которая работала на предприятии с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Указанные обстоятельства содержатся также в личной карточке ТЛН (л.д. 41-43).
В соответствии с выпиской из протокола №7 расширенного заседания МК при РСП-25 Ст. Сарапул от 28 февраля 1971 года было рассмотрено заявление ТВИ об обмене жилой площади и постановлено: разрешить ТВИ произвести обмен квартиры по <адрес>15, принадлежащей Рельсосварочному поезду №25, на квартиру по <адрес>, принадлежащей крупозаводу (л.д. 17).
Свидетельством о смерти №, выданным ДД.ММ.ГГГГ, подтверждается, что ТЛН умерла ДД.ММ.ГГГГ. Согласно свидетельству о смерти №, выданному ДД.ММ.ГГГГ, ТВИ умер ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 44, 45).
Указанные лица находились в браке, что подтверждается свидетельством о браке №, брак был заключен ДД.ММ.ГГГГ ТВИ и ТЛН, после заключения брака присвоены фамилии – жене ФИО5, мужу ФИО5 (л.д. 46).
Как следует из материалов гражданского дела и не оспаривалось участниками процесса ФИО4 и ФИО4 приходятся друг другу братьями, ТВИ и ТЛН приходились сыновьями.
Из справки, выданной Управлением имущественных отношений г. Сарапула 27 апреля 2018 года, усматривается, что ФИО4 зарегистрирован по адресу: <адрес> с ДД.ММ.ГГГГ; ФИО4 – с ДД.ММ.ГГГГ, ФИО3 – с ДД.ММ.ГГГГ, ФИО2 – с ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 13).
Факт регистрации истца ФИО4 в спорном жилом помещении подтверждается также данными паспорта №, выданного ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 12).
Из технических документов в отношении <адрес> (литера А) по <адрес> следует, что ДД.ММ.ГГГГ указанный жилой дом находился в ведении Крупокомбината. Согласно экспликации к техническому плану <адрес> состояла из двух смежных жилых комнат площадью 15,5 и 9,9 кв. м, кухни площадью 8,6 кв. м, прихожей площадью 4,6 кв. м, общая площадь <адрес>,6 кв. м, жилая – 25,4 кв. м (л.д. 51-54).
Согласно постановлению главы администрации г. Сарапула от 12 ноября 2002 года №2917 решено принять в муниципальную собственность г. Сарапула объекты жилищного фонда от государственного унитарного предприятия «Сарапульский крупяной завод». Из приложения №1 к указанному постановлению следует, что жилой <адрес> (литера А) по <адрес> передан в муниципальную собственность государственным унитарным предприятием «Сарапульский крупяной завод» (л.д. 77-80).
В соответствии с выпиской из реестра объектов муниципальной собственности на ДД.ММ.ГГГГ <адрес> находится в муниципальной казне органа самоуправления на основании постановления ВС РФ № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 15-16).
Из технического паспорта жилого помещения по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ <адрес> (литера А) по <адрес> состоит из двух жилых комнат площадью 15,5 кв. м и 9,9 кв. м, кухни площадью 8,6 кв. м, прихожей площадью 4,6 кв. м, общая площадь <адрес>,6 кв. м, жилая – 25,4 кв. м (л.д. 37-40).
Заключением межведомственной комиссии от ДД.ММ.ГГГГ многоквартирный <адрес> признан аварийным и подлежащим сносу (л.д. 20-21).
Согласно ответу Управления имущественных отношений г. Сарапула от 3 мая 2017 года ФИО4 отказано в заключении договора социального найма на спорное жилое помещение. Письмом главы города Сарапула от 3 апреля 2019 года истцу было предложено подтвердить в судебном порядке законность занятия спорной квартиры при отсутствии правоустанавливающих документов об этом (л.д. 20, 22).
Данные обстоятельства подтверждаются соответствующими письменными доказательствами.
Решение суда первой инстанции в части признания за ФИО4, ФИО2 и ФИО3 права пользования спорной квартирой на условиях договора социального найма сторонами не оспаривается, в связи с чем его законность и обоснованность в данной части в силу положений части 2 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не является предметом проверки судебной коллегии.
В данном случае суд второй инстанции связан доводами апелляционной жалобы третьих лиц ФИО2 и ФИО3 Иное противоречило бы диспозитивному началу гражданского судопроизводства, проистекающему из особенностей спорных правоотношений, субъекты которых осуществляют принадлежащие им права по собственному усмотрению, произвольное вмешательство в которые в силу положений статей 1, 2, 9 Гражданского кодекса Российской Федерации недопустимо.
Таким образом, пересмотру в апелляционном порядке подлежит решение суда в части разрешения требований истца ФИО4 о признании за ним права пользования спорной квартирой на условиях договора социального найма.
Разрешая спор и удовлетворяя заявленные требования в оспариваемой части, суд первой инстанции исходил из следующих установленных обстоятельств.
Родители истца ФИО4 и третьего лица ФИО4 работали на государственных предприятиях – отец работал на Горьковской железной дороге, а мать – на Сарапульском крупяном заводе. В период работы родителей они в порядке обмена жилыми помещениями получили спорное жилое помещение – <адрес>, в которую вселились сами и вселили своих детей ФИО4 и ФИО4, которые проживая в спорной квартире с родителями, приобрели право пользования этим жилым помещением. После смерти родителей ФИО4 и ФИО4 остались проживать в квартире, зарегистрированы в квартире. Впоследствии с согласия проживающих была вселена в квартиру семья ФИО4 – его жена ФИО2, после рождения их сын - ФИО3
До вступления в силу Жилищного кодекса Российской Федерации органы местного самоуправления не предъявляли к истцу ФИО4 и его брату ФИО4 и членам его семьи каких-либо претензий по поводу их проживания в спорном жилом помещении, считали их нанимателями указанной квартиры на условиях договора социального найма.
С учетом указанных обстоятельств суд пришел к выводу о том, что после передачи спорной квартиры в муниципальную собственность между собственником жилого помещения (МО «Город Сарапул») – с одной стороны, и истцом ФИО4, третьими лицами ФИО4, ФИО2, ФИО3 – с другой, сложились фактические правоотношения по пользованию жилым помещением – квартирой № по адресу: <адрес>, на условиях договора социального найма. Следовательно, указанные лица приобрели право пользования муниципальным жилым помещением в установленном законом порядке.
Судебная коллегия считает возможным согласиться с данными выводами суда первой инстанции, поскольку они основаны на правильном применении и толковании регулирующих рассматриваемые правоотношения норм материального права, соответствует фактическим обстоятельствам и представленным сторонами доказательствам.
В соответствии со статьей 5 Федерального закона от 29 декабря 2004 г. №189-ФЗ "О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации" к жилищным отношениям, возникшим до введения в действие ЖК РФ, ЖК РФ применяется в части тех прав и обязанностей, которые возникнут после введения его в действие, за исключением случаев, предусмотренных этим Федеральным законом.
Учитывая, что отношения по пользованию спорным жилым помещением возникли между сторонами до введения в действие Жилищного кодекса Российской Федерации и продолжились после введения Жилищного кодекса Российской Федерации, к указанным правоотношениям подлежат применению положения как ранее действовавшего Жилищного кодекса РСФСР так и введенного в действие с 1 марта 2005 года Жилищного кодекса Российской Федерации.
Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце 3 пункта 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июля 2009 г. №14 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации», отношения, регулируемые жилищным законодательством, как правило, носят длящийся характер и, соответственно, права и обязанности субъектов этих отношений могут возникать и после того, как возникло само правоотношение, статьей 5 Вводного закона установлено общее правило, согласно которому к жилищным отношениям, возникшим до введения в действие Жилищного кодекса Российской Федерации, Жилищный кодекс применяется в части тех прав и обязанностей, которые возникнут после введения его в действие, за исключением случаев, предусмотренных Вводным законом.
В соответствии со статьей 5 Жилищного кодекса РСФСР в редакции, действующей на момент предоставления (дачи разрешения на обмен квартир) спорной квартиры родителям истца:
1) жилые дома и жилые помещения в других строениях, принадлежащие государству (государственный жилищный фонд);
2) жилые дома и жилые помещения в других строениях, принадлежащие колхозам и другим кооперативным организациям, их объединениям, профсоюзным и иным общественным организациям (общественный жилищный фонд);
3) жилые дома, принадлежащие жилищно-строительным кооперативам (фонд жилищно-строительных кооперативов);
4) жилые дома и квартиры, находящиеся в личной собственности граждан (индивидуальный жилищный фонд).
В силу статьи 6 Жилищного кодекса РСФСР государственный жилищный фонд находился в ведении местных Советов народных депутатов (жилищный фонд местных Советов) и в ведении министерств, государственных комитетов и ведомств (ведомственный жилищный фонд).
Согласно статье 7 Закона Российской Федерации от 24 декабря 1992 г. №4218-1 "Об основах федеральной жилищной политики" к государственному жилищному фонду относился: ведомственный фонд, состоящий в государственной собственности Российской Федерации и находящийся в полном хозяйственном ведении государственных предприятий или оперативном управлении государственных учреждений, относящихся к федеральной государственной собственности; фонд, находящийся в собственности субъектов Российской Федерации, а также ведомственный фонд, находящийся в полном хозяйственном ведении государственных предприятий или оперативном управлении государственных учреждений, относящихся к соответствующему виду собственности.
В силу статьи 9 данного закона при переходе государственных или муниципальных предприятий, учреждений в иную форму собственности либо при их ликвидации жилищный фонд, находящийся в полном хозяйственном ведении предприятий или оперативном управлении учреждений (ведомственный фонд), должен быть передан в полное хозяйственное ведение или оперативное управление правопреемников этих предприятий, учреждений (если они определены), иных юридических лиц либо в ведение органов местного самоуправления в установленном порядке с сохранением всех жилищных прав граждан, в том числе права на приватизацию жилья.
Согласно пункту 2 постановления Верховного Совета Российской Федерации от 27 декабря 1991 г. №3020-1 "О разграничении государственной собственности в Российской Федерации на федеральную собственность, государственную собственность республик в составе Российской Федерации, краев, областей и муниципальную собственность" объекты государственной собственности, указанные в Приложении N 3 к настоящему Постановлению, независимо от того, на чьем балансе они находятся, передаются в муниципальную собственность. Согласно указанному Приложению в муниципальную собственность подлежал передаче жилищный фонд.
В соответствии со статьями 28-49 Жилищного кодекса РСФСР право на проживание в жилом помещении ведомственного жилищного фонда возникало из договора найма, заключаемого между гражданином и собственником жилья, либо уполномоченным им лицом. Основанием для заключения договора найма являлось предоставление жилого помещения гражданину в фактическое пользование по решению собственника жилого помещения.
Статья 50 Жилищного кодекса РСФСР предусматривала, что пользование жилыми помещениями в домах государственного и общественного жилищного фонда осуществляется в соответствии с договором найма жилого помещения и правилами пользования жилыми помещениями.
В соответствии со статьей 54 Жилищного кодекса РСФСР наниматель вправе в установленном порядке вселить в занимаемое им жилое помещение своего супруга, детей, родителей, других родственников, нетрудоспособных иждивенцев и иных лиц, получив на это письменное согласие всех совершеннолетних членов своей семьи. На вселение к родителям их детей, не достигших совершеннолетия, не требуется согласия остальных членов семьи.
Граждане, вселенные нанимателем в соответствии с правилами настоящей статьи, приобретают равное с нанимателем и остальными членами его семьи право пользования жилым помещением, если эти граждане являются или признаются членами его семьи (статья 53) и если при вселении между этими гражданами, нанимателем и проживающими с ним членами его семьи не было иного соглашения о порядке пользования жилым помещением.
Аналогичные нормы права содержит и действующее жилищное законодательство РФ (статьи 69, 70 Жилищного кодекса Российской Федерации).
В соответствии со статьей 10 Жилищного кодекса РСФСР, статьями 3, 10 Жилищного кодекса Российской Федерации жилищные права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными правовыми актами, а также из действий участников жилищных отношений, которые хотя и не предусмотрены такими актами, но в силу общих начал и смысла жилищного законодательства порождают жилищные права и обязанности.
Основанием для вселения в жилое помещение на условиях социального найма является договор социального найма жилого помещения (статья 60 Жилищного кодекса Российской Федерации).
В соответствии со статьей 61 Жилищного кодекса Российской Федерации, введенным в действие с 1 марта 2005 года, пользование жилым помещением по договору социального найма осуществляется в соответствии с настоящим Кодексом, договором социального найма данного жилого помещения.
Принимая решение о признании за истцом права пользования жилым помещением на условиях социального найма, суд руководствовался указанными нормами Жилищного кодекса РСФСР, Жилищного кодекса Российской Федерации, Законом Российской Федерации от 24 декабря 1992 г. №4218-1 "Об основах федеральной жилищной политики" и установил, что спорное жилое помещение относилось к ведомственному жилищному фонду, состояло на балансе государственного унитарного предприятия «Сарапульский крупяной завод». В феврале 1971 года предоставлено родителям истца ТВИ и ТЛН по обмену на основании решения межведомственной комиссии при РСП-25 ст. Сарапул, где они трудились; истец ФИО4 и третье лицо ФИО4 вселены в спорную квартиру вместе со своими родителями будучи в несовершеннолетнем возрасте и зарегистрированы в ней по месту жительства с ДД.ММ.ГГГГ. В 2002 году жилой дом передан из ведомственного жилищного фонда в муниципальную собственность.
Таким образом, истец был вселен в 1975 году и проживал в квартире по адресу: <адрес> на законных основаниях.
При таких обстоятельствах, учитывая вышеперечисленные нормы права, а также принимая во внимание положения статьи 7 Федерального закона от 29 декабря 2004 г. N 189-ФЗ "О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации" суд пришел к правильному выводу, что на спорные правоотношения распространяются правила договора социального найма, и признал за истцом право пользования жилым помещением на условиях социального найма.
С учетом изложенного, подлежат отклонению как несостоятельные доводы жалобы третьих лиц о недоказанности приобретения истцом права пользования спорной квартирой по договору социального найма.
Ссылки апеллянтов в обоснование данного довода жалобы на то, что истец более 30 лет в спорной квартире не проживает, выехал из квартиры в добровольном порядке, вывез все свои вещи, и более в квартиру не вселялся, постоянно проживает по иному месту жительства, плату за жилое помещение не вносит, указанного выше вывода не опровергают, поскольку законность вселения истца в спорную квартиру в несовершеннолетнем возрасте в качестве члена семьи нанимателей – своих родителей и проживания в ней, и, соответственно, приобретение им права пользования спорной квартирой по договору социального найма подтверждены имеющимися в материалах гражданского дела доказательствами и в суде апелляционной инстанции не оспорены.
Указанные третьими лицами в жалобе обстоятельства могут свидетельствовать об утрате истцом права пользования спорным жилым помещением, что предметом настоящего спора не является; третьи лица не лишены возможности обратиться с такими требованиями в суд с самостоятельным иском.
Также не заслуживает внимания довод жалобы третьих лиц о том, что они заявления о признании за ними права пользования жилым помещением в суд не подавали, по почте не направляли, истцу передать их не поручали; также не направляли почтой и не подавали в суд заявления об СМС-извещении о судебных заседаниях.
Как следует из протокола судебного заседания от 2 сентября 2019 года протокольным определением суда ФИО4, ФИО2 и ФИО3 привлечены к участию в деле в качестве третьих лиц (л.д. 28 оборот).
Согласно заявлению, адресованному в Сарапульский городской суд Удмуртской Республики, от 29 ноября 2019 года ФИО4, ФИО2 и ФИО3, являясь третьими лицами по делу, просят признать за ними также как за истцом ФИО4 право пользования жилым помещением по адресу: <адрес> на условиях социального найма; судебные заседания по делу проводить без их участия (л.д. 72). Данное заявление подписано ФИО4, ФИО2 и ФИО3
Факт составления и подписания указанного заявления третьими лицами не оспаривался, в том числе не оспаривался их представителем в суде апелляционной инстанции; на то, что изложенное в нем требование апеллянты в суде первой инстанции не заявляли, ФИО2 и ФИО3 в апелляционной жалобе не ссылались, о фальсификации данного заявления не заявляли.
Кроме того, в деле имеются заявления ФИО4, ФИО2 и ФИО3 от 11 ноября 2019 года о согласии на их извещение о проведении судебных заседаний по делу о признании права пользования жилым помещением на условиях социального найма посредством СМС-уведомлений (л.д. 73-75). Информации о том, что данные заявления написаны не ими или номера телефонов, указанные в заявлении, заявителям не принадлежат, апелляционная жалоба не содержит, подписание третьими лицами согласия на СМС - уведомление подтвердил также их представитель в суде апелляционной инстанции. Согласно отчетам указанные третьи лица были извещены о рассмотрении дела 14 февраля 2020 года в 10-30 часов посредством СМС-уведомлений, то есть надлежащим образом (л.д. 87).
Таким образом, податели жалобы были извещены судом о дне и месте рассмотрения дела надлежащим образом, поэтому оснований для перехода к рассмотрению дела по правилам в суде первой инстанции без учета особенностей, предусмотренных главой 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия не усматривает.
Разрешая требования в оспариваемой части, суд первой инстанции правильно определил юридически значимые обстоятельства, дал правовую оценку установленным обстоятельствам и постановил законное и обоснованное решение. Выводы суда в оспариваемой части соответствуют обстоятельствам дела. Нарушений норм материального и процессуального права, влекущих отмену решения в данной части, судом не допущено.
Обстоятельств, нуждающихся в дополнительной проверке, а также доводов, опровергающих выводы суда, апелляционная жалоба не содержит, в связи с чем оснований для отмены либо изменения постановленного судом решения по доводам жалобы у судебной коллегии не имеется.
Апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению.
Руководствуясь статьей 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛА:
решение Сарапульского городского суда Удмуртской Республики от 14 февраля 2020 года оставить без изменения, апелляционную жалобу третьих лиц ФИО2 и ФИО3 – оставить без удовлетворения.
Мотивированное апелляционное определение вынесено 10 июля 2023 года.
Председательствующий: Д.Н. Дубовцев
Судьи: М.Р. Константинова
Ю.В. Долгополова