дело № 2-2603/2022
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
14 сентября 2022 года г.Челябинск
Ленинский районный суд города Челябинска в составе:
председательствующего Федькаевой М.А.,
при секретаре Титеевой К.С.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1, ФИО2 к АО «Челябинский завод металлоконструкций» о компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
Истцами ФИО1, ФИО2 предъявлено исковое заявление к ответчику АО «Челябинский завод металлоконструкций» о компенсации морального вреда в пользу ФИО1 в размере 2 000 000 рублей, в пользу ФИО2 в размере 1 000 000 рублей, возмещении ФИО2 судебных расходов на оформление нотариальной доверенности и почтовых расходов в размере 2 217 рублей. В обоснование исковых требований указаны следующие обстоятельства.
ДД.ММ.ГГГГг. в результате несчастного случая на производстве на АО «Челябинский завод металлоконструкций» погиб ФИО3, супруг и отец истцов, что подтверждается актом № о несчастном случае. Комиссия завода не усмотрела грубой неосторожности со стороны пострадавшего, следов алкоголя не было найдено. Вина работодателя доказана актом расследования несчастного случая со смертельным исходом. Согласно акту расследования причинами случившегося являются:
- конструктивный недостаток листосгибочных вальцев XZV 8000/32 (1963 года изготовления, Чехословакия), выразившийся в отсутствии тормозного устройства привода рабочих валков (несоответствие п.6.1 ГОСТа 12.2116-2004 «Машины листосгибочные трех и четырехвалковые. Требования безопасности»);
- нарушение правильщиком ФИО3 инструкции п.п. 2.2.4.4, 2.2.4.6 по охране труда ИБТ-П1-076-86, п.2.3.2.9 технологической инструкции ТТИ 33.20 25201-081, с которыми правильщик ФИО3 был ознакомлен;
- недостаточный контроль со стороны мастера цеха обработки металла ФИО4 за требованиями безопасности на производстве. Правильщик ФИО3 зашел между вращающимися валками ФИО5 и приемным столом, чтобы поправить сдвинувшийся лист, где и был прижат движущимся по инерции металлическим листом к ролику загрузочного стола. Согласно справке о смерти № от ДД.ММ.ГГГГг. причинами смерти явились: острая кровопотеря, травма живота с повреждениями внутренних органов, пострадавший на производстве. Последствия случившегося причинили истцам нравственные страдания, они лишились надежной опоры в жизни. Пострадавший был примером, образцовым главой семейства. ФИО2 на тот момент была разведена, воспитывала одна ребенка-инвалида. Отец ФИО3 ей постоянно помогал, баловал внучку подарками, активно участвовал в воспитании внучки, оплачивал ее лечение оздоровление, помогал ФИО2 по дому, возил их по медицинским учреждениям. На момент случившегося ФИО1 уже не работала, находилась на пенсии, и ФИО3 был кормильцем их семьи. После смерти супруга ФИО1 тяжело заболела, перенесла инсульт, стала инвали<адрес> группы. Образ жизни их семьи полностью изменился, поменялись приоритеты, появились дополнительные обязанности по уходу за тяжело больным человеком, поскольку ФИО1 практически беспомощна, она очень тяжело переживает потерю супруга, с которым прожила практически 40 лет, она постоянно плачет, истязает себя переживаниями, она фактически не живет, а существует по ее мнению, она изолирована, ведет замкнутый образ жизни, не выходит из дома, не в состоянии выполнять привычную, бытовую работу на дому, все гигиенические процедуры осуществляются только с сопровождающим. Со стороны ответчика были произведены выплаты в рамках Коллективного договора, по линии Профсоюза, по линии Фонда социального страхования, но никто не вернет погибшего его родственникам, не устранит переносимые страдания, в связи с чем, они просят о компенсации причиненного морального вреда.
Истец ФИО2, она же представитель ФИО1, представитель истца ФИО6 в судебном заседании поддержали исковые требования в полном объеме и по основаниям, указанным в исковом заявлении, просили их удовлетворить.
Представители ответчика ФИО7, ФИО8 в судебном заседании предлагали истцам заключить мировое соглашение, готовы были выплатить каждому истцу сумму в размере 200 000 рублей, заявленные суммы считала необоснованными и завышенными.
Согласно заключению помощника прокурора Сидоровой М.В. в судебном заседании исковые требования считала законными и обоснованными, полагала возможным взыскать в пользу ФИО1 сумму в размере 700 000 рублей, в пользу ФИО2 – 500 000 рублей и возместить понесенные ей судебные расходы.
Третьи лица ФИО4, ФИО9 в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, в связи с чем, дело рассмотрено судом в их отсутствие на основании ст.167 ГПК РФ.
Суд, выслушав пояснения истца, представителя истца, представителей ответчика, заслушав заключение прокурора, показания свидетелей ФИО10, ФИО11, ФИО4, ФИО12, ФИО13, исследовав письменные материалы гражданского дела, оценив и проанализировав по правилам статей 59, 60, 67 ГПК РФ все имеющиеся доказательства по настоящему делу, приходит к выводу о частичном удовлетворении исковых требований ФИО1, ФИО2 по следующим основаниям.
Так судом из имеющихся материалов дела установлено, что ФИО3 в период с ДД.ММ.ГГГГг. по ДД.ММ.ГГГГг., с ДД.ММ.ГГГГг. являлся работником АО «Челябинский завод металлоконструкций», с ДД.ММ.ГГГГг. занимал должность правильщика на машинах цеха обработки металла.
ДД.ММ.ГГГГг. в результате несчастного случая на производстве на АО «Челябинский завод металлоконструкций» ФИО3 погиб, что подтверждается актом № о несчастном случае, копией свидетельства о смерти серии II-ИВ №, выданного ДД.ММ.ГГГГг. специализированным отделом ЗАГС администрации <адрес>, справкой о смерти № от ДД.ММ.ГГГГг.
Согласно справке о смерти № от ДД.ММ.ГГГГг. причинами смерти явились: острая кровопотеря, травма живота с повреждениями внутренних органов, пострадавший на производстве.
Согласно акту № о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГг. несчастный случай произошел следующим образом: правильщик ФИО3 вывел торец листа из под прижимного валка, установил рукоятку командоконтроллера в нулевое положение, не остановив вращение рабочих валков противовключением двигателя, отключил реле наличия напряжения и зашел между вращающимися валками вальцев и приемным (загрузочным) столом, был прижат движущимся по инерции листом к ролику загрузочного стола.
Технологической инструкцией ТТИ 33.20.25201.081 и инструкцией по охране труда для правщиков-вальцовщиков металлопроката ИБТ-П-1-076-86 во время правки (гибки) деталей и заготовок запрещается правильщику на машинах (подручному) подходить к листу, заходить между рольгангами, между столом и вальцами до полной остановки валков.
Причинами несчастного случая являются:
- конструктивный недостаток листосгибочных вальцев XZV 8000/32 (1963 года изготовления, Чехословакия), выразившийся в отсутствии тормозного устройства привода рабочих валков (несоответствие п.6.1 ГОСТа 12.2116-2004 «Машины листосгибочные трех и четырехвалковые. Требования безопасности»);
- нарушение правильщиком ФИО3 инструкции п.п. 2.2.4.4, 2.2.4.6 по охране труда ИБТ-П1-076-86, п.2.3.2.9 технологической инструкции ТТИ 33.20 25201-081, с которыми правильщик ФИО3 был ознакомлен;
- недостаточный контроль со стороны мастера цеха обработки металла ФИО4 за соблюдением требований безопасности при производстве работ, нарушение п.1.5 и п.1.10 положения об обязанностях мастера цеха завода по управлению охраной труда СТП 1395921-2.1-88.
Лица, допустившие нарушение требований охраны труда:
- мастер цеха обработки металла ФИО4, который не обеспечил безопасную организацию работ и соблюдение ФИО3 инструкции по охране труда при работе на вальцах, чем нарушил п.1.5 и п.1.10 «Положения об обязанностях мастера цеха завода по управлению охраной труда» СТП 1395921-2.1-88;
- правильщик на машинах ФИО3, поскольку находился между движущимся по инерции листом и приемным (загрузочным) столом, чем нарушены п.п. 2.24.4, 2.24.6 П-1-076-86 и п.2.3.2.9 технологической инструкции ТТИ 33.20.25.201.081.
Комиссией не было установлено грубой неосторожности со стороны пострадавшего ФИО3 в произошедшем с ним несчастном случае.
Среди мероприятий по устранению причин несчастного случая были определены, в том числе, рассмотреть возможность установки тормозного устройства в приводе рабочих валков вальцев XZM 8000/23 согласно ГОСТу ДД.ММ.ГГГГ-04 «Машины листогибочные трех и четырехвалковые. Требования безопасности», разработать мероприятия, исключающие нахождение работника между вальцами и приемным (загрузочным) столом при вращающихся валках.
Как следует из пояснений ФИО4 оборудование, на котором работал ФИО3 старое, для правки листов приходилось подкладывать различные металлические приспособления, даже убирали стол, забирались на лист, факт использования металлических подкладок также подтвердил свидетель ФИО13
Анализируя вышеизложенное, имеющиеся доказательства по делу, суд приходит к выводу, что причинами несчастного случая на производстве, случившегося с ФИО3, явились не только не соблюдение истцом мер личной безопасности, поскольку очевидно, что нахождение в зоне работающих валков вальцев не безопасно для жизни и здоровья, неосторожность истца при работе на особо опасном оборудовании, нарушение им п.п. 2.24.4, 2.24.6 П-1-076-86 и п.2.3.2.9 технологической инструкции ТТИ 33.20.25.201.081, но и нарушения со стороны работодателя, поскольку работники вынуждены были работать на оборудовании, в котором имелся конструктивный недостаток, выразившийся в отсутствии тормозного устройства привода рабочих валков (несоответствие п.6.1 ГОСТа 12.2116-2004 «Машины листосгибочные трех и четырехвалковые. Требования безопасности»), при этом, факт того, что заводом-изготовителем вальцев не предусмотрена установка тормозного устройства для остановки рабочих валков, не освобождает работодателя от обязанности обеспечить безопасность работников при эксплуатации оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов; соответствующие требованиям охраны труда условия труда на каждом рабочем месте, а также не был обеспечен достаточный контроль со стороны мастера цеха обработки металла ФИО4 за соблюдением требований безопасности при производстве работ, нарушение п.1.5 и п.1.10 положения об обязанностях мастера цеха завода по управлению охраной труда СТП 1395921-2.1-88, поскольку как следует из пояснений самого же ФИО4 оборудование, на котором работал ФИО3 старое, для правки листов приходилось подкладывать различные металлические приспособления, даже убирали стол, забирались на лист, факт использования металлических подкладок также подтвердил свидетель ФИО13
Согласно ст.22 Трудового кодекса РФ работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.
На основании ст.212 Трудового кодекса РФ обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов; соответствующие требованиям охраны труда условия труда на каждом рабочем месте; обучение безопасным методам и приемам выполнения работ, проведение инструктажа по охране труда, стажировки на рабочем месте и проверки знания требований охраны труда; недопущение к работе лиц, не прошедших в установленном порядке обучение и инструктаж по охране труда, стажировку и проверку знаний требований охраны труда; проведение специальной оценки условий труда в соответствии с законодательством о специальной оценке условий труда; принятие мер по предотвращению аварийных ситуаций, сохранению жизни и здоровья работников при возникновении таких ситуаций, в том числе по оказанию пострадавшим первой помощи; ознакомление работников с требованиями охраны труда; наличие комплекта нормативных правовых актов, содержащих требования охраны труда в соответствии со спецификой своей деятельности.
Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 6 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», работодатель несет ответственность за вред, причиненный жизни или здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, в порядке, закрепленном главой 59 Гражданского кодекса Российской Федерации.
На основании п. 1 ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.
Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).
В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь (часть 1 статьи 41), на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37), каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца и в иных случаях, установленных законом (часть 1 статьи 39).
Среди основных принципов правового регулирования трудовых отношений, закрепленных ст. 2 Трудового кодекса Российской Федерации, предусмотрены такие, как обязательность возмещения вреда, причиненного работнику в связи с исполнением им трудовых обязанностей, и обеспечение права на обязательное социальное страхование. Кроме того, Трудовой кодекс Российской Федерации особо закрепляет право работника на труд в условиях, отвечающих требованиям охраны труда, гарантируя его обязательным социальным страхованием от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний в соответствии с федеральным законом (статья 219 Трудового кодекса Российской Федерации).
Возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью застрахованного при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных законом случаях, предоставляется в порядке обязательного социального страхования.
В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.
В силу ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.
В соответствии с п. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
В соответствии с п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена.
Поэтому, если наряду с требованиями о взыскании страхового возмещения заявлены требования о возмещении морального вреда, причиненного застрахованному в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, суд с согласия истца вправе привлечь к участию в деле в качестве соответчика причинителя вреда (работодателя (страхователя) или лица, ответственного за причинение вреда), поскольку согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГг. № 125-ФЗ такой вред подлежит компенсации причинителем вреда.
Статья 237 Трудового кодекса РФ также предусматривает, что моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
Таким образом, компенсация морального вреда, причиненного в результате несчастного случая на производстве, случившегося с ФИО3, должна быть компенсирована за счет работодателя – в данном случае за счет АО «Челябинский завод металлоконструкций».
Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, выраженной в абзаце 3 пункта 32 Постановления Пленума от ДД.ММ.ГГГГ №, при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности, членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.
Также из материалов дела следует, что истец ФИО1 состояла в браке с ФИО3 с ДД.ММ.ГГГГг.
ФИО2 является дочерью ФИО14
При определении размера компенсации морального вреда, причиненного истцам, в соответствии со ст. 1101 ГК РФ суд, учитывает требования разумности и справедливости, а также фактические обстоятельства произошедшего несчастного случая, включая и то, что сам погибший также не соблюдал меры личной безопасности, а также учитывает, что ответчиком были предприняты меры по оказанию помощи истцам, они выплатили истцам материальную помощь, организовали похороны, но и то, что последствия случившегося причинили истцам нравственные страдания, они лишились надежной опоры в жизни. Пострадавший был примером, образцовым главой семейства, их семья была счастлива, они проводили совместно все праздники, выходные дни, что подтверждается имеющимися фотоматериалами, характеристикой соседей с места жительства семьи Горшковых, показаниями свидетеля ФИО12 ФИО2 на тот момент была разведена, воспитывала одна ребенка-инвалида. Отец ФИО3 ей постоянно помогал, баловал внучку подарками, активно участвовал в воспитании внучки, оплачивал ее лечение оздоровление, помогал ФИО2 по дому, возил их по медицинским учреждениям, она лишилась мужской поддержки со стороны отца. На момент случившегося ФИО1 уже не работала, находилась на пенсии, и ФИО3 был кормильцем их семьи. После смерти супруга ФИО1 тяжело заболела, перенесла инсульт, стала инвали<адрес> группы, при этом инвалидность ей была установлена уже ДД.ММ.ГГГГг., то есть ФИО1, прожив в браке с ФИО3 практически 40 лет, осталась в пожилом возрасте без поддержки и опоры супруга. Образ жизни семьи Горшковых полностью изменился, поменялись приоритеты, появились дополнительные обязанности по уходу за тяжело больным человеком, поскольку ФИО1 практически беспомощна, она очень тяжело переживает потерю супруга, постоянно плачет, истязает себя переживаниями, она фактически не живет, а существует по ее мнению, она изолирована, ведет замкнутый образ жизни, не выходит из дома, не в состоянии выполнять привычную, бытовую работу на дому, все гигиенические процедуры осуществляются только с сопровождающим. Со стороны ответчика были произведены выплаты, организованы похороны, но никто не вернет погибшего его родственникам, не устранит переносимые ими страдания, которые по прошествии 13 лет не стали менее глубокими, о чем утверждает ответчик.
При таких обстоятельствах, суд считает необходимым взыскать в пользу истца ФИО1 сумму компенсации морального вреда в размере 800 000 рублей, в пользу истца ФИО2 сумму компенсации морального вреда в размере 600 000 рублей, оснований для взыскания компенсации морального вреда в большем размере, включая заявленные 2000 000 рублей и 1 000 000 рублей, не имеется. При этом, факт выплаты ответчиком сумм материальной помощи, включая сумму в размере 50 000 рублей, не влияет на размер компенсации морального вреда, причиненного истцам.
В силу ст. 98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.
В связи с чем, на основании ст.98 ГПК РФ с ответчика АО «Челябинский завод металлоконструкций» в пользу истца ФИО2 надлежит взыскать судебные расходы в сумме 2217 рублей, из них в сумме 2000 рублей – за оплату нотариальных услуг, при этом ФИО1 была выдана ДД.ММ.ГГГГг. именно специальная доверенность – на ведение дела по иску АО «Челябинский завод металлоконструкций» о взыскании компенсации морального вреда в связи с несчастным случаем на производстве со смертельным исходов, 217 рублей – за оплату почтовых расходов.
Учитывая положение ч. 1 ст. 103 ГПК РФ о взыскании с ответчика АО «Челябинский завод металлоконструкций», не освобожденного от уплаты судебных расходов, государственной пошлины, от уплаты которых истец был освобожден, с ответчика подлежит взысканию в доход местного бюджета государственная пошлина в сумме в размере в размере 300 рублей, исчисленная в соответствии с пп.3 п.1 ст. 333.19 Налогового Кодекса РФ.
Руководствуясь ст. ст. 12, 56, 98, 103, 194-199 ГПК РФ,
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО1, ФИО2 удовлетворить частично.
Взыскать с АО «Челябинский завод металлоконструкций» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, паспорт серии 75 00 №, выдан Ленинским РУВД <адрес> ДД.ММ.ГГГГг., код подразделения 742-044, сумму компенсации морального вреда в размере 800 000 рублей.
Взыскать с АО «Челябинский завод металлоконструкций» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, паспорт серии 75 15 №, выдан Отделом УФМС России по <адрес> в <адрес> ДД.ММ.ГГГГг., код подразделения 740-054, сумму компенсации морального вреда в размере 600 000 рублей, судебные расходы в сумме 2217 рублей.
Взыскать с АО «Челябинский завод металлоконструкций» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в доход местного бюджета сумму государственной пошлины в размере 300 рублей.
Решение может быть обжаловано в Челябинский областной суд через Ленинский районный суд <адрес> в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы.
Председательствующий М.А. Федькаева
Мотивированное решение составлено 14.10.2022г.
Копия верна. Судья М.А. Федькаева
Решение по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ не вступило в законную силу.
Судья М.А. Федькаева
Секретарь: К.С. Титеева
Подлинник подшит в материалах гражданского дела №, которое находится в производстве Ленинского районного суда <адрес>.
ФИО1, ФИО2 к АО «Челябинский завод металлоконструкций» о компенсации морального вреда 74RS0№-35