Решение по делу № 2-3135/2024 от 21.01.2025

УИД № 38RS0003-01-2024-004167-03

РЕШЕНИЕ

И М Е Н Е М Р О С С И Й С К О Й Ф Е Д Е Р А Ц И И

21 января 2025 года г. Братск

Братский городской суд Иркутской области в составе:

председательствующего судьи Шаламовой Л.М.,

при секретаре Кобрысевой А.Г.,

с участием представителя истца ФИО1,

ответчика ФИО2,

ответчика ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-72/2025 по иску Главного управления Федеральной службы судебных приставов по Иркутской области к ФИО2, ФИО3 о взыскании суммы материального ущерба в порядке регресса,

УСТАНОВИЛ:

Истец Главное управление Федеральной службы судебных приставов по Иркутской области (далее – ГУФССП России по Иркутской области) обратился в суд с иском к ответчикам ФИО2, ФИО3, в котором просит солидарно взыскать с ответчиков в порядке регресса сумму материального ущерба в размере 38 000 руб.

В обоснование исковых требований указано, что ФИО3 назначен на должность сотрудника органов принудительного исполнения Российской Федерации в Управление Федеральной службы судебных приставов по Иркутской области ведущим судебным приставом-исполнителем в Братский межрайонный отдел судебных приставов по организации принудительного исполнения (далее - Отдел) приказом ФССП России от 20.05.2020 № 457-лс.

ФИО2 назначена на должность сотрудника органов принудительного исполнения Российской Федерации в Управление Федеральной службы судебных приставов по Иркутской области судебным приставом-исполнителем в Отдел приказом ФССП России от 20.05.2020 N° 457-лс.

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 29.12.2022 по делу № А19-16831/2022 удовлетворены требования заявителя конкурсного управляющего ООО «Промжилстрой» ФИО4 к старшему судебному приставу — исполнителю Братского МОСП по ОПИ УФССП РФ по Иркутской области ФИО2, врио начальника отдела старшего судебного пристава Братского МОСП по ОПИ УФССП России по Иркутской области ФИО3, ГУФССП России по Иркутской области о признании незаконным постановлений от 28.07.2022 об отказе в возбуждении исполнительного производства, об отмене постановления о возбуждении исполнительного производства.

Постановлением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 22.03.2023 решение суда оставлено без изменения.

Конкурсный управляющий ООО «Промжилстрой» ФИО4 обратился в Арбитражный суд Иркутской области с заявлением о взыскании с ГУФССП России по Иркутской области судебных расходов в размере 38 000 руб.

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 18.07.2023, заявление конкурсного управляющего ООО «Промжилстрой» ФИО4 удовлетворено, с ГУФССП России по Иркутской области взысканы судебные расходы в размере 38 000 руб.

Согласно платежного поручения № 126 от 28.09.2023 УФК по Иркутской области (ГУФССП России по Иркутской области) погасило задолженность перед ООО «Промжилстрой» в сумме 38 000 руб.

Таким образом, общая сумма ущерба в результате незаконных действий (бездействия) ФИО3, ФИО2 составила 38 000 руб.

В связи с тем, что причиной причинения ущерба явилось нарушение ФИО3, ФИО2 положений Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве», что объективно подтверждается судебным актом, вина ФИО3, ФИО2 установлена, следовательно, с ответчиков надлежит взыскать материальный ущерб в пользу ГУФССП России по Иркутской области в порядке регресса.

Заявленные требования обосновывает положения ст. 1081 ГК РФ.

В судебном заседании представитель истца ФИО1, действующая на основании доверенности, исковые требования по доводам и основаниям иска поддержала, просила заявленные требования удовлетворить.

Ответчик ФИО3 в судебном заседании исковые требования не признал, представил письменные возражения, в которых просил в удовлетворении исковых требований отказать, указав, что считает нарушенным п. 20 ст. 11 Федерального закона «О службе в органах принудительного исполнения Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» №328-Ф3, в котором говорится, что сотрудник имеет право на надлежащие организационно — технические условия службы, а именно — разработчиком программного комплекса ПК АИС ФССП ООО «РЕД СОФТ» ИНН <***>, не обеспечена возможность регистрации и исполнения исполнительного документа, содержащего разнородные требования. В данном случае он, вынося постановление от 28.07.2022 об отмене постановления о возбуждении исполнительного производства, возбужденного на основании исполнительного листа ФС *** от ДД.ММ.ГГГГ, выданного Арбитражным судом Иркутской области по делу № А 19-3271/2018 и судебный пристав- исполнитель ФИО2, вынося постановление от 28.07.2022 об отказе в возбуждении исполнительного производства, на основании исполнительного листа ФС *** от ДД.ММ.ГГГГ, выданного Арбитражным судом Иркутской области по делу № А19-3271/2018, действовали в ситуации крайней необходимости (непреодолимой силы) с целью соблюдения интересов взыскателя при отсутствии технической возможности принять иное решение. Таким образом, исходя из п. 5 ст. 15 Федерального закона «О службе в органах принудительного исполнения Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» №328-Ф3 (..за ущерб, причиненный органам принудительного исполнения, сотрудник несет материальную ответственность в порядке и случаях, которые установлены трудовым законодательством..), а также из ст. 239 Трудового кодекса РФ (..Материальная ответственность работника исключается в случаях возникновения ущерба вследствие непреодолимой силы, нормального хозяйственного риска, крайней необходимости или необходимой обороны либо неисполнения работодателем обязанности по обеспечению надлежащих условий для хранения имущества, вверенного работнику..), следовательно, работодатель в лице ФССП России в данном случае не может требовать возмещения в виде регресса, поскольку не обеспечил техническую возможность сотрудникам принять иное решение, исключающее возникновение негативных последствий.

Кроме того, истцом не предоставлены доказательства причинно - следственной связи между виновными действиями конкретных сотрудников и взысканием с него судебных расходов, поскольку у сотрудников отсутствовала техническая возможность принять иное решение (принимавшееся совместно с сотрудниками ГУ ФССП по Иркутской области).

В судебном заседании ответчик ФИО2 исковые требования не признала по доводам письменных пояснений, указала, что исковые требования не могут быть удовлетворены, в связи с тем, что в ее действиях отсутствовал какой-либо умысел на причинения ущерба федеральному бюджету РФ, ущерб возник вследствие непреодолимой силы, не зависимой от нее, а зависел от работодателя, прямой ее вины нет, она действовала в соответствии с Федеральным законом от 02.10.2007 г. № 229 -ФЗ «Об исполнительном производстве», Федеральным законом 21.071997 г. № 118-ФЗ «Об органах принудительного исполнения», и должностной инструкции. Исполнить требования исполнительного листа ФС № ФС *** в полном объеме, изменив или поменяв, сущность исполнения с неимущественного характера на имущественный характер самостоятельно по базе программного обеспечения АИС, не представлялось возможным, в связи с отсутствием таких прав и полномочий у судебного пристава-исполнителя. Данную замену может осуществить только начальник отдела, либо его заместитель. Однако, в замене было отказано, в связи с тем, что отсутствуют законные основания. Просила в удовлетворении исковых требований отказать.

Выслушав стороны, допросив свидетелей, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Согласно части 1 статьи 1081 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, возместившее вред, причиненный другим лицом (работником при исполнении им служебных, должностных или иных трудовых обязанностей, лицом, управляющим транспортным средством, и т.п.), имеет право обратного требования (регресса) к этому лицу в размере выплаченного возмещения, если иной размер не установлен законом.

В силу части 3 статьи 19 Федерального закона от 21 июля 1997 г. N 118-ФЗ "Об органах принудительного исполнения", ущерб, причиненный сотрудником органов принудительного исполнения гражданам и организациям, подлежит возмещению в порядке, предусмотренном гражданским законодательством Российской Федерации.

Согласно части 4 статьи 15 Федерального закона от 1 октября 2019 г. N 328-ФЗ "О службе в органах принудительного исполнения Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" вред, причиненный гражданам и организациям противоправными действиями (бездействием) сотрудника при исполнении им служебных обязанностей, подлежит возмещению в порядке, установленном законодательством Российской Федерации. В случае возмещения Российской Федерацией вреда, причиненного противоправными действиями (бездействием) сотрудника, федеральный орган принудительного исполнения имеет право обратного требования (регресса) к сотруднику в размере выплаченного возмещения, для чего федеральный орган принудительного исполнения может обратиться в суд от имени Российской Федерации с соответствующим исковым заявлением.

За ущерб, причиненный органам принудительного исполнения, сотрудник несет материальную ответственность в порядке и случаях, которые установлены трудовым законодательством (часть 5 статьи 15 Федерального закона от 1 октября 2019 г. N 328-ФЗ "О службе в органах принудительного исполнения Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации").

Из приведенных нормативных положений в их системной взаимосвязи, в частности, следует, что в случае причинения федеральным государственным гражданским служащим при исполнении служебных обязанностей вреда гражданину или юридическому лицу его возмещение производится в порядке, предусмотренном гражданским законодательством Российской Федерации, за счет казны Российской Федерации. Лицо, возместившее вред, причиненный федеральным государственным гражданским служащим при исполнении им служебных обязанностей, имеет право обратного требования (регресса) к этому лицу в размере выплаченного возмещения, если иной размер не установлен законом.

Судебный пристав является должностным лицом, состоящим на государственной службе (пункт 2 статьи 3 Федерального закона от 21.07.1997 №118-ФЗ «О судебных приставах»).

Статьей 6.4 Федерального закона от 21 июля 1997 г. N 118-ФЗ "Об органах принудительного исполнения Российской Федерации" предусматривается, что организация деятельности рабочих и служащих органов принудительного исполнения, их трудовые отношения регламентируются трудовым законодательством и правилами внутреннего служебного распорядка в органах принудительного исполнения.

Частью 7 статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что на государственных служащих и муниципальных служащих действие трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права, распространяется с особенностями, предусмотренными федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, законами и иными нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации о государственной службе и муниципальной службе.

Правовые, организационные и финансово-экономические основы государственной гражданской службы Российской Федерации установлены Федеральным законом от 27 июля 2004 г. N 79-ФЗ "О государственной гражданской службе Российской Федерации".

На основании статьи 73 Федерального закона от 27 июля 2004 г. N 79-ФЗ "О государственной гражданской службе Российской Федерации" федеральные законы, иные нормативные правовые акты Российской Федерации, законы и иные нормативные правовые акты субъектов Российской Федерации, содержащие нормы трудового права, применяются к отношениям, связанным с гражданской службой, в части, не урегулированной этим Федеральным законом.

По смыслу изложенных выше нормативных положений и с учетом того, что Федеральным законом от 21 июля 1997 г. N 118-ФЗ "Об органах принудительного исполнения Российской Федерации", Федеральным законом от 27 июля 2004 г. N 79-ФЗ "О государственной гражданской службе Российской Федерации", Федеральным законом от 1 октября 2019 г. N 328-ФЗ "О службе в органах принудительного исполнения Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" не определены основание и порядок привлечения сотрудника органов принудительного исполнения к материальной ответственности за причиненный им при исполнении служебных обязанностей вред и виды (то есть размер) этой ответственности, к спорным отношениям по возмещению вреда в порядке регресса ФССП России, подлежат применению нормы Трудового кодекса Российской Федерации о материальной ответственности работника.

Порядок и условия привлечения работника к материальной ответственности конкретизированы в главе 39 Трудового кодекса Российской Федерации.

Статьей 238 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат.

Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.

Статьей 239 Трудового кодекса Российской Федерации определены обстоятельства, исключающие материальную ответственность работника.

Так, в соответствии с названной нормой закона материальная ответственность работника исключается в случаях возникновения ущерба вследствие непреодолимой силы, нормального хозяйственного риска, крайней необходимости или необходимой обороны либо неисполнения работодателем обязанности по обеспечению надлежащих условий для хранения имущества, вверенного работнику.

Согласно статье 241 Трудового кодекса Российской Федерации за причиненный ущерб работник несет материальную ответственность в пределах своего среднего месячного заработка, если иное не предусмотрено данным Кодексом или иными федеральными законами.

Статья 243 Трудового кодекса Российской Федерации называет случаи полной материальной ответственности.

Согласно части 2 статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации истребование от работника письменного объяснения для установления причины возникновения ущерба является обязательным. В случае отказа или уклонения работника от предоставления указанного объяснения составляется соответствующий акт.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 г. N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю" разъяснено, что к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности (пункт 4).

Как следует из разъяснений, содержащихся в абзаце 2 пункта 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 г. N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю" под ущербом, причиненным работником третьим лицам, следует понимать все суммы, которые выплачены работодателем третьим лицам в счет возмещения ущерба. При этом необходимо иметь в виду, что работник может нести ответственность лишь в пределах этих сумм и при условии наличия причинно-следственной связи между виновными действиями (бездействием) работника и причинением ущерба третьим лицам.

Анализируя исследованные в судебном заседании доказательства в их совокупности, суд находит установленным, что ФИО3 назначен на должность сотрудника органов принудительного исполнения Российской Федерации в Управление Федеральной службы судебных приставов по Иркутской области ведущим судебным приставом-исполнителем в Братский межрайонный отдел судебных приставов по организации принудительного исполнения (далее - Отдел) приказом ФССП России от 20.05.2020 № 457-лс.

Согласно выписки из приказа №457-лс от 20.05.2020 ФССП России ФИО2 назначена на должность судебного пристава-исполнителя. Присвоено ФИО2 специальное звание – младший лейтенант внутренней службы.

Согласно приказу №533 от 01.08.2022 об утверждении и введении в действие структуры и штатного расписания ГУ ФССП России по Иркутской области, ведущий судебный пристав-исполнитель отдела судебных приставов по г.Братску и Братскому району имеет должностной оклад – 20 856 руб., судебный пристав-исполнитель отдела судебных приставов по г.Братску и Братскому району имеет должностной оклад – 18 539 руб.

Права и обязанности ведущего судебного пристава-исполнителя в том числе закреплены в должностной инструкции ведущего судебного пристава-исполнителя Отдал судебных приставов по г.Братску и Братскому району ГУФССП России по Иркутской области, утвержденной 18.06.2021.

В соответствии с п.3.2.8 указанной должностной инструкции, в случае неясности положений исполнительного документа, способа и порядка его исполнения обратиться в суд, другой орган или к должностному лицу, выдавшим исполнительный документ, с заявлением о разъяснении способа и порядка его исполнения.

Пункт 4.2.1 должностной инструкции гласит, что судебный пристав-исполнитель должен принимать меры по своевременному, полному и правильному исполнению исполнительных документов. Принимать процессуальные решения по исполнительным производствам в соответствии и сроки, установленные Законом.

Аналогичные положения содержатся в должностной инструкции судебного пристава-исполнителя Отдал судебных приставов по г.Братску и Братскому району ГУФССП России по Иркутской области, утвержденной 22.09.2022.

Как следует из указанного решения, в Братского МОСП по ОПИ УФССП РФ по Иркутской области 08.05.2019 на основании исполнительного листа: серии ФС *** от 04.04.2019г., выданного Арбитражным судом Иркутской области по делу №А19-3271/2018, возбуждено исполнительное производство №95342/19/38007-ИП в части обязания ФИО5 передать конкурсному управляющему ФИО4 в срок не позднее 5 дней с даты вступления в законную силу настоящего судебного акта документы согласно списка.

Врио, начальника отдела, старшим судебным приставом Братского МОСП по ОПИ УФССП России по Иркутской области ФИО3 28.07.2022 в ходе проверки материалов исполнительного производства №95342/19/38007-ИП установлено, что в нарушение ч.1 ст. 30 Федерального закона от 02.10.2007 №229-ФЗ «Об исполнительном производстве» исполнительное производство возбуждено без заявления конкурсного управляющего ФИО4

Выявленное нарушение послужило основанием для вынесения 28.07.2022 Врио, начальника отдела, старшим судебным приставом Братского МОСП по ОПИ УФССП России по Иркутской области ФИО3 постановлений об отмене не соответствующего законодательству постановления о возбуждении исполнительного производства №95342/19/38007-ИП от 08.05.2019 и об отказе в возбуждении исполнительного производства на основании исполнительного листа серии ФС №031230946 от 04.04.2019г., выданного Арбитражным судом Иркутской области по делу №А19-3271/2018.

Не согласившись с указанными постановлениями конкурсный управляющий ООО «Промжилстрой» ФИО4 обратился в Арбитражный суд Иркутской области с иском, разрешая который суд пришел к выводу, что у судебных приставов-исполнителей отсутствовали правовые основания для вынесения постановлений об отказе в возбуждении исполнительного производства и об отмене постановления о возбуждении исполнительного производства.

Суд посчитал, что необходимость приложения заявления взыскателя к исполнительному документу обусловлена необходимостью при возбуждении исполнительного производства удостовериться в безусловном волеизъявлении о таком действии именно от взыскателя (в целях исключения злоупотребления в сфере исполнительного производства). В рассматриваемом же деле такое волеизъявление взыскателя неоднократно было выражено в ходе исполнительного производства. Более того, должником факт возбуждения исполнительного производства по мотивам отсутствия заявления взыскателя также не оспаривался.

На основании изложенного, Арбитражный суд пришел к выводу, что оспариваемые постановление врио начальника отдела - старшего судебного пристава Братского межрайонного отдела судебных приставов по организации принудительного исполнения ФИО3 от 28.07.2022 об отмене постановления о возбуждении исполнительного производства № 95342/19/38007- ИП, постановление судебного пристава исполнителя Братского межрайонного отдела судебных приставов по организации принудительного исполнения ФИО2 от 28.07.2022 об отказе в возбуждении исполнительного производства не соответствуют положениям действующего законодательства об исполнительном производстве и, как следствие, нарушают права и законные интересы заявителя.

Постановлением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 22.03.2023 решение суда оставлено без изменения.

В соответствии с частью 2 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

В силу части 2 статьи 209 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации после вступления в законную силу решения суда стороны, другие лица, участвующие в деле, их правопреемники не могут вновь заявлять в суде те же исковые требования, на том же основании; а также оспаривать в другом гражданском процессе установленные судом факты и правоотношения.

Согласно правовой позиции, изложенной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2011 года N 30-П, действующие во всех видах судопроизводства общие правила распределения бремени доказывания предусматривают освобождение от доказывания входящих в предмет доказывания обстоятельств, к числу которых процессуальное законодательство относит обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным решением по ранее рассмотренному делу (статья 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). В данном основании для освобождения от доказывания проявляется преюдициальность как свойство законной силы судебных решений, общеобязательность и исполнимость которых в качестве актов судебной власти обусловлены ее прерогативами.

Признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности.

Таким образом, вступившим в законную силу судебным постановлением, имеющим преюдициальное значение для разрешения настоящего спора в силу части 2 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, установлен факт несоответствия действий ответчиков в рамках исполнительного производства №95342/19/38007-ИП положениям действующего законодательства об исполнительном производстве.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 87 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 ноября 2015 года N 50 "О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства" по смыслу статьи 1081 ГК РФ Российская Федерация в порядке регресса вправе взыскать сумму возмещенного вреда с лица, виновного в его причинении.

Поскольку в качестве представителя ответчика по основному обязательству о возмещении вреда с Российской Федерации за счет казны Российской Федерации выступает ФССП России, то ФССП России вправе предъявить иск от имени Российской Федерации в порядке регресса к лицу, виновному в причинении вреда.

Исходя из разъяснений, содержащихся в п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 52 от 16.11.2006 года, под ущербом, причиненным работником третьим лицам, следует понимать все суммы, которые выплачены работодателем третьим лицам в счет возмещения ущерба. При этом необходимо иметь в виду, что работник может нести ответственность лишь в пределах этих сумм и при условии наличия причинно-следственной связи между виновными действиями (бездействием) работника и причинением ущерба третьим лицам.

Частью 3 ст. 19 Федерального закона N 118-ФЗ от 21.07.1997"Об органах принудительного исполнения Российской Федерации" (далее - Федеральный закон "Об органах принудительного исполнения Российской Федерации") и ранее действовавшего Федерального закона "О судебных приставах" предусмотрено, что ущерб, причиненный сотрудником органов принудительного исполнения гражданам и организациям, подлежит возмещению в порядке, предусмотренном гражданским законодательством Российской Федерации.

В силу ст. 12 Федерального закона "Об органах принудительного исполнения Российской Федерации" и ранее действовавшего Федерального закона "О судебных приставах", судебный пристав-исполнитель в процессе принудительного исполнения судебных актов обязан принимать меры по своевременному, полному и правильному исполнению исполнительных документов.

Соответственно, судебный пристав-исполнитель ФИО2, ведущий судебным приставом-исполнителем ФИО3 несли полную ответственность за проводимые им действия, в том числе, за вынесение постановлений в рамках исполнительного производства, находящегося на исполнении, и осознавали возможность наступления негативных последствий в случае ненадлежащего исполнения своих должностных обязанностей.

При указанных обстоятельствах, в связи с наличием преюдициальных судебных актов, обстоятельства, исключающие материальную ответственность ответчика - отсутствуют.

Наличие причинно-следственной связи между действиями судебного пристава-исполнителя ФИО2 и ведущего судебного пристава-исполнителя ФИО3 и наступившим ущербом установлено вступившими в законную силу судебными актами.

В связи с тем, что причиной причинения ущерба явилось нарушение ФИО3 и ФИО2 положений Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве», что объективно подтверждается судебным актом, вина ФИО3, ФИО2 установлена, следовательно, с ответчиков надлежит взыскать материальный ущерб в пользу ГУФССП России по Иркутской области в порядке регресса.

Таким образом, суд находит заявленные требования обоснованными и подлежащими удовлетворению в полном объеме.

Руководствуясь ст.ст. 194 - 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования Главного управления Федеральной службы судебных приставов по Иркутской области удовлетворить.

Взыскать солидарно с ФИО2 (паспорт ***), ФИО3 (паспорт ***) в пользу Главного управления Федеральной службы судебных приставов по Иркутской области в порядке регресса сумму материального ущерба в размере 38 000 руб.

Решение может быть обжаловано сторонами в Иркутский областной суд через Братский городской суд Иркутской области в течение месяца со дня составления мотивированного решения суда.

Судья Л.М. Шаламова

Мотивированное решение изготовлено 31 января 2025 года.