№ 2-19/2025

№70RS0004-01-2023-005884-94

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

25 апреля 2025 г. Советский районный суд г. Томска в составе:

председательствующего Шукшиной Л.А.

при секретаре Самаевой А.И.,

с участием:

старшего помощника прокурора Советского района г. Томска Черновой А.В.,

истца ФИО2, её представителя ФИО3, действующего на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ сроком на два года,

представителей ответчика ФИО4, действующей на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО5, действующего на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ сроком на один год,

рассмотрев в открытом судебном заседании в <адрес> гражданское дело по иску ФИО2 ФИО9 к обществу с ограниченной ответственностью «Нео Медика» о взыскании компенсации морального вреда, связанного с некачественным оказанием медицинской помощи, штрафа,

установил:

ФИО2 обратилась в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Нео Медика» о компенсации морального вреда в размере 300000 руб., штраф в размере 50% от суммы, присужденной судом за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требования потребителя.

В обоснование заявленных требований указано, что ДД.ММ.ГГГГ ООО «Нео Медика» ФИО2 были оказаны медицинские услуги, связанные с удалением 38 зуба, за что ею произведена оплата в размере 5440 руб. После удаления ФИО2 испытывала мучения от сильных болей, не могла по этой причине есть, говорить. Далее её состояние ухудшилось, повысилась температура тела, которая сохранялась в течение недели, беспокоила общая слабость, тошнота, рвота. ДД.ММ.ГГГГ появилось онемение, жжение левой половины языка, изменение вкуса. В результате чего истец обратилась за медицинской помощью в ТОКБ, где после лечения ей был поставлен диагноз «Гастроэзафагеальная рефлюксная болезнь с эзофагитом». ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 обратилась в медицинский центр «Гармония здоровья», где ей был поставлен диагноз «Нейропатия язычного нерва слева с выраженными чувствительными нарушениями. Состояние после удаления 38 зуба слева от 16.04.2022». В дальнейшем для лечения ФИО2 была направлена в клинику АНО «НИИ микрохирургии» где была прооперирована, ей был поставлен заключительный клинический диагноз «Посттравматическая нейропатия левого язычного нерва. Состояние после экстракции зуба от 2022 г.». Таким образом, в результате некачественно оказанных истцу ООО «Нео Медика» медицинских услуг при удалении зуба был поврежден левый язычный нерв, из -за чего ФИО2 страдала от сильных болей, не могла есть, что привело к обострению имеющихся у нее заболеваний, госпитализации и длительному лечению в ТОКБ. В течение года после удаления зуба истец испытывала физические и нравственные страдания от онемения, жжения левой половины языка, изменения вкуса на левой половине языка, нарушения речи и сна, сильных головных болей, трудностей при приеме пищи, была вынуждена проходить длительное лечение, перенесла хирургическую операцию. До настоящего времени состояние здоровья истца не восстановилось.

С учетом дополнений и уточнений доводы истца о некачественной услуге и причине возникновения нейропатии язычного нерва состоят в следующем: ??травматизация язычного нерва по время удаления зуба; ??травматизация язычного нерва иглой при проведении анестезии, ??травматизация язычного нерва из-за передозировки анестетика.

Участвуя в судебном заседании истец ФИО2 первоначально поддержала заявленные требования по основаниям, изложенным в иске.

В последующем она и её представитель дополнительно указали на отсутствие информированного согласия при оказании ей медицинской помощи, иных претензий со стороны истца к врачам не имеется. Поясняли, что если бы истец была надлежащим образом проинформирована, то она смогла бы получить соответствующую консультацию специалистов, выбрать другой метод лечения, который бы минимизировал негативные невралгические последствия. Возможно, вообще отказалась бы от помощи.

Представители ответчика ФИО4, ФИО5 исковые требования не признали, указывая на качественность оказанной медицинской помощи и получения согласия на медицинское вмешательство со стороны истца.

Третьи лица ФИО6, представители третьих лиц АО" Гармония здоровья", ОГАУЗ "Томская областная клиническая больница", АНО "НИИ Микрохирургии", ОГАУЗ "Больница №" в судебное заседание не явились, причин неявки суду не сообщила, надлежащим образом извещена о дате, времени и месте рассмотрения дела.

Руководствуясь положениями ст. 167 ГПК РФ суд определил рассмотреть дело по существу при настоящей явке лиц, участвующих в деле.

Заслушав объяснения участников процесса, заключение прокурора, полагавшего требования подлежащими удовлетворению частично, ознакомившись с отзывами на исковое заявление, исследовав письменные доказательства, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст. 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (ч. 1 ст. 41 Конституции Российской Федерации).

Здоровье как неотъемлемое и неотчуждаемое благо, принадлежащее человеку от рождения и охраняемое государством, Конституция Российской Федерации относит к числу конституционно значимых ценностей, гарантируя каждому право на охрану здоровья, медицинскую и социальную помощь.

Согласно п. 9 ч. 5 ст. 19, ч. 2 ст. 52 Федерального закона РФ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" от 21.11.2011 № 323-ФЗ пациент имеет право на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (ч.ч. 2, 3 названного Закона).

Применительно к медицинской помощи вопрос о качестве оказанных пациенту (потребителю) услуг ставится в данном случае истцом не сам по себе, а в связи с наступлением тех неблагоприятных последствий оказания медицинской помощи, о которых он говорит в исковом заявлении. Соответственно, в этом случае спор переходит в плоскость возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью пациента ст. 1084 ГК РФ.

Согласно ст. 1084 ГК РФ вред, причиненный жизни или здоровью гражданина при исполнении договорных обязательств возмещается по правилам, предусмотренным главой 59 ГК РФ, если законом или договором не предусмотрен более высокий размер ответственности.

В соответствии с разъяснениями Верховного Суда РФ, содержащимися в п. 9 Постановления Пленума от 28.06.2012 № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», к отношениям по предоставлению гражданам медицинских услуг, оказываемых медицинскими организациями в рамках добровольного и обязательного медицинского страхования, применяется законодательство о защите прав потребителей.

В силу положений ст. 4 Закона РФ от 07.02.1992 N 2300-1 «О защите прав потребителей» исполнитель услуг (в данном случае медицинская организация) обязан оказать услуги надлежащего качества.

Ненадлежащее качество медицинской услуги может выражаться в допущении ошибок при диагностике и лечении, непредоставлении бесплатной лекарственной помощи, взимании платы или требовании оплатить медицинские услуги, которые должны быть предоставлены бесплатно, в грубом, бестактном отношении персонала медицинского учреждения и т.д.

От ненадлежащего оказания медицинских услуг нужно отличать причинение пациенту вреда в результате их оказания. Первое является нарушением договорного обязательства. Второе рассматривается как повреждение здоровья, т.е. нематериального, охраняемого гражданским правом блага (п. 1 ст. 150 ГК РФ). Такой вред возмещается исполнителем в полном объеме и независимо от своей вины в ненадлежащем оказании услуг (ст. 1095 ГК РФ; п. 1 ст. 14 Закона о защите прав потребителей).

На основании п. п. 1, 2 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Пунктом 1 ст. 1068 ГК РФ определено, что юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. Применительно к правилам, предусмотренным главой 59 ГК РФ, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

Как разъяснено в п. 11 постановления Пленума Верховного Суда РФ «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» от 26.01.2010 № 1 по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 ГК РФ и статьей 151 настоящего Кодекса (п. 1 ст. 1099 ГК РФ).

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, по общему правилу необходимыми условиями для наступления гражданско-правовой ответственности за причиненный вред, в том числе моральный, являются: причинение вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. При этом гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если докажет, что вред причинен не по его вине. Исключения из этого правила установлены законом, в частности статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Исходя из подлежащих применению к спорным отношениям норм законодательства в их взаимосвязи для привлечения к ответственности в виде возмещения вреда, причиненного здоровью, компенсации морального вреда, причиненных убытков необходимо установление факта оказания медицинских услуг ненадлежащего качества, причинения в связи с этим вреда здоровью, а также нравственных или физических страданий.

Согласно ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались (ч. 2 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими (ч. 1 и 4 ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Установлено, что ДД.ММ.ГГГГ ООО «Нео Медика» ФИО2 были оказаны медицинские услуги, связанные с удалением 38 зуба, за что ею произведена оплата в размере 5440 руб., что подтверждается медицинской картой стоматологического больного №. Поставлен диагноз: Ретинированный зуб. Лечение: под местной анестезией ультракаин 1:100000-3.4 произвден разрезв области слизистой 38 зуба, откинут слизисто –надкостнический лоскут, визиуализирован и удален 38 зуб, коретаж лунки, в лунку установлен альвеостаз. Слизистая лунки ушита кутгутом. Гемостаз по ходу операции. Рекомендовано лечение.

ДД.ММ.ГГГГ у ФИО2 появилось онемение, жжение левой половины языка, изменение вкуса, в связи с чем она обратилась за медицинской помощью в ТОКБ, где после лечения ей был поставлен диагноз «Гастроэзафагеальная рефлюксная болезнь с эзофагитом».

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 обратилась в медицинский центр «Гармония здоровья», где ей был поставлен диагноз «Нейропатия язычного нерва слева с выраженными чувствительными нарушениями. Состояние после удаления 38 зуба слева от 16.04.2022».

В дальнейшем для лечения ФИО2 была направлена в клинику АНО «НИИ микрохирургии» где была прооперирована, ей был поставлен заключительный клинический диагноз «Посттравматическая нейропатия левого язычного нерва. Состояние после экстракции зуба от 2022 г.».

Поскольку для оценки качества оказанной ФИО1 медицинской помощи требовались специальные познания в области медицины, в ходе рассмотрения дела по ходатайству ответчика были назначены судебно-медицинская экспертиза от ДД.ММ.ГГГГ и дополнительная (от ДД.ММ.ГГГГ) экспертиза

, проведение которых поручалось экспертам Государственного казенного учреждения здравоохранения <адрес> «Республиканское клиническое бюро судебно- медицинской экспертизы» (<адрес>А. <адрес>, 656009).

Согласно заключениям комиссии экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ наличие жалоб в области ретенированного зуба являлись показанием к удалению. Возникновение у ФИО2 нейропатии язычного нерва не может являться следствием нарушения врачом-хирургом техники удаления 38 зуба, также как и следствием естественного заживления лунки, формирования рубцовой ткани в месте её заживления в виду различной анатомической локализацией нахождения язычного нерва и доступа операционного поля при удалении 38 зуба. Согласно данным представленнных медицинских документов у ФИО2 имеются заболевания: идеопатическая генерализованная эпилепсия, гастроэзофагенная рефлюксная болезнь, которые не могут быть причиной возникновения невропатии язычного нерва. Вид анастезии ей выбран правильно, равно как и выбор местного анестетика. Оба варианта вводимого количества анестетика не превысили допустимую дозу, а следовательно не могли привести к передозировке. Повреждение язычного нерва при вводе иглы для анестезии с вестибулярной стороны нижней челюсти невозможен, так как это разные анатомические зоны. В ходе проведения указанной операции язычный нерв не мог быть поврежден.

В соответствии с ч. 1, 2 ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Так, в соответствии с ч. l ст. 62 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» судебно-медицинская и судебно-психиатрическая экспертизы проводятся в целях установления обстоятельств, подлежащих доказыванию по конкретному делу, в медицинских организациях экспертами в соответствии с законодательством Российской Федерации о государственной судебно-экспертной деятельности.

Федеральный закон от ДД.ММ.ГГГГ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» определяет правовую основу, принципы организации и основные направления государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации в гражданском, административном и уголовном судопроизводстве.

В соответствии с п.46 ч.1 ст. 12 Федерального закона от 04.05.2011 N299-ФЗ «О лицензировании отдельных видов деятельности» лицензированию подлежит медицинская деятельность.

Суд считает, что указанные выше экспертные заключения следует признать надлежащим доказательством.

У суда не имеется оснований ставить под сомнение достоверность заключения судебных экспертиз, поскольку экспертиза проведена комиссией из числа компетентных экспертов, имеющих достаточный стаж работы в соответствующих областях экспертизы. Рассматриваемые экспертизы проведены в соответствии с требованиями ФЗ от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» на основании определения суда о поручении проведения экспертизы, эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, в ходе производства судебной экспертизы экспертами были исследованы как материалы гражданского дела, так и представленная медицинская документация. Суд полагает заключения соответствующим требованиям относимости, допустимости, достоверности и достаточности.

Доводы истца об оказании ей ненадлежащей медицинской помощи ответчиком не нашли своего подтверждения.

Так, под ненадлежащим оказанием медицинской помощи (услуг) понимается оказание медицинской помощи пациенту не в соответствии с общепринятыми порядками оказания медицинской помощи и стандартами медицинской помощи, утвержденными Министерством здравоохранения Российской Федерации, клиническими рекомендациями (протоколами лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разработанными и утвержденными медицинскими профессиональными некоммерческими организациями, в том числе технические и лечебно-диагностические ошибки при оказании медицинской помощи пациенту.

Таким образом, обязательным признаком, характеризующим ненадлежащее оказание медицинской помощи, является нарушение требований рекомендаций, порядков и стандартов, регламентирующих конкретный вид медицинской помощи.

Таких нарушений ни материалами дела, ни выводами экспертов не установлено.

Кроме того, истец просит компенсировать ей моральный вред на основании нарушения ответчиком информации в доступной форме о методах оказания медицинской помощи, связанных с ними рисках, возможных вариантах медицинского вмешательства и их последствиях, а также о предполагаемых результатах медицинской помощи.

Данный довод также судом не принимается.

Так, как следует из медицинской карты, ФИО2 обратилась за медицинской стоматологической помощью с жалобами на боль в 38 зубе. Осмотром была установлено, что снизу слева не прорезался 38 зуб.

Выставлен Диагноз 38 КО1.0 Ретинированный зуб. Наличие жалоб на боль в области ретинированного зуба является прямым показанием для его удаления.

Первоначально с пациенткой ФИО2 был заключен Договор N?1750 от ДД.ММ.ГГГГ на получение медицинских услуг в клинике.

Из карты следует, что при первом обращении в медицинскую организацию (в ООО «НЕО МЕДИКА») пациентке под роспись разъяснялось не только о необходимости добровольного согласия, но и на возможность отказа от медицинского вмешательства, что подтверждается письменным документом, поименованным в соответствии с Приказом Минздрава №н «Информированное добровольное согласие при выборе врача и медицинской организации для получения первичной медико-санитарной помощи».

При заключении Договора, ФИО2 было разъяснено, что она вправе обратиться за помощью в рамках «Программы государственных гарантий оказания гражданам РФ бесплатной медицинской помощи» (в п. 1.6. Договора) с указанием адреса ближайшей поликлиники: <адрес>, ФИО7, 34, возможность получения медицинской помощи в рамках ОМС.

ДД.ММ.ГГГГ получено информированное добровольное согласие (ИДС) на удаление ретинированного 38 зуба. Тогда же получено ИДС на местное обезболивание.

Пациентке было разъяснено, какая операция ей предстоит. Разъяснялся порядок проведения местной анестезии. Также разъяснялись и возможные осложнения, которые могут возникнуть как в связи с оперативным лечением, так и в связи с анестезией.

При этом, в информированном согласии разъяснялось, что местная анестезия приводит к «временной потере болевой, тактильной и температурной чувствительности». Разъяснялось, что «осложнениями местной анестезии могут явиться: аллергические реакции организма на медикаментозные препараты, обморок, коллапс, шок, травматизация нервных окончаний и сосудов, потеря чувствительности, невриты, невралгии, постинъекционные гематомы».

О возможных невралгиях, к которым относится и травматическая нейропатия, пациентка предупреждалась.

Доводы представителя истца о том, что ФИО2 было не понятно, что либо из последствий как анестезии так и удаления зуба, равно как и доводы о том, что в информированном согласии должны быть указаны все возможные патологии и осложнения, суд находит не состоятельными. ФИО2 добровольно поставила свою подпись под информированными согласиями, не возражала, что имела возможность задать врачу все интересующие ее вопросы, и получить на них удовлетворяющие ее ответы. Отказа от оказания ей медицинской услуги не заявляла.

Требований же по указанию в информированных согласиях перечислять все возможные и предполагаемые последствия, риски, осложнения в связи с оперативным вмешательством действующее законодательство не устанавливает.

Статья 20 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" устанавливает, что необходимым предварительным условием медицинского вмешательства является дача информированного добровольного согласия гражданина или его законного представителя на медицинское вмешательство на основании предоставленной медицинским работником в доступной форме полной информации о целях, методах оказания медицинской помощи, связанном с ними риске, возможных вариантах медицинского вмешательства, о его последствиях, а также о предполагаемых результатах оказания медицинской помощи.

Приказом Минздрава России от 12.11.2021 N 1051н "Об утверждении Порядка дачи информированного добровольного согласия на медицинское вмешательство и отказа от медицинского вмешательства, формы информированного добровольного согласия на медицинское вмешательство и формы отказа от медицинского вмешательства" (вместе с "Порядком дачи информированного добровольного согласия на медицинское вмешательство и отказа от медицинского вмешательства в отношении определенных видов медицинских вмешательств"), установлен порядок дачи согласия.

Данный порядок ООО «НЕО МЕДИКА» нарушен не был. Согласие было получено до проведения медицинского вмешательства.

В Приложении 2 к данному Приказу установлена форма ИДС, в которой нет требований о перечислении всех имеющихся заболеваний, которые могут возникнуть как осложнения после проведенных врачебных манипуляций.

Оснований считать, что истцом получена информация о проводимой манипуляции и о способе анестезии не в полном объеме, не имеется. В ИДС имеется подпись пациентки как в том, что получена полная информация о медицинском вмешательстве, так и в том, что она имела возможность задать все вопросы врачу.

При таких обстоятельствах, оснований для удовлетворения исковых требований в связи с оказанием медицинских услуг ненадлежащего качества и причинения ответчиком вреда здоровья истца, суд не усматривает.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 98, 194 - 199 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО2 ФИО10 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., паспорт № выдан Отделом УФМС России по <адрес> в <адрес> ДД.ММ.ГГГГ 700-009) к обществу с ограниченной ответственностью «Нео Медика» (ИНН <***>) о компенсации морального вреда, связанного с некачественным оказанием медицинской помощи, штрафа оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Томский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Советский районный суд <адрес> в течение одного месяца со дня вынесения мотивированного текста решения.

Судья: (подпись)

Оригинал решения в деле № 2-19/2025 Советского районного суда г. Томска.