77RS0002-02-2025-006244-91

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

18 декабря 2025 года адрес

Басманный районный суд адрес в составе председательствующего судьи

Курносовой О.А., при секретаре фио, с участием истца, ответчика,

представителя ответчика, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело

№ 2-4649/25 по иску ФИО1 к фио

Николаевичу о взыскании денежной компенсации морального вреда, компенсации за потерю

рабочего времени,

УСТАНОВИЛ:

Истец обратился с иском к ответчику о взыскании денежной компенсации морального вреда, компенсации за потерю рабочего времени.

В обоснование исковых требований, с учетом уточнений, истец указывает на то, что на основании заявления ФИО2 в порядке частного обвинения в совершении преступления, предсмотренного ч. 1 ст. 115 УК РФ мировым судьей судебного участка № 390 адрес в отношении фио было возбуждено уголовное дело №1-13/2018. На основании приговора мирового судьи судебного участка № 390 адрес от 17.12.2018г. ФИО1 оправдан в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 115 УК РФ, за отсутствием в его действиях состава преступления. Апелляционным постановлением Басманного районного суда адрес от 08.02.2019г. приговор мирового судьи судебного участка № 390 адрес от 17.12.2018г. оставлен без изменения.

В связи с изложенным, истец просит суд взыскать с ответчика в свою пользу убытки, связанные с отсутствием на рабочем месте в период проводимых слушаний по делу, в размере сумма, компенсацию морального вреда в размере сумма, расходы по уплате государственной пошлины в размере сумма

Истец ФИО1 в судебном заседании заявленные требования поддержал по доводам, изложенным в иске.

Ответчик ФИО2, его представитель фио в судебном заседании возражали против удовлетворения заявленных требований по доводам, изложенным в возражениях, ходатайствовали о применении последствий пропуска срока исковой давности.

Суд, выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав письменные материалы дела, приходит к выводу, что заявленные исковые требования подлежат удовлетворению частично.

Суд не может согласиться с доводами ответчика о том, что в данном случае истцом пропущен срок исковой давности, поскольку в соответствии со ст. 208 ГК РФ и п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 33 от 15.11.2022 года "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", на требования о компенсации морального вреда, вытекающие из нарушения личных неимущественных прав и других нематериальных благ, исковая давность не распространяется.

Согласно части 2 статьи 20 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации уголовные дела о преступлениях, предусмотренных частью 1 статьи 115 Уголовного кодекса Российской Федерации, считаются уголовными делами частного обвинения, возбуждаются не иначе как по заявлению потерпевшего.

Согласно части 2 статьи 136 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства.

Таким образом, требования о компенсации морального вреда, причиненного необоснованным предъявлением частного обвинения в совершении уголовного преступления, подлежат разрешению в порядке гражданского судопроизводства на основании норм Гражданского кодекса Российской Федерации с учетом того, что причинителем вреда является не государственный орган или должностное лицо, а частный обвинитель.

Пунктом 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 названного Кодекса.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу (абзац третий статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с п. 1 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (п. 2).

Общие основания ответственности за вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, устанавливаются ст. 1064 данного Кодекса.

Ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, не исключающую обязанность частного обвинителя возместить оправданному лицу понесенные им судебные издержки и компенсировать имущественный и моральный вред, следует трактовать в контексте общих начал гражданского законодательства, к числу которых относится принцип добросовестности: согласно ст. 1 данного кодекса при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно (п. 3); никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (п. 1).

Иными словами, истолкование ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации в системе действующего правового регулирования предполагает возможность полного либо частичного возмещения частным обвинителем вреда в зависимости от фактических обстоятельств дела, свидетельствующих о добросовестном заблуждении или же, напротив, о злонамеренности, имевшей место в его действиях, а также с учетом требований разумной достаточности и справедливости.

Таким образом, положения гражданского права, действующие в неразрывном системном единстве с конституционными предписаниями, в том числе со ст. 17 (ч. 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц и которая в силу ст. 15 (ч. 1) Конституции Российской Федерации, как норма прямого действия, подлежит применению судами при рассмотрении ими гражданских и уголовных дел, позволяют суду при рассмотрении каждого конкретного дела достигать такого баланса интересов, при котором равному признанию и защите подлежит как право одного лица, выступающего в роли частного обвинителя, на обращение в суд с целью защиты от преступления, так и право другого лица, выступающего в роли обвиняемого, на возмещение ущерба, причиненного ему в результате необоснованного уголовного преследования (п. 3 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 2 июля 2013 г.).

Исходя из изложенного, реабилитированное лицо имеет право на возмещение понесенных в связи с производством по уголовному делу расходов с лица, по заявлению которого начато производство по уголовному делу, и в возмещении ему таких расходов не может быть отказано полностью только на том основании, что ответчик своим правом не злоупотреблял. Такие фактические обстоятельства дела, свидетельствующие о добросовестном заблуждении частного обвинителя или о злоупотреблении им правом могут быть приняты во внимание при определении размера подлежащих возмещению расходов, но не могут выступать в качестве критерия обоснованности либо необоснованности заявленных требований.

Иное делает невозможным реализацию права реабилитированного лица на компенсацию причиненных убытков.

Таким образом, частный обвинитель также несет неблагоприятные последствия, включая и возмещение причиненного истцу морального вреда за необоснованное обращение в суд о возбуждении уголовного дела.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что ФИО2 обратился к мировому судье судебного участка №390 адрес с заявлением в порядке частного обвинения о привлечении фио к уголовной ответственности за совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 115 УК РФ.

На основании приговора мирового судьи судебного участка № 390 адрес от 17.12.2018г. ФИО1 оправдан в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 115 УК РФ за отсутствием в его действиях состава преступления.

Апелляционным постановлением Басманного районного суда адрес от 08.02.2019г. приговор мирового судьи судебного участка № 390 адрес от 17.12.2018г. оставлен без изменения.

При рассмотрении дела мировым судьей установлено, что 04 июля 2016 года, по адресу: адрес, около дома № 30, между ФИО2 и ФИО1, произошел конфликт, в результате которого ФИО1 причинил телесные повреждения ФИО2

Потерпевший ФИО2 просил привлечь к уголовной ответственности фио за умышленное причинение ему легкого вреда здоровью, вызвавшего кратковременное расстройство здоровья или незначительную стойкую утрату общей трудоспособности.

Ответственность за умышленное причинение легкого вреда здоровью наступает при доказанности причинения потерпевшему телесных повреждений такой категории.

Проведенная по делу судебно-медицинская экспертиза не подтвердила наличие у потерпевшего телесных повреждений указанной категории.

Бесспорных доказательств вины подсудимого в причинении легкого вреда здоровью частным обвинителем не представлено.

Таким образом, мировой судья пришел к выводу о том, что факт умышленного причинения ФИО2 04 июля 2016 года подсудимым ФИО1 легкого вреда здоровью исследованными в судебном заседании доказательствами своего подтверждения не нашли, связи с чем подсудимый оправдан за отсутствием в его действиях состава преступления по п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ.

Согласно ч. 4 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены они данным лицом.

Таким образом, действия ответчика, выразившиеся в подаче заявления частного обвинения, судом квалифицированы как не отвечающие принципу добросовестности.

Согласно пункту 1 статьи 10 ГК РФ (в редакции, действовавшей на момент возникновения спорных отношений) не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В соответствии с конституционно-правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в указанном выше Постановлении от 17 октября 2011 г. необходимость обеспечения требования УПК РФ о реабилитации каждого, кто необоснованно подвергся уголовному преследованию (часть 2 статьи 6), не исключает использования гражданско-правового механизма защиты прав добросовестных участников уголовного процесса от злоупотреблений своим правом со стороны частного обвинителя, когда его обращение в суд с заявлением о возбуждении уголовного дела в отношении конкретного лица не имеет под собой никаких оснований и продиктовано не потребностью защитить свои права и охраняемые законом интересы, а лишь намерением причинить вред другому лицу.

Также согласно конституционно-правовой позиции, изложенной в указанном выше Определении от 2 июля 2013 г. истолкование статьи 1064 ГК РФ в системе действующего правового регулирования предполагает возможность полного либо частичного возмещения частным обвинителем вреда в зависимости от фактических обстоятельств дела, свидетельствующих о добросовестном заблуждении или же, напротив, о злонамеренности, имевшей место в его действиях, а также с учетом требований разумной достаточности и справедливости.

Принимая во внимание вышеуказанные обстоятельства и нормы права, суд приходит к выводу о том, что добросовестность ответчика при реализации своего права на возбуждение уголовного преследования в отношении истца, опровергнута совокупностью исследованных доказательств.

Действия ответчика свидетельствуют о злоупотреблении им предусмотренным статьей 22 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации правом на обращение к судье в порядке частного обвинения, и о том, что обращение в частном порядке не имело под собой никаких оснований, об изложении им ложных сведений с целью причинить ФИО1 вред.

Таким образом, обращение ответчика в суд с заявлением о возбуждении уголовного дела в отношении истца не имело под собой никаких оснований и продиктовано не потребностью защитить свои и охраняемые законом интересы, а лишь намерением причинить вред другому лицу.

В силу статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В соответствии со статьей 1101 данного кодекса размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2).

Согласно пункту 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Пунктом 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» предусмотрено, что при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости.

Как установлено судом и следует из материалов дела, судом было возбуждено уголовное дело частного обвинения по признакам преступления, предусмотренного ч.1 ст. 115 УК РФ.

Уголовное преследование истца длилось с момента возбуждения уголовного дела и до момента вступления в законную силу оправдательного приговора.

Ранее истец к уголовной ответственности не привлекался, судимости не имеет.

По мнению суда, при установленных обстоятельствах, истец имеет право на реабилитацию и соответственно на получение компенсации морального вреда.

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в денежной форме и полного возмещения, предусмотренная законом компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

При незаконном уголовном преследовании каждый человек испытывает как нравственные, так и физические страдания. Это является общеизвестным фактом, не требующим доказывания в силу ч. 1 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

По мнению суда, в рассматриваемом случае являлся очевидным тот факт, что осуществление уголовного преследования негативным образом сказалось на обычном укладе жизни истца.

Само по себе придание гражданину статуса обвиняемого и подсудимого влечет для него неблагоприятные последствия в оценке его личных качеств в обществе, возможность осуждения за совершенное правонарушение, возможность применения уголовного наказания, что причиняет нравственные страдания человеку, связанные с умалением его доброго имени и деловой репутации.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает конкретные обстоятельства дела, а именно: длительное нахождение истца в состоянии неопределенности относительно исхода уголовного преследования; тяжесть предъявленного обвинения, необходимость систематически являться в судебные органы и принимать участие в процессуальных действиях, отстаивая свою невиновность, вследствие чего он был лишен привычного образа жизни, пребывал в состоянии стресса, вызванного переменой положения в обществе.

С учетом конкретных заслуживающих внимание обстоятельств дела, степени и характера перенесенных истцом нравственных и физических страданий, данных о личности самого истца, а также требования разумности и справедливости, суд считает, что денежная компенсация морального вреда должна быть взыскана со ФИО2 в пользу фио в размере сумма

На основании ст.ст. 88,98 ГПК РФ суд взыскивает с ответчика в пользу истца расходы по оплате государственной пошлины в размере сумма

Статья 99 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусматривает возможность взыскания компенсации за фактическую потерю времени с стороны, недобросовестно заявившей неосновательный иск или систематически противодействовавшей правильному и своевременному рассмотрению дела.

Однако применение данной меры гражданской процессуальной ответственности требует установления совокупности условий: недобросовестности процессуального поведения и наличия причинно-следственной связи между таким поведением и потерей времени другой стороной.

Для применения статьи 99 ГПК РФ необходимо, чтобы недобросовестные действия стороны выражались не просто в ошибочной правовой позиции, а в заведомо недобросовестном поведении, таком как предъявление иска без наличия каких-либо правовых оснований, заведомо ложные заявления, злонамеренное затягивание процесса.

В силу части 1 статьи 15 ГК РФ под убытками понимаются реальный ущерб и упущенная выгода, то есть расходы, которые лицо фактически произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права.

Самостоятельное исчисление стоимости собственного времени не соответствует легальному определению убытков и не может быть положено в основу взыскания по статье 99 ГПК РФ.

Кроме того, по смыслу статьи 170 ТК привлечение работника для участия в судебном заседании в качестве обвиняемого не является исполнением государственных обязанностей такого работника.

Работник в этом случае выступает в суде в своих личных интересах.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о том, что основания для применения процессуальной санкции в виде компенсации за потерю времени в данном случае отсутствуют

На основании изложенного, руководствуясь ст. 199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к фио

Николаевичу о взыскании денежной компенсации морального вреда, компенсации за потерю

рабочего времени удовлетворить частично.

Взыскать со ФИО2 в пользу ФИО1:

денежную компенсацию морального вреда в размере сумма,

расходы по оплате государственной пошлины в размере сумма

В остальной части иска отказать.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Московский городской суд через Басманный районный суд адрес в течение месяца с со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Решение в окончательной форме изготовлено 10 апреля 2026г.

Судья Курносова О.А.