Дело № 2- 2426/2025
74RS0031-01-2025-003287-81
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
15 июля 2025 года г. Магнитогорск
Орджоникидзевский районный суд г. Магнитогорска Челябинской области в составе:
председательствующего судьи Рябко С.И.
при ведении протокола помощником судьи Закамалдиной М.С.,
с участием помощника прокурора Ахметовой Ж.С.
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Индивидуальному предпринимателю ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда, расходов на лечение,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 обратилась в суд к ИП ФИО2 о взыскании морального вреда в связи с получением травмы вследствие несчастного случая на производстве в размере600 000 руб. а также взыскании материального ущерба в размере 21 968,14 руб.
В обоснование заявленных требований указано, что ФИО1 работала у ИП ФИО2 в должности уборщика производственных помещений, расположенных на территории 5 железнодорожного района, станции «РИС» в трехэтажном здании поста эксплуатации ПАО «ММК». 03 июля 2024 года произошел несчастный случай на работе, утром в 06:45 час поднимаясь по лестничному маршу на второй этаж почувствовала головокружение, оступилась и упала через проем перильного ограждения на площадку 1-го этажа, на короткий промежуток времени потеряла сознание. После полученной травмы была доставлена в приемное отделение АНО «ЦК МСЧ», где была оказана медицинская помощь
По факту произошедшего несчастного случая 22 ноября 2024 года был составлен Акт 02/2024 о несчастном случае на производстве по форме Н-1. Считает что работодателем было допущено грубое нарушение, что привело к травме работника. Согласно Акту работодателем не обеспечил проведение обучения в области охраны труда ФИО1 по программа: «Безопасные методы и приемы выполнения работ при воздействии вредных и (или) опасных производственных факторов, источников опасности, идентифицированных в рамках специальной оценки условий труда и оценки профессиональных рисков" и »Оказание первой помощи пострадавшим», а также работодатель не обеспечил проведение специальной оценки условий труда на рабочем месте уборщика помещений, и не обеспечил прохождение обязательного медицинского осмотра для ФИО1
В результате полученной травмы выставлен диагноз: <данные изъяты> В результате полученной травмы обратилась за получением медицинской помощи в АНО «ЦК МСЧ» в котором стационарно проходила лечение с 29 июля 2024 года по 05 августа 2024 года. После выписки из указанного учреждения состояние здоровья ухудшилось, и была вынуждена обратиться за платной медицинской помощью в ООО «Архи-Мед», ООО «Клиника», ООО «Семейный доктор», ООО «Клиника Эксперт Челябинск» и затратила денежные средства в размере 41 968,64 руб..
ИП ФИО2 добровольно были возмещены денежные средства в размер 20 000 руб.
Просила удовлетворить требования в полном объеме (л.д.3-6).
Определением суда в качестве третьего лица не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора привлечены ПАО «ММК».
Истец ФИО1 в судебном заседании поддержала заявленные требования, указывая о своем физическом состоянии после получения травмы, описывала, что испытывала сильную боль. Рассказывала о своем состоянии после оказания первой помощи. Пояснла, что работает в ИП ФИО2 в 2015 годаВ больницу с работы ее отвезла менеджер, тоже работник ИП ФИО2, дожидалась в больнице. Когда ФИО1 отпустили из больницы, менеджер довезла ФИО1 до места, где ее встретил супруг. Находясь дома, ей становилось хуже, обратилась к хирургу в поликлинику, который сказал, что ей требуется срочная госпитализация и операция, и врачи не сразу увидели перелом позвоночника. После госпитализации продолжала наблюдение у врача. Также указывал, что имеется хронические заболевания как сахарный диабет 2-го типа, гипертония, болезнь сердца после инфаркта.
Представитель истца – адвокат Баринов А.В., действующий на основании ордера от 26 мая 2025 года (л.д.96 том 2), в судебном заседании требования поддержал, указывая, что ФИО1 являясь работником ответчика, получила травму на производстве, которая оформлена актом о несчастном случае. Полагает, что установленные нарушения со стороны работодателя являются основанием для взыскания компенсации морального вреда, причиненного в результате вреда здоровью истца (л.д. 64-68 том 2).
Ответчик ИП ФИО2 в судебном заседании не согласился с заявленными требованиями, указывая, что изначально при обращении за медицинской помощью у истца отсутствовал такой диагноз как перелом позвоночника, и 08 ноября 2024 года ФИО1 представила медицинское заключение о характере полученных повреждений здоровья, где был сделал вывод, что указанные травмы относятся к тяжелой степени травмы. Вместе с тем, в ходе расследования несчастного случая было установлено, что несчастный случай произошел внезапного ухудшения состояния здоровья истца. не отрицал, что им как работодателем были допущены нарушения, но вины работодателя в том, что у истца резко ухудшилось состояние здоровья не имеется. также работодателем оказывалась помощь истцу, постоянно интересовались состоянием здоровья ФИО1, всегда заявлял о готовности помощь истцу, оказывал материальную помощь. В последний раз ФИО1 сама отказалась от денежных средств. Указывал, что ФИО1 зарекомендовала себя как ответственный и исполнительный работник, никаких нареканий к ней никогда не было, работает у ответчика уже длительное время на состояние здоровья никогда не жаловалась. Также указывал, что за все время предпринимательской деятельности зарекомендовал себя как предприниматель с активной жизненной и социальной позицией, является членом попечительского совета детского дома в г.Магнитогорске, участвуют в социальных проектах города, поддерживает благотворительные акции помощи участникам СВО (л.д. 58-64 том 1).
Представитель ответчика - адвокат Соколов Р.В.. действующий на основании нотариальной доверенности (л.д. 62 том 2) в судебном заседании поддерживал позицию своего доверителя, указывая, что причинно-следственной связи между действиями ИП ФИО2 и резким ухудшение состояния здоровья истца не имеется. Просил учесть, что ФИО1, являясь пенсионером, все равно продолжала работать, и ИП ФИО2 предоставлял ей такую возможность. Отношения между работодателем и работником были хорошими, и стороны данного обстоятельства не отрицают, как и не отрицают тот факт, что ИП ФИО2 всячески помогал ФИО1 поел полученной травмы, интересовался состоянием ее здоровья, оказывал материальную помощь.
Представитель третьего лица не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора ПАО ММК» при надлежащем извещении участия в рассмотрении дела не принимали, просили о рассмотрении дела в свое отсутствие (л.д. 168 том 2)
Помощник прокурора Орджоникидзевского района г.Магнитогорска Челябинской области Ахметова Ж.С. в своем заключении полагала требования подлежащими удовлетворению.
Выслушав мнения сторон, заключение прокурора, исследовав материалы настоящего гражданского дела, суд приходит к следующему.
К числу общепризнанных, основных, неотчуждаемых прав и свобод человека, подлежащих государственной защите, относятся прежде всего право на жизнь (часть 1 статьи 20 Конституции Российской Федерации) как основа человеческого существования, источник всех других основных прав и свобод, и право на охрану здоровья (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации), которое также является высшим для человека благом, без которого могут утратить значение многие другие блага.
Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (статья 18 Конституции Российской Федерации).
В соответствии с пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь, здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (часть 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Как установлено судом и подтверждается материалами дела, ФИО1, <дата обезличена> года рождения, являлась работником ИП ФИО2 на основании срочного трудового договора от 01 июля 2024 года <номер обезличен> (л.д. 96-99 том 1), и осуществляла трудовые функции по должности уборщика помещений. Трудовой договор был заключен на срок до 01 сентября 2024 года.
03 июля 2024 года в 06:45 час. с ФИО1 произошел несчастный случай, а именно последняя находясь на территории5 железнодорожного района, станции «РСИ» в трехэтажном здании поста цеха эксплуатации ПАО «ММК». По адресу <...>. 03 июля 2024 года ФИО1 вышла на смену с 05:30 час, и до 06:40 час. уборщица помещений ФИО1 выполняла уборку служебных помещений на первом этаже здания поста цеха. В 06:45 час. поднимаясь по лестничному маршу на второй этаж, ФИО1 почувствовала головокружение, оступилась и упала через проем перильного ограждения. ФИО1 на короткий промежуток времени потеряла сознание. В 07:00 час. ФИО1 поднялась на 3 этаж, где находился оператор поста централизации ФИО3, и ФИО1 сообщила о произошедшем и попросила вызвать машину скорой помощи. В 07: 15час. прибыла катера скорой медицинской помощи, ФИО1 оказали первую помощь и госпитализировали в приемное отделение хирургии АНО «Центральная клиническая медико-санитарная часть».
Согласно медицинскому заключению о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести, выданному АНО «ЦК МСЧ» 04.07.2024 года диагноз и код диагноза МКБ-10: <данные изъяты> Согласно схеме определения степени тяжести повреждения здоровья, при несчастных случаях на производстве, указанное повреждение относится в категории легкой степени тяжести (л.д.71-76 том 1).
По итогам проведенной проверки и расследования несчастного случая был составлен <номер обезличен> о несчастном случае на производстве от 05 июля 2024 года.
В процессе лечения ФИО1 АНО «ЦК МСЧ» от 08 ноября 2024 года выдано медицинское заключение о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести, согласно которому ФИО1 выставлен диагноз: <данные изъяты> (тип А1 N0).
Согласно схеме определения степени тяжести повреждения здоровья, при несчастных случаях на производстве, указанное повреждение относится в категории тяжелой степени тяжести (л.д. 262 том 1).
АНО «ЦК МСЧ» издан приказ об отмене решения врачебной комиссии от 07 июля 2024 года о выдаче медицинского заключения уч.формы № 315/у (л.д. 168-169 том 1).
В связи с указанным медицинским заключением от 08 ноября 2024 года было направлено соответствующее извещение о тяжелом несчастном случае на производстве, создана комиссия по расследованию несчастного случая с уборщиком помещений ФИО1 (л.д. 166-167 том 1).
Работодателем составлен уточненный Акт № 02/2024 о несчастном случае на производстве от 22 ноября 2024 года (л.д. 152-158 том 1).
Актом о несчастном случае установлено, что несчастный случай произошел с ФИО1 в результате внезапного ухудшения состояния здоровья пострадавшего (головокружение). Грубой неосторожности в действиях ФИО1 не установлено. Лиц допустивших нарушение требований охраны труда не установлено. Очевидцы несчастного случая не установлены.
При опросе ФИО1 после несчастного случае последняя поясняла, что перед началось смены было хорошее самочувствие, пользовалась обувью, выдаваемой работодателем, подошва на обуви не была изношена, не скользила. На момент подъема по лестничному маршу никаких посторонних предметов не было, как и не было дефектов или неровностей поверхностей ступеней, ничего не мешало спокойному и безопасному подъему, освещение на данном участке также было достаточно (л.д. 107-108 том 1).
В соответствии с приказ ом работодателя, ФИО1 проходила стажировку в период с 01 июля 2024 год по 02 июля 2024 года, и с 03 июля 2024 года она допущена к самостоятельной работе. С указанными приказами ФИО1 ознакомлена (л.д. 124, 125 том 1).
В Журнале регистрации инструктажей по охране труда на рабочем месте и целевого инструктажа а также в журнале регистрации проведения вводного инструктажа по охране труда имеются подписи ФИО1 от 01 июля 2024 года, что говорит о том, что первичный вводный инструктаж по охране труда и целевой инструктажа по охране труда на рабочем месте ФИО1 пройден (л.д.117-119, 120-123 том 1).
Работодателем 03 июня 2024 года была проведена оценка идентифицированных опасностей на текущем рабочем месте и рисков работников по должности «уборщик помещений», в соответствии с которой предложен перечень мероприятий направленных на снижение профессионального риска. С указанной картой опасностей и профессиональных рисков ФИО1 была ознакомлена (л.д.126-129 том 1).
Кроме этого, ФИО1 была ознакомлена с Инструкцией по охране труда для уборщика помещений ИОТ-У-01-2024 от 15 января 2024 года (л.д.130-136, 137) и с Положением о системе управления охраной труда ПЛ-01-2024 (л.д.138-148, 149 том 1).
Постановлением начальника отдела Государственной инспекции труда в Челябинской области в отношении ИП ФИО2 вынесено постановление №74/6-248-24-ИЗ/12-5059-И/117 от 25 ноября 2024 года о назначении административного наказания по части 2 статьи 5.27.1 КоАП РФ, поскольку не обеспечил проведение специальной оценки рабочего места уборщика помещений, а также вынесено постановление № 74/6-248-24-ИЗ/12-15056-И/117 от 25 ноября 2024 года по части 3 статьи 5.27.1 КоАП РФ за допуск уборщицы помещений ФИО1 к работе без прохождения предварительного медицинского осмотра, и постановление № 74/6-248-24-ИЗ/12-15062-И/117 от 25 ноября 2024 года по части 3 статьи 5.27.1 КоАП РФ за допуск уборщицы помещений ФИО1 к работе без проведения обучения по ТО (л.д.119-121, 122-124, 125-127 том 2).
В ходе рассмотрения настоящего гражданского дела ответчиком не представлено сведений, что им проводила специальная оценка условий труда, организовывалось или проводилось обучение по охране труда, а также организовывался медицинский осмотр.
В соответствии с частью 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.
Согласно статье 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.
В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
Частью первой статьи 209 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что охрана труда - система сохранения жизни и здоровья работников в процессе трудовой деятельности, включающая в себя правовые, социально-экономические, организационно-технические, санитарно-гигиенические, лечебно-профилактические, реабилитационные и иные мероприятия.
Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац второй части первой статьи 210 Трудового кодекса Российской Федерации).
В силу части первой статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.
В Трудовом кодексе Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.
В силу п. 1 ст. 151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
В соответствии с абз. 2 ст. 1100 Гражданского кодекса РФ, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником опасности.
В результате полученных травм ФИО1 находилась на лечении.
Из карты вывоза скорой медицинской помощи следует, что 03 июля 2024 года к ФИО1 поступил вызов по адресу ул.Лазника д.37/1 (цех эксплуатации ММК), и данную территорию обслуживает «скорая помощь» ПАО «ММК» (л.д.129-130 том 2).
Скорой медицинской помощью ФИО1 доставлена в АНО «ЦК МСЧ» г.Магнитогорск.
Осмотрена врачом травматологом в 08:35час. выставлен диагноз: <данные изъяты>
Осмотрена врачом-нейрохирургом в 08:45 час.. Выставлен диагноз: <данные изъяты>
в 10:44 час. осмотрена хирургом. <данные изъяты> (л.д.228 том 1).
Также ФИО1 осмотрена в этот день терапевтом, выставлен диагноз: <данные изъяты>
13 июня 2024 года ФИО1 обратилась в ООО «Семейный доктор» на консультацию к врачу-ортопеду.
В указанный день осмотрена врачом, выставлен диагноз: <данные изъяты>
Со слов истца, врач выдал направление на госпитализацию.
С 29 июля 2024 года по 05 августа 2024 года ФИО1 находилась на стационарном лечении в АНО «ЦК МСЧ» с диагнозом: <данные изъяты>
Сопутствующие заболевания: <данные изъяты>
Проведена операция: <данные изъяты>
Рекомендовано наблюдение в поликлинике по смету жительства, перевязки. Явка на прием 07.08.2024. снять швы на 10-12 сутки с момента операции. Иммобилизация в бандаже до 4-6 недель. Пассивная ЛФК. Профилактика тромбоза, ТЭЛА. Рентген контроль через 6 недель (л.д.239-255 том 1).
ФИО1 продолжила наблюдение амбулаторно в поликлинике по месту жительства; с 07 августа 204 года по 06 декабря 2024 года была на листке нетрудоспособности, затем продолжала наблюдение и проходила консультацию невролога, где были выписаны лекарственные препараты, которые необходимо было принимать (л.д. 138-167 том 2, л.д. 6-7 том 2).
Разрешая требования истца о взыскании компенсации морального вреда с ответчика, суд учитывает, что несчастный случай произошел во время выполнения ФИО4 своих трудовых обязанностей, причин, вызвавшими несчастный случай не установлено, как и не установлено лиц (должностных лиц работодателя) нарушивших законодательные и иные нормативные правовые и локальные акты, явившихся причинами несчастного случая или грубой неосторожности самой потерпевшей. суд также учитывает, что получение истцом травмы связано именно с внезапным кратковременным ухудшением состояния ее здоровья, не связанным с производственной деятельностью уборщика. Вина работодателя и нарушение им законодательных и иных нормативных правовых и локальных нормативных актов, явившихся причиной несчастного случая, не установлены.
Обстоятельства, изложенные в акте о несчастном случае на производстве, никем не оспариваются, ничем не опровергаются, согласуются между собой, в соответствии с положениями ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Суд его принимает в качестве допустимого доказательства и полагает изложенные в нем обстоятельства установленными.
Вместе с тем, принимая во внимание, что с ФИО1 произошел несчастный случай на производстве во время исполнения трудовых обязанностей, невыполнение ИП ФИО2 требований о необходимости проведения специальной оценки условий труда, организации медицинского осмотра работника и не проведение обучения по технике безопасности, обязанность по возмещению морального вреда истцу должна быть возложена на ответчика ИП ФИО2
Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность). Вместе с тем при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 указано, что при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, суду необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.
Из пункта 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 следует, что под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего.
Согласно пункту 14 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).
При определении размера компенсации морального вреда, суд учитывает характер полученных ФИО1 травм и их последствия, длительность и характер лечения, пройденного ФИО1 в результате полученных травм, снижение качества ее жизни.
Также суд учитывает пожилой возраст истца, когда произошел несчастный случай на производстве – <данные изъяты> лишение возможности продолжать прежний полноценный активный образ жизни.
Также суд учитывает, и что следует из объяснений истца, что она более не может осуществлять прежнюю работу, изменилось качество жизни из-за постоянной болей в спине и руке, слабости правой руки, быстрой утомляемости, невозможность выполнять простые дела по дому, что вызывает в нем чувство неполноценности, страдания от беспомощности. Из-за болей плохо спит, не может долго ходить, стоить или сидеть.
Также суд учитывает показания свидетеля ФИО5 – супруга истца, который в судебном заседании пояснил, что после несчастного случая здоровье супруги сильно ухудшилось, постоянно жалуется на боль, ранее была подвижней, посещала фитнес-центр, любила готовить, сейчас стала раздражительной, даже картошку почистить для нее тяжело, занималась садом, а сейчас все домашние заботы и огород легли на его плечи. Их жизнь сильно изменилась, все заботы легли на его плечи, перестали выезжать с супругой за город, куда-то выходить.
Характер и тяжесть, полученных истцом в результате несчастного случая на производстве телесных повреждений ничем не опровергается и никем не оспаривается. Суд считает данный факт установленным. Суд учитывает, обстоятельства и характер произошедшего несчастного случая, форму вины.
Суд принимает во внимание тот факт, что работодатель принимал меры по заглаживанию вреда, оказал помощь при госпитализации ФИО1, менеджер работодателя ожидала ФИО1 все время в больнице, пока проводилось ее обследование, доставила ее до родственников, интересовались состоянием здоровья ФИО1, оказывали материальную помощь.
Оценив все представленные сторонами по делу доказательства, с учетом всех обстоятельств дела, а также требований разумности и справедливости, суд полагает взыскать с ответчика ИП ФИО2 в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда 60 000 руб.
Указанный размер компенсации морального вреда по мнению суда в наибольшей степени обеспечивает баланс прав и законных интересов потерпевшего и причинителей вреда, компенсирует истцу, в некоторой степени, причиненные физические и нравственные страдания, и не направлена на личное обогащение. Указанный размер компенсации морального вреда обеспечивает законные интересы сторон. Оснований для взыскания компенсации морального вреда в большем размере суд не усматривает.
Истцом также заявлены требования о возмещении материального ущерба в размере 21 968,14 руб.. в связи с необходимость в приобретении медицинских изделий, лекарственных препаратов, услуг по медицинской помощи.
В силу части 1 статьи 1085 ГК РФ при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежат в том числе дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.
За оказанные платные услуги ситец просила взыскать:
- услуги ООО «Семейный доктор»1 950 руб. (консультация врача травматолога-ортопеда - 1 100 руб.; рентгенография плечевого сустава – 500 руб.; выдача на руки цифрового снимка – 350 руб.) (л.д.215-217 том 1, л.д.132-133 том 2).
- услуги ООО «Архи-Мед» 7 850 руб. (прием- невролога – 1 400 руб.; повторный прием невролога – 1 250 руб.; капельницы и в/в инъекции – на общую сумму 5 200 руб.) (л.д.200-212 том 1, л.д.5-20 том 2).
- услуги ООО «Клиника» 2 000 руб. массаж шейно-воротниковой зоны (л.д. 21-22 том 2).
- услуги ООО «Клиника Эксперт Челябинск» 10 336 руб. (МРТ плечевого сустава, головного мозга и поясничного отдела) (л.д.193-196 том 1, л.д. 23-31 том 2).
- услуги ИП ФИО6 – 10 155,50 руб. (бандаж верхней конечности 4 731 руб.; корректор осанки -4 968,50 руб.) (л.д.218-219 том 1).
- услуги ООО «Фармленд-Урал Центр» - 9 676,64 руб.
Всего на сумму: 41 968,14 руб.
Судом также установлено, что работодателем ИП ФИО2 выплачена материальная помощь ФИО1 в размере 20 000 руб. (л.д. 179-180 том 1), которую истец учитывает в счет расходов на лечение
Разрешая указанные требования суд учитывает, что доказательств несения расходов в размере 9 676,64 руб. в ООО «Фармленд- Урал Центр» истцом и его представителем не представлено. Также суд не соглашается с размером расходов за услуги ИП ФИО6, поскольку как следует из чеков по оплате, бандаж верхней конечности стоит 4 731 руб., корректор осанки - 4 968,50 руб., а оснований для взыскания денежных средств за гель, приобретенный с медицинскими изделиями суд оснований не находит.
Таким образом, сумма расходов на лечения составит: 1950 руб. + 7 850 руб. + 2 000 руб. + 10 336 руб. + 4 731 руб. + 4 968.50 руб. = 31 835,50 руб.;
31 835,50 руб. – 20 000 руб. (уплаченные ИП ФИО2)
Поскольку несение указанных расходов было необходимо для истца, расходы подтверждены документально, учитывая, что истец получила травму на производстве, в связи с чем у нее возникло право на возмещение расходов по медицинским услугам в связи с полученной травмой, принимая во внимание, что указанные медицинские услуги были назначены истцу, суд полагает необходимым взыскать с ИП ФИО2 в пользу ФИО1 расходы на лечение в размере 11 835,50 руб.
Поскольку истец освобожден от уплаты госпошлины на основании пункта 3 части 1 статьи 333.36 Налогового кодекса РФ, в силу статьи 103 Гражданского процессуального кодекса РФ государственная пошлина подлежит взысканию с ответчика ИП ФИО2 в размере, исходя из положений статьи 333.19 Налогового кодекса РФ 7 000 руб. (4 000 руб. по требованиям материального характера + 3000 руб. по требования о компенсации морального вреда).
Руководствуясь ст. ст. 103, 194 -198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
Исковые ФИО1 к Индивидуальному предпринимателю ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда, расходов на лечение, удовлетворить частично.
Взыскать с Индивидуального предпринимателя ФИО2 (ОГРНИП <***>) в пользу ФИО1 (<дата обезличена> года рождения, паспорт серии <номер обезличен> №<номер обезличен>) в счет компенсации морального вреда 60 000 рублей, расходы на лечение в размере 11 835 рублей 50 копеек.
Взыскать с Индивидуального предпринимателя ФИО2 (ОГРНИП <***>) государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 7 000 рублей.
Решение может быть обжаловано в Челябинский областной суд в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Орджоникидзевский районный суд г. Магнитогорска Челябинской области.
Председательствующий:
Мотивированное решение изготовлено 29 июля 2025 года
Председательствующий: