№ 3/12-19/2023 Судья первой инстанции: Пиун О.А.

№ 22К-3650/2023 Судья апелляционной инстанции: Глухова Е.М.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

15 ноября 2023 года г. Симферополь

Верховный Суд Республики Крым в составе:

председательствующего судьи – Глуховой Е.М.,

при секретаре судебного заседания – Холодной М.Я.,

с участием прокурора – Челпановой О.А.,

обвиняемого – ФИО1,

защитника – адвоката Скачихина С.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы дела по апелляционной жалобе обвиняемого ФИО1 на постановление Джанкойского районного суда Республики Крым от 2 ноября 2023 года, которым в отношении

ФИО1,

ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <данные изъяты>, гражданина Российской Федерации, имеющего среднее образование, женатого, работающего <данные изъяты> зарегистрированного и проживающего по <адрес>, несудимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ст. 282.2 ч.1 УК РФ,

продлен срок домашнего ареста на 1 месяц, а всего до 4 месяцев, т.е. до 7 декабря 2023 года.

Заслушав доклад судьи о содержании постановления и доводах апелляционной жалобы обвиняемого, выслушав участников судебного разбирательства по доводам апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции,

УСТАНОВИЛ:

Постановлением Джанкойского районного суда Республики Крым от 2 ноября 2023 года срок домашнего ареста в отношении обвиняемого ФИО1 продлен на 1 месяц, а всего до 4 месяцев, т.е. до 7 декабря 2023 года.

В апелляционной жалобе обвиняемый ФИО1, полагая обжалуемое постановление незаконным и необоснованным, просит его изменить в части возложенных запретов и разрешить ФИО1 посредством мобильных средств связи общение с адвокатом, осуществляющим его защиту, а также близкими родственниками, разрешить ежедневные прогулки продолжительностью не менее 2 часов.

В обоснование своих доводов обвиняемый, ссылаясь на положения ст.ст. 105.1, 107, 108 УПК РФ указывает, что постановление суда не соответствует фактическим обстоятельствам уголовного дела, поскольку выводы суда об обоснованности подозрения, о наличии и сохранении обстоятельств, предусмотренных ст. 97 УПК РФ, не подтверждаются доказательствами, исследованными в судебном заседании, а также суд не учел обстоятельства, которые могли существенно повлиять на выводы суда.

Приводя собственную оценку обстоятельств инкриминируемого деяния и их доказанности, в том числе в части наличия преступного сговора с иными лицами, считает, что судом не проверена обоснованность изложенных обстоятельств обвинения ФИО1 в совершении инкриминируемого преступления.

Считает необоснованными доводы следователя о том, что он (ФИО1) при применении иной, более мягкой, меры пресечения, может воспрепятствовать производству по уголовному делу.

Полагает, что установленный судом запрет вести переговоры с использованием средств связи, за исключением вызова экстренных служб, общения с контролирующим органом и следователем, свидетельствует об установлении в нарушение требований уголовно-процессуального закона запрета общения посредством средств связи не с определенными лицами, а со всеми, кроме указанных судом, в том числе с близкими родственниками, чем нарушены конституционные права обвиняемого и его близких родственников.

Указывает, что судом не дана надлежащая оценка в обжалуемом постановлении доводам стороны защиты о возможности избрания ФИО1 более мягкой меры пресечения либо о разрешении обвиняемому ежедневных прогулок.

Проверив представленные материалы, обсудив доводы апелляционной жалобы обвиняемого, выслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, уголовное дело № возбуждено ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 по признакам преступления, предусмотренного ст. 282.2 ч.1 УК РФ, по которому ФИО1 7 августа 2023 года предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ст. 282.2 ч.1 УК РФ, как организация деятельности экстремистской организации, т.е. организация деятельности религиозной организации, в отношении которой судом принято вступившее в законную силу решение о ликвидации в связи с осуществлением экстремистской деятельности.

Срок предварительного следствия по данному уголовному делу 25 октября 2023 года продлен соответствующим руководителем следственного органа на 1 месяц, а всего до 4 месяцев, т.е. по 7 декабря 2023 года.

7 августа 2023 года ФИО1 задержан в порядке ст.ст. 91, 92 УПК РФ по подозрению в совершении преступления, предусмотренного ст. 282.2 ч.1 УК РФ.

Постановлением Джанкойского районного суда Республики Крым от 9 августа 2023 года ФИО1 избрана мера пресечения в виде домашнего ареста на 1 месяц 29 суток, т.е. до 7 октября 2023 года, срок которого продлевался постановлением Джанкойского районного суда Республики Крым от 3 октября 2023 года согласно апелляционному постановлению Верховного Суда Республики Крым от 18 октября 2023 года на 1 месяц, а всего до 3 месяцев, т.е. до 7 ноября 2023 года, а обжалуемым постановлением продлен на 1 месяц, а всего до 4 месяцев, т.е. до 7 декабря 2023 года.

Согласно ст. 97 УПК РФ дознаватель, следователь, а также суд в пределах предоставленных им полномочий вправе избрать обвиняемому, подозреваемому одну из мер пресечения, предусмотренных настоящим Кодексом, при наличии достаточных оснований полагать, что обвиняемый, подозреваемый скроется от дознания, предварительного следствия или суда, может продолжать заниматься преступной деятельностью, может угрожать свидетелю, иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу.

В соответствии со ст. 99 УПК РФ при решении вопроса о необходимости избрания меры пресечения в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления и определения ее вида при наличии оснований, предусмотренных статьей 97 настоящего Кодекса, должны учитываться также тяжесть преступления, сведения о личности подозреваемого или обвиняемого, его возраст, состояние здоровья, семейное положение, род занятий и другие обстоятельства.

В соответствии со ст. 107 ч.ч. 1,2 УПК РФ домашний арест в качестве меры пресечения избирается по судебному решению в отношении подозреваемого или обвиняемого при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения и заключается в нахождении подозреваемого или обвиняемого в изоляции от общества в жилом помещении, в котором он проживает в качестве собственника, нанимателя либо на иных законных основаниях, с возложением запретов и осуществлением за ним контроля.

В случае невозможности закончить предварительное следствие в срок до двух месяцев и при отсутствии оснований для изменения или отмены меры пресечения этот срок домашнего ареста может быть продлен по решению суда в порядке, установленном статьей 109 настоящего Кодекса, с учетом особенностей, определенных настоящей статьей.

Согласно ч. 2 ст. 109 УПК РФ в случае невозможности закончить предварительное следствие в срок до 2 месяцев и при отсутствии оснований для изменения или отмены меры пресечения этот срок может быть продлен судьей на срок до 6 месяцев.

Из содержания ст. 110 ч.1 УПК РФ следует, что мера пресечения отменяется, когда в ней отпадает необходимость, или изменяется на более строгую или более мягкую, когда изменяются основания для избрания меры пресечения, предусмотренные статьями 97 и 99 УПК РФ.

Согласно материалам дела, ходатайство о продлении срока домашнего ареста составлено уполномоченным на то должностным лицом, в рамках возбужденного уголовного дела, в установленные законом сроки, с согласия руководителя соответствующего следственного органа и отвечает требованиям уголовно-процессуального закона.

Принимая обжалуемое решение, суд первой инстанции правильно указал, что ФИО1 обвиняется в совершении тяжкого преступления, за которое уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше 3 лет.

В исследованных судом первой инстанции материалах содержатся достаточные данные об обоснованности подозрения в причастности ФИО1 к деянию, в совершении которого он обвиняется, что подтверждается сведениями, содержащимися в представленных органом предварительного расследования и исследованных судом материалах, в том числе заключениях специалистов по результатам комплексного психолого-лингво-религиоведческого исследования полученных в результате оперативно-розыскных мероприятий материалов, а также по результатам фонографического исследования аудиозаписей, протоколе допроса свидетеля ФИО4 о причастности ФИО1 к обстоятельствам инкриминируемого деяния.

При этом вопросы об обоснованности либо необоснованности, доказанности либо недоказанности деяния, достаточности и достоверности доказательств по уголовному делу подлежат разрешению судом при рассмотрении уголовного дела по существу предъявленного обвинения, в связи с чем суд первой инстанции в обсуждение данных вопросов обоснованно не входил, в обсуждение которых не входит и суд апелляционной инстанции в рамках проверки судебного решения о продлении срока домашнего ареста, в связи с чем не могут быть приняты во внимание доводы апелляционной жалобы обвиняемого о необоснованности обвинения, приведенные в обоснования несогласия с обжалуемым постановлением о продлении срока домашнего ареста.

В постановлении суда указаны конкретные фактические обстоятельства, которые послужили основанием для продления ФИО1 срока домашнего ареста.

Суд первой инстанции на основании оценки приведенных в ходатайстве следователя мотивов, с учетом того, что ФИО1 обвиняется в совершении тяжкого преступления, в совокупности с данными о его личности, пришел к правильному выводу о том, что основания, по которым была избрана мера пресечения в виде домашнего ареста, на момент рассмотрения ходатайства следователя о продлении срока домашнего ареста не изменились и не отпали, поскольку вышеизложенные обстоятельства дают достаточные основания полагать, что при применении иной, более мягкой, меры пресечения, ФИО1 может воспрепятствовать производству по уголовному делу.

Данные о личности ФИО1, на которые ссылается сторона защиты, не опровергают вышеуказанных выводов суда первой инстанции о том, что иная, более мягкая, мера пресечения не обеспечит надлежащего процессуального поведения обвиняемого, поскольку на данном этапе уголовного судопроизводства приведенные стороной защиты обстоятельства не являются достаточными основаниями, которые исключали бы реальную возможность совершения обвиняемым действий, указанных в ст. 97 УПК РФ, послуживших основанием для продления срока домашнего ареста, и которые давали бы возможность для беспрепятственного осуществления уголовного судопроизводства при применении в отношении ФИО1 иной, более мягкой, меры пресечения.

Суд апелляционной инстанции находит, что судебное решение принято, исходя не только из тяжести инкриминируемого деяния, но и из анализа всей совокупности обстоятельств, с учетом правовой позиции сторон, то есть с соблюдением норм уголовно-процессуального законодательства, регламентирующих разрешение судом данного вопроса.

Выводы суда о необходимости продления срока домашнего ареста надлежаще мотивированы, оснований не согласиться с которыми не усматривается ввиду наличия вышеуказанных обстоятельств, свидетельствующих о невозможности применения в отношении ФИО1 иной, более мягкой, меры пресечения.

Соглашаясь с выводами суда первой инстанции о необходимости продления срока домашнего ареста в отношении ФИО1, суд апелляционной инстанции также не находит оснований для изменения меры пресечения на иную, более мягкую.

Доводы апелляционной жалобы о том, что выводы суда о необходимости продления в отношении ФИО1 срока домашнего ареста не основаны на материалах дела, являются несостоятельными. Так, в обоснование заявленного ходатайства следователем были представлены материалы, которые были предметом исследования в суде первой инстанции, что подтверждается протоколом судебного заседания.

Кроме того, не могут быть приняты во внимание доводы апелляционной жалобы обвиняемого об изменении запретов с разрешением общаться с защитником и близкими родственниками с использованием средств связи, а также с разрешением выходить за пределы жилого помещения для прогулок, исходя из следующего.

Согласно положениям ст. 107 УПК РФ, домашний арест в качестве меры пресечения заключается в нахождении обвиняемого в изоляции от общества в жилом помещении с возложением запретов и осуществлением за ним контроля, и в соответствии со ст. 107 ч.7 УПК РФ суд, с учетом данных о личности подозреваемого или обвиняемого, фактических обстоятельств уголовного дела и представленных сторонами сведений, при избрании домашнего ареста в качестве меры пресечения может установить запреты, предусмотренные пп. 3 - 5 ч. 6 ст. 105.1 УПК РФ.

Таким образом, вышеуказанными нормами уголовно-процессуального закона установлен исчерпывающий перечень запретов, применяемых при избрании меры пресечения в виде домашнего ареста, к которым относятся общение с определенными лицами; отправление и получение почтово-телеграфных отправлений; использование средств связи и информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

Как следует из материалов дела, судом при продлении срока домашнего ареста обоснованно установлены запреты на использование информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», а также на использование средств связи, за исключением вызова скорой медицинской помощи, сотрудников правоохранительных органов, аварийно-спасательных служб в случае возникновения чрезвычайных ситуаций, а также для контактирования с представителями суда, контролирующих органов и следствия по данному уголовному делу, а кроме того, вопреки доводам стороны защиты, установлен запрет на общение с определенным кругом лиц, указанным в судебном решении, за исключением в том числе защитника и близких родственников, круг которых определен законом, т.е. установлены запреты, соответствующие положениям ст.ст. 107 ч.7, 105 ч.6 п.п. 3-5 УПК РФ, в связи с чем каких-либо предусмотренных законом оснований для изменения судебного решения в данной части не усматривается.

Кроме того, в соответствии с ч. 6 ст. 105.1 УПК РФ возможность выходить в определенные периоды времени за пределы жилого помещения, в котором лицо проживает, предусмотрена не для домашнего ареста, заключающегося в нахождении обвиняемого в изоляции от общества в жилом помещении, а для меры пресечения в виде запрета определенных действий, оснований для избрания которой судом апелляционной инстанции не усматривается, в связи с чем доводы об изменении установленных запретов при исполнении меры пресечения в виде домашнего ареста с разрешением обвиняемому выходить за пределы жилого помещения, в том числе в указанных обвиняемым целях, не основаны на требованиях уголовно-процессуального закона.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, принимая решение по ходатайству следователя, суд строго руководствовался требованиями уголовно-процессуального закона, с учетом необходимости проведения указанных в ходатайстве следователя следственных и процессуальных действий, в том числе связанных с производством судебных экспертиз с существенными сроками их проведения, их объема и каких-либо обстоятельств, свидетельствующих о нарушений требований ст. 6.1 УПК РФ о разумном сроке уголовного судопроизводства, а также о необоснованном продлении в отношении ФИО1 срока домашнего ареста, как и свидетельствующих о неэффективной организации предварительного расследования по данному уголовному делу, судом первой инстанции обоснованно не установлено, о чем указано в обжалуемом постановлении.

Суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований полагать о неэффективной организации предварительного расследования по данному уголовному делу, поскольку из представленных материалов следует, что ранее следователем выполнен ряд следственных и процессуальных действий, и с учетом фактических обстоятельств предъявленного обвинения и объема собираемых по делу доказательств, причины, по которым следствием не окончено расследование уголовного дела в ранее установленный срок, являются объективными.

Суд первой инстанции с соблюдением принципов состязательности и равноправия сторон оценил доводы всех участников процесса, предоставив сторонам равные возможности для реализации своих прав. Ограничений прав участников уголовного судопроизводства допущено не было, тем самым нарушений норм уголовно – процессуального кодекса Российской Федерации допущено не было.

Каких-либо данных, подтверждающих невозможность нахождения ФИО1 под домашним арестом по состоянию здоровья не имеется.

Постановление суда отвечает требованиям ч. 4 ст. 7 УПК РФ, основано на объективных данных, содержащихся в представленных материалах и исследованных в судебном заседании, вынесено с соблюдением норм уголовно-процессуального законодательства.

Каких-либо нарушений уголовно-процессуального законодательства Российской Федерации, а также нарушений прав, предусмотренных Конституцией Российской Федерации, влекущих отмену данного постановления, не имеется.

С учетом изложенного решение суда о необходимости продления срока домашнего ареста в отношении ФИО1 суд апелляционной инстанции находит законным, обоснованным и мотивированным, в связи с чем не усматривает оснований для удовлетворения апелляционной жалобы обвиняемого.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Джанкойского районного суда Республики Крым от 2 ноября 2023 года о продлении срока домашнего ареста в отношении обвиняемого ФИО1 оставить без изменения, а апелляционную жалобу обвиняемого ФИО1 – без удовлетворения.

Апелляционное постановление вступает в законную силу со дня его вынесения и может быть обжаловано в порядке, установленном главой 47.1 УПК Российской Федерации.

Судья Е.М. Глухова