Дело №2-2761/2022 4 июля 2022 года

78RS0017-01-2022-002131-69

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Петроградский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Пешниной Ю.В.,

при секретаре Глинской А.Е.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Санкт-Петербургу о взыскании компенсации морального вреда за незаконное привлечение к уголовной ответственности,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в Петроградский районный суд Санкт-Петербурга с иском к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Санкт-Петербургу, в котором просил взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 3 000 000 руб. в связи с незаконным привлечением его к уголовной ответственности.

В обоснование заявленных требований истец указал, что 31 июля 2019 года в отношении него было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 293 Уголовного кодекса Российской Федерации. В тот же день уголовное дело было соединено в одно производство с уголовным делом №, возбужденным 23 марта 2019 года по факту совершения 5, 6 и ФИО1 преступления, предусмотренного п.п. «а,б,в» ч. 5 ст. 290 Уголовного кодекса Российской Федерации., после чего выделено в отдельное производство. 27 марта 2019 года истец был задержан, 28 марта 2019 года истцу была избрана мера пресечения в виде домашнего ареста, которая последовательно продлевалась, в последний раз до 05 месяцев 01 суток, то есть до 25 августа 2019 года. 31 юля 2019 года действия истца были переквалифицированы на ч. 1 ст. 293 Уголовного кодекса Российской федерации с домашнего ареста на подписку о невыезде и надлежащем поведении. Уголовное дело было направлено в Красногвардейский районный суд Санкт-Петербурга для рассмотрения по существу, однако впоследствии уголовное дело было возвращено прокурору для устранения препятствий в его рассмотрении. Постановлением следователя СО по Красногвардейскому району ГСУ СК России по Санкт-Петербургу от 25 декабря 2021 года уголовное дело в отношении истца прекращено в связи с отсутствием в его действиях состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 293 Уголовного кодекса Российской Федерации, за истцом признано право на реабилитацию. В связи с уголовным преследование истец более 2-х лет не мог самостоятельно покидать и определять свое место жительства, свободно передвигаться по территории Российской Федерации, а также покидать ее пределы, что причиняло истцу нравственные страдания. Более 5 месяцев истец находился под домашним арестом в изоляции от общества. Кроме того, в связи с возбуждением уголовного дела, приказом от 12 апреля 2019 года истец был уволен с занимаемой должности за совершение проступка, порочащего часть сотрудника органов внутренних дел. Вследствие незаконного привлечения к уголовной ответственности истец были лишен средство к существованию, его карьера в органах внутренних дел был разрушена. Указанными обстоятельствами истцу причинен моральный вред, который он оценивает в 3 000 000 руб.

В судебное заседание истец не явился, о времени и месте судебного заседания извещен, направил в суд своего представителя – адвоката Дегтярева В.В., который заявленные требования поддержал в полном объеме.

В судебное заседание явилась представитель ответчика Министерства финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Санкт-Петербургу – ФИО2, поддержал доводы, изложенные в отзыве на исковое заявление, полагал заявленную истцом сумму необоснованной.

Представитель прокуратуры Санкт-Петербурга – прокурор Семенова Ю.С., полагала заявленные требования по праву обоснованными, но завышенными по размеру.

Изучив материалы дела, выслушав объяснения явившихся участников процесса, оценив представленные доказательства, суд приходит к следующим выводам.

Как усматривается из материалов дела, постановлением следователя СО по Красногвардейскому району ГСУ СК России по Санкт-Петербургу от 25 декабря 2021 года уголовное дело и уголовное преследование в отношении ФИО1 прекращено по основанию предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24, п.2 ч. 1 ст. 27 Уголовно-процессуального кодекса российской Федерации, то есть в связи с отсутствием в его действиях состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 293 Уголовного кодекса Российской Федерации. За ФИО1 признано прав на реабилитацию в порядке, предусмотренном главой 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

Таким образом, факт незаконного уголовного преследования истца по обвинению в совершении преступления по ч. 1 ст. 264 Уголовного кодекса Российской Федерации, установлен вступившим в законную силу постановление от 25 декабря 2021 года, поэтому указанные факты в силу ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в доказывании не нуждаются.

Статьей 53 Конституции Российской Федерации установлено, что каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В силу пункта 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Согласно статье 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

Право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор; подсудимый, уголовное преследование в отношении которого прекращено в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения; подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 4 - 6 части первой статьи 27 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации; осужденный - в случаях полной или частичной отмены вступившего в законную силу обвинительного приговора суда и прекращения уголовного дела по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 2 части первой статьи 27 настоящего Кодекса; лицо, к которому были применены принудительные меры медицинского характера, - в случае отмены незаконного или необоснованного постановления суда о применении данной меры.

Иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства (часть 2 статьи 136 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

Оценивая изложенные обстоятельства дела на основании приведенной выше нормы статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд считает установленным факт причинения истцу морального вреда, так как уже само по себе незаконное уголовное преследование причиняет нравственные страдания человеку, затрагивая его честь и достоинство и, в конечном счете, нарушая его право на доброе имя как положительную социальную оценку моральных и иных качеств личности.

В силу ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии со ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда, если вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

Согласно статье 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 года № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости. Мотивы принятого решения о компенсации морального вреда должны быть указаны в решении суда.

Как следует из материалов дела, истец обвинялся в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 293 Уголовного кодекса Российской Федерации, т.е. в совершении преступления небольшой тяжести, ранее истец не привлекался к уголовной ответственности.

В тот же день уголовное дело было соединено в одно производство с уголовным делом №, возбужденным 23 марта 2019 года по факту совершения 5, 6 и ФИО1 преступления, предусмотренного п.п. «а,б,в» ч. 5 ст. 290 Уголовного кодекса Российской Федерации., после чего выделено в отдельное производство.

Истец 27 марта 2019 года был задержан в порядке ст. ст. 91-92 Уголовно-процессуального кодекса Российской федерации.

В рамках уголовного дела, истцу 28 марта 2019 года избрана мера пресечения в виде домашнего ареста, которая последовательно продлевалась, в последний раз до 05 месяцев 01 суток, то есть до 25 августа 2019 года.

31 юля 2019 года действия истца были переквалифицированы на ч. 1 ст. 293 Уголовного кодекса Российской Федерации с домашнего ареста на подписку о невыезде и надлежащем поведении.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении отменена постановлением от 25 декабря 2021 года.

Также из материалов дела следует, что ФИО1 с 13 июля 2006 года служил в УМВД России по Красногвардейскому району в должности начальника отделения по борьбе с незаконным оборотом наркотиков ОУР и имел специальное звание майора. На основании приказа от 12 апреля 2019 года истец был уволен за проступок.

Таким образом, уголовное преследование в отношении истца длилось с 31 июля 2019 года по 25 декабря 2021 года, с 28 марта 2019 года по 25 августа 2021 года к истцу была применена мера пресечения в виде домашнего ареста, и до 25 декабря 2021 года – в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Разрешая заявленные требования, оценив представленные доказательства по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, учитывая тяжесть предъявленного истцу обвинения, тяжесть наступивших для него последствий, увольнение со службы, общую продолжительность уголовного преследования, нахождение истца под домашнем арестом более 5 месяцев, под подпиской о невыезде и надлежащем поведении более 2-х лет, в результате данных мер пресечения истец был лишен возможности вести привычный образ жизни, поскольку применение меры пресечения само по себе накладывает ограничение на личную свободу гражданина, вынуждая его согласовывать свои перемещения с компетентными органами, что не может не изменить привычного образа жизни истца, суд приходит к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда за незаконное уголовное преследование в размере 300 000 руб.

При этом, суд исходит из того, что истцом не представлено доказательств наступления каких-либо негативных последствий в результате применения в отношении него меры пресечения в виде домашнего ареста и подписки о невыезде и надлежащем поведении и уголовного преследования.

На основании вышеизложенного и руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ :

Исковые требования ФИО1 – удовлетворить частично.

Взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 300 000 руб.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца с момента составления решения суда в окончательной форме посредством подачи апелляционной жалобы через Петроградский районный суд Санкт-Петербурга.

Судья:

Мотивированное решение составлено 18 июля 2022 года.