Решение по делу № 2-806/2022 от 21.12.2022 | Краснокамский городской суд (Пермский край)

Дело № 2-806/2022

УИД 59RS0025-01-2022-000871-20

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Краснокамск 21 декабря 2022 года

Краснокамский городской суд Пермского края

в составе председательствующего судьи Зориной Т.С.

при секретаре Вагановой Т.Н.,

с участием прокурора Масловой Н.В.,

истца ФИО1, представителя истца ФИО3, представителя ответчика – ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ГБУЗ ПК «Краснокамская городская больница» о взыскании суммы компенсации морального вреда,

установил:

В Краснокамский городской суд обратилась ФИО1 с исковым заявлением к ГБУЗ ПК «Краснокамская городская больница» о взыскании суммы компенсации морального вреда <данные изъяты> руб.

Заявленные требования мотивированы тем, что в начале ДД.ММ.ГГГГ у нее была выявлена <данные изъяты>. Она прошла все необходимые обследования по месту жительства в поликлинике № ГБУЗ ПК «Краснокамская городская больница» и ДД.ММ.ГГГГ. была госпитализирована в хирургическое отделение ГБУЗ ПК «Краснокамская городская больница» для проведения планового оперативного вмешательства - <данные изъяты>, то есть <данные изъяты> через несколько небольших разрезов на передней брюшной стенке.

ДД.ММ.ГГГГ. в 8 часов 50 минут ее взяли на операцию, которая проводилась под общим наркозом, поэтому до момента пробуждения о ходе операции она ничего не знала. После того, как ее перевели в Пермскую краевую клиническую больницу ДД.ММ.ГГГГ. ее мама ФИО2 ей сообщила, что во время операции ДД.ММ.ГГГГ. оперирующий хирург ФИО5 пересекла <данные изъяты>, что является тяжелым операционным осложнением. В связи с интраоперационным повреждением была вызвана бригада хирургов санавиации из Пермской краевой клинической больницы, которыми была проведена операция - <данные изъяты>. В общей сложности операция длилась 7,5 часов.

После операции ее перевели в реанимационное отделение ГБУЗ ПК «Краснокамская городская больница», где она находилась с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ., где делались перевязки, ставили капельницы и уколы, приходили на осмотр врачи-хирурги в том числе ФИО5, которая ничего не сказала о произошедшем во время операции, когда она пришла в себя.

ДД.ММ.ГГГГ г. ее перевели из реанимационного отделения в общую палату хирургического отделения, к ней так же приходили врачи на осмотр утром и вечером, ничего так и не говорили. Пока она находилась в отделении, у нее поднималась температура. Также у нее стояли трубчатые дренажи, которые убрали ДД.ММ.ГГГГ, поскольку по ним ничего не выделялось. Ночью с ДД.ММ.ГГГГ. у нее по перчаточной резине стала выделятся желчь в большом количестве. Утром ДД.ММ.ГГГГ. ФИО5 пришла на осмотр и сказала, что это нормально, что выделяется желчь. Позже она пришла и сказала, что нужно снова поставить трубчатый дренаж, чтобы следить какое количество желчи отходит. После того как ей поставили трубчатый дренаж, по нему все равно ничего не отходило, и все шло мимо него, повязки промокали достаточно сильно. Вечером того же дня на обходе был главный врач ФИО6, которому стала звонить ее мама и узнавать, каково ее состояние и нормально ли то, что происходит в данный момент. Мама стала требовать перевести ее в Пермскую краевую больницу.

С диагнозом: «<данные изъяты>» утром ДД.ММ.ГГГГ машиной санавиации ее перевели в Пермскую краевую больницу, где ей было проведено обследование (КТ, МРТ, анализы), дальше она там же и находилась на лечении по ДД.ММ.ГГГГ. При поступлении в ПККБ после осмотра ей был поставлен диагноз: «<данные изъяты>».

02.03.2020г. после осмотра заведующим 2 хирургическим отделением поставлен диагноз: «<данные изъяты>». Ввиду отсутствия интоксикации, свободной жидкости в брюшной полости выбрана консервативная терапия. ДД.ММ.ГГГГ. она была выписана домой, где проходила амбулаторное лечение. ДД.ММ.ГГГГ. она выписана с больничного листа.

Поскольку в процессе предоперационной подготовки и выполнения оперативных вмешательств в отношении истца, медицинским персоналом Краснокамской больницы не соблюдены требования стандартов оказания медицинской помощи, это свидетельствует о ненадлежащем выполнении, и невыполнении медицинскими работниками их профессиональных и служебных обязанностей.

Вследствие неквалифицированных действий персонала медицинского учреждения ответчика истцу был причинен моральный вред, заключающийся в нравственных и физических страданиях. Она испытала выраженные физические страдания - боль, общую слабость, ей пришлось перенести дополнительное лечение, которого можно было избежать при правильных диагностических и лечебных действиях медицинского персонала ответчика. Причиненный моральный вред она оценивает в <данные изъяты> рублей.

В судебном заседании истец и ее представитель заявленные требования поддержали по основаниям, указанным в исковом заявлении.

Дополнительно истец пояснила, что нравственные страдания также выразились в том, что она месяц не могла видеться с маленьким ребенком, помогали отец ребенка, бабушка, просила родственников забирать его из детского садика. С трубкой после выписки ходила длительное время, что создавало неудобства в ношении одежды, приходилось ходить с перчаткой. Также не могла кушать то, что хотелось, приходилось соблюдать строгую диету. Были ограничения в движении, не могла взять маленького ребенка на руки, болели швы. Был запланирован отпуск, приходилось сидеть дома, ограниченно питаться, спать только на спине или одном боку. После снятия трубки пришлось ходить в бандаже 3 месяца, одевать его только в положении лежа, снимать только в ночное время, с ним сложно было наклоняться. Диета соблюдалась на протяжении года. Также под трубкой после выписки образовались пролежни. После операции должно было быть 3 прокола, а сейчас один большой рубец справа и посредине живота. <данные изъяты>. Рубец очень неэстетичен. Качество жизни было нарушено, рассчитывала, что будет на больничном 1-1,5 недели, потом в отпуске. Затем она лечилась в Пермской краевой больнице в апреле 2021 года, более не лечилась. О каком-либо <данные изъяты> ей было не известно.

Представитель ответчика в судебном заседании с заявленными требованиями не согласилась, пояснив, что медицинская помощь оказана надлежащего качества, требования утвержденных порядков и стандартов нарушены при проведении операции не были, что подтверждено заключением комиссионной судебно-медицинской экспертизе № 15 Бюро судебно-медицинской экспертизы Удмуртской Республики, проведенной при проверке в порядке уголовно-процессуального законодательства.

Третье лицо ФИО7 в судебном заседании пояснил, что не согласен с исковыми требованиями, поскольку, в ходе УЗИ <данные изъяты>.

Третье лицо ФИО8 в судебном заседании пояснил, что с требованиями не согласен. Указал, что первоначально истец поступила к нему, было проведено обследование по стандарту. Для выявления особенностей строения <данные изъяты>

Третье лицо ФИО9 ранее в судебном заседании указывала, что была плановая операция, больная была обследована в Поликлинике, никаких аномалий не было выявлено, диагноз – <данные изъяты>. Умысла на причинение вреда не было, все произошло случайно.

Третье лицо ФИО10 ранее в судебном заседании пояснил, что больная поступила в плановом порядке, была обследована в полном объеме, на <данные изъяты>.

Представитель третьего лица Министерства здравоохранения Пермского края в судебное заседание не явился, были извещены надлежащим образом, просили рассмотреть дело в их отсутствие. Согласно представленным документам: акту проверки по ведомственному контролю от ДД.ММ.ГГГГ, экспертному заключению по оказанию медицинской помощи ФИО1 нарушений оперирующим хирургом допущено не было.

Представитель третьего лица ООО «Ресо-Мед» в судебное заседание не явился, был извещен надлежащим образом, просили рассмотреть дело в отсутствие представителя. В отзыве указали, что ФИО1 застрахована по обязательному медицинскому страхованию в ООО «СМК РЕСО-Мед». В связи с поступившей жалобой ФИО2 на ненадлежащее качество медицинской помощи, оказанной ее дочери ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., в период стационарного лечения в ГБУЗ ПК «Краснокамская городская больница» в феврале 2020 г., согласно Порядку организации и проведения контроля объемов, сроков, качества и условий предоставления медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию, утвержденному приказом ФФОМС от ДД.ММ.ГГГГ №, проведена экспертиза качества медицинской помощи, оказанной ФИО1, в отделении хирургии ГБУЗ ПК «Краснокамская городская больница» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Экспертную работу проводили: кандидат медицинских наук врач-хирург и врач анестезиолог- реаниматолог высшей квалификационной категории, включенные в реестр экспертов качества медицинской помощи в сфере ОМС по Пермскому краю.

По результатам проверки выявлено ненадлежащее выполнение необходимых лечебно-диагностических мероприятий при оперативном вмешательстве в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, на основе клинических рекомендаций и с учетом стандартов медицинской помощи, приведшее к ухудшению состояния здоровья пациентки с последующим переводом для дальнейшего лечения в ГБУЗ ПК «Пермская краевая клиническая больница». Нарушения, выявленные в ходе проверки качества и условий предоставления медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию, были отражены в Акте экспертизы качества оказанной медицинской помощи №ж от ДД.ММ.ГГГГ.

Заключение эксперта Территориального ФОМС ПК совпало с заключением эксперта ООО «СМК РЕСО-Мед» <данные изъяты>

Комиссией Территориального фонда ОМС Пермского края по результатам рассмотрения претензии после проведения повторной экспертизы качества оказанной медицинской помощи вынесено решение № от ДД.ММ.ГГГГ об отказе в удовлетворении претензии медицинской организации и выявленные страховой медицинской организацией нарушения обоснованы.

В ходе обжалования медицинской организацией ненормативного акта в Арбитражном суде Пермского края по делу № было вынесено Решение от ДД.ММ.ГГГГ о признании Решения Комиссии ТФОМС ПК по Акту экспертизы качества оказанной медицинской помощи правомочным. (л.д.235-237 том 1)

Прокурор в заключении полагал заявленные требования подлежащими удовлетворению в разумных пределах.

Заслушав истца, его представителя, представителя ответчика, заключение прокурора, суд приходит к следующему.

Статьей 41 Конституции Российской Федерации закреплено, что каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулирует Федеральный закон от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" (далее - Федеральный закон "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Здоровье - состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма (п. 1 ст. 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Статьей 4 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" установлено, что к основным принципам охраны здоровья относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пп. 3, 9 ст. 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

В п. 21 ст. 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" определено, что качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (ч. 1 ст. 37 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно ч. 2 ст. 64 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с ч. 2 ст. 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (чч. 2 и 3 ст. 98 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Статьей 12 ГК РФ предусмотрен такой способ защиты прав как компенсация морального вреда.

В соответствии с абз.1 ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред. Часть 2 статьи 1101 ГК РФ указывает, что при определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

В соответствии со ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (ч.1) Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (ч.2).

В соответствии с ч.1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

В судебном заседании установлено, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 с направлением из поликлиники была госпитализирована в плановом порядке в хирургическое отделение ГБУЗ Пермского края «Краснокамская городская больница». ДД.ММ.ГГГГ проведена плановая операция <данные изъяты> вызвана бригада хирургов из ПККБ. В дальнейшем, бригадой хирургов санавиации произведено наложение <данные изъяты>. С ДД.ММ.ГГГГ у ФИО1 повязки стали интенсивно промокать желчью, переведна в хирургическое отделение ПККБ.

С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ находилась на стационарном лечении в ГБУЗ ПК «Ордена «Знак почета» Пермская краевая клиническая больница с диагнозом «<данные изъяты>». Лечение было консервативным, после выписки направлена на амбулаторное лечении к врачу-хирургу

ДД.ММ.ГГГГ на приеме жалоб нет. Объективно состояние удовлетворительное. Живот участвует в акте дыхания, мягкий, безболезненный при пальпации. Швы без признаков воспаления. Диагноз: <данные изъяты>. Труд с ДД.ММ.ГГГГ.

Как следует из акта экспертизы качества оказания медицинской помощи ФИО1 №ж от 26.03.2020г., предоставленного Пермским филиалом ООО «СМК «РЕСО-Мед»: «... <данные изъяты>». (л.д.223-224 том 1).

Из акта повторной экспертизы качества оказания медицинской помощи № от 29.05.2020г. Территориального фонда обязательного медицинского страхованы Пермского края: «... <данные изъяты>....».

Из акта проверки по ведомственному контролю качества и безопасности медицинской помощи Министерства здравоохранения Пермского края № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что в соответствии с экспертным заключением главного внештатного специалиста хирурга Министерства здравоохранения Пермского края ФИО11 и копией протокола ЖК от ДД.ММ.ГГГГ ГБУЗ ПК «КГБ»:

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, госпитализирована в плановом порядке ДД.ММ.ГГГГ в хирургическое отделение ГБУЗ ПК «КГБ» с диагнозом: <данные изъяты>

После начала операции в 09:20 час. ДД.ММ.ГГГГ при лапароскопии была выявлена выраженная <данные изъяты>

С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ пациентка находилась на амбулаторном лечении в ГБУЗ ПК КГБ». Послеоперационные раны зажили первичным натяжением.

Нарушений Порядка оказания медицинской помощи взрослому населению по профилю хирургия», утвержденного приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации ДД.ММ.ГГГГ №н при оказании медицинской помощи ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ в ГБУЗ ПК «КГБ» - не выявлено.( л.д.21 том 2)

Из экспертного заключения по оказанию медицинской помощи ФИО1 Министерства здравоохранения <адрес> следует, что предоперационное обследование проведено в полном объеме в соответствии с действующими порядками и стандартами; показания к операции установлены правильно; в связи со сложной анатомической ситуацией своевременно выполнена конверсия в лапаротомию; врачами были предприняты все меры для предотвращения повреждения общего желчного протока во время «открытой» операции; повреждение протока своевременно выявлено во время операции и своевременно вызваны хирурги ГЖКБ для выполнения незамедлительной реконструктивной операции; повреждение протока обусловлено анатомическими особенностями и выраженными поствоспалительными изменениями в связке, несмотря на все принятые меры по минимизации рисков повреждения протока; своевременная диагностика повреждения протока позволила выполнить первичную реконструктивную операцию с привлечением специалистов, имеющих достаточный опыт в хирургии повреждений холедоха и минимизировать риски для пациентки в данной непростой ситуации (л.д.23-24 том 2).

В рамках доследственной проверки по заявлению ФИО1 была назначена и проведена комплексная судебно-медицинская экспертиза (заключение №), составленная экспертами БУЗ Удмуртской республики «Бюро судебно-медицинской экспертизы Министерства здравоохранения Удмуртской республики», согласно выводам которого при оказании медицинской помощи ФИО1 в ГБУЗ ПУ «Краснокамская ГБ» в период времени с 19.02.2020 по ДД.ММ.ГГГГ установлены дефекты: - <данные изъяты>» не могут рассматриваться, как причинение вреда здоровью. В соответствии с данными представленных материалов, в том числе медицинских документов, медицинская помощь ФИО1 по анестезиологии и реанимации в ГБУЗ ПК «Краснокамская ГБ» оказана правильно, в соответствии с Приказом (и Порядком) Министерства здравоохранения РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 919н "Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи взрослому населению по профилю "анестезиология и реаниматология". (л.д.152-192 том 1).

Для проверки заключения № истец обратилась в ООО «Научно-исследовательский институт судебной экспертизы - СТЭ/1С» к специалистам, обладающим специальными познаниями в области судебной медицины и в области абдоминальной хирургии.

В ответах на поставленные вопросы комиссией специалистов указано: «Версия, выдвинутая врачами Краснокамской городской больницы о том, что у ФИО1 имела место аномалия <данные изъяты>

Врачами Краснокамской больницы в предоперационном периоде не был выполнен весь объем исследований в отношении ФИО1, предусмотренный Приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 332 «Об утверждении стандарта медицинской помощи больным с <данные изъяты>

<данные изъяты>

Таким образом, не существует ни одного ведомственного нормативного акта, предписывающего дублировать обследования, проводимые перед плановым оперативным лечением амбулаторно, после госпитализации в стационар, чтобы не затягивать предоперационный период и время нахождения пациента в стационаре до операции, повышая вероятность возникновения инфекций, связанных с оказанием медицинской помощи.

Приказов Минздрава РФ, регламентирующих оказание помощи пациентам при плановом оперативном лечении по поводу заболевания «<данные изъяты>» на настоящий момент не существует.

В ситуациях, если какие-то аспекты оказания помощи не урегулированы стандартами, либо отсутствуют на настоящий момент - оценивается соответствие оказания помощи конкретному пациенту тем положениям, что предписывают руководства, рекомендованные УМО по медицинскому и фармацевтическому образованию вузов России в качестве учебника для медицинских вузов.

Соответственно, при оказании помощи пациентам при плановом оперативном лечении по поводу заболевания «<данные изъяты>» ориентируются на сложившуюся клиническую практику и на единое мнение хирургического сообщества, как в РФ гак и за рубежом, зафиксированного в монографической и периодической литературе.

Предоперационный диагноз «<данные изъяты>» ФИО1 <данные изъяты> желчекаменной болезнью.

В данном клиническом случае изначально выбор холецистэктомии лапароскопическим методом был сделан правильно.

Однако на этапе лапароскопической операции выявлены следующие дефекты:

- не привлечен опытный хирург (заведующий отделением) для ревизии <данные изъяты>

- если в ходе лапароскопической ревизии <данные изъяты>, однако подобное тактическое решение должно было быть обосновано в протоколе операции.

Переход к лапаротомной холецистэктомии у ФИО1 в. ситуации был обоснован.

Согласно протоколу операции, проводимой ФИО1 Е - имелись все технические возможности выполнить интраоперашюнную холангиографию (что и было сделано, когда при калибровочном зондировании уже было очевидно доказано повреждение гепатикохоледоха. и на том этапе целесообразности в дополнительной рентгенологической верификации этого факта уже не было).

В соответствии с предписаниями руководства Российского общества хирургов «<данные изъяты>» одним из пунктов рекомендовано проведение интраоперационной <данные изъяты> предоставлящих ценную анатомическую информацию. Они должны быть использованы в случаях, когда хирург имеет любые сомнения в анатомии, и для того, чтобы предоставить документальное подтверждение.

Изначально, после того как была выполнена лапаротомия, произведена визуализация и попытка дифференцировки трубчатых структур в области гепатодуоденальной связки, после которой имелись сомнения в отсутствии аберрантной (отклоняющийся от нормального строения) анатомии и верификации трубчатых структур, необходимо было выполнить интраоперационную холангиографию, чтобы точно представлять ход гепатикохоледоха и минимизировать риск его травматизации.

Факт наличия конкрементов различного размера в желчном пузыре никак не препятствует выполнению интраоперационной холангиографии.

Интраоперационная <данные изъяты> представляет собой несложное и технически легко исполнимое исследование, при этом позволяющее отчётливо представить ход <данные изъяты>, наличие или отсутствие <данные изъяты>

После выявления полного пересечения гепатикохоледоха интраоперационно, совершенно обоснованно и в соответствии с установленной практикой, была вызвана бригада хирургов с краевого центра, наложившая с целью устранения повреждения <данные изъяты> (для использования в практике предлагается документ «<данные изъяты>

Выбранный у ФИО1 вариант восстановительной операции в виде наложения гепатикоеюноанастомоза на отключенной петле по Ру является допустимым и имеет широкое клиническое применение.

Таким образом, на этапе лапаротомной <данные изъяты> выявлены следующие дефекты:

- <данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты> вреда здоровью.

В результате выявленного дефекта оказания медицинской помощи ФИО1 в ГБУЗ ПК "Краснокамская городская больница" в виде <данные изъяты>

с требованиями приказа Минздравсоцразвития РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 194н (ред.

от ДД.ММ.ГГГГ) "Об утверждении Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» (л.д.80-151 том 2).

Пунктом 1 ст. 150 ГК РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст. 151 ГК РФ).

Согласно п.14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

В силу п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами гл. 59 (ст. 1064 - 1101 ГК РФ) и ст. 151 ГК РФ.

Согласно пп. 1, 2 ст. 1064 ГК РФ, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Статья 1101 ГК РФ предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Согласно п.48 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан Российской Федерации").

Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.

При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.

На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.

По смыслу приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. Необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда.

При этом законом установлена презумпция вины причинителя вреда, которая предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В рассматриваемом деле больницей (ответчиком) не было представлено доказательств, подтверждающих отсутствие ее вины в оказании ФИО1 медицинской помощи, не соответствующей установленным порядкам и стандартам, клиническим рекомендациям.

Вопреки доводам ответчика, в настоящем деле факт оказания ответчиком медицинской помощи ненадлежащего качества судом достоверно установлен в ходе рассмотрения дела.

Истец ФИО1 трудоустроена в ГКУЗОТ «ПКБСМЭ», общая сумма выплат по месту работы в 2021 году составила <данные изъяты> руб., в 2022-<данные изъяты> руб.

Согласно справке о финансовом состоянии ГБУЗ ПК «Краснокамская городская больница» ГБУЗ ПК «Краснокамская городская больница» информирует, что на ДД.ММ.ГГГГ остатки средств на л/с учреждения следующие: <данные изъяты> рублей. Текущая кредиторская задолженность на ДД.ММ.ГГГГ составляет <данные изъяты> рублей, в т.ч. просроченная кредиторская задолженность перед поставщиками и подрядчиками— 0,00 рублей, просроченная задолженность перед бюджетом по уплате налогов и страховых взносов - <данные изъяты> рублей.

При оценке имеющих в деле доказательств, суд берет за основу заключение комиссии экспертов ГБУЗ «Бюро МСЭ» Министерства здравоохранения Оренбургской области, поскольку данная экспертиза является судебной, назначена в рамках гражданского дела при соблюдении принципов равноправия и состязательности сторон, эксперты имеют высшее медицинское образование, длительный стаж работы 16-22 года, являются практикующими специалистами, эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения экспертов.

Ссылка представителя ответчика на заключение экспертов БУЗ Удмуртской республики «Бюро судебно-медицинской экспертизы Министерства здравоохранения Удмуртской республики», экспертизу Министерства здравоохранения Пермского края, является несостоятельной, поскольку экспертиза назначалась в рамках до следственной проверки в порядке УПК РФ, что исключило возможность сторонам задавать вопросы и выбирать экспертное учреждение, принципы состязательности соблюдены не были, кроме того, выводы опровергаются совокупностью иных имеющих в деле доказательств: заключением комплексной судебно-медицинской экспертизы, экспертизой качества медицинской помощи, экспертизой территориального фонда ОМС.

Исследовав все имеющиеся доказательств по делу в совокупности, установив, что при лечении истца, поступившего в медицинское учреждение ДД.ММ.ГГГГ, установлены дефекты оказания медицинской помощи, находящиеся в прямой причинно-следственной связи с наступившими последствиями в виде причинения средней тяжести вреда здоровью ФИО1, и в результате чего истцу причинены нравственные страдания, суд приходит к выводу о возложении на ответчика обязанности по денежной компенсации морального вреда.

При описании причиненного морального вреда истец указала, что нравственные страдания также выразились в том, что она месяц не могла видеться с маленьким ребенком, помогали отец ребенка, бабушка, просила родственников забирать его из детского садика. С дренажной трубкой после выписки ходила длительное время, что создавало неудобства в ношении одежды, приходилось ходить с перчаткой. Также не могла есть то, что хотелось, приходилось соблюдать строгую диету. Были ограничения в движении, не могла взять маленького ребенка на руки, болели швы. Был запланирован отпуск, приходилось сидеть дома, ограниченно питаться, спать только на спине или одном боку. После снятия трубки пришлось ходить в бандаже 3 месяца, одевать его только в положении лежа, снимать только в ночное время, с ним сложно было наклоняться. Диета соблюдалась на протяжении года. Также под трубкой после выписки образовались пролежни. После операции должно было быть 3 прокола, а сейчас один большой рубец справа и посредине живота. <данные изъяты>. Рубец очень неэстетичен, носить открытую одежду нет возможности. Качество жизни было нарушено, рассчитывала, что будет на больничном 1-1,5 недели, потом в отпуске. Затем она лечилась в Пермской краевой больнице в апреле 2021 года, более не лечилась. О каком-либо нестандартном строении желчных протоков ей было не известно.

ФИО1 перенесла длительную физическую боль, связанную с повреждением здоровья в виде пересечения трубчатых структур гепатодуоденальной связки, а также с последующим оперативным вмешательством по его устранению – наложение гепатикоеюноанастомоза, что привело к большим надрезам брюшной полости, образованию неэстетичных крупных по размерам рубцов, истец около 2 месяцев была ограничена в возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, ей были наложены крупные швы, которые мешали вести активную жизнь молодой девушки и мамы, перенесла нравственными страдания, связанные с невозможностью продолжать активную общественную жизнь, временным ограничением или лишением возможности общаться с маленьким ребенком, носить его на руках, и другие негативные эмоции.

При определении размера компенсации морального вреда в пользу потерпевшего, судом приняты во внимание обстоятельства, при которых допущены дефекты оказания медицинской помощи – проведение плановой операции, фактические действия персонала больницы - своевременное оказание помощи при пересечении трубчатых структур, наличие и характер недостатков при оказании медицинской помощи, наличие прямой причинно-следственной связи между имеющимися недостатками и неблагоприятными последствиями в виде средней тяжести вреда здоровью, учтены нравственные переживания истца, его индивидуальные особенности, молодой возраст, длительность нахождения в лечебном учреждении около месяца и длительность восстановления истца после выписки (бандаж около 3 месяцев, диета около года), характер и степень вины ответчика в причинении истцу нравственных страданий, требования разумности и справедливости, материальное положение истца и ответчика, в связи с чем определил размер компенсации морального вреда в размере <данные изъяты> рублей.

Размер компенсации морального вреда является соразмерным перенесенным истцом физическим и нравственным страданиям, отвечает признакам справедливого возмещения за перенесенные страдания и обеспечивает баланс частных и публичных интересов, направленных на то, что выплата компенсации морального вреда истцу также не нарушала права бюджетного учреждения, который должен компенсировать моральный вред за счет бюджетных средств.

Согласно ч.1 ст.103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Поскольку истец была освобождена от уплаты государственной пошлины <данные изъяты> руб. о взыскании компенсации морального вреда, указанная государственная пошлина подлежит взысканию с ответчика, не освобожденного от ее уплаты, в доход местного бюджета, при этом принцип пропорциональности взыскания расходов в данном случае не применим.

Руководствуясь ст.ст.194-198, 199 ГПК РФ, суд

решил :

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с ГБУЗ ПК «Краснокамская городская больница» № в пользу ФИО1 сумму компенсации морального вреда в размере <данные изъяты> рублей.

В удовлетворении остальной части требований – отказать.

Взыскать с ГБУЗ ПК «Краснокамская городская больница» № в пользу местного бюджета Краснокамского городского округа государственную пошлину <данные изъяты> руб.

Решение суда может быть обжаловано в Пермский краевой суд через Краснокамский городской суд Пермского края в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ

Судья Зорина Т.С.