07RS0001-02-2023-001108-04
Дело № 2-2548/2023
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
22 мая 2023 г. г. Нальчик
Нальчикский городской суд, в составе председательствующего судьи Тхазаплижевой Б.М., при секретаре - помощнике ФИО1, при прокуроре Башиеве Р.А.,
с участием истца – ФИО2, его представителя по ФИО3, действующей по доверенности о т 02.03.2023, удостоверенной нотариусом Нальчикского нотариального округа ФИО4,
представителя ответчика – ФИО5, действующей по доверенности 03.02.2023 №73,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к Акционерному обществу «Тинькофф Банк» о признать незаконным и отмене уведомления о расторжении трудового договора, приказа об увольнении, о восстановлении на работе, взыскании компенсации морального вреда и среднего заработка за время вынужденного прогула,
УСТАНОВИЛ:
7 марта 2023г. в Нальчикский городской суд поступило исковое заявление ФИО2 к Акционерному обществу «Тинькофф Банк», в котором просил суд признать незаконным и отменить уведомление от 06.02.2023 г. о расторжении трудового договора №241261 от 05.05.2022, признать незаконным и отменить приказ от 06.02.2023 №00-00000000006, восстановить на работе в должности младшего руководителя группы Отдела обслуживания бизнеса Управления клиентской поддержки бизнеса Департамента клиентского обслуживания, взыскании в его пользу с ответчика в счёт компенсации морального вреда 100 000 (сто тысяч) рублей, среднего заработка за время вынужденного прогула в сумме 167 804,46 руб.
В обоснование своих требований ФИО2 указал, что с 05.05.2022 работал в АО «Тинькофф Банк» в должности младшего руководителя группы Отдела обслуживания бизнеса Управления клиентской поддержки бизнеса Департамента клиентского обслуживания по трудовому договору от 05.05.2022№241261 и по приказу от 05.05.2022 №0505-000000297.
Уведомлением от 30 января 2023г. об исполнении трудовых обязанностей на территории РФ он был уведомлён о необходимости исполнять свои трудовые обязанности на территории РФ.
Уведомлением от 06.02.2023 г. о расторжении трудового договора и приказом №00-00000000006 от 06.02.2023 года, с 08.02.2023 г. трудовой договор №241261 от 5 мая 2022 г. с ним был расторгнут. Основанием расторжения трудового договора указана ч. 2 ст. 312.8 Трудового Российской Федерации.
Истец указал, что дисциплинарное взыскание, перед увольнением, на него наложено не было.
Истец считает, что уведомление от 06.02.2023 г. о расторжении трудового договора и приказ от 06.02.2023 №00-00000000006от 06.02.2023 года являются незаконными и необоснованными по нижеследующим доводам поскольку с ним был заключил трудовой договор, по пункту 1.3 которого являлась работа, деятельность которой, осуществляется вне места нахождения Работодателя (дистанционно).
В соответствии с Договором, местом работы для Работника является место, в котором непосредственно исполняет обязанности, возложенные на него трудовым договором, а город проживания работника.
Из текста указанного Уведомления от 30 января 2023г. об исполнении трудовых обязанностей на территории РФ следует, что причиной его увольнения стало его пребывание вне Российской Федерации, однако, его выезд за пределы Российской Федерации в Турцию носил временный характер, о чем был поставлен в известность его непосредственный руководитель ФИО6, что подтверждается их перепиской. Из переписки очевидно то обстоятельство, что он выехал за пределы РФ не на постоянное место проживания, а временно. Две недели, находясь в Турции он исполнял свои обязанности в полном объёме, не имея нареканий по поводу исполнения трудовых обязанностей.
Таким образом, с его стороны, отсутствует нарушение норм ч. 2 ст. 312.8 указанной в приказе об увольнении. Работая из-за границы все его должностные функции выполнялись в полном объёме. Замечаний к выполнению должностных обязанностей не поступало.
Также, исходя из переписки с его руководством, ему стало известно, что он нарушил Указ Президента РФ № 250 от 1 мая 2022 г., а также приказ № 1215.27 от 15 декабря 2022 г. «Об утверждении ответственности за работу сотрудников на удалённом/гибридном режиме работы вне границ Российской Федерации и контроль АО Тинькофф Банка», но в содержании этих нормативных актов, нет указания о запрете работать в прежнем режиме и выполнять прежние обязанности на прежних условиях при временном нахождении за пределами Российской Федерации. В них содержатся указания для соответствующих служб по недопущению попыток прорыва иностранных, недружественных РФ государств с помощью системы Интернет в базы данных Российских учреждений, служб и организаций.
В трудовом законодательстве и других нормативных материалах на сегодняшний день нет четкого толкования в отношении определения ч.2 ст.312.8. ТК РФ «невозможности исполнения работником обязанностей по трудовому договору на прежних условиях», с связи с чем, истец считает, что его временный выезд за пределы РФ не является нарушением трудового договора с работодателем.
Также в иске указано, что в соответствии с п.п 3 ст.312.8. ТК РФ работодатель, в случае увольнения дистанционного работника и ознакомлении его с уведомлением и приказом о прекращении трудовых отношений с ним, обязан в течении трёх рабочих дней направить дистанционному работнику копию данного документа на бумажном носителе заказной почтой с уведомлением. Однако данное требование ответчиком не выполнено, на дату подачи искового заявления данные документы почтой не поступали, что является грубым нарушением процедуры увольнения дистанционного работника.
Исходя из позиции Верховного суда РФ, изложенной в обзоре судебной практики, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 9.12.2020 г., а также Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 г. № 2, при совершении работником дисциплинарного проступка, работодатель обязан доказать справедливость своего решения и документально зафиксировать ситуацию.
Таким образом, кроме докладной записки ФИО6, должен быть составлен Акт об установлении факта проступка, нарушении норм безопасности и прочее с указанием времени и места такого нарушения. Кроме того, в приказе о расторжении трудового договора должна быть указана причина расторжения договора с указанием подробностей, указанных собранными документами, послужившими основанием для расторжения договора, время и место такого нарушения. В данном случае в приказе о расторжении трудового договора переписана норма ст.312.8. ТК РФ и никаких фактов или оснований для расторжения со мной трудового договора ш приведено.
Исходя из общих межотраслевых принципов права дисциплинарный проступок, за который работник привлекается к дисциплинарной ответственности, должен быть четко сформулирован работодателем таким способом, чтобы не допускать неоднозначных толкований. В приказе работодателя должна иметься ссылка на положение, которое нарушено работником, обстоятельства совершения проступка, реквизиты документа, фиксирующего проступок. Эту обязанность при издании указываемого приказа ответчик не выполнил.
Ответчик допустил неоднозначное толкование проступка, не указал четко и ясно, какое именно нарушение, явившееся основанием для прекращения трудового договора, было им допущено, в качестве основания приказа, не сослался на конкретные документы, раскрывающие эти обстоятельства.
Истец обращает внимание суда на то, что ответчик не представил доказательств, отвечающих требованиям относимости и допустимости, подтверждающих, что причиной прекращения трудового договора, явились именно эти нарушения.
Исходя из сложившейся правоприменительной практики, при решении вопроса об увольнении работника, работодатель обязан правильно оценить обстоятельства и определение степени виновности специалиста. В данном случае никакой проверки и оценки степени виновности со стороны работодателя АО Тинькофф Банк проявлено не было.
В отношении нарушения им Указа Президента № 250 от 01.05.2022 и приказа № 1215.27 от 15.12.2022 истец полагает, что в период его работы в АО Тинькофф Банк с 06.05.2022 до 08.02.2023 он работал по программному обеспечению, установленному самим работодателем АО Тинькофф Банк. В течении всего указанного времени он не пользовался ни другими российскими, ни заграничными системами программного обеспечения или системами безопасности. Таким образом, ссылка работодателя АО Тинькофф Банк на данный Указ Президента и приказ АО ФИО7 Банка не состоятельны. Тем более, что в указанных документах говорится, что с 01.01.2025 г. запрещается использование средств защиты информации, странами происхождения которых являются иностранные государства, совершающие в отношении РФ недружественные действия и т.д. В приказе установлена ответственность руководителя за действия работников и инциденты информационной безопасности, связанные с работой и доступом к базе данных, персональных данных, серверов и т.д. Однако в них ничего не сказано о работе на удалённом режиме если работник находится за пределами РФ.
По своим обязанностям ему не приходилось пользоваться базой данных Банка, сведениями, ми коммерческую тайну, персональными данными и т.д. и т.п. Таким образом, нарушений Указа Президента и каких-либо локальных нормативных документов АО Тинькофф Банка им не допускалось и не допущено.
Истец также указал, что незаконными действиями работодателя ему причинен моральный вред, который выразился в стрессе, депрессии, бессоннице. Принимая во внимание тот факт, что он является специалистом в банковской сфере, расторжение трудового договора по инициативе работодателя, негативно скажется на его карьерном росте и учитывая неправомерные действия работодателя, решившиеся в необоснованном увольнении, с учетом принципов разумности и достаточности, считает, подлежащей взысканию сумму компенсации морального вреда в размере 100 000 руб.
В судебном заседании истец ФИО2 и его представитель ФИО3 поддержали исковые требования по основаниям, указанным в иске, а также пояснили, что и ранее истец не проживал в г. Нальчик, работал из г. Санкт-Петербурга и к нему не было никаких претензий по этому поводу, просили принять во внимание, что изменение места работы не влекло невозможности исполнения трудовых функций.
В судебном заседании представитель ответчика ФИО5 исковые требования не признала, поддержала доводы, изложенные в возражениях на исковое заявление.
В возражении ответчиком указано, что прекращение трудового договора с ФИО2 осуществлено по основанию и в полном соответствии с трудовым законодательством РФ
Между Истцом и Ответчиком был заключен трудовой договор № 241261 от 05.05.2022, в п. 1.3 которого указанно, что: «Работник осуществляет трудовую деятельность вне места расположения Работодателя (дистанционно). Местом работы для Работника является место, в котором Работник непосредственно исполняет обязанности, возложенные на него трудовым договором, а именно город проживания Работника».
То есть в трудовом договоре Истца было прямо закреплено, что истец выполнял дистанционную работу на постоянной основе, мог осуществлять свою трудовую деятельность только в городе проживания, а именно в г. Нальчик.
Истец и Ответчик при заключении трудового договора фактически согласовали, что местом выполнения трудовой функции является населённый пункт, находящийся на территории Российской Федерации.
Соответственно, изменение места выполнения трудовой функции - перенос его заграницу (в том числе временно) влекло невыполнение ранее установленных условий трудового договора.
Также ответчик отметил, что на работнике лежала обязанность уведомить Работодателя об изменении места своего проживания (пп. 6 п. 4.2 трудового договора № 241261 от 05.05.2022). Подобная обязанность была закреплена в договоре для того, чтобы Работодатель мог определить возможность продолжения сотрудничества на прежних условиях, в том числе возможность взаимодействия с работником с учетом имеющихся законодательных ограничений в части местности выполнения работниками трудовой функции.
Поскольку Истец в одностороннем порядке изменил место выполнения удалённой трудовой функции с г. Нальчик, находящегося в Российской Федерации, на населённый пункт, расположенный на территории Турции, откуда на законодательном уровне запрещено подключаться в системам Банка, прежние условия его трудового договора не могли быть сохранены.
Работодатель, обнаружив данный факт, направил 30.01.2023 Истцу Уведомление о том, что с 01.02.2023 его трудовые обязанности ему необходимо выполнять на территории России, то есть по месту жительства, как это прямо предусмотрено трудовым договором. Этим же уведомлением ФИО2 был уведомлен о том, что неисполнение названного указания влечет невозможность выполнения им трудовых обязанностей на прежних условиях, а соответственно, расторжение трудовых отношений. Данное уведомление было проигнорировано работником - он продолжил осуществлять свой функционал на территории Турции. Более того, согласно предоставленному ответу он не планировал возвращаться на территорию РФ, а хотел продолжать работать на территории иностранного государства.
01.02.2023 Ответчик затребовал у ФИО2 объяснения по факту выполнения трудовых обязанностей за пределами РФ, то есть Ответчик поспросил Истца обосновать факт невозврата на территорию России для продолжения работы на прежних условиях. ФИО2 халатно отнесся и к данному требованию, то есть несмотря на то, что Истец знал требования приказа Банка № 1215.27 от 15.12.2022 об ограничении работы за границей РФ (в своей объяснительной он прямо на него ссылается), он посчитал, что в его возвращении на Родину нет необходимости.
Указанное выше прямо подтверждает, что Ответчиком неоднократно предпринимались все возможные меры по сохранению трудовых отношений - ФИО2 фактически дали возможность вернуть трудовым отношениям прежние условия и продолжить продуктивное сотрудничество, однако Истец всячески пренебрегал данными возможностями и толкал Работодателя на нарушение требований ФСТЭК.
Исчерпав имеющиеся возможности сохранения трудовых отношений, в целях выполнения требований законодательства (исключения нарушений законодательства) в части обеспечение безопасности субъектов критической информационной инфраструктуры и руководствуясь правом, предоставленным ч. 2 ст. 312.8 ТК РФ. Работодатель легитимно расторг трудовой договор с Истцом, который изменил местность выполнения трудовой функции, что повлекло невозможность исполнения им трудовой функции на прежних условиях. Указанное прямо подтверждает отсутствие оснований для удовлетворения требований Истца.
Законодательные требования повлекли невозможность исполнения Истцом обязанностей по трудовому договору на прежних условиях за пределами Российской Федерации
Ответчик относится к юридическим лицам, являющимся в соответствии со ст. 2 Федерального закона от 26.07.2017 N 187-ФЗ "О безопасности критической информационной инфраструктуры Российской Федерации", субъектами критической информационной инфраструктуры. В свою очередь, законодательством РФ на подобных субъектов возложен ряд обязанностей.
В частности, согласно Указу Президента РФ от 01.05.2022 N 250 "О дополнителъных мерах по обеспечению информационной безопасности Российской Федерации", руководители таких субъектов должны обеспечивать незамедлительную реализацию организационных и технических мер, решения о необходимости осуществления которые принимаются Федеральной службой безопасности Российской Федерации и Федеральной службой по техническому и экспортному контролю (ФСТЭЮ в пределах их компетенции и направляются на регулярной основе в организации с учетом меняющихся угроз в информационной сфере.
Одни из таких мер закреплены в письме ФСТЭК, являющемся ДСП, а именно; «удаленный доступ работников осуществлять только с IР-адресов, закреплённых за автономными системами в Российской Федерации».
Во исполнение, в том числе данного требования ФСТЭК Банком был издан приказ №1215.27 от 15.12.2022 «Об утверждении ответственности за работу сотрудников на удаленном\гибридном режиме работы вне границ Российской Федерации и контроль АО «Тинькофф Банк», с которым Истец ознакомлен, что не отрицает в своей переписке с Работодателем и исковом заявлении.
В данном приказе прямо закреплено ограничение удаленного доступа сотрудников, работающих из заграницы на удаленном\гибридном режиме работы к информационным (автоматизированным) системам и объектам информационной инфраструктуры Банка.
Иными словами, вышеназванные требования ФСТЭК и приказ Банка фактически запрещали сотруднику осуществлять удаленное подключение вне границ Российской Федерации, в том числе из Турции, так как это могло причинить ущерб критической информационной инфраструктуре Банка; нарушало требования законодательства РФ.
То есть изменение Работником местности выполнения трудовой функции (с России на Турцию) влекло невозможность исполнения им обязанностей по трудовому договору на прежних условиях, а, соответственно, Работодателем правомерно применена ч. 2 ст. 312.8 ТК РФ.
Описанные действия истца по игнорированию указания работодателя на возврат на территорию РФ свидетельствуют о том, что ФИО2 не предпринял никаких мер для исключения нарушений законодательства РФ, регулирующего вопросы защиты критической информационной инфраструктуры, напротив, своими действиями он намерено толкал работодателя на нарушение закона либо расторжение трудового договора с ним.
Указанное дополнительно подтверждает, что требования Истца об отмене приказа об увольнении, восстановлении на работе и осуществлении соответствующих выплат не подлежат удовлетворению.
Дополнительно ответчик указал, что до выезда в Турцию истец был предупрежден о том, что работа на территории данной страны невозможна, что подтверждается его перепиской с руководителем. То есть им осознано и намеренно были нарушены ограничения по удаленному подключению к рабочему терминалу из заграницы, предусмотренные приказом Банка № 1215.27 от 15.12.2022 «Об утверждении ответственности за работу сотрудников на удаленном\гибридном режиме работы вне границ Российской Федерации и контроль АО «Тинькофф Банк», с которым он был ознакомлен, что сам подтверждает.
Среди случаев прекращения трудовых отношений, при которых обязательно соблюдение процедуры привлечения к дисциплинарной ответственности (ч. 3 ст. 192 ТК РФ), не поименовано такое основание для увольнения как изменение местности выполнения трудовой функции, если это влечет невозможность исполнения работником обязанностей по трудовому договору на прежних условиях (ч. 2 ст. 312.8 ТК РФ).
То есть увольнение по данному основанию производится на общих условиях, а не за дисциплинарный проступок. Данный вывод подтверждается, в частности. Письмом Роструда от 30.03.2021 N ПГ/05823-6-1.
Таким образом, довод истца о том, что Банк обязан был соблюсти процедуру привлечения к дисциплинарной ответственности при его увольнении, не соответствует трудовому законодательству РФ.
Общая процедура увольнения была в полном объёме соблюдена работодателем, так как Истцу было предложено сохранить прежние условия трудовых отношений и дано время на приведение условий в соответствие с требованиями трудового договора (что подтверждается уведомлениями), он отказался от сохранения прежних условий что подтверждается его ответными письмами и его конклюдентными действиями), с учетом этого был издан приказ об увольнении, с которым Работник был ознакомлен.
Приказ об увольнении был направлен истцу в электронном виде в день его издания - 06.02.2023, при этом дата увольнения - 08.02.2023.
Истец подтвердил ознакомление с данным приказом 07.02.2023.
Кроме того, приказ об увольнении был направлен истцу заказным письмом Почтой России 09.02.2023. что подтверждает выполнение Ответчиком требования ч. 3 ст. 312.8 ТК РФ. То есть Работодатель в полном объеме выполнил требования названной нормы, согласно которой в случае, если ознакомление дистанционного работника с приказом (распоряжением) работодателя о прекращении трудового договора, предусматривающего выполнение этим работником трудовой функции дистанционно на постоянной основе, осуществляется в форме электронного документа, работодатель обязан в течение трех рабочих дней со дня издания указанного приказа (распоряжения) направить дистанционному работнику по почте заказным письмом с уведомлением оформленную надлежащим образом копию указанного приказа (распоряжения) на бумажном носителе.
Тот факт, что истец не получил данный документ лежит вне зоны ответственности Банка, поскольку он не отвечает за доставку корреспонденции оператором почтовой связи и не обязан контролировать получение отправления ФИО2 который мог намеренно избегать получение рассматриваемого приказа. Указанное подтверждает соблюдение Ответчиком предусмотренной законом процедуры прекращения трудовых отношений.
По мнению ответчика не находит своего подтверждения и довод истца о том, что он не работал с базами данных Банка и клиентов. По специфике своей деятельности, которую можно проследить из наименований его должности и подразделений (Младший руководитель группы Отдела обслуживания бизнеса Управления клиентской поддержки бизнеса Департамента клиентского обслуживания) - он работал с клиентскими данными и внутренней СКМ- системой Банка «Siebel».
Своими недостоверными утверждениями истец пытается ввести суд в заблуждение.
Трудовое законодательство РФ не предусматривает возможности отмены каких-либо уведомлений, поскольку они не носят организационно-распорядительных характер. Таким образом, требование Работника об отмене уведомления об увольнении не подлежат удовлетворению.
Ответчик также ссылаясь на нормы ст. 237 ТК РФ полагает, что в рассматриваемом случае отсутствуют основания и для возмещения морального вреда истцу.
Выслушав истца, представителей сторон, прокурора, полагавшего исковые требования не подлежащими удовлетворению, суд находит исковые требования не обоснованными и не подлежащими удовлетворению.
Особенности регулирования труда дистанционных работников установлены в главе 49.1 Трудового кодекса Российской Федерации.
На дистанционных работников распространяется действие трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права, с учетом особенностей, установленных настоящей главой.
В силу части 8 статьи 312.2 Трудового кодекса Российской Федерации в трудовом договоре о дистанционной работе помимо дополнительных условий, не ухудшающих положения работника по сравнению с установленным трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами (часть четвертая статьи 57 настоящего Кодекса), может предусматриваться дополнительное условие об обязанности дистанционного работника использовать при исполнении им своих обязанностей по трудовому договору о дистанционной работе оборудование, программно-технические средства, средства защиты информации и иные средства, предоставленные или рекомендованные работодателем.
В соответствии со ст. 312.5 Трудового кодекса Российской Федерации расторжение трудового договора о дистанционной работе по инициативе работодателя производится по основаниям, предусмотренным трудовым договором. В случае, если ознакомление дистанционного работника с приказом (распоряжением) работодателя о прекращении трудового договора о дистанционной работе осуществляется в форме электронного документа, работодатель в день прекращения данного трудового договора обязан направить дистанционному работнику по почте заказным письмом с уведомлением оформленную надлежащим образом копию указанного приказа (распоряжения) на бумажном носителе.
Установленные трудовым договором о дистанционной работе дополнительные основания его расторжения по инициативе работодателя не должны носить дискриминационного характера. В силу статьи 3 Трудового кодекса Российской Федерации не допускается ограничение трудовых прав и свобод в зависимости от обстоятельств, не связанных с деловыми качествами работника.
При этом включение в трудовой договор дополнительных условий о расторжении трудового договора не лишает работников гарантий, предусмотренных Трудовым кодексом Российской Федерации.
Работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров (абзац второй части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).
Требования к содержанию трудового договора определены статьей 57 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой в трудовом договоре предусматриваются как обязательные его условия, так и другие (дополнительные) условия по соглашению сторон.
Так, частью 4 статьи 57 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что в трудовом договоре могут предусматриваться дополнительные условия, не ухудшающие положение работника по сравнению с установленным трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами.
Судом установлено, что истец ФИО2 состоял в трудовых отношениях с ответчиком, отношения между сторонами были урегулированы трудовым договором №241261 от 5 мая 2022г.
В соответствии с п. 1.3 трудового договора работник осуществляет трудовую деятельность вне места расположения Работодателя (дистанционно). Местом работы для Работника является место, в котором Работник непосредственно исполняет обязанности, возложенные на него трудовым договором, а именно город проживания Работника.
В трудовом договоре прямо закреплено, что работник выполняет дистанционную работу на постоянной основе в городе проживания, а именно в г. Нальчик.
В соответствии с пп. 6 п. 4.2 трудового договора на работнике лежала обязанность уведомить работодателя об изменении места своего проживания.
Судом установлено, что ФИО2 состоял в должности младшего руководителя группы Отдела обслуживания бизнеса Управления клиентской поддержки бизнеса Департамента клиентского обслуживания.
Ответчик заявил, что истец работал с клиентскими данными и внутренней СКМ- системой Банка «Siebel».
Из переписки ФИО2 с его руководителем ФИО6 следует, что истец указал своему руководителю, что у него появилась необходимость уехать в субботу за пределы РФ и спросил надо ли согласовать дистанционное? На вопрос руководителя куда истец ответил, что в Турцию. Руководитель указал, что в настоящее время возможен выезд только в Армению, Белоруссию и Казастан и предупредил, что при выезде необходимо взять отпуск за свой счет (л.д.92). Истец согласился с необходимостью брать отпуск за свой счет.
Данную переписку истец не отрицал, пояснил, что переписка имела место. до выезда в Турцию.
Также судом установлено, что истец обратился к работодателю с заявлением о предоставлении отпуска без содержания с 16 января по 20 января 2023г.
В суд представлены заграничный паспорт и билеты, из которых следует, что ФИО2 вылетел в Турцию 14 января 2023 г. из аэропорта г. Минеральные воды и вернулся 12 марта 2023г. в г. Минеральные воды.
Несмотря на установленную на истце пп. 6 п. 4.2 трудового договора обязанность уведомить Работодателя об изменении места своего проживания, указанную обязанность истец не выполнил и начал осуществлять свою работу. Из Турции истец начал работать с 23 января 2023г., что он подтвердил в судебном заседании.
Представитель ответчика в судебном заседании заявил, что о том, что служба безопасности Банка выяснила, что истец начал выходить на связь из Турции 30 января 2023г.
Судом установлено, что 30.01.2023 истцу было направлено уведомление о том, что с 01.02.2023 его трудовые обязанности ему необходимо выполнять на территории России, то есть по месту жительства, как это прямо предусмотрено трудовым договором. Этим же уведомлением ФИО2 был уведомлен о том, что неисполнение названного указания влечет невозможность выполнения им трудовых обязанностей на прежних условиях, а соответственно, расторжение трудовых отношений.
01.02.2023 Ответчик затребовал у ФИО2 объяснения по факту выполнения трудовых обязанностей за пределами РФ (л.д.31,25).
На первое уведомление истец 30.01.2023 ответил, что ставит в известность, ответчика о том, что с его стороны не были допущены нарушения, попадающие по ст. 312.8 ТК РФ и изучив нормативные акты, он полагал, что с его стороны соблюдаются все пункты трудового договора, негативно временное пребывание за пределами РФ не сказывается на его деятельности (л.д.23).
01.02.2023 Ответчик затребовал у ФИО2 объяснения по факту выполнения трудовых обязанностей за пределами РФ, поспросил Истца обосновать факт невозврата на территорию России для продолжения работы на прежних условиях (л.д.25).
ФИО2 03.02.2023 также указал, что конкретная точка привязки к месту его постоянного пребывания не зафиксирована, событий, препятствующих исполнению его обязанностей не имеет (л.д.26-27).
06.02.2023 Ответчик направил истцу уведомление о расторжении договора и приказ о прекращении трудового договора с 08.02.2023 (л.д.30).
Также ответчик приказ об увольнении направил истцу заказным письмом Почтой России 09.02.2023 (л.д.75-79), что подтверждает выполнение Ответчиком требования ч. 3 ст. 312.8 ТК РФ.
Истец подтвердил ознакомление с данным приказом в электронном виде 07.02.2023.
Поскольку истец находился в Турции по 12.03.2023, он не мог получить почтовое уведомление, в котором содержались уведомление и приказ на бумажном носителе.
Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что ответчиком все требования закона по процедуре увольнения выполнены.
Вместе с тем, суд полагает установленным факт невозможности продолжения истцом выполнения своих обязанностей.
Пунктом 6 Указа Президента РФ от 01.05.2022 N 250 "О дополнительных мерах по обеспечению информационной безопасности Российской Федерации" установлено, что с 1 января 2025 г. органам (организациям) запрещается использовать средства защиты информации, странами происхождения которых являются иностранные государства, совершающие в отношении Российской Федерации, российских юридических лиц и физических лиц недружественные действия, либо производителями которых являются организации, находящиеся под юрисдикцией таких иностранных государств, прямо или косвенно подконтрольные им либо аффилированные с ними.
В соответствии с названным Указом Президента РФ ответчиком издан приказ №1215.27 от 15.12.2022 в котором прямо закреплено ограничение удаленного доступа сотрудников, работающих из заграницы на удаленном\гибридном режиме работы к информационным (автоматизированным) системам и объектам информационной инфраструктуры Банка.
Истец был ознакомлен с названным Приказом и в своих ответах давал анализ своим действиям по работе за границе исходя из названных норм.
Суд полагает выводы истца ошибочными, продолжение его работы за пределами Российской Федерации препятствовало продолжению трудовых отношений, что в соответствии с ч. 3 ст. 312.8 ТК РФ являлось основанием для увольнения, при этом судом установлено, что процедура увольнения истцом была соблюдена.
Установленные судом обстоятельства свидетельствуют о необоснованности заявленных требований о признании незаконным увольнения и восстановлении на работе, в связи с чем также не обоснованными являются вытекающие из них требования о взыскании компенсации морального вреда и среднего заработка за время вынужденного прогула, в связи с чем в удовлетворении иска ФИО2 следует отказать в полном объеме.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
исковые требования ФИО2 к Акционерному обществу «Тинькофф Банк» о признании незаконным и отмене уведомление от 06.02.2023 г. о расторжении трудового договора №241261 от 5 мая 2022 г., о признании незаконным и отмене приказа №00-00000000006 от 06.02.2023 года, восстановлении на работе в должности младшего руководителя группы Отдела обслуживания бизнеса Управления клиентской поддержки бизнеса Департамента клиентского обслуживания, взыскании в его пользу с ответчика в счет компенсации морального вреда 100 000 (сто тысяч) рублей, среднего заработка за время вынужденного прогула в сумме 167 804,46 руб. оставить без удовлетворения.
Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Кабардино-Балкарской Республики через Нальчикский городской суд в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения.
Мотивированное решение изготовлено 29 мая 2023 года.
Председательствующий Б.М.Тхазаплижева