Дело №2-2470/23
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
24 июля 2023 года г.Смоленск
Ленинский районный суд г.Смоленска
в составе:
председательствующего (судьи): Кудряшова А.В.
при секретаре: Дедовой Е.Е.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний, УФСИН России по Смоленской области о денежной компенсации морального вреда,
установил:
ФИО1 обратился в суд с иском к ответчикам, сославшись на нарушение ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Смоленской области в период нахождения истца в данном изоляторе в период с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ. его прав, выразившееся в несоблюдении надлежащих условий содержания (переполненность камер, нарушение нормы санитарной площади и отсутствие отдельного спального места, антисанитарные условия в камерах, отсутствие в них горячего водоснабжения, наличие в камерах насекомых, устройство пола в жилой зоне камер из бетона, отсутствие приватности при пользовании туалетом, отсутствие в камере естественного освещения и др.), в связи с чем в иске поставлен вопрос о взыскании с УФСИН России по Смоленской области денежной компенсации причиненных ФИО1 нравственных и физических страданий в общей сумме 200 000 руб.
ФИО1, извещенный о времени и месте слушания дела, явку своего представителя в суд не обеспечил; право на ведение дела через представителя истцу разъяснялось.
Представители ФСИН России и УФСИН России по Смоленской области ФИО2 и ФИО3, являющаяся также представителем привлеченного судом к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Смоленской области, иск не призналиа, сославшись на недоказанность изложенных в нем обстоятельств.
Заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, исследовав письменные доказательства, суд находит иск подлежащим частичному удовлетворению по следующим основаниям.
В силу положений ст.3 Конвенции от 04.11.1950 «О защите прав человека и основных свобод» и ч.2 ст.1 Конституции Российской Федерации никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.
В соответствии со ст.4 Федерального закона от 15.07.1995 №103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей.
На основании ст.15 того же Закона в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации. Обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей.
По правилам ст.ст.17, 22, 23 Федерального закона от 15.07.1995 №103-ФЗ подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности. Подозреваемым и обвиняемым предоставляется индивидуальное спальное место. Подозреваемым и обвиняемым бесплатно выдаются постельные принадлежности. Норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров с учетом требований, предусмотренных ч.1 ст.30 настоящего Федерального закона. Подозреваемые и обвиняемые обеспечиваются бесплатным питанием, достаточным для поддержания здоровья и сил по нормам, определяемым Правительством Российской Федерации.
Согласно п.п.5.1, 5.4 действовавших в спорный период Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утв. приказом Минюста России от 20.12.1995 №486, подозреваемые и обвиняемые обеспечиваются для индивидуального пользования спальным местом и постельным бельем. При отсутствии в камере водонагревательных приборов либо горячей водопроводной воды горячая вода для стирки и гигиенических целей и кипяченая вода для питья выдаются ежедневно в установленное время с учетом потребности.
Право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц, опосредуется соответствующим законодательным регулированием.
Как предусмотрено ст.1069 ГК РФ, вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.
По искам о возмещении вреда, причиненного в результате действий (бездействия) государственных органов, их должностных лиц, за счет казны Российской Федерации от имени Российской Федерации в суде выступает и отвечает по своим денежным обязательствам главный распорядитель бюджетных средств по ведомственной принадлежности - в данном случае ФСИН России (п.3 ст.125, ст.1071 ГК РФ, п/п.1 п.3 ст.158 Бюджетного кодекса РФ).
В соответствии со ст.151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
Принудительное помещение физических лиц в предназначенные (отведенные) для этого учреждения должно осуществляться без нарушения условий содержания лиц, подвергнутых таким мерам. Условия содержания лишенных свободы лиц должны соответствовать требованиям, установленным законом, с учетом режима места принудительного содержания, поэтому существенные отклонения от таких требований могут рассматриваться в качестве нарушений указанных условий. Так, о наличии нарушений условий содержания лишенных свободы лиц могут свидетельствовать, например, переполненность камер (помещений), невозможность свободного перемещения между предметами мебели, отсутствие индивидуального спального места, отсутствие либо недостаточность вентиляции, отопления, невозможность поддержания удовлетворительной степени личной гигиены, нарушение требований к микроклимату помещений, качеству воздуха, еды, питьевой воды (п.14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 №47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания»).
Несмотря на отсутствие законодательного определения приватности туалета и требований к его обеспечению, очевидно, что перегородка, разделяющая санитарный узел и остальное пространство камеры, не обеспечивает приватность при пользовании туалетом, поскольку со всей очевидностью препятствует осужденному уединенно, то есть вне обозрения других лиц отправлять физиологические потребности.
В ходе судебного разбирательства установлено, что ФИО1 в периоды времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ содержался в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Смоленской области: с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ - в камере №№ площадью 8,4 кв.м., с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ - в камере №№ площадью 8,2 кв.м., с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ - в камере №№ площадью 8,4 кв.м., с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ - в камере №№ площадью 8,2 кв.м., с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ - в камере №№ площадью 8,2 кв.м., с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ - в камере №№ площадью 8,2 кв.м., с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ - в камере №№ площадью 8,2 кв.м., с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ - в камере №53 площадью 8,1 кв.м., с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – в камере №№ площадью 14,3 кв.м., с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – в камере № № площадью 30,4 кв.м.
По утверждению истца, в период его пребывания в указанных камерах имели место случаи содержания в них заключенных, количество которых превышало число спальных мест, а приходящаяся на ФИО1 санитарная площадь была меньше установленной законом нормы.
Как следует из объяснений представителей ответчиков, сведения о количестве лиц, содержавшихся с истцом в указанных камерах ФКУ «СИЗО-1 УФСИН России по Смоленской области» в период с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ. в распоряжении изолятора отсутствуют, поскольку соответствующая документация покамерного учета (книги количественной проверки лиц, содержащихся в учреждении) уничтожена по причине истечения срока хранения.
Кроме того, из пояснений представителя ФКУ «СИЗО-1 УФСИН России по Смоленской области» следует, что с ДД.ММ.ГГГГ. в учреждении неоднократно изменялась нумерация камер, в связи с чем достоверно установить какие именно на сегодняшний день камерные помещения соответствуют номерам №, №, №, №, №, №, №, № и №, применявшимся в ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ., не представляется возможным.
По смыслу п.п.1, 2 ст.1064, ст.1069 ГК РФ для разрешения требований гражданина о компенсации морального вреда, причиненного ему незаконными действиями (бездействием) государственных органов, необходимо установление факта противоправности названных действий (бездействия), факта наличия нравственных страданий, а также наличия причинной связи между имевшими место нравственными страданиями и нарушением личных неимущественных прав потерпевшего в результате упомянутых незаконных действий (бездействия).
При этом в силу положений ст.56 ГПК РФ бремя доказывания самого факта причинения вреда лежит на истце.
Факт нарушения прав ФИО1 в период его содержания в изоляторе ответчиками отрицается, тогда как при отсутствии достоверных доказательств пребывания истца в переполненных камерах суд не находит оснований для вывода о нарушении прав последнего на предоставление ему индивидуального спального места и обеспечение нормой санитарной площади.
Вместе с тем, при рассмотрении дела представителем ФКУ «СИЗО-1 УФСИН России по Смоленской области» не опровергнуто то обстоятельство, на которое указывает истец, что в период его нахождения в изоляторе при входе в ту часть камер, где находится туалет, отсутствовала ширма (туалет был огражден только перегородкой), что, очевидно, вынуждало ФИО1 пользоваться санузлом на виду у других заключенных, что, по мнению суда, является достаточным для того, чтобы причинить истцу страдания или переживания в степени, превышающей неизбежный уровень страданий, присущий ограничению свободы, и вызвать у ФИО1 чувство неполноценности. Отсутствие условий приватности при использовании туалета само по себе причиняет заключенному беспокойство и унижает его достоинство. При этом судом принимается во внимание и тот факт, что ответчиками не представлено доказательств того, что указанные ограничения прав истца были основаны на измеримых интересах безопасности.
Таким образом, очевидно, что ФИО1 при содержании в изоляторе пережил нравственные страдания.
С учетом доказанности факта нарушения личных неимущественных прав ФИО1., а также вины Российской Федерации в нарушении этих прав, принимая во внимание то обстоятельство, что ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Смоленской области финансируется из федерального бюджета, суд применительно к правилам ст.ст.151, 1069 и 1071 ГК РФ считает возможным взыскать в пользу истца с Российской Федерации в лице ФСИН России за счет средств казны РФ денежную компенсацию причиненного ему морального вреда, определив его размер, исходя из требований разумности и справедливости, а также конкретных обстоятельства дела (длительность нарушения) равным 15 000 руб.
Что касается иных доводов ФИО1 об отсутствии должного материально–бытового обеспечения при его содержании в изоляторе (антисанитарные условия; непредоставление инвентаря для уборки камер; содержание в камерах с курящими; наличие в камерах насекомых и др.), то они проверялись в ходе судебного разбирательства, однако своего объективного подтверждения не нашли.
В судебном заседании представители изолятора и ответчиков оспаривали эти доводы, ссылаясь на то, что санитарное состояние камер, в которых содержался истец, и его материально-бытовое обеспечение в упомянутый выше период констатировалось как удовлетворительное; камеры изолятора подвергались регулярной санитарной обработке; вентиляция камер и их естественное освещение осуществлялись согласно установленным требованиям; смена нательного и постельного белья производилась еженедельно после помывке в душе; пол в жилой зоне камер выполнен из дерева, а зона приватности выстелена кафельной плиткой; туалет оборудован необходимым сантехническим оборудованием; камеры обеспечены искусственным освещением (лампами дневного освещения), в ночное время включаются лампы ночного освещения; для соблюдения общего санитарного состояния и чистоты камерных помещений выдается инвентарь для уборки, а также чистящие и моющие средства; курящие подозреваемые и обвиняемые размещаются отдельно от некурящих.
Как следует из материалов дела, камеры изолятора №, №, №, №, №, №, №, № и № в спорный период были оборудованы системой холодного водоснабжения и ФИО1 в отсутствие в камерах горячего водоснабжения ежедневно с учетом потребности выдавалась горячая вода. Доказательств, подтверждающих отказ в выдаче истцу горячей воды, материалы дела не содержат, сам истец на это в иске не указывал.
Жалоб на условия содержания в упомянутый период ФИО1 не подавал.
Суд отмечает также бездоказательность и других доводов иска.
Пунктом 5 ст.10 ГК РФ закреплена презумпция разумности и добросовестности действий субъектов гражданского права. Неразумное и недобросовестное поведение приравнивается названным Кодексом к злоупотреблению правом.
Обращение истца в суд с требованием о денежной компенсации морального вреда последовало спустя более 20 лет со дня окончания срока его пребывания в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Смоленской области.
Таким образом, ФИО1, имея возможность осуществить защиту своих прав предусмотренными гражданским законодательством способами, на протяжении длительного периода времени в суд с данным иском не обращался, что привело к невозможности (вследствие уничтожения) исследования судом упомянутых выше документов покамерного учета, а также иных доказательств, которые могли бы подтвердить или опровергнуть юридически значимые по настоящему гражданскому делу обстоятельства.
С учетом изложенных обстоятельств, исходя из недоказанности упомянутых выше нарушений и связанных с ними неблагоприятных последствий, повлекших причинение ФИО1 действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие ему от рождения или в силу закона нематериальные блага (личные неимущественные права), физических или нравственных страданий, оснований для вывода о возможности удовлетворения иска в части денежной компенсации морального вреда за подобного рода, имевшие, по мнению ФИО1, нарушения, у суда в силу ст.151, п.2 ст.1099 ГК РФ не имеется.
В иске к УФСИН России по Смоленской области надлежит отказать, поскольку последнее является ненадлежащим ответчиком по делу.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд
решил:
исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.
Взыскать с Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1 15 000 рублей в счет денежной компенсации морального вреда.
В удовлетворении остальной части иска отказать.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Смоленский областной суд через Ленинский районный суд г.Смоленска в течение месяца.
Судья А.В. Кудряшов
«КОПИЯ ВЕРНА»подпись судьи А.В. Кудряшовсекретарь судебного заседания Ленинского районного суда г. Смоленска Е.Е.Дедованаименование должности уполномоченного работника аппарата федерального суда общей юрисдикции 22.08.2023.
УИД: 67RS0002-01-2023-002110-54
Подлинный документ подшит в материалы дела №2-2470/2023