Дело № 2-938/2022

УИД 52RS0009-01-2022-000619-53

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Арзамас 30 июня 2022 года

Арзамасский городской суд Нижегородской области в составе

председательствующего судьи Магдановой Е.Р.,

при ведении протокола помощником судьи Никитиной О.Н.,

с участием помощника Арзамасского городского прокурора Сухаревой О.Ю.,

с участием ФИО1, индивидуального предпринимателя ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к индивидуальному предпринимателю ФИО2 о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (далее по тексту – ИП ФИО2) о компенсации морального вреда, указав в обоснование своих требований на то, что 18.11.2021 около 11 часов 45 минут, находясь в тамбуре помещения, расположенного по адресу: , пункт выдачи интернет-магазина «Озон», принадлежащего ИП ФИО2, она поскользнулась на мокрой скользкой плитке, где была лужа воды, не было антискользящего коврика или иного покрытия, и упала, ударившись рукой о пол, в результате чего она получила закрытый перелом левой лучевой кости со смещением и закрытый перелом шиловидного отростка левой локтевой кости. ФИО1 указала, что сотрудник пункта выдачи не оказал ей помощь, не сообщил ИП ФИО2 о происшествии. ФИО1 указала, что в результате противоправных действий ответчика ей причинен моральный вред, поскольку от полученных телесных повреждений она испытала большие физические и нравственные страдания, длительное время находилась на амбулаторном лечении, не могла полноценно вести активную жизнь, в результате чего испытала материальные, нравственные и финансовые трудности. ФИО1 указала, что в настоящее время ее здоровье полностью не восстановлено, ей необходимо дополнительное лечение, она постоянно испытывает физическую боль, связанную с причиненным увечьем. В дополнение ФИО1 указала, что в травмпункте она потерла сознание от болевого шока, ей сделали два укола, чтобы привести ее в чувство, позднее ей выправили смещенные кости руки и наложили гипс; она является ярко-выраженной левшой, творческим человеком, имеет художественное образование, рисует, часть ее работы – это разработка эскизов и роспись сувениров с символами города Арзамаса, в течение двух месяцев она не могла заниматься любимым делом. В добровольном порядке ИП ФИО2 отказался возмещать моральный вред. На этом основании ФИО1 просит суд взыскать с ИП ФИО2 в свою пользу в счет компенсации морального вреда 100 000 рублей, расходы на оказание юридической помощи в сумме 2000 рублей.

В судебном заседании ФИО1 исковые требования поддержала, просила иск удовлетворить.

В судебном заседании ответчик ИП ФИО2 с иском не согласился, указал, что не представлено доказательств того, что телесные повреждения были получены в помещении пункта выдачи, и доказательств того, что травма была получена по его вине.

Третье лицо индивидуальный предприниматель ФИО3, представитель третьего лица Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Нижегородской области в судебное заседание не явились, о времени и месте разбирательства дела третьи лица извещены надлежащим образом.

Принимая во внимание, что неявившиеся лица являются надлежащим образом извещенными о времени и месте рассмотрения гражданского дела, данных, подтверждающих наличие оснований для отложения судебного разбирательства, не представлено, суд на основании ст.167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГПК РФ) находит возможным рассмотреть настоящее гражданское дело по существу в отсутствие неявившихся лиц.

Изучив материалы гражданского дела, заслушав объяснения сторон, заслушав заключение прокурора, полагавшего исковые требования подлежащими удовлетворению, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с пп.1, 2 ст.1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГК РФ) вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

В соответствии со ст.151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

По смыслу статьи 1064 ГК РФ обязательства по возмещению вреда обусловлены, в первую очередь, причинной связью между противоправным деянием и наступившим вредом. Необходимым условием возложения на лицо обязанности возместить вред, причиненный потерпевшему, является причинная связь, которая и определяет сторону причинителя вреда в деликтном правоотношении.

Как следует из искового заявления ФИО1 и ее объяснений в судебном заседании, 18.11.2021 около 11 часов 45 минут она входила в пункт выдачи интернет-магазина «Озон», расположенный по адресу: , и, находясь в тамбуре помещения, она поскользнулась на мокрой скользкой плитке, где была лужа воды от растаявшего снега, не было коврика или иного антискользящего покрытия, упала, ударилась рукой о пол, в результате чего ей были причинены телесные повреждения.

Согласно договору аренды от 01.09.2021 № 1 арендодатель ИП ФИО3 передает в аренду арендатору ИП ФИО2 нежилое помещение, площадью 51,8 кв.м, расположенное на 1 этаже жилого здания, находящееся по адресу: , на срок шесть месяцев, согласно п.2.1.4 на арендатора возложена обязанность содержать помещение в исправном состоянии и в соответствии с установленными санитарными, пожарными и иными нормами и правилами, предъявляемыми к пользованию нежилыми помещениями (л.д.53-55).

Из объяснений ИП ФИО2 в судебном заседании следует, что он осуществляет деятельность в пункте выдачи заказов интернет-магазина «Озон» в помещении по адресу: .

Согласно сведениям из ГБУЗ НО «Городская больница скорой медицинской помощи им. М.Ф. Владимирского», ФИО1 обращалась в травмпункт учреждения здравоохранения 18.11.2021 в 12 часов 05 минут, диагноз: закрытый перелом левой лучевой кости в т/месте со смещением; закрытый перелом шиловидного отростка левой локтевой кости. Проведено лечение R-гр., репозиция под местной анестезией, гипс, R-контроль, больничный лист с 18.11.2021, лечение у хирурга поликлиники (л.д.8, 39, 40, 88).

Согласно выписке из медицинской карты амбулаторного больного ГБУЗ НО «Арзамасская городская больница № 1» ФИО1 18.11.2021 обратилась в травмпункт с диагнозом: закрытый перелом левой лучевой кости в типичном месте со смещением; закрытый перелом шиловидного отростка левой локтевой кости; открыт лист нетрудоспособности с 18.11.2021; на амбулаторном лечении у врача-хирурга, 30.12.2021 лист нетрудоспособности закрыт, к труду с 31.12.2021 (л.д.86-87).

Как следует из искового заявления ФИО1 и ее объяснений в судебном заседании, после получения травмы в пункте выдачи интернет-магазина она самостоятельно пришла в травмпункт больницы, поскольку он располагается недалеко от пункта выдачи.

Из объяснений ФИО1 в судебном заседании следует, что в пункт выдачи она направилась, поскольку должна была получить заказ по указанному адресу, а также хотела уточнить процедуру работы с юридическими лицами; после того, как она упала в тамбуре помещения, она не могла встать, за столом в помещении никого не было, потом вышла работник, подошла к столу, не посмотрела в сторону ФИО1, не оказала ей никакую помощь; ФИО1 поднялась, под ней на полу была лужа, она подошла к сотруднику, попросила позвонить руководителю, вызвать скорую, на что работник ответила, что они арендуют помещение, она не толкала ФИО1, и они ни при чем; после падения через 2-3 минуты ФИО1 позвонила супругу ФИО4

ФИО1 представлена распечатка с телефона о сделанном в интернет-магазине «Ozon» заказе (л.д.59).

Из объяснений ФИО1 в судебном заседании следует, что до падения в пункте выдачи заказов интернет-магазина она звонила супругу, сообщила, что идет в «Озон», они поговорили, и он пошел домой, после того, как ФИО1 упала и позвонила супругу, он пришел в пункт выдачи, и они вместе пошли в травмпункт, разговор с сотрудником пункта выдачи был частично в его присутствии, в травмпункте ее не спросили, где она упала, просто задали вопрос: «Вы упали?». ФИО1 указала, что она была в шоке, потеряла сознание около рентгенкабинета, супруг позвонил сыну ФИО5, сын тоже пришел в травмпункт (л.д.62-63).

Согласно показаниям свидетеля ФИО4, приходящегося супругом ФИО1, в день, когда произошел несчастный случай, он встретился с ФИО1 около пункта выдачи, поговорили, она пошла в пункт выдачи, он пошел домой; через несколько минут она ему позвонила и сказала, что, наверное, сломала руку; он вернулся в помещение пункта выдачи, там присутствовала продавец, он и супруга сделали фотографии пола, руки; продавец не оказала никакой помощи, сказала, что она никого не толкала; он проводил супругу в больницу, где присутствовал; ФИО1 сказала ему, что она вошла в тамбур пункта выдачи, поскользнулась и упала; в больнице ФИО1 стало плохо, ей дали таблетки или уколы, наложили гипс, приехал сын; с собственником пункта выдачи связывался сын (л.д.93-оборот).

Из показаний свидетеля ФИО5, приходящегося сыном ФИО1, следует, что в 12 часов дня 18.11.2021 ему поступил звонок от родителей, что ФИО1 сломала руку, они находятся в травмпункте; когда он приехал в травмпункт мама находилась в шоковом состоянии, врачи оказывали ей помощь, из травмпункта он отвез маму домой; около 15 часов он поехал в пункт выдачи «Озон», включил запись, на плитке было скользко, пол был сырой; он подошел к сотруднику, чтобы узнать контакты руководства, чтобы выяснить все обстоятельства, поговорить, телефон руководителя ему не дали, сотрудник пункта выдачи сама с ним связалась, он ему перезвонил, однако ФИО5 не смог ответить, так как управлял автомобилем, потом он перезвонил, разговаривал с ФИО2, спросил, знает ли он, что произошел несчастный случай; ФИО2 ответил, что да, знает, сказал, что понимает, что должны быть коврики, однако до этого случая ни с кем ничего не случалось, разговор с ФИО2 состоялся 18.11.2021 в 15 часов 42 минуты; ФИО2 просил предоставить время подумать; потом его мама ФИО1 звонила ФИО2, он сказал, чтобы обращались в суд; конкретные денежные суммы они с него не требовали.

ФИО5 также показал, что в травмпункте он видел, что маме плохо, он не понимал, что она говорит, у нее было вялое состояние, врачи перевозили ее на коляске (л.д.94).

Из объяснений ИП ФИО2, представителя ИП ФИО2 по устному заявлению ФИО6 в судебном заседании следует, что ответчик не отрицает, что ФИО1 приходила в пункт выдачи интернет-магазина 18.11.2021, однако лужа в помещении образоваться не могла, поскольку 18.11.2021 ФИО1 была первым посетителем, в пункте выдачи производится уборка, пункт выдачи работает с 09 часов до 21 часа, вход в помещение один, работник входит через ту же дверь (л.д.63).

Ответчиком представлен журнал уборки помещения, согласно которому уборка произведена 17.11.2021 в 20 часов 30 минут, следующая уборка помещения произведена 18.11.2021 в 12 часов 30 минут (л.д.49-51-52).

Согласно представленным ФИО1 на флеш-накопителе фотографиям, аудиозаписям и видеозаписи, которые обозревались в судебном заседании 07.04.2022 (л.д.60, 63-оборот), при входе в помещение с логотипом «OZON» напольное покрытие имеет следы влаги, снаружи помещения у входа имеется снег, представлена фотография травмированной руки ФИО1; представлены сделанная ФИО5 18.11.2021 в 15 часов 23 минуты видеозапись разговора с сотрудником пункта выдачи, в котором обсуждаются обстоятельства получения ФИО1 травмы, а также аудиозаписи разговоров ФИО1 с супругом ФИО4 18.11.2021 в 11 часов 32 минуты и в 11 часов 41 минуту о том, что истец идет в пункт выдачи «Озон», о том, что она упала, сломала руку, находится в пункте выдачи «Озон»; аудиозапись разговора ФИО5 с ФИО2 18.11.2021 в 15 часов 42 минуты об обстоятельствах получения ФИО1 травмы в пункте выдачи, в котором ФИО2 не отрицает того, что ему известно, что в пункте выдачи упал посетитель и получил травму.

Сторона ответчика не возражала против приобщения к материалам дела содержащихся на флеш-накопителе сведений (л.д.63-оборот).

В соответствии с ч.1 ст.55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

Лицо, представляющее аудио- и (или) видеозаписи на электронном или ином носителе либо ходатайствующее об их истребовании, обязано указать, когда, кем и в каких условиях осуществлялись записи (ст.77 ГПК РФ).

Аудио- и видеозапись отнесены ГПК РФ к самостоятельным средствам доказывания. При этом истцом суду представлены сведения, когда, кем и в каких условиях осуществлялись записи, а сам ответчик не оспаривает достоверность записей и признает, что беседа со свидетелем имела место в действительности.

Доводы представителя ответчика ФИО6 о том, что указанные доказательства получены с нарушением закона в связи с тем, что сотрудник пункта выдачи не давала своего согласия на ведение съемки и аудиозаписи, подлежат отклонению, поскольку в представленных на флеш-накопителе сведениях не содержится персональных данных согласно установленным в Федеральном законе от 27.07.2006 № 152-ФЗ «О персональных данных» понятиям, представленные видеозапись и аудиозаписи не нарушают положения ч.8 ст.9 Федерального закона от 27.07.2006 № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и защите информации», поскольку записи разговоров были произведены одним из лиц, участвовавших в этих разговорах, и касались обстоятельств получения ФИО1 травмы.

Из объяснений ИП ФИО2 в судебном заседании следует, что он не оспаривает тот факт, что 18.11.2021 ему из пункта выдачи звонила сотрудник, которая сообщила, что в пункте выдачи якобы упала женщина, а также телефонные разговоры с сыном истца ФИО5 и ФИО7 по факту происшествия (л.д.103-оборот).

Из объяснений представителя ответчика ФИО6 в судебном заседании следует, что в пункте выдачи установлено видеонаблюдение.

Судом ответчику предлагалось представить видеозапись за период посещения истца пункта выдачи 18.11.2021 (л.д.63-оборот), видеозапись стороной ответчика не предоставлена.

В соответствии с ч.1 ст.68 ГПК РФ в случае, если сторона, обязанная доказывать свои требования или возражения, удерживает находящиеся у нее доказательства и не представляет их суду, суд вправе обосновать свои выводы объяснениями другой стороны.

Оценив представленные доказательства по правилам ст.67 ГПК РФ, относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, учитывая последовательность, непротиворечивость объяснений истца и показаний свидетелей в совокупности с иными представленными по делу доказательствами, суд приходит к выводу о том, что причинение вреда здоровью ФИО1 произошло в результате падения в помещении ответчика в связи с ненадлежащим состоянием напольного покрытия помещения.

Журнал уборки помещения объективно то обстоятельство, что пол в момент падения истца был сухим, не подтверждает, принимая во внимание, что уборка пола была произведена 17.11.2021 в 20 часов 30 минут, пункт выдачи работал 18.11.2021 с 09 часов 00 минут, помещение имеет один вход, что не исключает, с учетом погодных условий, появление влаги, образования лужи на полу помещения ко времени получения истцом травмы 18.11.2021 около 11 часов 45 минут.

Указание стороны ответчика на то, что согласно отчетам по операциям ФИО1 18.11.2021 была первым посетителем в пункте выдачи, по приведенным мотивам также подлежит отклонению, поскольку объективно не подтверждает то обстоятельство, что пол в момент падения истца был сухим.

Исходя из бремени доказывания подлежащих установлению юридически значимых обстоятельств, установления факта получения истцом травмы при падении в используемом ответчиком помещении, не предоставления ответчиком бесспорных доказательств, опровергающих причину получения истцом травмы, как и отсутствия вины в виде принятия необходимых и достаточных мер для предупреждения причинения истцу вреда, создания безопасных условий для посетителей пункта выдачи, исключения травматизма, с учетом отсутствия доказательств, подтверждающих наличие в действиях истца умысла или грубой неосторожности (ст.1083 ГК РФ), имеют место правовые основания для возложения на ответчика обязанности по компенсации причиненного истцу морального вреда.

Пунктом 2 ст.2 ГК РФ установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.

Пунктом 1 ст.150 ГК РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со ст.151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу п.1 ст.1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (ст.1064-1101 ГК РФ) и ст.151 ГК РФ.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п.2 ст.1101 ГК РФ).

В пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья, либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др.

При рассмотрении требований о компенсации причиненного гражданину морального вреда необходимо учитывать, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального ущерба, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (п.8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда»).

Согласно содержащимся в п.32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2020 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью граждан» разъяснениям, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Из изложенного следует, что, поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (ст.151, 1101 ГК РФ) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав пострадавшей стороны как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении во избежание произвольного завышения или занижения судом суммы компенсации.

Определяя размер подлежащей взысканию с ИП ФИО2 в пользу ФИО1 компенсации морального вреда, суд учитывает обстоятельства дела, степень вины причинителя вреда, отсутствие доказательств грубой неосторожности истца при падении, характер и степень страданий истца с учетом ее трудоспособного возраста (54 года), характера полученных ею повреждений здоровья в виде переломов левой руки, степени повреждения здоровья, продолжительности лечения истца, а также с учетом ее объяснений о том, что она является левшой, ее профессиональная деятельность связана с разработкой эскизов и росписью сувениров, требования разумности и справедливости и находит, что с ИП ФИО2 в пользу ФИО1 подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере 65 000 рублей.

В соответствии с ч.1 ст.98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй ст.96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Таким образом, с ИП ФИО2 в пользу ФИО1 подлежат взысканию понесенные расходы на оплату юридических услуг по консультации, подготовке документов, составлению искового заявления в размере 2000 рублей (л.д.44). При этом согласно содержащимся в п.21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разъяснениям в данном случае не применимо правило о пропорциональном распределении судебных издержек.

В соответствии со ст.103 ГПК РФ, ст.333.19 Налогового кодекса Российской Федерации с ИП ФИО2 в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 рублей.

Руководствуясь ст.194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО1 к индивидуальному предпринимателю ФИО2 о компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН №) в пользу ФИО1, паспорт гражданина Российской Федерации № выдан Отделом УФМС России по Нижегородской обл. в гор.Арзамас и Арзамасском р-не 26.04.2012, код подразделения №, компенсацию морального вреда в размере 65 000 рублей, судебные расходы в размере 2000 рублей.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к индивидуальному предпринимателю ФИО2 о компенсации морального вреда в остальной части отказать.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Нижегородский областной суд через Арзамасский городской суд Нижегородской области в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий судья *** Е.Р. Магданова

***

***

***

***

***